Читать книгу "Сквозь облака к сердцу. Книга 2"

Ана Шерри
Сквозь облака к сердцу. Книга 2

© Шерри А., 2026

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2026

* * *

Глава 1

Три года спустя. Сан-Клементе, штат Калифорния, США

– Пока, дорогой. – Анна присела и поцеловала сына, а потом прижала его к себе. – Я буду скучать весь день.

– Не переживай за него. – Милена подошла к мальчику и положила руки ему на плечи. – Он же с нами остается не первый раз.

– Но на целый день впервые, – слабо улыбнулась Анна и снова взглянула на сына, поправляя прядь черных волос, всматриваясь в глаза. – Веди себя хорошо, не надо экспериментировать с красками на обоях и таскать кота за хвост. Томасу это не нравится.

– Хорошо, мам. – Даниэль прижался к бабушке, наверняка что-то замышляя, Анна была в этом уверена. Но Милена и Джек так любили внука, что прощали ему все выходки.

Анна поднялась и вновь провела рукой по волосам сына, взглянув на свекровь. Та улыбнулась, словно убеждая ее, что все будет отлично.

Первый рабочий день после многолетнего отпуска волновал ее. И если бы Даниэль не притих в своей комнате, расписывая себя красками, то она бы пришла в офис вовремя. Но вовремя пришел лишь Ричард, который отказался ждать, пока Анна смоет всю краску с ребенка. Затем время было потрачено на дорогу до Милены и Джека, которые вызвались посидеть со своим внуком.

– На связи, – кивнула она Милене.

Она шла по дорожке в сторону машины, а сердце ныло. Это первый раз, когда она так надолго оставляет своего ребенка.

Когда Даниэль родился, Анна забыла про работу совсем. Она не помнила о ней даже еще на той неделе. И Ричард ничего не говорил о работе. В их доме не произносилось лишнее, что могло касаться прошлого.

Сейчас она шла в офис и не знала, что ее ждет. Даниэль занял все время, полностью забирая на себя внимание.

Анна очень переживала, что он родится с отличительной особенностью – голубым цветом глаз, который точно выдаст его. Но им повезло, Даниэль перенял цвет глаз от нее – синий. Но все остальное… Об этом не хотелось думать, но волосы вороного крыла, к тому же слегка вьющиеся, он явно унаследовал не от отца-блондина. Даже кожа Даниэля была смуглее, чем у Ричарда и у нее самой. Арабские гены слишком сильные, и, если бы он родился с голубыми глазами, это был бы ответ на молчаливые вопросы Джека и Милены.

– Моя мама была жгучей брюнеткой, – сказала Анна после родов, касаясь темных волосиков новорожденного. Она солгала, у ее матери были темно-русые волосы, которые передались ей самой. Этот цвет Анне никогда не нравился, и она обесцвечивала их.

Но с недавних пор она снова вернулась к родному цвету волос. И подстриглась! Это было первым, что она сделала, когда решила попрощаться с прошлым. Теперь ее волосы едва касались плеч.

Ричард не был против ее нового образа. Та Анна, блондинка с длинными волосами, напоминала ему о предательстве. Анна с темными волосами вошла в его жизнь как мать его сына.

Его сына…

Даниэль Арчер был его сыном, которому он даже уделял внимание. Нечасто, но все же…

У Ричарда было много работы в связи с новым партнерством. Но он никогда не упоминал об этом. Анна не спрашивала, но прекрасно помнила, как тяжело было первое время.

Девушка приехала к школе Altitude, заглушила машину и взглянула на здание. Она вымучено выдохнула и закрыла глаза, потому что первое, что она увидела – большая красная вывеска Arabia Airlines, висящая на стене школы. И лишь сбоку красовалась коричневая надпись Altitude. Ричард хотел этого сотрудничества! Интересно, рад ли он теперь? Только сейчас она понимала, что Амин никогда бы не повел свою авиакомпанию под крыло какой-то неизвестной школы. Он сделал так, что это школа стала рабом арабской корпорации. Да, это безусловно принесло Ричарду рекламу, а вместе с ней статус, престиж и деньги. В школе Ричарда обучали экипажи для Arabia Airlines, но также заключались договоры и с другими авиакомпаниями.

