Читать книгу "Развод. Жить заново"

Глава 5

– Крис, ты куда пропала? Полдня тебе трезвоню. Как ты? Удивила мужа внезапным возвращением? Или он всё на работе?

– Удивила, – в моём голосе сквозит сарказм. – А как он меня удивил, Кать…

– А что он? – радостно спрашивает подруга. – Подарков надарил?

Я оглядываю презенты от Вити, расставленные в моей комнате.

– Ещё как. – Горло сдавливает спазм. Очень сложно контролировать ненависть, которая буквально плещется внутри меня. Хочется выпустить её наружу. Но не на Катю же.

– Нормально у вас всё, Кристин? – спрашивает уже серьёзнее, видимо, услышав, что в моём тоне сквозит сарказм и раздражение.

– Нет, Кать. Ты сможешь приехать?

– Да! Я тебе поэтому и звоню. Не могу больше дома находиться, Виталик от меня не отлипает. – Подруга начинает шептать. – Я, наверное, его брошу, Крис. Не могу так больше. Достал со своими телячьими нежностями. Я вообще в туалете от него закрылась, чтобы хоть немного выдохнуть.

– Приезжай, Кать. Только мне нужно, чтобы ты подготовилась.

Через два часа охрана пропускает ко мне в комнату Катю. Я смотрю на подругу и облегчённо выдыхаю. Она сделала всё, что я просила.

На Кате белые широкие брюки, кремовая водолазка, белый берет с козырьком и солнцезащитные очки. А сверху накинута пушистая розовая куртка до середины бедра. Мне Витя дарил похожую, только брендовую, а потом Катя купила себе эту. Образ очень кричащий и запоминающийся. В руках у подруги белая, спортивная сумка.

– Капец, меня сейчас охранник досматривал. И сумку всю прошерстил. – Она сразу же подходит обнимать меня. Прижимает крепко к себе, обдав запахом мятной жвачки.

– Они теперь тут везде.

– Пипец! – Катя скидывает куртку, оставив её на пуфике у двери, и подходит к гардеробной, где я собираю свои вещи.

– Всё получилось?

– Да. Машина ждёт в двух кварталах вверх от вашего дома. Чёрный Джили, два семь два. Водитель – друг моей семьи. Надёжный мужик. Отвезёт тебя в дом Дианки Егоровой в Клещёвке. Они там сейчас не живут.

Диана – наша с Катей одногруппница с университета. Катя с ней с первого курса дружит, когда я ещё не училась с ними. Но у нас с Дианой хорошие отношения. Только жаль, что выбора нет и приходится впутывать ещё и её.

– Ты ей всё рассказала?

– Ничего не говорила. Только, что тебе нужно будет остановиться там. Из дома Дианке позвонишь, она расскажет, где что лежит. Продукты я тебе купила, они в багажнике. Но, если что, в посёлке тоже магазин есть. Телефон вот. Номера там забиты. Найдёшь. – Она протягивает мне свой старый андроид. – И мне обязательно позвони, как на месте будешь.

– Хорошо. Спасибо тебе, Кать. Большое. – Обнимаю подругу.

Мы начинаем быстро собираться. Катя открывает свою сумку, достаёт из неё одежду, бутылку с водой и прочую мелочь, которую запихнула туда для вида. И вместо её вещей я убираю в сумку свои. Такие же тёмные, неприметные, если вдруг охрана снова захочет проверить сумку. В косметичку я кладу все свои украшения, чтобы позже их можно было продать. Тогда мне будет на что жить первое время, пока я ищу работу. Убираю её на дно сумки и застёгиваю молнию.

Потом мы с Катей меняемся одеждой. Она переодевается в мой домашний костюм и распускает волосы. Я надеваю её брюки и куртку, делаю два хвостика, как у неё, и натягиваю на голову берет. У нас с Катей один рост и одинаковый цвет волос. Мои только немного короче, но не думаю, что охрана заметит.

– Кать, вот моя куртка. – Показываю ей на похожую розовую куртку в своём гардеробе. – Наденешь её. Сапоги выбирай любые.

– Хорошо.

Последним штрихом я надеваю солнцезащитные очки Кати и беру сумку. Подруга смотрит на меня и грустно вздыхает.

– Это какой-то кошмар. Тебе же всю жизнь придётся переломать. Ты точно решила от него уйти? Может… Может, он один раз так оступился. Может, ему стыдно, Крис? – Она смотрит на меня с жалостливым лицом и часто моргает.

– Он не оступился, Кать. Он со мной, как со своей собственностью обращается.

