![](/books_files/covers/thumbs_240/almanah-rossiyskiy-kolokol-specvypusk-150-let-so-dnya-rozhdeniya-nadezhdy-teffi-254708.jpg)
Автор книги: Альманах
Жанр: Современная русская литература, Современная проза
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 6 (всего у книги 20 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
***[7]7
Стихотворение на украинском языке о воспоминаниях детства.
[Закрыть]
Згадалось дитинство, минулiї роки,
Коли босонiж ми бiгали в полi,
Збирали волошки i трави духмянi
І сонечку пiснi веселi спiвали…
Радiли дощу i пташиному спiву,
Веснянiй крапелi i першому снiгу,
Ми радiсть знаходили кожної днини,
Бо щастя – просте, коли ти дитина…
Згадалось дитинство, минулiї роки…
Де я народилась, там стогне широкий —
Днiпро сивочолий, калина цвiте,
Й додолу у лузi гiллячко гне…
Безкрайнi простори, берiзки стрункi,
Там верби плакучi глядяться в ставки,
Там казка про Мавку живе у лiсах,
Там посмiшка мами на рiдних вустах…
Там ми босонiж по калюжах глибоких
Стрибаєм веселi, й нема нам турботи…
Намисто на шиї із ягiдних бус,
Дiдусь посмiхається й крутить свiй вус.
Там лiто яскраве i сiно в стогах,
Вiночок iз квiтiв плетется в руках…
Там зорi яснiшi за сам дiамант,
А трави пахучi – лiкують вiд ран…
Словами, думками спогади ллються,
Мелодія в серці, та сумний той спів…
В дитинство дорогою не повернешься,
За мить промайнуло, як марево снiв…
* * *
Мне кажется, я изменилась…
Я, кажется, стала другой…
На что когда-то молилась,
На то – махнула рукой…
Мне кажется, я изменилась,
Я, кажется, стала собой…
Куда так сильно спешила,
Теперь туда – ни ногой!
И стрелки уже не спешат,
И резко затих мобильник,
И замер в ночи циферблат,
Дрожу, а в душе – могильник…
Похоже, я изменилась…
Нет… все же не стала собой…
Я просто себя «убила»
И стала себе – чужой…
Не чувствую больше боли,
И тьма для меня теперь – свет…
Блуждаю в пустых лабиринтах,
Бегу, а выхода – нет…
* * *
Обожайте тонкие натуры
И ловите нежный чей-то взгляд,
Не влюбляйтесь в лица и фигуры —
Все это обманный маскарад…
Если хочешь правды как награды,
То ищи все ценное внутри,
Не смотри на модные наряды
И на блеск красивой мишуры…
Чтоб увидеть душу, а не фантик
И найти из тысячи – «свое»,
Слушай сердце – вот тебе подсказчик,
К счастью путь укажет лишь оно…
* * *
Если хочешь – завтра наступит май
И в саду расцветет сирень.
Ранним утром тебя разбужу невзначай,
Чтоб до дна испить этот день…
Если хочешь – сердцем забьюсь в груди
И навеки останусь в нем,
А когда зашумят проливные дожди —
Стану я для тебя плащом…
Хочешь – чай заварю с ароматом весны,
Вместо трав – поцелуев букет,
Закружится твоя голова от любви,
И утонет в ласках рассвет…
* * *
Я избалована тобой,
Как море пенными волнами,
Как май весенними садами,
Как розы утренней росой,
И мне не нужен рай другой.
Я избалована тобой,
Как небо теплыми дождями,
Как лето жаркими ночами,
Как стих любовною строкой,
Ты – моя нежность, ангел мой!
* * *
Понимаешь,
А я не знаю, как можно иначе…
У меня всегда все чувства наружу…
Я всегда принимаю людей,
Помещаю их в сердце,
Открываю им свою хрупкую душу…
Наверное, нельзя по улицам так ходить —
Беспечно, с душой нараспашку…
Лучше спрятать и сделать вид, что нет ее
Под этой модной новой рубашкой…
Вдруг простудится, бедная, опять на ветру,
Вновь лечить… Не помогут уколы…
Километры любви и тонны тепла
По рецепту пропишут, чтоб выйти из комы…
Понимаешь,
Нельзя так щедро себя дарить —
По частям, по каплям, по крошкам другому…
И пора бы очки свои розовые разбить…
Может быть…
Только вот не умею я жить по-другому…
* * *
Мне есть о чем покаяться…
Мне есть о чем сожалеть…
Душа моя неприкаянно
То света ищет, то плеть…
Бьется в силках отчаянно
И хочет быстрее взлететь…
Умыться правдой пытается,
Чтоб в этой жизни прозреть…
* * *
Я все никак душой не повзрослею…
Неисправима моя детская натура…
Но если вдруг я сердцем очерствею,
Скажу вам просто: «У меня температура»…
Пусть мир бушует, рвется весь на части…
Я буду петь о нас и танцевать красиво…
Ведь я люблю тебя, и это – счастье!
