Читать книгу "Девушка в черной тунике"

– Твою ж дивизию! И что теперь делать...

Глава 4. Операция на грани срыва или Из любой ситуации есть выход

Макар включил левый поворотник и прижался колесами машины к бордюру, чуть не доезжая до полицейского участка. Не отрываясь от мобильника, он показал девушке на здание и дал понять, что звонок слишком важный и он не сможет сейчас оторваться от разговора. Катя неуверенно пожала плечами, шепнула «Спасибо» и тихонько выскользнула из машины. Как только за ней захлопнулась дверь, Макар включил громкую связь, и салон заполнил волевой низкий мужской голос:

– Кто-то слил нас. В городе знают, что ты к ним едешь. Ждут. Так что операцию нужно сворачивать. Считай, провал.

Макар сжал руль так, что побелели костяшки:

– Кто мог слить? Об этом знали только вы и я.

– Значит, кто-то сумел сопоставить факты и сделать выводы. А может, даже в кабинете прослушку устроили. Многие видели, что ты приходил ко мне, а сразу после этой встречи уехал со старого места. В кадрах есть документы о твоем переводе. Никогда не знаешь, кто на кого работает на самом деле.

– Твою ж дивизию! Простите, твое ж генеральство!

– Теперь без разницы.

Макар помнил, как горячился его шеф, впервые услышав про дивизию, и даже прочел ему целую лекцию о том, что дивизии появились при Петре Первом и назывались тогда генеральствами, поэтому правильнее говорить не «Твою ж дивизию», а «Твое ж генеральство». Обычно Макар следил за языком и всегда говорил в присутствии шефа «генеральство». Сергей Борисович в такие моменты довольно потирал руки и наверняка упивался своей властью над сотрудниками и, как он это называл, участием в «воспитательно-образовательном деле». Теперь он даже не обратил внимания и лишь отмахнулся. Значит, дело совсем плохо.

– Сергей Борисович, а что именно они знают?

– У меня там есть один товарищ. Я его внедрил год назад. Провернуть серьезное дело не сможет. Но кое-что узнать получается. Сейчас мне был звонок. По обрывку одного разговора становится понятно, что в городе ждут сотрудника спецслужб под видом пожарного.

– Все ж абсолютно правдоподобно. Старый начальник управления МЧС помер. К ним в любом случае должны прислать нового. Откуда вообще взялись эти подозрения?

– Говорю ж тебе по-русски. Мой агент услышал, что ждут засланного от нас. Более того, знают уже многое о тебе. Сказали, что молодой, по натуре одиночка. Зовут Макар.

– Твою ж... Твое ж генеральство! Столько работы – и коту под хвост. Кстати... Сергей Борисович, а про кота моего знают? Что я с котом?

– Нет, про кота речи не было. А ты Пухлого с собой взял?

– Пухляка. Да, на заднем сиденье дремлет. Получается, это не со старого места службы. Там бы не преминули указать на такую примету.

– Выходит, кто-то из центрального аппарата слил. Значит, у нас завелась крыса.

Макар прикрыл глаза и думал. Он несколько месяцев разрабатывал это дело, собирая информацию по крупицам. Практически уже знал с чего начать и был уверен, что сможет размотать весь преступный клубок. Даже не сомневался, что в деле так или иначе был замешан кто-то из мэрии.

– А чей разговор услышал ваш парень?

– Жена мэра говорила с родственницей. Готовят тебе подружку.

– Красивую?

– Уж наверняка! Сказали, что она как раз как ты любишь: длинноногая фигуристая блондинка, не отягощенная приступами стыдливости.

– Надо же! А я что, правда таких люблю?

– Тебе виднее.

– Ну вообще да, правда. А как в этом деле жена мэра замешана?

– Да кто ж ее знает. Разве так на расстоянии разберешь? Я тебя поэтому и отправил на место. Но теперь уже все равно. В общем, разворачивайся и давай обратно ко мне в Москву. Извини, что оставил без сладенького. Блондинка и правда ничего, говорят, местная певица. Но придется пока оставить это дело. Может, чуть позже к ним кого отправлю.

