Текст книги "Когда звезды коснутся Земли"
![](/books_files/covers/thumbs_240/kogda-zvezdy-kosnutsya-zemli-224496.jpg)
Автор книги: Анастасия Ригерман
Жанр: Любовно-фантастические романы, Любовные романы
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 22 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Глава 3. Томас. Электронная пчела
– Перестань, Арчи! Еще полтора часа до будильника, – мужчина попытался увернуться, но эта мохнатая морда точно знала, как вытащить его из постели в редкий выходной день, и настойчиво продолжала облизывать длинным шершавым языком. – Угомонись, говорю. Ладно, ладно… Твоя взяла. Видишь? Уже встаю.
Томас наглядно продемонстрировал широко распахнутые глаза и откинутое в ноги одеяло. Только тогда недоверчивый пес отошел в сторону входной двери на свой законный коврик.
– Не собака, а нянька, ей-богу! Предупреждали ведь умные люди: «Томас, зачем вам в экополисе живой пес? Столько хлопот. За него же еще налоги платить! Сдайте в питомник и заведите электронного. Как раз вышла прекрасная серия домашних зайчиков, лучше настоящих!» – недовольный ранним подъемом мужчина тихо бубнил себе под нос, с удовольствием пародируя свою ассистентку Люси.
Но стоило из-за угла показаться любопытной морде Арчи, Томасу стало стыдно. Ведь это был не просто питомец, а самый настоящий верный друг, преданнее, чем любой известный ему человек. Вот породистый и благородный пес навострил уши, терпеливо выслушал всю эту чушь, что нес его хозяин, задержав на нем обиженный взгляд своих умных глаз. Конечно, он все понял.
– Мила, убери постель. Планировка номер один, – произнес мужчина, и из стены автоматически выросли две электронных руки робота-помощника, застилая белье. Идеально заправленная кровать спряталась в шкаф, стены передвинулись, в результате чего пространство небольшой квартиры трансформировалось под гостиную с рабочим кабинетом.
– И не смотри так. Никаких робозайчиков здесь не будет, – Томас присел на корточки, игриво потрепав пса за ушами. Зарылся пальцами в густую шерсть редкой нынче немецкой овчарки, пока Арчи, улучив момент, снова не принялся лизать своего хозяина. – Ты – мой лучший друг, и я никогда ни на кого тебя не променяю.
Сейчас такую собаку почти не встретишь. Вокруг все больше электронных питомцев, не требующих лишних хлопот. Да, его содержание на стопятидесятом уровне Ньюстоуна, включая кормление, уборщиков, обследования, прививки, обходилось в добрую часть заработка. И это при том, что пособие у Томаса с ученой степенью гораздо выше среднего. Но Томас всегда помнил, что Арчи – последний подарок Агаты, и он был единственным, что поддерживало его на плаву бесконечные три года одиночества.
Еще пять минут ушли на душ. Пес в ожидании хозяина начал поскуливать.
– Да иду я, иду, – торопился Томас, на ходу натягивая брюки и легкий джемпер. – Давай сюда свою морду, – одно нажатие на встроенный в холке датчик активировало магнитный ошейник, позволяющий контролировать действия собаки на расстоянии. – Рядом, – отдал он команду, прежде чем выйти за дверь.
Время прогулок и приема пищи – было самым любимым у Арчи. Стоило оказаться в общественном помещении, пес от предвкушения завилял хвостом, вдыхая и раскладывая по полочкам в своем удивительном носу тысячи прекрасных запахов огромного Ньюстоуна. Кажется, чтоб обойти его весь не хватит целой собачьей жизни. Но на многих уровнях родного экополиса Арчи уже успел побывать вместе с Томасом: в жилых районах и бесчисленных лабораториях с высокотехнологичным производством, и даже на крышах высоток, где раскинулись парки с озерами, засеянные поля, теплицы или животноводческие фермы.
