Читать книгу "Жена для чудовища"

Глава 16

– Что ты здесь делаешь? – по спине пробежал холодок. Всё же со взрослым мужчиной, который вырос среди монстров и умеет драться, я вряд ли справлюсь, нечего геройствовать. – Кажется, я довольно чётко обозначила свою позицию.

– Пришёл обсудить всё без придурка, – Зак задумчиво разглядывал меня, наклонив голову, а я поплотнее запахнула халат. – Странно, что он за Ливаем не потащился. Армандо ведь без него и шагу не сделает. Такая размазня, – качнул головой. – Его бабка была заброшенкой, но силы стража нет и близко. Только и научился вместо фонаря ходить. О, знала б ты, как он был жалок в Академии. Всякий бред рисовал, когда надо было тренироваться. Однажды порвали, так он разревелся, – Зак хмыкнул. – Единственный кто воспринимает Армандо всерьёз – Ливай. Дружба изгоев.

Я смотрела на нежданного гостя настороженно. Не провоцировать, но помнить, что Армандо близко. Нужно лишь докричаться.

– Ты скучаешь по дому? – резко сменил тему Зак. – По близким? Безопасности?

– Возможно.

– Значит, хочешь побыстрее отсюда убраться, верно?

– Я не буду с тобой спать!

Зак поджал губы и выдал совсем уж по-детски удивлённое:

– Почему? Заброшенки считают меня красивым. В постели я хорош. Мы можем зачать ребёнка прямо здесь и сейчас.

– Нет, не можем! Я замужем, Зак, и наши с Ливаем принципы сошлись. Поэтому нет, если у меня и будет ребёнок, то от него.

Сказать сказала, а покраснела от макушки до самой шеи. Ну и что, что знаю его лишь пару дней!

Глаза Зака округлились.

– От Чудовища? Да, ты его хоть в постели представить можешь? Он если просто дотронется до кого-то, уже причиняет боль. Кажется, я понимаю, почему ты оказалась здесь не по плану. Ты неправильная. Может, больная?

Я собиралась возмутиться, но потом подумала, что это может помочь. Пусть оставит в покое!

– Не знаю. Возможно

Зак вдруг улыбнулся. Снова неожиданно.

– Тогда ты не понимаешь, как и что для тебя лучше. Я сделаю всё сам, и мы объявим Ливаю, что ребёнок мой, – он протянул руку. – Только не кричи сильно. У меня потом голова болит.

Я отскочила назад. Не понимаю, как и что для меня лучше? Совсем обалдел?!

– Нет! Не смей! Клянусь, я буду кричать так, что у половины города голова будет болеть! Уходи, Зак. По-хорошему прошу. Перешагнёшь эту черту, клянусь, Ливай узнает всё в самом плохом для тебя виде!

Чувствую себя остановленной ДПС истеричкой, которая кричит: «Да ты знаешь, кто мой муж?!», но что поделать? Со здоровым мужиком мне самой не справиться.

Зак задумался, на лице мелькнуло сомнение.

– Ты просто не пробовала. Сначала отказываешься, а потом за уши не оттащишь. Вы, заброшенки, все такие.

– Сам сказал, неправильная и больная. Иди, Зак. Уверена, Моника родит тебе прекрасного ребёнка, а меня оставь в покое. Может, я не тороплюсь домой? Как Лагерта!

Боже, что я несу?!

– Нет уж, Даночка, ты гораздо горячее Лагерты, – Зак ухмыльнулся, протянул руку ко мне и… так и не коснулся.

Дверь с грохотом распахнулась, едва не слетев с петель.

На пороге, будто демон, возник Ливай. Он не сказал и слова, но взгляда леденящих серых глаз хватило, чтобы Зак отдёрнул руку и рванул к балкону.

