Читать книгу "Люблю. Целую. Босс"

Глава 4

– Доброе утро, – приветствую босса, появившегося в приёмной не из кабинета.

– Доброе. – Буркнув приветствие, проносится мимо меня, но задерживается. – Сегодня у меня встреча в городе…

– Да, в три часа, – листнув вкладку планшета, открываю расписание Маркова.

– Вы едете со мной.

– Конечно, Александр Алексеевич.

Босс покидает приёмную, а я понимаю, что иногда всё же придётся его сопровождать на встречах. Окунев часто брал меня с собой и в какой-то момент стал просто говорить «моя Вита всё запишет», «позвоните Вите, она в курсе», «этот вопрос к Вите». По-моему, он даже моей фамилии не знал, обращаясь исключительно «моя Вита». Нет, никаких намёков со стороны Владимира Олеговича никогда не было, это, скорее, походило на отеческое снисхождение, а иногда наставления человека значительно старше по возрасту. Его жена была частым гостем в нашем офисе: мы знали её, а она всех нас. Может, кто-то и думал о неделовых контактах между нами, но мне было всё равно.

Я встречалась с Вадимом, который, кстати, Окуневу не нравился ни как работник, ни как мой мужчина. Почему, я не знаю до сих пор. Расстались мы по обоюдному согласию, точнее, Вадим честно признался, что встретил другую и намерен построить с ней совместную жизнь. Да, было немного обидно, что два года отношений закончились скупым «прости, но я влюбился в другую женщину», но никто не обещал мне любовь до гроба.

Иногда я мониторю страницу бывшего ради интереса, чтобы увидеть ту, что завладела его сердцем, но на фото он всегда один. В какой-то момент я пришла к выводу, что никакой другой женщины не было, а он просто меня бросил, потому что я ему надоела. Пусть так. В некоторой степени меня это задевает, но не настолько, чтобы впасть в депрессию и приписать себе пару комплексов.

До обеда кабинет босса превращается в проходной двор, и когда к нему приходит один из заместителей, который вчера провёл у Маркова полтора часа, решаю спуститься на этаж ниже и осмотреться.

В лифте меня сторонятся, показательно отходя в сторону, а когда появляюсь на кухне, присутствующие замолкают. А их, присутствующих, около пятнадцати. Просторное, светлое помещение свободно вмещает два десятка сотрудников. Здесь имеются круглые столики, большой холодильник, микроволновка, кофемашина и даже аппарат с шоколадными батончиками и орешками. А судя по количеству подписанных кружек, кухня пользуется популярностью.

– Всем здравствуйте. Меня зовут Виталина, и со вчерашнего дня я секретарь Александра Алексеевича.

Скупые кивки как подтверждение, что меня услышали. На лицах проскальзывают странные эмоции: смесь презрения, зависти и страха. В принципе, реакция понятна, при условии, что я контактирую с их боссом на протяжении рабочего дня и услышанное в этой комнате могу передать ему не задумываясь.

Разогреваю обед и занимаю свободный столик у окна. Поглощаю рис с овощами, рассматриваю крыши автомобилей внизу и мечтаю о выходных. Рада, что вышла на работу среди недели, и у меня будет время выдохнуть и собраться с мыслями, а также позвонить Ленке и посвятить время рассказам о работе с её мужчиной.

– Наталья Павловна. – Вздрагиваю, а повернув голову, вижу перед собой улыбающуюся женщину лет шестидесяти, протягивающую мне руку. – Отдел маркетинга, бренд-менеджер.

– Виталина, – скрепляю знакомство рукопожатием.

Внимательно осматриваю её, отмечая очень короткую стрижку-ёжик и ярко-розовый цвет волос. Необычно, но ей удивительно идёт.

– А правда, что вы замужем?

– Да, – показываю правую руку, позволяя ей увидеть кольцо. – Что-то не так?

