Читать книгу "Люблю. Целую. Босс"

Глава 8

В понедельник утром приёмная встречает тишиной. Блаженной и такой нужной. И если я думала, что пятничный допрос успокоит подругу, то ошиблась. Выходные я посвятила разговорам с Леной, а после получила длинный список, что должна сделать. Открываю её сообщение и закатываю глаза, не желая выполнять и части того, что указано в списке.

Как, по её мнению, я должна проверить его телефон и вероятность отношений с женой? Я новый человек, которому он пока не доверяет, а возможно, такое серьёзное чувство, как доверие, не возникнет вообще. Да, на прошлой работе в коллективе сложились доверительные отношения, но в данной компании всё иначе, в первую очередь сам босс.

Удивительно, но Лене помогать совсем не хочется. Вот не хочется, и всё. И вообще, я тысячу раз пожалела, что в тот вечер, когда на экране моего ноутбука высветилось приглашение на собеседование, подруга оказалась рядом. Пункт с обязательным условием состоять в браке автоматически исключил бы мой поход в «Марал Групп» и, как следствие, встречу с Марковым. После я бы рассказала об этом Лене, но всё уже было бы сделано, а должность потеряна. Зачем я вообще согласилась на эту авантюру?

– Доброе утро. – Прикрыв глаза, пропускаю момент, когда в приёмной появляется первый посетитель: мужчина средних лет с кожаной папкой в руке с интересом меня рассматривает.

– Доброе. Александра Алексеевича ещё нет на месте. Вам назначено? – Открываю таблицу, проверяя свои записи.

– Нет. Мы договорились о встрече в пятницу вечером, но сейчас Марков не выходит на связь.

Прикидываю, может ли босс находиться за дверью своего кабинета, а затем набираю его рабочий номер, получив лишь монотонный звук телефона из соседнего помещения. Посетитель, вероятно, не совсем понимает, куда я звоню, переключив внимание на пиликанье, я же обдумываю, что делать.

– Секунду. Я позвоню на личный номер.

– Я уже звонил. Ответа нет.

Несмотря на заверения мужчины, всё же нахожу контакт «Марков А. А.» и жму на вызов. Долгие гудки без ответа как подтверждение слов мужчины. Набираю ещё раз и ещё, потеряв счёт количеству вызовов, пока не раздаётся громкое:

– Слушаю.

Женский голос дезориентирует, и на Ленкин он однозначно не похож. Да и на голос Юлианны тоже. Быстро собираюсь, находясь под наблюдением мужчины напротив.

– Добрый день. Это секретарь Александра Алексеевича – Виталина. Он не появился в офисе и не предупредил о задержке, но у него назначена встреча с… – Поднимаю голову, чтобы услышать имя посетителя, но моё внимание переключается на ту, в чьих руках сейчас телефон босса.

– Александр Алексеевич заболел и сегодня в офисе не появится. И если бы вы были грамотным помощником руководителя, обязательно оказались бы в курсе происходящего с боссом и оказали необходимую помощь. Отмените все встречи. По крайней мере, на сегодня.

А затем звонок завершается, а я так и сижу с телефоном в руке, переваривая сказанное. Меня только что отчитала незнакомка, указав на некомпетентность. И как, по её мнению, я должна была узнать о болезни босса? Позвонить вчера и спросить «не заболели ли вы случайно?»? И пока веду беседу с самой собой, посетитель ждёт, а поняв, что я зависла, постукивает пальцами по столу.

– Простите, – натягиваю милую улыбку, – Александр Алексеевич заболел и сегодня его не будет в офисе. Я могу записать вас на другой день, но пока не знаю, сколько он будет отсутствовать.

– Могу я поговорить с кем-то из его заместителей?

– Да, конечно.

Связываюсь с одним из заявленных лиц и перенаправляю мужчину к Гросову. После обзваниваю тех, кто должен появиться в кабинете Маркова сегодня и переношу встречи на конец недели, ещё не зная, когда появится мой босс.