Всё случилось настолько быстро, что я даже охнуть не успела. Зак с грохотом упал на пол, сделав шаг или два. Резко перевернулся, потому что сверху на него прыгнул Ливай и мощно ударил в выставленный блок. Я услышала что-то подозрительно похожее на хруст, а после Зак закричал.

О, нет.

Ливай снова замахнулся. Второй удар пришёлся по лицу. Божечки, он что, кости ему сломал?! Это вообще возможно?! Впрочем, он захватывает сознание монстров и прыгает с дракона. Границы его возможностей намного шире, чем я привыкла.

Нет-нет-нет, так это не должно заканчиваться. Если он ударит по лицу с такой же силой, Заку конец!

– Ливай! Не надо! – подходить близко я побоялась. – Хватит!

– Он напал. Никто не смеет касаться тебя против твоей воли.

Снова замах, удар и хруст. Зак завывает, а из сломаного, практически размятого носа стекает кровь, заливая лицо.

– Достаточно! Он меня не трогал! – я подбежала к ним и положила ладонь на спину мужа. – Хватит. Ты же убьёшь его!

Ливай медленно обернулся. Злые глаза обожгли холодом, а после он спросил на удивление спокойно:

– Мне прекратить? Тебе нравилось то, что он делал?

– Да какая разница? – говорил Зак гнусаво и дышал ртом. – Ты собираешься убить брата из-за девки-заброшенки?

– Это моя жена. И мой главный долг – защищать её. Даже если ей угрожает тот, с кем у меня общий отец.

Так, подождите. Ещё один принц? Господи, да сколько их тут?!

– Хватит, пожалуйста, – я сместила ладонь на плечо Ливая. – Я не хочу, чтобы из-за меня кто-то умер.

Он поднялся так резко, что я едва успела отпрянуть. В этот момент в комнату вбежал Армандо.

– Что происходит? Ливай? Зак, а ты как тут очутился?!

– Так ты выполняешь мой приказ?! – рыкнул на него Ливай.

Армандо замер на миг и опустил подбородок, явно обиженный таким приветствием:

– Позволь напомнить, что Орден армии не подчиняется. Ты не можешь мне приказывать.

– Так даже хуже, – Ливай одной рукой поднял Зака, будто котёнка. – Значит, так выполняешь дружескую просьбу?

– Ой, пошёл ты, Ливай, – фыркнул Армандо. – Я не прорицатель, чтоб знать, насколько твой братец отбитый.

Нужно было что-то сказать, но я совершенно не представляла что. Ливай зол как чёрт. Наверняка весь день носился по Кватруму и, возможно, нашёл Ферана… а теперь, вернувшись, обнаружил свою жену с братом.

Мы будто в мексиканском сериале.

– Ливай, не нужно, – я снова шагнула к нему. – Армандо не виноват. Я собиралась позвать его, но ты появился раньше. Зак здесь всего пару минут. Даже если и не собирался уходить, ничего не получилось бы. Прости, знаю, всё выглядит ужасно, но я не вру.

– Так, может, мне ещё принести извинения? – Ливай наклонился к Заку. – Попросить у тебя прощения, а, брат?

– Просто отвали, – фыркнул он, морщась от боли. – Твою мать, ты придурок ударенный! У меня руки сломаны!

Ливай, не изменившись в лице, потащил его к выходу.

– В госпиталь? – Армандо посторонился.

– Сначала к императору. Пусть полюбуется, – процедил Ливай, а после посмотрел на служителя и коротко добавил. – Прости. Не прав.

Мы остались в комнате, но прекрасно слышали проклятия Зака, которого Ливай явно волочил не слишком бережно.

Меня трясло, пришлось сжать зубы, чтобы не стучали. Стало неловко, что стою перед взрослыми мужчинами в ночной рубашке с накинутым поверх халатом.

Армандо смотрел в коридор и, когда крики Зака стихли где-то в холле, покачал головой.

– Ну, вот. Все попали. Остальных не жалко, а вот я… униженный и невинно оскорблённый.