Анна отогнала эти мысли и вышла из машины. Жизнь продолжалась, она слишком сильная, чтобы сдаваться.

Девушка надела туфли на плоской подошве, не изменяя себе. Ее светлый брючный костюм подчеркивал стройную талию, которая вскоре после родов пришла в норму. Только грудь стала больше, и Анна была уверена, что уже не вернется к прежнему размеру. Но это ее не смущало, она кормила сына грудью достаточно долго, чтобы принять неизбежное.

Она вошла в школу и сразу увидела Роуз, которая стояла за стойкой ресепшена. Та не сразу узнала жену директора, хотела уже уточнить запись, но взгляд Анны выдал ее.

– О боги! – вскрикнула Роуз и накинулась на девушку с объятиями. – Анна! Вот это радость! У тебя новый образ! Тебе очень идет! Я слышала, что ты возвращаешься к нам, мне говорила Люсинда, но я думала, что это произойдет позже.

– А чего тянуть? – Анна ответила на объятия. – Что здесь происходит? Расскажи вкратце.

– Ох, работы много. Люди приходят и уходят. У нас же теперь мировой уровень, – стукнула себе в грудь Роуз, – надо держать лицо компании. Я боялась, что арабы поставят сюда своих людей, но этого не случилось. Вообще странно, но они сюда не ездят. Были пару раз представители. А Ричард разве не рассказывал?

– Рассказывал, – солгала Анна. Он ничего не рассказывал! Она не спрашивала. – Пойду к себе, рада была тебя увидеть.

– А я-то как!

Анна направилась к лифту, нажала на кнопку вызова. Это действие ей напомнило прошлое. А еще она подумала о своем тайном месте на крыше. Существует ли оно еще?

Лифт отвез ее на четвертый этаж, и, выйдя из него, Анна не встретилась с Кэрол – секретаршей мужа. Ее на своем рабочем месте не оказалось.

Надо было зайти к Ричу, сказать, что она здесь, а потом можно поговорить с Люсиндой.

Анна прошла к двери и не успела коснуться ручки, как та распахнулась и появилась Кэрол. На ее губах играла довольная улыбка, слишком довольная для той, кто выходит от начальника.

– Анна? – Тут же на лице отразилось удивление. – Ты здесь! Ричард сказал, что ты приедешь чуть позже, что-то натворил сын…

– Сколько слов, Кэрол, – произнесла Анна и вошла в кабинет Ричарда – тот задумчиво крутился на стуле, но остановился, как только ее увидел.

Дверь захлопнулась, оставляя Ричарда и Анну наедине.

– Как Даниэль?

– Прекрасно. Милена и Джек очень счастливы. Они ведь его безумно любят.

– Тут не поспоришь, – задумался он, а потом пришел в себя. – Приступишь к работе прямо сегодня?

– А чего тянуть? – удивилась Анна. – Я для этого сюда и пришла. Буду же на своем прежнем месте? Твоей помощницей?

Ричард сидел, откинувшись на спинку кресла и внимательно за ней наблюдал. Даже прищурился.

– Помощницей у тебя прекрасно получается. Угодишь всем. В этот раз придется быть любовницей собственного мужа.

Анну словно окатили холодной водой. Она не сразу поверила в то, что это говорил он. Ведь три года тому назад они решили не вспоминать прошлое, полностью его забыть ради сына. А теперь…

– Ричард, – растерялась она, – что ты говоришь…

– Прости. – Он поморщился, а потом встал и направился к ней. – Это вырвалось случайно. Просто ты здесь… и это слово «помощница»… Вдруг на меня накатило. – Ричард прижал ее к себе, даже не ощущая, как гулко бьется сердце его жены. – Утро сегодня не задалось, сломался тренажер, надо вызывать мастеров. Еще Даниэль… Зачем он разрисовал себе лицо?

– Потому что он ребенок.

– Это все в совокупности… Иди к себе, устраивайся. До тебя здесь работала не слишком сговорчивая женщина, и слава богу, что теперь есть ты.

Ричард разжал объятия, выпуская Анну. Она направилась к выходу, но остановилась:

– Ты сказал, что сломался тренажер? Чей?