Полдня пролетает незаметно, а я терзаюсь сомнениями, стоит ли позвонить боссу повторно. Хотя бы для уточнения примерных сроков его отсутствия. Боюсь снова нарваться на некую особу, имеющую доступ к его телефону, и всё же решаюсь набрать номер. Звонок остаётся без ответа, но я хвалю себя за смелость и проявленную инициативу. Пусть мужчина и не принял вызов, но увидит, что я совершила попытку к нему пробиться. Успокоившись, занимаюсь своими прямыми обязанностями, но спустя час приходит сообщение.

Марков А. А.: Говорить не могу. Перенесите встречи.

Я: На завтра?

Марков А. А.: На следующую неделю.

Что ж, видимо, состояние босса оставляет желать лучшего. Хотя, на мой взгляд, неделя отдыха ему не повредит. То состояние, в котором я наблюдала его три дня, вызывало волнение. И вроде бы написанного достаточно, чтобы понимать, в каком направлении двигаться, а точнее, на какие даты переносить встречи, но я не хочу выглядеть равнодушной, поэтому отправляю сообщение.

Я: Вам что-нибудь нужно? Я могу чем-то помочь?

Он мне не друг и даже не знакомый, а те несколько дней, что я провела в этой приёмной, не сблизили нас, но ведь элементарной человеческой заботы никто не отменял? Вряд ли босс попросит помощи, потому что: первое – уверена, желающие позаботиться найдутся; второе – Марков не из тех, кто жалуется, и уже тем более не из тех, кто позволит себе предстать слабым перед подчинёнными.

Убедившись, что сообщение он прочёл, но оставил без ответа, откладываю телефон, но через некоторое время приходит оповещение.

Марков А. А.: Накормить меня.

Возвращаюсь к своему сообщению и понимаю, что Марков ответил на последний вопрос. Прямо и без увиливаний. Накормить? Он серьёзно? И пока анализирую ответ, приходит следующее сообщение.

Марков А. А.: Купить курицу, приехать ко мне, сварить бульон, накормить.

Чёткий алгоритм, озвученный боссом, озадачивает. А женщина, которая общалась со мной несколькими часами ранее, не может этого сделать? Он сказал, что домработница приходит раз в неделю, почему не переложить обязанность кормления на неё? Или на Юлианну, а лучше на Ленку? И как только собираюсь выразить согласие, босс продолжает.

Марков А. А.: Если, конечно, ваш муж не против, что вы будете готовить другому мужчине.

Муж? Точно, блин, муж… Нужно почаще напоминать себе, что я несвободная женщина, которая, кстати, сейчас переписывается с Марковым исключительно по этой причине.

И я бы, вероятно, отказала ему, но работаю без году неделя. А может, так босс меня проверяет? Поэтому открываю диалог и набираю текст.

Я: Могу приехать к вам после окончания рабочего дня. Курицу куплю. Муж не против.

Марков А. А.: Можете считать, что ваш рабочий день окончен. Жду. Ключи у вас есть.

Что ж… Приказ есть приказ. В конце концов, Марков здесь главный и кто я такая, чтобы оспаривать его распоряжения? К тому же до конца рабочего дня осталась пара часов. Поэтому выключаю компьютер, беру планшет на случай распоряжений в домашней обстановке и покидаю здание.

Покупаю курицу и, пока еду в такси, ищу в сумке ключи, которых там не оказывается… Меня окатывает ледяной волной. Потеряла. Но как? Судорожно вспоминаю, где была в пятницу после работы и в выходные. Дома. Выскочила в субботу в магазин… Возможно, их вытащили там? Чёрт, чёрт, чёрт… Только этого не хватало. Безответственная помощница выглядит паршиво в глазах босса.

Приезжаю на место и случайно попадаю в момент, когда один из жильцов протискивается в компании собаки в дверь. Не обращаю внимания на огромного пятнистого дога и успеваю перехватить дверь, чтобы оказаться в здании. Дальше имеются сложности, потому что, вероятно, Марков рассчитывал, что я открою квартиру ключом, которого теперь у меня нет. Оказавшись перед преградой, негромко стучу. Нет ответа. Проходит несколько минут, и я снова оповещаю о своём приходе. Тишина. В какой-то момент нажимаю на ручку и – о счастье! – дверь не заперта.