Теперь пес абсолютно точно был уверен, что самые вкусные ароматы живут совсем рядом, в соседней квартире, вместе с забавными девчонками Энни и Френни. За спиной у взрослых те часто подкармливали его конфетами.
Арчи любил этот город почти также сильно, как и своего хозяина. Здесь он знал каждую поляну со свежей сочной травой, каждый куст, и каждое помеченное дерево, в тени которого так приятно валяться в солнечный денек. Правда, проклятые роботы-уборщики всюду ходили за ним следом и тут же стирали все метки каким-то вонючим раствором. Но Арчи не особо переживал по этому поводу, зная, что совсем скоро вернется и снова продолжит свое дело.
– Привет, док! За кого сегодня болеешь на мировом чемпионате? Ставки сделал?
«А вот и сосед, от которого всегда пахнет ароматной сдобой», – подметил радушный пес, приветливо завиляв хвостом.
«Опять эти бестолковые разговоры о дурацкой игре», – подумал Томас, натянув на лицо дежурную улыбку.
Подобных увлечений он никогда не разделял, всякий раз лишь удивляясь: неужели у этих людей нет забот поважнее? Но, когда живешь в обществе, о преимуществе существования в котором только и твердят на каждом шагу, невольно приходится подстраиваться под его запросы. Одиночке Томасу Донахью давалось это по-настоящему непросто и всякий раз, когда это самое общество подводило его к состоянию кипения, мужчина сбегал в свое тайное убежище – родительский домик в горах. Его еще много лет назад он оборудовал в лабораторию.
– Привет, Боб. Болею за Плута.
На самом деле ни за кого болеть он не собирался. Но метод проб и ошибок показал, что проще всего избежать этих бестолковых разговоров с вынужденными соседями, ответив именно то, что от тебя хотят услышать. Томас даже изучил список игроков, прошедших в финал, из них Плут приглянулся ему больше других.
– А я за Дейзера! – воодушевленно отозвался Боб, – что ж, посмотрим кто кого. А где встречаешь звездопад? Мы с семьей забронировали место на лужайке для пикника на сто семьдесят восьмом. Уж больно нравятся там моим девчонкам цветущие вишни. Хочешь с нами?
– Спасибо за предложение, но я подумываю уехать из города по работе.
В этот раз Тому хотелось не просто сбежать от людей. Хотя, он отчетливо мог себе представить, какой ужас будет твориться здесь вечером во время звездопада, когда тысячи счастливых горожан одновременно выйдут на улицы. А потом еще несколько недель на каждом углу станут обсуждать это событие и финал «Форсаж проджект», придумывая все новые и новые несуществующие подробности.
Томаса буквально лишили сна мощные повторяющиеся радиосигналы из глубин космоса, которые ему удалось обнаружить и записать на оборудовании отца в своем горном домике. Зафиксированные радиовсплески длились ничтожное количество времени и затем исчезали без следа ровно на месяц. Новое послание, которое пришло неделю назад, было уже шестым.
Перед мужчиной с собакой автоматически разъехались двери кафе, где он обычно завтракал. Бодрящий, наполняющий радостью аромат свежесваренного кофе окутал посетителей своим неповторимым теплом. Томас с упоением прикрыл глаза, представляя, как берет наполненную до краев обжигающе горячую чашку в ладони и подносит ее к губам. Но из мира приятных фантазий его вырвал голос одной навязчивой знакомой.
– О-о-о! Доктор Томас Донахью! Какая встреча в столь ранний час! Смотрю, тебе тоже не спится?
«Еще ее здесь не хватало», – с досадой подумал Том, обнаружив за любимым столиком Кристину – лучшую подругу своей сбежавшей невесты. – «И ведь не поленилась подняться на стопятидесятый уровень».
Правда, дружба у них была весьма странной. Ведь стоило Агате его покинуть, как Кристина сразу же стала делать все возможное и невозможное, чтобы занять вакантное место. Не в меру оптимистичная и упорная, или воистину тупоголовая, она и сейчас не оставляла надежды, сияя голодными глазами и слишком счастливой улыбкой.