– Прости, – я обняла себя за плечи. – Не ожидала, что он на балкон попадёт. Тут же второй этаж. С крыши, что ли, прыгнул?

– Виверна, забыла? Сама-то как? Пойдём, накапаю тебе кое-чего. Нервы хорошо успокаивает.

– Точно… виверна, – я потёрла лоб и нетвёрдо шагнула к нему. – Господи, мне так стыдно.

– Надо было сразу орать: «Помогите, насилуют!» – Армандо притянул меня к себе и приобнял. Стало теплее. – Полстолицы бы сбежалось, интересно же. Идём.

– Спасибо. И прости, что из-за меня он на тебя накричал.

– Ну, Чудовище он и есть Чудовище.

Армандо привёл меня в свою комнату и усадил в кресло. Тут же стащил с кровати одеяло, укрыл и отошёл к шкафу.

– Знала бы, какой он паинька потом. Вздыхает, преданно и грустно смотрит в глаза, – он посмеялся. – Ливай совестливый до ужаса, но никогда не признаётся. А ещё боится, что я тоже психану и уйду. Дурак, – служитель вылил в стакан воды один из пузырьков. – Вот. Как чаёк успокаивающий, тебе надо. Знаешь, как мы с Ливаем сошлись?

– В академии?

– Не где, а как. Я рисовал. Не чертил здания, не схематично изображал внутреннее расположение комнат и не выдумывал новое оружие. Рисовал. Яркими красками. И за это меня шпыняли чуть ли не ежеминутно. И вот один раз я нарисовал виверну, летящую над городом с развивающимся императорским знаменем в пасти. Очень доволен был, а все расхохотались больше обычного. Забуцали, начали мять рисунок. Обидно было, – Армандо помолчал. – А потом их раскидал Ливай. Меня на ноги поставил, вернул рисунок. Но сначала посмотрел, и знаешь, что сказал? – он прикрыл глаза и улыбнулся. – «Красиво».

Пока он рассказывал, я даже забыла о случившемся. Армандо открывал мне совершенно другого Ливая. Не того, кто может сломать руки каким-то неестественно сильным ударом.

Чудовище не стало бы защищать того, кто слабее. Чудовища как раз смеются над чужим проявлением индивидуальности и творчеством.

Надеюсь, мы поговорим, когда он вернётся.

Глава 17

Из кровати я выбралась к обеду. Слуги не заходили, но иногда я слышала голоса за дверью. Похоже, старательно делают вид, что меня не существует. Готова спорить, о ночном визите Зака знает весь дом. В нашем мире принято осуждать жертву, может и у них так? Особенно если все уверены, что я вот-вот сбегу.

Кое-как приведя себя в порядок, вышла из комнаты. С таким распорядком дня совсем обленюсь. Не надо вставать в полшестого, чтобы приготовить завтрак и выслушать очередную историю о том, какой Люцифер козлина. Уборку делают за меня, готовят тоже, стирают. Не считая монстров, отличный мир.

Ненадолго остановилась у комнаты Ливая, но постучать не решилась. Есть не хотелось, поэтому я пошла вниз, к роялю. Комната располагалась с западной стороны, так что утренние лучи в неё не попадали, даря таинственный сумрак. Спокойно. Когда мысли не на месте, самое то. Есть где спрятаться.

К моему удивлению, на крышке лежал изготовленный ключ, и я тут же примерила на вирбель. Идеально! Вот чем я займусь. Мозги точно прояснятся.

Настройка заняла больше времени, чем я рассчитывала, но и сам рояль, конечно, переплюнул все ожидания. Звучал прекрасно, как новый. Хотя в этом мире он единственный, конечно, ему не будет равных. Я на рояле только в консерватории играла. Люблю, как он звучит, но в моей двушке его не поставить.

