Читать книгу "Ты в моем списке, дракон!"

Глава 4. Все подружки посчитаны

– И что ты собираешься с ней делать? – спрашивает Игнис, пока подъёмная платформа несёт нас на этаж со спальнями.

Я так спешила унести бурундука подальше от Жруко и его угрожающего вида ножа, что даже платформой не побрезговала.

– С ней? – уточняю я, с сомнением глядя в осоловелые глаза пушистика.

Тот или та в ответ только снова икает и пускает пузыри. Интересно, это вариация нормы или свидетельство заболевания? Андариновой комы, например.

– Конечно, с ней, – с улыбкой отвечает Игнис и теребит бурундука за ушко. – Видишь, две полоски – значит, девочка.

– А у мальчиков что? Одна? – Я приподнимаю бровь.

– Логично, правда?

Прищурившись, я смотрю в смеющиеся опаловые глаза и пытаюсь понять: он шутит или серьёзно?

– И с каких это пор ты стал бурундучным экспертом?

– С тех пор как эта мадам повадилась тырить у меня инструментальный войлок. Вот я и озаботился изучением повадок енотовидных бурундуков. Подозреваю, эта пушистая шалунишка где-то организовала себе гнездо.

– Гнездо? Зачем гнездо?

Я редко впадаю в ступор, но сейчас именно тот случай. Признаться, меня нельзя назвать любителем домашних животных. Никогда не видела смысла в них. Какая от них может быть польза? Это ж не корова или овечка.

– Затем, Радужка моя, что детям нужны тепло и уют, – ехидно дёрнув уголком губ, поясняет Игнис и внимательно следит за моим лицом.

Уверена, на нём он видит весь мой мыслительный процесс. Дети? Какие дети?

– Ты хочешь сказать, что она… – приподнимаю этот пушистый генератор андариновых пузырей, – она беременна?

– Скорее, она молоденькая мамочка, – усмехнувшись, предполагает дракон и, потрепав бурундушку за щёчку, продолжает: – Поэтому я тебя спрашиваю ещё раз: что ты будешь с ней делать?

– А что обычно с ними делают? – эхом откликаюсь я.

И почти падаю на Игниса, когда платформа резко дёргается, останавливаясь на нужном ярусе. Дракон ловит меня за плечи, но отстраниться не спешит. Наоборот, еле заметно притягивает к себе, а его смешливые глаза становятся серьёзными.

– Их обычно холят и лелеют, Моника. Неужели ты не знаешь?

– Просто так? – Я приподнимаю брови.

– Просто так. – Игнис одобрительно прикрывает глаза. – Как и в отношениях, Мон. Ты любишь просто так.

И что-то в его словах такое цепкое, такое глубокое, что краска бросается мне в лицо. Потому что он описывает именно то, что я ощущаю, встречая или вспоминая Игниса. Каждый раз, когда мы видимся, я чувствую именно это «просто так».

– Бе-е-бе-е, – раздаётся внезапно.

А следом форму Игниса окатывает оранжевым потоком. Бурундушку в моих руках отчаянно тошнит. Дракон отшатывается в сторону, но уже поздно. Весь фонтан достаётся его несчастной одежде.

– М-да-а-а, – задумчиво тянет Игнис, когда всё заканчивается. – Теперь она нам не только андарини должна, но и комплект формы.

Я же заглядываю в мордочку диверсантки и с удивлением отмечаю, как она виновато прячет глазки. Ну хотя бы в себя пришла, и то хорошо.

– Ничего она тебе не должна, – задираю подбородок. – Постираешь, не обломишься.

– Так, может, она и постирает? – спрашивает Игнис, пропуская меня на этаж. – Слышал, эти виды бурундуков страсть как любят всё намывать.

– Игнис, ты что, не видишь? – Остановившись перед аркой, за которой располагается коридор с рядом дверей, я разворачиваюсь к дракону. – Она же девочка, у неё лапки!

– Ладно, ладно. – Сдаваясь, Игнис поднимает ладони. – Понял, всё придётся делать самому. А я так надеялся, что с твоим появлением в академии станет уютнее и по-домашнему теплее.

Он замолкает, глядя на меня с таким подобострастием и подхалимством, что вместо отчитывания мне хочется лишь рассмеяться.

– Могу организовать тебе уют по-рашевски, – пропеваю я как можно ласковей.

Но улыбаюсь так плотоядно, что дракон делает шаг назад.

