Читать книгу "Терпкий запах страсти"

ГЛАВА 4

Анджей разглядывал ее с придирчивым вниманием, отмечая каждую черточку, каждый недостаток. Все-таки не каждый день один из сильнейших лугару Европейского альянса узнает, что теперь навеки связан со слабой человечкой!

Очень худенькая, даже щуплая, по сравнению с женщинами его расы, но грудь довольно аппетитная, особенно в этой полупрозрачной блузке. Мужчина с трудом сдержался, чтобы не облизнуться и не испугать девушку еще больше. Волосы иссиня-черные, от них резко воняло химией – краска. Ну ничего, он заставит ее смыть эту гадость, как только появится возможность.

Личико очень юное и живое, на нем, как на экране, отражаются все ее мысли и эмоции. Большие голубые глаза, тонкий профиль, пухлые, чувственные губы...

Он почувствовал, как его плоть отозвалась на нескромные мысли, наливаясь кровью. Внутренний волк предвкушающе встрепенулся, обнажая зубы в довольном оскале. Он не чувствовал рядом с собой волчицы, но ее отсутствие его абсолютно не беспокоило, наоборот, все его звериные мысли занимала эта хрупкая человечка. Ему хотелось обернуться, положить голову ей на колени и заурчать, требуя прикосновений...

Но стоит признать, девчонка довольно симпатична, особенно, когда злится, а вот страх ей совсем не идет. Анджей с удивлением обнаружил, что если раньше кисло-сладкий аромат ужаса подстегивал его охотничьи инстинкты, то теперь, наоборот, от испуга этой девочки стало как-то не по себе. Впервые в жизни мужчина испытал такое чувство, как неловкость. Следовало срочно перевести ее мысли в более приятное русло. Что там женщины любят?

К сожалению, Анджей и понятия не имел о предпочтениях человеческих женщин – как-то не приходилось общаться с ними так близко. Да и вообще, лугару слишком редко вступали в контакт с людьми без особой причины. В основном, поддерживали деловые отношения с несколькими партнерами по бизнесу, которые даже не представляли, с кем имеют дело.

Причина такой изоляции таилась не только в желании сохранить в секрете свое существование, была еще одна проблема: молодые лугару слишком остро реагировали на человеческий запах, особенно на аромат возбуждения и страха. Долго находиться в человеческом облике и не выдать себя могли лишь единицы, отметившие трехсотлетний рубеж, таких на всю Европу оставалось не больше двадцати, остальные давно уже перебрались в те места, где случайная встреча с человеком сводилась к минимуму, в основном на частные острова.

Анджей пока не мог позволить себе такой роскоши. Несколько лет назад его клан подвергся жестокому нападению. Кто, как и откуда узнал о том, что в небольшом коттеджном поселке Малгожата проживают непростые люди? Имя предателя осталось за семью печатями, а вот поселок и большая часть его жителей пострадали при пожаре, который тоже не был случайностью. Кто-то тайно проник в ночи на огороженную территорию, перебил охрану и подпалил сразу несколько домов с разных концов поселка. Причем сделано это было настолько профессионально, что даже опытные лугару с их звериными слухом и чутьем ничего не заметили, пока не стало слишком поздно.

Анджей до сих пор не мог спать по ночам из-за кошмаров. Ему снилось ревущее пламя, звон битых стекол, лопающих от запредельных температур, крики детей, которых выбрасывали прямо в окна, в надежде спасти из пылающих домов... и трупы... трупы... трупы обгорелые, обугленные, утратившие человеческий облик. Некоторые так и погибли, не успев завершить оборот, другие – в своей второй ипостаси. Таких пришлось хоронить тайно, пока не явились местные власти.

История с пожаром в частном поселке получила широкую огласку. Только очень большие деньги и связи позволили оставшимся в живых замять эту историю. Никто не хотел впутывать сюда еще и людей, лугару начали собственное расследование, но неведомый враг слишком хорошо затаился.

