Читать книгу "(Не) фиктивная семья для босса"

Глава 3

– Дань, рассказывай, как прошёл первый день? Поладила с генеральным? Правда, классный? – Аньку несёт, не переставая, думаю, ей даже мои ответы не нужны. – Бли-и-ин, он когда улыбается, у меня по коже табун мурашек разбегается, а мозг в трусики утекает. Такие губы у него. По-мужски чувственные. Вот бы узнать, как он ими целуется.

Хорошо целуется. Никто с ним так и не сравнился. Не то чтобы я специально сравнивала, но почему-то его поцелуи засели где-то на подкорке. От ненужных воспоминаний начинаю злиться на саму себя и на Аньку.

– Ань, ты, вообще-то, без пяти минут замужняя женщина.

Подруга тяжело вздыхает, сразу ощущается горечь всего мира.

– Просто мой Олежек, такой обычный. Стабильный, предсказуемый. А тут… Ну неужели у тебя ничего не ёкнуло?

– Нет. – нагло вру, но не рассказывать же подруге всю нашу историю. – Обычный мужчина.

– Вот! Это ещё одно доказательство, что ты лучше всего подходишь на роль его секретаря, а то до этого все пытались к нему в штаны залезть. Я один раз даже на эту должность парня нашла, но кто же знал, что он из этих окажется и тоже попытается соблазнить босса.

Взрываюсь громким смехом. Ох, зря Анька мне такую информацию дала в руки, я же ей найду полезное применение.

Отсмеяться долго не получается. Потому что мой мозг любит визуализировать и не переставая показывает киношку, как это могло быть.

– Данечка, ты только никому не говори, а? Я обещала Демьяну Борисовичу, что об этом происшествии никто не узнает. Ну и что, больше не буду на эту должность парней нанимать.

– А что так не понравилось?

– Дурочка! Он бедного парня чуть там же, в своём кабинете, не прибил. В общем, я надеюсь на твоё молчание. Ой,совсем забыла сказать! Мы наконец-то определились с рестораном. Там такой вид с террасы открывается, обалдеешь!

Дальше Аня рассказывает про подготовку к свадьбе, а я, наверное, так себе подруга, потому что почти не слушаю её. Прокручиваю сегодняшний день в голове. Точнее, разговор в кабинете.

– Кофе сладкий, – морщится после первого же глотка, но зачем-то делает новый. – Ты сколько ложек сахара положила?

– Прошу прощения, но с такой внешностью кофе незачем учится варить кофе.

Горжусь собой: голос ни разу не дрогнул и взгляд не отвела. Вежливая улыбка тоже на месте. Мне нравится, как меняется лицо Демьяна: пренебрежение трансформируется в интерес.

– Здесь срочная почта и договора, – протягиваю первую папку, – парочку, вы должны были подписать три дня назад. Кстати, по этому поводу звонили из тендерного отдела. Здесь записала остальные звонки и вопросы, – вручаю лист с распечаткой звонков, напоследок оставляю самую толстую папку: – остальная почта и предварительные договоры на утверждения.

Уходить не спешу, терпеливо жду, пока Демьян просмотрит каждую вручённую ему папку. Вдруг вопросы появятся. Хотя кого я обманываю, мне просто нравится смотреть, как ошарашено (возможно, это немного громко сказано) смотрит на проделанную работу.

– Спасибо за кофе. – босс делает новый глоток кофе, на этот раз почти не морщится. – Можешь идти работать.

С трудом сдерживаю вздох разочарования – хотелось бы побольше эмоций. Я всё-таки старалась. Скупо киваю, возвращаюсь на своё рабочее место. День пролетает незаметно, босс больше не просит приготовить ему кофе. Пошлых намёков тоже не делает. Общается лишь на рабочие темы. У меня даже получается абстрагироваться от прошлого. Может, и сработаемся?

– Ань, – прерываю словесный поток от подруги, – мне надо идти, чертят укладывать спать.

– Хорошо! Данька, я так рада, что ты вернулась в столицу, да ещё и работать будем вместе!

– Я тоже.

И нисколько не кривлю душой.

Пять лет назад, казалось, я больше никогда не вернусь в этот город, из которого бежала с позором. Пока была жива бабушка, а я сидела в декрете, мне нравилось в родном городе. Маленький. Все друг друга знают, помогают. Я подрабатывала удалённо – писала статьи для различных сайтов, и много времени проводила с детьми. Зарабатывала немного, но нам хватало.