Макар хлопнул кулаком по рулю, и машина издала пронзительный сигнал. Пухляк дернулся и возмущенно мяукнул. А со скамейки вскочила девушка в черной тунике. Катя... получается, она не пошла сразу в участок, а так и сидела на остановке.

Он посмотрел на ее хрупкую фигуру через лобовое стекло. Идея пришла мгновенно, четкая и холодная, как выстрел. Она была идеальным кандидатом: без прошлого, без документов, без единого человека в мире, который кинулся бы ее искать завтра утром. Максим не считается. Это была идеальная сделка: он дает ей безопасность и новую личность, она дает ему самое надежное прикрытие – семью.

– Сергей Борисович, есть одна мысль! Они ждут нового начальника по имени Макар, и он должен быть одиночкой, верно? И любить шикарных блондинок.

– Точно. Только про шикарных я не говорил.

– Слов из песни не выбросишь, как есть. Но что, если к ним приедет начальник по имени Макар. И клюнет на эту их сладкоголосую диву. Они сосредоточат свое внимание на нем. А еще спустя пару дней в отделение переведут, скажем, Дмитрия Николаевича, семейного человека, который приедет к ним с женой и трехцветным котом. Никто на него и внимания не обратит.

– И где ты мне предлагаешь этого Дмитрия Николаевича найти? Кота, я так понимаю, ты своего пытаешься пристроить?

– Не совсем так. Слишком много времени мы с вами на разработку потратили. Сейчас нельзя отступать. Просто, если они ждут Макара, то и отправьте им завтра кого-нибудь по имени Макар. Что, редкое имя?

– Вообще, редкое. Хотя есть у меня еще один Макар, та еще заноза в заднице. И тоже холостяк.

– Вот! Идеально. К ним приезжает Макар, и они все свои усилия направляют на него. Он у них под подозрением и на контроле. Стоп! Я даже лучше придумал! Через пару дней этот Макар увольняет зама, делает громкое коррупционное разоблачение. Там есть за что копнуть. Вы же помните, что у восемнадцатилетней дочери заместителя управления восемнадцать квартир в Москве под арендный бизнес, семь – в Питере и несколько коттеджей в разных регионах. Город в шоке, все уверены, что Макар ради этого и приехал, а дальше вы его награждаете и переводите на повышение. Расследование завершено, награды получены. Город успокаивается. А на его место через неделю приезжает Дмитрий. Дмитрий Николаевич. С женой, котом и кактусом.

– Кактус зачем?

– Ну так, для конспирации. Типа цветок в горшке приволокли. Значит, точно семья и давно вместе.

– Тогда лучше фикус. Или пальму. Моя жена всегда фикусы с пальмами маленькими выращивала и по всем съемным квартирам с нами перевозила, пока в свою не въехали. Теперь у нее, конечно, целая оранжерея в коттедже. Вообще, это мысль. Только жену где найдешь? Может, тебе Татьяну нашу отправить? Она тебя ух каким взглядом провожала, когда ты от меня уходил. Но она ж тоже блондинка, чтоб под подозрение не попали вы там с ней.

– Не надо, ее исчезновение сразу заметят и тоже сделают вывод.

– И так может быть. Тогда где жену взять? Идея хорошая. Может сработать. Только докрутить надо.

– Жену я найду. Главное, документы нужно будет сделать на нас обоих.

– Пришли все на номер три, как найдешь. Через два дня будут готовы. А пока притормози где-нибудь в придорожном отеле. Считай, у тебя отпуск за казенный счет.

Макар подумал, что два дня отпуска – это даже для его шефа звучит как насмешка, но не стал спорить и горячо поблагодарил:

– Спасибо, Сергей Борисович! А я могу рассчитывать, что и моей подставной жене отпуск оплатят? Она же вроде тоже как бы по делу, а не самовольно.

– Перечислим сейчас на карту, – вздохнул на другом конце провода генерал в штатском.

– Я же правильно понимаю, что вы сейчас не из кабинета звоните?

– Макар, ты еще не родился, когда я уже такие операции проводил, что Штирлиц ваш отдыхает. В моей жизни бывало так, что ни в каком кино не придумают. Так что глупый вопрос. Конечно, вышел погулять. Вот, зашел на рынок за фруктами и телефон на работе забыл. Попросил у продавщицы. Статус постоянного покупателя имеет свои преимущества. Сам мне не звони. Получишь сообщение как обычно. Давай, выполняй. – Есть выполнять!

