Читать книгу "Теплый свет фар в осеннем лесу"

Теплый свет фар в осеннем лесу
Alla Krasnova

© Alla Krasnova, 2023

ISBN 978-5-0059-2063-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Теплый свет фар в осеннем лесу завораживает, останавливает сознание, вовлекает в созерцание, как будто всё это само по себе, и это тебе не принадлежит. Как будто за рулём не твой муж, с которым уже столько лет вместе, и эта синяя машина, знакомая до каждой вмятины, это другая машина. И этот сумеречный лес с этим светом фар от машины – это нечто иное, как будто бы из другого мира, почти как момент истины.

– Ну ладно уже, – обрывая созерцание Лили, говорит Джон. – Садись в машину и поехали, – выглянув из окна авто, говорит он ей строго, даже рассерженно.

– Поехали, – вздыхает она, – поехали.

Лиля сидела на месте возле водителя и смотрела, как пейзаж оплывает их, как они выезжают из леса, а потом выезжают на трассу. Ей было грустно осознавать, что жизнь прошла точно так же, как проходит дорога: ты наблюдаешь и наблюдаешь, но как будто бы не участвуешь в событиях. А чтобы получить хоть немножечко впечатлений и этих событий, их приходится отвоевывать. Отвоевывать приходится всё, даже внешнюю картинку, за которой ничего не стоит. Приходится играть с мужем в любовь, которая давно прошла, радоваться мелочам, убеждая себя, что это и есть истинное счастье. Ну а как же, истинный человек всегда радуется мелочам, это вообще признак большого человека – радоваться мелочам. В этом очень много добродетели, мудрости и понимания, что жизнь прошла.

***

День клонился к вечеру, было тяжело на душе. Лиле всегда было тяжело после дачи, она никогда ее не любила, а ещё это ведро грибов, которые надо было перебрать, выбрать те, которые пригодны для заморозки, а те, которые червивые – выкинуть. Лиля недоумевала: почему, когда не хочешь собирать грибы, то их много, а когда хочешь – то их мало, раз два и обчелся. Она не любила грибы, как и дачу, их любил муж. Он любил их собирать, а всю грязную работу оставлял ей. Она должна была их перебрать.

Высыпав ведёрко грибов на кухонный стол, Лиля горько заплакала. Вот, это всё, что ей осталось от жизни – перебирать грибы, а больше ничего и не будет. Сын вырос, и у него своя семья, а с мужем всё закончилось лет пятнадцать назад, но почему-то казалось, что нужно сохранять видимость крепкой и нерушимой семьи, потому что так надо.

Нарушив идиллическую картину безысходности, как будто прорвав ее своей сильной и нахальной рукой, Лиле позвонила подруга. Она всегда звонила не вовремя, как будто чувствовала время, когда она меньше всего нужна.

– Тебе нужен новый любовник, – сходу сказала она, не вникая в детали. – А то все у тебя хандра, всё хандра.

«Новый? – подумала Лиля. – У меня-то и старого не было…».

Впрочем, Катерина всегда отличалась незаурядным подходом к жизни, поэтому ей и ее советам не особо следовало доверять.

– Ладно, – сказала Лиля, как будто пролистывая страницу надоевшей книги. – Что там у тебя?

– У меня? – растерянно сказала подруга. – У меня все пучком, лучше всех, ты же знаешь.

– Угу, – хмыкнула Лиля, примерно понимая, какой бред ей сейчас нафантазирует Катерина, которая всегда больше придумывала, чем рассказывала реальность. То ли потому, что реальность казалась ей слишком скучной, то ли потому, что стеснялась своей неинтересной жизни.

***

С утра Лиля проснулась в совершенно другом настроении. Было в этом что-то удивительное в том, чтобы лечь в одном настроении, а проснуться совсем в другом. Как будто за ночь что-то происходит, а ты об этом не знаешь. Или тебе как-то хитро в темное время суток подменяют мозг, вставляют в глаза новый фильтр, который все видит в розовом свете.

Лиля, стоя у плиты, варила в турке кофе себе и мужу. Это была их многолетняя традиция пить вместе кофе в воскресное утро, поедая сладкий магазинный кекс с изюмом, которых на всякий случай у них было три. Они долго хранились, и съедались постепенно за неделю. «Как же я глупа была вчера, – думала Лиля, – все же у меня хорошо. Все хорошо, – думала она, – есть муж, крыша над головой, завтра я пойду на работу, – улыбалась она, радуясь своим позитивным мыслям. – А потом муж умрет и я, наконец, обрету долгожданную свободу, – очень неожиданно добавила она, чувствуя, как медленно сползает с лица улыбка».

Лиля чувствовала, как вчерашний кошмар вернулся, только теперь в усиленном виде. Она чувствовала себя плохим человеком, предателем и, наверное, разрыдалась бы от беспомощности, если бы кофе не сбежал раньше прямо из турки, которую она держала в руке. Так она пришла к мысли, что мужу срочно нужна любовница, ведь если у него появится любовница, то, во-первых, он уйдет сам и умирать совершенно не обязательно, а, во-вторых, что ещё более важно, она не будет чувствовать себя конченным человеком за то, что она планировала пережить супруга на несколько лет, или десятков лет. Даже наоборот – он будет ей должен, а она просит, ну и как бы квиты. В эту минуту на душе у нее потеплело, и ей даже захотелось позвонить Катерине и поблагодарить за идею, которая она решила использовать, но только не для себя, а для мужа. Катерина, конечно, редко была права, но это был тот самый случай, когда и на старуху бывает проруха. Хотя, конечно, Катерина была не старухой, но тщательно к этому стремилась, уже пятый десяток лет.

***

Совершая утреннюю пробежку, Лиля то и дело вляпывалась в осенние лужи правым кроссовком, но совершенно этого не замечала. Осенняя, утренняя свежесть октября действовала на нее отрезвляющее, а музыка в ушах настраивала на романтический лад. Играла одна из симфоний Моцарта, и под нее Лиля размышляла о том, как наладить личную жизнь супруга.

Обычно Лиля бегала не слишком быстро, но в это утро добавила темпа. Адреналин гасить надо было. По пути она видела одиноких прохожих, гуляющих в этот ранний час в парке. В основном прохожие гуляли со своими собаками. Ее взгляд останавливался на женщинах, и она думала: как вас много, и наверняка вы не замужем. Она знала эту извечную женскую потребность быть любимой, на которую сама уже махнула рукой. «А вот эти бы могли, – так она думала о встречающихся ей на пути одиноких женщинах». Но также не подойдёшь, не подбежишь к одинокой женщине, не скажешь же ей: " У меня тут бесхозный муж, если хотите – берите, не возражаю». Это звучало почти как издёвка над здравым смыслом, а рекламировать товары она никогда не умела, хоть и работала в области, приближенной к торговле, то есть в общепите. Но еда – это не человек, с ней всё попроще.

***

Когда Лиля приходила с работы, то муж обычно уже был дом, а если случалось так, что он приходил позже нее, то он как бы незаметно просачивался в квартиру, чтобы она его не трогала. Каждое ее слово после работы было для него болезненным настолько, что он даже не пытался это скрывать. Все его раздражение и усталость после рабочего дня было адресовано ей. Но в этот раз, придя после работы, и застав его дома, уютно взгромоздившегося на диван, она как бы мысленно сказала ему: «Спокойно, избавление уже близко. Скоро найду тебе любовницу. Будешь при деле, – многозначительно покачав головой, мысленно добавила она».

Случайно поймав ее взгляд, он неожида

...

конец ознакомительного фрагмента