Всё поменялось в одночасье. Бабушки не стало, а на нашу квартиру пришли коллекторы. Каким-то образом я везде значилась бабушкиным поручителем. Сначала пыталась оспорить. Даже судилась с этой организацией мошенников, но суд проиграли и меня обязали выплатить долг и все начисленные штрафы за просроченные платежи.

Мама долго не говорила, откуда у бабушки могли взяться такие долги. В стоимость квартиры в центре столицы.

– Кто же знает, что она удумала на старость лет. – отмахивалась от моих вопросов.

Я ей не верила. Бабушка была рассудительной женщиной, хотя и доверчивой. Поэтому склонялась, что она наткнулась на мошенников. Кто же знал, что мошенниками оказались родные.

– Как хорошо, что бабушка успела выручить с моим долгом, – разоткровенничался по пьяне брат, – а то меня бы точно закопали в лесочке.

– Каким долгом?

– Да, я как-то проигрался по-крупному. Думал, отыграюсь, но чёт долго не получилось. Маме кредит не дали, а вот на бабушку получилось оформить займ.

Сказать, что я тогда офигела – ничего не сказать. То есть сорокалетний лоб натворил дел, а мне выплачивать?

– У тебя образование есть и работа – выкрутишься.

Мама встала на сторону старшего сына, впрочем, как и всегда.

– Тем более бабушка тебе квартиру оставила, можешь её продать и выплатить долг.

– Ты видела сумму?! Она и малой части не покроет.

– Заработаешь, ничего с тобой не станет. Тем более, я видела решение судьи, тебе назначили мягкий платёж.

– Вот пусть Кирюшенька и выплачивает!

– Тебе не стыдно, Даника? Вы одна семья, а ты брату родному помочь не хочешь. Ещё специально по больному бьёшь, напоминаниями, что ему с работой не везёт.

– Мам, очнись! Везение тут ни при чём, ему просто удобно сидеть на вашей с папой шее. Он даже не пытается работу найти.

Мама недовольно поджимает губы и сверлит взглядом, будто надеется, что я свои слова назад заберу.

– Мам, ты бы обо мне хоть раз подумала. У меня тоже нет постоянной работы, зато есть двое детей.

– Кто виноват, что ты, вместо того, чтобы учиться, ноги раздвигала? Пусть отец их обеспечивает всем.

После того разговора я сразу собрала детей и вернулась жить в Москву, подальше от своей семьи. Бабушкину квартиру получилось продать быстро. Большая часть денег ушла на погашение долга, немного оставила себе на первое время. Кто б знал, что мамины слова окажутся пророческими и отец моих детей начнёт их обеспечивать, сам того не подозревая.

Ничего, распрощаюсь с долгами и найду себе новую работу, а сейчас можно немного и потерпеть этого мерзавца рядом.

– Доброе утро, Демьян Борисович.

Со следующего дня стараюсь придерживаться своего плана. Быть вежливой с этим мерзавцем, но Демьян Борисович проносится мимо моего стола, даже не глянув в мою сторону, лишь сухо кидает:

– Кофе.

Никакого доброго утра или вежливого здрасте. Просто кофе – вместо тысячи слов. Нет, я, конечно, тоже не представляю своего утра без чудодейственного напитка, но вот это «кофе» уже слишком.

Ладно, пойдём проверенным путём.

Нахожу на маленькой кухоньке карамельный сироп, а в мини-холодильнике свежее молоко. Быстро разбираюсь, как приготовить латте. Пару минут – и готово. Красота! Самое то, для любителя чёрного кофе. По себе знаю.

Босс не отвлекается на моё появление, продолжает что-то изучать на экране моноблока. И лишь когда рядом с ним появляется красивый трёхслойный напиток в высоком стакане, смотрит на меня.

– Это не чёрный кофе.

Пожимаю плечами. Зачем комментировать очевидные вещи?

– Здесь свежи документы. Срочное и нет. Звонил помощник Никифорова, попросил перенести встречу на следующую неделю.

– Хорошо.

– Сегодня у вас совещание в двенадцать.

– Хорошо.

– А вечером вас ждёт Лика.

Невольно морщусь на этом сообщении. Я, конечно, помню, что Демьян – тот ещё бабник, и совершенно не претендую на него, но записывать сообщение от его любовниц – непрофессионально. Мы всё-таки в офисе. В крупном строительном холдинге, а не в каком-то борделе.

– Хорошо.

Его заело сегодня? Как он собирается совещание проводить.

– Могу идти?

Стараюсь казаться вежливой и профессионалом своего дела. Хотя секретарство вовсе и не моё дело, но кого это волнует?

– Почему на этот раз кофе не чёрный? Вчера понимаю. Проучила. А сегодня?