Макар отключил звонок и, не сводя взгляда с застывшей на скамейке фигурки в черном, переехал на парковку. Заглушил двигатель, насыпал в коробку от печенья корм коту и вышел из машины. Увидев его, Катя удивилась, но сразу обрадовалась.

– Ты не уехал? Вроде на работу так спешил, что и попрощаться не смог.

– Возникли непредвиденные обстоятельства. А ты чего не пошла в участок?

– А я все думаю, что им сказать, и никак не могу придумать. К тому же я ничего не помню. А вдруг окажется, что Максим говорил правду, и тогда меня упекут в психбольницу.

– Пошли пообедаем нормально. Заодно обсудим твою историю. Из любой ситуации всегда есть выход.

Глава 5. Кафе с плетеной мебелью

Уютное кафе утопало в солнечном свете, от теплого ветра лениво покачивались тюльпаны в плетеных кашпо. Между столиками скользили официанты, разнося напитки, а воздух был наполнен запахом свежей выпечки.

– Красиво! Давай сюда зайдем! – воскликнула Катя и почти сразу смутилась от своей восторженности, а затем уже более серьезно добавила: – Если ты не против. Только денег у меня нет.

– Я угощаю. Раз уж ты свалилась мне на голову, точнее упала под колеса, идем до конца. А вдруг судьба? Кто ж знает?

Катя сразу поникла.

– Не говори так. Мне не нравится.

– А как тебе нравится?

– Я не знаю. – Она вздохнула и села в плетеное кресло, которое предупредительно пододвинул Макар. Он расположился напротив, и в ту же минуту рядом с ними возник молоденький официант с меню.

– Доброе утро! Я оставлю вам меню, а пока можем предложить напитки: кофе, чай, сок? Если вы готовы сделать заказ, то так быстрее. Кофе у нас варят очень вкусный, а чай есть просто черный и зеленый, а есть с цветочными и ягодными добавками.

Макар вопросительно посмотрел на Катю. Она поджала губы, и ее глаза показались необыкновенно светлыми и большими. Второй раз за день он подумал о ее глазах.

– Катя?

Девушка молчала, и Макар почти сразу все понял и ответил за нее:

– Нам два кофе, и сливки с сахаром принесите отдельно. Мы потом решим, добавлять или нет.

Как только официант исчез, Катя ему кивнула:

– Спасибо. Не представляешь, как ужасно, когда ты ничего не знаешь о себе. Простой вопрос: кофе или чай? А я не знаю. Но даже если кофе, то как я его пила? С молоком или без? И как я люблю: с сахаром или просто горький?

– В твоем случае только методом проб можно выяснить. Пробуешь и определяешь: нравится тебе или нет. А что, у Максима не было кофе?

– Не было. Но я в его присутствии и не выпила бы. Кофе и чай надо пить в удовольствие, медленно, растягивая и смакуя вкусы и запахи. Как вспомню взгляд Максима, кровь в жилах стынет. Но мне тогда сравнивать не с чем было.

– Но кто-то же к вам в дом заходил помимо Максима?

– В том-то и дело, что нет. Деревня – вся сплошная заброшенка. В ней никто не живет. Я на прошлой неделе только поняла, как все плохо. Поначалу думала, что он реально брат и у нас умерла мама, а он заботится обо мне.

– Тоже мне забота! На цепи держать! – кулаки Макара сжались сами собой. – А когда ты поняла, что это ненормально?

– Пока я была совсем слабая, он бульоном поил и был правда заботливым, словно за ребенком ухаживал.

– А потом? – Через пару месяцев я окрепла и уже могла сама вставать. Тогда он мне и рассказал о том, что я бываю не в себе. Так что, если что, аккуратно со мной. Вдруг у меня и вправду какие-то приступы бывают, когда я за себя не отвечаю?

– Справимся, – улыбнулся Макар. – Этим ты меня точно не испугаешь.

В этот момент официант поставил на стол две дымящиеся чашки с толстыми ободками, сахарницу и сливочник.

