Читать книгу "Жестокий 3. Искупление"

На мужчину сбоку больше не смотрю. Всячески отвлекаюсь на Машкины рассказы о том, как она обустраивает свой новый дом. Она же, пользуясь временной капитуляцией, успевает вытащить из меня обещание как-нибудь приехать, погостить. И я соглашаюсь, особо не раздумывая, потому что все мои мысли, несмотря на яростное отрицание, занимает тот, что сидит за соседним столом и допивает уже третью по счёту чашку кофе.

А когда он поднимается, громко царапая стулом пол, вздрагиваю. Вздрагиваю ещё раз, когда перед нашими лицами ложатся две чёрно-белые бумажки. Что-то вроде пригласительных. И охранник, положивший их на наш стол, склоняется к обалдевшей Машке.

– Мистер Диас желает видеть вас и вашу подругу на открытии «Диас-Плаза» в четверг. Позвоните по этому номеру, за вами пришлют машину, – на одном из пригласительных от руки написан номер. Почерк дерзкий такой, уверенный. Нет никаких сомнений, принадлежит он тому самому хозяину жизни.

– Аааэээ… – пока Машка пытается хоть что-то выдать, охранник исчезает, а я поворачиваюсь назад и никого не обнаруживаю. Пусто. Будто и не было тут целой толпы во главе с широкоплечим, хромым красавцем. И лишь пустая чашка из-под кофе на столе говорит об обратном.

ГЛАВА 5

– Маш, это плохая идея, – поджимаю губы, глядя на себя в зеркало, пока сестра поправляет на мне платье.

– Да, согласна. Ты очень худая. Платье на тебе висит. Не пробовала питаться нормально? Как ты вообще Даньку кормишь?

– Да я не об этом. Я о ситуации в целом.

– В смысле? – хмурится Машка, отступая на шаг.

– В том самом. Ну что я там делать буду? В этой плазе. Мне заняться больше нечем, кроме как туда переться.

– Да что ты? И чем же ты будешь заниматься, занятая ты наша? Сидеть и покрываться плесенью в четырёх стенах? Нет уж. Со мной пойдёшь. И я ничего больше не хочу слышать. Никаких отговорок. – вытянула вперёд ладонь, заметив, что я открыла рот, чтобы возразить. – Прекращай страдать по прошлому, Злат. Живи сегодняшним днём. Ты посмотри, у тебя же всё есть. У тебя сынишка здоровый родился, у тебя квартира и деньги, на тебя мужчины обращают внимание. Живи да радуйся! Ну не веришь ты мужикам, не вступай в серьёзные отношения, делов-то. Но о себе не забывай! Ты же красивая, молодая, ну чего тебе не хватает? Иди, развлекись!

– Деньги не мои, а твои. Так что…

– Это все твои аргументы? – коварно усмехается сестра, понимая, что победила.

– Ладно, я пойду. Но это платье не надену. Я в нём выгляжу, как оголодавшая лошадь.

Машка хохочет и вываливает из сумки целый ворох других платьев. Ну кто меня за язык тащил?

– Капец, – вздыхаю, представляя, сколько всего теперь нужно перемерить.

– А то! – задирает подбородок Машка. – Всё для тебя, сестрица. Давай-ка принарядим тебя, пусть у этого хромого мачо челюсть отвалится.

– В смысле? – теперь уже хмурюсь я.

– В коромысле, – тут же чеканит Машка. – Пригласительные не для меня были. А для тебя, – схватив первое попавшееся платье, швыряет мне в лицо. Я не успеваю его перехватить, и тряпка шлёпается на пол. – Да, реакция нулевая, – продолжает потешаться сестра, а я грозно складываю руки на груди, выражая тем самым яростный протест.

– А с чего это ты взяла, что для меня? По-моему, охранник к тебе подошёл.

– Какая разница, к кому подошёл охранник, если наш хромой мачо в белоснежном костюмчике пялился исключительно на тебя. Ты не заметила?

Я этот взгляд чувствую уже довольно давно. Но то всё было предчувствием, каким-то шестым чувством. А вот его взгляд в кофейне я ощутила… Как ощутила бы пламя на своей коже, если бы меня бросили в костёр.

