Текст книги "«Снег», укротивший «Тайфун»"
![](/books_files/covers/thumbs_240/sneg-ukrotivshiy-tayfun-105018.jpg)
Автор книги: Анатолий Терещенко
Жанр: Военное дело; спецслужбы, Публицистика
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Глава 4
От «Барбароссы» до «Тайфуна»
Блистательной победой над Францией, одной из авторитетнейших в культурном плане страной Центральной Европы, Гитлер утвердился во мнении, что его Провидение всегда подсказывает оптимальный путь для решения возникшей перед ним проблемы. Московские договоренности в августе 1939 года фюрера успокаивали и радовали, но он при своем политическом токовании забывал одно характерное качество времени, у которого только один выстроенный вектор – двигаться вперед, оставляя позади все вчерашнее: истины и заблуждения, победы и поражения, увлечения и разочарования.
Хотя он и потирал руки, радуясь, что ему удалось «обмануть горца», однако понимал, что нет абсолютной честности в пакте. И не может быть, потому что теперь этот документ «стал анахронизмом». Время стремительно меняло ориентиры, взгляды, понятия. Не менялся только сущностный подход к договору.
В беседе с одним из своих адъютантов Гитлер накануне войны заметил:
– Честным этот пакт никогда не был, потому что слишком глубока пропасть между мировоззрениями.
А сегодня некоторые недоброжелатели Российской Федерации, живущие в своем Отечестве как пришельцы, как Иваны, не помнящие родства, пытаются осмысленно доказать чуть ли не похожесть идеологий Третьего рейха и СССР, оскверняя многомиллионные наши жертвы, упрекают противников своего умозаключения в квасном патриотизме.
Войну выиграли мы за счет государственного патриотизма, о котором Патриарх Алексий II в интервью газете «Труд» как-то заметил, что патриотизм, несомненно, актуален. Это чувство, которое делает народ и каждого человека ответственным за жизнь страны. Без патриотизма нет никакой ответственности. Если я не думаю о своем народе, то у меня нет дома, нет корней. Потому что дом – это не только комфорт, это еще и ответственность за порядок в нем, это ответственность за детей, которые живут в этом доме. Человек без патриотизма, по сути, не имеет страны. А «человек мира» – это то же самое, что бездомный человек.
Через «демократические ценности» М. С. Горбачев пытался сделать каждого из нас «человеком мира», а в результате потерял и страну, и свой авторитет в народе. Ему рукоплескал только Запад, устроивший пышное торжество в Лондоне в честь 80-летнего юбилея.
Вспомним евангельскую притчу о блудном сыне. Юноша ушел из дома, а потом вернулся, и отец его простил, принял с любовью. Обычно в этой притче обращают внимание на то, как поступил отец, принявший блудного сына. Но нельзя забывать и о том, что сын, поскитавшись по миру, вернулся в свой дом, потому что для человека невозможно жить без своих устоев и корней.
Так что «пришельцы» глубоко заблуждаются.
Наверное, прав Аристофан, сказавший, что у короткого ума – длинный язык. Но лжец – это человек, который не умеет обмануть. Здесь очевидна одна истина: многие лгут, для того чтобы обманывать, другие же – потому что обмануты сами. Будем считать их последними.
Еще недавно младореформаторы всякого либерального толка кричали в адрес патриотов: «красно-коричневые», «коммуно-фашисты», «пристанище негодяев». Сегодня немного успокоились, наделав массу страшных ошибок и преступлений – от разрушения единого великого государства до утверждения воровского капитализма на залоговых аукционах, где промышленные и социальные объекты отдавались нуворишам почти бесплатно. Не столько государство было обворовано, сколько люди, его составляющие, каждый конкретный человек. Но это уже другая история, как говорит, завершая каждый раз свою передачу «Следствие вели», телеведущий Леонид Каневский.
* * *
Вообще, после прихода к власти Гитлера в Германии резко возросли реваншистские настроения. Нацистская пропаганда во главе с ее рупором доктором Геббельсом убеждала немцев в необходимости завоеваний на Востоке.
Решение напасть на Советский Союз, еще до того как решилась судьба большинства европейских стран, часто называют «ошибочным», «слепым», «с трудом поддающимся логике». Да, авантюризма в нем было много, но была и большая цель, направленная на решение стать в Европе, а может, и в мире – после покорения России – полноправным хозяином.