И вот теперь, спустя три года, Анджей получил анонимное письмо, в котором говорилось, что в поджоге замешан его старший брат Милош.

Именно Милош должен был стать альфой и по крови, и по праву рождения, но если бы это произошло, Малгожату ждал бы упадок. Жестокий, беспринципный, не скрывающий склонности к садизму и разврату, он слишком часто бывал среди людей, перенимая их пороки и дурные привычки. А потом и вовсе ввязался в финансовую аферу: заложил имущество стаи и едва все не потерял. Точнее, потерял, потому что его партнеры просто сбежали, предварительно переведя огромные суммы на оффшорные счета где-то в Карибском море.

И именно тогда стая вспомнила древний обычай, по которому любой мог бросить вызов действующему альфе и занять его место. Претендент был только один – младший брат, и Анджей понял, что не смеет отказать тем, кто склонил перед ним головы.

Он победил Милоша в честном бою, при свидетелях, но этого оказалось мало. Бывший альфа ушел, затаив злобу, а спустя несколько лет начал мстить.

И вот теперь Анджей держал в руках неоспоримые доказательства его вины и жаждал только одного – привлечь виновных к ответу. Потому что невинно погибшие в том пожаре требовали справедливого возмездия. И Анджей знал, призраки не уйдут, пока его совесть не будет спокойна.

Оставив все дела на своего бету Карела Войчека, он отправился в эту рискованную поездку вглубь чужой страны, даже не зная, а не ловушка ли это. Последние дни в клане он ощущал за собой слежку, но так и не смог вычислить наблюдателя. Хотя сам факт сделал его предельно осторожным. Именно поэтому он приказал своим парням разбиться на две группы, ехать разными дорогами и придерживаться главных трасс, а сам выбирал окольные пути и второстепенные дороги. Анджей надеялся, что одинокий джип на сельском шоссе привлечет гораздо меньше внимания, чем кавалькада из десяти машин на автобане. Вчера он последний раз вышел на связь со своими людьми. Янош и Вацлав главы обеих групп были его верными товарищами, крепкая мужская дружба связывала их с самого детства, и сейчас он бы не глядя доверил им даже свою жизнь. Сегодня вечером они должны были ждать его в придорожном отеле «Мальва», хозяином которого был такой же лугару, как и они, давно связавший свою судьбу с человеческой парой.

И вот теперь он вынужден терять драгоценное время, договариваясь с внутренним зверем, вместо того, чтобы просто пометить свою самку. Если бы она была его расы, то сама бы уже обо всем догадалась: внутренняя волчица желала бы соединения со своей истинной парой так же неистово, как и его собственный волк. Его разозлила грубая фраза, сорвавшаяся в запале с ее нежных губок, которые он мысленно уже попробовал на вкус, а вот нелепая попытка предложить деньги – насмешила. Этого добра у него навалом. Нет, волк свою пару не отпустит, есть слишком много причин «за» и ни одной «против». Что ж, придется девочке смириться...

***

Я была в тихом ужасе. Кто он такой, что ему нужно? Зачем он забрал меня с собой?

И тут же возникла еще одна мысль: родители! Боже мой! Да у мамы инфаркт будет, если я сегодня не отзвонюсь!

Моя мать гипертоник, всего неделя, как ее из больницы выписали. Я была настоящей дурой и эгоисткой, когда решила прыгнуть с моста, даже состояние аффекта не извиняет моих действий. Но теперь-то я в своем уме и не могу позволить, чтобы этот странный тип указывал мне, что делать!

– Вы не имеете права удерживать меня силой! – заявила я, стараясь придать голосу как можно больше убедительности.

– И кто же мне запретит? – хмыкнул он.

– Вы сумасшедший? Маньяк? Террорист? – я участливо перечислила все возможные диагнозы.