Пальцы ныли от желания ощутить силу и красоту инструмента. Наверное, так себя чувствуют водители, впервые сев за руль новенького спорткара. Но едва я коснулась клавиш, чтобы наиграть мелодию, как услышала голоса в холле. Ливай?

Вскочив, я побежала к выходу. Уже в коридоре поняла, что голоса женские.

– Генерал ещё не возвращался, – доложила горничная. – Проводить вас к миссис Винтерман?

– Да, пожалуйста!

Когда вышла в холл, увидела Алану. Сегодня на ней длинное платье подозрительного тёмно-синего цвета. Почему она в тёмном? Я не спросила у Ливая, нашёл ли он Ферана…

– Диана, – девушка тоже увидела и чуть ли не бегом бросилась ко мне. – Ты была права! Надежда!

– Нашли?! – обрадовалась я, ловя её руки. – Он цел?

– Не совсем, – Алана мотнула головой, но улыбаться не перестала. – Феран жив. Не ранен, но… будто не со мной. Ты ходила с Ливаем в битвы? Видела, каким он становится, когда вселяется в тело собирателя?

– Да. Получается Феран… в коме? Ударился или что?

– Врачи говорят нет. Есть три раны небольших. – Алана вздохнула. – Как надрезы. На запястьях и шее. Но от них в кому не впадают.

– А он не мог переместиться в кого-то и потеряться? Ты пробовала его звать?

– Зову постоянно, – Алана погладила по животу. – Рассказываю про сыночка. Ты знала, что от стражей только мальчики рождаются? Странно, да? Я девочку хотела – она вымученно улыбнулась. – Но мальчик тоже хорошо. Советую придумать имя заранее, а то будешь как я. Ты, я надеюсь, не поступишь с Ливаем, как остальные.

Если он сам не поступит со мной, как некоторые.

– Он и сам передумать может. Хочешь чего-нибудь? Ливая всю ночь нет, не знаю, когда вернётся.

– Только поблагодарить. Вас обоих, – Алана взяла мою руку. – За…

– Не за что, – в дом вошёл Ливай.

Он всё ещё был в своей лётной кожанке. Скорее всего, не присел с ночи, но вида не подавал. Глаза уставшие. Поприветствовав Алану кивком, он посмотрел вниз, а потом на меня. Пронзительно, будто хотел сказать что-то, но не находил слов. Или не при гостях.

Я понимаю. И да, я ещё здесь. С тобой.

– Состояние Ферана непонятно и уязвимо, – выжал он.

– И всё же вы вернулись, отыскали его и вернули ко мне, – Алана улыбнулась. – Он рядом, в безопасности. И есть надежда.

– Надежда, – повторил Ливай. Как и накануне, его губы искривила тень усмешки, но он быстро подавил её.

– Продолжай звать, – я сжала руку Аланы. – Вдруг что-то пошло неправильно, и его унесло? Уверена, найдётся способ его вытащить. Воспитание ребёнка он не имеет права пропускать.

Девушка обняла меня, а потом попыталась притянуть ещё и Ливая, но тот отступил и, глядя на меня, произнёс:

– Не меня благодари, а мою жену. Она убедила, что неправ. И если я снова ошибусь, то буду рад. Тебе волноваться нельзя, – он посмотрел на выступающий живот. – Ты носишь будущее этого мира. Важнее ничего и никого нет. Пока Феран не может защищать свою семью, я возьму этот долг на себя.

– Что?

– Если хочешь, можешь остаться здесь. Или я сниму тебе дом и оплачу жалование слуг. Кватрум нескоро станет пригодным для жизни.

Алана смотрела на Ливая так, словно он превратил воду в вино пока жонглировал без рук.

– Это… это было бы прекрасно. Я хочу быть ближе к мужу.

– Я отправил слугу подобрать подходящий вариант. К вечеру он будет у тебя и всё покажет.

Алана рассыпалась в благодарности. Ливай старался казаться неприступным и холодным, но я видела, что ему приятно. Интересно, кто-то ещё замечает это милое смущение?

