Читать книгу "Побочки"

Побочки
Алина Пожарская

Корректор Алина Евгеньевна Пожарская

© Алина Пожарская, 2024

ISBN 978-5-0056-2154-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

«Большинство людей, у которых есть татушки…»

 
Большинство людей, у которых есть татушки,
за комментарии к ним готовы вписать с вертушки.
Вот и я на своём веку люлей за такое отвесила,
но сейчас подостыла. Старость не радость, а маразм не… короче, невесело.
 
 
…Сижу я на остановке, автобуса жду.
Со мной мужичок.
– Девушка, покажи свою лабуду!
Зачем ты нарисовала это? – молвил, перегаром дыша
так, что вместе с пара́ми, казалось, вот-вот вылетит его душа.
 
 
Лет десять назад я бы ему всё предъявила.
И что он дурак, и что мудрость его стороной обходила,
и что шёл бы он в пень, и что шёл бы он в сад,
и что лучше тату, чем пропитый фасад.
 
 
Но то было давно, а сейчас моя няшная физия
никак не вяжется с этакой досадной коллизией.
И лето, и солнце, и соотношение в крови гормон
не дали сказать мужичку, что редиска он.
 
 
Но промолчать совсем – к счастью, нет у меня такой мудрости.
Я улыбнулась ему, показав верхние, нижние, клыки и даже бесячий зуб мудрости.
 
 
– Ну, – ответила я, – дело такое,
что у всех своё. Кто-то уходит в запои,
а кто-то татухи делает. Мир многообразен, и это прекрасно. Аминь!
 
 
Мужичок сдулся, прыгнул в автобус и умчал в глубокую летнюю синь.
 

«Южное Тушино, воскресенье. Народу, что охренеть…»

 
Южное Тушино, воскресенье. Народу, что охренеть.
На остановке парень вкушает какую-то снедь.
Жрёт шаурму или макдачину лопает – не столь важное.
И вот по проспекту запрыгало нечто бумажное.
 
 
Я наблюдала проспектно-бумажный танец,
и в голове крутилось: вот ты засранец!
Отшлёпать тебя по филейному месту или вообще по жопе.
Из-за тебя мы культурно никак не приблизимся к Европе.
 
 
А бумажка тем временем танцевала уже на бис.
Она похожа была на платок, который обронил Арамис.
Ну, вы помните: с Д'Артаньяном знакомство у всех троих начиналось с какой-то шняги.
И все трое ему предложили скрестить шпаги.
 
 
И много чего ещё было: интриги, Констанция и красная хрень кардиналья…
Хорошая книга, подумала я.
Ладно, живи, каналья.
 

КАРМИЧЕСКОЕ

 
Девки, никогда не отказывайте пацанам!
Любой наш отказ однажды вернётся к нам.
Пусть не в плане любви, а как-нибудь чёрт знает как,
но бумеранг отправит каждый отшитый мудак.
 
 
Кто во френдзоне чалился (такой есть у многих из дам),
будет отмщён рапирой редактора: круто, но не издам.
Скольким ботаникам дашь от ворот поворот,
столько редакций оббе́гай зазря, сука, ёбаный в рот.
Глас вопиющего «Как это нет? Я ж пиздат!»
в лоб вам прилепится блядским клеймом САМИЗДАТ.
Каждая фраза «Ты же в пупок мне дышишь» —
это стрела из зала: что за хуйню ты пишешь?!
Каждое резкое слово: тюфяк, размазня, или глист —
щупальце, коим навеки обхватит тебя твой лонг-лист.
 
 
Он один с тобой нежен и шепчет: в шорт тебя не отдам…
Девки, никогда не отказывайте пацанам.
 

«– Жена должна борщи варить и в койке кувыркаться, …»

 
– Жена должна борщи варить и в койке кувыркаться, —
сказал он прикроватному менту.
Мент выглянул из ОВД района Прикровации:
– Исполню, так и быть, твою мечту!
 
 
И наш герой исчез. Уже прошло полгода,
его никто не видел с этих пор.
Но говорят, что он обрёл свою свободу
с женой мечты во мраке серых штор.
 
 
Там койка. В ней – она. В глухом трико совковом
ногой кидает борщ на кувырке.
А он сидит в углу, свекольным страхом скован,
и лишь кольцо дрожит чуть на руке.
 

ПРО ЖОПУ И СЕМИОТИКУ. ЭЛЕГИЯ

 
Сижу на скамейке, со мной семиотики целый том – белый такой, кирпичный.
Но смотрю в книгу – вижу не фигу даже, а знак ещё более неприличный.
Не идёт ничего в меня, но не потому что тупло я.
Ну, это тоже, но дело в другом.
Я вспоминаю былое.
 
 
…Месяц назад на этом же месте тусили бабули.
О медицинской ситуации дискуссию развернули.
Ну, там, переполнены поликлиники и вообще всё тяжко.
И без бумажки ты, как говорится, букашка.
 
 
И тут одна из бабулек сказала про жопу что-то.
Сказала метафорично, уровнем анекдота.
Я думала записать, но решила – запомню такой хардкор.
Ну, что я тупло, поняли даже те, кто сомневался во мне до сих пор.
 
 
Записывать надо не только ночные мысли, но и то, что видал во дворе!
Шутка про жопу канула. Я в депре.
А ведь могла бы в рассказ, в очерк, в роман, наконец, её вставить…
Но ничего уже не исправить.
 
 
Взор мой поник, жизни огонь зачах.
Какой Якобсон, какая семиотика нах?
Впрочем, я знаю: чуть погрущу, и рассеется горя туман.
Литература не рухнет с того, что я не вставила жопу в роман.
 

«В литературе штамп есть мерзкий …»

 
В литературе штамп есть мерзкий —
«писатель молодой и дерзкий».
Рифма «мерзкий и дерзкий», правда, тоже штамп феерический,
но будем считать, что сам себя пародирует стих постмодернический.
Наверно, у тех, кто это придумал, намерения добрые были.
Ну, там, свободный полёт, свежий воздух и прочее психобилли.
И сразу прив

...

конец ознакомительного фрагмента