Текст книги "Через тернии – в загс!"
![](/books_files/covers/thumbs_240/cherez-ternii-v-zags-24867.jpg)
Автор книги: Алина Кускова
Жанр: Юмористическая проза, Юмор
Возрастные ограничения: +12
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 1 (всего у книги 14 страниц) [доступный отрывок для чтения: 4 страниц]
Алина КУСКОВА
ЧЕРЕЗ ТЕРНИИ – В ЗАГС!
Вместо предисловия
Он стремительно входил в лифт, она бежала за ним, огибая углы и расталкивая сослуживцев. «Нужно было выйти из дома пораньше! – стучало в висках Аллы. – Нечего было уступать последнее место в маршрутке старой кошелке с внуком!» Она влетела в лифт, двери за ней закрылись. Он и она, и только вдвоем! Емельянов поглядел на нее с нескрываемым любопытством и поинтересовался, не свободна ли она сегодня вечером. Свободна ли она?! Да как он только может об этом спрашивать?! Для него она свободна всегда! Алла заявила об этом вслух, но он нисколько не смутился, а страстно прижал ее трепещущее тело к своему. Призывно и волнующе глядели его карие глаза. И вдруг он резким движением откинул Аллу от себя. Ее аппетитная грудь третьего размера вздыбилась, совершенно неприлично обнажая дорогое нижнее белье. «Как удачно Татьяна посоветовала мне его купить!» – пронеслось в голове у Аллы, и она обняла Максима за шею. Откуда-то донеслись звуки танго, и он снова отбросил ее к противоположной стенке лифта.
Алла не растерялась и включилась в его игру. Одной рукой нажимая на кнопку остановки кабины, другой она принялась расстегивать блузку. Пусть увидит все, что скрыто! Ей есть, чем гордиться, несмотря на свои почти сорок. Максим впился в нее жадным взором, следя за каждым движением. Алла сбросила блузку и под звуки чарующей музыки покрутила ею у себя над головой. Максим одним движением освободился от пиджака. Алла взялась за юбку. Танго продолжало распалять любовные страсти на ограниченной территории офисного лифта. Изящный бюстик с треском расстегнулся под его тонкими пальцами, и возбужденный Максим в ритме танца привлек Аллу к себе. Одной рукой срывая с него галстук, другой она жадно шарила по его мускулистому телу. Дошла очередь до ремня на брюках…
Неожиданно двери лифта разошлись, и изумленной публике предстала жуткая картина: новый начальник со спущенными штанами и его подчиненная, Алла, практически в одних чулках стояли в совершенно недвусмысленной позе…
– Какой ужас! – охнула главный бухгалтер Валерия Витальевна. – Ничего подобного не видела.
– Еще бы! – нагло ответила Алла, скидывая ногу с начальника. – Кому ты нужна, старая мымра!
– До чего же ты опустилась, Аллочка! – воскликнула менеджер отдела закупок Татьяна.
– До нашего начальника! – заявила Алла и потрепала милый ежик Максима.
– Нет, ну бабы дают! И где? В лифте, никогда бы не подумал! – восхищенно пробормотал начальник производства Тимошкин. – А какие… а какое… а какая! – Он бесцеремонно разглядывал Аллу.
– Да, я такая! – с вызовом бросила Алла и послала Тимошкину воздушный поцелуй.
– Я всегда знал, что вы, Аллочка, необыкновенная, способная на безумные поступки женщина! – Виталик Семенов присел на одно колено и склонил перед ней вихрастую голову.
С Валерией Витальевной случился сердечный приступ, и ее унесли в ближайший кабинет.
– Да мы, собственно, обсуждали рекламную акцию, – невозмутимо сообщил собравшимся Максим. – С Аллой Викторовной, как с самым ценным сотрудником нашей фирмы.
– Понятно, понятно, – закивал головой Тимошкин. – А можно, завтра и я с ней что-нибудь обсужу?
– Нельзя! – Максим пригрозил пальцем и набросил на Аллу пиджак.
– А мне можно с вами, Максим Леонидович, обсудить тет-а-тет последний проект? – подала свой хитрющий голосок Машенька из рекламного. – Я, вроде, как-то в теме. – И хищно оскалила свои молодые белоснежные зубки.
