Читать книгу "Халифат 2. Возвращение"

– Если бы он хотел убить Аню, она бы здесь не сидела. Ешьте. Вам ещё понадобятся силы, – Фатима пригубила кофе.

Дверь внезапно открылась, на пороге появился чужой охранник.

– Госпожа Аня? – он беспардонно пробежался взглядом по нашим лицам, остановился на мне. – Тебя хочет видеть шейх Амир. Выходи.

Я обеспокоенно обернулась к Фатиме и та кивнула.

– Иди, не бойся. Он тебя не тронет. Хотел бы, уже навредил бы.

Я отодвинула свою тарелку, поднялась на ноги. Мужчина отошёл в сторону, выпуская меня наружу.

– Куда идти? – спросила я, а мужчина сделал мне знак рукой и пошёл первым.

Шейх Амир сидел в кабинете Асада. Я вспомнила, как мы с Асадом обнимались и целовались здесь, горло сжало тисками. Неужели этого больше не случится? Всё закончится вот так?

– Здравствуй, Аня, – обратился ко мне шейх Амир, кивнул на стул напротив. – Присядь. Поговорим.

Я опустилась на стул, придерживая уже заметный живот и Амир это увидел.

– О чём ты хочешь говорить со мной? – мой голос звучал ровно и спокойно, лишь мандраж в конечностях показывал насколько мне страшно. Зачем он меня позвал? Может нашёлся Асад? Или с ним что-то случилось…

По телу прошёл неприятный разряд.

– Я хотел поговорить о тебе. О том, что ждёт тебя в будущем. Тебе ещё интересно? – его голос тихий и бархатный, обезоруживает и меня начинает клонить в сон. Очень невовремя, но я ничего не могу с собой поделать.

– Я не очень хорошо себя чувствую. Говори, зачем позвал, – отвечаю ему, и шейх кивает.

– Я не заберу у тебя много времени. Просто хотел сделать тебе предложение. Деловое предложение.

– Что? Какое ещё предложение? – с одной стороны стало легче. Асада он не нашёл. Иначе не говорил бы со мной. Но в таком случае что ему нужно?

– Предложение выйти за меня замуж. Разумеется, уже после того, как найдут тело твоего нынешнего мужа Асада.

По моим венам заструилась горячая лава и я вскочила со стула.

– Он жив! Ясно тебе, шейх? Мой муж жив! И он вернётся за тем, что принадлежит ему. А принадлежит ему здесь всё и все.

Амир не шелохнулся. Лишь следил за моими передвижениями глазами.

– Сядь, Аня. Мы не договорили. Имей терпение и прояви ко мне уважение. Я ведь проявляю его к тебе.

Я опустилась обратно на стул, сильно прикусила щеку изнутри. Снова веду себя, как какая-то истеричка. Я должна быть сильной и непоколебимой, как бабушка Фатима. Она учила меня этому. Женщина должна быть мудрой.

– Хорошо, – я выдохнула, быстро вытерла так невовремя набежавшие слёзы. – Я слушаю тебя.

– Рано или поздно Асада найдут. Он не мог выжить раненный в пустыне, куда скрылся из моего лагеря. Он давно уже стал пищей для шакалов. Его тело могут и не найти, но мы подождём, как полагается. Потом я объявлю себя халифом и стану главой халифата. Я знаю, что ты носишь в себе наследника Асада. И я не могу позволить ему родиться. Если только ты не выйдешь за меня замуж. Тогда твой ребёнок станет моим наследником. Разумеется, если у меня будет мой родной сын, халифом станет он. Но твой по крайней мере останется живым.

– Зачем тебе это? – спросила я, еле держа спину, что так и норовила согнуться пополам. – Почему ты просто не убьёшь меня?

– Скажем так, я не мараю свои руки кровью ни в чём неповинных женщин.

– Это просто отговорка. Зачем я тебе да ещё и с чужим ребёнком?

– Ну что ж, раз ты такая догадливая… Когда-то халиф Асад отобрал у меня всё, что я имел. И тогда я поклялся, что заберу всё, что имеет он. Я придерживаюсь своего обещания. Убивать тебя я не собираюсь. Ты просто станешь одной из моих жен. Разумеется, если ты выберешь жизнь. Потому что угроза в виде наследника Асада мне не нужна.

– Ты говорил о предложении, – проглотила комок в горле, подняла на него взгляд. – Но это не предложение. Это ультиматум. Ты не оставляешь мне выбора.