Он снова расхохотался, и я невольно залюбовалась его лицом, которое в эту минуту стало удивительно юным, даже каким-то мальчишеским. Янтарные глаза сверкали, как два драгоценных камня, белозубая улыбка ослепляла своим блеском, и во всем его облике обнаружилось столько шарма, что я даже растерялась.

– Неужели я так плохо выгляжу? – спросил он сквозь смех.

– Н-нет, – растерялась я. – Тогда зачем я вам? Отпустите, меня дома ждут...

Он резко оборвал смех и абсолютно серьезно глянул на меня.

– Кто тебя ждет? Мужчина? Я чувствую на тебе только один запах. Ты с ним живешь?

Мне показалось, что в его голосе мелькнули ревнивые нотки, но ведь это же невозможно! С какой стати незнакомый мужчина будет ревновать меня, да еще к кому – к моему несуществующему мужу! Теперь уже несуществующему.

– Какая вам разница, кто меня ждет? – огрызнулась я.

Воспоминания об отвратительной сцене в спальне накатили холодной волной. Перед глазами так и стояла голая, теперь уже бывшая, подруга, скачущая на, теперь уже бывшем, моем женихе. Сердце сжалось от обиды и боли. Чем же я это заслужила?

На глаза навернулись непрошенные слезы. Я нагнула голову, сделав вид, что поправляю пуговку на груди, и украдкой вытерла глаза. Еще не хватало расплакаться перед этим странным типом! И так неясно, чего от него ждать.

– Что случилось? – голос мужчины прозвучал неожиданно близко и очень озабоченно, будто его и в самом деле беспокоило, что со мной. – Это твой мужчина обидел тебя? Из-за него ты хотела покончить с собой?

– Какое вам дело, – пробубнила я себе под нос, подняла голову и оказалась с этим странным типом лицом к лицу, так близко, что его удивительные глаза заслонили весь свет, а наше дыхание смешалось.

Я замерла, словно кролик перед удавом. Странное, какое-то болезненное возбуждение зародилось в глубине моего тела и разлилось по венам сладкой, тягучей волной. По спине пробежали мурашки, дыхание перехватило, казалось, еще чуть-чуть, и наши губы соприкоснутся в поцелуе...

Его глаза смотрели на меня открыто и испытывающе. Он несколько секунд молча изучал мое лицо, точно что-то искал, и его взгляд буквально заворожил меня, лишая воли. Я почувствовала необыкновенную слабость во всем теле. В голове мелькнула шальная мысль: всего одно случайное движение – и я окажусь прижатой к его груди!

Он чуть подался вперед, наши губы встретились всего на сотую долю секунды, а в следующий миг он втянул носом мой запах, резко отпрянул и шумно задышал, будто только что бежал стометровку.

Не успела я и слова сказать, как он распахнул водительскую дверцу и вылетел в ночь, прямо так, как был – полуголый!

Дверца с тихим щелчком захлопнулась. Я тут же перегнулась через переднее кресло и попыталась открыть замок. Чертова машина! Она была заперта насмерть!

Выругавшись сквозь зубы, я откинулась на спинку сиденья и принялась размышлять. Итак, грубой силой мне с ним не справиться, придется хитрить. Но как? Давить на жалость? Рассказать про больную мать, авось проникнется. А если нет? Что если он действительно маньяк, и слезы жертвы его возбуждают? Не узнаю, пока не проверю опытным путем.

Я огляделась. Машина стояла с выключенными фарами, на улице темнота, ничего не видно, но водитель не мог отойти далеко, значит, притаился где-то рядом. Какой смысл сидеть и ждать, пока этот маньяк начнет меня домогаться? Еще неизвестно, с какой целью он увез меня с собой!

Я начала потихоньку осматривать салон, надеясь найти хоть что-то, что подойдет в качестве защиты. За спинкой заднего сиденья обнаружились какие-то вещи: влажная кожаная куртка, несколько смотанных в клубок футболок и фирменный блейзер черного цвета. Я хмыкнула: судя по всему, этот парень еще тот неряха, хоть и при деньгах.