– Нельзя! – закричала Алла, защищая собой Максима. – Я сама! Сама с ним все обсуждю, обсужу!
– Да не волнуйтесь вы так, Аллочка, – успокоила ее уборщица Вера Ивановна, мотыляя грязной тряпкой в пустом ведре, – это же всего лишь сон!
– Как сон?! Какой сон?! – Алла принялась озираться, с удивлением глядя на то, как один за другим исчезают сотрудники фирмы «Меченосец». – Стой! Не отдам! Мой! – Она ухватила исчезающего Максима за руку и потянула к себе. – Мы еще не дообсуждали! – Но его мужественный профиль беззвучно пошевелил губами и исчез в потолке кабины лифта. – Не может быть! – закричала Алла, и… проснулась.
– Не может быть, – сказала она самой себе, поглядела на часы и поплелась умываться.
Глава 1
Настоящая женщина: родила дочь, сломала дом, вырубила деревья
Он стремительно вошел в лифт, а она застряла в проеме кабины, пытаясь выбраться. Толпа сотрудников разных офисов отрицательно восприняла ее стремление плыть против течения и втиснула назад. До девяти часов утра оставались считаные секунды, а у многих из них были строгие начальники. У нее тоже был начальник, и теперь он стоял почти рядом с ней и дышал в затылок. От него исходил бодрящий аромат дорогой туалетной воды и странный запах одинокого мужчины. Этот запах женщины определяют безошибочно, каким-то десятым чувством. Впрочем, чтобы догадаться об истинном семейном положении шефа, достаточно было поглядеть на его пальцы, которые знать не знали, что такое обручальное кольцо.
Алла уставилась на его руку, сжимавшую кожаную папку. Никаких украшений – вот рука настоящего мужчины. Белая сорочка, строгий костюм в мелкую полоску, очень актуальную в этом сезоне. Он следит за модой сам или ему помогает какая-то женщина? Узконосые ботинки, интересно, какой у него размер домашних тапок? А как ходят начальники дома? В полосатых костюмах или пижамах? А что под пижамой? У него, наверняка, отличная мускулатура. Вчера он сказал ей, направляясь к выходу: «Будут меня искать, я в тренажерном зале». Нужно записаться туда же на пару занятий, чтобы подкачать мышцы груди. Или нет, убрать целлюлит или подобрать живот. Да какая разница, что делать, главное, поглядеть, чем там занимается он. Алла представила, как ее шеф качает мускулы здоровенной штангой. Капли пота стекают по его рельефному загорелому телу, но он не обращает на это никакого внимания. Вот эта рука вместо кожаной папки держит штангу… Ей отчего-то захотелось потрогать или хотя бы прикоснуться к Емельянову.
Лифт сделал последнюю остановку на девятом этаже, и остатки толпы высыпали наружу.
– Выходите? – поинтересовался Емельянов, глядя на Аллу, как на пустое место. Она кивнула и кротко пошла следом за ним.
Конечно, она могла сказать, что собирается ехать дальше, на крышу к Карлсону. Но он бы не оценил ее шутку, поскольку Карлсон – толстый мужчина в самом расцвете сил и возможностей – был их постоянным клиентом и пожирал печенье с вареньем не хуже своего сказочного тезки. Ну вот! Алла вспомнила, что из-за своего дурацкого сна забыла забежать в булочную за сладостями для шведа, который должен был приехать сегодня и подписать договор на крупный заказ. Вчера шеф сказал ей не только про тренажерный зал, он напомнил ей и о печенье. Алла круто развернулась и побежала назад к лифту. По пути она перехватила довольный взгляд Машки из рекламного отдела, напоминающий ей каждый раз о том, что секретарша должна уже сидеть за своим рабочим столом, когда руководство приходит в офис. Но Алла не секретарша, она до недавнего времени была приемщицей заказов. И если Машка хочет, то пусть сама занимает ее место в приемной и кормит шведа чем попало. А тот, между прочим, разрешает Алле называть его просто Улей и строит ей глазки. Плюнуть на все, выйти за него замуж и махнуть к черту на кулички. Пусть он не такой стройный, как Емельянов, но с ним, по крайней мере, не скучно.