Осторожно продвигаюсь вглубь квартиры, где отсутствуют звуки и сам босс. Осматриваю гостиную, кухню, а после поднимаюсь наверх.

– Александр Алексеевич? – зову негромко, продвигаясь по коридору. – Вы здесь?

В какой-то момент испытываю страх, прикинув, что, пока я ехала, боссу стало плохо или же… Не хочу думать о страшном, поэтому открываю дверь спальни и попадаю в полумрак. Бежевая комната совсем другая: мрачная и душная. Взглядом выхватываю силуэт на кровати, скрытый одеялом, а приблизившись, вижу Маркова с закрытыми глазами. Тяну руку и касаюсь его. Резко открывает глаза, а я отшатываюсь и слышу хрип.

– Это я. Вита, – успокаиваю его, но больше себя, потому что мужчина выглядит не очень.

– Вы приехали? – едва различимый писк-полушёпот. – Ангина, – хватается за горло, и только в этот момент понимаю, почему босс общался посредством сообщений.

– Может, стоит вызвать врача?

Указывает на тумбочку, где лежит рецепт и стопка коробочек с таблетками. И, судя по назначению, у Маркова полный набор: горло, насморк, температура. Пробежавшись глазами по назначению, понимаю, с момента прихода доктора прошло много времени. На блистере отсутствует лишь одна таблетка, а стакан с водой пуст.

– Когда вы пили таблетку? – Показывает один палец. – Час назад? – Отрицательно качает головой. – В час дня? – Подтверждение. – Здесь написано: принимать три раза в день. Сейчас пять вечера, третью придётся пить ночью. А ещё… – вчитываюсь в рецепт. – Полоскать горло и промывать нос. Вы что-нибудь ели? – Вновь отрицание. – А женщина, с которой я говорила, не накормила вас? – Это не шпилька в его адрес, лишь уточнение для понимания, когда он принимал пищу в последний раз. – Очередное «нет». – Я спущусь и приготовлю бульон, а затем вас накормлю.

Лишь кивает и закрывает глаза, давая понять, что короткая «беседа» забрала все его силы. А затем я хозяйничаю в квартире босса, быстро найдя всё необходимое для готовки. Немного времени, и ароматный бульон готов. В одном из шкафов нахожу квадратный поднос, который трансформируется в столик, выставляю тарелку и медленно иду наверх, стараясь не расплескать содержимое.

– Ваш ужин готов. – В полумраке едва различаю очертания мебели.

Ставлю поднос и включаю свет, отметив, как Марков кривится от ярких бликов. Чуть приглушаю, чтобы ему было комфортно, и выставляю перед ним поднос, предварительно дождавшись, когда займёт полусидячее положение.

– Сможете сами? – Предлагаю ложку, на которую он смотрит с досадой. – Не сможете, – констатирую, считав эмоции мужчины. – Я могу вас покормить.

Сухой кивок, а затем мне приходится кормить босса, словно маленького ребёнка. Ест с жадностью, не без труда проглатывая жидкость, но показывая, чтобы я продолжала. И пока подношу ложку к его рту, прислушиваюсь к собственным ощущениям и пытаюсь сложить мнение о происходящем.

Босс выглядит паршиво – факт. Ему действительно плохо, настолько, что, скрепя сердцем и прогнувшимся мужским эго, он позволяет секретарше лицезреть его таким. Более того – кормить с ложечки. Не каждый мужчина готов предстать в состоянии беспомощности перед малознакомым человеком. Но ведь утром со мной говорила женщина, значит, я не единственная, кто пришёл на помощь. Может, кроме бывшей жены и Лены есть ещё одно действующее лицо, готовое побороться за Маркова? Или их несколько?

– А теперь таблетку. – Предлагаю лекарство и стакан воды. Смотрит странно и кривится, и я не сразу понимаю, в чём причина. – Да, она крупная. – Таблетка действительно огромная, и, видимо, босс обдумывает, как её проглотить. Поэтому разламываю и вновь предлагаю. – Выпить придётся.

