Читать книгу "Попаданка для огненного капитана"

Глава 11

Я бежала к выходу. Киллиана видно не было. Возможно прощался с Мариной и малышкой. Но зато я заметила крылатую кошечку, с которой началось моё приключение в этом мире.

Довольно крупная она, больше обычной кошки. У спины сложены красивые перламутровые крылья, будто сотканные из тонкого и блестящего шёлка. Моргнув глазками-бусинками, она не то чирикнула, не то мурлыкнула. Ну теперь-то точно придётся смириться с тем, что она настоящая.

Не успела я придумать, как себя повести, мимо неё пронёсся Киллиан, да так, что бедняжке пришлось отскочить и спрятаться за вазой. Что за мужик, а? Обычно женщины жалуются, что их мужья слишком пассивные, а у моего инициативность зашкаливает.

Да, я с чего-то рассуждаю о нём как о своём, но, допустим. Мой фиктивный муж. Ну а что? Сам обозвал, пусть теперь страдает.

– Эй, Килси, а ну стоять! – крикнула, бросившись догонять.

Он не затормозил. Выбежал в холл и, скатившись по перилам, энергичным шагом направился к двери, пока я только на первую ступеньку спустилась.

– Ты не можешь просто взять и свалить, оставив меня здесь!

Киллиан обернулся.

– Радость моя, так я же быстренько. Неделька и оп, – я дома. К тому же здесь комфортно и безопасно.

– Не будь дураком. Давай хоть на ужин останешься? – я спустилась настолько грациозно, насколько вообще могла. – Посидим, выпьем. Поговорим, что будем делать со всем этим. У меня вообще-то стресс после твоего корабля, а теперь сказали, что мне не вернуться. Ну и, на случай если ты помрёшь там, хоть расскажешь про кулон, который Марине дарил.

Киллиан дождался, когда я спущусь и глянул на меня с высоты своего роста.

– Малышка моя, чем быстрее я уеду, тем скорее вернусь. Или ты имеешь в виду другой разговор?

Извращенец, блин. Но ладно, попробуем подыграть.

– Посмотрим, как пойдёт, – загадочно улыбнулась я.

– Ого, даже так? – голос Киллиан сделался низким, бархатистым и будоражащим. – Так может опустим ужин и сразу перейдём к сладенькому? – он шагнул ко мне и притянул за талию.

– Я хочу выпить. Пойдём. Мы с тобой едва друг друга знаем, хоть поговорим.

Киллиан внимательно посмотрел на меня, а после медленно склонился за поцелуем. Я затаила дыхание и, кажется, сама потянулась к нему.

Ох, блин. И как быть? А если я не удержусь и у нас правда что-то будет?

Но когда уже жар его дыхания коснулось моих губ, Киллиан неожиданно замер и усмехнулся.

– Считаешь, я совсем дурак, да?

Чёрт! Он догадался? Нужно как-то сгладить.

– Конечно, – я изогнула бровь. – Нормальный не обозвал бы женой первую встречную.

– А может я просто романтик, который влюбился с первого взгляда? И вот что получил в ответ, – Киллиан отступил и сложил руки на груди. – Идея Эрвина, я прав? Задержать, сыграть на чувствах. Мой брат – грёбаный стратег, этого у него не отнять. Как и то, что я для него всегда останусь неадекватным младшим братом. – Киллиан опустил подбородок.

– Всё… не совсем так, – попыталась оправдаться я.

– Так, Ника. Я знаю Эрвина всю жизнь, и он всегда меня оберегал. Не подумай, я благодарен и, пожалуй, ближе него у меня никого нет. Вот только он забыл, что мальчик, который боялся темноты, давно вырос. Наверно этого не изменить. Я злюсь на него только за то, что он убедил в этом и тебя тоже.

– Нет, я… – щёки горели. – Он просто волнуется за тебя.

– В этом весь Эрвин, – Киллиан усмехнулся. – Ты знаешь его минут десять, а уже встала на его сторону. Нет, он классный и, поверь, отцу очень не понравится, если их ссора затянется. Я точно не хочу быть Эрвину врагом.

Я совсем растерялась. Не ожидала, что за образом придурка скрывается такой Киллиан.

– А ещё я не привык чахнуть над картами и планами. В этом мы с отцом схожи, – продолжил капитан, слегка смягчившись. – Если моей семье что-то угрожает, я действую и устраняю опасность. Возможно, сейчас я стану преградой, что погасит огонь вражды между ними. У меня не такая большая семья, хочу сохранить её. И я не поведусь на твои сладкие речи и хлопки ресницами. Лучше сделаю всё, чтобы обезопасить и тебя, и брата, и его семью. Располагайся, здесь тебя никто не обидит и не тронет. Эрвину я доверяю как себе.