И к черту все! Ведь в жизни все – несправедливо…
* * *
Пусть каждый найдет то, что ищет,
У каждого грезы свои:
Кому-то успеха и славы,
Кому-то взаимной любви,
Кому-то деньжат, да побольше,
Кому-то свободы глоток,
А мне бы сберечь, что имею, —
Закрыть от всех бед на замок…
Людмила Лазебная
![](i_013.jpg)
Родилась в Пензенской области, живет в Санкт-Петербурге. Окончила факультет иностранных языков Пензенского педагогического университета, специалист по немецкому и английскому языкам. В 2005 году защитила кандидатскую диссертацию, кандидат филологических наук. В 2013 году окончила с отличием Академию управления при Президенте РФ (Институт государственной службы и управления), МВА (макроэкономика со знанием английского языка). Победитель международного конкурса «Молодой литератор – 2006». Член Российского союза писателей, член Международной гильдии писателей, член Международной Академии Наук и Искусств, почетный работник общего образования России. Печатается в России и за рубежом.
Будни потомственной ведьмы
Вторые сутки бушевала непогода. Снег, превращаясь временами в дождь, подчиняясь шквальному ветру, хлестал по окнам и стенам домов. Флюгер, крепко закрепленный на коньке двухэтажного дома, вертелся, издавая скрежет и стук. В доме, растапливая массивный камин, украшенный изразцами, дубовой полкой и камнем, сидела женщина старше средних лет. Рядом на ковре лежала ее верная собака.
– Ветер шалит! Тяга какая мощная! – вполголоса сказала женщина.
Собака повела глазами и снова уставилась на стеклянную дверцу камина.
Дрова разгорались, наполняя большую комнату приятным светом и теплом.
– Знаешь, дорогая, – обратилась хозяйка к своей любимице, задремавшей у камина с благостным выражением, – думаю, не надо нам с тобой идти сегодня в лес. Завтра сходим. Пусть погода уляжется. Буянит Борей! Осерчал, видать, на кого-то. Вон как рвется в окна!
Собака глубоко вздохнула и повернулась на бок.
– А не попросить ли нам с тобой его угомониться? Хватит уже ему бесчинствовать. Два дня кряду рвет и мечет, – добавила женщина, легко вставая с кресла-качалки и направляясь в кладовку.
Собака чувствовала, что ей не надо идти за хозяйкой, не тот случай. Она хорошо понимала, что намеревается делать ее человек.
Женщина принесла небольшую металлическую миску. Распустила свои черные с проседью волосы, постелила на стол бархатную скатерть, положила два ножа с гнутыми лезвиями и поставила подсвечник со свечами. Из-под крана налила в миску воды, добавила что-то из красивого пузырька и зажгла свечи. Разминая в ладонях полынь и еще какую-то траву, она долго шептала, стучала оголенными ветками по краям таза, затем повернулась вокруг себя три раза, посыпала размятой травой воду и подула сильно на четыре стороны, поворачиваясь и кланяясь.
Собака привыкла к такому и лежала на своем месте тихо и спокойно.
Хозяйка, взяв миску, простоволосая, в чем была, вышла из дома на улицу. Собака знала, что мешать нельзя. Нельзя сопровождать хозяйку, раз не позвали.
Женщина, выйдя на перекресток, сделала свое ведьминское дело и пришла домой.
– Ну вот, радость моя, скоро ветер утихнет, дождь станет снегом пушистым – и будет тишина и умиротворение! – сказала она, садясь обратно в кресло.
Собака встала, потянулась и, виляя хвостом, подошла к своей доброй хозяйке.
– Ты моя умница! – похвалила ее женщина, погладив по спине. – Все понимаешь. Молодец!
Тем временем флюгер на доме перестал петь свою скрипучую песню. Ветер утих, и за окном закружили снежные хлопья.
Чему быть, того не миновать
Весна в родных местах чудесна!