– Это как? – настороженно интересуется он. – Как у вас дома? Давай!

– Как у нас дома, когда мама уезжает в столицу!

О да, Игнис знает, что этот период самый сложный для всех наших слуг. Я не третирую их, но всегда нахожу, чем заняться. А если занята я, то и остальные втягиваются. Зато, когда мама возвращается, ей ничего больше делать не надо: только отдыхать и наслаждаться чистотой и покоем.

Игнис отступает ещё на шаг. На лице парня – испуг, но такой, подыгрывающий мне.

– Ну уж нет! По струнке ходить мне и на тренировках хватает! – Дракон прощально взмахивает ладонью. – Увидимся, Мон. Не забудь: через два часа ужин.

– Иди уж, отмывайся, – бурчу я, разворачиваюсь и направляюсь к спальне. – Тебя, кстати, тоже ждёт задание.

– Какое? – В голосе Игниса слышится искренняя тревога. – Ты чего там задумала?

Ага, так я сразу и сказала. Коварно ухмыляясь, я иду по коридору и поглаживаю довольно урчащую бурундушку.

– Моника! – доносится мне в спину, но я продолжаю игнорировать.

– Мон! – звучит уже более угрожающе, потому я ускоряю шаг.

Слышу движение за спиной, и когда до спасительной двери остаётся всего ничего, меня хватают за талию и прижимают спиной к стенке. Игнис, полыхнув огнём в глазах, упирается ладонью рядом с моей головой и нависает сверху.

– Не смешно, тиранидзе, – цедит дракон. – Не люблю быть пешкой в чужом плане.

– Ну какая же ты пешка, – пропеваю я, ощущая в душе азарт и возбуждение. – Милый, ты ферзь!

– А может, король? – прищурившись, предлагает Игнис.

– Скажи спасибо, что не конь! – Не удерживаюсь и показываю ему язык. – До короля нужно ещё дослужиться, – парирую я, испытывая ни с чем не сравнимое удовольствие. И не понять, отчего больше: от близости дракона или от таскания его за хвост. – Лорд Витторе, вы знаете, кто у меня в соседях?

– Естественно, – фыркает Игнис. – Наш ректор. И что?

– А то, что папенька взял с лорда Бугагая слово, что мне тут никто угрожать не будет! Слышишь? Кажется, ректор идёт к двери.

Игнис на секунду прислушивается, а затем его губы растягиваются в хитрой улыбке.

– Не увиливай, Радужка. Никто тебе не угрожает. – Он протягивает свободную ладонь и касается прядки волос. Зачарованно смотрит, как на них пляшут разноцветные искры, а у меня дыхание перехватывает от интимности момента. – Я бы даже сказал, что в «Рокморе» нет никого, кто смог бы тебе угрожать.

– Даже та-а-ак? – тяну я шёпотом.

– Так, – кивает Игнис, отпускает мои волосы и смотрит на меня потемневшими глазами. – Иначе я лично этого смертника сожру.

И глядя на дракона, я понимаю, что он не шутит. Впервые Игнис Витторе настолько серьёзен со мной.

– Потому что папа попросил? – тихо уточняю я.

Хотя сама не понимаю, что спрашиваю. Меня захватывает танец опаловых искр в глазах напротив. Хочется коснуться лица дракона, почувствовать, какая у него кожа, провести пальцами по губам.

– Бу-э-э-э, – раздаётся снизу, и волшебство момента в тот же миг рассеивается.

Бурундушка проводит очередной сеанс тошнотного устрашения. Правда, в этот раз фонтана удаётся избежать, и у меня даже закрадывается мысль, что пушистик сделала это специально. Спасала мою честь.

Игнис буквально отпрыгивает от меня, настороженно глядя на бурундушку. Та же в ответ строит страдальческую мордочку и икает, выпуская охапку андариновых пузырей.

– Я надеюсь, ты найдёшь ей приёмную семью? – спрашивает Игнис. – Иначе нам так…

– Что вам так?

Распахнувшаяся дверь и явление ректора не дают Игнису закончить. И от досады мне хочется затолкнуть лорда Бугагая обратно в спальню и со всей дури захлопнуть эту прокля́тую дверь. Заклиниться она, что ли, не могла? Не видит, что ли, серьёзный разговор идёт!

– Так что, адепт Витторе? – интересуется ректор, запахивая халат. – Что вам так?