Но сейчас меня интересовало не это. Быстро обыскав куртку, я с радостным возгласом выудила из внутреннего кармана мобилку. Так, сеть есть, заряд тоже, на счету астрономическая сумма... Ничего себе, некоторые телефон пополняют! Моя зарплата за полгода!

Лихорадочно набирая знакомый номер, я совсем забыла о маньяке, который ошивался где-то поблизости. Поднесла трубку к уху, нетерпеливо постукивая пальцами по дверце, замерла, услышав первый гудок.

Ну же! Ну! Катька, возьми трубку!

Я решила, что безопаснее всего звонить сестре. Родителей пугать я не собиралась, а Игорю или Сашке не позвоню теперь и под страхом смертной казни. У меня в душе остался такой горький осадок после их предательства, что мне хотелось только одного: больше никогда ничего не слышать о них. Но я понимала, это невозможно. Мне придется вернуться в ту квартиру, хотя бы за вещами. А потом появилась еще одна мстительная мысль: квартира-то на нас двоих записана! И как распорядиться своей половиной я обязательно придумаю!

Я больше не чувствовала себя жалкой и никчемной, наоборот, во мне неотвратимо зарождалась жажда мести.

– Алло! – радостно заорала я в трубку, услышав знакомый голос.

– Да, а кто это? – сестра меня не узнала.

– Кать!.. – больше я ничего сказать не успела: пикнул автоматический замок, дверь рывком распахнулась, и в машину ворвался настоящий ураган! С каким-то звериным рычанием незнакомец буквально вырвал телефон из моих рук, с размаха швырнул им об асфальт, и тот с жалобным треском разлетелся на запчасти. Тяжело дыша, этот псих наступил на остатки, превращая чудо техники в кучку пластмассы. Затем схватил меня за плечи и так тряхнул, что я едва не прикусила себе язык.

– Я же сказал, никуда не звонить! – прорычал он мне в лицо с такой яростью, что мне стало по-настоящему страшно.

Но врожденное упрямство не давало спасовать.

– Нет! – пискнула я. – Ты сказал, что у тебя нет телефона! Ты меня обманул! Неужели ты думал, что я буду спокойно сидеть и ждать, пока меня завезут подальше в лес и прикопают?!

Он неожиданно выпустил меня и, нахмурившись, потер лоб.

– Что ты сказала?

– Ты меня обманул, – неуверенно повторила я. – Сказал, что мобилки нет...

– Так у меня и нет, – хмыкнул он, – это не моя. Одолжил. И почему ты решила, что я собираюсь как-то навредить тебе?

– Слушай, – я решила давить на жалость и сделала несчастные глаза, – у меня дома мама больная, отец, сестренка... Ну зачем я тебе? Отпусти, ты же, вроде, неплохой парень, при деньгах. Снимешь себе девочку, какую захочешь...

Черные брови парня изумленно взлетели вверх.

– Так ты решила, что я... – он грубо выругался и отвернулся.

Я услышала, как повернулся ключ в замке зажигания, и поняла, что выпускать меня никто не собирается.

– Часа через два доберемся до города, там родителям и позвонишь, – бросил он хмуро, – и советую не пытаться бежать. Иначе мне придется наказать тебя.

Меня охватила такая злость, что я не выдержала и треснула его по затылку. Кисть тут же заломило. Парень медленно повернулся, осмотрел меня с ног до головы и спокойно спросил:

– Все? Пар выпустила? Сейчас доедем до жилья и там спокойно поговорим.