– Ну что, давай пробовать? Я пью с сахаром и, если что, могу и со сливками. Поэтому отдаю на твои эксперименты обе чашки, потом просто отдашь мне ту, что останется.

Глаза Кати загорелись, и она поднесла к лицу чашку с черным кофе, втянула носом аромат и улыбнулась:

– Я люблю кофе! Точно люблю!

– Сахар? Или сливки?

– Мне кажется, он и так хорош. – Девушка сделала маленький глоток. – Нет, не так! Это божественно! Не надо ничего добавлять.

Макар усмехнулся и размешал в оставшейся чашке сахар, протянул ей для пробы. Катя притронулась губами и наклонила на себя чашку:

– Нет, нет, не надо! И сливки даже не буду пробовать добавлять. Я теперь точно знаю, что люблю черный обжигающе горячий кофе.

– Десерт? Или сперва пообедаем?

– Нет! Десерта точно не нужно! И я, пожалуй, закажу филе цыпленка и овощи-гриль.

Макар подозвал официанта и повторил ее заказ, а себе взял стейк с запеченным картофелем. К основной цели обеда он планировал перейти сразу после того, как они покушают, но Катя его опередила:

– Макар, послушай, я тут подумала...

– Да, Катя.

– А в том городе, куда ты переезжаешь... не знаешь, вдруг там еще какие-то свободные вакансии есть? Как думаешь, там может быть работа для меня?

– Может, и есть. А что ты делать умеешь?

Катя вздохнула и втянула длинную шею в плечи:

– Ты знаешь ответ.

– Ответ «Не знаю» я помню. Почти на любой вопрос. Это так странно.

– Я не вернусь обратно ни при каких обстоятельствах, а идти мне тоже некуда.

– Есть одна идея.

– Какая?

– Выходи за меня замуж.

– Что?! – глаза Кати стали невероятно большими. – Как это?

– Как у всех. Люди встречаются, люди влюбляются, женятся.

– Но у нас с тобой только первый пункт пока соответствует песне.

– Ну и ничего, второй пропускаем и сразу переходим к третьему.

– Дурацкий день, – Катя помрачнела и сникла. – А я надеялась... Из огня да в полымя, как говорит... как говорит... кто-то так говорит, в общем. Нет, идея с полицейским участком может и не идеальна, но, похоже, единственная.

– Все-таки придется рассказать правду.

– О чем?

– Когда ты вышла, мне как раз позвонили с работы.

– Я помню, из-за этого звонка ты со мной даже не попрощался.

– Прости, это был очень важный звонок.

– И что?

– Мне отказали в этой работе.

– Как это? Почему?

– А это самое забавное. Потому что, оказывается, они ждали степенного человека с семьей. У них не приветствуют назначение на такие должности людей несемейных. Там шеф считает, что если у человека есть жена, то он отчего-то вдруг автоматически становится более собранным, ответственным, и ему можно доверять. А с холостяками он работать отказывается. Я не нашел ничего лучше, чем соврать, что женат, и они ошиблись. Теперь мне надо срочно найти жену. Можно фиктивную, но так, чтобы никто ни о чем не догадался. Поэтому, Катя, я и подумал, что мы с тобой сейчас идеальная пара и отлично подходим друг другу.

– Я тебя знаю пару часов. Как я могу согласиться выйти за тебя замуж?

– Очень просто. Скажи «да», и это замужество сразу решает все твои проблемы.

– Да? Я сразу пойму, кто я такая, чем занималась, где жила и что люблю?

– Это, может, и не поймешь, но, как минимум, у тебя сразу будет жилье, еда на столе и свободное время. Можешь заниматься чем захочешь. Хоть все на свете перепробуй и ищи себя. Из обязанностей – только следить по дому и готовить. Городок маленький, доставка там вряд ли будет.

– Я даже не знаю, умею ли готовить.

– Вот и выясним.

Официант поставил перед ними аппетитные дымящиеся блюда на больших тарелках с веточками розмарина и уточнил снова о десерте. Но, получив отрицательный ответ от обоих, сразу же перешел к другим столикам. Катя ковырнула вилкой овощи и подняла взгляд на Макара:

– Есть кое-что, что делает твое сумасбродное предложение совершенно невозможным. – И что же это?

– У меня нет никаких документов. А без них не распишут.