Когда девушка, второй отказавшись выпить чаю, направилась к выходу, Ливай окликнул:

– Как зовут?

– Простите, генерал?

– Сына как решила назвать?

Алана улыбнулась:

– Может, Ливай?

– Идиотское имя, – фыркнул он и, развернувшись, пошёл на второй этаж.

Попрощавшись с ней, я поднялась вслед за мужем. Думала, он пойдёт к себе, переодеться, умыться, поспать в конце концов. Ливай, судя по всему, ждал меня, подперев плечом стену и сложив руки на груди.

– Ты ещё со мной?

– А… хочешь? – робко спросила я.

На лице Ливая мелькнула тень удивления. Будто он впервые слышал вопрос и не задумывался о подобном.

– От моего желания ничего не зависит. А ответа я не услышал.

– С тобой, – я прикусила губу. – Но если тебе трудно со мной, то я пойму. «Насильно мил не будешь» работает в обе стороны.

Я заметила, как дёрнулась его щека, но не поняла эмоцию. Мне казалось, он сдерживает порыв шагнуть ко мне. Или уйти прочь, кто его знает.

– Когда услышал голос Зака, подумал, что у него появится новая жена, – Ливай опустил голову и прошёл к своей комнате, снимая кожанку.

Когда высокий ворот перестал скрывать шею, я увидела у горла три глубоких пореза. Очень некстати вспомнился рассказ Аланы о царапинах.

– Ты ранен. Можно я помогу? Это же из-за меня.

– Если ты про шею, я обработал. Ранен, это когда я не могу сражаться. Или в вашем мире, – он усмехнулся вполоборота, – из-за царапины или кашля отправляются в госпиталь?

Рассказать, что ли…

Я хотела обидеться, что он так грубо обесценивает мои попытки помочь, но поняла, что это глупо. Откуда ему знать?

– Я чувствую себя виноватой, что из-за меня ты поранился, – объяснила я. – Даже если это мелочь, на которую ты внимания не обратишь.

Ливай замер в дверях и обернулся. Его взгляд я поняла как подозрительный и недоверчивый.

– Диана, я отвлёкся и подпустил к себе собирателя ближе, чем следовало. И даже если искать причину, почему я вообще там оказался, это было моё решение. Я мог не давать слово и отмахнуться от возвращения. Всё, что произошло – результат моих решений и действий.

Я поджала губы.

– Ты не должна чувствовать вину за мои действия, – подытожил Ливай. – Нужно просто принять. Что бы ты не делал, как не пытался повлиять, другой человек сделает то, что хочет. А размышления, где именно ты повёл себя не так, бесполезны.

Звучит как-то странно. Будто это заученная фраза. Или же…

– Ты говоришь мне и… себе?

– Я похож на того, кто говорит сам с собой? Просто озвучиваю мнение. Не нужно искать скрытые смыслы, Диана.

Я отвела взгляд. Снова он рычит. Может, зря я пристала?

– Хочу тебе кое-что показать, – я решила сменить тему. – Как освободишься. Знаю, только вернулся и устал… Это не срочно.

Глава 18

– Я дома. Значит, свободен, – кивнул Ливай. – В какую одежду мне переодеться? Ты планируешь перестановку? Работу в саду? Посещение званого ужина?

– Нет-нет, ничего такого, – я мотнула головой и улыбнулась. – Переодевайся во что хочешь, в чём удобнее тебе. Жду там, – кивнула на зал, куда затащили рояль.

– Понял. Я должен при себе что-то иметь?

Ага, тухлые помидоры.

Впрочем, если он назвал рисунок Армандо красивым, может, и музыку оценит?

– Нет. Ничего особенного делать не придётся. Просто… послушать.

– Договорились. Буду через семь минут. Нужно ещё побриться, – зачем-то пояснил он и скрылся за дверью.