– Я на него не смотрела, – вот тут я честна, как никогда. Я боялась даже голову повернуть в его сторону. Этот мужик меня до паники довёл. То ли габариты у него соответствующие, то ли аура эта жуткая… То ли моя паранойя подняла голову. Любит она проснуться в самый неподходящий момент.

– Очень зря не смотрела, Злат. Там такой экземплярчик… Знаешь, такой смог бы тебя защитить.

– От кого?

– От тебя самой, от страхов твоих. За таким, как за каменной стеной, – последнюю фразу она произнесла со вздохом и лёгкой грустью.

– А у тебя с Имраном так было?

Она отвела взгляд в сторону, тяжело сглотнула.

– Да. Он меня любил. Очень долго. Заботился, защищал. Это он не позволил мне тогда погибнуть. Он буквально заставил меня жить, – у Маши задрожали руки, и она принялась лихорадочно перекладывать одежду с места на место.

– А ты? Ты его любила? – спросила я и тут же пожалела. Если она скажет «да», я окончательно потеряю почву под ногами. Как тогда оправдать то, что я сделала в той спальне?

– Нет. Не любила. Когда мы познакомились, я пахала на двух работах, чтобы хоть что-то заработать. Днём официанткой, ночью уборщицей в том же кафе. Было невыносимо... А потом появился он. Богатый, уверенный в себе, сын влиятельного отца. Характер, правда, тяжелый, но после неадекватных посетителей в кафе мне это не казалось проблемой, – она невесело усмехнулась. – И я подумала: почему нет? Я смогла бы вытащить тебя, дать тебе будущее. И сама зажила бы по-человечески. В общем, я выбрала достаток и безопасность.

– Ясно, – выдохнула я. – Ну и хорошо, что чувств не было. Сейчас не так больно. Давай следующее платье, это тоже не подходит.

Я протянула руку, но сестра как-то странно посмотрела на меня и бессильно присела на кровать.

– Вообще-то я любила, – улыбнулась она, и в этой улыбке было столько боли. – Булата я любила, Злат.

– Что?! – я едва не рухнула, ноги вмиг стали ватными. Я тоже осела на кровать, не сводя с сестры ошарашенного взгляда.

– Да, было дело. Мы с ним познакомились, когда я уже с Имраном была… Он жениться на мне собирался. А ты его знала. Это не тот человек, которого можно просто оставить. Он бы от меня живого места не оставил. Да и Булат… Мне казалось, он слишком ветреный. Не тот, ради кого стоило бы всё бросать. Но чувства не спрашивают, понимаешь? – она прижала ладонь к груди. – Я сама виновата отчасти, что он так слетел с катушек. Видела же, что нравлюсь ему. То флиртовала, то смеялась над ним. Вот и досмеялась.

– Чушь! – выпалила я. – Вы были молодыми. И если девчонке флиртовать можно, то мужчине нельзя причинять ей боль только потому, что она не ответила взаимностью. Он поступил подло, и не смей его оправдывать!

Я вскочила, отшвырнув от себя вещи. Сын в кроватке тихонько пискнул и снова уснул, а мы обе замолчали. Маша заговорила первой спустя долгих десять минут.

– Я не оправдываю. Я его все эти годы ненавидела. Желала ему самого худшего. Но сейчас… всё как-то отлегло. Отболело. Устала я от мести. И что она мне дала? Я тебя чуть не потеряла. Единственного родного человека. Всё, что случилось с нами – это моя вина, Злат. Не спорь. Я знаю, и ты знаешь. Булат знает, и Имран… знал. Этот груз всегда будет на моей совести.

Я рывком прижала сестру к себе, крепко обняв её за шею.

– Достала ты со своим чувством вины. Пойду я на эту твою выставку, пойду!

И мы обе расплакались, как дуры, чтобы потом целый час замазывать следы вокруг глаз и качать проснувшегося от нашего шума Даньку.

ГЛАВА 6

– Это твой водитель? – хмурюсь, когда выходим на улицу. Похоже, чёрная, с блестящими, глянцевыми боками машина ожидает нас. Судя по тому, как выходит нас встречать мужчина в костюме. Открывает заднюю дверь, приглашая внутрь.

– Мисс Джонсон, прошу, – улыбается, похоже, Машке, но та растерянно поворачивается ко мне.

– Это не мой водитель. Может, за тобой? Ну, этот твой юрист?

– Нет, – качаю головой. – Исключено.