Итак, «план Барбаросса» – условное название плана войны Третьего рейха против СССР – получил такое название по имени императора Священной Римской империи Фридриха Первого Барбароссы.
Сразу после падения Франции, в день ее капитуляции 21 июля 1940 года, Гитлер материализовал идею вторжения на территорию Советского Союза. План, окончательно разработанный под руководством генерала Ф. Паулюса, был утвержден 18 декабря 1940 года директивой Верховного главнокомандующего вермахта № 21. Приготовление к войне предусматривалось закончить к 15 мая 1941 года.
Общий замысел плана – вооруженные силы Германии должны быть готовы к тому, чтобы еще до завершения войны с Великобританией одержать победу над Россией в быстротечной кампании. Предусматривался молниеносный разгром основных сил Красной Армии западнее Днепра и Западной Двины, в дальнейшем намечалось захватить Москву, Ленинград и Донбасс с последующим выходом на линию Архангельск – Волга – Астрахань. Предполагаемая продолжительность основных боевых действий, рассчитанных на 2–3 месяца, – так называемая стратегия блицкрига.
Планировалось, что главные силы русских в Западной России уничтожить действиями проникающих далеко на вражескую территорию танковых клиньев, не допуская отвода боеспособных войск противника в глубь страны.
В директиве, состоявшей из пяти пунктов, в частности, говорилось:
«I. Общий замысел
…Посредством быстрого продвижения наших войск нужно выйти на линию, из-за которой русские ВВС не смогут осуществлять налеты на объекты на территории Германского рейха.
Конечная цель операции – создание щита, разделяющего азиатскую и европейскую части России на главной линии Волга – Архангельск. В этом случае объекты последнего промышленного региона, который останется в распоряжении русских, Урала, могут быть в случае необходимости уничтожены люфтваффе.
В ходе этой операции русский Балтийский флот будет быстро лишен своих баз и соответственно не сможет далее принимать участие в боевых действиях. Эффективное вмешательство русских ВВС должно быть предотвращено с самого начала операции путем мощных атак против них.
II. Предполагаемые союзники и их задачи:
1. На флангах нашего оперативного пространства мы можем рассчитывать на взаимодействие и на участие в войне с Советской Россией Румынии и Финляндии. Определить, каким именно образом вооруженные силы этих двух стран будут действовать под немецким командованием и когда они вступят в войну, является задачей Верховного командования вермахта, которую ему надлежит выполнить в разумные сроки и доложить об этом.
2. Задача Румынии будет состоять в том, чтобы связывать действия вражеских войск на ее участке и оказывать помощь в тыловых районах.
3. Финляндия будет прикрывать передвижение северной немецкой группы войск, которая выступит с территории Норвегии (части 21-й группы), а затем будет действовать во взаимодействии с этими войсками. Уничтожение противника на полуострове Ханко также станет обязанностью Финляндии.
4. Следует предполагать возможность использования шведских железных и автомобильных дорог для переброски войск северной немецкой группы самое позднее к моменту начала операции.
III. Проведение операций
Сухопутные войска (в соответствии с доложенными мне оперативными замыслами)
В районе предстоящих боевых действий, разделенном припятскими болотами на южный и северный участки, основной упор должен быть сделан на северный участок. Здесь должны будут действовать две группы армий. Южной из этих групп – в центре общего фронта – ставится задача прорыва наиболее мощными танковыми и моторизованными соединениями из района Варшавы и к северу от нее на территорию Белоруссии и уничтожения дислоцированных там сил противника. Так, сильным подвижным частям должны быть созданы условия для поворота на север. Здесь в тесном взаимодействии с северной группой армий, наступающей с территории Восточной Пруссии на Ленинградском направлении, немецким войскам предстоит уничтожить силы противника в Прибалтийском регионе.
Только после достижения вышеизложенных целей, за которыми предстоит захват Ленинграда и Кронштадта, следует продолжить наступательные операции по овладению важнейшими линиями коммуникаций и ключевыми оборонительными узлами на пути к Москве.
Только неожиданно быстрое сопротивление русских может послужить оправданием попытки достигнуть двух главных целей одновременно. Наиважнейшая задача 21-й группы в ходе операций на Востоке заключается в защите Норвегии. Имеющиеся сверх этого силы (горный корпус) следует использовать в первую очередь для прикрытия района Петсамо (Печенга) и его рудников вместе с Арктической трассой, а затем во взаимодействии с финскими войсками они будут продвигаться к Мурманской железной дороге и перережут пути поступления снабжения в район Мурманска.