– Разве Асад был другим? – шейх Амир усмехнулся. – Я ведь знаю, что ты попала к нему, как невольница. Он тебя заставил? Сломал? Или ты выбрала стать его женой?

Я проглотила свою длинную речь о том, что никогда не предам Асада, опустив глаза, вздохнула.

– Я могу подумать?

– Разумеется. У тебя есть время.

Я встала на негнущиеся ноги, поковыляла к двери, как побитая собака. Нет, я хуже собаки. Собаки не предают своих хозяев. А я… Я уже знала, что меня ждёт.

ГЛАВА 8

– О чём вы говорили? – спросила меня Фатима, когда я вошла в комнату и дверь за мной захлопнулась. В её взгляде я уловила волнение и даже страх.

– Он предложил мне стать его женой.

Фатима села на кровать, задумалась.

– Ну, конечно. Он жаждет опозорить моего внука даже после его гибели… Что может быть отвратительней?

– Я хочу, чтобы вы знали. Я против. Но он сказал, что у меня нет другого выхода. Мой малыш… Он для него серьёзная угроза.

– Так и есть, – кивнула Фатима, глядя на мой живот. – Аборт делать поздно, а убивать женщину с ребёнком под сердцем – недостойно мужчины. Даже такого подлого, как шейх Амир. Вот он и решил забрать тебя себе. Ох, только бы мой внук выжил и вернулся…

– Вы в это верите? – спросила я её, на что Фатима метнула в меня гневный взгляд.

– Разумеется я верю. И тебе не мешало бы. Или ты уже согласилась стать женой шейха Амира?

– Нет… Я не согласилась. Он дал мне время подумать.

– Время – это хорошо, – задумчиво протянула она.

Дверь неожиданно открылась, на пороге появилась та самая служанка. Она склонила голову перед Фатимой.

– Госпожа, я здесь, чтобы увести госпожу Аню в её комнату. Зулейха тоже может отправляться в свою комнату. Вам теперь можно выходить из своих комнат и передвигаться по территории резиденции. Так распорядился шейх Амир.

В комнате повисла тишина, и я взглянула на Фатиму. Как она скажет, так и будет. Но она не торопилась с решением.

– Госпожа? – Зулейха подошла к Фатиме. – Если ты не против, я бы осталась с тобой.

– В этом нет необходимости. Ты и Аня вернётесь в свои комнаты. Аня, ты займёшь апартаменты Асада. Разумеется, если их ещё не занял шейх Амир, – она взглянула на служанку и та замотала головой.

– Он спит в самой дальней комнате. А всё своё время проводит в кабинете халифа Асада.

– Вот и отлично. Аня, ты можешь идти. Не забудь поесть, чтобы не навредить нашему малышу.

– Хорошо, – я поднялась с кресла, пошла за служанкой. Оглянулась на Фатиму, та кивнула мне и улыбнулась.

– Всё будет хорошо, – заверила она меня, а я вот совсем не уверена, что всё так и будет… Но кто я такая, чтобы спорить с самой госпожой.

– Принеси мне поесть, – я обратилась к служанке и та, понятливо кивнув, скрылась за углом. Я зашла в комнату Асада и, закрыв глаза, вдохнула запах его спальни. Спальни, где он жил… Где мы ели и смеялись. Где не было опасности и страха. Сколько ласк он мне здесь подарил, сколько приятных моментов.

Сев на кровать, я поджала под себя ноги, погладила выпирающий живот.

– Всё будет хорошо, малыш. Мы с тобой будем счастливы. Обязательно. Кто бы нам не угрожал. Мы всех победим. Твой папа вернётся и свергнет всех врагов.

– Думаешь? – я вздрогнула, услышав за спиной голос шейха Амира. По телу пробежали неприятные импульсы.

Я опустила ноги на пол, поднялась с кровати и повернулась в нему лицом.

– Ты распустил нас по комнатам, чтобы врываться ко мне без стука? – я хотела выглядеть надменно, чтобы он даже не думал о никахе со мной. В моём сердце есть место только для одного мужчины, и это не шейх Амир.

– Госпожа в ярости? – хмыкнул он.

Я отвела свой взгляд, стараясь не рассматривать чужого мужчину. Но я не могла не заметить, что он высокий и приятной наружности. Всю картину портила трость. Он хромой. Что ж, видимо, есть за что.

– Госпожа не хочет оставаться с тобой в одной комнате. Я всё ещё жена халифа Асада. И останусь ею надолго.