– Мы думали, Кисленко пошутила, когда озвучила особое условие для соискателей. – Смотрю на женщину, пытаясь вспомнить фамилию, которую уже слышала, но не помню, какую именно должность занимает сотрудник. – Кисленко – начальник отдела кадров. – Короткий кивок, подтверждающий принятие информации. А заодно и напоминание, что в названный отдел нужно зайти, чтобы предоставить документы для оформления меня как сотрудника компании. – Но Александру Алексеевичу не везёт с секретарями.

– Да, я слышала про волшебное место.

– Волшебное не то слово. – Наталья Павловна мило улыбается, не обращая внимания на сотрудников, которые косятся в нашу сторону и прислушиваются к разговору. – В прошлом году сменилось семеро, – растопыривает пальцы перед моим лицом, – а в этом уже двое. И последняя вышла замуж за двоюродного брата босса. Он даже кресло менял дважды – не помогло, представляете? Какая-то аура там особенная, – проговаривает с придыханием, – романтичная.

– Можете считать, что романтика закончилась. На мне, – цокаю и продолжаю поглощать обед.

– Хотя зря он, – хмыкает, отпивая чай. – Ему сейчас свободная девушка на месте помощницы не помешала бы.

– Это почему?

– Он же разводится, – переходит на шёпот. – Но там какие-то проблемы с разделом имущества.

Что ж, мысленно приношу извинения Лене, а заодно и Маркову. Не солгал, когда сказал подруге о непростом разводе. И пусть то, о чём судачат сотрудники, можно разделить на два, факт запуска бракоразводного процесса имеется.

– Я об этом ничего не слышала. И жену не видела.

– Ещё увидишь. Мало приятного.

– С ней что-то не так?

Женщина молча достаёт телефон, возится несколько минут и поворачивает ко мне экран.

– Новогодний корпоратив в прошлом году. Блондинка рядом с ним.

Рядом с Марковым красивая женщина. Тонкие черты лица, мраморная кожа, точёная фигура – идеальная. И несомненно, они прекрасно смотрятся вместе.

– Очень красивая, – не могу не принять данный факт, говоря об этом собеседнице. – Они отлично смотрятся вместе. – Но в моменте вспоминаю, что кроме развода Лена упомянула какую-то болезнь. – Она здорова?

– Ну если хамство можно считать болезнью, то со здоровьем имеются проблемы.

– Даже так?

– Да. – Наталья Павловна поджимает губы, отвернувшись к окну.

– А дети у них есть?

– Нет. Почему не знаю. Может, он не хотел, может, она.

– А может, просто не получилось. Иногда у пар существуют проблемы, о которых никто не желает распространяться.

– Если честно, я плохо представляю её матерью.

– Почему?

– Она вся такая возвышенная, несравненная, неземная, что вряд ли опустится до уровня орущего маленького человека. Она привыкла к дорогой жизни, где она сама на первом месте.

– Нельзя обвинять человека в том, что он желает только лучшего. Думаю, если бы у вас были деньги, много денег, вы вряд ли проводили бы по десять часов в офисе.

Мне, конечно, интересны детали личной жизни босса для предстоящего доклада подруге, но опускаться до обсасывания подробностей не хочу. Да и в глазах сотрудников хочется сохранить лицо и показать, что сама я приносить новости не собираюсь.

– Несомненно, но наличие средств не предполагает автоматическое унижение тех, у кого их нет. Прошлогодний корпоратив впервые проходил для всех сотрудников в сумме. Мероприятие оказалось великолепным, вот только босс, притащивший на него жену, совершил ошибку. Она демонстративно игнорировала присутствующих и сидела за отдельным столом, всем видом показывая, что мы ей не ровня.

– Ну по факту так и есть, – высказываю, видимо, непопулярное мнение, и женщина закатывает глаза.

– А как проходили корпоративы на вашей прошлой работе?

– Уютно. Коллектив был небольшим, но очень дружным. – На минуту позволяю себе окунуться в ностальгию, вспомнив о людях, с которыми было комфортно.

– А почему уволились? – И теперь от Маркова она перешла к уточнению данных обо мне.