ГЛАВА 5

Ехали мы в полном молчании, вернее, этот псих включил магнитолу и с довольным видом мурлыкал себе под нос «It's my life», а я, надувшись, как мышь на крупу, сверлила взглядом его затылок. Мне хотелось прожечь в нем дырку и вытряхнуть все мозги, но где-то в глубине души я понимала, что мое поведение мало напоминает жертву похищения. Не было ни паники, ни страха, только раздражение и злость. Я беспокоилась за родителей, за сестру, с глухой обидой вспоминала Игоря и предательницу Сашку. Копалась в себе, пытаясь понять, что я сделала не так? Почему мужчина, с которым я бок о бок прожила столько времени, предал меня перед самой свадьбой? А если нет? Если это продолжалось у них долгое время, а я, дура, ничего не замечала?

От запоздавшей ярости мои пальцы так сжались в кулаки, что ногти впились в ладони, причиняя боль. Надо было не мне уходить из дома, а этих голубков выкинуть! Сейчас бы сидела у себя на кухне и пила чай с пирожными, а не ехала в машине с полуголым психом.

– Когда ты так шипишь, то похожа на кошку, – заявил парень, разглядывая мое побагровевшее лицо в зеркало заднего вида.

Я отвернулась.

– Не хочешь разговаривать, – понятливо кивнул он, – я тебя понимаю. Но и ты меня пойми. Я очень спешу, возникли кой-какие проблемы. Оставаться и ухаживать за тобой у меня нет времени, а пока я закончу свои дела, то ты уже и замуж выскочишь. У вас это быстро.

– А с чего ты решил, что я еще не замужем? – огрызнулась я.

– У тебя кольца нет, хотя ты вся провоняла мужиком. Причем я чувствую на тебе только один запах. Ты с ним живешь? Давно?

Я сузила глаза и демонстративно уставилась на темное окно, за которым еле-еле можно было различить мелькавшие деревья. Отвечать на такие вопросы я не собиралась.

– Хм... Значит, я угадал. Это ты из-за него хотела с моста прыгнуть? Почему? Он тебя обидел?

Я продолжала его игнорировать, хотя в душе уже закипала злость. Что он себе позволяет? Кто дал ему право устраивать мне допрос?!

– Что он сделал? – ворвался в мои размышления голос парня. – Не бил, это точно, я бы заметил. Но сильно обидел, иначе ты не совершила бы такую глупость... Он тебе изменил?

И тут я сорвалась. Да сколько ж можно резать по живому? Неужели не ясно, что мне неприятна эта тема?

– Тебе-то что? – заорала я. – Какого хрена ты задаешь эти долбаные вопросы?! Твое дело крутить баранку и за дорогой следить! А мою личную жизнь оставь в покое!

Он резко вывернул руль и нажал на тормоза, да так, что раздался оглушительный визг, машину занесло, а меня хорошенько приложило об дверцу. Я взвыла, потирая ушибленный локоть, но все только начиналось.

Этот псих вылетел из машины, как ошпаренный, распахнул заднюю дверцу и буквально выволок меня наружу. Я не успела возмутиться, как он обхватил меня за талию, поднял в воздух и распластал на капоте, прижимая своим телом. Его руки удерживали мои за запястья, прижимая их к лобовому стеклу, его обнаженная грудь давила на мою, а перекошенное яростью лицо оказалось так близко, что я завизжала во всю мощь своих легких и начала бешено вырываться.

Но это было все равно, что пытаться сдвинуть гору.

Он будто ненароком потерся об меня, задевая соски, затвердевшие на холоде. Я была в мокрой блузке, он – полуголый, но при этом я ощущала только жар его тела, а еще странное, тягучее возбуждение, которое начало концентрироваться внизу живота.

Я громко сглотнула, глядя в его потемневшие глаза. Огромный зрачок поглотил радужку, придавая парню сходство с героями аниме. Сильные руки обхватили мои бедра, дернули вниз. Мой загадочный похититель уверенным движением развел мои ноги и вклинился между ними. Я вспыхнула от негодования, ощутив твердую мужскую плоть, упиравшуюся прямо в мое лоно.