– Этот вопрос как раз решаемый. У меня есть хорошие друзья.

– Ты связан с криминалом?

– Не могу раскрывать деталей. Но гарантирую, что никто ни о чем не узнает. И есть одно важное условие. Когда мы приедем в город, то должны выглядеть так, словно женаты по меньшей мере год.

– Что значит «выглядеть словно женаты год»? Это что, целоваться на людях?

– Достаточно просто не шарахаться друг от друга при посторонних.

– Странное условие у твоего нанимателя. Разве это законно?

– Нет, конечно, но каждый имеет право сходить с ума по-своему. Извини, я не имел ввиду... В общем, если у меня не будет жены, с которой я живу уже вместе по меньшей мере год, мне откажут в работе под каким-нибудь благовидным предлогом. И тогда все, не будет у меня стейков, а у Пухляка мясных паштетов.

– Вот только не надо давить на жалость. Со мной это не сработает.

– Откуда знаешь?

– Знаю.

– Видишь, я на тебе благотворно действую. Со мной ты уже выяснила, что любишь черный горячий кофе, не поддаешься на манипуляции, не проявляешь сострадания к будущему безработному и голодному коту, а также помнишь истории из области психиатрии. И это еще только пару часов с момента встречи прошло!

Катя неопределенно хмыкнула и вернулась к тарелке с едой. Они больше не говорили на эту тему и перебрасывались лишь ничего не значащими фразами о вкусе блюд и удобстве плетеных кресел с подушками, но было очевидно, что оба думают об одном и том же. Закончив с едой, девушка выпрямилась и, подставив лицо лучам весеннего солнца, потянулась. Макар услышал, как хрустнули у Кати суставы, и решил, что первым делом купит ей витамины с кальцием. Ведь вообще непонятно, чем ее кормил этот Максим, да и вообще кормил ли.

Катя потянулась, сплетая пальцы в замок, словно пыталась ухватиться за что-то осязаемое в мире, который рушился вокруг нее. Этот день чем -то другим. Как если бы речь шла о двух разных жизнях.

Еще утром ее сердце выбивало бешеный ритм, голова гудела от ужаса, а ноги едва слушались, утопая в хвойной лесной подстилке. Ветер бил в лицо, волосы хлестали по глазам, но сильнее всего резало одно: что, если он догонит?

Тогда все пропало. Тогда снова темнота. Запертая дверь. Скользящий по коже страх. Его голос, ровный, заботливый, но от этого леденящий кровь: «Это для твоего же блага, сестренка». Катя поежилась и вернулась мыслями в настоящее.

Теперь перед ней сидел мужчина, который за пару часов показал, что не собирается ее запирать, не пытается ею владеть, не требует ничего взамен и готов высадить, где она скажет, по первому требованию. А еще у него есть кот. Трехцветный сонный кот с ужасным именем. Макар не должен был ее обидеть. Он просто предлагал выход. Слишком просто? Или слишком подозрительно?

Фиктивный брак. Звучит абсурдно, но разве это хуже, чем снова оказаться в клетке? Чем снова зависеть от чужой воли? По крайней мере, у Макара наверняка не было цепей. Он так скривился при виде синяка, что сыграть это было нельзя. В конце концов, у нее наконец появился шанс самой выбрать, куда идти дальше. Впервые она имела право сказать «да» или «нет». Она почувствовала неожиданную легкость в плечах.

Катя подняла глаза на Макара. Он смотрел спокойно, даже с легкой насмешкой, будто ему действительно все равно и он точно не собирался ее уговаривать. Она провела языком по губам. Почувствовала вкус кофе. И вдруг поняла, что это самый легкий выбор, который она делала за долгое время.

В конце концов, у нее наконец появился шанс самой выбрать, куда идти дальше.

– Я согласна, – голос прозвучал твердо, как сталь. Катя даже удивилась, насколько уверенно.

Она видела, что Макар этого не ожидал. Кажется, он немного растерялся от того, что ее не надо уговаривать. Катя смотрела на него победоносно, и в ее облике совершенно не было смущения:

– Ты прав, мы можем здорово помочь друг другу в этой ситуации, но предлагаю сразу четко обсудить все условия и установить правила.