Он развернулся и, распахнув дверь, вышел на улицу, а мне вдруг стало невыносимо холодно. Будто погас камин, который согревал меня в суровую февральскую ночь.

Не знаю почему, но я выскочила следом. Разума в этом порыве не было и грамма, я действовала на эмоциях. Что-то в его речи заставило дрогнуть.

– Киллиан, – позвала я с крыльца. – Почему?

Сама не знала, о чём спрашиваю. О мотивах сорваться и бежать куда-то, не успев поспать или о том, что я, незнакомая девчонка, оказалась в списке тех, кого он пытался защитить.

Он оглянулся и в полутьме сада, резкие черты лица правильные и мужественные, казалось, принадлежали не человеку, а чему-то большему.

– Потому что – вы самое дорогое, что у меня есть. Смысл ради чего просыпаться. На себя мне плевать. Семья – вот, единственное, что для меня важно.

– Вы? – переспросила я.

– Ты, Эрвин и его семья, – он хмыкнул и добавил, снова прячась за образом дурака. – Ну и тот хмурый немного, но ему не проболтайся. Зазнается.

Странно, но сейчас я чувствовала, что говорит он искренне. Без показного самодовольства и желания понравиться. Он в самом деле считает так.

Я осознала, что ещё никто в моей жизни не говорил подобного. Ни отец, ни Влад никогда не давали понять, что я могу рассчитывать на них, что я важна им настолько, что одно присутствие – повод начать день. Дома мне часто думалось, что, если меня не станет, жизнь родителей и «вроде-как-мужа» (последнего точно) никак не изменится. А тут Киллиан, раскусивший мой план и обезоруживающий неожиданным заявлением.

– Меня удивляет моё присутствие в твоём списке. Ведь мы знакомы меньше недели, – я потёрла плечо. – И нет, я не верю в любовь с первого взгляда.

– А я верю. И это правда, – Киллиан взял меня за руку и внезапно спросил. – Тогда в какую веришь ты?

– Я…

И правда, в какую? В жизни я ни к кому не испытывала ничего, что можно было бы назвать «тем самым». Даже подростковый период прошёл у меня без особых эмоциональных скачков. Замуж вышла, думая, что «люблю, наверно», но теперь понимаю, что чувств там было чуть. Киллиан так просто спрашивает об очень сложных вещах.

– Я не знаю… Всякий раз, когда я думаю, что люблю, это оказывается несерьёзным бредом и наваждением.

Киллиан улыбнулся:

– Знаешь почему?

– Нет.

– Потому что так и было, – он склонил голову к плечу. – Твоё сердце умное. Зачем привязываться к жалким личностям, когда тебе предначертано судьбой встреча со мной, м? Я ведь тоже искал, сама видела. Не цеплял никто, а тут бах! И как раскалённой кочергой по башке.

– И что, думаешь, то самое? – я скептически усмехнулась. – Что то, что мы из разных миров ничего не значит?

– Наоборот, это значит абсолютно всё. Мы должны были встретиться.

– Нет. Твой мир для меня по-прежнему может быть бредом умирающего мозга. Я видимо, умерла и теперь… всё так странно. Я ничего не понимаю.

Киллиан внимательно посмотрел мне в глаза, а после вздохнул:

– Значит, в родной мир тебя тянет сильнее, чем возникшее чувство ко мне? Что ж, бывает и так.

Хотела уточнить, о каком чувстве идёт речь, но почему-то промолчала.

– Я пытаюсь понять. Потому что… не знаю. Всё так странно, – а потом выдала совсем уж неожиданное. – Я хочу поехать с тобой.

Но Киллиан переплюнул меня в непредсказуемости, потому что ответил твёрдым:

– Нет.

– Если ты поедешь, поеду и я! – я свела брови. – Хочешь быть моим мужем, придётся привыкать.

Киллиан поджал губы:

– В вашем это женская традиция? Марина тоже не сходила с палубы без Эрвина, – он потерял бровь и теперь жалобно глянул, сделав большие глаза мокрого котёнка. – Там опасно, Вероника. Точно хочешь вместе со мной?

– Нет, – честно признала я. – Но думаю, что без меня ты вляпаешься по полной.

Киллиан поднял бровь, всматриваясь мне в глаза.

Господи, что я делаю?

Глава 12

Я храбрилась до самого корабля, а когда снова увидела лица матросов, на душе заскребли кошки. Буквально только что я была в приличном обществе, а теперь снова спустилась в самые опасные райончики. Вот что за мужики, а? Как я поняла, Киллиан военный, на его корабле солдаты, но почему, чёрт возьми, они выглядят как пираты? Не то чтобы я сильно разбиралась (фильмы, как водится, не в счёт), но всё же. В здравом уме я бы на палубу не поднялась. Впрочем, здравомыслящая девушка в принципе сюда бы не пришла.