Жму плечами: ну не учить же мне взрослого мужика элементарным правилам вежливости.

– Даника, у нас самого начала не задалось.

Хмыкаю про себя. Он даже не представляет насколько! Хотя нет. Сначала у нас как раз таки задалось, а вот потом он повёл себя как последний му…

Гад, в общем.

– Но нам работать вместе, и лучше бы постараться найти общий язык.

Здесь я вынуждена с ним согласилась. Хотя бы годик продержатся, а там свобода!

– Я же предупреждала, что кофе варить не умею.

Демьян обречённо вздыхает. Ну да, раньше же все ему угодить пытались, а тут я. Можно посочувствовать, хотя нет. Нельзя.

– Ладно. Иди работай.

Не сказать, что работа моей мечты, но в целом думала, будет хуже. Возможно потому что делаю чуть больше, чем от меня требуется. Юрист во мне рвётся наружу, и я нет-нет, да просматриваю договоры и делаю пометки. Демьян Борисович их никак не комментирует. Может быть, вообще не читает. Фразу про внешность я помню.

Общаемся мы с ним тоже по-деловому. Здороваться он так и не научился, но и кофе больше не требует.

С остальными коллегами я активно налаживаю контакты. Правда, кроме друзей, за неделю работы успеваю обзавестись и врагами.

– Данечка, просто ты красоточка и работаешь бок о бок с боссом-лапочкой. Знаешь, как тебе многие завидуют.

Подруга сидит на подоконнике в женском туалете и наблюдает, как я пытаюсь застирать любимую блузку от пролитого на меня кофе. Мымра из бухгалтерии попыталась сказать, что сделала это случайно и искренне мне посочувствовать, да только злорадство в её глазах и хихиканье таких же белобрысых подружек говорило об обратном.

– Ань, ну это бред какой-то! Ей сколько лет? Десять? Да даже в школе дети фигнёй такой не страдают.

Пятно не отстиралось. Теперь ещё и блузка мокрая. Рычу в голос от злости и отчаяния. Как остаток дня работать? Завтра принесу на работу запасную одежду. Лишним не будет. А вот что делать сегодня. И опять виноват во всём всё тот же гад. Небось наулыбался своим поклонницам, а те уже в своих фантазиях в ЗАГС с ним за ручку идут.

– Пусть забирают себе и кофе угощают. Он как раз его любит. Я то тут при чём?

Боковым зрением замечаю, как Анька как-то подозрительно взгляд отводит.

– А-ань?!

– Ну-у, дело не только в Демьяне Борисовиче.

– Где ещё я согрешила?

– Все только и обсуждают, как к тебе мужики бегают, один за другим.

Вот это неожиданный поворот! Ко мне, оказываются, мужики бегают? Только я этого что-то особо не замечаю. Ну бывает, некоторые заходят, но по работе ведь!

– Леся рассказывает, что теперь Игоревич сам все документы на подпись относит. А Тихов стал на совещаниях показываться, хотя раньше у него всегда на это время встреча с клиентами была назначена.

Фыркаю возмущённо.

Кто-то начал работать, а я виновата?

– Пусть поработают для разнообразия, может, и на них обратят внимания. Блин, ну как мне работать?

Блузку получилось высушить, но от страшных разводов не избавилась.

– Лучше ей не попадаться мне на глаза, а то я пинцетом повыдёргиваю всё, что осталось после перекиси.

– Даник.

Подруга зовёт меня с мольбой в голосе. Знаю, что она хочет сказать. Тоже мне, миротворец.

– Что, Ань? Ты бы стерпела?

Ага. Глаза отводит. Знаю её: она бы прям там, в служебном кафе, вцепилась бы в глаза этой стервы.

– Просто ты только устроилась, зачем тебе лишние скандалы.

Мне многое хочется сказать подруге, но мелодия из знаменитого фильма ужасов, установленная на босса, спасает её.

– Да?

– Даника Михайловна, – рычит в трубку Демьян Борисович, – а вы не обнаглели?! Обеденный перерыв давно закончился, где, мать вашу, вас носит?! Работать собираетесь?!

Кто бы знал, каких сил мне стоит сдержаться и не высказать всё. Вместо этого цежу сквозь плотно сжатые зубы:

– Сейчас буду.

Глава 4

Удивительная девушка каждый раз заходит в мой кабинет, как в свой собственный. Никакой робости, попытки быть услужливой, и это не говоря уже про вечно горящие ненавистью глаза. Зато другим мужикам мило улыбается.

Недостаточно хорош для неё?