«И почему рядом с ней не покидает ощущение, что ты кусок пирога, который хотят сожрать?» – всякий раз ловил себя на мысли Том, находясь поблизости с этой женщиной.
– Доброе утро, – как ни в чем не бывало ответил мужчина, присаживаясь на свое любимое место.
Пес положил мохнатую голову хозяину на колени и, будто сочувствуя, уткнулся мокрым носом в его ладонь. Другую руку Томас привычно поднес к интерактивной панели и та, считав биометрические характеристики и данные с чипа с рекомендованным питанием, приняла заказ.
«Время ожидания две минуты», – высветилось на поверхности стола, запуская обратный отсчет.
– Слышала, ты расшифровываешь какие-то необычные сигналы из космоса? – опустошив розоватое содержимое своего стакана, завела неторопливый разговор Кристи. При этом держалась она так, словно речь шла о каких-то обыденных вещах, вроде клонирования тигров, вымерших пятьдесят лет назад, а не о засекреченном проекте.
– С каких пор тебя стала интересовать работа моего департамента? – прищурился Томас, с надеждой вглядываясь в обратный отсчет на столе.
– Мне интересно все, что с тобой связано, Томми. Не надо делать вид, что ты этого не замечаешь.
Девушка улыбнулась и иронично закатила глаза, словно озвучила какую-то приятную добрую шутку. Ага, если бы.
– Еще как замечаю и временами очень раздражаюсь от подобной навязчивости, – не сдерживаясь в выражениях, отозвался мужчина, но Кристина лишь усмехнулась, словно слушала капризы ребенка, которые с его взрослением непременно пройдут.
– Милый Томми, – с придыханием пролепетала она, – ну нельзя же быть таким нетерпимым к людям. Неужели тебе не хочется обычного человеческого тепла?
Тепла ему хотелось и очень. Но эта женщина будет последней на планете, с кем он станет это обсуждать и тем более удовлетворять свои душевные и физиологические потребности. В этом доктор Томас Донахью даже не сомневался.
– Ваш заказ! – раздалось над ухом, и робот-официант плавным движением руки поставила перед Томасом стакан с зеленым содержимым, а на пол у стола наполненную миску для Арчи.
– О, овощной смузи! Да ты настоящее золото, Мегги, – нарочито вежливо отозвался Томас, принимаясь за завтрак.
– Я всего лишь выполняю свою работу, – засмущалась официантка, с любопытством наблюдая за Арчи.
Тот, не заморачиваясь на манерах, за несколько секунд с аппетитом проглотил содержимое миски и уже вылизывал ее края изнутри.
– Если хочешь, можешь его погладить, он не укусит, – с улыбкой предложил мужчина, заметив интерес девушки к псу, и та нерешительно потянула к нему руку.
Да, Томасу искренне нравились роботы последнего поколения, он и не скрывал этого. Самообучающаяся интеллектуальная система наделила этих существ детской доверчивостью, любознательностью и радушием – лучшими качествами, которые и у людей не часто встретишь. Предназначенные для работ в социальной сфере: нянечки, воспитатели, учителя, помощники по хозяйству, повара, официанты, сиделки, компаньоны… Внешне они настолько походили на своих создателей, что и отличить можно было с трудом.
Но еще больше Томасу нравилась реакция Кристины, наблюдающей за их милым непринужденным общением. То, как от прорывающегося гнева заострились черты красивого лица и как напряглись мышцы, будто одной своей улыбкой Мегги запустила двести двадцать вольт через ее позвоночник.
– Смузи как всегда прекрасен! – бессовестно врал мужчина, быстро сделав последний глоток пресной зеленой жижи из отмеренного двухнедельного курса по очищению организма.