– Правило первое, – выдохнул он, склоняясь к моим губам, – ты больше никогда не используешь свой корявый лексикон ни при мне, ни в мое отсутствие. Мать моих детей должна быть идеальна во всем!

– Псих! – пискнула я, уворачиваясь.

Его бедра недвусмысленно толкнулись вперед, руки припечатали мои плечи к капоту. Он навалился всем весом, не давая мне шевельнуться, и бесстрастно произнес:

– Повтори, что я сказал.

– Нет!

Он чуть сдвинулся, позволяя мне вдохнуть. Его рука нырнула за ворот моей блузки, безошибочно находя способ добраться до груди. Похоже, бюстгальтер не был для него проблемой.

Я почувствовала, как мужские пальцы обхватили твердую вершинку, легонько сдавили и потянули, а потом начали поглаживать дразнящими движениями. Я заелозила, пытаясь вырваться, прерывисто задышала и вцепилась в его руку. Что со мной происходит, черт возьми?! Он практически насилует меня, а я возбуждаюсь, как течная сучка!

Его плоть упиралась мне в промежность, надавливая на какую-то точку, от которой по всему телу расходились горячие волны. Одна рука удерживала за плечи, другая – нахально ласкала грудь. Он снова склонился к моему лицу, втягивая исходящий от меня запах, и я почувствовала, как его полуоткрытые губы коснулись меня за ушком, а потом горячий, влажный язык скользнул вниз по шее.

Я выгнулась и застонала.

– Вот так, моя девочка, – пробормотал он, куда-то мне в ключицу, – будь умницей. Повтори, что я сказал.

– Нет!

– Маленькая упрямица! Придется тебя наказать...

Его рука рванула блузку, обнажая мое тело. Пуговицы с веселым стуком упрыгали прочь по ночному асфальту. Я увидела, как он резко нагнулся, и ощутила его язык и зубы на своей груди.

Он не был ласков, он не желал доставить удовольствие. Наоборот, его действия можно было бы назвать жесткими, если бы меня всю не колотило от внезапно нахлынувшего желания.

Я уже не сопротивлялась. Он сделал со мной что-то такое, что я забыла, где и с кем нахожусь, не ощущала холодного осеннего воздуха и горячего металла под спиной, а чувствовала и видела лишь его одного... И желала. Это было ужасно!

Я услышала низкий рык, когда мужские губы сомкнулись вокруг моего соска, а горячий язык начал с ним играть, и выгнулась навстречу, издав мучительный стон.

Уже не помню, как он задрал мою юбку и разорвал трусики, очнулась лишь когда он поставил мои ноги на капот и уткнулся лицом мне в промежность. Я дернулась, но он удержал меня на месте, и всхлипнула, ощутив его язык там, где прежде меня так не касался ни один мужчина.

Я услышала, как он зарычал прямо в мои складочки, точно собака, у которой пытаются отнять кость. Мои руки рефлекторно впились ему в волосы, бедра подались вперед, а из горла вырвалось жалобное хныканье.

То, что он творил своим языком, было просто невообразимо. Казалось, он знал все мои уязвимые места и знал, что сейчас со мной происходит.

Я дрожала от возбуждения, мне казалось, что весь жар из моего тела устремился вниз и сконцентрировался в том месте, которое сейчас изучал мой похититель. Уже не соображая, что делаю, я выгнулась под ним, и ответом мне был низкий утробный рык. Мужчина довольно заворчал, продолжая ласкать меня своим ртом. Я чувствовала на себе его язык, его губы и даже осторожные прикосновения зубов. Он смаковал мою плоть, словно сочный плод, а я стонала и извивалась под ним, чувствуя, как внутри закручивается тугая пружина.