С самых первых мартовских дней, когда природа только-только начинает просыпаться, ласковые солнечные лучи, заглядывая с утра в каждое окошко, пригревают и обещают волшебство и счастье. Птицы, перезимовавшие в ближайших лесах и парках, хвастаются друг перед другом, какие сильные морозы они пережили и как согревались в промозглые дни оттепелей. В это необыкновенное время в воздухе появляется удивительный и завораживающий аромат весны.
– Весна! – улыбнувшись, сказала бабушка, погладив внучку по голове. – Зиме пора уходить восвояси. Скоро и мне уходить, – продолжила она чуть слышно. – А ты еще много чего не выучила. Ну, пойдем! – позвала она.
Внучка с радостью спрыгнула со стульчика, стоя на котором она смотрела в окно, и побежала следом за бабушкой. Слушать бабушкины рассказы и запоминать заветные слова, шепотки и заговоры втайне ото всех девочке нравилось. Все, что говорила бабушка, девочка запоминала легко, словно вспоминала уже известное.
– Когда тебе исполнится тридцать три года, дождись, как начнут летать нарядные бабочки да теплый ветерок потянет, сорви листок с крапивы да пошепчи на него: «Как крапивный лист зелен да жгуч, как мед пчелиный сладок да тягуч, быть и мне до ста лет ретивой да молодой. Напьюсь росы медовой для силушки удалой. Ключевой водой умоюсь, ясной зарей подпояшусь. Быть тому по слову моему!» – листочек тот в ладонях вот так потри да съешь потом.
– А язык я крапивой не обожгу? – полюбопытствовала девочка.
– К тому времени, как это делать будешь, про это и не подумаешь. Не бойся язык обжечь, бойся душу опалить!
– Как это? – не унималась малышка. – В огонь, что ли, ее кто бросить может? Душа ведь не книжка! – задумчиво сказала девочка, вспомнив, как однажды отец, вырывая листы из старой книги, торопясь и нервничая, бросал их в огонь.
– Не книжка! Да, моя хорошая! Поэтому учи все с моих слов, не записывай нигде эти знания.
– Бабушка, а когда я вырасту, я кем буду? – спросила девочка, набирая крючком петли салфетки. – Может, я буду вязальщицей? Вот как у меня хорошо вязать получается.
– Может, и так. Кем бы ты ни стала, пригодится все, чему с детства научишься. Врачом станешь, будешь людей лечить и слова мои вспоминать да применять, понимать будешь, какую хворь каким словом поскорее излечить. Учительницей станешь, будешь нужным словом детей на добрые дела наставлять да ум-разум развивать, характер укреплять, чтоб взрослыми они стали, а тебя не забывали. Поваром станешь – словом подходящим здоровье людям укрепишь, силы наполнишь… Только знать про эти слова не должен никто, кроме тебя, как меня не станет. Помни всегда, что слово твое – не воробей! Выскочит – не поймаешь! Думай всегда, прежде чем сказать!
– А есть такие слова, чтобы человек никогда не умирал?
– Говорят, были такие. Не каждый их знал. Кто-то этими словами пользовался, а были и те, которые не верили в их силу, смеялись, а другие не желали их произносить. Не хотели они дольше положенного век вековать да любимых людей переживать. Вот и решили тогда Высшие Силы, что человек ненадежным стал, небрежным к древним обычаям и мудрости. Осерчали на человека и отняли они память на слова, как людской век продлить. Такими знаниями, детка, разбрасываться нельзя, знания эти родовые, тайные.
Шли годы, бежали недели…
Девочка росла и становилась красивой и стройной. Бабушки давно уже не было. Знания, которые она старалась передать, казались теперь девочке сказкой из далекого детства.
– С дороги, задавлю! – крикнул мальчишка, лихо проезжая мимо на велосипеде.
– Ай! – испуганно вскрикнула девочка и прыгнула с тропинки в лужу. – Вот зараза! Тоже мне спортсмен! – пробормотала она. – Да чтоб ты «спички» свои переломал, придурок!
На следующий день она решила выйти в школу пораньше, чтобы подготовиться к контрольной работе.
Одноклассники что-то бойко обсуждали возле кабинета математики.
– Да говорю вам, не из-за контрольной он не пришел! В больнице он. Вчера вечером на велосипеде с моста свалился, обе ноги, как спички, хрясть – и пополам! – картинно тараща глаза, рассказывал новость мальчишка из другого класса.