Он искренне улыбнулся, осознавая, что уже завтра вместо этой дряни без зазрения совести сможет позволить себе чашку настоящего кофе.
– Всегда рада помочь, Томас, обращайся, – прозвучало звонкими колокольчиками в ответ, и Мегги удалилась.
– Нам с Арчи уже пора.
Решительно поднявшись из-за стола, Том бросил холодный взгляд на старую знакомую.
– Еще увидимся, – в свойственной ей насмешливой манере ответила женщина с задетым самолюбием.
Вот только сбежать из помещения общественного питания оказалось не так-то просто. Как раз в это время в кафе начали прибывать посетители, и каждый считал своим долгом в прекрасное солнечное утро накануне праздника поддержать одинокого соседа. Сначала, расспросив о ставках в предстоящей игре, а после непременно пригласить на совместный просмотр звездопада.
Только Томас порывался уйти, как заходили следующие, останавливая его за разговором. Последним был Дональд из пятьсот тридцатой, который снова сетовал на китайские запчасти. Мол, в очередной раз накрылся синтезатор запаха и на целый час встало производство искусственного мяса в четвертом секторе. И это была самая интересная новость из тех, что Томасу пришлось выслушать за утро.
«Жилые экосистемы: надежные и комфортные для всех! Чувство принадлежности к сообществу, доступ к общим объектам и услугам…» – оптимистично лилось с панели просторного прозрачного лифта, сопровождаясь картинками из жизни сотен счастливых людей.
Когда они с Агатой переехали на семейный стопятидесятый уровень, их радости тоже не было предела. Казалось, еще немного и уже их дети будут играть с соседскими малышами. А потом это предложение от правительства, о котором она так грезила и молчала до последнего дня.
С тех пор Томас разучился мечтать и сам с головой ушел в свои проекты. А лучше обычной работы была работа с двойной нагрузкой, когда под конец дня он отключался без сил, и ночами его не мучали сны о безоблачном прошлом и любимой девушке. Той, которая предпочла простому земному счастью успешную карьеру на далекой красной планете.
Приближаясь к седьмому уровню, где расположился департамент по разработкам особого назначения, возглавляемый Томасом, лифт замедлился. Арчи высунул язык и довольно завилял хвостом, рассматривая сквозь прозрачные панели проснувшиеся улицы и шныряющие туда-сюда по воздушным маршрутам такси-беспилотники.
На этаже даже в этот ранний час было оживленно, появление Томаса не осталось незамеченным. Не успел он выйти из лифта, как его едва не сбил с ног Маркус, рассекавший по коридорам на скайкроссах. Совсем молодой, но талантливый паренек с объемной кудрявой шевелюрой, по-другому никогда и не передвигался, чем выработал отменную реакцию у всех обитателей этого этажа.
– Доброе утро, док! Лечу за первой партией обновленных процессоров для наших крошек. Я уже в нетерпении! – на ходу поделился он радостной новостью, и эффектно скрылся за поворотом в белом развевающемся халате с эмблемой департамента в виде электронной пчелы.
Томас успел лишь улыбнуться ему вслед. Он и сам с энтузиазмом относился к своей работе, ценил бесценное время, но от летающих кроссовок отказался еще мальчишкой. Просто в один прекрасный момент осознал, что наигрался, и ничто ему не заменит ощущения твердой почвы под ногами. Что касалось сотрудников и их личных пристрастий, тут каждому свое. Лишь бы на головах не ходили, потому что именно эти светлые головы он ценил в них больше всего.
– Томас, как хорошо, что вы зашли! – выбежала навстречу из дверей испытательной лаборатории его взволнованная ассистентка и тут же остановилась, боязливо обходя стороной Арчи.
Пес, заметив ее настороженность, перестал накручивать круги хвостом и обиженно склонил голову. Почему эта странная женщина, которая все время пахнет какой-то вкусной едой, не хочет с ним дружить, Арчи не понимал.
– Привет, Люси! Вот, решил проведать наших пчелок перед отъездом.