– Так вот в чём дело. Ты верна своему мужу?

– Да. Верна.

– Я бы мог изменить это.

– Не думаю, что у тебя получится, – ответила резковато, оскорбившись его словами.

Он похромал ко мне, остановился в одном шаге и я, желая отстраниться, едва не упала назад. Он выбросил свою руку и схватил меня ею за предплечье, на котором теперь точно останется синяк. У меня слишком нежная кожа.

– Ты меня боишься или играешь со мной? – моё желание отшатнуться от него он воспринял по-своему.

– Играю? Как тебе это в голову пришло? А ещё говорят, что ты умный стратег, – я попыталась оскорбить его в ответ, но шейх лишь усмехнулся.

– Жаль. Я бы поиграл с тобой.

– А мой живот от другого мужчины тебя не смущает?

– Нет. Я долго жил в Европе. Я вполне современный человек.

– Здесь это не работает. Здесь иная жизнь и люди другие.

– Тебе, наверное, было трудно привыкнуть к этому миру? Он сломал тебя? Заставил?

– Это тебя не касается.

– Ошибаешься, Аня. Меня касается всё, что касается и тебя тоже. Привыкай к новому господину. И больше не смей мне хамить. Мне не хотелось бы тебя наказывать. Воевать с беременными женщинами – это не моё. Но если придётся… Я тебя сломаю по-настоящему. Так, что ты больше не поднимешь головы.

ГЛАВА 9

Фатиму я нашла в её саду. Она потягивала кофе из маленькой чашечки, задумчиво смотрела на цветы.

– Помнишь, как Асад воровал у меня розы для тебя?

– Помню, – невесело улыбнулась я и присела рядом.

– Почему ты в чёрном платье? Уже соблюдаешь траур?

– Нет. Просто не вижу смысла одевать яркую одежду. У меня нет повода для веселья.

Фатима посмотрела на меня своими уставшими глазами.

– Ты и без макияжа, – она так же грустно улыбнулась. – Боишься, что он обратит на тебя внимание?

– Боюсь, – призналась честно.

– Он уже обратил, Аня. Иначе тебя бы здесь не было. Ему осталось найти тело моего внука и… Всё.

С её длинных ресниц капнула слеза. Я сглотнула.

– Этого не случится. Асад жив. Я знаю это.

– Мне бы твою уверенность, – прошептала Фатима, а мне стало её жаль. У неё ничего и никого нет, кроме Асада. Как и у меня. Хотя нет. У меня есть сын. А она осталась совершенно одна. И никакие богатства и власть не залечат раны. Уверена, она всё бы отдала в обмен на жизнь Асада. Как и я.

– Я собираюсь бежать, – прошептала так тихо, чтобы услышала меня одна Фатима. Она дёрнулась, как от удара, уставилась на меня.

– Ты с ума сошла?

– Скорее всего, – согласилась я, оценив все возможные риски. – Я думала об этом всю ночь. Я могла бы попытаться найти Асада. Возможно ему нужна моя помощь.

– Твоя помощь – ему? Ты точно рехнулась. Сиди во дворце и даже думать не смей о побеге. Я не хочу, чтобы тебя убили.

– Но…

– Я ничего не хочу слышать. Ты останешься здесь. Здесь твой дом. О побеге даже думать тебе я запрещаю. Поняла меня?

Я упрямо молчала, смотрела на сломанный кем-то цветок. Его лепестки засохли, потерялся цвет. Всё, как и у меня без Асада.

– Аня? – мне в лицо заглянула Фатима. – Пообещай, что не станешь убегать.

– Вчера он вошёл в нашу с Асадом спальню, – произнесла я, а Фатима замолчала. – Он вошёл без стука, подобрался ко мне сзади. Хорошо, что я была одета.

– Зачем он приходил?

Я пожала плечами.

– Может, чтобы показать свою власть. А может просто испугать меня. У меня такое ощущение, что шейх Амир очень жестокий человек. Как Асад… И если он захочет, то легко превратит меня в свою рабыню. Именно поэтому я хочу бежать.

– Нет. Ты не будешь бежать. Ты останешься дома. А те кто убежал… Аллах их судья. Ты не станешь одной из крыс, бегущих с тонущего корабля. Слышишь меня? Даже если нас закуют в колодки и потащат на потеху через весь халифат. А теперь обещай мне. Клянись, что никуда не побежишь.

– Но тогда…

– Обещай, Аня!