Спустя минуту проглатывает обе половинки и откидывается на подушку. А затем замечаю, что Маркова трясёт. В прямом смысле слова. Прикладываю ладонь к его лбу и замираю, потому что у него жар. На тумбочке градусник, который я включаю и, откинув одеяло, заталкиваю ему подмышку. Он не реагирует на мои манипуляции, а когда спустя некоторое время слышу сигнал градусника и смотрю на значение, сглатываю – сорок и два. И что делать?

Пересматриваю имеющиеся препараты и не нахожу ни одного, который способен сбить температуру. Что делать? Вызвать скорую? Мчаться в аптеку? Взгляд останавливается на рецепте, где сверху написан номер телефона, который я не раздумывая набираю. Приятный мужской голос принимает вызов, быстро обрисовываю ситуацию, назвав имя босса, и получаю заверения, что врач приедет через двадцать минут. Не знаю, кто это и в какой клинике трудится, но получаю облегчение, потому что Маркову помогут.

Ровно через двадцать минут домофон оповещает о посетителе, и я спешу к входной двери. Жму на кнопку, чтобы сразу услышать:

– Лена, это я.

Я, конечно, не Лена, но открываю дверь и жду, когда гость поднимается на нужный этаж. Выждав немного, открываю дверь и наблюдаю застывшего с поднятой рукой мужчину. Ему около шестидесяти: равномерная седина, по всей видимости, давно завладела его волосами, а острая бородка прибавила пару лет. Секундная пауза, чтобы оценить друг друга.

– Добрый вечер. Сергей Семёнович, семейный врач Марковых.

– Виталина, – протягиваю ему ладонь, – с недавних пор секретарь Александра Алексеевича. Он написал мне днём и попросил приехать. Я кормила его куриным бульоном и дала лекарство, указанное в вашем рецепте. – И пока поясняю свои действия, он проходит в квартиру и спешит наверх. – Измерила температуру – высокая. Я не знаю, чем сбить.

– А чем обычно сбиваете себе?

– Ничем, – замираю на одной из ступеней, – даже не помню, когда болела с температурой.

– Плохо, – резко оборачивается, заставляя меня отпрянуть и едва удержаться, схватившись за перила. – Температура – показатель борьбы организма с инфекцией. Простуда без температуры может запустить инфекционный процесс, который давно был в организме, но никах себя не проявлял. К врачу нужно обращаться обязательно, даже если вам кажется, что болезнь протекает легко.

– Ага, – покорно соглашаюсь.

– Пойдёмте.

Видимо, информационная минутка окончена, потому как Сергей Семёнович уверенно направляется в комнату Маркова. Вновь измеряет температуру, качает головой, что-то буркнув, и делает укол.

– Всё-таки свалился, – приговаривает мужчина, выписывая новое назначение. – Говорил же – отдых необходим, особенно в твоей ситуации…

– Какой ситуации? – задаю вопрос, прежде чем успеваю осознать его некорректность.

– Тяжёлый развод, раздел имущества, угроза бизнесу, проблемы в одном из филиалов, сестра, отец…

Так, у Марков имеется сестра. Не она ли была здесь утром? Её тоже зовут Лена? И что с отцом? Почему меня вообще заботят эти вопросы…

– Понятно. – Не хочу лезть в дебри проблем семейства Марковых. Ещё больше не хочется, чтобы потом Сергей Семёнович рассказал боссу, что я интересовалась его жизнью. – Чем я могу ему помочь?

– Наблюдать, Виталина. Желательно измерять температуру каждый час и следить, чтобы она не поднималась до критических значений. И если такое произойдёт, дать это, – кладёт коробочку на тумбочку, – и это, – добавляет ещё одну. – Прежнее назначение оставлю. Обязательно обильное питьё и еда. Даже если не хочет – заставить.

– Поняла.

По пути к двери мужчина рассказывает о серьёзности состояния Маркова и накидывает не самые приятные варианты развития событий в случае осложнений, а затем прощается и уходит. И только когда за ним закрывается дверь, понимаю, что не спросила номера сестры или любого другого человека, который смог бы позаботиться о боссе. А может, позвонить Ленке? Пусть выхаживает своего Капибарчика. Откидываю возникшую мысль, потому что не могу предположить, как босс воспримет мою инициативу.