– Ты так легко соглашаешься? Я ожидал тираду о том, что это безумие.

– Ты еще не слышал перечня правил.

Макар хмыкнул, но ничего не ответил. Может, она и не помнит о себе ничего, но у нее точно железный характер.

Глава 6. Знакомство

Они вышли из кафе и направились к машине. Катя шла рядом с ним уже более уверенно, она ощущала в себе странную легкость, словно вступила в игру с неписаными правилами. Макар открыл дверцу, пропуская ее внутрь, и лишь когда они оказались в закрытом салоне, заговорил первым.

Обсуждать детали сделки под удивленными взглядами официанта, до которого долетали лишь отдельные фразы, не хотелось. Парень бы сильно удивился, узнай он, что люди, познакомившиеся всего пару часов назад, уже договорились о фиктивном браке. И что, когда через пару дней они заберут новые документы, по легенде они будут женаты не меньше года.

– Надо договориться о всех нюансах, – начал Макар, выруливая на дорогу. – Чтобы никто не смог догадаться, что еще вчера каждый из нас занимался своими делами и понятия не имел о существовании другого.

Катя вздохнула:

– Вот бы еще понять, чем я занималась год назад.

– С этим разберемся позже. Сейчас мы должны придумать красивую историю. Только мне придется тебе кое в чем признаться.

– Уже? Мы же только познакомились! Как ты успел что-то натворить за это время, если практически всегда был у меня на виду?!

– Я не Макар.

Катя нахмурилась и резко повернулась к нему:

– Что?

– Ну... так получилось, – он пожал плечами, не отрывая взгляда от дороги. – Это была глупая шутка. Я не думал, что мы вообще проговорим дольше двух минут.

– Какая еще шутка?

– Ну, ты в каком состоянии тогда была? Я не знал, что делать, ты испугалась, меня не слушала. На автомате сказал первое имя, которое пришло в голову, лишь бы хоть как-то разговор завязать. А потом как-то... неловко стало исправляться.

Катя чуть прищурилась, словно пыталась что-то вспомнить. – Ну да, я действительно была... не в себе.

– Вот, – он улыбнулся, стараясь выглядеть абсолютно расслабленным. – Не хотел тебя запутать, но теперь самое время разъяснить. Я – Дима. Дмитрий Соболев.

Катя кивнула, принимая информацию.

– Ладно, Дима так Дима. – Она вдруг усмехнулась.

– Я вообще не помню, как меня зовут. Кто я такая, чтобы сомневаться в чужом имени?

– Вот именно! – он рассмеялся, хотя внутри наконец позволил себе выдохнуть. – Значит, договорились.

– А почему все-таки ты назвался именно тем именем?

– Так вышло, на автомате. Старая привычка – при знакомстве с девушками называть более звучное имя.

– Какое же это было «знакомство с девушкой»?

– Ну, раз оно привело нас к браку, значит, самое настоящее.

– И кто из нас после этого странный?

– Мы достойная пара, – подмигнул он. – Катя, не уверенная в том, что она Катя, и Макар, уверенный в том, что он не Макар, а Дима.

– Ну ты даешь... А мне нравилось имя Макар.

– Вот, теперь понимаешь, почему я так сделал? Я же думал, что высажу тебя почти сразу. Видимо, даже в том твоем состоянии мне хотелось тебе понравиться. Но на самом деле я – Дима.

– А все остальное? Тоже легенда для девушек? Про пожарного и переезд?

– Про пожарного – правда. И про переезд на работу тоже. Только нам теперь надо завернуть куда-то на пару дней, пока документы тебе не сделают.

– Тебя же завтра ждут на новом месте.

– Я, когда оттуда звонили, попросил еще несколько дней. Сказал, что забыл про годовщину свадьбы и жена мне устроила настоящую головомойку. Такое объяснение всем понравилось, на новой работе вошли в положение. Сказали, что я могу приступить даже через неделю. Нам как раз хватит этого времени на документы и создание правильного образа.

– Какого еще образа?

– Ну, хотя бы фикус купить. Или пальму. Надеюсь, ты любишь цветы и не будешь против заявиться на новое место с цветами в горшке? Заодно сразу расскажешь, как намучилась в дороге, чтобы растение не загубить. Тебе соседки сочувствовать начнут. Ничто так не убедит окружающих в реальности брака, как кот и цветы в горшках.