Не знаю, что там бормочет Игнис, я же во все глаза пялюсь на Бугагая. Росс говорил, что у этого дракона свои причуды, но я никак не ожидала, что эти причуды касаются наготы. А судя по буйной растительности на груди и голенях, мелькающих между полами халата, лорд Бугагай именно что гол. Судя по нервному ику бурундушки, она тоже в шоке от увиденного.

– Леди Раш, этот оболтус вас преследует? – обращается ко мне ректор.

– Никак нет, – вылетает у меня.

– Смотри-ка, всего неделю в академии, а дисциплина уже впиталась так, как некоторым выпускникам и не снилось, – довольно ухмыляется Бугагай. – Тогда чем вы тут занимаетесь? И почему мой студент весь в соке?

Переглянувшись с Игнисом, я молча показываю ректору бурундушку. И я, и пушистик на фоне возвышающихся драконов кажемся особенно маленькими и, что самое важное, несчастными и требующими заботы.

– Вот, господин Жруко чуть не пустил эту очаровашку на жаркое! – с обидой произношу я. – Мы с Игнисом взяли на себя ответственность спасти животное.

– Удочерили, значит, – одобрительно качает головой Бугагай, вызывая у нас с Игнисом нервный тик. – Дело хорошее. А чего здесь отираетесь-то?

– Ну как, что? – приходит мне на помощь дракон. – Решаем, по каким дням дитё будет жить со мной, а когда – с маменькой. Да, Моника?

– Ага-а-а, – тяну я, пытаясь просчитать, чем мне грозит такое стремительное обзаведение потомством. Пускай и пушистым.

– Вы же не разрешаете жить мальчикам с девочками. Вот и приходится разделять семью, – патетично выдаёт Игнис.

– Ой, балабол, – по-доброму усмехается ректор и внезапно подмигивает мне. – Моника, ну-ка скажи, этот проходимец достаёт тебя?

– Достаёт? – с сарказмом переспрашиваю я. – Я вас умоляю, лорд Бугагай. Чтобы меня достать, надо потрудиться. А Игнис… – смеряю дракона оценивающим взглядом: пускай понервничает. – Игнис мне помогает. Представляете, он обещал мне помочь организовать бал! Вот прям так заявил, что посчитает честью быть моим напарником. Так ведь, Игнис?

Дракон в ответ только в изумлении брови выгибает. Я знаю, как он не любит участвовать в общественной деятельности, особенно когда ему что-то нужно делать. Раздавать команды, генерировать идеи – пожалуйста, а вот остальное Игнис Витторе привык делегировать. И глядя на ошеломлённого дракона, я понимаю, что вот она – месть моя за радужную окраску!

– Правда? – с сомнением уточняет Бугагай. – Игнис? Что ж, похвальное рвение, адепт Витторе. Смотрю, ты растёшь над собой. Сначала капитанство в команде по спеллкрафту, теперь вот организация Зимнего бала. Мальчик мой, я много раз говорил, что ты далеко пойдёшь, если будешь брать на себя ответственность. Молодец!

Бугагай протягивает ладонь и с силой похлопывает Игниса по плечу. Не знаю, какой силы этот одобрительный хлопок, но даже крепкий Витторе незаметно морщится.

– Я очень рад, что вы сработались, ребята. Честно, был в лёгком недоумении, когда старик Раш попросил присмотреть за вами двумя. А вы вон как хорошо ладите. Что ж, Игнис, буду ждать твой доклад по окончании бала. А сейчас… – Бугагай от души потягивается, и я стремительно прячу взгляд, уткнувшись им в пушистый затылок бурундушки. А всё потому, что приподнявшийся халат обнажает волосатые бёдра, и для меня это слишком шокирующее зрелище. – А сейчас, детишки, согласовывайте этот ваш бурундушный график – и бегом на ужин! – подытоживает ректор и, открыв дверь, исчезает за порогом спальни.

– А… – хочу окликнуть его, чтобы напомнить о приветственной речи на этом самом ужине, но Игнис прерывает меня одним суровым взглядом. – Что? – внезапно для себя испуганно пищу я.

Чувствую себя нашкодившим ребёнком.

– Мо-о-он, – предупреждающе тянет Игнис, делая шаг ко мне.

Я же пячусь и упираюсь в дверь моей спальни. Уж больно незнакомо сейчас выглядит дракон. Другая версия Игниса, о которой я и не знала раньше. Он не злой, но притягательно угрожающий.

– Да что?! – взрываюсь я, незаметно нащупывая ручку двери.