Жалко только Аленку и домик бабушки в деревне. Алла, как настоящая женщина, сделала в своей жизни три необходимые вещи: родила дочь, сломала дом и вырубила деревья. Теперь на этом пустыре в четыре сотки они собираются строить двухэтажную дачу. Честно признаваясь самой себе, Алла прекрасно понимала, что основную массу работ придется выполнить Аленкиному жениху Антону. Он, конечно, бугай, каких еще поискать, но и ему потребуется помощь. Если она выйдет замуж за шведа, то дом они построят точно. И бабушка с небес, уронив слезу, порадуется за них. «Решено, – подумала Алла, – выйду за шведа».
Путь к сердцу шведа лежал через печенье курабье и абрикосовое варенье. Как Сивка-Бурка проскакав по всем окрестным магазинам, она нашла более-менее свежее печенье и приличный джем. Вернувшись назад, она встретилась с косым взглядом Емельянова, восседавшего за ее столом. Буркнув что-то несуразное про постоянные телефонные звонки, тот исчез в своем кабинете. Алла разобралась с продуктами и принялась за почту. О каких звонках говорил начальник, поначалу было совершенно непонятно. Ясность наступила через несколько минут, когда скрипучий старческий голос потребовал установить ей в спальне металлическую дверь.
– Это фирма «Рогоносец»?! – негодовала старушенция. – Срочно присылайте мастера для замеров! Жизненно необходима бронированная дверь в спальню, невестка надумала свести мои счеты с жизнью.
За те пять лет, которые Алла просидела в этом офисе, принимая заказы на металлические конструкции, ей приходилось сталкиваться с разными индивидуумами. Но старушке требовался, скорее, участковый милиционер или врач. Возможно, оба в одном флаконе. Прежний начальник разрешал Алле грубить, но от этого можно было ожидать чего угодно. Не было никакой гарантии, что он не выскочит сейчас из своего кабинета и не прикажет ей заниматься со старой дамой психоанализом. Стратегия фирмы заключалась в том, чтобы удовлетворять пожелания каждого клиента – как крупного, так и мелкого индивидуального заказчика. Заказчик, точнее заказчица, тем временем брызгала слюной в трубку и изрыгала проклятия на голову своей невестки. «Никогда не выйду замуж за мужчину, у которого будет мать!» – заключила Алла.
Однако в ее возрасте найти полного сироту было сложно. Особого выбора уже не было, приходилось довольствоваться тем, что осталось после других. Но Алла оказалась настолько привередливой, что довольствоваться остатками не хотела, пребывала после развода с первым, и пока единственным, супругом в гордом одиночестве. Не считая дочери и иногороднего Антона, физически проживающего вместе с ними.
Пожелав старушке хорошенько подумать и посоветоваться со специалистами-пожарными: не заклинит ли металлическую дверь, если ее подожгут с обратной стороны, и тогда придется спасаться через балкон, Алла положила трубку. Практически психологическая обработка клиента. Если завтра клиент созреет, то она оформит заказ, спустив его в бухгалтерию. Валерия Витальевна терпеть не могла индивидуальные заказы, от которых было мало толку и денег. Она считала, что, размениваясь по мелочам, фирма не только не поддерживает свой имидж, но и вредит себе. Особенно большой вред наносится работникам бухгалтерии, которым приходится обсчитывать единичные заказы. Вот совсем другое дело – бизнесмен Карлсон, он занимается небольшими строительными подрядами, зато заказы делает всегда значительные. Алла представила недовольную физиономию главного бухгалтера и улыбнулась. Отчего-то сразу захотелось оформить старушке заказ на внутрикомнатную дверь из пуленепробиваемого сплава.
Вышедший из кабинета Емельянов застал на лице Аллы жуткую улыбку и содрогнулся. Как ему показалось, именно с таким выражением полинезийские туземцы когда-то съели Кука. Алла очнулась, поглядела на шефа просветленным взором и поинтересовалась временем приезда шведа.