Ладно, нытьём делу не поможешь. Не пойми с чего я решила, что плыть к агрессивному императору – хорошая идея, но отказываться уже поздно. Значит будем мириться. И начать лучше…

– Эй, муж, – я поймала Киллиана за локоть, когда он собирался топать по своим капитанским делам. – Я ничего не знаю о кораблях.

– Ничего страшного, ухмыльнулся он. – О них много знаю я.

– Это прекрасно, потому что меня нужно научить.

Брови Киллиана поднялись. Не ожидал? Внезапность – одна из бонусных черт моего характера.

– Э-э-э… Ника, ты уверена? Может просто будешь отдыхать в каюте и будешь с комфортом путешествовать?

– Нет, – я сложила руки на груди. – Это скучно.

– Марине…

– А меня зовут Вероника. Если тебе больше нравится она, то опоздал, Марина замужем и уже ребёнка родила.

– Нет, – он растерянно, но довольно улыбнулся, после чего схватил меня за руку и куда-то потащил. – Мне нравишься ты и кажется с каждой минутой всё больше. Эй, Люк, слезай сюда!

Мы поднялись на полуют, палубу в задней части корабля, над капитанской каютой и с мачты спрыгнул худой паренёк с косым шрамом на щеке. На вид довольно молодой, но взгляд цепкий и серьёзный.

– Кэп? – голос у него тоже оказался непривычно низкий. Блин, такому бы аудиокнижки начитывать. Эротические романы, чтоб вообще отвал башки.

– Это Ника. Моя жена, – он выделил голосом последнее слово. – Она хочет изучить корабельные премудрости. Покажи узлы.

Ого. А я боялась, палубу отправит драить.

– Вы пошлёте кого-то на замену мне?

Киллиан задрал голову. На рее болтались не завязанные канаты. Цыкнув, оглянулся:

– Да. Начинайте, мы скоро отплываем.

Резко схватив меня за талию, он притянул для поцелуя. Я покраснела от смущения, но капитана это не заботило. Обозначает территорию. Всё же он редкостный придурок. Люк (мысленно я не могла не наречь его Скайвокером) отнёсся к разврату равнодушно.

– Что ж, – приятно пророкотал он своим чудным голосом. – Запоминать придётся много, но не переживай. Пальцы запомнят со временем, будешь делать всё не задумываясь.

– Мышечная память.

– Что?

– Это называется «мышечная память», – зачем-то сумничала я.

– Постараюсь запомнить, – улыбнулся Скайвокер. – Давай начнём с простого прямого узла. Он нужен, когда нужно соединить две верёвки примерно одинаковой толщины…

Я не заметила, как корабль выплыл из гавани. Скайвокер превратился для меня в фокусника, который крутит из шариков собачек, жирафов, цветочки, только используя верёвку. Голова заболела уже на третьем узле. Мне очень нравилось его слушать, было и интересно, и приятно, но я чётко понимала, что мои мозги такое не вывозят. Люк показывал и объяснял, что для чего, почему для парусов нужны одни узлы и не подходят другие, а в моей голове обезьянка хлопала тарелочками.

По всей видимости, это как-то отразилось на лице, потому что парень рассмеялся:

– Я понял. Будем пробовать.

Зря я на это подписалась, конечно. На десятом простом (сложном) узле я поняла, что у меня руки-крюки. Пальцы тоньше, чем у Скайвокера, но подвижность как у забытых в морозилке сосисок.

– Ничего. Опыт нужен. Механическая память.

– Ты запомнил? – нервно улыбнулась я.

– Ага, – он поправил петли и указал на ошибку. – Видишь? Ты пропустила снизу петли, а надо сверху.

– И это только первые узлы, – пожаловалась я. – Сколько лет нужно учиться чтобы их освоить?

– В работе быстрее запоминается. Когда я попал на корабль, у нас ванты испоганились, – заметив мой непонимающий взгляд, он кивнул на «сетку», которая тянулась к мачте. – Само собой, самая скучная работа досталась новичкам. Но я рад, многому научился. Руки правда стёр до мяса. Такелаж в морской соли.

– Жесть, – я рассеянно пригладила волосы, пытаясь представить, сколько веков у меня ушло бы на плетение такой сети. – А как ты вообще решил в море пойти?

– Мои родители рыбаки. Отец бросил, мать пьёт сильно. Хотел заработать денег, да жизнь улучшить, – он шевельнул плечом. – Если переживу лет пять, смогу перевестись на судно посолиднее.

– Здесь не очень престижно? – с пониманием кивнула я.