– Хорошо. Я обещаю, что останусь здесь, – безжизненным голосом произнесла я. Фатима кивнула, выровнялась. Как она умудряется держать голову так высоко? Как выдерживает это всё?

Мне хотелось бы быть, как Фатима. Такой же сильной, со стальным стержнем. Но я не она… Мне никогда не стать железной леди.

Его мы увидели издалека. Он шёл к нам в белоснежном костюме, от белизны которого слезились глаза. Он прошёлся по дорожке, ведущей в беседку, осмотрелся вокруг. Похоже, шейх Амир в нашем саду впервые.

– Дамы, – он склонил голову перед Фатимой, мазнул заинтересованным взглядом по мне. Наглый и несоблюдающий правила и порядки своей страны. – Я хотел пригласить вас на обед со мной. Что скажете?

– Зачем нам это? – враждебно зыркнула на него Фатима.

– Лучше просто пригласить, чем заставить. Ведь так? – нахальный и беспардонный. – Мне не хотелось бы делать что-то против вашей воли. Пока я предлагаю вам дружбу, госпожа Фатима. Как предлагал её халифу Асаду в своё время. Он, кстати, отказался. И очень зря.

Фатима побледнела, но внешне осталась такой же спокойной. Я ей завидовала. Меня трясло, как в лихорадке.

– Хорошо. Мы придём на обед, – ответила ему Фатима, и шейх усмехнулся.

– Ну вот и отлично. Буду ждать. Особенно тебя, Аня.

Я шумно сглотнула и закашлялась. Фатима, казалось, ничего не слышала. Может, это у меня слуховые галлюцинации? Едва ли.

Глядя в спину уходящему шейху, я спросила Фатиму слышала ли она его слова.

– Слышала. Глаз на тебя положил. Проклятый вор.

На обед мы пошли. Я укуталась в хиджаб, так, чтобы видно было лишь одно лицо. Фатима же не придала этому значения. Её чёрные волосы были собраны в высокую причёску и никакого хиджаба. Я снова ей позавидовала.

Шейх смотрел на меня прямо, не отрывая глаз.

– Так значит, он развелся с Айше, чтобы ты стала его единственной женой? – спросил, глядя мне в лицо, которое тут же запылало.

– Айше сама виновата в том, что Асад с ней развёлся, – проговорила я и опустила голову. Смотреть на него я не могла. Как и чувствовать этот прожигающий насквозь взгляд шейха.

– Ты станешь моей первой женой. Но я не могу обещать, что единственной. Впрочем всё зависит от тебя самой. Ты ведь знаешь, как и чем удержать мужчину? Тебя этому уже научили, я уверен.

Лицо горело от его слов, но я продолжала бездумно пялиться себе в тарелку. О еде речи не шло вовсе.

– Зачем она тебе? Разве мало юных красавиц, мечтающих стать женой шейха Амира? – заговорила с ним Фатима и я, благодарно на неё посмотрев, выдохнула.

– Когда-то я поклялся, что заберу у халифа Асада всё, что он имеет. А я привык сдерживать своё слово.

– А если я не захочу стать твоей женой? Ты меня убьёшь? – набравшись смелости, спросила его я.

– Не думаю, что стал бы тебя убивать. Я просто заберу у тебя ребёнка и больше ты его не увидишь.

Я вскочила, перевернув свой бокал с водой, и он разбился. Я же бросилась прочь, набегу вытирая слёзы.

ГЛАВА 10

В жарких песках пустыни…

– Из-за жары твои раны заживают не так быстро, как нам хотелось бы. Ты всё ещё слаб и не сможешь стоять на ногах. Я бы на твоём месте не торопилась бы.

– Ты не на моём месте, Бушра. Просто поставь меня на ноги. Ты можешь это, я знаю.

Женщина посмотрела на него ничего не выражающим взглядом.

– Я делаю всё, что могу.

– Ты делаешь недостаточно!

– А ты отказываешься взять мою дочь в жёны.

– Так вот в чём дело? Хочешь, чтобы слово дал?

– Ты уже его дал в бреду, но потом отказался. Так халиф не должен поступать.

– Ты сама сказала, что я был в бреду. У меня уже есть жена и её мне достаточно. Свои деньги ты получишь. Сможешь устроить жизнь своей дочери.

Бушра вздохнула и принялась толочь в ступке какие-то травы.

– Я обещала, что вылечу тебя. Раз Бушра пообещала, значит, сдержит своё слово.

– Сделай что-нибудь с этими ранами. Я не могу даже сидеть, – прохрипел, откашливаясь со стоном боли.