Вроде должно быть пофиг. Меня никогда не волновал женский отказ. Одна отказала, зато другие две согласились. Но с этой рыжей Ведьмой привычная логика не работает. Меня бесит её взгляд. Хоть бы раз приветливо улыбнулась, вместо того, чтобы расстреливать зелёными глазами.

Это не говоря уже о том, что за неделю она ни разу не принесла чёрный кофе. Зато было латте, глясе, гречишный чай. Последнее было хуже всего, но стоило мне сделать один глоток, как на милом личике секретарши впервые в моём присутствии появилась довольная улыбка.

Сегодня на утренней встрече с партнёрами, когда она всем подавала правильный напиток, мне достался какао с маршмеллоу. Взрослые мужики нет-нет да поглядывали в мою кружку и старательно прятали улыбки, а я делал вид, что так и задумано. Обсуждать многомиллиардную сделку с детским напитком в руках – почему бы и нет?

Ведьма рыжая.

– Я думал, тебе важна работа, но вместо этого ты где-то прохлаждаешься.

– А у нас работа встала за время моего отсутствия?

И снова дерзит. Нет, чтобы извиниться. Признать свою вину.

Скольжу взглядом по красивому лицу с тонкими чертами и мягкими губами. Ниже по изящной шее, к манящей ложбинке на груди. В этой блузке нет ничего провокационного, но тонкий шёлк и лёгкость материи слишком соблазнительно смотрятся на Ведьме. С трудом отрываюсь от упругой груди, очерчиваю тонкую талию, останавливаюсь на крутых бёдрах. Шикарная. Жаль, что не сплю с собственными сотрудницами.

Хотя, может быть, стоит сделать исключение?

Так же медленно возвращаюсь к лицу, но снова задерживаюсь на её груди.

– Что у тебя с блузкой?

Вроде бы ничего такого не спросил, но Ведьма вспыхивает, словно я лично испортил её блузку.

– Неудачно пообедала, – цедит сквозь зубы, – я могу вернуться к работе или вы ещё не всю меня рассмотрели?

– Иди.

Даника уходит, но её аромат остаётся. Окутывает меня. Не даёт сосредоточиться на делах. Точно Ведьма, которая пахнет, как летний день. Фруктовым садом и тонким ароматом цветов. Сладко и при этом нежно. Прикрываю глаза всего на минуту и сразу оказываюсь где-то далеко от офиса и душного города. И какого-то фига в моей фантазии оказывается Даника.

Скидываю пиджак, избавляюсь от удушающего галстука. В желании получить больше воздуха, но ничего не помогает. Надо возвращаться к первоначальному плану: рыжая конфетка в моей постели. На кой чёрт я её держу в секретаршах, другую не найду? Взгляд цепляется за утренний договор, который я должен посмотреть, задерживаюсь на пометках. Не найду. Сколько их уже было на месте Даники, но ни от кого больше не было столько толку, как от неё. Не все могли расписание нормально составить, не говоря уже о сортировке почты и договоров. Зато справлялись с раскладыванием «косынки».

Беру в руки договор, даже не читаю его. Просматриваю лишь пометки. Грамотные. Стоит признать, Даника не только красивая, но и умная. Точно Ведьма. И рядом с ней находится не выносимо.

Открываю календарь – никаких важных встреч, значит, могу позволить себе сбежать.

– Сегодня не вернусь. – бросаю на ходу, даже не смотрю в сторону секретарского стола.

Уже в машине листаю телефонную книжку – не могу определиться, к кому поехать, чтобы снять напряжение и попытаться отвлечься от одной наглой особы, что умудрилась занять не только мой офис, но и мысли в моей голове.

Начинаю листать контакты по третьему кругу. Столько женских имён, и ни одна из них не подходит. Эта слишком болтливая, а эта любит нарощенные волосы. До сих пор с содроганием вспоминаю, как в одну ночь наматывал длинные локоны на кулак, а те так и остались на нём. Нет, надо её сразу удалять из контактов. И так с каждой.

Думал уезжать: в каком-нибудь баре, найду подходящую девицу, хотя бы на эту ночь. Завожу автомобиль, и в этот момент раскрывается двери лифта, а оттуда выпархивает Даника.

Не понял. До конца рабочего дня ещё несколько часов, а она куда собралась? Или решила: раз начальник свалил, то и ей можно?

В телефоне открываю нужный контакт, хочется узнать, что Даника скажет в своё оправдание, но в последний момент откладываю звонок. Наблюдаю, как девушка садится в свой древний ниссан микра. Поражаюсь, как это ведро до сих пор заводится и ездит. Не удивлюсь, если её машина старше самой Даники.