– Фирма закрылась. Конкуренты задавили, если кратко.

– Что ж, приятно было познакомиться. – Поднимается, оглядываясь на двух женщин, показывающих, что пора идти. – Мы Александра Алексеевича очень любим. Он замечательный руководитель. – А вот и момент, который должен перекрыть обсуждение личной жизни Маркова и не очень приятные высказывания в адрес его супруги. – Надеюсь, вы у нас задержитесь.

– И я надеюсь, Наталья Павловна.

Сухой кивок на прощание, и за столом я остаюсь в одиночестве. Итак, Марков действительно разводится, но имеются проблемы. Детей у него нет, а значит, всё проще, чем я предполагала. В некоторой степени Лену можно поздравить, совсем скоро она получит мужчину своей мечты, если он, конечно, не свалится замертво. А может, я зря нагнетаю, и уставший вид – это его перманентное состояние?

Возвращаюсь в приёмную, подтверждая, что босс до сих пор общается с замом. Отшиваю нескольких посетителей, поясняя, что Марков пока занят. Я всё ещё напряжена и продолжаю сортировать файлы на рабочем компьютере, открывая и изучая каждый. Мне необходимо знать, что и где находится, чтобы в случае необходимости быстро найти.

Спустя полчаса зам покидает кабинет босса, мило улыбнувшись на прощание, а сам руководитель через пятнадцать минут напоминает, что я еду с ним. Минута требуется, чтобы сменить обувь, схватить пальто и отправиться следом.

Семеню за мужчиной, осматривая его со спины. Тёмно-серое кашемировое пальто сидит на нём идеально, подчёркивая широкие плечи. И если не считать отпечатка усталости на лице Александра, я бы сказала, образ идеален. В лифте становится неловко. Мы стоим плечом к плечу, и я лишь теперь я улавливаю нотки его парфюма: сандал, древесный компонент, мята и свежесть цитрусовых. Терпкий, но очень приятный и ненавязчивый. Сразу вспоминаю своего «возможного» босса и вонь, которой, кажется, пропиталось всё здание. Слава богу, Марков знает меру в использовании парфюма.

Оказываемся на подземной парковке, о существовании которой я не знала. Оно и понятно, у меня нет машины, а все сотрудники, имеющие транспорт, вероятно, оставляют его здесь. Чёрный мерседес ожидает нас, и босс услужливо открывает для меня заднюю дверь, позволяя оказаться в салоне. Сказать, что машина шикарная, – не сказать ничего, потому что я в таких никогда не сидела. Водитель приветствует меня едва заметным кивком и, как только Марков занимает место рядом со мной, давит на газ.

– Игорь, это Виталина, – произносит босс, сосредоточившись в телефоне. – Маршруты по последующим поездкам будет отправлять она.

Так, у меня появилась ещё одна строка в обязанностях – связь с водителем. Интересно, он один или существуют сменщики? Сталкиваюсь взглядами с Игорем в зеркале заднего вида и отмечаю едва дёрнувшийся уголок губ. Лёгкая усмешка предназначается мне? По какой причине?

На протяжении пути стараюсь не смотреть на Маркова, который уткнулся в телефон, быстро порхая пальцами по экрану. До меня доносится лишь звуки короткой вибрации, будто ему приходят сообщения. Может, он прямо сейчас переписывается с Ленкой? Мужчины, как правило, более приветствуют звонки, когда можно спросить и получить ответ, не ожидая сообщения от собеседника, но мой босс в их число, вероятно, не входит.

Осознаю, что мне неуютно наедине с ним. Нет, это не то чувство, когда нахождение рядом невыносимо и в срочном порядке хочется покинуть пространство, но напряжение имеется. Может, дальше станет проще? Когда мы притрёмся друг к другу и выстроим отношения босс-подчинённая.

Пока я не поняла, какой он человек и на что способен, когда зол. О радости не говорю, потому как улыбки на его лице пока не заметила. Или он не улыбается?

– Ожидай.