Поднимаюсь, осматриваю Маркова, который тяжело дышит, застыв в какой-то неестественной позе, и решаю остаться рядом. Просто не могу уйти, понимая, что изведусь в беспокойстве о нём. Да и Сергей Семёнович может поделиться с боссом, что предупреждал меня об опасности ситуации, а я оставила его в одиночестве.

Спустя час измеряю температуру, которая опустилась до корректных значений. С трудом разбудив Маркова, фактически заталкиваю в него таблетку и немного воды. Кажется, он даже не понимает, кто находится рядом. А после осматриваю квартиру, подыскивая себе место для ночлега. Варианта два: полупустая спальня на втором этаже и диван в гостиной. Но измерять температуру необходимо каждый час, а значит, необходимо расположиться максимально близко к боссу.

И пока обдумываю варианты, скромно ужинаю салатом из гипермаркета, а после устраиваюсь на кровати с мужчиной прямо в одежде. Ночь будет длинной и некомфортной, но что не сделаешь ради босса…

Глава 9

– Доброе утро, – нависаю над Марковым, как только он открывает глаза. – Как чувствуете себя?

– Вы ночевали здесь? – хрипит, смотрит озадаченно, и я не понимаю, как ответить.

Да или нет? За что получу больший нагоняй – за первое или второе? Небольшая заминка и всё-таки решаю сказать правду.

– Да. У вас поднялась температура, я позвонила Сергею Семёновичу. Он приехал, дал новые рекомендации и приказал следить за вашим состоянием. Вы не думали лечь в больницу и пройти полноценное лечение?

Странное молчание Маркова напрягает, но затем он улыбается уголками губ и расслабляется. Непонятный момент, вызывающий вопросы. Но, как мне кажется, только у меня.

– Семёныч предлагал, но я предпочитаю болеть дома.

– И в одиночестве, насколько я поняла?

– Вы же здесь. Я уже не одинок.

– И не только я, – вырывается быстрее, чем понимаю, что высказываться не стоило. – Вчера мне ответила женщина. А точнее, обвинила меня в невнимательности, указав на непрофессионализм.

– Сестра. – Произносит, и по какой-то причине наступает внутреннее облегчение. Хотя какая мне разница, это мог быть кто угодно… – Иногда бывает резкой. Реакция, скорее, общая, чем частная, так что не принимайте на свой счёт.

– И не думала, – отворачиваюсь, не желая признавать, что её слова меня задели.

– Надеюсь, у вас не возникнет проблем по моей вине?

– Проблем?

– Вы не ночевали дома. Муж не беспокоится?

– Он у меня понимающий и не ревнивый.

– Зря. Я бы беспокоился.

– У нас доверительные, крепкие отношения.

– Уверены?

– Вы хотите мне что-то рассказать?

Мужа у меня нет, но по какой-то причине загадочный вопрос Маркова напрягает. Если бы я действительно была замужем, сейчас прокрутила сто и один вариант «а что, если…».

– Нет. Я вашего супруга не знаю. Да и вас знаю меньше недели.

– Тогда к чему эти намёки?

– Когда-то я тоже говорил про доверие, а сейчас развожусь.

– Никто от этого не застрахован. Десятки пар разводятся каждый день. По разным причинам. И не всегда это измена.

– Например?

– Непонимание, равнодушие, нежелание участвовать в жизни партнёра, внешние факторы или мнение посторонних людей. Например, родителей.

– Как ваши родители относятся к зятю?

– У меня только мама. И относится она положительно. А вообще, она сейчас в свадебном путешествии. Недавно вышла замуж за хорошего человека.

– Поздравляю, – произносит без особой радости. – А родители мужа?

– Нормально. Они не обязаны меня любить, но и негатива не проявляют.

Почему-то вспоминаю маму Вадима и её искусственную улыбку в момент знакомства. Своей неприязни она не скрывала, но мастерски маскировала под маской доброжелательной женщины, которая «счастлива» за своего сына. А после я услышала о себе много нового, когда гипотетическая свекровь делилась впечатлениями с сыном. Было неприятно и обидно. Я «не такая» только потому, что выросла в семье с одним родителем и не имею значительных бонусов в виде квартиры и машины.