«Думай всегда, прежде чем сказать!» – вдруг вспомнила девочка слова бабушки, и ей показалось, что легкий ветерок коснулся ее лица и волос.
«Быть такого не может! – подумала она. – Это простое совпадение».
Придя домой, девочка прилегла на диван и вскоре заснула. Ей снился веселый цветной сон о том, как она, совсем маленькая, бегает со своей собакой по лужайке, а рядом бабушка в белой прозрачной накидке смотрит на нее строго и покачивает головой.
– Слово – не воробей! – очнувшись ото сна, прошептала она. – Надо следить за мыслями и словами. Если еще такое будет или похожее, удержи меня, поняла? – обратилась она к своему отражению в зеркале. – Я прошу тебя быть сдержанной!
Девочка улыбнулась своему отражению, и ей на мгновение почудилось, как невидимая и ласковая рука погладила ее по голове. На душе стало легко и приятно.
– Пусть кость срастется, боль уймется… – шептала девочка, закрыв глаза и удивляясь, как хорошо она помнит эти волшебные слова.
Как давно она их выучила, а теперь вот пригодились! Бабушка, как всегда, оказалась права! Что знаешь, не забудешь! Чему быть, того не миновать!
– Пусть он выздоравливает, – прошептала девочка. – Я прошу меня простить! – сказала она невидимому слушателю, который мог как прощать, так и наказывать.
Нелегко жить, храня тайну, еще тяжелее, если ты ребенок, а тайна эта – родовые знания!
Сколько разных событий было впереди! Как много интересного ожидало девочку на дороге жизни!
Доброе сердце
Было это в далекие времена, когда ребятишки деревенские, кроме лаптей да онучей, на свои ножки ничего не обували, а с весны до поздней осени босиком по земле-матушке бегали да шагали. Жила в то время на хуторе дальнем девица, с виду приятна, по стати приглядна, по характеру добра да, по обычаю сельскому, душою храбра. Звали ее Варварой, а в народе попросту Варюхой-горюхой. Горе мыкала она в одиночку уж боле семи годков, с тех пор как ушла ее мамка по грибы да и не вернулась ни к вечеру, ни к ночи. Задрал медведь-шатун маманьку, так поговаривали люди, осталась девчонка одна-одинешенька, без запасов, без припасов, без защиты да без помощи.
Вот пришла весна-красна на широкие да вольные земли мордовския, замели петухи, загомонили птицы лесныя. Собралась Варюха в темный лес лыко драть, штоб лапотки себе лыковые на осень огорить.
Вот идет она вдоль речки Смородины, травка нежная под ножками ластится, шелковой прохладой покорно стелется.
Запела Варюха песню протяжную про девичьи мечты да секреты. Подпевают ей соловушка лесной да иволга, дятел в дерево стучит-тарабанит, шаг велит бодрей держать, в гущу леса зовет, а Варюшка с кочки на кочку болотную перепрыгивает, подол сарафана за пояс заткнула, поторапливается, туда-обратно спешит обернуться да до захода солнца домой с лыком вернуться.
Вот уж и болото впереди непролазное, осины да липы в ивняке растут изобильно. Поставила лукошко свое Варварушка на большую кочь, взяла палку покрепче да направилась было к липам через болотную трясину.
– И хтой то тут мое болотцо мутит? Хтой то тут холудиной мое хозяйство бередит? – услыхала Варюха позади себя голос старущий да скрипучий.
Обернулась она, глядь, возля ее лукошка на кочке старушка сидит. Нос крючком, косы седые как лунь да не чесаны. На плечах скуфейка в заплатках, а понизу юбка поперечная, николь стирки не знавшая.
– Ой, здрава будь, бабушка! – улыбнувшись, молвила Варюшка. – Поклон тебе мой! Вот пришла я в твое хозяйство малость лыка надрать, лапотки себе смастерить, чтоб по холоду босиком не ходить.
– А как тебя звать-величать, чудо чудное? – проскрипела старушка, вглядываясь своими маленькими глазками.
– Варварой кличут.
– А что ж ты, Варвара, одна сюды пришла? Али нет у тебя отца-матери, братьев да сестер?
– Нету, бабушка! Одна, как бог даст, живу. Кому носки свяжу, кому дите понянчаю, а кому огород прополю, кому баньку протоплю.
– А сколь годков-то тебе, сердечная?
– Уж пятнадцатый пошел.
– Ну-ну, а сумеешь сама-то лапти наплести? Али какого мастерового тебе в твой домок пора привести? – кряхтя и усаживаясь на кочке, спросила старуха.