Короткий приказ водителю, остановившемуся около дорогого ресторана в центре. Я в таких местах не бывала. Нет, деньги на такое заведение у меня имелись, только я смотрелась бы здесь неуместно. Иду за Марковым, а когда оказываемся внутри, я позволяю себе осмотреться, а босс уверенно направляется к столу с мягкими кремовыми диванчиками. На них устроились двое мужчин, однозначно ожидающих нас.

– День добрый, Юрий Витальевич, – Марков пожимает одному из них руку, усаживаясь напротив и указывая мне на место рядом с собой. – И тебе, Антон.

Коренастый мужчина за шестьдесят неспешно поедает отбивную, запивая напитком зелёного цвета. Устроившийся рядом молодой, чуть за тридцать мужчина с голубыми глазами и модельной стрижкой держит планшет. Вероятно, он является помощником и находится здесь по тем же причинам, что и я.

Через несколько минут к нам подходит официант, и босс называет две позиции из меню, а после поворачивается ко мне:

– Вы что-то будете?

Прикидываю, что это «что-то» будет отминусовано от моей зарплаты. Вряд ли Марков планировал кормить секретаршу из своего кармана.

– Нет, я обедала в офисе.

– Может, десерт?

А я уже обратила внимания на эклеры. И один стоит, как шесть в кондитерской около моего дома. Соблазн велик, но я всё-таки спешу отказаться, напоминая себе, что средств впритык, а зарплату я ещё не наработала.

– Нет, спасибо.

– Я внесу в свой счёт, если вы переживаете за это.

У меня на лице написано, что я нуждаюсь? Или Марков хочет проявить себя в моих глазах как джентльмен?

– Эклер. И чай. Чёрный.

Официант, ожидающий у стола, делает отметку и исчезает. И пока не принесли заказ, мы с Антоном вслушиваемся в беседу боссов, помечая важные моменты. Я не понимаю и половины, постоянно отвлекаясь на специфические термины. На выходных нужно посвятить время детальному изучению деятельности компании, а также прояснить многие моменты, иначе в таких ситуациях буду выглядеть глупо. Да, секретарь в офисе не обязан разбираться в инженерном оснащении объектов, но мне, видимо, придётся.

И пока я с наслаждением поглощаю эклер, отвлекаясь на пометки в планшете, отмечаю, что Марков говорит медленно, даже протяжно, словно каждое слово выталкивает из себя с усилием, потому как обстоятельства обязывают. Собеседник, Юрий Витальевич, наоборот, тараторит, проглатывая окончания, словно спешит поделиться с боссом. В его речи проскакивают интересные словечки, которые я помечаю себе, чтобы потом посмотреть их значение. Но Маркова они, кажется, не напрягают. Он с интересом слушает и размеренно жуёт стейк, иногда посматривая на меня.

Заслушавшись, пропускаю момент, когда крем спешит выбраться из эклера и падает мне на юбку. Быстро собираю его салфеткой, но остаётся пятно прямо посредине. Ругаю себя и, извинившись, мчу в уборную.

– Чёрт… – ругаю себя, пытаясь затереть пятно.

На светло-сером костюме испачканное место темнеет, а когда интенсивно его тру, разрастается, превращаясь в очень большое. Жалею, что не надела чёрный костюм и прикидываю, что после встречи мы вернёмся в офис, а там ещё как минимум час мне придётся щеголять перед боссом в грязной юбке.

Возвращаюсь в зал ресторана, отмечая, что Марков за столом один, а когда опускаюсь на стул, он придирчиво осматривает мои попытки очистить юбку.

– Простите, случайно получилось, – извиняюсь за свою неосторожность.

– Со всеми бывает, – тяжело вздыхает. – Занесите в мой график встречу с Гуевым. – Указывает на место, где ещё десять минут назад сидел собеседник.

– Когда и во сколько? – Удачно кладу планшет на колени, закрывая пятно.

– Через неделю. Утром. – Создаю заметку, когда он добавляет: – В Томске. Вы летите со мной.