Возможность использования для такого рода операции более крупных немецких сил (от двух до трех немецких дивизий), выступающих из района Рованиеми и южнее, зависит от готовности Швеции предоставить для такой переброски шведские железные дороги. Основная масса финской армии будет иметь задачей, в соответствии с продвижением, достигнутым северным крылом немецкой армии, связать максимальное количество русских войск наступлением к западу – или с двух сторон – от Ладожского озера. Финны также захватят Ханко.
Группа армий, развернутая к югу от припятских болот и действующая из района Люблина, должна будет сконцентрировать главные усилия на продвижении к Киеву, чтобы ее сильные танковые соединения вышли во фланг и в тыл русским войскам, смяв их и окружив до отхода к Днепру. Немецко-румынская группа на правом фланге будет иметь следующие задачи:
1) защита румынской территории и, таким образом, прикрытие южного фланга всей операции;
2) связывание сил противника на данном участке фронта во взаимодействии с северными частями южной группы армий:
– по мере развития ситуации осуществление второго броска и, таким образом, во взаимодействии с ВВС недопущение отступления противника в порядке за реку Днестр.
После того как будет сломлено сопротивление противника к северу и к югу от припятских болот, в ходе преследования неприятеля предстоит обеспечить выполнение следующих задач:
– на юге необходимо как можно скорее овладеть Донбассом, являющимся важнейшим с точки зрения военной экономики;
– на севере нужно быстро захватить Москву.
ВВС
Задачей ВВС станет нанесение, насколько это будет возможно, наиболее значительного ущерба русским ВВС и сведение на нет их способности к эффективному противодействию, а также поддержка операций сухопутных сил на главных участках и направлениях, иными словами, на участке центральной группы армий и там, где южная группа армий будет предпринимать основные усилия.
Русские железные дороги должны либо уничтожаться, либо – в случае наиболее важных объектов в пределах досягаемости (т. е. железнодорожных мостов) – захватываться смелыми действиями парашютных и посадочно-десантных войск. Для того чтобы высвободить максимальные силы для операций против вражеских ВВС и для непосредственной поддержки армии, в ходе развития главных боевых действий не будут подвергаться атакам объекты оборонной промышленности промышленных объектов Урала.
ВМС
Во время войны с Советской Россией задача ВМС будет заключаться в обороне немецкого побережья и предотвращении прорыва каких бы то ни было морских сил противника с Балтики. Поскольку, когда мы достигнем Ленинграда, советский Балтийский флот лишится последней базы и окажется, таким образом, в безнадежном положении, прежде всего следует избегать крупных морских операций. После уничтожения советского флота обязанностью ВМС станет сделать Балтийское море в полной мере пригодным к судоходству, в том числе и для осуществления снабжения по морю северного крыла армии.
IV
Очень важно, чтобы все командующие и командиры разъяснили подчиненным, что необходимые меры в соответствии с этой директивой принимаются как превентивные для предотвращения возможности того, что русские займут по отношению к нам позицию иную, чем это обстоит сейчас.
Количество офицеров, задействованных в подготовке на ранней стадии планирования, должно быть максимально ограниченным, и каждый офицер должен получать лишь ту информацию, которая необходима для выполнения поставленных перед ним задач. В противном случае возникает возможность того, что о наших приготовлениях станет известно тогда, когда еще не все будет готово для проведения предполагаемой операции. Это повлечет за собой для нас тяжелейшие политические и военные последствия.
V
Я предполагаю дальнейшие совещания с командующими в отношении намерений, обрисованных в этой директиве. Доклады о проведении предполагаемых приготовлений всеми родами войск вооруженных сил будут направляться ко мне через Верховное командование вермахта.
А. Гитлер».
Директива была исполнена Паулюсом на бумаге блестяще, но, как говорится, солдатам и офицерам вермахта теперь нужно было «думать про овраги, а по ним ходить». Гитлер всегда боялся войны на два фронта, но теперь он пускался в авантюру, дабы упредить войну на эти самые «два фронта».
* * *
Чтобы создать фон понимания отношений между Гитлером и Черчиллем в июне 1940 года, приведу два выступления лидеров этих стран.