– Не торопись, халиф. Я всё сделаю. Наберись терпения.

Женщина отставила ступку, прошлась по шатру, в который с интересом заглянула Валия.

– Мама, ты звала меня?

Бушра шагнула к ней, вытолкала девчонку из шатра и нахмурила чёрные брови.

– Что это ты тут ходишь среди белого дня? Я сказала ночью прийти, а не сейчас. Не хватало ещё, чтобы слухи пошли. У нас там не пастух лежит!

– Я просто хотела помочь тебе, – Валия опустила глаза в пол, устыдившись.

– Знаю я, как ты помочь хотела! Ладно, не реви! Придёшь, как стемнеет. А сейчас отправляйся в город за травами, заодно послушай, что там говорят. И будь осторожна.

Валия кивнула, быстро шмыгнула за шатёр. Бушра с ухмылкой посмотрела той вслед.

– Ничего, доченька. Мама Бушра всё устроит.

Из шатра послышался стон, Бушра шагнула обратно.

– Кто там? – он смог приподняться на локтях, лицо халифа перекосило от боли.

– Это моя дочь. Я за травами её отправила. В песках они не растут. Заодно узнает, как там в твоём дворце дела. Может и нет уже твоей жены, – сказав это, Бушра уставилась на него своими чёрными глазами. Халиф скрипнул зубами.

– Следи за своим языком. Моя жена жива. Я это знаю.

– Прости меня, халиф за такие слова, но откуда ты знаешь, что её ещё не убили? Шейх Амир славится не добрыми делами.

– В таком случае я убью мятежника своими руками. Он это знает. И не посмеет тронуть мою семью. Я чувствую, они живы, – лишившись последних сил, халиф упал на постель.

Бушра снова взялась за мази.

– Время перевязать твои раны.

Халиф кивнул, по вискам его заструился пот. Бушра впервые видела такого раненного, а в песках ей довелось видеть много. Обычно с такими ранениями не живут больше суток. А халиф медленно, но уверенно идёт на поправку. Словно кто-то его держит…

Его крики заглушила подушка, в которую он вцепился зубами. Тяжкие стоны говорили о том, как ему, должно быть, больно. Бушра усмехнулась. Совсем скоро они с дочерью будут жить в богатом доме, а не в шатре. Будут есть дорогие блюда и сидеть на мягких подушках. Что ещё там делают богатые люди?

Валия вернулась в лагерь, когда уже стемнело. Ворвалась в шатёр, но, увидев спящего халифа, захлопнула рот и поманила мать на улицу.

– Ну что там? Что говорят?

– Говорят, что шейх Амир взял всех в заложники и затаился во дворце, как змей. А халифа все ищут! Говорят, что он погиб, а его тело шейх Амир выбросил псам на растерзание! – горячо шептала Валия матери на ухо.

Бушра отстранилась.

– Это хорошо… значит в песках его искать не станут. У нас есть время поставить его на ноги, а тебе забеременеть. Ты травы принесла?

– Да. Вот, – девушка вытащила мешочек, передала его Бушре.

– Хорошо. Это очень хорошо… Пошли к костру, нужно заварить тебе чай из этой травы.

Валия внимательно наблюдала за уверенными движениями матери. А та, что-то шепча себе под нос, заварила чай и подала его дочери.

– Выпей. Пей, пока горячий.

Валия поморщилась от резкого запаха, но сделала глоток. Она на всё пойдёт, лишь быть с халифом. А раз мать пообещала, значит, так оно и будет. Валия станет женой халифа Асада и будет самой счастливой женщиной на свете. Она это знала, потому что уже побывала в его сильных объятиях.

Допив чай, Валия отдала Бушре посуду и улыбнулась.

– Ну что, уже пора?

– Подожди. Сейчас я заварю чай и для него. Сначала напоишь его, а потом уже ложись рядом. И хорошо постарайся, Валия. Иди и утешь его. Чтобы не думал о той Ане, которую зовёт по ночам. Чтобы о тебе думал. Ну или хотя бы понеси от него. Халиф не бросит брюхатую.

ГЛАВА 11

– Что ты здесь делаешь? – я запахнула получше халат, поправила тюрбан на голове. Шейх Амир сидел за столом в моей комнате, курил тонкую сигарету, а пепел сбивал в мою чашку с кофе, которую, должно быть, принесла Зулейха. Остальным слугам я запретила заходить ко мне.