– Это замечательно! Не хотелось беспокоить в выходные, но только что закончились испытания новых летательных аппаратов из разработанного вами материала, – возбужденно затараторила невысокая пышная брюнетка, хлопая из-под защитных очков голубыми глазищами. – Да, крылья вышли более износостойкими, и это несомненный плюс. Но на производстве что-то накосячили с параметрами, и зацепки не всегда попадают в крючки. В итоге, когда пчела в состоянии покоя, крылья не складываются вдоль спины, образуя единую пластину, – выдала девушка на одном дыхании.
– Я тебя прекрасно понял. А теперь, пожалуйста, дыши и не переживай так, сейчас во всем разберемся, – попытался успокоить ее мужчина, приглашая пройти в лабораторию, а не обсуждать дела посреди коридора, где то и дело кто-то проходил мимо, здороваясь и улыбаясь, едва завидев дорогое начальство.
На входе Томас облачился в спецодежду. Арчи без лишних напоминаний присел на коврике у дверей, зная, что дальше в это стерильно чистое помещение мохнатым проход запрещен. Впервые он попал сюда еще щенком. Тогда его глаза разбегались от обилия людей, предметов, запахов – столько интересного было вокруг! Но больше всего хотелось погонять тех самых полосатых насекомых, которые приходят в эту лабораторию целыми партиями на техосмотр и замену деталей, а потом так заманчиво летают и жужжат над каждым столом.
Однажды Арчи дорвался и проглотил такую пчелу, и она еще долго и неприятно вибрировала у него в животе. Теперь наученный опытом пес держался от них подальше. Другое дело бабочки и букашки, которых превеликое множество в лесу вокруг горного дома, где он так любит бывать со своим хозяином. Тех можно гонять с раскрытой пастью сколько влезет.
– И правда, не совпадают, – задумчиво заключил Томас, сразу же отправив отчет с видеозаписью эксперимента и своими пометками в производственный отдел. – Через полчаса у нас будут новые исправные летательные аппараты, где все непременно сложится. Разве стоило из-за этого так волноваться?
– Как у вас всегда все просто, – с придыханием пробормотала Люси, уставившись на разложенные перед ней образцы. – А у меня уже от этих пчел голова кругом! То крылья у них протрутся, то к пушистому брюшку какая-то дрянь налипнет, то дети к лапкам ленточки привяжут, а эти бедолаги так и мучаются, пока весь маршрут не облетят и не вернутся к нам на обслуживание. А сколько из них вообще не возвращается? До чего же было замечательно, когда пчелы были живыми, а не электронными, – взмолилась девушка, устало склонившись над столом и уже отчаянно шмыгая носом.
– Кто бы спорил, – уверенно согласился Том, и Люси с какой-то непонятной надеждой подняла на него свои покрасневшие глаза. – Только вымерли они еще в середине прошлого века, а благодаря нашим стараниям и таких, как мы, человечество все еще живо.
– Ха! Нашим стараниями. Да не смешите! – девушка приободрилась и иронично всплеснула руками. – Кто бы это заметил и сказал «спасибо»? Все вокруг считают, что мы тут занимаемся никому не нужными букашкиными делами, в то время, как кто-то другой бороздит просторы космоса и строит города на Марсе. И так от этого становится обидно! Вот на что мы тратим свои знания и жизни?
– Прекращай истерику, Люси! Никому не нужные дела не финансируют десятизначными суммами. Ты и сама прекрасно знаешь, что наши пчелы, которые опыляют семьдесят пять процентов культурных растений и девяносто четыре дикорастущих, держат на своих крыльях все хрупкое равновесие этого мира! Хоть на секунду представь, что будет, если мы остановимся? Исчезновение растений, вымирание животных, рост цен на продукты, голод, войны… Да даже проклятого кофе не станет! А лично я только ради этого готов работать, – на такой позитивной ноте Томас закончил свою воодушевляющую речь и только сейчас заметил, какая тишина повисла в шумной лаборатории и как вдохновленно двадцать сотрудников воззрились на своего идейного предводителя.