– А вам зачем? – сварливо ответил вопросом на вопрос тот, пронзая ее своими карими глазищами, словно уличая в чем-то неприличном. Знал бы он, что она вытворяла с ним в лифте в собственном сне, небось, умер бы от сердечного приступа!
– Я должна приготовить ему кофе с печеньем, – холодно заметила Алла, опуская глаза на бумаги.
– Можете начинать, – сказал Емельянов и направился к выходу.
– Так он уже едет?! – не сдержала радости подчиненная.
– Он?! – Емельянов развернулся и пристально поглядел на нее. – Он – не знаю. А я приеду через полчаса. Надеюсь, вы заботитесь не только об иностранцах.
Как только шеф вышел из комнаты, Алла побежала к Татьяне.
– Нет, ты представляешь! – жаловалась она подруге. – Он назвал меня интердевочкой. На что он намекает, я не знаю, но с его стороны это просто неприлично.
– Неприлично показывать постороннему мужчине свою заинтересованность этим шведом, – резонно заметила Татьяна. – Мне кажется, он ревнует. Не в том смысле, что он ревнует тебя как женщину, а как сотрудника, вместо начальника предпочитающего клиента.
– Сама-то поняла, что сказала? Никого я не предпочитаю. Некого предпочитать. Теперь вот выясняется, что и Карлсон не приедет, а я все утро за печеньем бегала. Татьяна, неужели меня нельзя ревновать как женщину?! Конечно, я не считаю себя раскрасавицей, но просто по-человечески обидно.
– По-человечески обидно за твою голову, которая думала о чем угодно, только не о парикмахере.
– В этом дело? – Алла подошла к зеркалу и принялась изучать свое отражение. – Если только из-за шведа пойти и сделать креативную стрижку. Приедет же он когда-нибудь. Слушай, подруга, мне сегодня приснился удивительный сон. Пересказывать не буду, ты умрешь со смеху. Скажу только одно – в нем была сплошная эротика. К чему бы это, как ты думаешь?
– К Аленкиной свадьбе, – отчеканила Татьяна, – сколько можно жить гражданским браком? И кто его только придумал, этот гражданский брак?! Я бы на твоем месте гнала бы в шею этого Антона.
– Он мусорное ведро всегда выносит, – с тоской в голосе произнесла Алла, – за хлебом бегает. Хороший мальчик, а нам с Аленкой так не хватает мужских рук. К тому же это она не хочет официальной регистрации, говорит, что ей еще рано, и он ее в этом поддерживает. Чего они ждут, не знаю?
– Спать с мужиком не рано, а выходить за него замуж рано! Вот они, современные нравы. Они ждут того момента, когда ты съедешь к любимому супругу и освободишь им жилплощадь.
– Татьяна, о чем ты говоришь?! Я к нему не вернусь, столько лет прошло, да к тому же у него семья.
– Я говорю не о твоем бывшем, а о будущем муже. Шведе или о ком-то другом, сама разбирайся. Нечего в брошенках засиживаться. Скоро внуки пойдут, совсем обабишься. Видела нашу генеральную? – Алла покачала головой. – Приезжала утром к Емельянову. Бабе точно за сорок, а как выглядит!
– Я за печеньем бегала, – Алла пожалела о том, что пропустила такую встречу. Значит, к начальнику приезжала генеральный директор объединения, одним филиалом которого является их скромная контора. Интересно было бы поглядеть на эту бизнесвумен. Что она у них делала, бумаги проверяла?
– Она из кабинета Емельянова не вылезала, – сообщила Татьяна. – А когда вышла, у того на морде лица была ее помада. Так что, милая, плюй на эротические сны и своего босса, он уже занят. Жми на шведа. Если что сорвется, то знай, у моего Толика есть холостой приятель. Мужичок с ноготок, но зато не употребляет, деньги носит в дом. Не будь эгоисткой, освобождай квартиру детям.