– О, простите, я не представился, – извиняется с прелюбодейской ухмылочкой мужчина. – Меня зовут Джей, я ваш водитель и должен отвезти вас в «Диас-Плаза».

– Ааа, – тянет растерянно Машка.

– Что за фигня? – ещё больше суровею я. – Откуда он знает мой адрес? Ты сказала?

– Ты что? – Машка ко мне поворачивается, и я вижу по её глазам, что не врёт. Да и зачем ей это? Она уважает мои уединение и безопасность, и никогда на них не посягает. А уж сообщать о моём месте жительства какому-то левому мужику и вовсе не станет. – Нет, конечно. Я думала, мы на такси поедем. Вон оно стоит, – кивает на жёлтую машину, припаркованную чуть поодаль.

– Меня отправил за вами мистер Диас, – поясняет водитель, заметив наше замешательство. – Прошу, присаживайтесь.

– Ну, раз мистер Диас, – вздыхает Машка, я вижу, что и ей эта ситуация не нравится. – А вообще странно как-то. Откуда мистеру Диасу известно, где живёт моя се…

– Мэриэн! – одёргиваю сестру, чтобы та не наболтала лишнего. И она тут же прикрывает рот.

Водитель на её вопрос не даёт ответа. Продолжает так же улыбаться и держать дверь. Что ж, придётся всё-таки встретиться с этим Диасом. И узнать, кто он такой и что ему от нас нужно. Неспроста он появился.

– Ну чего ты вертишься? Нормально всё будет, не бойся, – одёргивает меня Машка, пока я ёрзаю на заднем сидении, словно села на ежа. – На, вот. Читай, – протягивает мне свой мобильный со статьёй из интернета. В самом верху я вижу фотографию того самого Диаса. Да, это действительно он.

Отец из бывших американских конгрессменов, мать – креолка, о которой известно на самом деле очень мало. Сам Диас разведён, детей не имеет. Но имеет большое влияние в Америке и Канаде. Крупный бизнесмен, меценат и так далее по порядку. Что ж, это объясняет, откуда у него мой адрес. Для таких людей нет ничего невозможного. Уж я-то знаю.

Только вот почему мой адрес? Почему он к Машке не отправил водителя? Или сестра была права, и он действительно заинтересовался мной, а не ею? А в кафе тогда не подошёл, потому что побоялся папарацци и прочего внимания? Да, скорее всего так и есть. У этих богатых вечно всё не как у людей.

Но почему я? Нет, выгляжу я уже очень даже неплохо. Наконец, начала следить за собой, за питанием, вещи опять же Машка поставляет брендовые. Но таких женщин полно. А я подозреваю, что внимание мистера Диаса пытаются завоевать многие. Так почему я?

– И всё равно… Что-то меня настораживает в нём, – возвращаю Машке телефон, а та, пожимает плечами.

– Ну, у тебя будет шанс разобраться. В конце концов не маньяк же он.

А я на неё взгляд внимательный бросаю и пропускаю на мгновение мысль, что вполне может быть. Почему нет? Такому влиятельному мужику вообще ничего не стоит скрывать свои преступления хоть всю жизнь. А в случае чего откупится.

Чувствую, что зря попёрлась. Вот не относилась никогда к элите и не следовало начинать. Нет, я, конечно, как и большинство девочек, мечтала в юности стать моделью и ходить по всем тусовкам селебрити, но то было так давно, так далеко… С тех пор утекло столько воды, что я себе сейчас старушкой кажусь.

– Слушай, ты можешь не заморачиваться? Хотя бы один вечер? – шипит на ухо Машка, хотя в этом нет нужды – нас от водителя отделяет зеркальная стенка. – Давай просто отдохнём. Один раз. И я оставлю тебя в покое на целый месяц. Будешь сидеть в своей пещере и есть мух.

Прыскаю, но не из-за того, что Машка сравнила меня с паучихой, боящейся солнечного света, а просто как-то само собой получается. Нервы собрались в тугой комок и организм требует разрядки.

– Я всё о паучонке своём думаю. Впервые с няней… Не знаю, как-то напряжно.

Машка закатывает глаза и открывает рот, чтобы убедить меня, что всё в порядке, но тут же открывается дверь и нас приглашают на выход.