Я медленно выдохнула и пошла вниз. Даже перед выпускным концертом так не волновалась.

Сквозь высокие окна в комнату заглядывало солнце. Старый, местами облупившийся лак рояля поблёскивал. Дефекты даже украшали его, делали особенным. Словно он музейный экспонат, но можно прикасаться и играть. Вчера мы нашли скамью подходящего цвета, так что стало казаться, что рояль всегда здесь стоял.

Я немного нервничала. У меня были любимые этюды, но без нот я их не сыграю, а фальшивить мне не хотелось. Тогда «River Flows in You»? Несложно и звучит приятно. Лиричная, но жизнеутверждающая. Должна подойти.

Понравится ли ему? Ливай не слышал музыки. Вдруг не его? Жил бы в нашем мире, слушал бы металл… Или нет? Хм… А это интересный вопрос.

Устроившись поудобнее, я расправила платье, чтобы ткань лежала красиво, собрала волосы у висков и успела закрепить их на затылке раньше, чем Ливай вернулся.

Не знаю, правда прошло семь минут или нет, но скорость, с которой он преобразился, пугала. Чёрные волосы с выбритыми висками ещё немного поблёскивали от влаги. Белоснежная рубашка и тёмные штаны, не форменные, но в стиле классики нашего мира. Люблю мужчин в костюме, особенно с фигурой идеальной трапеции. Когда он подошёл, я услышала древесно-цитрусовый запах.

– Надеюсь, мы с Армандо правильно разгадали, – Ливай с интересом заглянул, рассматривая струны. – Это то? По описанию подходит. Правда, ты опустила немаловажную деталь: этот монстр весит как Одуванчик после сытного обеда.

– Прости… Мне не приходилось их переставлять. Сейчас покажу, для чего это всё.

Я медленно выдохнула и коснулась пальцами клавиш. Ля, до-диез…

За что я люблю «реку», так это за понятность. Даже те, кто мало понимает в музыке, успевает различать ноты. Они легки и самостоятельны, но все вместе рассказывают целую историю. Спокойно и неспешно, позволяя привыкнуть.

Следующий такт, и беглое, вяло заигрывающее начало. Левая рука смещается на октаву ниже, делая музыку глубже и объёмнее. Я немного замедлилась, а потом снова набрала, выходя на маленькую вершину, чтобы опять скатиться.

Люди представляют разные образы, слушая музыку. Возможно, для Ливая это совсем не река, а птица, которая то борется с ветром, то ныряет под тень деревьев и рассекает крыльями солнечные лучи.

Правая рука смещается выше. Мне нравится, как звучат высокие октавы у рояля, будто колокольчики. Клавиши ходят плавно, и я с улыбкой перебираю аккорды чуть быстрее положенного. Ну и пусть.

Несколько повторений, музыка наполняет комнату объёмным, очень сочным эхом. Будто я в концертном зале. Становится так радостно, что в глазах собираются непрошенные слезинки.

Зажимаю соль-диез и си, поднимаю взгляд на мужа, как вдруг…

– Прекрати! – резкий, громкий голос Ливая бьёт по ушным перепонкам не хуже кувалды.

Я вздрагиваю.

Генерал разворачивается и быстрыми шагами, едва не бегом, уходит из зала. С грохотом захлопнув за собой двери, оставляет меня в тишине и одиночестве.

Вот и поиграли.

Я боялась пошевелиться почти минуту, а потом дыхание стало прерывистым.

Почему? Настолько плохо играю?

Смазала выступившие в уголках глаз слёзы.

В голове зазвучал едкий голос Игоря, когда он просил «не бряцать в его единственный выходной, потому что голова болит». Может, он был прав? Всё настолько плохо, раз человек, впервые слышащий музыку, убегает почти с криком?

М-да.

Похоже, на этом музыкальную карьеру лучше завершить и заняться чем-нибудь… не знаю… Можно пытаться убедить себя, что классика просто не его, но нет.