– Блин, ну это жесть какая-то. Витя… Он же так тебя любит. Он же всё тебе покупал! Как он мог так поступить…

– Вот именно. Я сейчас понимаю, что он не покупал, потому что любит, а откупался, чтобы творить вот такие вещи. Он же даже на работу мне не позволял выйти. Всё уговаривал, мол, зачем мне это надо, когда он и так может купить мне всё, что я захочу. Он не хотел, чтобы я получила независимость от него. Я думаю, он таким образом перестраховался. Как раз на такой случай. Чтобы я была беспомощной, если захочу от него уйти. А я не буду беспомощной! Выкручусь как-нибудь. Не впервой.

– Грустно всё это, пипец. А что в коробке? – Катя бросает взгляд на большую подарочную коробку с бантом, которую принесли люди Вити.

– Понятия не имею. Мне его подарки не нужны. Хочешь, забери себе. Тем более что я тебе должна.

Катя тянет за ленту на коробке, развязывая бант, а я придирчиво осматриваю себя в ростовом зеркале. Сейчас в таком наряде меня вообще не отличить от Кати. И это отлично.

– Тут альбом для скетчей и цветные карандаши, Крис. Много. Пятьсот цветов.

Я подхожу и заглядываю в коробку.

– Надо же.

– Вот видишь. Он помнит, что ты любишь рисовать. Он таким образом говорит, что ему не всё равно на тебя и твои интересы. – Катя шмыгает носом. – Мне так обидно за вас, Крис. Вы такой красивой парой были. Так грустно, что всё рушится. Я уже спрашивала, но всё же, другого шанса передумать не будет. Ты уверена?

Я вздыхаю, глядя на карандаши. Мне с трудом удаётся справляться с той бурей, что творится в моей душе. Конечно же, мне бы хотелось счастливых отношений с любимым, а не вот этого побега. Но я понимаю, что моего любимого Вити больше нет. Я бегу не от него, а от монстра, который сегодня показался мне на глаза. И мне это уже не забыть и не развидеть.

– Я уверена. Я не смогу простить, Кать. Ты лучше мне скажи, ты не боишься?

– Нет. Папа приедет за мной через час. Я спокойно переоденусь и выйду.

– Да. Охрана обязана тебя пропустить. Они же сами тебя впустили. А то, что они меня потеряют, это уже их проблемы.

Я говорю ей всё это, пытаюсь храбриться, но на самом деле мне очень страшно за Катю. Я-то сейчас сбегу, а вот ей придётся поговорить с охраной, когда она будет уходить. Они не должны ничего ей сделать, и всё же, они будут требовать от неё правды. И Кате одной придётся им отвечать.

Подруга видит сомнение на моём лице и успокаивает:

– Тебе сейчас нужно думать только о том, чтобы эти олухи тебя не узнали.

Да уж, если люди Вити поймают меня за побегом и доложат ему, боюсь представить, что муж со мной сделает. Наверное, на цепь посадит. И уж после такого точно не будет никого ко мне пускать. Поэтому у меня нет шанса на ошибку. Либо сбегу сейчас, либо – всё пропало.

– Об остальном не волнуйся, – продолжает Катя. – Я их не боюсь. Ничего они мне не сделают. Как пришла, так и уйду.

– Ладно.

Мы в последний раз обнимаемся на прощание. Катя занимает своё место у окна, глядя на улицу, и скрывает лицо волосами. Смотрю на неё со стороны и понимаю, что если не подходить вплотную, то со стороны реально можно подумать, что это я сижу.

Я поправляю очки на лице и опускаю ручку двери. Сердце заходится бешеным ритмом. Я чувствую, как его удары отдают в висках, в животе, в горле. Ладони мгновенно потеют. Я прикусываю губу и толкаю дверь вперёд.

Охранник стоит слева от двери. Вижу его боковым зрением и делаю шаг вперёд. Затем ещё один.

– Подождите! – Его голос заставляет меня врасти в пол.

Глава 6

Задерживаю дыхание и закрываю глаза. Слышу сквозь шум крови в ушах, как охранник заглядывает в комнату у меня за спиной. Оборачиваюсь. Он смотрит на Катю, сидящую на окне. Удовлетворённо хмыкает и закрывает дверь.

– Можете идти, – произносит, вглядываясь в моё лицо. И я понимаю, что сейчас ни в коем случае нельзя паниковать. Он меня не узнает. Главное: не дёргаться.