– Ты на что меня подписала, Радужка моя? – обманчиво спокойно вопрошает Игнис. Голос его звучит низко, с хрипотцой, что должно меня пугать, но я неожиданно для себя снова чувствую азарт. – Какая организация бала? Я готов тебе помочь в отпугивании женихов, но вся эта свистопляска с балом, украшениями, танцами…

– Точно! – перебиваю его и, всучив испуганно икнувшую бурундушку в руки дракона, я стремительно достаю блокнот из сумки. – Игнис, ты гений!

С этими словами я заставляю ошарашенного дракона развернуться и, приложив к его спине блокнот, быстро строчу новый пункт в организации бала.

– Танцы. Открывающий и танцы каждого из приглашённых народов, – вывожу я с таким усердием, будто от этого зависит моя жизнь.

– Чего? – в изумлении уточняет Игнис.

А я отбираю у него бурундушку и, чмокнув дракона в щёку, чем погружаю его в ещё больший ступор, ныряю в спальню.

– Спасибо за помощь, лорд Витторе. Уже оказанную и будущую! – широко и мстительно улыбаясь, произношу я, перед тем как захлопнуть дверь.

– Мо-о-о-н! – рёв Игниса, должно быть, докатывается до нижних ярусов академии.

– То-то же, а то Радужка, боевая полторашка, тиранидзе. А я Мон, да, Бурунди? – От души целую пушистую воришку в макушку.

– А ну, открой дверь, леди Раш. Мы не договорили!

– Лорд Витторе, нам скоро на ужин, а вы не при параде! – парирую я, проходя к рабочему столу, стоящему у окна. – Увидимся позже!

В ответ до меня долетают нечленораздельные высказывания. Но я знаю, что Игнис не злится на меня. Просто он, как и я, не любит, когда что-то идёт не по плану. Хотя в нашем с ним случае мы постоянные элементы хаоса в жизни друг друга. Каждый раз, когда Игнис появляется рядом, моя размеренная жизнь подкидывает сюрпризы. И я только под страхом смертной казни призна́юсь, что мне нравятся эти вызовы. Они добавляют остроты моим победам. Сама не замечаю, как начинаю улыбаться.

– Да ну, – тут же бурчу я, тряхнув копной волос. – Не о том думаю, правда, Бурунди? Можно я буду называть тебя так?

Кладу уже пришедшую в себя бурундушку на стол и внимательно к ней присматриваюсь. Та настороженно оглядывается, водит носом, явно пытаясь вынюхать опасность.

– Не волнуйся, господин Жруко сюда не придёт, – тут же успокаиваю её. – Но и у меня к тебе будет условие.

Бурунди вопросительно склоняет голову, из чего я делаю вывод, что животинка мне досталась сообразительная. Более того – понимающая слова. А это не каждому дракону дано!

– Я беру тебя на полное обеспечение, а ты больше не хулиганишь на кухне. Идёт?

Бурундушка делает вид, что задумалась, а мне от этого смешно становится. Вот ведь шкодина двухполосная!

Протягиваю к ней ладони, и малышка доверчиво запрыгивает мне на руки. Весит она и впрямь немало, поэтому мне приходится удерживать её как младенца.

– Итак, это согласие? Отлично, тогда продолжим обговаривать условия. – Улыбнувшись Бурунди, я направляюсь к кровати. – Пока у меня нет для тебя корзинки, можешь спать здесь. Потом переедешь. Ты никуда не высовываешься, в туалет ходишь в отдельную комнату, как и положено приличной воспитанной девочке, – продолжаю я, едва сдерживая улыбку, потому что бурундушка слушает меня с крайней серьёзностью в маленьких глазках. – Если у нас не будет трений, то и жизнь твоя будет приятна и легка. Мне кажется, идеально, да?

Положив зверушку на мягкий плед, я вопросительно смотрю на красотку. Понимаю, что вряд ли появление Бурунди в моей жизни обойдётся без лишних забот, но готова к ним. Уж очень очаровательна эта предприимчивая воришка.

Но, к моему удивлению, Бурунди кивает так, будто поняла всё, что я ей сказала. Потоптавшись по пледу, малышка сворачивается клубком и устало прикрывает глазки.

– Вот и отлично, – в лёгком изумлении бормочу я и прохожу в ванную комнату.