Выступая по лондонскому радио 14 июня 1940 года, Черчилль демонстративным жестом дает понять мировой общественности и самому европейскому завоевателю – Гитлеру, что у него никакого сговора с германским монстром не будет. Он говорит ясно и недвусмысленно об Англии:
– Здесь, в этой мощной твердыне, хранящей свидетельства человеческого прогресса, здесь, опоясанные морями и океанами, где господствует наш флот… здесь ожидаем мы без страха грозящее нападение. Может быть, оно состоится сегодня. Может быть, оно не состоится никогда. Но будут наши муки жестокими или долгими либо и теми и другими, мы не пойдем на мировую, не допустим парламентеров; может быть, мы проявим милость, но просить о милости мы не будем.
Через четверо суток, 18 июня 1940 года, после того как французское правительство приняло свое, по выражению английского премьера, «меланхолическое решение» о капитуляции, Черчилль выступил в Палате общин и подтвердил свою твердую решимость бороться с Германией.
Какой же последовал ответ со стороны руководства Третьего рейха?
В ответ на этот острый спич, говорящий о несговорчивости Лондона, Гитлер срочно созвал заседание Рейхстага в помещении Оперы Кроля. Он возразил британскому премьер-министру таким лукавством:
– Меня почти охватывает боль из-за того, что судьба избрала меня, чтобы толкнуть то, что уже подготовлено на слом этими людьми; ведь я не собираюсь вести войну, а хотел построить свое социальное государство высочайшей культуры. Каждый год войны отвлекает меня от этой работы. И причинами этого отвлечения служат смехотворные нули, которых в лучшем случае можно назвать политическим фабричным товаром природы.
Мистер Черчилль только что вновь заявил, что хочет войны. Пусть он. на этот раз, может быть, в порядке исключения поверит мне, если я напророчествую следующее: результатом будет то, что распадется великая мировая империя. Та империя, уничтожить которую, даже причинять ущерб которой никогда не входило в мое намерение.
Но я отлично понимаю, что эта продолжающаяся борьба завершится только полным разгромом одного из двух ее участников.
Мистер Черчилль, вероятно, думает, что это будет Германия. Я же знаю, что это будет Англия.
Но и здесь пророчества Гитлера оказались ошибочными – Провидение его подвело.
Чтобы не показать никакой слабости перед Черчиллем, Гитлер соединит в последующем это свое выступление с показной демонстрацией своей мощи. Он произвел Геринга в рейхсмаршалы и двенадцать генералов в фельдмаршалы. А за три дня до этого выступления он подписывает «Директиву № 16 о подготовке десантной операции против Англии». Ее кодовое название – «Морской лев».
Однако и здесь получился облом…
* * *
Он надеялся, что ударом по Советскому Союзу ему удастся вернуть себе нейтралитет консервативных держав, что его поймет Запад. Но жертвы бомбардировок Лондона не только не могли его понять, но и простить за пролитую кровь. У них тоже запылала «ярость благородная».
Как известно, немецкая авиация базировалась на аэродромах в северной Франции. Расстояние до Лондона было всего лишь около 60 миль. Только поэтому германская авиация смогла организовать и провести восьмимесячные бомбардировки английской столицы. Англичане дали название этим воздушным операциям немцев «Блиц». Они продолжались в течение 76 ночей подряд начиная с 7 сентября 1940 года.
Первая волна немецких бомбардировщиков из 360 боевых машин обрушила свой смертоносный груз бомб на лондонский порт и ближайшие районы в дневное время. Вторая волна – 250 самолетов бомбила Лондон в течение восьми с половиной часов с 20:00 до 4:30. Многие кварталы были разрушены. Пострадал и Букингемский дворец. Только за два дня бомбежек в английской столице погибло более 850 человек и свыше двух тысяч получило серьезные ранения.
Всего за время «Блица» в Лондоне погибло 20 083 человека. После мая 1941 года, когда английские истребители стали часто сбивать немецкие бомбовозы, число авиационных налетов сразу сократилось. Но начался обстрел Британских островов с помощью ракет «Фау-2».
Жертвами бомбардировок во время всей Второй мировой войны в Великобритании стали 60 595 гражданских лиц.
Столь мощные бомбардировки Лондона и других британских городов были вызваны стремлением Германии вывести Британию из войны, деморализовать ее население и вынудить правительство Черчилля согласиться на мирные переговоры. Не случаен же в этом ключе перелет Гесса, хотя Гитлер и назвал его «сумасшедшим».