В этот момент девушка вылетает из «ведра», так и не заведя его. Открывает капот, а дальше начинает кружить вокруг него. Смотрю на неё и понимаю: ей только бубна в руках не хватает для полноценной картины.

Не выдерживаю, тоже выхожу наружу. Даника так увлечена изучением внутренностей машины, что не сразу замечает меня. Вздрагивает, когда я начинаю говорить с ней.

– Что-то случилось, Даника Михайловна?

– Вот же чёрт!

И снова никакого виновато взгляда, а сразу идёт в наступление.

– Вы зачем так подкрадываетесь?

– Да вот, решил узнать, какого… – проглатываю ругательство, которое лучше всего подходит под ситуацию, – ты опять не на рабочем месте?

Даника резко поворачивает голову в мою сторону. Меня сбивает с ног волной эмоций, что плещутся в зелёных глазах. И главное, среди них нет привычной ненависти.

– Ваня и Варя, – тут её голос срывается, а у меня сердце болезненно сжимается, – они снова пропали, а тут она не заводится.

Сейчас Даника и сама на ребёнка похожа, у которого любимая игрушка сломалась, а мама отказывается покупать новую.

– Поехали.

Захлопываю крышку капота. Она не сразу понимает меня, приходится схватить за ладонь и потащить в сторону своего автомобиля. Только тогда она оживает.

– Сумочка. И ключи! Они в машине.

– Давай быстрее.

Кивает, ныряет в салон, оставляя снаружи свою очаровательную пятую точку. Чуть наклоняю голову и наслаждаюсь открывшимся видом. Красивая попка. Особенно когда вот так торчит кверху. Если бы это была не Даника, а любая другая девушка, я решил бы, что меня соблазняют. Но нет. Эта девушка скорей свалит на другой конец света, чем попытается соблазнить меня. Тем более сейчас, когда неизвестно, что с её детьми.

– Едем!

Закрывает машину и уже спешит вперёд меня. Нагоняю её, кладу ладонь на поясницу и направляю в нужном направлении. Девушка настолько ушла в свои переживания, что даже не замечает моего прикосновения. Не пытается отшатнутся от меня или язвить. Интересно, а если рука чисто случайно сползёт чуть ниже к той самой упругой попке, которую она совсем недавно мне демонстрировала, заметит или нет?

Проверить не успеваю, слишком быстро мы оказываемся у моего «ренджа». По-джентльменски распахиваю перед ней пассажирскую дверь. Я бы с удовольствием помог ей забраться внутрь, но уверен, она этот порыв не оценит.

– Говори адрес.

Даника без запинки называет и даже говорит, как лучше туда проехать. Хотя и смотрю на дорогу, всё равно то и дело бросаю взгляд в сторону девушки. Она нервно ёрзает на сиденье – оно и понятно, но ещё замечаю, как по-детски грызёт ногти.

– Маникюр испортишь.

Убирает руку, но терпения ей хватает ненадолго. Буквально минута – и снова кусает ноготь указательного пальца.

– Даник, всё будет нормально.

Ловлю её ладонь и опускаю наши руки на подлокотник.

– А что если…

Обрываю, не даю накрутить себя ещё сильнее. Хотя и сам волнуюсь за чужих детей.

– Они просто снова решили поиграть в прятки.

Её рука едва ощутимо дёргается под моей ладонью. Убираю руку обратно на руль, напоминаю себе, что мы всё-таки босс и подчинённая, а не влюблённая парочка.

– Как такое снова могло произойти?

– Не знаю. Воспитательница ничего толком не объяснила. Лишь опять начала обвинять меня в том, что мои дети неуправляемы.

– Переведи в другой садик.

Даника громко хмыкает, не забывая при этом бросить презрительный взгляд в мою сторону – вот теперь узнаю её.

– Знаешь, как сложно устроить ребёнка в бесплатный садик. Там очереди на годы вперёд.

– Есть частные.

– Как же я не догадалась? – не сдерживает сарказма в голосе, но тут же поясняет: – я переехала в незнакомый город с ограниченным бюджетом, у меня двое детей, так что мне не по карману частный садик. Поэтому мне и нужна эта работа.

Даника лишь чуть-чуть открывается передо мной, но мне хочется, чтобы наша поездка длилась и дальше, узнавать о ней ещё больше.

– Спасибо, что подвезли.

Снова перескакивает на деловой тон. Выскакивает из салона и мчится к серому зданию. Неужели, думает, я её одну отпущу?

Догоняю и без лишних слов подстраиваюсь под её шаг. Попутно осматриваю территорию, нахожу несколько видеокамер. Надеюсь, они работают.

– Пошли, сначала поговорим с воспитательницей.