Быстро освежившись, я пополняю запасы в бездонной сумке. Она на самом деле бездонная: на ней специальные чары. Если захотеть, я туда и Игниса запихать могу. И чем дольше я работаю в «Рокморе», тем больше ценю эту вещь. С моими потребностями мне пришлось бы таскать с собой походный рюкзак, чтобы всё и всегда было под руками.

– Не шкоди, милая! – прошу я Бурунди перед тем, как выйти из спальни.

У меня нет уверенности, что, когда я вернусь, зверушка будет на месте, но это неважно. Я всегда знаю, где её найти, надо просто ориентироваться на вопли господина Жруко.

Свернув к лестницам, я поднимаюсь в главный церемониальный зал. Нужно снять последние замеры и начать уже украшать его. Краем глаза замечаю мелькнувший хвост Бейли. Моя подруга-зельевар исчезает из поля зрения шустрее, чем я успеваю её окликнуть. Что ж, обяжу её помочь мне попозже. Сегодня надо ещё переговорить с Лией и Элисон. Первая поможет мне с созданием зимней атмосферы на балу, а вторая непременно изготовит проектор космического сияния. У меня даже мысли не мелькает, что они откажут. Разве можно отказать Монике Раш?

– Да я же говорила, что я случайно! – доносится до меня знакомый голос.

Катарина Фейлаш собственной заснеженной персоной стоит посреди главного холла и препирается с моим братом. Остановившись у порога, я не спешу вмешиваться хотя бы потому, что Рина тут же переключится на меня. А мне внезапностей на сегодня уже хватит.

Высокая и стройная Рина всегда казалась мне эталоном женской красоты. Если бы не её не‑от‑мира-сегошность, подруге бы пришлось нанимать охрану, чтобы отбиваться от кавалеров. Но с этой задачей отлично справляются как неуклюжесть Рины, так и её бешеный цветок, который она всюду берёт собой. Острый на зубы и язык Флюмос кого угодно до изжоги доведёт. Вот и сейчас этот самый цветочек показывает себя во всей красе – висит на заднице Росса, который смотрит на это чудо с откровенным недоумением.

– Я смотрю, потеряшка нашлась? – раздаётся на моей головой.

– А могло быть по-другому? – хмыкнув, отвечаю я Игнису, который и не думает отходить.

Стоит вплотную ко мне, дышит мне в затылок, а сам следит за тем, как Рина пытается отодрать от Росса своего питомца.

– Ну раз все в сборе, почему не идёшь здороваться с подругой?

– Я не причастилась, чтобы вот так с ходу пересекаться с Риной, – с кривой ухмылкой отвечаю я и, подняв голову, отмечаю недоумение на лице Игниса. – А… Ты ж не знаешь. Короче, прежде, чем знакомиться с Риной, лучше напиши завещание. Иначе опомниться не успеешь, как вечером окажешься на корабле, идущем в Зантар грабить корованы!

– Может, караваны? – Дракон выглядит сбитым с толку.

– Вот в этом-то и разница, «братец», – ухмыляюсь я. – Рина найдёт корованы!

– Какая странная девушка. И что, ты оставишь Росса на растерзание её питомцу?

– Ему полезно, – философски замечаю я.

– А если серьёзно… Что там вообще происходит?

– Брачные игры, ритуал размножения, призыв к спариванию… Я откуда знаю, Игнис? – раздражаясь, выдаю я.

И замираю, потому что на губах дракона появляется та самая улыбочка, которая всегда говорит мне: я где-то подставилась.

– А почему это у моей Радужки все версии только с одним и связаны? А? Неужто так замуж хочется?

– Я на тебя сейчас рапорт накатаю, – угрожаю я без зазрения совести.

– Да боги с тобой, Радужка моя. – Игнис делает вид, что испугался. А потом просто подхватывает меня за талию и вносит в холл. – Но братца Росса надо спасать. Мы ж семья, «сестрица». Верно?

Упёршись руками ему в плечи, я заглядываю в глаза Игниса. Дракон веселится, но это его «сестрица» звучит так же, как и мой «братец» в его сторону. Что ж, укол засчитан.

– Но рапорт я всё равно накатаю, – скорее для острастки, чем серьёзно, заявляю я.

– Конечно, накатаешь, – послушно кивает Игнис, неся меня через весь холл как личный трофей. – Только после проведения всех мероприятий и исключительно в положительных, хвалебных тонах.

– Ты так уверен в собственной исключительности? – скептически вопрошаю я.

– Я не уверен. – Игнис останавливается прямо рядом со скандалистами и, поставив меня на пол, наклоняется к уху. – Я это знаю.