Бомбардировки Лондона не принесли успехов немцам в разрушении оборонной промышленности Британии, тогда разгневанный Гитлер вызвал Геринга и провел с ним «профилактическую беседу».
Геринг заверил фюрера, что сделает все для повышения эффективности авиационных налетов на Лондон и его окружение.
В случае успешного разрушения оборонной промышленности и значительного ослабления обороноспособности Британии Гитлер планировал высадку сухопутных частей на Британские острова в рамках уже упоминаемого плана «Морской лев».
Фюрер понимал, что механическая «перетирка в пыль английских городов» ничего не дала. Нужны были прицельные удары по центрам сосредоточения оборонной промышленности. Первым таким городом, который был обречен на разрушение, стал давний центр «британской оборонки» город Ковентри, заводы которого с сентября 1939 года, когда Великобритания вступила во Вторую мировую войну, стали работать в режиме военного времени.
Первая волна немецких бомбардировщиков «Хейнкель-111», приписанных к 100-й авиагруппе, 14 ноября 1 940 года, покинув свой аэродром на побережье Франции, взяла курс на Великобританию. В тот вечер система глушения радиосвязи английской ПВО не работала, поэтому немецкие бомбардировщики шли по четким сигналам английских радиомаяков и с помощью радионавигационной аппаратуры «X-Gerat».
Бомбардировка началась в 19:24 и продлилась всю ночь, закончившись приблизительно в 6:00 утра следующего дня. В налете на Ковентри участвовало 437 самолетов. За одиннадцать часов непрерывной бомбардировки на город было сброшено 56 тонн зажигательных бомб, 394 тонны фугасных бомб и 127 парашютных мин. В результате бомбардировки было серьезно повреждено 12 авиационных заводов. Центр города практически стерт с лица земли. Полностью уничтожены 4330 домов и три четверти всех фабрик города.
Всего немцы бомбили Ковентри 41 раз. Последнюю бомбардировку немецкие летчики провели в августе 1942 года.
Конечно, практически уничтоженный Ковентри явился тяжелой потерей для англичан, но Плимут и Портсмут продолжали оставаться важными базами королевских ВМС.
Те разрушения, которые произвели молодчики люфтваффе Геринга, бомбя мирное население лондонских кварталов, требовали одного – возмездия.
В своем дневнике фельдмаршал Федор фон Бок вспоминал, как в декабре 1940 года Гитлер, придя к нему в госпиталь во время болезни, чтобы поздравить его с 60-летием, вдруг разоткровенничался:
«Если мы ликвидируем русских, то у Англии не останется никаких шансов… необходимо стереть Советский Союз с лица земли…
Я окончательно решился истребить еврейско-большевистскую власть и интеллигенцию в Советской России».
* * *
Надо сказать, что немцы планировали в случае выведения с помощью авиации Великобритании из войны сосредоточить все усилия на вторжении в Советскую Россию согласно плану «Барбаросса». Налеты немецкой авиации на Москву летом 1941 года трудно сравнимы с «Блицем». Эти налеты являлись составной частью наземной военной операции «Тайфун», поэтому не носили столь массированного характера.
Интересна и другая деталь – в то время несколько британских экспертов и советников прилетали в Москву, чтобы помочь советским властям организовать противовоздушную оборону столицы на основе опыта, в том числе и печального, приобретенного Британией во время защитных операций.
Благоприятным моментом для нас была сравнительная дальность аэродромов люфтваффе от советской столицы по сравнению с английской.
В декабре 1940 года фюрер заявляет:
– Через три недели мы будем в Петербурге. Красная армия – это всего-навсего пустяк. Наша задача в отношении России: вооруженные силы разгромить, государство ликвидировать.
Не смог он уничтожить СССР, за него это сделали «внутренние немцы» и «партийные вожди» в 1991 году, которые хотели власти, тронов, больших денег и высших титулов любыми путями, апеллируя к финансово-банковской зарубежной аристократии, боявшейся СССР и желающей его разгрома.
На июньском (1983 года) Пленуме ЦК КПСС, прервав выступление К. У. Черненко, Генсек ЦК КПСС Ю. В. Андропов неожиданно заявил:
– Да, кстати, мне известно, что в этом зале находятся люди, которые позволяют в беседах с иностранцами распространять ненужную и вредную для нас информацию.