Запах табачного дыма тут же забился в ноздри и я поморщилась. Я не привыкла к табачному дыму. Асад любит курить кальян.

– Пришёл навестить свою прекрасную пленницу, – он мягко улыбнулся, но взгляд остался холодным и таким… Страшным. Как у змеи.

– Ты не можешь так запросто врываться в мою комнату. Это против правил халифата, халифом которого ты стремишься стать. Я чужая жена, а значит, табу для тебя! – я говорила по-русски и он меня понимал. Улыбка его не исчезла, только взгляд стал прохладнее.

– Я могу делать, что угодно. Кто мне запретит, мм? Кто запретит мне смотреть на тебя, женщина? Ты всего лишь женщина. Не более.

Я громко сглотнула отступилась, признавая своё поражение. За меня, и правда, некому заступиться. Ну, кроме госпожи Фатимы. Но она сейчас такая же пленница, как и я.

– Ты не посмеешь тронуть меня, – голос предательски дрогнул, но я расправила плечи, посмотрела прямо в змеиные глаза. – Я чужая женщина. Не твоя. И твоей добровольно никогда не стану. Шейх Амир любит брать силой беременных женщин?

Его улыбка стала хищной, издевательской.

– Мне не придётся этого делать. Однажды ты придёшь ко мне сама.

– Этого не будет.

– Посмотрим, – он бросил в чашечку с кофе свой окурок, а я поморщилась, представив вкус сигареты. – Я пришёл сказать тебе, что тело твоего Асада нашли. Я бы показал его тебе, но там почти не на что смотреть. Его обглодали шакалы, остались лишь кости и кожа на лице. Халиф Асад сейчас не в лучшем состоянии. Я бы сказал – хуже просто некуда. Я принёс это известие тебе первой. Не вели меня казнить, – он поднялся во весь свой рост. Приблизился ко мне и взял за подбородок. – Асада больше нет. Завтра я объявлю себя новым халифом. А сегодня ты можешь попрощаться с возлюбленным мужем. Сейчас пойду, поделюсь этой замечательной новостью с прислугой. Так она быстрее разлетится.

Он говорил что-то ещё, но я не слушала. Лишь шарахнулась от него назад, чтобы не смел трогать меня своими ледяными руками. Или это мне холодно?

Как? Как я не почувствовала? Как я могла не знать, что его больше нет?

Нет. Он жив. Мой Асад не мог погибнуть вот так. Он умный и сильный. Он настоящий правитель. Не какой-то там шейх. Он халиф!

– Он жив! – произнесла громко я, а шейх Амир остановился у двери.

– Тебе нужны доказательства?

– Да. Мне нужны доказательства.

Хромой шейх медленно развернулся ко мне.

– Что ж. Предлагаю тебе одеться и самой посмотреть на его останки. Видит Аллах, я этого не хотел. Но раз ты настаиваешь…

На опознание пришла и Фатима. Она была непривычно бледной и держалась за руку Зулейхи. За ними подошла и вся прислуга. Никто не верил. Все хотели сами увидеть.

– Покажите! – выкрикнул шейх своим людям, и те тяжело подняли крышку ящика.

Фатима охнула и, кажется, лишилась чувств, а я закричала, закрывая лицо ладонями. То, что лежало там… это не мог быть мой муж. Кто угодно, только не Асад. Ужасающее зрелище, изуродованное хищниками и стихией – следы того, что осталось от человека…

Я перевела затуманенный слезами взгляд на шейха Амира.

– Я тебе не верю. Это не он!

– Уберите и возвращайтесь к своим делам! – громко велел он, пока прислуга пыталась привести в чувство Фатиму.

Сейчас, как никогда, стало ясно, кто остался на нашей стороне, а кто предал Асада. Большинство слуг просто расходились, понуро глядя в пол. Они увидели доказательство гибели и смирились.

Я невидящим взглядом смотрела на Фатиму, и по моим щекам непрерывно текли слёзы. Когда её наконец привели в чувство, тот взгляд, которым она на меня посмотрела, полный боли и осознания утраты, заставил меня зарыдать в голос.

В жарких песках пустыни

Валия открыла глаза и довольно потянулась. Халиф всё еще был погружен в глубокий сон. После маминого травяного чая он спал беспробудно.

Девушка коснулась губами его щеки, а затем поднялась, чтобы привести себя в порядок. В теле ощущалась приятная истома, напоминающая о недавней близости. Валия на мгновение зажмурилась, представляя себя матерью его ребенка, но мечты прервал резкий рывок, кто-то больно потянул её за ухо.