Когда его язык скользнул внутрь, меня сотрясла мелкая дрожь, а когда язык заменили пальцы, я захныкала в голос. Разум остался где-то в стороне, тело само отвечало, бедра двигались в заданном ритме. Я давно закрыла глаза и откинулась назад, упираясь руками в капот джипа. Даже если бы сейчас мимо нас пронеслась машина с криками и улюлюканьем, я бы вряд ли обратила на нее внимание. Я вообще ничего не замечала, кроме этого горячего рта между моих ног и твердых пальцев, стремительно ныряющих во влажную глубину.

И когда моя внутренняя пружина лопнула, окатив меня вспышкой яркого удовольствия, я вцепилась ему в волосы, удерживая на месте, бедра рефлекторно сжались, и я закричала, не выдержав острых ощущений...

Мое тело обмякло, стало слабым и безвольным, словно все кости растворились, а мышцы превратились в желе. Я медленно сползла вниз, пытаясь удержаться на подгибающихся ногах, но меня тут же подхватили.

Мужчина прижал меня к своему твердому телу, я почувствовала, что он все еще возбужден, и словно очнулась. Ночной холод, о котором я забыла, заставил меня задрожать.

– Мерзавец, – выдохнула я, пряча взгляд и поправляя юбку.

Он наклонился к моему лицу, будто что-то выискивая в нем, и я отпрянула, увидев так близко его безумные глаза с расширенными зрачками.

– Мне продолжить? – поинтересовался он с наглой ухмылкой и демонстративно облизнулся. – Ты очень вкусная, прямо как сладкий, сочный персик, детка!

– Коз-з-зел!

Ответом мне был самодовольный смешок. Парень запихнул меня на переднее сиденье, закутал в плед и сунул в руку увесистый термос литра на три. Затем уселся сам и завел машину.

– Там кофе, – кивнул он на термос, – с коньяком. Угощайся. И пристегнись.

– Тебе надо, ты и пристегивай! – огрызнулась я, сверля термос ненавидящим взглядом. Вот гад! Сначала отымел меня своим языком, а теперь коньячку предлагает?!

– Как хочешь.

Он перегнулся через мои колени, будто нарочно дыша мне в шею, и закрепил ремень безопасности, не забыв провести ладонью по моей груди. Я вздрогнула от терпкого мускусного запаха, исходившего он его кожи, и у меня внутри все сладко заныло. Перед глазами встал черный затылок, зарывшийся между моих бедер, и я почувствовала, как внизу все повлажнело.

Этот псих втянул носом воздух, а потом с непробиваемым спокойствием заявил:

– Через пятьдесят километров АЗС с отелем. Там и заночуем. Если хочешь, можем повторить, – и он игриво лизнул меня в шею.

Я мрачно вытерлась и открыла термос. В нос ударил запах крепкого черного кофе.

Что ж, заночуем, так заночуем. Вернее, спать будешь ты, а я искать способ вернуться домой. Надеюсь, мы будем не единственными постояльцами в этом отеле, и кто-нибудь сердобольный спасет девушку из рук маньяка, хотя...

Не так-то просто забыть свой первый оргазм после стольких лет интимной жизни, но я решительно оборвала сладкие воспоминания. Твою мать! Да он только что отымел меня своим ртом прямо на капоте собственной машины! Посреди дороги! В собачий холод! А я вся теку, вспоминая об этом!

Налив полную кружку ароматной жидкости, я залпом опрокинула ее в себя. Мой похититель не обращал на меня внимания. Включил музыку, насвистывал какой-то легкомысленный мотивчик и смотрел на дорогу.

Кофе с коньяком оказался убойной силой. Через десять минут меня начало клонить в сон, а еще через десять я окончательно вырубилась. Вот, а говорят, от кофе сон проходит!

***

Анджей всегда подозревал, что человеческие женщины очень сильно отличаются от лугару, и не только внешне. Теперь он смог в этом убедиться, что называется, на собственной шкуре.