Скайвокер напрягся.

– Не бойся, капитану не скажу. Мне правда интересно.

– Да тут и нечего скрывают. Все знают.

– Я-то не все. Я вообще из другого мира.

– Знаю, – хмыкнул Люк. – Значит, слухи не врут, ты тоже попаданка?

– Ага. А что?

– Ничего. Просто такое лучше скрывать, – парень почесал бровь. – У Киллиана есть прозвище – Жнец. Смерти само собой. На этом корабле большая текучка. К нему отправляют тех, кто нарушает дисциплину, штрафников, в общем всех, кто неугоден императору.

– Жнец… и текучка кадров, потому что…

– Да, потому что они погибают. Иногда случайно, иногда зарвавшись, – он почесал шею. – Ника, а можешь забрать его обратно в каюту? Просто когда он спит в общей, то слышит не то что надо. До драк пока не дошло, но я уже видел, как капитан сжигал человека заживо. Не хочу увидеть это ещё раз.

– О господи. А за что?

– Уже не помню. Пока ограничился нарядами.

Так вот кто драит палубу вместо меня. Блин, жалко мужиков. И так послали на корабль почти смертниками, так ещё и капитан им мозг выносит. Ладно. Позволю Килси спать на диване.

Оглянувшись, я обнаружила, что земли вокруг не осталось. Жнец смерти, значит. Киллиан оказывается очень многогранная личность. Пожалуй, узнай я эту историю на берегу, подумала бы ещё раз, но, раз я здесь, делать нечего.

Зазвенели банки. Скайвокер улыбнулся.

– Идём обедать. И возьмите это, – он протянул кусок верёвки, на котором мы отрабатывали прямой узел. – Попробуете ещё раз. Мне в ночную вахту, поспать хочу.

– Конечно. Спасибо за урок и за то, что возился со мной.

– Ничего. Я даже отдохнул. Учить узлам легче, чем висеть там, – он кивнул на мачту.

Мы стали спускаться на основную палубу и неожиданно для себя увидели столпотворение. Все были какие-то… агрессивные.

Господи, что происходит?

Глава 13

– Ника, я думаю, тебе лучше уйти в каюту, – Люк потянул меня за локоть.

– Почему? Что происходит?

Матросов собралось немало и, судя по дальним рядам, все были недовольны.

– Ты всех нас положить хочешь?! – орал незнакомый голос.

Да что там такое?

Мужчины, заметив моё присутствие, неожиданно расступились. Многие смотрели так, будто я их злейший враг. Под мачтой стоял Киллиан, сложив руки на груди. Перед ним лысый полуголый мужчина, на груди которого вытатуированы русалки с непропорционально пышным бюстом.

– Зачем ты притащил девку на борт? Не знаешь, что к беде это?! – мужик плюнул на пол. Многие в кольце одобрительно кивали.

– А знаешь, что не к беде, а к верной смерти? – Киллиан опустил подбородок. – Оспаривать решение капитана. Моё. И ты уже в шаге от неё.

– Какая разница, умереть сейчас, в лапах демона или императора? Она попаданка, это все знают! И что с ними делать тоже!

– Да.

– Надо было оставить её на том острове!

– Теперь возись с ней, как с ребёнком.

– Адмирал и вовсе отступник.

– Как бы войны ни началось.

Мужчины переглядывались и обменивались мнением. Судя по всему, большая часть команды думала о том же.

– Для этого мы и плывём к императору. Поговорить и предотвратить войну, – Киллиан поджал губы. – Но если кому-то всё равно, когда умирать, то давайте. Шаг вперёд. Разберёмся с этим тут же, – он обвёл присутствующих тяжёлым взглядом. – Я жду…

Желающих не нашлось.

– Жнец и есть жнец, – фыркнул мужик. – Что будешь делать, когда все вокруг тебя умрут, кэп? Никто не хочет служить с тобой. И мы зря поплыли.

– Не нужно мне жаловаться. Я прекрасно знаю, что у вас было два варианта: либо на виселицу, либо ко мне. Ничто не мешало выбрать петлю, полностью вами заслуженную. Поэтому рты закрыли, сопли подтёрли и за работу! Если кто-то посмотрит на мою жену так, что мне не понравится, – его голос скатился в рычание, – пожалеете, что не выбрали эшафот.

Похоже, Киллиан обладал достаточным влиянием, чтобы заткнуть такую толпу нервных мужиков. Вот только проблема не решилась, она отложилась на неопределённый срок. Скорее всего мне лучше не бродить по кораблю одной.

А ещё очевидно, что Киллиан единственный гарант моей безопасности здесь. Блин. Зря всё же поплыла, но теперь уж поздно жаловаться.