Алла никогда не считала себя лишней в собственной двухкомнатной квартире, которую однажды двадцать лет назад молодой семье презентовало государство, в те времена еще делавшее такие щедрые подарки. Правда, супруг в новой квартире не задержался, как только родилась Аленка, он слинял к своей старой любви, с которой счастливо проживает до сей поры. Нет, Алла его не винила. Это она воспользовалась моментом и разбила временно поссорившуюся пару. Ей очень нравился высокий, стройный, симпатичный инженер Хрусталев. Аленка – вся в него, от парней не было отбоя, пока она на первом курсе института не привела в дом Антона, которому не досталось места в институтском общежитии. Поставила мать перед фактом, а та даже не стала сопротивляться. Все восемнадцать лет они жили с дочерью душа в душу, как две сестры. Аленка росла умной девочкой, проблем с ней никогда не возникало. Из Антона тоже не стали делать проблему, за что Татьяна, подруга и коллега по работе, всегда корила мягкотелую Аллу.
Алла набрала домашний номер и позвонила дочери с зятем:
– Алюш, встали, покушали? А что делаете? Готовитесь к сдаче курсовой? А почему Тоша орет, как резаный? Не хочет чистить картошку? А, готовишься ты, а он занимается обедом. Понятно. Нет, я на обед не приду, перекушу в кафе с Татьяной. Алюш, ты мне честно скажи, вам как там без меня? Отлично? Просто супер, значит. Ага, понятно. – Алла положила трубку и задумалась. Действительно, дочь призналась, что им без нее «просто супер». Придется жать на шведа, не знакомиться же с мужичком с ноготок. Она пока прекрасно выглядит, если сегодня успеет в парикмахерскую, то будет еще сногсшибательнее. Жаль, что не видела генеральную директоршу, врага нужно знать в лицо. Алла поймала себя на том, что подумала о той как о сопернице. Значит, Емельянов не идет у нее из головы. Алла подперла кулачком щеку и немного помечтала.
Сколько ему? Ах, да, она узнавала в бухгалтерии, которая является по совместительству отделом кадров, что ему тридцать семь. Она старше его на пару лет. Для мужчины и женщины это не разница. Валерия Витальевна держала в руках его паспорт, в нем ни одного штампа о браке. Хотя, в наше время можно потерять этот ценный документ, а после того, как выдадут новый, полностью проигнорировать эту запись. И никто за это не накажет. Личного дела генеральной в бухгалтерии не было, приходилось верить Татьяне на слово, что той слегка за сорок. Алла ее младше, значит, у нее больше шансов. Но, следуя этой теории, Машка вообще вне конкуренции. Нет, Емельянов не должен реагировать на возраст. А на что тогда? На внешность? Алла потерла пальцами виски, нужно обязательно увидеть эту директоршу и выяснить, какие женщины ему нравятся. Возможно, еще не все потеряно. Ведь она же прекрасно видела, как он посмотрел на нее в самый первый раз, когда приехал знакомиться с коллективом. Алла тогда даже покраснела, на нее давно так никто не смотрел. Даже Эдик из архитектурного бюро, с которым она рассталась полгода назад. Правильно, Емельянов на нее посмотрел заинтересованно! Эротические сны не снятся на пустом месте. Они берутся из головы, которая только и думает о новом начальнике.
– Я у себя, – он возник перед ней неожиданно, – если приедет Тимошкин, пусть проходит сразу – Алла подняла глаза и внимательно поглядела на его лицо. Ни одного красного мазка, он все стер, или эта стерва пользуется бледной губной помадой. – И передайте коллективу мою просьбу, Алла Викторовна, после обеда никуда не расходиться. Приедет знакомиться госпожа Королева, наш генеральный директор.
Он все еще путает ее с секретаршей. Ну и пусть, зато теперь она в курсе всех событий. Значит, Алла все-таки ее увидит. Часа обеденного перерыва совершенно недостаточно, чтобы сделать креативную стрижку. Она должна выглядеть на все сто! А еще лучше на все двести!
– Максим Леонидович! – закричала Алла вслед начальнику. – Мне нужно опоздать с обеда!
– Это обязательно? – Он обернулся на пороге и уставился на нее немигающим взглядом.
Алла выдержала этот магнетический взгляд удава в человеческом обличии:
– Вопрос жизни и смерти, – прохрипела она. Емельянов качнул головой, пожал плечами и исчез в своем кабинете. – Ольга! – Алла звонила приятельнице. – Организуй мне срочно стрижку. Вопрос жизни и смерти, у меня на все про все только час, и начинается он через пятнадцать минут.