Сколько прошло времени, сказать сложно. Внезапно двери снова отворились, заставив меня вздрогнуть. В зал вернулся Ливай. Каждый шаг отражался гулким эхом по блестящему паркетному полу. Может, за топором ходил? Решил уничтожить рояль?

Я поднялась, не зная, чего ожидать.

– Прости. Я не должен был кричать, – его глаза странно, даже лихорадочно поблёскивали. Лицо бледное. – Что это за магия? Это музыка? Я не понимаю, – он опустил голову. – Не знаю, как реагировать. Со мной что-то не так.

– Тебе не понравилось? – тихо спросила я, и Ливай резко мотнул головой.

– Не понравилось. Точнее… нет. Понравилось. Я не знаю. Странно себя чувствую. Как будто был глухим, и вдруг у меня появился слух. Резко, без предупреждения, – он порывисто схватил меня за руку и положил на свою грудь. – Чувствуешь? Сердце взбесилось. Это твоя вина. Извини. Я… Подожди.

Господи, я сломала генерала. Кто теперь будет защищать граждан этого мира?

Надо было выбрать что-то простое. Кузнечика или собачий вальс. Нет, решила прыгать в сложности.

– Прости меня, – я вымученно улыбнулась и обняла его.

Ливай вздрогнул и, кажется, опять перестал дышать.

– Хотела отблагодарить, но перестаралась. С тобой всё хорошо. Музыка заставляет чувствовать. Смеяться, плакать. Иногда она объясняет то, что не получается сказать словами, – я погладила его по спине.

– Чувствовать, – повторил Ливай. – Но я не могу, нельзя, – его грудь медленно поднялась и опустилась под моей ладонью, обозначая тяжёлый вздох. – Потом будет сложнее. Ты проявляешь жестокость.

– Почему будет сложнее? – я подняла взгляд. Когда мы стоим так близко, Ливай кажется великаном.

– Потому что так всегда бывает, – он отвёл взгляд. – Не иметь проще, чем получить и потерять. – Ливай отступил и усмехнулся. – Диана, мы общаемся всего пару дней, а ты уже вскрыла мне внутренности и высосала похуже любого тёмного.

– Так делают многие жёны в моём мире, – посмеялась я и посмотрела на рояль. – Оставим, или ты теперь ненавидишь его?

– Мне очень понравилось, – такие простые слова, но я никогда не слышала, чтоб кто-то произносил их настолько искренне.

– Я очень рада, – не могла не улыбаться. – Тогда ещё поиграю. Теперь уже предупреждаю, ведь…

– Генерал! – гаркнули из холла. – Генерал Винтерман, вы здесь?!

Ливай отступил и повернул голову.

– Кто говорит?

В зал вбежал парень в гвардейской форме.

– Рядовой Гарри Адамс, – он протянул конверт – Срочное послание от императора.

Ливай вскрыл печать и пробежался по написанному глазами.

– Свободен, рядовой.

Он отпустил парня. Лицо приняло привычный отстранённый вид.

– Мне нужно уехать. Не знаю, надолго ли. Останешься или поедешь со мной?

– Поеду, – я кивнула раньше, чем вспомнила о том, какие гости наведываются на мой балкон в его отсутствие. – Что случилось?

– У каждого города есть главный защитник, чёрный страж. Без него шансы, что город падёт, возрастают в разы. Так было с Кватрумом, Феран его защищал. А теперь исчез главный страж Эдуетты. Пока его не найдут, мне приказано обеспечить поддержку. Чтобы не повторить случившееся в Кватруме.

– Тогда тем более поеду. Вдруг снова появится пожиратель? – я решительно кивнула и добавила. – Я тебя не оставлю.

На губах Ливая мелькнула усмешка на последних словах, но генерал не стал комментировать.

– Тогда собирайся. Поедем поездом.