Плаза горит огнями и завлекает. Действительно шикарнейшее место. И тут красная, блин, дорожка для гостей, как на каком-то голливудском сборище. А вокруг журналисты, толпа народу, все кричат, щёлкают камерами, и я застываю у машины не в силах сделать шаг. Хочу запрыгнуть обратно в салон и приказать водителю, чтобы вёз обратно, но первым в эту вычурную тачку запрыгивает парковщик и моё убежище отъезжает. Блин…

– Прошу, – мне кто-то подставляет локоть и я, не глядя хватаюсь за него, как за спасательный круг. Просто потому, что хочу скорее свалить отсюда. Из-за вспышек ничего не видно, слезятся глаза, а меня окутывает чьим-то парфюмом. Таким терпким, с примесями иланг-иланга и табака дорогих сигар. Обоняние – это единственное чувство, которым я сейчас могу пользоваться в полной мере. Когда мы оказываемся внутри, и я поворачиваю голову к ведущему меня мужчине, всё, что происходит вокруг уже перестаёт иметь значение. Теперь я понимаю, почему меня так слепило вспышками фотокамер. Разумеется, журналистов интересовала не я. А мой спутник – непонятно откуда взявшийся мистер Диас. Чтоб тебя.

– Мэриэн? – в панике оглядываюсь вокруг, но сестры нигде нет.

– Они в засаду попали, – звучит голос Диаса и я, открыв рот застываю. С его голосом что-то не так. Слишком грубый, хотя мужчина вроде не агрессивен. По крайней мере сейчас. Смотрит на меня с полуулыбкой, словно понимает, как сильно мне сейчас хочется сбежать.

– В какую засаду? – голос свой почти не слышу, по привычке шевелю губами.

– Журналисты окружили, – усмехается. Нет, вроде не маньяк. Не похож. – Не беспокойся, там мои люди. Они проводят её другой дорогой.

– Зачем мы здесь? – спрашиваю у Диаса, потому что всё, что происходит странно. Очень странно.

– Я хотел с тобой познакомиться, – отвечает незамедлительно, в глаза смотрит.

– Зачем?

– Иногда мне нравятся женщины. И я приглашаю их в разные места. Преимущественно это мои рестораны, но сегодня вот отель, – нет, он не издевается, но усмешка не сходит с его лица и мне становится неудобно. Как дура всполошилась. Ну правда же, нормальный мужик. Богатый, красивый. Немножко смуглый, но у него же мать креолка. Всё нормально, нет?

Вроде как да, всё окей. Если бы не одно «но». Знай я, что это свидание, не поехала бы сюда. Потому что у меня вроде как парень уже есть.

– Извините, но… – я вдруг замечаю в его глазах знакомый, холодный блеск. Так на меня смотрел Булат. В ту самую ночь, когда всё бесповоротно изменилось. Я сглатываю, стараясь отогнать наваждение, и перевожу взгляд. – У меня есть мужчина. И я пришла сюда не ради знакомств. Меня пригласила сестра, и я полагала, что это приглашение для неё. К тому же, у меня есть ребенок, и он сейчас ждет меня дома.

Я выдаю это с предельной серьезностью, и должна заметить: мне удалось его удивить. Бровь мистера Диаса медленно взлетает вверх.

– Вот как? Хм-м-м… – он делает вид, что задумался, но я чувствую: это лишь игра. – Что ж, зато честно. Я ценю прямоту. В наши дни это редкое качество. Пройдемте в зал, на нас уже обращают внимание. Не хотелось бы, чтобы завтра ваш спутник увидел в новостях заголовки о нашей «неожиданной встрече». Пресса любит приписывать мне бурные романы.

Я не понимаю, шутит он или говорит всерьез, но, похоже, мои слова о семье на него не подействовали. Он всё-таки очень странный. И это пугает меня больше всего.

ГЛАВА 7

Здесь народу больше, чем было на выставке, куда мы ходили вместе с Марком. Намного больше. И да, там был Марк. А здесь этот… Мужик-скала, как я назвала его про себя. И странно, но я не оглядываюсь по сторонам, не шугаюсь от нечаянных прикосновений проходящих мимо людей. Потому что мужчина, идущий рядом, напрягает меня больше, чем все остальные. Меня волнует и сильно беспокоит то, как он себя ведёт со мной. Словно мы старые знакомые. Словно это не первая наша встреча.