Когда взгляд охранника меня отпускает, я чувствую, будто смогла сорваться с крючка. Такое облегчение на душе. Но окончательно тревога не отступает. Мне ещё нужно пройти мимо тех двоих, что во дворе и мимо Николая на выходе. Николай, в отличие от остальных, хорошо знает меня в лицо. Мы видимся почти каждый день. И всё же, я надеюсь, что он не будет заострять своё внимание на уходящей из дома Кате. Ну, точнее на мне в образе Кати.

Я выхожу через главную дверь во двор и уверенной походкой прохожу мимо двоих охранников, которые провожают меня взглядами, явно не узнав за этой кричащей маскировкой.

Останавливаюсь возле калитки и смотрю сквозь очки в окно кабинки, где перед мониторами сидит Николай. Он поворачивается ко мне. Охраннику нужно лишь нажать кнопку, чтобы калитка открылась, но он чешет щетину на подбородке и внимательно вглядывается в моё лицо.

Сердце гулко стучит у меня в груди, трепыхаясь до боли. Мне становится трудно дышать. Николай ещё тщательнее всматривается в моё лицо, будто пытается что-то разглядеть, и его брови поднимаются вверх.

Он узнал меня! Чёрт возьми! Узнал! В этом нет ни единого сомнения. Мне хочется прямо сейчас прыгнуть на эту калитку и перелезть через неё, в надежде, что я успею добежать до машины раньше, чем Николай выйдет из своей кабинки и догонит меня.

Страх начинает буквально душить меня. На лбу выступает пот. Но я предпринимаю последнюю попытку и говорю охраннику требовательно:

– Откройте.

Он поворачивается к пульту управления и шумно вздыхает. А в следующую секунду замок на калитке щёлкает. Я округляю глаза и смотрю на охранника.

– Всего доброго, Екатерина, – говорит мне.

– Спасибо! – Не теряя больше ни секунды, я толкаю калитку и выхожу со двора.

Бегу вверх по улице, высматривая впереди чёрную машину. Я специально не оглядываюсь, чтобы не терять времени. Надеюсь, что за мной не побежали. Странно. Я уверена, что Николай узнал меня. Почему отпустил? Неужели, ему не по душе Витины методы, и охранник встал на мою сторону? Сжалился надо мной.

Наконец, я замечаю припаркованную у дороги машину с номером двести семьдесят два. Двигатель у неё заведён, выхлопная труба дымит. Я подхожу ближе и с водительского места выходит мужчина лет пятидесяти.

– Кристина?

– Да.

– Садитесь.

Вместе с сумкой я забираюсь назад. Водитель захлопывает мою дверь и возвращается за руль.

Мужчина оказывается молчаливым. Когда мы выезжаем из нашего посёлка, я вздыхаю свободнее. Я смогла уйти от Вити! Он расставил везде охрану, но у меня получилось! Не могу поверить, что он правда думал, что я смогу смириться с его изменой и простить его.

Столько тяжёлых мыслей крутится в голове. Как дальше жить? Что будет? Как одновременно устраивать новую жизнь и не попасть под радары Вити? Будет ли он искать меня? И что сделает, если найдёт? Уверена, он придёт в бешенство из-за моего побега.

Спустя десять минут пути, я понимаю, что машина направляется ни к ближайшему выезду из города, а в центр.

– А как именно вы хотите проехать? – спрашиваю у водителя.

Но мужчина молчит.

Меня начинает охватывать тревога, оплетая всё тело холодными щупальцами. Она сковывает, душит. Что-то не так. Я не хочу себя накручивать. Но не понимаю, почему мы едем в другую сторону, а мужчина молчит. Может, он собирается воспользоваться другим выездом из города?

– Катя ведь сказала вам, что мне нужно в Клещёвку?

– Да, – коротко отвечает он.

Нас прерывает телефонный звонок. Я слышу сигнал и не сразу понимаю, что звонят мне. Звук доносится из моей сумки, и я вспоминаю про телефон, который мне дала Катя.

Вынимаю гаджет и вглядываюсь в цифры. Не помню номера наизусть, но этот очень знакомый. Принимаю вызов и подношу телефон к уху. Из динамика раздаётся знакомый голос, от которого у меня волосы встают дыбом.

– Кристина, – тон твёрдый, надменный.

Это мой муж. Это Витя на том конце провода!

Я не в силах произнести ни звука. Не понимаю, откуда у него мой новый номер. Что происходит?

– Захотела сбежать от меня? – он растягивает каждый слог, будто с издёвкой, а потом цокает языком. – Нехорошо, дорогая. Уйти, не сказав ничего мужу. Нас ждёт серьёзный разговор.