Открываю рот и сразу закрываю. Ничего не имею против сопровождения на встречах в пределах города, но поездки в другой город… А где у нас находится Томск? Это же где-то в Сибири?

– Есть проблемы? Муж будет против?

– Муж?

Точно, я же замужем. Нужно где-то пометить этот момент, который никак не приживается во мне.

– Кстати, как его зовут?

– Вадим, – произношу имя бывшего, потому как придумать другое нет времени, да и будет довольно странно, если я задумаюсь над ответом на такой простой вопрос.

– Напомните, сколько вы женаты?

– Два года, – отвечаю машинально и лишь спустя секунды вспоминаю, что он уже задавал этот вопрос на собеседовании. Решил проверить?

– А я десять лет. – Тяжело вздыхает, проведя ладонью по волосам и слегка взъерошив их.

– Оловянная свадьба, – изрекаю и удивляюсь, что вообще владею подобными знаниями. – Планируете торжество по этому случаю? – зачем-то спрашиваю, хотя уже знаю, что Марков в процессе развода.

– Уже нет.

Встречаемся взглядами, и к усталости в его глазах цвета расплавленного шоколада читается сожаление. Не знаю, в чём причина разрыва, но Маркова это трогает. Наверное, и меня бы тронул тот факт, что спустя десять лет, всё закончилось. По чьей вине? Задаюсь мысленным вопросом и сразу же отвечаю: вина на боссе. Может, супруга узнала о Лене?

– Не хотите отмечать? – спрашиваю и кляну сама себя за то, что не могу вовремя закрыть рот. Но я ведь, по мнению босса, не в курсе изменений в его личной жизни.

– Можно и так сказать. – Кривая ухмылка трогает его губы. – Жена не хочет, – отворачивается, осматривая людей за соседними столами, и добавляет: – А вот, некстати, и она…

Глава 5

Следую за взглядом босса и вижу ту, что имела счастье рассматривать на фото двумя часами ранее. Действительно, очень красивая женщина. Белое пальто, отороченное тёмным мехом, смотрится на ней потрясающе. Сдержанный макияж, салонная укладка и украшения дополняют образ, заставляя всех, мимо кого она проходит, оборачиваться. Хотела бы я вызывать такую же реакцию, но, увы, в моём случае лишь стандартная внешность, скромный костюм и окрашенные самостоятельно волосы.

– Ты так и не ответил, когда следующая встреча, – плюхается напротив, закинув ногу на ногу и буравя Маркова острым взглядом.

– И тебе здравствуй, Юля.

– Юлианна, – поправляет, постукивая острым коготком по столу. – Времени даром не терял? – переключает внимание на меня, въедливо осматривая.

– Виталина. Мой секретарь.

– И только? – Её бровь взлетает вверх. Интересно, она действительно думает, что Марков увлечётся такой, как я?

– И только. К тому же она замужем.

– О, решил разорвать порочный круг замужеств? – Звонко смеётся, наполняя пространство искусственным смехом. – Зря, Марков, мог бы получить двойную выгоду.

– Давай оставим взаимные претензии для встречи в компании адвокатов. Кстати, когда?

– Хоть сегодня, если ты готов принять мои условия.

– Повторяю: акции на сторону не уйдут.

– Я имею право продать их кому угодно, – шипит, перегнувшись через стол.

– Но акционеры имеют преимущественное право покупки. По закону ты должна оповестить нас о продаже, а у нас есть время принять твоё предложение. И только после отказа всех держателей акций пакет может уйти третьему лицу. Но всё это тебе уже разъяснял юрист.

– Я не хочу продавать их ни тебе, ни твоей сестре, ни твоему папочке.

– Есть закон…

– Плевать мне на закон, понял?

– Я предложил тебе хорошую сумму. Она в силе.

– А я предложила тебе развод.

– Мы оформим его, как только придём к соглашению по акциям.

– Меня не устраивают твои условия.