Приятельница оправдала ее ожидания. Хотя от часа оставалось всего сорок минут, Алла уже сидела в кресле, и мастер, длинноногая девица с унылым выражением лица, интересовалась, как ее стричь. Алла посмотрела на ее волосы и прикинула, насколько глупо она будет выглядеть с такой же торчащей в разные стороны прической. Девица поймала ее взгляд, пояснила, что на кудряшках Аллы эта стрижка будет смотреться так же, если только их безжалостно выпрямить, и принялась за дело, гнусавя о том, что без креатива на голове сегодня ходят только провинциальные лохушки. Алла ей полностью доверилась – меняться так меняться. Тем более что другого выбора не было, не было и времени что-то выбирать.
Результат превзошел все ожидания, Алла не узнала себя в зеркале.
Вместо милых легкомысленных кудрей голову украшали разноцветные пряди прилизанных волос. Смотрелось это чудо современного парикмахерского искусства умопомрачительно. Аллочку можно было легко перепутать с дочкой, которая сооружала у себя на голове нечто подобное. К тому же теперь ей можно было дать не тридцать, а только двадцать восемь. После сорока лет возраст женщины, которая следит за собой, отсчитывается в обратном порядке. Девица довольно хмыкнула и подмигнула Алле.
Сетуя на то, что она не поверила сну и не надела новый бюстик с прозрачной блузкой в тон, Алла шагала по коридору своего офиса. В кабинетах никто не ругался, не хихикал и не сплетничал. Значит, все уже собрались в кабинете шефа и ждали генеральную. Алла стукнула в знакомую дверь, толкнула ее и увидела, что ждали не директрису, та уже сидела на емельяновском месте. Ждали ее. Стон восхищения, упоения и экстаза раздался сразу, как только Аллочка, испросив разрешения, зашла в кабинет.
– Извините за опоздание, – пролепетала она, не сводя глаз с холеной блондинки, восседающей на начальственном кресле. – Задержалась. Но я предупреждала, – и она указала на Емельянова, сидящего рядом с госпожой Королевой. Тот покраснел, что-то буркнул в свое оправдание и потупил глаза.
– Ничего страшного, – ядовитым голосом произнесла блондинка, – видно, дело было неотложное.
– Да уж, – тут же встряла Машка, – очень уж видно. Это неотложное дело так и бросается в глаза.
Алла не стала вступать с ней в прения, тихо прошла и села на свободное место. Директриса выдержала паузу и продолжила, разглядывая вновь прибывшую:
– Повторю для тех, кто отсутствовал. Меня зовут Эмма Олеговна Королева, я генеральный директор объединения, которому теперь принадлежит ваша фирма. Но запоминать мое имя совершенно не обязательно, – Королева ехидно улыбнулась. – Ваш непосредственный начальник Максим Леонидович Емельянов. Здесь он будет решать все вопросы, в том числе и связанные с опозданиями на рабочее место.
Аллочка сделала вид, что последние слова директрисы ее совершенно не касаются. Для пущей убедительности она положила ногу на ногу и принялась раскачивать свою туфлю, демонстрируя окружающим полное спокойствие. Туфли достались Алле по наследству от дочери, когда перестали «пищать» вместе с модой. У Аленки нога была на размер больше, но матери приходилось с этим мириться, не тратиться же на новую обувь. Пара нервных качаний – и разношенная лодочка слетела с Аллочкиной ноги. Сделав красноречивый пируэт под потолком, она спикировала на начальственный стол. Емельянов успел перехватить обувку перед самым носом блондинки и сунуть ее в свой карман.
– М-да, – сказала госпожа Королева, пронзая злым взглядом Хрусталеву.
– Ничего страшного, – пробурчал Емельянов, запихивая туфлю поглубже.
– Ой! – нашлась что сказать Алла и очаровательно улыбнулась. Можно было не сомневаться, что госпожа Королева запомнила ее на всю оставшуюся жизнь. Но раз она сама утверждала, что здесь хозяин Емельянов, значит, увольнение Алле не грозит. Вон как он ловко спрятал ее туфлю и сделал вид, будто обувь летает по его кабинету с устойчивой периодичностью каждый божий день. Потрясающий результат от одного посещения салона парикмахерских услуг. Завтра нужно будет пойти и нарастить ногти. Отныне она будет кусаться и царапаться за Емельянова, раз тот к ней явно неравнодушен.