Ричард уселся в свое кресло и пристально взглянул на жену. В его взгляде читалось сожаление. Они оба поняли, что этим придется заниматься ей.

– Arabia Airlines.

Даже одно название отдавало болью в сердце, словно афтершок после землетрясения.

– Я свяжусь с техническим отделом «Боинга», – кивнула она, – мне нужны техпаспорт и отчет нашего мастера.

По лицу Ричарда можно было понять, что этого недостаточно. И она прекрасно знала, что не он владелец тренажера.

– Иди к себе, потом поговорим об этом.

Анна вышла, ощущая на себе взгляд Кэрол. Но секретарша опустила глаза, делая вид, что занята бумагами. Девушка перевела взгляд с нее на стеклянные двери, за которыми слишком много всего произошло. Хотела бы она оказаться в самом дальнем кабинете? Нет! Тот кабинет был временным, ошибочным. Он был миражом, который растворился со временем.

Она направилась в свой кабинет, который находился недалеко от Ричарда и граничил с лестницей.

Этот кабинет был большой. Окно с видом на парковку давало много света. Умещались два шкафа, сейф, тумбочка, на которой стоял цветок, большой письменный стол и даже целое кожаное кресло напротив ее стола. Его Ричард поставил специально, потому что любил сидеть в нем.

Анна села на свое привычное место и включила компьютер. В дверь постучали, и на пороге показалась Люсинда.

– Дорогая! – Она раскинула руки, надвигаясь на Анну. – Как же я скучала! Здесь без тебя даже не с кем разговаривать! Они все такие душные!

Анна широко улыбнулась и кинулась в объятия подруги.

– Но ведь мы изредка виделись.

– Изредка видеться и работать каждый день – это разные вещи. – Люсинда крепко сжала подругу. – Ну как ты? Как Даниэль? В последний раз, когда мы виделись, он бросил мне в голову песок.

– Он делал тебе корону, – засмеялась Анна.

– Эту корону я до сих пор не могу вычесать, – улыбнулась Люсинда. – Слышала, что сегодня он разрисовал себя под тигра.

– Скорее Бэтмена. На тигра это не походило.

– Ладно, ладно, – подруга устроилась в кресле, – ты не была в детстве такой проказницей?

– Ты думаешь, я помню себя в два с половиной года? Но мне кажется, я была послушной.

– Про его отца тоже можно сказать, что он послушный. – Люсинда задумалась, сказав это. Кроме Ричарда и нее, больше никто не знал о тайне отцовства. С мужем Анна больше никогда не затрагивала эту тему, как он и обещал ей. А вот с Люсиндой они могли ее коснуться. – Слишком послушный, раз пошел на поводу у своей семьи.

– Не будем об этом, – закрыла эту тему Анна. – Лучше расскажи, что меня здесь ждет?

Люсинда цокнула языком и закатила глаза, уже предвкушая наслаждение от сплетен.

– А что тебя интересует?

– Как близко к нам администрация Arabia Airlines?

– За это не переживай, если сюда кто и прилетает, то очень редко. Поверь, сам генеральный директор здесь точно не появится. Но если вдруг такое случится, то я куплю на это представление билет в первом ряду. Хочу посмотреть, как отреагирует Ричард.

Улыбаясь, Люсинда задумалась. Она явно хотела крови, только Анна не понимала, чьей именно.

– Дорогая, а как он может отреагировать? Если всем бизнесом управляет, как ты говоришь, генеральный директор.

– Но Ричард же мужик? Конечно, мужик! Он поступил как мужик, не оставил тебя с ребенком, простил измену, даже построил бизнес с… «генеральным директором».

Последнее Люсинда смягчила, не желая называть имен.

– Мужик, мужик, – согласилась Анна. – Но иногда кажется, он мне ничего не простил и затаил обиду.

– Дай ему время. Представь себя на его месте. Плюс еще это сотрудничество. Честно сказать, я удивляюсь, что он не разорвал договор.

– Тогда бы Arabia Airlines повесили на него все тренажеры, а это миллионы долларов, у Ричарда нет таких денег. Все очень сложно, Люсинда, – пожала плечами Анна, – но это сотрудничество было мечтой Рича. Теперь школа успешна, развита, персонал получает достойную зарплату…

– Что верно, то верно, – согласилась подруга, а потом махнула рукой, – значит, этому суждено было случиться. Возможно, ты прошла это испытание, чтобы помочь мужу исполнить мечту.