Он быстро отвечает на приветствия мелькающих мимо людей, делает знак своей многочисленной охране и те провожают нас до стеклянного лифта. И я, не совсем понимая, что происходит, а точнее, ничего вообще не понимая, пытаюсь воспротивиться, но он так быстро и ловко, несмотря на свою хромоту, заталкивает меня внутрь кабины, что я не успеваю среагировать.

– Куда вы меня везёте? – в панике дёргаюсь к двери, но уже поздно – лифт поднимается.

– Тшшш, – слышу сбоку успокаивающее. – Мы просто торопились скрыться от папарацци. Раздражают эти ублюдки. Тебе ничего не угрожает, – слабо верится. Его охрана осталась внизу, а на этаже, куда нас привёз лифт не видать ни души. Только бесконечный, слабо освещаемый коридор с красной дорожкой и множество дверей.

– Пойдём в мои апартаменты. Просто поговорим, – тут же поясняет, когда я, не решаясь выйти из кабины, смотрю на него волком. – Перестань, Сандра. Если бы я хотел тебе навредить, сделал бы это без свидетелей. Сейчас все мои гости видели, как я увёз тебя на свой этаж. Думаешь, я стал бы действовать настолько недальновидно?

Убедительно. Свидетелей действительно много. И все смотрели на него, всего такого сияющего в своём белоснежном, дорогущем костюме. И видели рядом меня, тут без сомнений. Я замечала на себе эти взгляды. И хоть одета я тоже недёшево, а всё же рядом с Диасом выгляжу, как и большинство простых женщин – инородным телом.

Желая поскорее закончить эту странную встречу, я иду за Диасом в его апартаменты. Нас встречает строгий, стильный кабинет, никаких двусмысленных намеков, что немного успокаивает, хотя внутреннее напряжение никуда не делось.

– Присаживайся, – кивает он на диван, а сам устраивается напротив. Между нами столик с напитками. Жаль, мне нельзя ничего крепкого, сейчас бы не помешало немного уверенности.

Я осторожно опускаюсь на край дивана, не сводя с него глаз. Диас спокоен, каждое его движение выверено и лениво, как у хищника после удачной охоты.

– Вы не представились, – начинаю я первой, стараясь, чтобы голос не дрожал.

– А зачем? – он выгибает темную бровь, и шрам на его виске приходит в движение.

Непростой он человек. Очень непростой. И мне не следовало поддаваться на уговоры сестры и приходить сюда, где я чувствую себя совершенно беззащитной. А дома сын, которого я оставила с няней. Да, агентство надежное, документы в порядке, но чувство вины всё равно грызет: я оставила ребенка ради этой сомнительной встречи.

– Ты ведь наверняка уже искала информацию обо мне, – иронично усмехается он. – Интернет не расскажет всего, но имя и статус ты должна была узнать.

От его самоуверенного тона я начинаю чувствовать себя неловко, как школьница на экзамене. И эта его манера общения вызывает во мне лишь глухое раздражение. Слишком уж он уверен в своей власти над ситуацией.

– С чего вы взяли, что я вообще интересовалась вами? По-моему, это вы хотели встретиться наедине. Судя по тому, что моя сестра до сих пор не появилась, а мы с вами в отдельной комнате, – неожиданно я стойко выдерживаю подачу и красиво выхожу из ситуации, показывая всем своим видом, что девочкой на ночь не стану и он слегка лоханулся с выбором постельной грелки.

– Дай подумать… – тянет он, расслабленно откинувшись на спинку дивана. Поза уверенного в себе человека, привыкшего контролировать всё вокруг. – Ты молодая мать, живёшь уединенно. Почти никуда не ходишь, за исключением редких пробежек и прогулок с ребёнком в парке. Ты явно чего-то опасаешься, судя по твоему образу жизни и визитам к специалисту. Ты пережила тяжелый период, и хотя сейчас тебе ничего не угрожает, страх повторения ситуации всё еще жив в тебе. Исходя из этого, вы с сестрой просто не могли не навести справки обо мне. Я прав?

Внутри всё похолодело. Значит, он подготовился. Изучил мою жизнь так основательно, что это пугало. Ещё один повод поскорее закончить этот разговор и больше никогда не появляться на подобных мероприятиях. Самое страшное – он знает, где я живу, знает о сыне… В его руках это может стать инструментом давления. Очень плохо.