– Может, поговорите со мной?

– Что?

– За тот недолгий срок, что вы работаете в моей компании, я заметил, что вы ведёте очень активные мысленные диалоги. Они отражаются на вашем лице, – очерчивает пальцем круг, указывая на меня. – И, судя по эмоциям, которые я увидел за минуту, по поводу «не проявляют негатива» вы солгали.

– Есть немного, – тушуюсь, не хочу делиться с Марковым прошлыми обидами. – По мнению свекрови, избранница сына должна быть с определённым багажом.

– А поподробнее? – приподнимается, занимая сидячее положение.

– Иметь какую-то недвижимость, машину, хороший заработок.

– И что из этого имеется?

– Квартира есть. До какого-то момента я проживала в ней с мамой, но сейчас она перебралась к мужу. Водительских прав нет и машины соответственно. И заработка тоже.

– Сейчас вы работаете на меня.

– На испытательном сроке. Не факт, что после его окончания вы зачислите меня в основной штат.

– Вы работаете меньше недели. Пока рано принимать решение.

– Да, и за это время я успела стать камнем преткновения в отношениях с женой и покормить вас с ложечки.

Улыбаюсь, чтобы сгладить высказывание, которое может показаться боссу резким.

– И за последнее спасибо.

– Почему сестра не поухаживала за вами? Или любая другая небезразличная вам женщина?

– Моя сестра сосредоточена на своём муже. – Мне кажется или Марков скривился, тем самым давая понять, что родственник симпатии не вызывает? – Его благополучие на первом месте. Приехала, вызвала врача, и за это спасибо. А «любых других» не имеется в наличии.

– Ни одной? – искренне удивляюсь. – Не поверю.

– Почему?

– Вы привлекательный мужчина, – высказываюсь, одновременно выкладывая таблетки, которые босс должен принять утром. – И состоятельный. От желающих не должно быть отбоя.

– Как видите, никто в дверь не ломится и телефон не обрывает, – разводит руками.

Кроме Ленки – проносится в голове. Ей только повод дай, и круглосуточное дежурство у постели больного гарантировано. Да она дышать будет через раз, лишь бы Капибарчик был всем доволен. И снова вопрос: почему она не сидит вместо меня у кровати босса?

– Виталина, – окликает Марков. – Вы слишком эмоционально думаете, – указывает на моё лицо, а я тушуюсь, понимая, что вновь зависла.

– Простите. Вам ещё что-нибудь нужно? – Поднимаюсь, собираясь покинуть комнату.

– Уже уходите?

– Вообще-то рабочий день уже начался. Болезнь босса не означает отсутствие секретаря на рабочем месте.

– Вы ухаживаете за больным боссом. По его требованию.

– Но ведь сотрудники не в курсе. В их глазах я просто прогуливаю. Да и с хаосом в вашем рабочем графике я разобралась не до конца.

– Просто перенесите все встречи на следующую неделю.

– На следующей неделе мы летим в Томск.

– Точно. – Марков откидывается на подушку. – Вот для этого и нужен секретарь.

– Записывать, чтобы вы не забыли?

– Помнить, когда я забыл.

Именно в этот момент ощущаю, как напряжение между нами рассеивается. Если отбросить причину, приведшую меня в «Марал Групп» и на секунду забыть, чтобы передо мной мужчина подруги, который в принципе мне нравиться не должен, то Марков довольно приятный человек. Во всех смыслах. Не знаю, какое впечатление на него произвожу я, но, даже лёжа в постели и разговаривая с забитым носом, он всё равно воспринимается как босс.

– Так что делать со встречами?

– Перекиньте на свободные даты. После Томска.

– А мы туда надолго?

– Планировал на пару дней, а там по обстоятельствам.

И я уже ставлю себе галочку: уточнить погоду, прикинуть, что взять с собой, познакомиться с людьми, которые составят компанию в поездке. Кстати, сколько их, этих людей?

– А кто летит?

– Вы, я, Вольтов, Гросов. Забронируйте билеты на утро понедельника. Бизнес-класс. Регистрация по факту.

– Четыре человека – четыре номера?

– Три. Отдельный для меня, вас и двухместный для замов.