– Пусть будет так, – согласилась Анна.

Они несколько секунд помолчали, каждая думала о своем. Тишину прервала Люсинда:

– Но я хочу сказать, что дирекция Arabia Airlines никогда про школу не забывает. Сюда поставляется все самое лучшее: новая оргтехника, мебель, даже открыли столовую для студентов, которую так хотел Ричард. – Она придвинулась ближе к Анне и прошептала: – Особое отношение из-за тебя.

– Не говори глупостей, – нахмурилась девушка, – арабы по своей натуре очень щедрые. Если они что-то спонсируют, то делают это качественно. Поверь, я знаю, что говорю.

Анна откинулась на спинку кресла, всматриваясь в небо через окно. Оно сегодня было слишком голубым, и ни одного облачка не было видно.

– Ладно, – Люсинда поднялась и махнула подруге, – пойду к себе, надо работать. Рада была тебя увидеть.

– Я тоже. Увидимся.

Как только она вышла, взгляд Анны привлекли журналы, лежащие на полке шкафа. Она обратила внимание на арабские буквы, но в этом офисе такие печатные издания не должны удивлять. Она взяла верхний журнал и принялась листать: статьи, статьи… Здесь присутствовал и английский язык, но журнал явно печатался в Дубае – Анна открыла последнюю страницу, чтобы убедиться в этом, и оказалась права. Скорее всего, сюда он попал с представителями авиакомпании. Она продолжила листать, сама не знала, зачем это делает. Но когда увидела фотографию, то рука замерла. Со страницы на нее смотрел Амин. Это была торжественная обстановка, и на его плечах была накинута черно-золотая накидка. Такие надевали для особенных случаев. И это было именно торжество. Рядом с ним стояла прекрасная Зафира в белом подвенечном платье.

То, что Амин женился ровно через три месяца после их расставания, Анна знала. Люсинда сказала, а потом руки сами набрали в интернете эту новость. На многих фотографиях Амин даже не смотрел в камеру. Да и было ли у него на это время? Но, судя по улыбке Зафиры, она была счастлива.

Тогда Анна впервые увидела ее лицо. Еще свежи в памяти моменты, как глаза наполнились слезами, а ребенок внутри нее начал пинаться.

Сейчас, глядя на эту фотографию, слез уже не было. Время прошло достаточно, чтобы залечить свои раны. Каждый пошел своей дорогой. У него наверняка уже есть дети… О которых они мечтали, лежа на диване в домике на берегу Тихого океана. Но это было в мечтах, а в реальности их родила совсем не та. Зафира наверняка постаралась за это время.

Но какое ей уже дело? Анна захлопнула журнал и бросила его в мусорное ведро. Она научилась жить заново. И чтобы двигаться вперед, не надо оглядываться назад.

Дубай, ОАЭ

– Arabia Airlines отпразднует юбилей в самом фешенебельном месте, – отчитывался Абдул перед Амином, который сидел во главе длинного стола и внимательно слушал. – Как вы и просили, мы сняли зал в «Бурдж-Халифе», рассчитанный на две тысячи мест.

– На время празднования на башне зажжется подсветка в виде флага Объединенных Арабских Эмиратов, нашего логотипа и, конечно, самолетов. Фонтаны в это время будут играть гимн Arabia Airlines. Это будет вечернее время, уверен, это произведет фурор, – отчитался агент маркетингового отдела.

Амин молчал, перевел взгляд на следующего представителя. Тот оживился и схватил папку с документами:

– Вы просили шоу самолетов. Все организовано – это действо будет проходить рядом с «Бурдж-Халифой», на фоне здания три пассажирских самолета пролетят в минимальной близости и на минимальной высоте. Все, как вы просили. Администрация Дубая дала добро. Репетиция пройдет завтра. Если хотите, можете поприсутствовать.

– Да, – кивнул Амин, – я буду там, хочу это видеть своими глазами. Все должно быть выполнено профессионалами.

– Пилоты – профессионалы. Они проинформированы и проинструктированы.

– Пусть мой брат Малих поучаствует в этом шоу.