Я не буду сейчас называть фамилии, товарищи сами знают, кого я имею в виду. И пусть они запомнят, что это – последнее предупреждение им.
«Последнее предупреждение» действительно оказалось последним, но только для Ю. В. Андропова.
В книге «Разгром Советской державы. От «оттепели» до «перестройки» А. П. Шевякин писал:
«В связи с этим обратите внимание на следующий момент: мог ли Андропов предположить, что от него избавляются как от ненужного человека на посту Генерального секретаря? Вполне. Человек он, судя по многому – описаниям очевидцев, его решениям и достижениям, – был далеко не глупый. В таком случае он мог предположить, что избавляются от него в пользу М. С. Горбачева.
Тогда логичным становится и ухудшение отношений между ними, о котором сообщается следующее:
«Горбачев после смерти Брежнева и избрания генсеком Андропова стал везде говорить, что они с ним большие друзья, дружат семьями и так далее. Зная подноготную этой ситуации, могу сказать, что это был большой блеф. Если первое время после переезда Горбачева в Москву Андропов относился к нему лояльно (именно лояльно, не более), то потом отношения изменились до такой степени, что он перестал Горбачева принимать».
Это отступление от темы автор вынужденно вставил из-за той смуты, которая сеялась в периоды горбачевской «перестройки» и ельцинского «реформаторства», похоронившие некогда единое Отечество, которое не смог одолеть Гитлер.
* * *
К 22 июня 1941 года у границ СССР было сосредоточено и развернуто три группы возглавляемых фельдмаршалами армий (всего 181 дивизия, в том числе 19 танковых и 14 моторизованных, и 18 бригад), поддерживаемых тремя воздушными флотами:
в полосе от Черного моря до припятских болот – группа армий «Юг» Рундштедта (44 немецкие, 13 румынских дивизий, 9 румынских и 4 венгерские бригады);
в полосе от припятских болот до Гольдапа – группа армий «Центр» фон Бока (50 немецких дивизий и 2 немецкие бригады);
в полосе от Гольдапа до Мемеля – группа армий «Север» Лееба (29 немецких дивизий).
Вот такая махина внезапно обрушилась на нашу страну. О том, как немцы оказались под Москвой, знает и млад и стар. О страшном нашем отступлении написано много книг, мне же хотелось бы остановиться на операции фашистов, стоящей, наверное, второй по важности после «Барбароссы», – операции «Тайфун», нацеленной на захват Москвы.
Эту операцию поручили провести группе армий «Центр», полностью состоящей из немецких соединений и частей во главе с убежденным монархистом Федором фон Боком, для которого, как и для Гитлера, Версаль был главным злом Германии.
В войне против Франции в 1940 году его группа армий «Север» действовала на второстепенном направлении, тем не менее именно фон Боку выпала честь вести переговоры о капитуляции с бельгийским королем Леопольдом. Кроме того, именно ему Гитлер поручил принимать парад немецких войск в Париже. Через месяц он из рук фюрера получит фельдмаршальский жезл. Надо сказать, что Гитлер прислушивался к рекомендациям и советам опытного полководца, недаром он поручил ему взятие неприятельской столицы.
В начале августа 1941 года в полевом штабе Гитлера «Волчье логово» озаботились обстоятельствами низких темпов блицкрига. Образовался разрыв между двумя основными наступающими группировками вермахта – войсками Бока и Рундштедта. Поскольку группа армий «Юг», как писал в своих мемуарах экс-фельдмаршал Фридрих Паулюс, «значительно отстала от группы армий «Центр», то дальнейшее продвижение последней в направлении Москвы было чревато опасностями». Рундштедт просил у ставки помощи для уничтожения противника в Восточной Украине, в частности, 2-й танковой группы Гудериана и 2-й полевой армии, которые подчинялись фон Боку. Он со всей своей настойчивостью военного стратега доказывал, что, если не уничтожить эти войска противника поворотом двух армий на юг, может встать вопрос «быть или не быть всему походу на Восток».
Один из видных сотрудников абвера, начальник 2-го отдела абвера и ближайший сотрудник Канариса – генерал-майор Лахузен в конце августа записал в дневнике:
«Канарис, вернувшись из ставки фюрера, сообщает, что там царит нервное напряжение. Все больше выясняется, что русская кампания не идет согласно правилам игры: что, вопреки ожиданиям, война идет не к внутреннему краху большевизма, а к его укреплению. Канарис особо отмечает, что начинают сваливать вину на разведку, утверждая, что она не была осведомлена о силе способности Красной Армии».