Руки слабеют. Я роняю телефон. Он тихо падает в сумку на мягкую одежду. А меня всё сильнее душит страх. Слёзы застилают глаза так, что ничего не видно. И мне всё труднее дышать. Я снимаю очки и отбрасываю их на сидение.

– Ос… – горло хрипит, я прокашливаюсь. – Остановите машину!

Водитель никак не реагирует, продолжая дорогу. Я смотрю в окно, как быстро одно здание сменяется другим и окончательно понимаю, что мы едем не за город. Наверное, этот мужчина везёт меня к Вите.

Глава 7

Мысль о том, что сейчас меня привезут к Вите приводит меня в ужас. Но что я могу? Если я нападу на водителя, когда он за рулём, мы можем разбиться.

Я начинаю часто дышать, но лёгкие будто не хотят принимать кислород. Как бы глубоко я не делала вдох, я не чувствую насыщения. А голова тем временем уже начинает кружиться. Я опускаю стекло на окне и продолжаю жадно глотать воздух, но уже уличный, не такой спёртый, как в салоне. Мы останавливаемся на светофоре и водитель наблюдает за мной. Чтобы не терять момент, я дёргаю за ручку двери, но она заблокирована. Тогда я толкаю мужчину в плечо.

– Откройте! Мне плохо! Я должна выйти!

Но он только качает головой.

Я в панике начинаю осматривать окружение, и в этот момент мой взгляд встречается со взглядом мужчины из соседней машины. Чёрный внедорожник поравнялся с нами, встав на светофоре. Я вижу водителя очень близко, как и он меня. Цепкие, зелёные глаза скользят по моему лицу. Водитель внедорожника – крупный мужчина лет тридцати. На нём чёрный свитер, а волосы скрывает красная шапка. Мужчина смотрит так, будто узнал меня. Или я почему-то стала ему очень интересна.

Я решаю, что это мой шанс, но не успеваю и рта раскрыть, как стекло на моём окне поднимается, а мой водитель даёт по газам ещё на жёлтый.

– Что происходит? Куда вы меня везёте? Кто вы? Вы работаете на Витю?!

Меня трясёт от эмоций. Нервы напряжены до предела.

– Да.

– Но я не понимаю! Как вы узнали, что я собиралась уехать?

Водитель хмыкает, продолжая смотреть на дорогу.

Трясущейся рукой я достаю телефон из сумки. Пальцы не могут сжимать его крепко. Он дважды выпадает у меня из рук, прежде чем мне удаётся набрать номер Кати. Подруга сразу отвечает.

– Катя! Человек, который забрал меня, работает на Витю! Где твой родственник? Почему он не приехал? Что происходит?

Из меня выливается поток вопросов. Я ничего не понимаю.

– Прости, Крис, – виновато отвечает Катя. – Но я считаю, вам с Витей надо помириться. Просто дай ему шанс. Мне так тяжело было держаться, чтобы ты мне поверила. Но мне пришлось, Крис. Для твоего же блага.

Меня ещё сильнее начинает трясти. Комок нервов внутри меня взрывается. Меня будто бьёт током изнутри. Грудь, как ножом режет. Меня предал муж. Он самовлюблённый мужик, эгоист, ничтожество, которое хочет всё и сразу. Но подруга! За что?!

– Катя, как ты могла? За что? – я ору в телефонную трубку недоумевая.

– Я пыталась тебя отговорить, чтобы ты не делала этого. Я просто считаю, что так будет лучше.

Не может она так считать. Это враньё! Как? Как Витя смог уговорить Катю на такое? Что он мог сказать ей?

– Он угрожал тебе? Он как-то узнал о нашем плане и угрожал, если не сдашь меня?

– Он предполагал, что ты захочешь сбежать. И позвонил мне. Но Крис, он правда раскаивается. Он сказал, что жалеет о своём поступке. Что любит тебя и хочет помириться. Я пыталась тебе объяснить. Но ты и слушать не хотела. Ты на эмоциях была. Я понимаю.

Оправдания Кати звучат фальшиво. Она явно темнит.

– Не ври, что сделала это из любви ко мне. Что он тебе пообещал, если сдашь меня?

– Ничего. Прости, Крис!

После этих слов из динамика раздаются короткие гудки.