– Будет сделано. Он прекрасный пилот и справится с этой задачей, – мгновенно согласился один из организаторов летного шоу.

– Последний, кто такое делал, – это ваш дед Мухаммед, – улыбнулся Абдул, явно вспоминая те времена, – я видел шоу по телевизору.

Амин откинулся на спинку кресла, думая над интересным фактом: его дед Даниэль Фернандес Торрес как раз пилотировал один из самолетов в том шоу, по приказу его второго деда Мухаммеда. Какая-то ирония судьбы!

– Но ваш вариант гораздо эффектнее, ведь самолеты полетят над центром города, – сделал заключение организатор.

– Надеюсь, что так. – Амин задумался, барабаня карандашом по столу. – А что по приглашенным? Абдул, ты сказал, что будет две тысячи человек. Руководство Дубая оповестили?

– Конечно, конечно! Это большой праздник для нас, и гости должны быть соответствующими. Я уже выслал всем приглашения по электронной почте. Среди них все представители шейхов Дубая, начальство с семьями аэропортов Дубая, Шарджи, Абу-Даби, директора Катарских авиалиний, даже не верится, – тут Абдул тепло улыбнулся, – директора аэропортов Омана, Саудовской Аравии, представители корпораций «Эйрбас», «Боинг», а также директорский состав летного института Дубая, директорский состав американского филиала авиашколы Altitude.

Ручка застыла в руках Амина. Он поднял потрясенный взгляд на помощника:

– Altitude?

– Да, сэр, это же наш филиал. Пока терминал Лос-Анджелеса еще не ввели в эксплуатацию, гостей чуть меньше.

– Чьи имена написаны в пригласительных для Altitude? – Амин не верил, что это происходило на самом деле. Столько лет избегания, чтобы вот так нелепо… Ему хотелось отчитать Абдула, но за маской холодности этого не было видно. Разве помощник должен сам решать такой важный вопрос?

– Имена Ричарда и Анны Арчер. – Абдул уставился на Амина и тут же побледнел. – Я что-то не так сделал, сэр?

– Все свободны! – сурово произнес Амин и наконец сломал карандаш пополам.

Глава 2

Сан-Клементе, штат Калифорния, США

Дверь в кабинет Анны распахнулась, и на пороге показалась рыжеволосая Кэрол. В руках она держала бумаги.

– Арабы по электронной почте прислали документы, я распечатала. Отдать тебе или сразу Ричарду? Я понимаю, что сегодня твой первый день после большого перерыва, но разгребать почту – это твоя задача.

Анна замерла, не помня, чтобы Кэрол хоть раз высказывала свое недовольство. За два с небольшим года, пока не было Анны в офисе, секретаршу наверняка нагрузили разной работой. Она просто устала.

– Отнеси Ричарду, остальное я буду делать сама. И принеси мне документы на сломанный авиатренажер, я свяжусь с техническим отделом «Боинга».

– Позвони сначала в Arabia Airlines. Они ответственные лица, это их тренажер.

Кэрол вышла, прикрыв дверь, а Анна задумалась. Ее работа будет постоянно напоминать о том времени. Два года, что она провела с Даниэлем, были райскими. Она словно закрылась в коконе. Тяжело из него вылезать.

– Ладно, – прошептала девушка и набрала на клавиатуре название арабской авиакомпании, надо было узнать хоть какие-то номера телефонов. Но дверь снова распахнулась, и Кэрол с гордостью положила ей на стол документы, а сверху на них водрузила папку с номерами офиса в Дубае:

– Здесь все их телефоны, но имей в виду разницу во времени.

Цокая каблуками, она вышла. Анна не помнила, чтобы Кэрол носила шпильки. Но, отогнав эти мысли, она взяла папку, открыла ее, и первое, что бросилось в глаза – имя генерального директора Arabia Airlines. Перевела взгляд на их сайт, увидев рекламу – юбилей авиакомпании, разные предложения выскакивали в разделе «скидки». И подумала о терминале в Лос-Анджелесе. Интересно, на каком этапе строительство? Заканчивается или завершение еще не скоро? Возможно, они его откроют прямо в день рождения авиакомпании – было бы очень эффектно.