Катя пожала плечами:

– Ладно, я поняла. Значит, я люблю цветы. Надо книжку по ним купить, чтобы до приезда немного почитать. Еще пожелания к моим увлечениям будут?

– Конечно! Смотри, во-первых, ты – та жена, которая полностью доверяет мужу и вообще не вмешивается ни в какие вопросы. У нас полный патриархат.

– Шутишь?

– Нет, серьезно.

Катя поджала губы, покрутила в задумчивости головой и повернулась к нему:

– На это даже не рассчитывай!

– В смысле? Нормальная же тема!

– С кем-нибудь другим, ладно? Вот как будешь жениться по-настоящему, там хоть домострой устраивай, а со мной не пройдет.

– А еще говорят: найди себе скромную деревенскую девочку и будет тебе счастье.

– Счастье, может, и будет, но в семье у нас равноправие, пускай и фиктивное.

Дима подумал, что легко и просто с ней точно не будет, но придется договариваться. Он включил все свое обаяние и улыбнулся:

– Ну что, давай знакомиться заново? Твоего мужа зовут Дима. Дмитрий Николаевич Соболев.

– Я что, теперь Соболева?

– Возражения?

– Нет, просто интересно. Только я отчество свое не знаю.

– Так давай придумаем. Александровна? В честь Александра Македонского.

– Мне кажется, я не воинственная.

– А вдруг кажется? Но если не нравится, то можно...

– Мне нравится. Екатерина Александровна Соболева... Да, мне точно нравится!

– Тогда решено!

– А когда у меня день рождения?

– Придумай, как тебе больше нравится.

– А давай сегодня?

– Нельзя, сегодня у нас годовщина свадьбы. А так получится, что я сразу и о годовщине забыл, и о дне рождения. Это уже совсем никуда не годится! Перебор по «косякам».

– А ты не такой, да? – рассмеялась Катя. – Признавайся, забывал о дне рождения жены, когда вы еще были вместе?

– Не помню.

– Нет, нет, нет. Не пройдет. «Не помню» в этой машине говорю я. Если неприятно вспоминать, так и скажи, а не прикрывайся моей амнезией.

– Мне казалось, что я неплохим мужем был, – Дима посерьезнел. – Бывало, конечно, по службе приходилось уехать, и не всегда мог сказать ей, куда и зачем, но жили неплохо. Мне так казалось. А потом... А потом суп с котом вышел! Прости, Пухляк, ничего личного.

Катя обернулась назад и посмотрела на устроившегося среди сумок кота. – Слушай, а нам обязательно это все сейчас решать?

– Важно определиться с твоим именем, днем и городом рождения, остальное можно и позже.

– Никак не могу придумать.

– Ну, какое тебе время больше нравится? Зима, весна...

– Лето!

– Точно?

– Абсолютно!

– Ну вот, давай через месяц сделаем. Как раз обживемся на новом месте и отпразднуем. Например, 21 июня. Как тебе?

– Звучит хорошо!

– Полдела сделано. Теперь возраст. Как чувствуешь, сколько тебе лет?

– Ну, точно не пятнадцать.

– Очень надеюсь, что ты совершеннолетняя, – рассмеялся Дима.

– На сколько я выгляжу?

– Я бы сказал, от двадцати трех до двадцати шести.

– Тогда давай сделаем двадцать пять. Красивая цифра.

– Это что же получается, у тебя через месяц юбилей?

– Получается!

– Так ты меня решила на подарки развести?

Катя умилительно и как-то по-детски пожала плечами:

– Ты сам себе жену выбирал. Теперь как есть. А у тебя когда день рождения?

– У меня не скоро, до следующего апреля ждать.

– И как ты отпраздновал свой последний день рождения?

– Купили с Пухляком еды и посмотрели фильм.

– Что за имя ты коту придумал?! – возмутилась Катя. – Давай и его иначе назовем.

– С чего бы?

– Ну, мы же себе сейчас меняем имена, фамилии, даже день рождения мне придумали.

– Так это же не одно и то же!

– Тебе нравится имя Принц?

– Нет, ну какой из него принц?

– Адмирал?