Имя я, конечно, запомнила. Уэйн Джон Диас.

– Не слишком ли много лишней информации для простого знакомства? Или у вас на меня далеко идущие планы? – отвечаю я максимально сдержанно. Сложно не признать: он меня переиграл. И напугал, хотя для этого много усилий не требуется, я до сих пор вздрагиваю от каждого шороха.

– Я всегда внимательно изучаю то, что представляет для меня интерес.

– И в чем же ваш интерес? – спрашиваю я, сцепив пальцы в замок. Подсознательно хочется закрыться от его пронизывающего взгляда. С этим человеком явно что-то не так.

– Узнать тебя получше. Ты меня заинтересовала, – отвечает Диас без тени сомнения.

– Странный способ для первого шага.

– У меня не так много вариантов, – он обводит взглядом кабинет. – Это место – один из них. Сюда не проберутся посторонние.

Я молчу. Пока всё звучит логично, но от этой логики мне не легче.

– Боишься меня?

– Да, – киваю.

– Почему?

– Ты мне напоминаешь одного человека. Вернее, нелюдя.

– Вот как? – вздёргивает брови. – Думаешь, я тоже нелюдь?

– Я не знаю тебя, но…

– Но?

– Ты непростой человек.

– Ну, это верно. Непростой. А тебе хотелось бы простого? Это же скучно, – снова эта насмешка во взгляде, в то время, когда лицо остаётся серьёзным. Где-то я уже такое видала. Вот же блин. Я хоть когда-нибудь перестану сравнивать других людей с Имраном?

– Мне хотелось бы тихого, семейного счастья со своим ребёнком и любимым человеком. И больше ничего. А свидания, развлечения – это не для меня.

– Ну а как ты найдёшь любимого человека? – опять наглая насмешка, и мне хочется послать его куда подальше.

– Он сам меня найдёт, – выдаю первую же пришедшую в голову пафосную глупость.

– Но ведь он захочет узнать тебя поближе. Чтобы убедиться, что ты та самая. И ты тоже должна понять, твой это человек или нет. Я не прав?

Прав. Он, конечно же, прав. Только я до сих пор не понимаю смысл этого разговора.

– К чему это всё? – мои губы трогает вежливая, но холодная улыбка. – Эти разговоры о вечном? Почему со мной? С женщиной, которую вы, возможно, планировали увидеть в своей жизни лишь на один вечер?

Теперь обе его брови взлетают вверх, а губы трогает едва заметная усмешка.

– Разве я похож на того, кто ищет мимолетных встреч с матерью, воспитывающей ребенка? Для таких целей существует другой круг общения, и у меня, как ты понимаешь, с этим проблем нет.

– Нет, – я спешу оправдаться. Не знаю, зачем мне это, но чувствую, что должна. Судить о человеке по статусу неправильно, я сама прошла через это, когда меня пытались клеймить, не зная моей сути. – Как я уже говорила, я вас не знаю. И не могу судить о ваших целях. Было бы неплохо, если бы вы озвучили их подробнее. Через десять минут я уйду.

Я снова удивляю его. Похоже, с мистером Диасом в таком тоне говорят нечасто. Но он быстро справляется с удивлением.

– Хорошо. Ты меня раскусила, – он делает глоток из своего стакана. Это обычная вода. Он задерживается на мне долгим, изучающим взглядом. Уэйн не скрывает своего интереса ко мне как к женщине, и в его глазах я замечаю нечто пугающее, ту самую жажду обладания. Мне приходится убеждать себя, что мы в цивилизованном мире и он не станет переходить границы. Слишком многое поставлено на карту для человека его уровня.

Пауза затягивается, пока он изучает меня.

– Я должен признаться: наша встреча в той кофейне была неслучайной. Я зашёл туда специально, чтобы увидеть тебя.

Внутри что-то обрывается, в животе холодеет от тревоги. Он признается, что искал встречи? Сам лично? Или его люди следили за мной?

– Я увидел тебя раньше. Ты была на выставке свободных художников, помнишь? Стояла у какой-то инсталляции из глины и смотрела на неё так, будто в ней заключен смысл жизни, – его улыбка заставляет меня немного расслабиться, но не до конца. Это внимание со стороны такого человека кажется мне либо странной прихотью, либо началом опасной игры.