Взглянув на часы у себя на запястье, Анна отчитала время и поняла, что в Дубае еще все спят. Связаться с ними – это равносильно тому, чтобы остаться в офисе на ночь. Как вообще можно найти подходящее и всем удобное время?

– Чем хуже почта? – пробубнила она и решила написать письмо. Они же пишут! Самое выгодное решение. Утром прочитают.

Анна принялась заполнять форму письма, и в это время в кабинет вошел Ричард. Она отвлеклась, перевела взгляд с монитора на него, подмечая, что он напряжен.

Муж не сел в кресло, как любил это делать. Стоял напротив нее, держа в руке распечатку. Внимание Анны полностью сосредоточилось на нем:

– Что-то случилось?

– Это письмо из Дубая, – потряс он бумагой, – у них праздник, юбилей Arabia Airlines. Твой любовник приглашает нас принять в нем участие.

Неизвестно, что больше Анне резануло слух: приглашение или слово «любовник»? Или в совокупности оба заставили ее сердце бешено стучать, а щеки бледнеть. Сразу не нашлось слов, чтобы отбить нападки Ричарда, защищаться и что-то доказывать. Слово «любовник» он имел право использовать, потому что оно было правдивым. Даже несмотря на то, что они договорились не вспоминать старое. Сейчас Ричард был зол не меньше, чем три года назад.

– Я не поеду. – Анна сглотнула комок в горле и опустила взгляд на монитор, в котором увидела «Бурдж-Халифу», мужчину-пассажира в белой кандуре и женщину в черной абайе. Эти картинки вызывали неприятные чувства горечи, одиночества и предательства. Дубай вызывал у нее море эмоций, и среди них не было положительных. Она не полюбила этот город, потому что он ее не принял, жестоко наказал за измену, вынул сердце и растер его в порошок. Она туда никогда не вернется, и более того, даже не хотелось произносить его название вслух.

– Поедешь, – твердо ответил Ричард и привлек ее внимание словами. Анна потрясено взглянула на него. – Докажи ему, что все ушло и ничего не вернуть.

– Что ты такое говоришь? – Анна поднялась. – Все кончено и каждый живет своей жизнью!

– Если все забыто, то тем более нет повода переживать. Мы поедем. Хочу посмотреть на вас обоих. – Он усмехнулся. – Каково вам будет в момент встречи? Интересно, ты испытаешь столько же боли, сколько причинила мне?

– Ричард! – взмолилась Анна, не совсем понимая мужа. Она подошла к нему, опустив руки ему на грудь, глядя моляще. – Прошу тебя… Умоляю… Пожалуйста… Не надо…

– Боишься? – Он усмехнулся. – Будешь смотреть на его жену! Или вы с легкостью повторите то, что было? Интересно, он смог бы изменить своей жене, так же легко, как ты изменила своему мужу?

– Ричард…

Он убрал ее руки от себя и направился к двери.

– Если я перехвачу хотя бы один твой взгляд в его сторону, то ты очень сильно об этом пожалеешь.

Ричард открыл дверь, уже почти вышел, но что-то его заставило передумать, и он вернулся. Закрыл дверь плотнее.

– Запомни одну вещь, о которой я тебе еще не говорил. Теперь появился повод. Амин Шараф аль-Дин никогда не признает незаконнорожденного ребенка. Он не пойдет на риск пачкать свое имя случайной связью. Генеральный директор и «никто». Ты – никто, запомни. Скорее всего, он даже забыл твое имя. А если вдруг не забыл, то законы шариата заставят это сделать. Признать любовную связь на стороне для мусульманина равносильно изгнанию, а у него статус! Не забудь, что Даниэль – мой сын.

После этих слов Ричард вышел. Анна смотрела на захлопнувшуюся дверь, даже не вздрогнув. В каком аду она только что оказалась? Сколько лет ее муж молчал! Он не простил ее, такое не прощают.

Анна распахнула дверь и быстрым шагом преодолела расстояние до его двери, открыла ее зашла внутрь. Ричард стоял у окна, руками уперевшись на подоконник.

