Читать книгу "Чекпоинт"

Чекпоинт
рассказ о конце
Алексей Солопов

© Алексей Солопов, 2015

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero.ru

Пролог

Капли дождя уныло долбили по моему лицу. Ветер трепал мои волосы, но этого я уже почти не чувствовал. И еще я больше не слышал, да и не хотел, в общем-то.

Было холодно. Это единственное четкое ощущение, которое у меня осталось. Только холод и мозг, свободный от тысячей процессов управления моим телом.

Хм… Никогда не думал, что тело такое обременительное. А я всегда трясся над ним, над здоровьем, да и вообще… Его отсутствие или, хотя бы, ощущение того дает удивительный полет мыслей, который открывает границы ранее недоступного. Хотя… Вряд ли это не доступно и при наличии тела. Возможно, в обычной жизни мы просто разучились или, по каким-то причинам, не хотим этого делать?

Не знаю…

Сейчас я видел всю свою жизнь. Причем сразу. Да-да. Именно сразу, каждый важный миг моей жизни одновременно пронесся в моей голове.

Так вот как это происходит на самом деле.

Эпизод первый

«Что это за непонятная штука? Вот бы рассмотреть её ближе!

Мои руки тянуться вверх, прямо к штуке и я ничего не могу с этим поделать…

Господи, как же хочется увидеть хоть чье-то лицо перед собой! Неужели так трудно подойти ко мне!…

Ну наконец-то! Какая красивая женщина смотрит на меня! Такое теплое добро исходит от неё!…

Ой, я кажется улыбаюсь ей… Она издает какие-то звуки, но не такие как я!»

Тогда я слушал голос своей матери и не мог понять ни слова! Я очень старался это сделать, но не мог. Как же тяжело говорить! Мать тогда взяла меня на руки и мне показалось это удивительным полетом!

Вот почему я вспомнил именно этот миг? Я тогда еще вообще ничего толком не соображал, а мозг ухитрился записать эту информацию первой! Да… Тот, кто создал такое устройство, как мозг – поистине гениален!

Хоть в лепешку расшибись, а не вспомнить ни того, что было потом, ни что было до. Каким же все-таки чертовски хорошим миром все вокруг было тогда!

Ну, вот, мне уже плевать на то, что это происходит именно сейчас. И даже не жаль что мой мозг больше ничего не запишет в свою память. Да и считывать впрочем все равно уже будет некому!

Эпизод второй

– Как же тебе идет эта форма, сынок! – восхищалась мама, смотря на меня своим неизменно добрым взглядом.

– А мы потом пойдем есть мороженное? – не знаю почему, но мне было абсолютно по барабану и новенькая школьная форма первоклассника, за которую мои родители выложили добрую долю своей зарплаты, и сам факт того, что мне теперь нужно куда-то ходить и чего-то там грызть, как говорил мне папа. Ладно, пофиг, надеюсь только что это будет хотя бы не очень противным на вкус.

– Вот только еще ботинки тебе купим и пойдем есть мороженное. – ответила мама.

Я неопределенно хмкнул, мол: «ну и ладно. все равно же пойдем, хоть и ботинки покупать придется».

Интересно, а разрешат ли нам купить мороженное, если мы не сходим за ботинками?..

Муть, сплошная муть кругом. Больше из того дня, как и ближайших дней к этому, ничего не вспоминалось. Нет, я, конечно, помню – что-то было еще. Мне было легко и беззаботно. Все что угодно, ощущения, запахи, краски, эмоции, все… Только не что-то конкретное! Так было с любым моментом, который я пытался вспомнить. Сцены, которые я видел выплывали из подсознания сами, сцены, выбранные непонятно по каким критериям.

Эпизод третий

В этот день звонок звучал особенно ярко. Я почти вижу в своей голове как язычок, приводимый в действие неизвестным мне механизмом, в судороге бьется о металлический купол. Я помню практически всё, каждую деталь и, даже, успел обратить внимание на те вещи на которые не обратил внимание тогда, в реальной жизни.