– И что? Увидел, заинтересовался и начал преследовать? – я тоже усмехнулась, но наигранно и совсем не искренне. Не нравится мне всё это. Ох, как не нравится.

– Мужчина по природе своей охотник, Сандра. И я не признаю все эти современные веяния, что женщина якобы должна сама выбирать партнёра. Это мужчина выбирает женщину. Всегда. Так заложено природой.

Угу. Ясно. Натуралист великий. Значит, те взгляды, из-за которых я едва не заработала себе очередную паранойю, принадлежали ему.

– Ты следил за мной. Всё это время, – зачем-то произношу это вслух, хотя и так всё понятно.

– Есть у меня такая привычка. Сначала наблюдаю, потом действую.

– Охота, – кивнула я.

– Что-то вроде того, – подтвердил он.

Что ж мне так «везёт»? Даже здесь я умудрилась напороться на человека с повадками из каменного века. В – Везение!

– Что ж, мне всё ясно. Хотелось бы прямо сейчас расставить все точки над «i» и попрощаться. Мистер Диас, мне не интересны эти приключения. Как и любые личные отношения с мужчиной. Даже те, на которые рассчитываете вы. Дело в том, что у меня есть близкий человек, и…

– И у тебя с ним ничего не было. Но не потому, что тебе неинтересно. Ты просто боишься мужчин из-за пережитого в России, – закончил он и я окончательно выпала в осадок. Он знает даже это. Так, всё, хватит. Пора с этим заканчивать.

– Знаете, пожалуй, мы закончим эту встречу. Я прошу вас больше не следить за мной и никогда не появляться в поле моего зрения. Иначе, я обращусь в полицию и буду добиваться запрета на приближение. А теперь я хотела бы уйти. Это возможно? – я встала, давая понять Уэйну, что разговор закончен. Чтобы этот охотник даже мысли не допустил, что ломаюсь или набиваю себе цену.

– Разумеется, – как-то подозрительно быстро согласился он. – Ты вольна уйти. Я же не стану тебя запирать здесь, – и вроде хорошо, да только не выглядит он так, как должен выглядеть мужчина его положения, потерпев поражение.

Плевать. Я ухожу. Но в спину мне вдруг прилетает:

– До скорой встречи, Сандра.

ГЛАВА 8

– Слушай, ну не знаю я, как так вышло! Правда! – Машка носится за мной по кухне, где я мечусь от кофемашины до плиты и обратно. Иногда останавливаюсь, чтобы метнуть в сестру злобный взгляд. Хорошо, что сын спит и не чувствует, как меня трясёт. – Не смотри так на меня. Я не знала, что это ловушка. Я из машины выйти не успела, как меня какой-то мужик здоровенный оттеснил, а второй под руку схватил и за угол поволок. Мол, здесь безопаснее будет, а то там журналюги и целая толпа поклонниц Диаса. Сказали, тебя тоже через запасной выход проведут. Ну откуда же я знала, что всё подстроено?

Я выдыхаю, выпуская пар, кипящий во мне, словно в чайнике, прислоняюсь к холодильнику. Прохладная поверхность немного приводит в чувство, но всё ещё дрожат руки и ноги.

– Ты должна быть всегда готова в подобному. А что, если бы это Шамаевские были? Какая-нибудь разводка, чтобы нас заманить и переубивать? Ты сама всё это дерьмо заварила, Маш, и должна понимать, что нас сейчас, вполне возможно, ищут. А когда поймут, что мы свалили из страны, начнут искать по всему миру. Тебе ли не знать, на что способны эти сволочи!

Машка отходит от меня, опускается на стул и долго смотрит в одну точку. Понимаю, что задела её, напомнив, из-за кого нам теперь приходится скрываться и дрожать от каждого шороха, но это правда, в моих словах нет ни слова лжи.

– Если нас найдут, я всё на себя возьму. Скажу, что я Имрана убила. Они не тронут вас с Данькой. Я не позволю, – произносит тихо, но уверенно.

– Ещё как тронут, – возражаю ей, садясь на стул напротив. – И мне не нужно, чтобы ты брала моё преступление на себя. Это я его убила.

– Это не преступление. Это самозащита. У тебя не было другого выхода.

Замолкаем. Разговаривать особо не о чем. Эту тему мы обсосали до косточек раз пятьсот. Всё уже случилось и теперь нет смысла спорить, имела я право на убийство или нет.