– Поняла. Будет сделано. – И мне не терпится вписать поездку в график и соотнести с уже запланированными встречами, чтобы определиться с их переносом. – Я всё же вас оставлю. Хочу разобраться с вашим графиком и предупредить всех, кто планировал встретиться с вами на этой неделе. И на следующей.

Надеваю пиджак, уже побывав в ванной и освежив макияж косметикой, которая всегда в сумке.

– Приедете вечером? – Марков окидывает меня страдальческим взглядом.

– Обязательно. Должен же кто-то проконтролировать, выпили ли вы таблетки.

– А ужин приготовите?

– Да. Наверное… – Ревизию в холодильнике я провела, и выбор продуктов скромный. – А по каким дням приходит домработница?

– Она готовит только по запросу. К сожалению, я не предупредил её заранее. Можем заказать готовое.

– Я не против.

И в этом случае оплатит босс, потому как моя финансовая подушка совсем скоро превратится в просвечивающуюся тряпочку и средств для удовлетворения потребностей Маркова не имеется. И мне бы прямо сказать «простите-извините, денег нет», но по какой-то причине стыдно, что взрослый человек в моём лице не озаботился заработком раньше. И я бы могла занять у мамы или Ленки, но быть должником не по мне. Лучше экономить и значительно ужаться по всем фронтам.

Выхожу из квартиры босса и вспоминаю, что ключей у меня больше нет. Так и не поняла, когда, а главное, где, я могла их потерять. Вновь перебираю имеющиеся варианты – ничего. Планирую повторно перерыть свою квартиру в надежду найти, а если нет, то придётся признаться…

Офис встречает множеством лиц, столпившихся у двери приёмной. Объявляю, что Маркова не будет до конца недели, а после посещаю замов, чтобы оповестить о командировке. Заказываю билеты на самый ранний рейс в понедельник и просматриваю гостиницы, быстро определившись с подходящей.

Ленчик: Узнала что-нибудь новенькое?

Закатываю глаза, увидев сообщение от подруги. Не вовремя ты, Лена, ой, как не вовремя…

Я: Марков заболел. На этой неделе на работе появляться не планирует.

Ленчик: Да, он сегодня написал, что свалился с простудой.

Ну хоть об этом оповестил Ленку, которая, кстати, могла вместо меня варить бульон и кормить его с ложечки. Но, может, босс не хочет, чтобы молодая любовница видела его в беспомощном состоянии? Насколько я поняла, их встречи производят на подругу неизгладимое впечатление, где босс внимателен, активен и является образцом позитива. Вряд ли он готов предстать перед ней хрипящим и с насморком.

Я: Ты знала, что у него есть сестра?

Ленчик: Да. По его словам, у них очень напряжённые отношения. У неё тяжёлый характер. Они плохо ладят.

Интересно, ладят плохо, но вчера именно сестра приехала к Маркову и вызвала врача. Или это помощь, исходя из родственных связей?

Я: А родители? Отец вроде не очень старый. Почему передал управление компанией сыну?

Ленчик: Не знаю. Я не спрашивала.

Никакой помощи от Ленки. Неужели за два года они ни разу не говорили о семье? Или Марков не захотел делиться? Меньше знает – проще слиться в итоге.

Ленчик: Он не просил тебя за ним поухаживать?

Собираюсь написать, что ночевала рядом с боссом, а через два часа вновь поеду в его квартиру, но стираю текст и отвечаю.

Я: Нет.

Я уже представила, что подруга выкатит список требований, где я должна снять видео жилища, порыться в шкафах и найти доказательства, что жена всё ещё присутствует в его жизни и квартире. Противно. Фу.

Я: В понедельник летим в Томск. В командировку. Я, Марков и два заместителя.

Ленчик: Он ничего не говорил…

А затем несколько злобных смайликов, свидетельствующих о том, что плюсом к больному горлу и паршивому состоянию пойдёт недовольство любовницы. Пусть сами разбираются.

Несколько часов трачу на график босса, уже немного ориентируясь в названиях фирм-партнёров и фамилиях. Через месяц или два, когда график, составленный мной, будет контролироваться, переносы станут не такими проблематичными.