Демонстративно вскидывает подбородок, всем видом показывая, что намерена продавить мужа. Я же молчу и пытаюсь слиться с пространством, потому что в данный момент являюсь свидетелем выяснения отношений уже почти бывших супругов.

– Тебя не устраивают двести восемьдесят миллионов за акции и пятьдесят отступных? – Юлианна молчит, не удостаивая взглядом Маркова. – Вита, вы бы согласились на такую сумму при условии, что за вами остаются ещё дом, три машины и коллекция украшений?

– А?.. – Поднимаю глаза на босса и сглатываю, потому что его жена буравит меня яростным взглядом. Надеется на женскую солидарность? Вот только работать мне с Марковым, а не с ней. – Скорее всего… – отвечаю несмело.

– Господи, да эта… – водит ладонью вверх вниз, прикидывая, как меня назвать. – Безликость будет счастлива и сотой части.

Уже открываю рот, чтобы осадить жену Маркова, но он меня опережает.

– Ты переходишь границы. – В голосе босса слышатся звенящие нотки, предупреждающие жену, что его терпение имеет пределы.

– Всё-таки спишь с ней? Как и с остальными?

– Я тебе не изменял.

Изречение Маркова хочется оспорить, потому что я-то знаю точно, что уже два года его связывают отношения с моей подругой.

– Я знаю, что изменял.

– Есть доказательства?

– Нет. К сожалению. Иначе ты не был бы в выигрышном положении.

– У нас нет брачного договора, так что факт измены твоей или моей роли не играет.

– Моей? – взвизгивает женщина, привлекая внимание гостей за соседними столиками. – Марков, я была хорошей женой. Великолепной, если хочешь. И ты не имеешь права даже предполагать, что я способна на измену. По сравнению с тобой я святая.

– Как тебе будет угодно. – Босс поднимается, и мне приходится последовать его примеру, явив пятно на юбке, которое не остаётся без внимания Юлианны. – Напиши, когда будешь готова обсудить соглашение. Всего доброго.

Почти бегу за Марковым, который хватает пальто на выходе и спешит вырваться из помещения, которое, как мне кажется, стало тесным с появлением его жены. Одеваюсь на ходу, перекидывая сумку на другую руку и радуясь, что могу прикрыть испачканную юбку верхней одеждой. Босс обходит машину, предлагая мне устроиться самой, и, оказавшись на заднем сиденье, прикрывает глаза ладонью.

– Игорь, через четыре квартала будет химчистка. Остановись.

Пропускаю распоряжение, решив, что ко мне оно не относится, и кручу в руках телефон, борясь с желанием написать Лене. Да, жена имеется, но и сложные отношения тоже. Настолько, что между супругами чувствуется тотальное напряжение. Вряд ли они живут под одной крышей, но в таком случае возникает вопрос, почему подруга ещё не заняла место Юлианны. Или Марков ждёт окончания бракоразводного процесса, чтобы супруга не бросалась в него обвинениями?

– Пойдёмте, – покидает машину, я тороплюсь следом, а когда оказываемся внутри, босс командует: – Снимайте юбку.

– Зачем? – оторопело смотрю на него.

– Чтобы избавиться от пятна. Снимайте.

– А как я… – осматриваю себя. – Не буду же я голой. Наполовину.

– У вас пальто по колено. Достаточно, чтобы прикрыть критические зоны.

Ухмыляюсь странному словосочетанию. Мог бы сказать «голую задницу». Не голую, конечно, потому как на мне есть трусы, и всё же. Расстёгиваю юбку, а затем стягиваю по ногам, стараясь аккуратно обойти обувь и одновременно поправить пальто. Передаю Маркову, который отдаёт вещь сотруднице с дополнением «нам очень срочно».

Не знаю, сколько предстоит провести в ожидании, но босс отходит к окну и застывает, всматриваясь в поток машин и пробегающих людей. Уверена, он размышляет о встрече в ресторане. Подхожу, остановившись рядом, но соблюдая дистанцию.

– Прошу прощения за сцену в ресторане. Юля бывает несдержанной. Особенно со мной.