Люси залилась краской, осознав, что ее жалобы на несчастную участь выслушал весь коллектив, и удивительным образом собралась. Пару раз кашлянув и прочистив горло, девушка с прежним рвением вернулась к работе.
– А среди тех, которые обслуживают северо-восточный регион, стали появляться единичные особи с разноцветными усиками. Там, вроде, и не живет никто, но не сами же они разукрасились? Состав красителей легкий, на вес фактически не влияет. Будем стирать или оставить?
Томас взял в руки неподвижное электронное насекомое с пушистыми лапками и брюшком, которые так приятно щекотали ладони, и невольно улыбнулся. Действительно, усики были разноцветными, почти как сама радуга, и это было даже забавно.
– Оставляй, на функциональность не влияет. И, Люси, возьми пару выходных, проведи время с Фредом и детьми. Я очень ценю то, с какой самоотдачей ты здесь трудишься, но какие-то функции стоит распределять и на роботов-помощников, не обязательно все делать самой. А твоим детям нужна настоящая мама, никакие электронные няни ее не заменят.
Том абсолютно точно знал это по себе, мучительно пытаясь вспомнить лицо собственной матери, и тот день, когда он видел ее в последний раз.
Из лаборатории доктор Донахью прошел в свой небольшой кабинет. Арчи это место не очень нравилось: здесь не было ни летающих букашек, ни даже окон. Но его никто и не спрашивал, поэтому пес терпеливо проследовал к своему привычному месту и развалился, спрятав мокрый и любопытный нос под лапами.
Обычно, заходя сюда, Томас торопливо занимал кресло, выводил на интерактивную панель последние проекты, что-то моделировал, просчитывал, с кем-то связывался, делегировал работу, проверял отчеты. Сегодня он не дошел до стола, так и застыв у небольшого стеклянного стеллажа.
Все его полки были заставлены прозрачными коробочками, в которых на подставках в форме цветущего клевера сидели электронные пчелы разных годов выпуска. Каждая из них была достижением своего времени, сохранив человечеству привычную комфортную жизнь в гармонии с природой.
Рука неосознанно потянулась к той, что возглавляла весь этот калейдоскоп полосатых тружениц: «Би-2050». Неизменная черно-желтая окраска, топорный корпус из дешевого пластика с волокнистым напылением, примитивные крылья. Нелепый образец, изобретенный двадцатилетним юнцом, напоминал скорее аналог доисторического квадрокоптера, чем саму пчелу, но именно он дал человечеству надежду и реальный шанс на выживание.
Одни говорили, что это результат глобального потепления, другие корили излучение от вышек мобильной связи, третьи винили пестициды в полях и вредоносных клещей-паразитов. Кто из них был прав, так и не удалось узнать. Только по непонятным причинам пчелы стали покидать свои улья, безвозвратно исчезая в неизвестном направлении, а не найдя нового пристанища, массово погибали. Попытки клонировать новых ничем не увенчались, они улетали так же, как и предыдущие.
В детстве, усадив внуков на колени, дед часто рассказывал Эдди и Томасу, как человечеству хватило одного голодного года, чтобы пересмотреть приоритеты и «космические бюджеты» перераспределить на благо родной Земли. Введенная в массовое производство «Би-2050» за пару лет существенно поправила ситуацию, пока ее не сменила следующая модель, с усовершенствованным летательным аппаратом и более износостойкой батареей.
Мужчина покрутил в руке первую модель электронной пчелы и поставил на место. «Томас Донахью, две тысячи пятидесятый год», – гласила гравировка на прозрачной коробке.
– Спасибо, дед, за твою букашкину работу, – благодарно прошептал Том, случайно поймав свое отражение в стеклянной дверце закрытого стеллажа.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?