Неужели Катя так просто предала меня? Витя угрожал ей? Или предложил деньги? Это в его духе – всех купить. Могла ли подруга продаться? Да, Катя не из богатой семьи: мама – учительница, папа – полицейский. Но они не бедствуют. Катя и сама работает в продажах и неплохо получает. Правда, год назад Катин отец влез в долги из-за игр, но недавно они всё закрыли, а он прошёл лечение. Может, у них появились новые долги, а Витя как раз предложил ей деньги? Но Катя бы мне рассказала… Я не понимаю, в чём дело.

Боже!

Я хватаюсь за голову, стягивая с себя берет. Что меня теперь ждёт? Страшно представить. Я не могу вернуться к Вите. Ни за что!

Меня такая злость берёт, такая решимость. Я должна отсюда выбраться. Я не вернусь к Вите.

Я сжимаю зубы и вцепляюсь водителю в волосы, когда машина на ходу.

– Останови!

– Ах ты стерва! – Мужик воет. Машина начинает вихлять на дороге.

Он резко дёргает головой вперёд и у меня в руке остаётся клок волос. И я тут же снова хватаю его за гриву.

– Останови или я их все вырву!

– Отцепись! – Одной рукой он держит руль, второй пытается отмахнуться от меня.

– Тогда останови машину! Или мы оба разобьёмся! Меня все в этой жизни предали! У меня никого нет! Ничего нет! Останови, сволочь! Или разобьёмся. Мне терять нечего!

Мужчина всё же попадает мне по лицу и меня отбрасывает назад. Голова поворачивается к окну. Я снова вижу чёрный внедорожник с водителем в красной шапке. Но наша машина ускоряется, и мы отрываемся от него. Я почему-то оглядываюсь. Не знаю зачем. И в следующую секунду этот внедорожник таранит нашу машину взад с противоположной от меня стороны.

Меня толкает вперёд, но я удерживаюсь за ручку двери. Удар совсем слабый.

– Это, твою мать, ещё что?! – возмущается водитель и открывает окно, оглядываясь на внедорожник.

Нахожу ремень безопасности и пристёгиваюсь. Что вообще происходит? Тут я согласна с водителем. Кто этот мужчина и зачем он нас таранит?

Стоит мне об этом подумать, и внедорожник снова толкает нашу машину в багажник. На этот раз нас заносит на тротуар. Водителю приходится ударить по тормозам и выкрутить руль, чтобы не въехать в деревья. Мы ещё метра три проезжаем по краю тротуара, так и не успев затормозить, и врезаемся в фонарный столб.

Глава 8

Удар на этот раз сильнее, но ремень удерживает меня. Я часто дышу и оглядываюсь назад. Внедорожник затормозил прямо за нами, а зеленоглазый мужчина вышел и идёт к нашей машине.

– Сиди тут и не рыпайся! – цедит мне водитель сквозь зубы. – Или... – Он не успевает закончить. Мужчина уже у его двери, стучит по стеклу и жестом зовёт выйти.

– Сиди! – бросает последний приказ, снимает блокировку с дверей и выходит сам.

Я выхожу одновременно с ним. Вдыхаю полной грудью холодный, уличный воздух и делаю шаг от машины.

– Стой! – орёт и рыпается в мою сторону, но водитель внедорожника зажимает его у двери.

Мне бы бежать, но я на секунду задерживаюсь. Никак не могу понять, что происходит и кто этот мужчина.

– Ты какого лешего мою тачку таранишь? Бухой, что ли? – водитель орёт на него.

Мужчина в красной шапке скалой нависает над ним, вдавливая в машину. Его взгляд цепляется за меня, быстро оценивает, задерживаясь на щеке, а потом снова обращается к похитителю.

– Кто ты такой? На кого работаешь? – низкий, властный голос звучит угрожающе.

– Не твоё дело! Ты сам-то кто, урод?

После этих слов я вижу, как мощная рука зеленоглазого мужчины замахивается. Я зажмуриваюсь от страха. И слышу хруст.

Вот теперь мне точно нужно бежать. Перебегаю дорогу на красный под звук сигналов и визг шин, не оглядываясь. На другой стороне останавливаюсь, сердце бьётся как бешеное. Оглядываюсь и замечаю, что мужчина в красной шапке широкими шагами идёт за мной.

Бегу дальше по улице вдоль домов. Как назло, среди встречных пешеходов одни женщины, даже помощи не у кого попросить. Думаю на ходу. В квартале отсюда есть пятиэтажка. Там раньше жила моя одногруппница. Я помню код от домофона. Забегу туда и спрячусь.