– За три года ты не простил меня! Но разве за это время я не искупила вину? Разве я не была тебе любящей женой и прекрасной матерью нашему сыну? Ты хочешь устроить мне проверку? Прекрасно! Давай! Я пройду ее с легкостью! Жизнь расставила все на свои места, и каждый находится там, где должен быть. Я дорожу своим спокойствием. Но если ты можешь ставить мне условия, то прими мое!

Ричард вопросительно взглянул на нее, ожидая продолжение.

– Даниэль останется здесь.

Ричард рассмеялся, но этот смех казался искусственным. Он отошел от окна и подошел к Анне.

– Ты была любящей женой? Ты дорожишь своим спокойствием? И ты ни разу не думала о своем любовнике? Ни разу за три года?

Он буквально навис над ней, сверля взглядом. Анна испугалась, неизвестно, чего больше: слишком прямолинейного вопроса, на который нет честного ответа, или физической близости, которая перерастала в агрессию.

– Ни разу, – произнесла она.

– Браво, дорогая жена! Когда ты нашему сыну в родильном отделении попросила сделать обрезание, ты, конечно, не думала о том, что в нем течет мусульманская кровь. Иначе зачем тебе было о таком просить?!

Анна побледнела. Этот вопрос уже поднимался между ними и всегда в агрессивной форме от Ричарда. Этого он ей не простил до сих пор.

– Так было надо, – монотонно произнесла она. – Врач сказал, что так будет лучше для его здоровья.

– Да что ты! – Ричард усмехнулся. – А я-то думал, как же так совпало!

Зря она к нему пришла. Не надо было этого делать, пока он не успокоится.

– Я не заставляла тебя принимать меня обратно.

– По крайней мере, я тебя люблю. А где он? Тот, с которым ты мне изменила. Где он?

Надо было заканчивать этот разговор. К чему он вообще был начат? Такую ревность и агрессию в Ричарде Анна видела впервые.

– Он везде, – спокойно произнесла она. И была права! Амин был везде: в каждой детали в этом офисе, его имя значилось в телефоне каждого сотрудника, вывеска на этом здании была в разы больше названия школы, даже дома в маленьком Даниэле текла кровь Амина.

Она направилась к двери, распахнула ее и вышла.

Дубай, ОАЭ

Амин зашел домой и закрыл за собой дверь. Он уже привык к тишине, которая обитала здесь. Сперва было непривычно: не звучали голоса мамы и отца, брата и сестер. Бабушка и дедушка не приглашали пить чай из английского сервиза. Этот двухэтажный дом, который являлся махром от Амина, оказался слишком большим для двоих.

– Любимый, ты пришел! – В гостиной появилась Зафира в тунике цвета хаки, на плечи была накинута светлая абайя с серебристыми вставками. Ее черные длинные волосы блестели словно шелк. На лице играла чарующая улыбка.

Она каждый день ждала мужа к ужину. Всегда встречала его у порога. И всегда с улыбкой.

– Привет. – Амин улыбнулся, привлек ее к себе и поцеловал в губы. – Как прошел твой день?

– Прекрасно… Давай я тебе помогу. – Она взяла из его рук бумаги и кейс. – Я же не так занята, как ты. В связи с юбилеем Arabia Airlines у тебя, наверное, нет времени даже на обед.

– Поверь мне, – засмеялся он, – Абдул не даст мне умереть от голода.

– Я тоже. – Зафира обняла его одной рукой. – Я могу приходить в офис кормить тебя…

– Генерального директора? Как ребенка? Это будет выглядеть плохим примером для сотрудников. – Он ответил на объятия и повел ее в столовую. – Но я готов есть дома из твоих рук.

– Тогда пошли, я приготовила очень вкусную баранину.

– Сама? Тогда зачем нам повар?

– Амин, мне нравится тебя ждать с работы, мне нравится тебе готовить, накрывать на стол, потом убирать посуду. Я делаю это с радостью.

– Ты – золото. – Он остановился и поцеловал ее в волосы. – Прекрасная жена.

– Потому что я люблю тебя. – Она подняла на него ясный взгляд, и Амин замер.

Как можно застать врасплох Амина Шараф аль-Дина? Ждать от него слов любви!

– Очень хочу есть. – Он выпустил ее из объятий и пошел к столу. Он никогда и никому не скажет, что любит. Потому что это будет лживое признание. Сердце любит только раз!