Мать. Бушра не раз воспитывала дочь силой, так что для Валии это не стало неожиданностью.

– Больно, мама!

– Что ты здесь делаешь в такой час?! Живо одевайся и уходи, пока лишние глаза не увидели!

Валия поспешно закончила с одеждой и тяжело вздохнула.

– Ну когда уже, мама? Я так хочу во дворец… Говорят, там всё из чистого золота.

– Ишь ты! Размечталась! – громко хохотнула Бушра. – Золотые палаты ей подавай! Иди коз доить, мечтательница!

Валия поникла, перестав улыбаться.

– Ну-ну, – Бушра сжалилась и покровительственно похлопала дочь по щеке. – Не реви. Всё у тебя будет, если продолжишь быть послушной. А сейчас убирайся, тебе здесь не место. Приходи вечером, когда лагерь затихнет.

ГЛАВА 12

Я сидела в своей комнате несколько суток. Я не выходила и потеряла счёт времени. Всё вокруг застыло, притихло. Зулейха, которая приносила мне еду, рассказала, что шейх Амир провозгласил себя новым халифом. Многие с ним были не согласны и не приняли его, как нового халифа. Амира это злило и он велел своим людям и предателям выискивать недовольных и казнить их.

Столько жестокости… Откуда? Почему?

Я молчала. Не было желания говорить. Даже Зулейха не смогла вытянуть из меня хотя бы слово. Я лишилась сил и дара речи. Желания есть и пить…

– Ты должна поесть, – вечером примерно пятого дня меня навестила Фатима. Она была во всём чёрном. Как и я. Казалось, гордая госпожа Фатима лишилась своей силы и постарела на несколько лет.

Я вздохнула, взяла в руки ложку, но прикоснуться к еде так и не смогла. Ложка выпала из руки, а я заплакала.

– Не могу я есть… Не заставляйте.

Фатима вздохнула, обняла меня. Крепко стиснула.

– Ты должна. Ради него. Ради его сына. Ради своего будущего, – отстранилась, посмотрела мне в глаза. – Ради нашей мести…

Она отпустила меня, а я застыла взглядом на её лице.

– Мести?

– Да. Мести. Разумеется, если ты захочешь.

– Я хочу! – бросила уверенно. – Что я должна делать?

– Для начала поесть. Иначе всё остальное не будет иметь никакого значения. Ты должна поддерживать в себе жизнь. Ты должна родить здорового малыша. И только потом отомстить подонку, убившему Асада.

Меня будто под дых ударили.

– Ты в это веришь, госпожа? – мой голос дрогнул.

– А ты нет?

– Я ничего не чувствую… Ни боли утраты, ни желания оплакать его… Ничего. Словно он жив.

– Он жив. Для нас он будет жить всегда, – начала Фатима, поглаживая моё плечо.

– Нет. Не так. Я чувствую, что он жив. Его не убили и то тело, которое нам показали – не его. Да, его похоронили со всеми почестями, как халифа. Но я не чувствую, что его больше нет.

Фатима склонила голову, будто её стержень не сломали, но согнули.

– Хорошо, что ты в это веришь. Наверное, это правильно. А я вот не уверена в своих ощущениях. И единственное, о чём я думаю – это месть.

Я молча взяла ложку, зачерпнула супа и отправила его в рот. Вкуса почти не чувствовала, лишь горечь непролитых слёз.

– Молодец, – похвалила меня Фатима, мягко улыбнулась. – Тебе идёт беременность. Асаду бы понравилось…

Она резко встала, чтобы я не заметила её слёз, зашагала к двери. Там остановилась на несколько секунд, не поворачиваясь ко мне.

– Я рада, что ты веришь в него, – и покинула мою комнату, закрыв за собой дверь.

Нас больше не запирали и не лишали возможности передвигаться по территории резиденции. А моё желание сбежать, когда даже у Фатимы не осталось сил бороться, стало нестерпимым.

В тот же день пришёл и он.

Хромой Амир – так я называла его про себя. Для меня он не шейх и точно не халиф. Самозванец и подонок.

Он, как обычно, не постучал в дверь, вошёл тихо, как крадущийся хищник. У меня по коже побежали мурашки и я нырнула под одеяло, натянув его до самых ушей.

– Моя госпожа, – он криво усмехнулся, зашагал с тростью ко мне. – Не хотел тебя пугать.

«Так уйди!» – хотелось мне закричать, но я сдержалась.