До этого я слышал сотни школьных звонков, но этот стал для меня гонгом предвещавшим начало настоящей, сознательной жизни…

– Получи, урод!!! – боль пронзила мою переносицу так же легко и мгновенно, как игла скарификатора кольнувшая меня в палец, но на много сильнее.

В этот же миг я, забыв про боль и теплые липкие струи, текшие по моему подбородку, кинулся вперед всем своим нутром желая отомстить. Я закинул руку, с крепко сжатым кулаком, далеко вбок и резко вытолкнул её вперед по дуге, прибавляя импульса собственным разбегом.

Как только я услышал крик своего оппонента и почувствовал боль в запястье я захотел остановиться и убежать далеко-далеко. Не важно куда, лишь бы не здесь! Но человеческое нутро уже вырвалось наружу! Его было не остановить. Инстинкты перехватили управление моим телом.

Я занес другую руку за спину и по такой же дуге пустил кулак вперед. Теперь я ударил во что-то твердое. Скорее всего это был затылок.

Мой противник, а в этот момент полноценный враг, хныча что-то не разборчивое и обливаясь собственной кровью вперемешку с соплями кинулся в мою сторону и ударил головой мне в живот. Удар оказался такой силы, что уже привычная боль согнула меня пополам. Я повалился на землю держась за живот уже не в силах сдерживать слезы.

Я почувствовал сильный удар по затылку. Очень сильный, рукой так не ударишь да и не удобно бить лежачего рукой! Наверное это нога.

Через некоторое время я перестал различать удары, слившиеся для меня в один плотный комок боли.

«Открой глаза и забвение пройдет. Ты еще сможешь ответить» – шептал мне мой инстинкт. И я подчинился. В следующие мгновение я поступил очень подло. Я позже понимал это, но никогда не жалел об этой подлости. Увидев, как очередной удар готовиться отправиться к моему лицу я перекрутился на спине и выпрямил ногу резким движением.

«Теперь я главный. Он еще не скоро отойдет! Черт, как же мне больно… Пака он лежит и ничего не может сделать я должен… СТОП» – именно в этот момент я понял, что это не я. Что как будто кто-то другой управляет моим телом сейчас. Я уже даже не помню из-за чего это все началось. Это не я… не я… я не мог… как же?..

Это был первый раз в моей жизни, когда я переборол свои инстинкты. Когда в тяжелой ситуации я принял решение своим собственным сознанием…

…до этого я слышал сотни школьных звонков, но этот стал для меня гонгом, предвещавшим начало новой, сознательной жизни…

Эпизод четвертый

– Привет, мам.

– Здравствуй сынок. Как ты, мой хороший? – голос матери, из-за искажения голоса телефонными линиями, казался еще более сухим и вялым.

– Да я то нормально! Что со мной станется? – ответил я, пытаясь совладать с дрожью в голосе придавая ему излишнюю бодрость.

– Дай Бог, сына, дай Бог.

– Лучше расскажи как ты? Мне папа недавно звонил. Сказал, что врачи только виновато отмалчиваются. – отец врал, конечно. Он уже давно все знал. С самого начала, еще до того как маму положили в больницу. Просто не хотел мне говорить правду, а врать о том, что с мамой все в порядке он не мог, потому что понимал – я вырос из того возраста, когда веришь каждому слову.

– Да вот и я их не понимаю, сынок. Я им говорю, что уже лучше себя чувствую, а они все никак не выпишут. Не бойся, сына, все будет хорошо!

– Мам, может быть я приеду. Я еще успеваю на сегодняшний поезд. Давай я возьму билет и завтра к обеду буду дома!

– Нет, ты что! У тебя же завтра последний экзамен! Давай ка ты завтра сдашь экзамен и тогда поедешь к нам! Только готовься хорошо! Я очень хочу, что бы ты хорошо там учился, сынок!

– Хорошо, мам. Я буду готовится.

– Обещаешь хорошо учиться сына? – наигранно весело спросила мама.

– Конечно, мам. Обещаю тебе, что еще хвастаться моей зачеткой перед подругами будешь!