– Да сумею, бабушка, ты только дозволь. А не дозволишь вот, то как же мне тогда? Придется домой ни с чем вертаться, босиком до зимы оставаться.
– Ой, какая ты, девка! Ловка да смекалиста! У меня в работницах вот ужо семь лет живет одна. Пойдешь ко мне – будешь за моим хозяйством присматривать, сыто есть, сладко спать, дам тебе из лозы плетеную кровать, из осоки матрас, а подушки из вешнего пуха тополиного.
– Прости, бабушка Болотница, не время мне в твое хозяйство-то идти. Я и земной-то жизни еще не видала, счастья земного не испытала, – поклонившись в ответ, промолвила Варюшка. А сама увидала, как уж по колено трясина ее засосала. – Не серчай, матушка Болотница, разреши мне лыко запасти да восвояси меня отпусти.
– А коли отпущу, придешь ли ко мне сама, когда счастье земное познаешь? – хитро спросила старуха, почесывая свое правое ухо.
– Коли надо, то приду, – ответила Варюха, глядя, как болото затягивает ее по самое брюхо.
– Ну что ж, отпущу и лыко дам, да и еще кое-чего, чтоб свершилось ужо чудо, о чем молчать тебе покуда…
Затопала старуха ногами, затрясла головой да руками. Полетели птицы мелкие вперемежку с листьями, закружилось все, загудело вокруг. Варюшку вихрем над болотом подняло, вокруг той кочки большой кругом закружило да на кочку поставило. Открыла глаза Варюшка, а кругом тишина и покой, пропала старушка, как и не бывало.
Возле лукошка охапка лыка лежит, мешочек из красной материи, да косынка белая с бахромой, узорами красными расшитая, на кусточке висит. Поклонилась низко Варюха невидимой хозяйке болота, поблагодарила ее за подарки да доброту сердешную.
Вот идет она обратно домой через темный лес, слышит, скачет конь ей наперерез. Спряталась Варюха за старый дуб, прижалась к нему, не дышит. Мало ль по лесу кто средь бела дня рыщет!
Вот вынес конь всадника из темного леса на полянку солнечную, увидала Варвара молодца удалого, кудрявого да пригожего.
Вышла она ему навстречу, улыбнулась от смущения, рукой русой косы коснулась.
– Вот так счастье мне подвернулося! – молвил молодец растерянно. – Конь понес меня, уж не думал я, что справлюсь с ним. Имя мое Богдан, а тебя как зовут, красавица?
– Варвара я. Тут село мое недалече. Коли ищешь дорогу, пойдем со мной.
– А чьих будешь ты, Варварушка?
– Сирота я, ничьих, сама по себе.
– Так, быть может, станешь женой мне верною?
– А такое бывает ли в жизни? Повстречал невзначай и сразу жениться?
– Всяко бывает, и так тоже явно. Не случайно я тут оказался, дух лесной меня, видно, к тебе послал. Слышал шум я в лесу и голос далекий, разобрать не сумел, правда, что говорилось. А болотом когда проезжал, услыхал будто вздох я девичий. Я молитвой себя оградить поспешил, да вот конь мой кого-то узрел и помчался сквозь топь напрямик из болота.
– Что увидел твой конь, жаль, не скажет нам он. Я ж так сразу вот не смогу решить, с кем мне век вековать, с одной миски есть-пить. Приходи через год за судьбою – за мной, тогда стану тебе я верной женой.
Ускакал молодец по дороге лесной. А Варварушка в дом свой вернулась родной.
Сплела она лапти, какие редко найдешь! Посередь лапотка брусничный листок, чтоб приметными были лапотки с ее ног.
Раз зажгла она ночью лучинку, в уголке примостилась, развязала подаренный Болотницей мешочек и обомлела.
Там лежало колечко золотое с камнем зеленым да сережки, каких она сроду не нашивала. Птица райская в них, да глазок у нее переливчатый. Завернула Варюшка подарки богатые да припрятала их под половицу – от глаз любопытных подальше.
Вот уж лето на исходе, а за летом зима пришла студеная. Раз отправилась Варюха в лес за хворостом. Посреди леса видит, пар струится. Подошла она, глядь, а там старушка Болотница сидит вся в сосульках, замерзла. Тряской трясется, руками по плечам себе хлыщет, бормочет, ругается, то ли ждет кого, то ли ищет.