Маленькая, хрупкая девушка, едва достающая ему до плеча, оказалась настоящей занозой! Ее умопомрачительный аромат сводил его с ума, от прикосновения к ее коже потряхивало, как от электрического разряда, а в паху невыносимо ныло, умоляя о разрядке. Анджей чувствовал себя вулканом, который вот-вот взорвется, и даже не представлял, на сколько у него хватит терпения выдерживать эту пытку.

До сих пор он знал лишь об одной смешанной паре, это были Борис и Маргарита Арсеньевы, владельцы того самого отеля, в который лежал его путь. В Малгожате лояльно относились к интимным связям с людьми, особенно, если речь шла об истинной паре, но вот в других кланах это не одобрялось. Ходили слухи, что тяга к человеческой женщине намного болезненнее, чем тяга к лугару. Ведь волчица сразу поймет, что к чему. Древний инстинкт проснется и в ней, стоит лишь учуять своего избранника. А как быть с человеком, который ни сном, ни духом не подозревает о том, что рядом с ним, бок о бок, живут такие странные существа – полулюди-полуволки? Как не испугать и объяснить, что нет смысла бежать и сопротивляться, ведь хищник, вышедший на охоту, все равно найдет свою цель.

Он был опытным любовником и знал многих женщин своего племени, которые пошли бы на любой обман, лишь бы заполучить его в свою постель. Не заводя серьезных отношений, он просто брал то, что давали, и не испытывал ни малейшего сомнения, расставаясь с надоевшей игрушкой, как только она начинала его тяготить. Да и сами волчицы не слишком-то искали постоянства. Свободные нравы были среди лугару в порядке вещей. Но с этой девушкой все оказалось по-другому.

Всю дорогу Анджей чувствовал на губах сладкий вкус ее тела, и он не давал ему расслабиться. Хотелось все бросить, схватить маленькую чертовку и просто перегнуть через сиденье, обнажая идеальную упругую попку. В мыслях он уже представлял, как поставит ее на колени, заставит выгнуть спинку и отдаться ему в этой позе, подтверждающей его право. Так отдавались волчицы, признавая его своим альфой. Но захочет ли человеческая женщина признать в нем доминанта? Люди так любят равноправие, которое кроме них никто не признает.

Заметив, что девушка уснула, он вдруг с удивлением обнаружил, что не знает ее имени. «Какая ерунда, – подумал он, мысленно усмехаясь, – зато я знаю, какова она на вкус». И в паху вновь запульсировала, наливаясь кровью, возбужденная плоть.

За десять километров до областного центра он свернул на ничем не примечательную грунтовую дорогу и примерно через полчаса затормозил возле небольшой частной СТО. Длинный ангар из серых шлакоблоков приветственно распахнул железные ворота, а над ними висела скромная вывеска «Шиномонтаж». В стороне от серого здания примостилось уютное кафе и два десятка однокомнатных домиков «под старину», выстроившихся двумя рядами вдоль широкого тротуара. Со стороны дороги эта своеобразная аллея была отгорожена декоративной аркой, на которой светился рекламный щит: голубой цветок и яркая надпись «Мальва».

Анджей взглянул на девушку. Она слегка посапывала во сне, лицо расслабилось и стало совсем детским, как у шестнадцатилетнего подростка. Он даже забеспокоился на минуту, а совершеннолетняя ли она? Но потом вспомнил, как она стонала и изгибалась под ним, и отбросил сомнения. Она его пара. И абсолютно неважно, сколько ей лет, какое у нее образование, социальный статус и прочая ерунда, которой так любят забивать свои головы люди.

Увидев несколько черных джипов со знакомыми номерами, припаркованных на обочине, Анджей удовлетворенно хмыкнул, а затем опять перевел взгляд на девушку. Он поправил сползший плед, прикрывая ее обнаженное плечико, и сделал себе мысленную пометку достать ей одежду. Затем вышел из машины, бесшумно закрыл дверь и решительным шагом отправился в сторону ангара. Предстояла встреча со старым другом.