Зафира почувствовала себя неловко. Эти моменты всегда были неловкими. Прошло почти три года с момента их брака, а она ни разу не слышала, чтобы ее муж сказал, что любит ее. Она даже с ним разговаривала по этому поводу, но безрезультатно. Амин не скрывает, что их брак был заключен не по любви. Но так думал он! Она же любила его очень давно.

– Полюбит, – успокаивала ее мать. – Мужчины очень быстро влюбляются, главное – им во всем потакать и ни в чем не перечить. Но важное правило крепкого брака даже не любовь, а мудрая жена. Запомни, дочка, два правила: еда и постель. Это два пути к сердцу мужчины. Сытый муж – добрый муж, удовлетворенный муж не будет думать о других женщинах.

Зафира следовала наставлениям матери. Эти годы они с Амином прожили душа в душу, без ссор и скандалов, в гармонии и согласии. И пусть она видела мужа не так часто, как бы ей хотелось, дома она следовала указаниям матери. Но что в голове у Амина – знал лишь сам Амин. Хотя иногда ей казалось, даже он сам не знал. Бывал сдержан и мало эмоционален. Но кто разберет этих мужчин? Возможно, говорить о любви не было принято в их доме? Хотя она видела отношения между его отцом и матерью, между бабушкой и дедушкой. Амин рос там, где слово «любовь» произносилось очень часто. Отогнав эти мысли прочь, Зафира села напротив мужа и занялась раскладыванием еды по тарелкам.

За ужином они, как обычно, обсуждали минувший день. Амин часто делился с ней тем, как обстоят дела в офисе, новыми проектами и начинаниями. Она всегда с интересом слушала, хотя мало что понимала в бизнесе. А сейчас все мысли Амина были заняты приготовлениями к юбилею. Это торжественное событие должно быть самым грандиозным для Дубая и в принципе для мира авиации.

– Аэропорт хотят расширять, сделать его мировым лидером, – рассказывал Амин. – У меня есть шанс сделать тоже самое с Arabia Airlines.

– У тебя все получится. – Она положила свою ладонь на его руку. – Не в обиду будет сказано, но мой отец считает тебя лучшим стратегом и бизнесменом после твоего деда Мухаммеда. И хотя тот много всего вложил в авиакомпанию, развиваешь ее именно ты.

– Мой дед расширил парк, закупил самолеты, создал бренд. А мне ничего не остается, как продвигать его и расширять этот самый парк. Но мой отец не стоял на месте, он авиакомпанию в свое время вывел из кризиса[1]1
  Отсылка к роману «Одно небо на двоих». – Здесь и далее примеч. авт.


[Закрыть]. Каждый из нас что-то внес свое.

– Конечно, конечно, любимый. – Она улыбнулась, совсем не хотела принизить дела его отца. Хотела сделать комплимент, а получилось, что обидела.

После ужина Амин закрылся в своем кабинете, как любил это делать ежедневно. Он откинулся на спинку кресла и закрыл глаза. Мыслей витало много, как и работы, но среди всего важного было нечто, что его нервировало больше всего – прошлое. Да, эти три года он держал дистанцию с Altitude, поручил заниматься авиашколой отдельному человеку. Нашел такого, ввел эту должность в штат. И сделал все это, чтобы не напоминать себе о прошлом. Как вдруг… Прошлое снова ворвется в его жизнь! Но Амин не верил, что Анна приедет. Она откажется. Найдет тысячу причин не приезжать в этот город, чтобы не ворошить старое. Но Ричард может настоять, а ради него… Она же все делает ради него. Это сотрудничество между Arabia Airlines и Altitude создано только ради того, чтобы повысить самооценку Ричарда. Оно создано Анной, которая просила об этом в момент расставания.

– Любимый. – Дверь в кабинет открылась и вошла Зафира. – Я принесла тебе кофе.

Амин опомнился, делая вид, что работает.

– Ты устал. – Она заметила, что он сегодня более задумчивый. – Может быть, стоит отдохнуть? Я сделаю тебе расслабляющий массаж.

Поставив чашку на стол, она встала позади и принялась массажировать его плечи. Это было приятно, бесспорно. Но сегодня поможет только одно, и это не массаж. Это нечто такое, что нельзя сделать руками.