Пытаюсь ускориться, но я и так на максимуме своего ресурса. Лёгкие обжигает холодный воздух, который я глотаю на ходу. С неба начинает валить снег. Дорога скользкая. Дважды я чуть не падаю, но, наконец, добегаю до заветного дома. Сворачиваю в переулок и поскальзываюсь. Падаю, больно ударившись плечом. Сумка отлетает куда-то в сторону. Я быстро подтягиваю колени. Всё тело ломит, но, стиснув зубы, поднимаюсь.

Ищу взглядом сумку, а вместо этого вижу, как в проулок поворачивает мужчина в красной шапке.

– Кто вы? Не подходите! – Я начинаю пятиться. Каблук ломается, и я спотыкаюсь.

– Успокойтесь. Я помочь хочу, – говорит он, выставив перед собой руки.

Помочь? После того, как он протаранил машину и вырубил водителя?

– Не нужна мне помощь! – Взглядом нахожу свою сумку. Она была открытой. Вещи из неё разлетелись вокруг. Я подхожу и начинаю собирать их.

Мимо проулка ходят люди, они замечают нас, но не вмешиваются. Я складываю одежду обратно в сумку. Мужчина в шапке стоит скалой надо мной. И тут в проулке появляется Витина шестёрка. Лицо побитое, но настрой у него прежний.

– Оставь девушку! – командует он. – Она со мной!

Он приближается, но зеленоглазый тут же хватает его за горло, сжимая крепче.

– Ты кто такой? – хрипит шестёрка. – Чего тебе надо?

У меня адреналин разливается по всему телу. Сердце бьётся, как у маленького зверька, которого загнали в угол хищники.

Пока мужики выясняют отношения, я прихрамывая выхожу из проулка. Ещё три квартала и будет полицейский участок.

Снег валит сильнее, людей на пути нет, только проезжающие мимо машины. Меня грубо хватают за волосы сзади.

– Да куда ты! – Меня на себя дёргает Витина шестёрка.

Потом я слышу какой-то глухой удар, и его хватка ослабевает. Мужик падает, чуть не сбив меня с ног. Я отхожу, и он оседает на землю в отключке. Передо мной снова стоит зеленоглазый мужчина.

– Слушай, он крепкий такой, – говорит мне. – Я дважды его вырубал, а он ни в какую. Пойдём со мной? Он же не отстанет.

– Я никуда с вами не пойду! Вы ничем не лучше! Что вам нужно? – Снова пячусь от него, но понимаю, что со сломанным каблуком далеко не убегу.

Мужчина устало вздыхает и закатывает глаза.

– Прости, красавица. – Он делает шаг ко мне. – Но ты сейчас явно не можешь рассуждать трезво. – Ещё один шаг. Подхватывает меня за бёдра и перекидывает себе через плечо.

– Пусти! Пусти! – Начинаю колотить его по спине. Он несёт меня в обратном от полицейского участка направлении. В ту сторону, откуда я убегала. – Пусти!

Незнакомец держит крепко и никак не реагирует на мои сопротивления. Я смотрю перед собой и вижу, как мой-водитель похититель поднимается с земли. Да он правда непробиваемый! Господи! Оглядывается, видит нас и ковыляет в нашу сторону, как Терминатор.

Но мы оказываемся у машины быстрее. Вместе со мной на руках мужчина-скала садится за руль своего внедорожника и бросает меня на заднее сидение. Дверь захлопывается. Он заводит машину и сдаёт назад. Меня уже всю трясёт. От страха, от холода, от нервов.

– Кто вы такой? – спрашиваю дрожащими губами.

– Глеб. А тебя как зовут?

– Я не имя спрашивала. – С глаз срываются слёзы. – Вы тоже работаете на Витю?

– На Витю? – Он щурится. – Нет. Я сам на себя работаю. – Холодный, отстранённый голос. Просто факт и никаких эмоций.

Я вся сжимаюсь. Не знаю, что со мной. Боль разливается по всему телу. Я никогда в жизни не испытывала такого нервного потрясения. Болит всё изнутри и снаружи. Мне кажется, я на грани сознания. У меня чувство, что сегодня я умру.

Мы выезжаем на дорогу. И я вижу, что Глеб достаёт у себя из-за пазухи пистолет. У меня перед глазами окончательно всё мутнеет, а в ушах начинает звенеть.

– Что вы хотите со мной сделать? – спрашиваю из последних сил, уже ничего не видя перед собой.

– Я хочу…

Дальше я не слышу его ответ. Звон в ушах оказывается громче. Свет окончательно меркнет. Сознание рассеивается.