– Еще хуже. Я не понял, что за замашки у нашей скромницы из заброшенного поселка? Теперь и Пухляку грозят перемены.

– Ему все равно, он и так уже сменил квартиру на машину и не знает, что его ожидает дальше. Так давай хотя бы кличку нормальную придумаем. Никто не поверит в то, что у женатой пары может быть кот с таким именем. Это сразу кот закоренелого холостяка.

– А может, это мой кот, и я его так до свадьбы назвал?

– Вот и прекрасно! А после свадьбы его будут звать... ну, например, Симба, или Лорд, или... – Катя обвела взглядом окрестности, мелькающие за окном, и, заметив рекламный щит с египетскими пирамидами, воскликнула: – Фараон! Его будут звать Фараон!

– Пухляк Фараон... Извини, друг, нам придется сдаться перед напором этой женщины.

– Спасибо! Ну вот, Фараон – это уже вполне похоже на семейного кота. Дай, пожалуйста, свой телефон.

– Зачем это? У нас с тобой фиктивный брак, ты понимаешь это?

– Ты что, решил, что я твои переписки с девушками стану проверять? Хочу посмотреть, какие еще продают цветы в горшках. Фикус – это как-то... даже не знаю, не мое. Мне кажется, я бы никогда не выбрала себе фикус.

– Кактус?

– Просто дай телефон, и я за десять минут найду то, что надо.

– Вот они, современные девушки, – вздохнул Дима. – Как зовут – не знают, а как телефоном пользоваться – помнят.

– Если ты думаешь, что с потерей памяти я забыла о всех достижениях человечества, то должна тебя разочаровать: не помню я только события своей жизни, а все остальное отлично осознаю.

– Не отстанешь, да? Ладно, бери. Доедем до следующего города и купим тебе телефон. Хотя нет, сначала надо забрать твой паспорт. Какой город указывать местом рождения? Есть предпочтения?

Катя задумалась, глядя на пролетающие за окном поля. – Дай навигатор посмотреть.

Она несколько минут изучала карту, а потом радостно вскрикнула: – Москву напиши!

– Почему Москву?

– Мне кажется, мне бы там понравилось.

– А ты была когда-либо в Москве?

– Я не помню. Но в маленьком городке всегда может найтись кто-то, кто нас разоблачит, потому что он из того же места. А я не смогу ничего рассказать. Зато про Москву все все знают и даже спрашивать не станут. В большом городе легче затеряться.

– И в каком районе Москвы ты «родилась», если что?

– Не знаю. Первое, что приходит на ум – Красная площадь. А про районы я не в курсе.

– Скромная ты моя. Ну, пускай будет Москва! Теперь у меня жена – коренная москвичка.

– Видишь, и для тебя кругом одни плюсы.

– Я только одного не могу понять: как ты могла так быстро прийти в себя? Когда я тебя подобрал, ты вздрагивала при каждом слове. Уснуть в машине боялась, а теперь болтаешь без умолку.

– Просто когда ты меня высадил и я осталась одна, то вдруг поняла, что ты – единственный человек в этом мире, которого я знаю. Получается, я только тебе и могу доверять. Ты не против, если я немного посплю, Дима? Как непривычно... Я уже привыкла к Макару.

– Нет, теперь только Дима, раз у нас вышла долгосрочная история. Возьми плед сзади и рычаг справа нажми – разложи кресло. Нам еще далеко.

– А куда мы едем, кстати?

– Пока просто прямо. Но раз у нас сегодня «юбилей», надо заехать в какое-нибудь красивое место. Там и остановимся на пару дней.

Катя зевнула и укрылась пледом. Сон сморил ее мгновенно.

А мужчина, будь он Димой или Макаром,, убедившись, что она больше не реагирует на звуки, вытащил из кармана сложенный вчетверо листок. Три телефонных номера. Три варианта. Он выбрал третий. Снова оглянулся на Катю – плед чуть сполз с ее плеча. Он аккуратно поправил его, но девушка даже не шелохнулась.

«Как она отреагирует, если узнает?» – подумал он и, быстро набрав сообщение, отложил телефон. Катя спала. А мужчина думал о том, что ее жизнь только что изменилась гораздо сильнее, чем она могла себе представить.