– Как твои дела, Аня? Всё ещё страдаешь?

Я не ответила, лишь опустила взгляд на его больную ногу.

– Что, хочешь спросить откуда у меня это? Это сделал когда-то Асад. Да, тот самый Асад, по которому ты льёшь слёзы. Он убил мою семью и чуть не убил и меня. Но я, как видишь, здесь. В его дворце. С его женщиной, которую я сделаю своей, – ещё одна гадкая ухмылка, и я готова заорать от ярости. Мой Асад не мог убить его семью. Просто потому, что он не такой. В нём нет столько жестокости.

– Так и будешь молчать? Не скажешь мне ни слова? И ничего не спросишь?

Я отвернулась к приоткрытому окну, вдохнула как можно больше кислорода.

– Ты мне не веришь, – заключил он и прошёлся ко мне. Встал у окна, прижавшись спиной к стене. – Хорошо, что мне плевать. Я всегда мечтал о немой жене, – послышался смешок, но я не подняла на него взгляд. – Я пришёл сказать тебе, что как только закончится твой траур, ты выйдешь замуж за меня. Мне нужна семья и ты ею станешь.

Я с трудом сохранила невозмутимый вид. Тихо выдохнула, так же тихо схватила воздух приоткрытым ртом.

ГЛАВА 13

– Я не выйду за него замуж! Ни за что!

– Тогда он тебе навредит. Тебе и ребёнку Асада. В этом человеке не осталось ничего человеческого. Лишь внешность. И то испорченная хромотой. Он жесток и беспринципен.

– И что вы предлагаете? Выйти за него замуж? Серьёзно? – я схватилась за горло, потому что мне стало трудно дышать.

– Только так мы сможем остаться во дворце и отомстить. Придёт время и ты сможешь отомстить за свою семью.

– Но… Как же верность? Я не предательница. Я не хочу становиться женой другого. Я жена Асада. И только его. Все эти люди, смирившиеся с новым халифом – предатели. Я не одна из них.

– Тебя никто не заставляет любить его, как любила Асада, – Фатима с прямой спиной стояла у входа в беседку, осматривалась вокруг. Только здесь мы могли спокойно поговорить, не опасаясь быть услышанными.

– Я не любила. Я до сих пор люблю. И я верю в то, что однажды он вернётся.

Фатима грустно улыбнулась, сжала тонкие, длинные пальцы в кулаки.

– Ты ещё так молода, Аня… У тебя всё ещё впереди. Но Асад… Не возлагай пустых надежд на его возвращение. Амир не оставил бы его живым.

– А я буду верить. И если понадобится, сбегу. Но за Амира я замуж не пойду. Ни за что.

Фатима невесело хмыкнула.

– В тебе ещё говорит максимализм. Ты ещё не сломлена…

– А ты, госпожа? Ты сломлена? Поэтому советуешь мне стать женой Амира?

Фатима резко развернулась ко мне, зашелестела одежда.

– Я лишь помогаю тебе найти свой путь. Не моё желание выдать тебя за Амира. Это он так пожелал. И он не отступится.

– Вот поэтому я и хочу сбежать. Чтобы не стать его насильно. А ты должна мне помочь.

– И как же я это сделаю? – Фатима изогнула чёрную бровь.

– Я не знаю как. Но мы должны избежать этого брака.

– Ты меня не слышишь, Аня. Никто не даст тебе сбежать! Никто тебя не отпустит! Он уже принял решение. И нам придётся смириться, чтобы набраться сил перед боем.

Я отвела взгляд в сторону. Мне ли говорить ей, как мне страшно. Если я приму неверное решение, то могу лишиться головы и своего ребёнка. И прежде всего доверия Асада. Потому что, когда он вернётся, а он вернётся, предателей он не простит. Я знаю Асада. Он собственник. Он меня не пощадит даже ради ребёнка. Я отправлюсь в изгнание вслед за Айше.

– А если я не хочу мстить? – спросила малодушно и спрятала свой взгляд за ресницами, уставившись на собственные колени.

– Тогда прими новые порядки и живи себе спокойно, – голос Фатимы стал холоднее айсберга. – Если ты не хочешь отомстить за Асада, то и говорить не о чем. Выйдешь замуж за Амира, станешь женой нового халифа. И будешь улыбаться в камеры, играя в счастье. Ты хорошо подумай, чего именно ты желаешь. И тогда решение придёт само собой, – Фатима развернулась и зашагала прочь, а я осталась сидеть в беседке с чашкой чая в руке.