– Я верю тебе, сына. Ладно, беги, готовься! – в этот момент я будто почувствовал Её добрый взгляд и теплую улыбку, которой Она всегда выручала меня из всех ситуаций.

Еще я вспомнил Её нежные руки, которые гладили меня перед сном и успокаивали, когда я ночью просыпался от кошмаров. Помню как Она обрабатывала мне мои первые ссадины и как, рыдая, стирала с моего лица кровь, когда я впервые в жизни подрался и пришел из школы с разбитым лицом…

– Ладно, пока, мам. Я люблю тебя!

– И я люблю тебя, сынок!

Мне было девятнадцать и я только-только поступил в университет на экономический факультет. Это был последний раз, когда я разговаривал с мамой.

А через пять лет я закончил университет с красным дипломом. Я никогда не отличался особым рвением к учебе и школу закончил-то кое как, а тут – вот… красный. Просто я обещал.

Эпизод пятый

– Таким образом, мы сможем втрое увеличить оборот и повысить уровень финансовой устойчивости нашего предприятия.

– А как же наши партнеры на Урале? – спросил меня лысый и неимоверно толстый мужчина из совета директоров.

– Наши, как Вы сказали, партнеры, уже третий месяц, благодаря нашим схемам, стремятся вывести на новую позицию ряд своих «трудных детей», увеличивая свои кредиторские задолжности. Так что, я думаю, при подобном развитии событий мы окончательно укрепимся на рынке в течении года и больше не будем зависеть от сторонних участников.

– Что ж, молодой человек, мы довольны Вашими стараниями. Ваша провокация подействовала не только на наших конкурентов. Это не планировалось, но это, в принципе, нам наруку. – Странно, «гендир» еще ни о ком так не высказывался на моей памяти. В лучшем случае непонятно отмалчивался.

Тогда я еще что-то рассказывал, показывал какие-то графики, диаграммы и даже импровизировал. Жаль что я не могу вспомнить подробностей. Похоже тогда молодой, взволнованный мозг был слишком занят, что бы толком записываться всякий бред.

Еще через год генеральный директор нашей фирмы объявил всем о моем назначении на пост его зама. И на это повлияла не только моя талантливость и интерес к работе. Мой мозг позволял мне выдумывать хитрые схемы не только на благо компании.

Я поступал подло…

Эпизод шестой

В тот вечер я напился в дрянь и ехал домой уже на последнем поезде метро. Машину пришлось оставить у бара, где я пил. Я, конечно, мог поехать домой на машине и ни одна сука не посмела бы махнуть мне палкой, но я этого принципиально не делал.

Не то что бы я не хотел нарушать закон – это глупо, когда делаешь это и так почти каждый Божий день да еще и так, что по сравнению с этим езда за рулем в не трезвом виде просто мелкое хулиганство. Я просто не хотел «хулиганить». Тем более в том районе никто не посмеет тронуть мой автомобиль.

Мне уже оставалось буквально пару станций, как я понял, что меня мутит. Да уж, ситуация. Ох как не хочется блевать в таком месте. Ладно что я тут один.

В следующие мгновение меня перегнуло и стошнило прямо на пол.

– Молодой человек, Вам плохо? – от услышанного голоса тошнить перестало сразу же.

Я повернул голову и мир в моей голове перевернулся! Её взгляд был наполнен лучезарным добром и сочувствием. Смотря в такие глаза сразу понимаешь, что человек не думает что-то типа: «нажрался скотина, блюет где непоподя» – её глаза мне тогда очень сильно напомнили мать.

Нет. Тогда я, конечно, этого не понимал. Это сейчас, лежа на мокром асфальте наедине со своими мыслями я это отчетливо понимаю.

– Мне хорошо как никогда, юная миледи! – не понимаю как я позволил тогда своему лицу натянуть на себя улыбку паралитика олигофрена.

– Может быть Вам помочь? Давайте я вызову на станции скорую! – все так же участливо щебетала девушка.

