Читать книгу "Рожденные ползать. Книга 1. Страх пустоты"

– Ты бы видел, как я к обломкам подлетал! – в который раз рассказывал историю своего короткого полёта Андрей, отвлекая меня от учёбы. Меня, потому что все остальные успели наслушаться его рассказов ещё вчера, и тут вдруг нашлись свободные уши в моём лице. – Прям с лёту всё подцепил, почти не снижая скорости, и вжух! Развернулся почти на месте! Инструктор даже в кресло вцепился!

– Угу…

– На маршевом почти до места, потом маневровыми чуток подправил – и вуаля!

– Ага…

– Тут же, понимаешь, как в бильярде! – разливался соловьём Андрей. – Если точно рассчитал угол отклонения и задал правильную скорость…

Восторженный курсант с энтузиазмом делился тонкостями, в которые я даже не пытался вникнуть.

– А если бы промахнулся? – Вздохнув, я убрал картинку с описанием руды и поддержал разговор: – Разбил бы машину и бултыхался в космосе, пока воздух в скафандре не закончится.

– Да брось, я всё рассчитал! – отмахнулся Ларионов и продолжил с горящими глазами: – А как мы на станцию возвращались! Что думаешь, когда нас будут распределять по специальности? Я считаю, меня в истребители возьмут! Скорее бы уже…

– Ты псих, Андрюха! – подытожил я. – Ладно просто пилотом, но истребитель… Это же не после нескольких месяцев учёбы! Даже на атмосферные самолёты люди годами учатся.

– Так на атмосферных есть куда падать, и вообще там всё по-другому, – не унимался Ларионов. – А тут бесконечный простор, свобода для полётов, можно творить что угодно, на что фантазии хватит!

– Или здоровья, – скривился я. – И падать будешь бесконечно. Никто тебя в этой пустоте не найдёт. Один, в темноте, считая, на сколько тебе осталось кислорода…

– Да брось! – отмахнулся Андрей. – Это всё в тебе твои фобии говорят. На самом деле всё гораздо проще, чем кажется. И спасти тут могут, если разбился. Пилотам во всех отношениях лучше, чем простым солдатам. Вот тем, если пулю в голову получил, то да, не спасут.

– Ну… Каждому своё, короче. – Вздохнув, я вернул на место картинку из учебника. – Раз так, то учи давай. Когда ещё ты в истребители попадёшь, а вот в шахтёры, думаю, уже скоро.

А утром следующего дня нас собрали, построив в ангаре, для объявления результатов первого учебного полёта.

– Значит так, товарищи курсанты, сейчас я буду называть фамилии, и те, кого назову, встают здесь, рядом со мной. Итак… – Куратор раскрыл список. – Атаманов, три шага вперёд. Молодец! Борисов… Так себе, но думаю, у тебя ещё будет время как следует потренироваться. Герасимов…

Медленно, но верно список подходил к концу алфавита. Уже половина группы стояла рядом с инструктором с довольным видом. А вот вторая половина заметно нервничала, переминаясь с ноги на ногу.

– Сафронов! – Куратор посмотрел на меня поверх списка и, поджав губы, мотнул головой на строй. – Выходи.

Скривившись, я шагнул вперёд, занимая место между выскочкой и Никифоровым, который до того явно нервничал, а увидев, что я присоединился, довольно улыбнулся.

Назвав ещё несколько фамилий, так что рядом с ним оказалось почти две трети группы, куратор убрал список и, недовольно оглядев оставшихся в строю, подытожил:

– Те, кого я назвал, продолжат учёбу, чтобы в будущем пополнить славные ряды пилотов космофлота. Ну а остальные… Что ж, на флоте нужны и другие специальности. В частности, вы отправляетесь в десант дорабатывать контракт. А я говорил с первого дня, отнеситесь к учёбе серьёзно…

– А я? – растерянно глядя на куратора, спросил Андрей. – Я же отлично всё сделал? Инструктор даже не сказал ничего!

– А ты, Ларионов, чуть сам не угробился и инструктора с собой мог прихватить! – скривился куратор. – Не сказал, блин… Да он как дышать забыл, когда ты свои кульбиты там выкручивал! Ничего не сказал… Мне он всё сказал, уже потом. Полчаса мозги полоскал, рассказывая про твои художества!

– Рождённый ползать летит недолго! – хохотнул рядом со мной выскочка. Вроде негромко, но я-то стоял рядом. И наконец, услышав знакомые слова, понял, откуда помню этот голос. Тогда в военкомате уже звучало что-то подобное…

Не знаю, что повлияло на меня больше. Разочарование, раздражение на самодовольного урода или нервотрёпка последних дней, но…

Резко развернувшись к соседу, я изо всех сил зарядил ему кулаком в нос, с наслаждением чувствуя, как сминается хрящ под кулаком. И выскочка не устоял на ногах, заваливаясь на спину.