– Будем считать, что я не слышала вашего разговора.

– Зато слышали все посетители ресторана. – Короткий смешок, показывающий, что он и сам всё понимает.

– Не можете договориться?

Марков словно не слышит моего вопроса, не сводя взгляда с людей, стоящих на пешеходном переходе. Я не ждала ответа, лишь попыталась поддержать беседу, которую он сам начал.

– Форма организации моей компании – закрытое акционерное общество. Акции распределены между мной, сестрой, отцом и Юлианной. В случае желания продажи пакета акционер обязан уведомить остальных и уже после их отказа предлагать кому-то на стороне. Но она хочет обойти этот пункт и продать их третьему лицу.

– Почему?

– Вы и ответьте мне – почему? – Переводит на меня взгляд, а я теряюсь, словно должна быть в курсе планов жены Маркова. – С женской точки зрения. Доставить мне как можно больше проблем?

– Возможно. Если она обижена. Я же не в курсе причины вашего развода.

– А нет причины. – Босс меня удивляет. – Восемь месяцев назад Юлианна объявила мне, что подала на развод. Да, проблемы в отношениях у нас были по разным причинам, но разводиться я не планировал.

– Спросить не пробовали?

– Пробовал, – пожимает плечами. – Только ответа не получил.

– Вы ей не изменяли? – спрашиваю осторожно, зная ответ на этот вопрос, но решаю проверить, готов ли босс к откровенности.

– Нет. Что бы она там себе ни придумала, за десять лет подобного себе не позволял.

И теперь моя очередь усмехнуться. Откровенная ложь. А как же Лена и ласковое «капибарчик», которым она именует возлюбленного? Он, конечно же, не может знать, что женщина, в постели которой он проводит время, приходится мне подругой.

– А она?

– Надеюсь, что нет.

– Знаете, Александр Алексеевич, чтобы женщина подала на развод без объяснения причин, как вы выразились, причины всё же быть должны. Может, что-то другое? Унижали, били или пили?

– Нет. По всем трём пунктам.

– Финансовые трудности? – Вопрос глупый, учитывая, на каком автомобиле мы приехали, но вдруг Марков просто жмот.

– В средствах не ограничивал.

– Может… – формулирую вопрос, чтобы не показаться бестактной. – Проблемы в интимном плане?

Он резко переводит взгляд на меня, откровенно удивляясь и заставляя чувствовать себя некомфортно, а после тяжело вздыхает.

– Нареканий с её стороны никогда не было.

– Возможно, проблемы в отношениях с вашими родственниками? Или с её родными.

– У неё только мать, которая давно живёт за границей. И неплохо живёт, если честно. С моей… Как у всех. Даже если отцу и матери она не нравилась, никогда не говорили. Моя жизнь, моя жена, моя семья – мне принимать решения. Несколько раз спрашивали о внуках, но палку не перегибали.

– Простите за вопрос, но, может, дело в детях?

– С самого начала мы решили, что торопиться не станем, но и в случае беременности будем рады. Всё случится само, когда нужно. Но так и не случилось.

– А вы хотели детей?

– Наверное. – Взгляд Маркова всё ещё устремлён в окно. – Да и пора уже.

– Может, дело в этом? Вы особого рвения не проявляли, а она не осмелилась сказать.

– Не осмелилась? – Сдавленный смех мужчины вводит в ступор. – Вита, если бы вы чуть лучше знали мою жену, никогда не произнесли бы подобную глупость. Иногда её смелость откровенно переходит в беспардонность. Но меня это устраивало. А потом…

– Ваш заказ готов.

Нас отвлекает работник химчистки, у которого в руках моя юбка. Чистая и готовая оказаться на мне. Беседа прерывается, и, оказавшись в машине, не решаюсь её продолжить.

Да и зачем? Вообще, неясно, по какой причине Марков решил поделиться с чужим человеком своими переживаниями. Или это компенсация за оскорбление Юлианны? Всё сложно, напряжённо, поэтому она не стеснялась в выражениях. В любом случае, работая второй день, я собрала информацию, которая пригодится Лене.