– Нет, не стоит. Я живу совсем рядом! Зачем беспокоить доблестных лекарей ради подбухавшего недоумка? – девушка улыбнулась и я увидел до боли знакомую улыбку.

Тогда я впервые полюбил. Были, конечно, женщины и до этого. Школа, институт потом, а смазливых секретарш я уже даже и не считаю. Я полюбил по-настоящему. Чистой, светлой любовью ребенка.

Эпизод последний

Я бежал по мостовой радостный, словно дитя! Сегодня у меня родилась дочь. Я был счастлив еще и тому что мне её подарила самая лучшая женщина на свете, которую я безумно люблю! Букет цветов, которые я купил жене уже почти совсем растрепался и болтался в моих руках как бесполезный веник.

Кто-то из людей поглядывал на меня с улыбкой, будто бы радовались вместе со мной даже сами не понимая чему. Им просто было приятно от самого осознания того, что кто-то в этом мире все еще счастлив. И я отвечал всем им искренней любовью. Я любил тогда весь мир и всех людей! Даже тех, кто сейчас смотрел на меня с неодобрением или равнодушием!

Я бросил всех прямо посреди собрания убежав никому ничего не объяснив. Интересно, как я выглядел тогда, когда читал смс от жены? В этот момент мне казалось, что сотовая связь – это лучшее, что изобрело человечество!

Я бежал пешком, хотя до роддома было добрых четыре квартала. Пока я спускался в лифте у входа уже услужливо поджидала машина, но я, вприпрыжку, промчался мимо будто и не заметив открытой дверцы корпаративного «лимузина»! Мне хотелось бежать!

Тогда я прожил самый счастливый день моей жизни.

Ну вот, снова ничего не помню… А я уже почти вернулся туда.

Как же холодно. Невыносимо холодно.

Эпилог

Сегодня моя дочь выступает на школьном концерте. Первое выступление в её, я уверен, счастливейшей жизни! Я вчера обещал ей приехать и посмотреть!

…я резко вильнул рулем перестраиваясь в средний ряд из левого…

Из-за этих гребных пиндосов я опаздываю! И какого хера этот мудак захотел позвонить мне именно сейчас?

…пришлось подрезать старый жигуленок, дабы не попасть на красную полосу светофоров…

Оп. Даже не удобно получается, теперь будет думать мол: «купил себе крутую тачку, а права, небось, в комплекте шли». А ведь обычно я соблюдаю! И права получал как положено.

Эта мысль быстро покинула мою голову и на её место снова встало обещание данное моей дочурке.

…твою мать! Все таки красный. Ладно, я как джигит из старого анекдота…

Надо было посылать его нахер и все! Или сказать секретарю, что бы соврал что нибудь про то, что я не могу разговаривать.

Я сразу и не заметил как завибрировал телефон. Кого там еще?

Как на зло я положил телефон в самый неудобный карман… Есть, достал…

…резкий звук сигнала автомобиля вывел мое внимание обратно на дорогу. Отвлекшись я начал смещаться влево, прямо вбок рядом идущего авто. Легким движением руля я выровнял машину…

Черт, выронил телефон. Я потянулся за телефоном, который улетел мне в ноги, посматривая, тем временем на дорогу, а телефон упорно вибрировал на полу…

Не найти, придется взглянуть где он лежит.

…удар я почувствовал сразу, как только отвернулся. Вместе с головой я дернул руку вправо. Жаль, что вместо четверной правой оказался железобетонный столб…

Вылетел через лобовое стекло я раньше, чем активировались подушки безопасности.

Никогда не любил ремни…

Вот лежу я теперь на асфальте и до сих пор не понимаю жив ли я еще. Картины начали проноситься перед глазами еще в полете, а потом начали гаснуть, постепенно сводясь к семи основным моментам моей жизни, которые повторялись друг за другом раз за разом, должно быть сотню раз.

Как будто определенные чекпоинты моей жизни. Ключевые точки.

Ну вот, это мой последний чекпоинт. И что это, гейм овер или финал я не понимал. Да и все рано уже. Хотя, скорее первое.

23 декабря 2010 года. Оренбург.