– Здравствуй, бабушка Болотница, почто мокрая на морозе сидишь? Захвораешь, гляди! Чем помочь тебе? Вот, возьми-ка мою душегрейку, согрейся.
– Ах, это ты пришла, Варюха-горюха! А я тут вот жду одного должника! Обещался вернуть мне должок, да обманщик, видать! Вот и мерзну! А без возврата мне уйти Лесной дух не дает! Раз сама повелась, дала в долг, возвернуть надо! Иначе беда! Быть пожарам лесным, торфяным на года!
– Как помочь тебе, бабушка? Может, я найду должника?
– Поищи, девонька, а я посижу тут пока! – прохрипела Болотница, закрывая глаза.
– Вот соберу хвороста для печи и искать побегу, а пока согревайся, я быстро приду.
– Ну да, ну да, – сквозь дремоту шептала старуха, радуясь, что ей в помощь подоспела Варюха.
День, другой и третий проходит, а должника Варюха все никак не находит. Глядь, спешит по дороге охотник с собакой. Варя вышла к нему поспрошать, не видал ли он кого в лесу, кто бы к болоту шел да мешок большой нес.
– Нет, не встречал таковых, – охотник сказал и собаку свою за собою позвал.
А собака-то к Варе ласкается, норовит ей руки лизнуть, уходить от нее не желает.
Зашумел вдруг соснами да елями лес от ветра, налетела буря-ураган. Кое-как удержалась Варюшка от такой напасти! Глядь, а перед охотником стоит Болотница, во весь рост выпрямилась. Стоит и молчит, в глаза ему смотрит сердито.
Упал навзничь перед нею охотник и стал просить прощения и пощады. Да не сжалилась Болотная владычица над обманщиком. Взмахнула рукой и превратила его в зайца. Взмахнула другой рукой – и закружилась собака, и предстала перед Варюшкой ее матерью родной.
– Долг платежом красен! – сказала Болотница, протягивая Варюшке ее душегрейку. – Возвращаю тебе, девица, твою дорогую пропажу, о которой ты просила, не прельстилась на золото с каменьями драгоценными. А врага человеческого, охотника за душами невинными, я по воле Лесного духа наказала. Пусть побегает теперь, пусть от страху дрожит да каждым днем пусть дорожит! Поделом ему! Нашла ты, девонька, моего должника! Благодарствую!
Закружила метелица, пропала старуха Болотница, как и не бывало! А мать с дочкой в слезах обнялись да домой пошли.
Наступила весна-красна, запели птицы о счастье и любви, о волюшке-воле да девичьей доле.
Глядь, в один из весенних дней жених Варюшкин явился да на ней с благословения матушки и женился.
Счастье в дом пришло, радость и покой.
Только не забыла свое обещание Варвара, что дала Болотнице. Вспоминала об этом она то и дело, томилась от этого ее чистая душа и болела.
Вот собралась она как-то в лес по ягоды, вышла на опушку леса и попросила вслух:
– Болотница, матушка, явись! Мне, твоей должнице Варваре, покажись.
– Ну, чего тебе, дорогая? – услыхала она позади себя голос молодой и нежный.
Повернулась Варюшка, а позади нее стоит красавица девица, косы зеленые волнами до пят.
– Почто позвала меня, Варварушка? – ласково спросила Болотница.
– Ох, какая ты красавица! Тебя матушкой-то теперь назвать язык мой не повернется!
– А-ха-ха, кто увидит меня в таком обличии, тот в мир свой уж не вернется! – ответила красавица Болотница. – Знаю, зачем пришла! Но за то, что сама пришла, да за нрав твой добрый и сердце верное твой должок без отдачи отпускаю, слова твои по ветру пускаю! Твоим будущим детям счастье посылаю! Быть им, как мать их, разумными да слову своему верными! Дочь родится – красотой да талантами будет славиться. Сын родится – станет сильному роду началом! Ступай обратно, Варварушка! Помни, теперь ты не Варюха-горюха, а Варвара-краса, длинная коса! Кто к тебе с добром придет, себе счастье обретет, а кто обидеть решит, того мой отец, Лесной дух, порешит! – сказала Болотница эти слова и превратилась в туман.
Поклонилась Варварушка и вернулась домой. С тех пор живут в мордовских лесах да на сурских просторах правнуки и праправнуки ее. Хранится притча эта и передается из поколения в поколение то как быль, а то как сказка, однако в каждом сердце по вере его откликается и остается на долгую память примером о том, как чистое и доброе сердце вознаграждается Высшими Силами!
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?