Разочарование наступило после того, как все сотрудники вышли из кабинета. Там остались Королева и Емельянов, который перед этим успел сунуть Алле ее потерю. Она не смогла себя сдержать и, наскоро разбавив быстрорастворимый кофе кипятком, схватила поднос, две чашки и ринулась назад в кабинет.
– Кофе! – сообщила она и проглотила остальную часть фразы, которую намеревалась озвучить.
Емельянов с Королевой стояли у окна и… целовались. Вернее, а Аллочка это приметила точно, это госпожа Королева впилась своими намалеванными губищами в Емельянова, а тот постарался от нее освободиться, услышав Аллу. Она прошла к столу, поставила на него чашки, взгромоздила вазочку с курабье на бумаги и потопала обратно. То, что хотела, она получила сполна. Татьяна была права, они точно любовники.
– Но она выглядит на все сорок пять! – переживала Алла в соседнем кабинете.
– Возможно, – вздыхала Татьяна, – ему нравятся престарелые красотки, облеченные властью. Наверняка, Емельянов – протеже Королевой. Она поставила начальником своего любовника. Очень дальновидно для зрелой женщины. Везде – свои люди.
– Ты думаешь, у нее и в других фирмах любовники?! – всплеснула руками Алла, подозревая Эмму в коварстве и легкомыслии. – Она его просто использует! А он, бедный и несчастный, ничего не может поделать, потому что полностью от нее зависит. Его нужно спасти, – решила она.
– От чего его спасать? – не согласилась с ней Татьяна. – От любви? Вполне возможно, он потерял из-за нее голову и не может без нее жить. Согласись, Королева очень привлекательная женщина. Конечно, возраст не скроешь, но мы тоже не девочки. Мужчинам нравятся холеные красавицы. Вот что ты сделала на своей голове? Где гламур? Где динамика чувств? Все прилизано и измазано.
– Ничего ты не понимаешь, это креатив. Полет фантазии. Аленка говорит, что он сейчас «пищит». К тому же измазано пенкой, а не краской. И зря ты так, всем понравилось, что я помолодела. Скажи честно, я ведь выгляжу гораздо моложе Королевой? То-то.
– Все равно я не советую тебе с ней тягаться, – не соглашалась Татьяна. – Лучше жми на шведа.
– Где он? Его нет. Карлсон улетел, но обещал вернуться. Эх, Синицына, ты даже не представляешь, как классно Емельянов танцует танго! – Алла подхватила вентилятор на длинной ножке и закружилась в ритме танца, подпевая самой себе. Когда она высоко до неприличия задрала юбку, прижав к груди вентилятор, дверь распахнулась, и вошел Емельянов.
– Я, это, – пробормотал он, разглядывая выставленные напоказ конечности Хрусталевой. – Я тут подумал, может быть, вам выписать премию? – И он перевел глаза на ее старенькие туфли.
– Огромное спасибо, – демонстративно поблагодарила Алла и одернула подол. Хоть почти последние деньги пошли на креатив, подачку она брать не собиралась. – Как-нибудь обойдусь.
– Максим Леонидович, – выступила Татьяна, – у вас щека в чем-то испачкана.
– Да, – зловредно подтвердила Алла, – вы весь в губной помаде.
– Что он еще классно делает? – засмеялась Синицына, когда смутившийся начальник вышел.
– Да, – вздохнула Алла, – я финансово не состоятельна. Мне нелегко тягаться с Эммой.
– Ничего, – принялась ее успокаивать Татьяна, – когда-нибудь он ей надоест, а тут раз – и ты. Или Машка, она более расторопная и наглая. Емельянов такой же мягкотелый, как и ты. Два сапога – не всегда пара. Кстати, туфли-то себе купи новые. Видно, сильно запачкал себе карман, раз так распереживался.