Фон Бок противится дробить свою группу армий.
Победы, как правило, во все времена приписывали себе полководцы, а поражения сиротски вешались на армейских разведчиков.
Гитлер для выяснения обстановки посылает к фон Боку фельдмаршала Кейтеля. Он собрал генералов и в ходе беседы пришел к выводу, что «нельзя менять правила игры и надеяться при первых же трудностях на иждивенчество», что «глубокие оперативные охваты в соответствии с теоретическими разработками генерального штаба были правильными на западе при уязвимости флангов и слабой воле противника к сопротивлению. Но по отношению к русским они не приводят к полному успеху».
– Русские то и дело наносят крупными силами удары по нашим охватывающим флангам, – заметил один из генералов. – Они сковывают наши силы, ускользают от окружения и полного уничтожения.
– Пора самим позаботиться о своих флангах, где создается угроза со стороны частей и соединений Красной Армии. А для этого нужно наладить как следует нашу разведку, – зло подметил фон Бок. – Да, помощь нужна там и тогда, где и когда создается безвыходное положение. Нечего паниковать – нужно воевать и придерживаться указаний директивы.
– Но фюрер, дорогой мой друг, – Кейтель повернулся в сторону фон Бока, – рекомендует часть ваших сил повернуть на юг.
– Не часть, а значительную часть, – огрызнулся фон Бок. – Рундштедт просит и даже уже требует у меня Гудериана. Это может обернуться катастрофой.
– Паниковать не следует, – вставил Кейтель. – Мне более предпочтительны доводы офицеров и генералов вашей группы.
– Благодарю, – вымолвил фон Бок. – Передайте, что нефть и уголь важен и нужен Германии, но более необходима Берлину победа за Москву. Здесь конец большевизму.
В тот же день Кейтель под впечатлением откровенных бесед с фон Боком и выясненной обстановки улетел в ставку для доклада фюреру…
* * *
Осенние дни конца сентября – начала октября 1941 года на Брянщине и в Подмосковье выдались холодными. Немцы в своем весенне-летнем обмундировании зябли в окопах, продуваемых кинжальными ветрами. Гитлеровцы 30 сентября пошли в наступление в полосе Брянского фронта, а 2 октября – на центральном направлении. Загудели дизеля танковых моторов, залязгали гусеницы по мостовым городов, проселочным дорогам и полевому бездорожью. За танками уверенно пошла немецкая пехота.
Так начал осуществляться план военной операции под кодовым названием «Тайфун», предписанный директивой ОКВ № 35 и подписанный Гитлером 6 сентября 1941 года. По существу, это была решающая операция против группы соединений и частей Красной Армии, ведущих бои западнее Москвы.
В директиве, в частности, говорилось:
«Операцию против группы армий Тимошенко подготовить таким образом, чтобы по возможности быстрее (конец сентября) перейти в наступление и уничтожить противника, находящегося в районе восточнее Смоленска, посредством двойного охвата, осуществляемого в общем направлении на Вязьму, при наличии мощных танковых сил, сосредоточенных на флангах».
Рисунок сентябрьских событий, написанных «Тайфуном», был таков.
Нанося удар по войскам Брянского фронта из районов Шостка, Глухов в направлении на Орел и в обход Брянска с юго-восточных районов области, 30 сентября 2-я танковая группа противника начала операцию под кодовым названием «Т».
Наши 3, 13 и 50-я армии оказались в кольце и вынуждены были, неся потери, прорываться из окружения.
Части 24-го корпуса и 4-й танковой дивизии из группы Гудериана устремились от Орла к Туле. В районе Мценска они натолкнулись на ожесточенное сопротивление 1 – го особого стрелкового корпуса генерала Д. Д. Лелюшенко, в состав которого входили 4-я и 11 – я танковые бригады (тб), 6-я стрелковая дивизия (сд) и 201-я воздушно-десантная бригада (вдбр).
Активное использование подвижной обороны, сложные погодные условия и стойкость наших бойцов задержали противника на неделю и дали возможность подготовить оборону Тулы. За эти и последующие умелые действия в ходе оборонительных боев под Москвой 4-я танковая бригада была преобразована в 1-ю гвардейскую танковую бригаду (гв. тбр).
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?