– Злат, а этот… Диас. Он что хотел от тебя?

– Да не знаю я, – нервно передёргиваю плечами. Стоит вспомнить только его взгляд, как меня окатывает паникой, словно девятым валом. – Он какой-то странный. Чокнутый. Из той же породы, что и Шамаевы. Вообразил себе, что я должна вспотеть от его драгоценного внимания и прыгнуть к нему в койку.

– Что, так и сказал? – недоверчиво хмыкает Машка.

– Ну, не так. Но цель понятна.

– Ясно. И ты его, конечно же, послала, да?

– Естественно, – фыркаю, вспоминая надменную, смуглую морду.

– Зря.

– Чего это зря? – хмурюсь. – Ты головой-то думай, сваха недоделанная! Одно дело с Марком на холостую встречаться, совсем другое – морочить голову такому, как этот Уэйн! – честно, иногда мне хочется ударить её, но понимаю, что так Машка проявляет свою сестринскую заботу. Уж как умеет, так и проявляет. Сложно винить её в цинизме и расчётливости после стольких лет, проведённых рядом с семейкой монстров.

Машка вздыхает, отпивает из чашки кофе и, постукивая пальцами по столешнице, о чём-то усиленно размышляет.

– Нет, ты права во многом, Злат. С таким играть опасно. Но ты посмотри на ситуацию с другой стороны. Он же силён как бык. У него столько мощи в руках, столько власти, Злат. Он дружит с полицией и сенатором штата, чтоб ты понимала всю серьёзность ситуации. Я тут поинтересовалась его значимой персоной, пока ты пыхтела от злости. И птички напели, что он не просто серьёзный мужик. Он зверь, Злат.

Я сглотнула, но слюны во рту не оказалось, и горло запершило от жажды. Схватила Машкин кофе и залпом опрокинула.

– Блин. А что, если он теперь не отстанет? Он же меня в пыль стереть может. А я его ещё полицией и судебным запретом на приближение пугала. Вот поржал, наверное.

– Ты опять смотришь на ситуацию неправильно. Ну вот зачем ему тебя в пыль стирать, а? – сестра через стол наклонилась ко мне. – Он что, вот так к незнакомой бабе подкатил, чтобы убить её? Или сожрать живьём? Ты ему понравилась. И если обратишь на него своё внимание, то всё может получиться. Я же не говорю тебе замуж за него выходить. Да и ему это вряд ли нужно. А вот иметь такого покровителя – это очень полезно, скажу я тебе. Ты всегда будешь под защитой. И может, наконец, вытащишь из-под своей подушки ствол.

*****

– Мистер Диас, вы не ответили. Мне продолжать наблюдение?

Уэйн оторвал взгляд от экрана лэптопа и перевел его на телефон, из динамика которого звучал голос Итана.

– Да, продолжай.

– С фотоотчетом?

– Разумеется.

– Мистер Диас, а что делать с Уилсоном? Вы уже решили?

Уэйн покосился на экран, где на снимке испуганно оглядывалась Сандра.

– Пока не трогай.

– «Пока», мистер Диас?

– До тех пор, пока он не решит перевести их отношения на новый уровень.

Итан прокашлялся, зашуршал бумагами.

– Она что-то подозревает. Постоянно оглядывается, будто чувствует слежку.

– И что с того? Вы ведь профессионалы. Если не можете скрыться от девушки, то зачем вы мне нужны?

В трубке повисла тишина. Итан явно занервничал, это чувствовалось даже через расстояние.

– Простите, мистер Диас. Всё будет исполнено на высшем уровне.

– Отлично. Работай.

Сбросив звонок, Уэйн отложил телефон и придвинул лэптоп ближе. Он коснулся пальцем изображения её лица на экране, медленно провел по контуру подбородка.

– Сандра. Теперь ты в моем мире, Сандра.

ГЛАВА 9

– Ты не отвечала на мои звонки, – Марк начинает наш телефонный разговор с претензии, и я его, конечно же, понимаю. Он заботится обо мне, он терпит меня со всеми моими тараканами, хотя сам по себе парень довольно перспективный, симпатичный и добрый, он мог бы познакомиться с нормальной девушкой и завести семью, о которой мечтает. Но выбрал меня, мамашу-одиночку с проблемами и вечными страхами. И я могла бы вести себя не так по-скотски.