Алла вернулась к себе в комнату под непрекращающуюся трель звонка. Тот, кто звонил, был очень настойчивым. Конечно, этим упорным типом оказалась генеральная директриса, потребовавшая немедленно Емельянова к аппарату. Алла ответила, что шефа нет у себя. Куда он отправился, не поставил в известность. Ей так хотелось сказать, что он пошел в туалет смывать помаду, но сдержалась. Кто знает их отношения. Вдруг Емельянов никакой не хозяин здесь, и Эмма сама уволит Аллу за дерзость. Но та, похоже, лишать работы ее пока не собиралась, наоборот, подкинула забот. Она потребовала срочно найти Максима и передать ему, что место вечерней встречи переносится. Алла пообещала все обязательно передать. А что она ожидала? Да, они целовались сегодня, после чего решили сходить в ресторан. Как будто, кроме Емельянова, той больше не с кем таскаться по ресторанам. Вцепилась в него мертвой хваткой: утром она с ним, в обед – к нему, так еще и на вечер строит совместные планы! Сейчас, держите карман шире, она все расскажет, она им эту встречу организует. Да ни слова не скажет! Пусть ждут друг друга: он у аптеки, а она в кино. А завтра на том же месте в тот же час.
Хорошо, что врать Алле не пришлось – после обеда Емельянова след простыл. Искать его она не собиралась. Никто толком не знал, чем увлекается их новый начальник, кроме тренажеров. С чистой совестью Алла дождалась окончания рабочего дня и направилась домой. В лифте Татьяна принялась рассказывать ей про своего Толика, по принципу «скажи мне, кто твой друг…» Получалось, что Толик у нее золотой парень и все его друзья – такие же. Алла разглядывала кабину лифта, где она ночью танцевала танго с Максимом и улыбалась. Завтра она обязательно скажет ему что-нибудь приятное. А еще лучше, если они вдвоем застрянут в лифте, и… Двери раскрылись, как всегда, не вовремя, помешав Алле дофантазировать остальное.
На улице фантазии развеяло ветром, как пушинки с белых одуванчиков. Реальность больно ударила лысыми одуванчиками по мозгам: у подъезда их офиса Емельянов раскрывал дверцу своего автомобиля и подсаживал туда Машку из рекламного отдела! Алла, как вкопанная, замерла посреди улицы. Шеф, радостный и довольный, юркнул за Машкой следом и захлопнул дверцу с тонированными стеклами. Машина загудела и сорвалась с места. Алла не верила своим глазам: Емельянов собрался изменить Эмме?! Значит, все это чушь про мои года, мое богатство. Мужикам нужно молодое здоровое тело! Престарелых красоток побоку! Она ему докажет, что еще может нравиться молодым мужчинам. Где они, эти мужчины?! Алла обвела глазами округу, вдали маячила худощавая нескладная фигура Виталика Семенова, которому она всегда нравилась. Ну и что, что ему еще нет и тридцати, это даже лучше. Она тоже выглядит не на свой возраст, ее всегда незнакомые люди называют старшей сестрой Аленки, а не мамой.
– Ну и что? – глубокомысленно поинтересовалась Татьяна, толкая подругу в сторону своего мелкого красного «Матиза». – Ничего особенного. Человек решил сделать доброе дело, подвезти сотрудницу. Может, им по пути? Так я скажу Толику, чтобы он приводил друга в воскресенье? Я пирогов напеку.
Алла сжала губы и отрицательно покачала головой. Сдаваться она не собиралась. Недаром ей приснился такой провокационный сон, ох, недаром! Судьба сама подсказывает – нужно действовать, чтобы что-то получить. Всегда и всюду, даже в лифте. Вот если завтра они застрянут, то Алла ему устроит такой компромат! Что там туфля, она скинет с себя всю одежду! И пусть потом оправдывается, что он ни при чем. Она задумалась над завтрашним гардеробом, скидывать нужно не просто вещи, а сущий гламур! Она залезет в заначку, которую собирала для отпуска, и потратит ее на эксклюзив. И купит себе новые туфли. Алла вздохнула, к морю они собирались ехать втроем. Если она потратит деньги на тряпки, то лишит своих детей летнего отдыха. Она вздохнула и села к Татьяне в машину, им действительно было по пути.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?