– Сафронов, что за херня? – рявкнул куратор.

– Предлагаю уволить меня из славных рядов пилотов и понизить до десантника за систематическое нарушение дисциплины! – бойко ответил я, чувствуя, как губы расплываются в улыбке.

– Систематическое?

– Так буду систематически нарушать, если надо! – кивнул я, скосив глаза на поднимающегося выскочку. – Столько, сколько нужно!

– Марш в строй, – обречённо махнул рукой куратор. – Будешь наказан и получишь отметку в личное дело. Хотя там таких придурков, как ты, и так хватает…

Довольный собой, я шагнул обратно, занимая своё место рядом с потерянным Андреем и явно недовольным Сергеем.

– Значит так…

– Эй, подождите, парни, я с вами хочу, – перебил куратора Коля и заозирался, сжимая кулаки. – Сейчас я тоже дисциплину нарушу, только…

– Никифоров, ять! – не выдержав, рявкнул куратор и шагнул к Коле. – Отставить! Вы что, уроды, охренели совсем?

– Но я…

– Молчать! – прямо в лицо нашему товарищу заорал куратор и, немного успокоившись, покачнулся с пятки на носок, обдумывая что-то. – Пиши рапорт о переводе. И марш в строй… Нарушитель, ять…

– Есть! – бодро ответил Никифоров и, бочком протиснувшись мимо куратора, встал рядом со мной. – Я с вами, парни!

Глава 7

– Подъём, животные! – До противного бодрый голос сержанта прервал сон, заставив открыть глаза и попытаться понять, где я нахожусь. Рядом шуршали одеждой суетящиеся сослуживцы, кто-то уже деловито пробежал к выходу, намереваясь посетить уборную до того, как там образуется очередь, а кто-то, напротив, так же как я, ещё лежал и хлопал глазами, пытаясь проснуться.

– Ты охренел? – недовольно проворчал мой сосед, хмуро поглядывая на сержанта. – Импортных фильмов про армию насмотрелся?

– Да нет, Кабан… – ухмыльнулся Зайцев, наш однокурсник, которого вчера при формировании нового взвода назначили сержантом. – Мне тут список ваших позывных скинули. Сплошные птицы, звери и даже змеи. И кто вы после этого?

– Да пошёл ты…

С позывными, кстати, вышло забавно, да. Их нам поменяли сразу после перевода, убрав повторы, причём у того, кто этим занимался, было своеобразное чувство юмора. Тот же Кабан, к примеру, субтильный молодой человек, едва достающий мне до подбородка, был полной противоположностью позывному. Ну а шустрого Ларионова, рассекающего по кораблю как ветер, обозвали Черепахой…

– Что у нас сегодня? – отстояв очередь в уборную и натянув комбез, спросил я у Зайца, которому, недолго думая, назначили позывной, просто сократив фамилию.

– До обеда медицина, после обеда тактико-специальная, – ответил новоиспечённый сержант. – В скафандрах и с оружием.

– Блин, на медицину-то на хрена скафандры? Могли бы фильтрами обойтись.

– А я знаю?

Пришлось ускоряться, торопясь до завтрака ещё и оружейку посетить, которую, к счастью, расположили в том же здании, что и казарму.

– Интересно, мясо местное или с Земли везут? – уже в столовой, уплетая за обе щеки вполне неплохую кашу с мясом, вслух спросил я. – Слышал, что здесь в основном насекомые водятся, с животными не очень…

– Даже знать не хочу, – прожевав, признался Сергей. – А то выяснится, что это мясо какого-нибудь гигантского кузнечика, я ж тогда резко похудею!

– Парни, хорош! – резко отодвинул тарелку от себя хмурый Ларионов. – И так ни хрена аппетита нет.

– Да брось! – хлопнул его по плечу Сергей. – Будь оптимистом! Вот ты мог ещё лет тридцать назад подумать, что будешь сидеть на другой планете и жрать кашу, наблюдая, как за окном…

– Тут нет окон.

– Ладно, пусть нет, – не унимался Сергей. – Но чужая планета есть! И ты снова молод, полон сил. И снова вся жизнь впереди!

– Если не убьют…

– Тьфу на тебя! – Изобразив подзатыльник, Сергей живо поднялся с места и, подхватив поднос, отправился к мойке. – Фу быть таким!

Я же, ухмыльнувшись, спокойно доел кашу и не торопясь попивал чай, радуясь жизни. На самом деле Сергей на двести процентов прав. У нас было всё, о чём только можно мечтать. Неизведанная планета, вторая молодость и, самое главное, никакой высоты и открытого космоса. Не жизнь, а сказка!