Но вот что странно: передавать слова босса совсем не хочется. Когда он сказал, что не изменял супруге, я почему-то ему поверила. Да, я в курсе, что их отношения с Леной длятся два года, но развод – дело решёное, и он может не стесняясь говорить, что в его жизни появилась другая женщина. Но Марков выглядит так, словно действительно расстроен случившимся и совсем не походит на мужчину, который вот-вот воссоединится с любимой, опять же по словам подруги, женщиной.

Возвращаемся в офис практически под конец рабочего дня. Моего. Потому что босс, видимо, привык задерживаться и за временем не следит. Уточняю о встрече в Томске и оказывается, мы летим не вдвоём, что радует. А точные данные мне сообщат позже.

– Александр Алексеевич, вам что-нибудь нужно перед тем, как я уйду? – Приоткрыв дверь, вижу, как босс склонился над столом.

Избавился от пиджака и галстука, который заботливо висит на стуле, и расстегнул верхние пуговицы не рубашке. Пелена серьёзности улетучилась, явив человека, от которого исходит тепло. Почему-то хочется принести две кружки чая и, усевшись напротив, просто говорить с ним.

– Нет, – отвечает, не поднимая головы и, как только собираюсь закрыть дверь, произносит: – Хотя да. Скорее всего, я останусь в офисе на ночь, но у меня нет чистой рубашки. Не могли бы утром заехать в мою квартиру и взять чистую?

– Да, конечно.

Выражаю согласие и тут же задаюсь вопросом: а насколько это нормально? Он знает меня второй день и позволит побывать в его жилище? Так просто? А вдруг я не та, за кого себя выдаю и нацелена обокрасть его?

– Вот адрес, – протягивает мне листок, на котором секундой ранее написал несколько строк. – Ключи. Вещи в гардеробной. Спальня, дверь слева.

– Какую взять?

– На ваш вкус. – Попытка улыбнуться провалена, и он возвращается к тому, чем был занят до моего появления.

– До свидания.

Спускаюсь в лифте, сжимая листок, и борюсь со странным чувством – я однозначно симпатизирую Маркову. И пусть он всё же изменил жене с Леной, в моих глазах он хороший человек. По каким критериям я для себя это определила, не могу прояснить. Просто иногда на каком-то подсознательном уровне мы чувствуем светлое в людях и, несмотря на мнение окружающих и собственные знания, не можем себе позволить думать о них плохо. Или в моём случае симпатия подкрепляется тем фактом, что Марков платит мне зарплату? Неплохую, даже по меркам испытательного срока, а если говорить о полной сумме…

Завтра позвоню подруге и оповещу, что работаю в «Марал Групп». Однозначно это лучше сделать перед выходным, чтобы до ночи делиться впечатлениями, а в субботу иметь возможность выспаться.

И я уже прикинула, что начнётся после: отчёт в онлайн-режиме куда пошёл, с кем встречался, что говорил. Как-то мерзко докладывать кому-то о жизни другого человека. К тому же я планирую сохранить работу, хотя бы на время, пока не подыщу другое место с равнозначной оплатой. А искать придётся, потому что как только Лена и Марков воссоединятся, он узнает, что мы давно знакомы, и вполне может подумать, что я устроилась в его компанию исключительно для слежки. Нет, мы, конечно, можем изобразить удивление, отметив череду случайностей, которая привела меня в его компанию, но, как по мне, это будет выглядеть глупо.

Но я всегда могу устроиться к Зыкову. Вряд ли кто-то добровольно согласится терпеть его ядерный парфюм, поэтому место останется вакантным. Не самый плохой вариант в критической ситуации, но далеко не лучший.

Погрузившись в мысли, доезжаю до своей станции и не задумываясь заворачиваю в кондитерскую, чтобы купить два эклера. Не могу удержаться, да и я сегодня нуждаюсь в маленьком поощрении.