И говорит это таким бархатистым голосом, что у меня дрожь по позвоночнику прокатывается. Надо выдать ему запрет на использование этого мурашечного оружия, а то у меня все мысли поперёк списка бежать начинают.

Но не успеваю я что-либо высказать, как на меня налетает ураган «Рина».

– Мо-о-о-он!

Вместе с радостным криком и удушающими обнимашками меня укрывает морозной свежестью. Плащ, как и нижнее платье Рины, усыпан комьями смёрзшегося снега.

– Ри-и-и-на-а-а, – в тон подруге, но с явно протухшим энтузиазмом отвечаю я и осторожно отстраняюсь.

С недовольством рассматриваю её внешний вид и перевожу суровый взгляд на кузена. Росс, оторвав от себя Флюмоса, держит цветок на почтительном расстоянии. Тот же продолжает тянуться к Россу, не забывая при этом выкрикивать ругательства.

– Ты почему не позаботился о нашей гостье? – наезжаю на опешившего брата. – Она же заболеет! Ты посмотри! – Указываю на ледяные доспехи, в которые превратилась одежда подруги. – Дипломатический скандал захотел? – прищурившись, продолжаю я.

– Да Единая матерь с тобой, Мон. Я не злюсь. Сама ж виновата: полезла за конфетой в портальном потоке. А там же шевелиться нельзя! Вот я и выпала в сугроб прямо посреди ближайшего леса. Какой скандал?

– Который я закачу, если Росс не станет серьёзнее относиться к моим прик… просьбам, – быстро исправляюсь я под понимающую улыбку Игниса. – А если ты воспаление лёгких схлопочешь?

– Я её вылечу, – бурчит Росс и выглядит при этом как обиженный ребёнок. Почти двухметровый обиженный ребёнок. – Я ведь тоже с целительским даром.

– И сразу женишься, да? Холостой дракон приложил руки к невинной деве. Вот маменька твоя будет счастлива!

Вокруг затихают даже суетящиеся служки. Рина, до этого широко улыбающаяся, оперативно отбирает у Росса Флюмоса и делает шажок в сторону.

– Мо-о-он, ну не начинай, – закатывает глаза кузен. – Ну почему ты вечно всё накручиваешь?

– Приходится, братец. Ты же у нас вечно недокручиваешь. Как в тот раз, когда вы с Игнисом объявили себя великим грибниками, и мы потом вас три дня по лесам искали просто потому, что кто-то перепутал белянку с беленишкой! Напомнить, где мы вас нашли?

– Ну всё, всё. – Росс тут же краснеет и бросает незаметный взгляд на Рину, которая проявляет больше интереса к своему цветку, нежели к нашему разговору. – Куда мне вести Рину? Сама ж говоришь, ей переодеться надо.

– Да ей и горячую ванну надо принять, – вздыхаю я, с тоской глядя на подругу. – Идите в астрономическую башню. Там осталась единственная комната с ванной, а не душем.

Росс, не давая мне новых поводов для нравоучений, быстро подхватывает чемоданы Рины, хватает саму Рину за руку и тянет её за собой.

– Увидимся на ужине! – бросаю я вслед, хотя не уверена, что меня услышат.

Да и вряд ли Рина успеет привести в порядок. Достаю блокнот и записываю себе принести подруге еды. А то с неё станется – она забудет поесть, а потом будет посреди ночи шариться по академии и непременно найдёт приключения.

Ловлю на себе взгляд Игниса. Дракон смотрит на меня с нескрываемым ехидством.

– Что?

– Башня же не единственное место, где Рина могла бы принять ванну.

– И?

– Зачем так далеко подругу отослала? – Игнис поигрывает бровями, показывая, что его не обмануть. – Пытаешься защитить Рину от молодых горячих драконов?

– Скажем так. Это не Рину от драконов, а драконов от Рины надо спасать, – вздохнув, поясняю я. Краем глаза замечаю входящих в холл Лию и Элисон. Девочки явно пришли по мою душу, а потому сворачиваю разговор с Игнисом. – И, знаешь, кажется, у Рины уже появился свой дракон, который будет охранять принцессу в башне.

– И тебя это нисколько не беспокоит? – с удивлением интересуется Игнис.

– Будем решать проблемы по мере их поступления, – отмахиваюсь я и, глядя на хмурые лица подруг, добавляю: – И кажись, новая пачка этих самых проблем уже на пороге.