Месяц или два… Обхватываю голову руками, вспоминаю, что сама себе дала зарок на месяц, а после планировала найти работу и уйти. Но мне здесь нравится: и приёмная, и кожаное кресло, и даже сам босс… И вот последнего быть не должно вовсе. Марков – мужчина Лены. Всё. Принять и держаться подальше.

Встряхиваюсь, выключаю компьютер и уже через несколько минут тороплюсь к станции метро. И пока еду, анализирую собственные ощущения. Мне однозначно нравится новая работа. Да, в тот самый момент, когда Лена и Марков объявят себя парой, мне придётся куда-то деться. Желательно совсем. Вряд ли босс оценит мои «шпионские способности», а скрывать тот факт, что знала о его связи с подругой, глупо. Не поверит, что я чисто случайно устроилась на работу именно в его компанию. Ещё и с замужеством обманула…

Кручу на пальце обручальное кольцо, едва сдерживаясь, чтобы не снять его. Оно не настоящее. Хотелось бы иначе, как, наверное, любой женщине, но увы. Вадим предложение мне так и не сделал, снова и снова повторяя: не время, нужно проверить чувства, проговорить общее будущее, встать на ноги и отложить деньги. Я ведь понимала, что всё это лишь отговорки, но закрывала глаза и ждала. Оказалось, напрасно. Ухмыляюсь, вспоминая, как наставляла Ленку, убеждая, что Капибарчик её дурит, придумывая нелепые отговорки, а сама… Наверное, так и ждала бы, если бы Вадим не завершил наши отношения.

Задумавшись, едва не проезжаю нужную станцию, успевая выскочить из вагона за секунду до закрытия дверей. Спешу к нужному дому, в моменте вспоминая, что я потеряла ключи. Но мне вновь везёт, и я проскальзываю в холл. Нужно признаться Маркову. Стыдно и страшно одновременно, потому что в его глазах я предстану безответственным человеком, но иначе никак. А если ключи выкрали целенаправленно, чтобы проникнуть в квартиру? Хотя… Обернувшись, сталкиваюсь взглядом с охранником, который едва заметно кивает, признав меня. Чтобы добраться до квартиры босса, нужно пройти мимо него. Да и камеры везде имеются.

На секунду замешкавшись у двери квартиры, всё же стучу, но спустя несколько минут тишины нажимаю на ручку и попадаю внутрь. Нужно сказать ему, чтобы закрывал дверь, а то мало ли…

– Александр Алексеевич, это Виталина. – Снимаю верхнюю одежду, ботинки и сразу поднимаюсь на второй этаж, предвкушая увидеть болезненного босса.

Дверь его комнаты приоткрыта, а из-за неё доносится второй мужской голос, который принадлежит Сергею Семёновичу.

– Саш, мой тебе совет – пройди полное обследование. Ангина является последствием слишком насыщенного рабочего графика.

– Это сезонное, – с хрипом отвечает босс.

– Это сигнал организма, что ему требуется передышка. Не хочешь отдыхать добровольно? Значит, будешь валяться с температурой и ангиной. И хорошо, что так, а не как твой отец.

– Мне всего тридцать семь.

– Всего? Уже. И, судя по тому, что я вижу, ты себя угробишь быстрее, чем он.

– Постараюсь протянуть дольше.

– Пока стараний не наблюдаю, – громко прыскает, и я понимаю, что их отношения доверительные. Малознакомый человек вряд ли осмелится отчитывать Маркова. – Тебе нужен надзиратель, который ровно в восемнадцать ноль-ноль будет гнать тебя в шею домой и контролировать график отдыха.

– У меня такой уже был.

– Это ты о Юле?

– Юлианне, – поправляет босс.

– И ты туда же, – бурчит доктор. – Какая к чёрту разница: Юля или Юлианна? Ну нет же «называйте меня Юлианна», – переходит на писк, копируя женский голос. – Как будто от этого она перестанет смотреть на всех менее высокомерно.

– Достаточно. – Марков повышает голос, давая понять, что тему супруги развивать не желает.

– Как пожелаешь. Надеюсь, второй раз ты выберешь кого-то более приземлённого.