Текст книги "Похождения целителя"
![](/books_files/covers/thumbs_240/pohozhdeniya-celitelya-242114.jpg)
Автор книги: Андрей Андрианов
Жанр: Книги про волшебников, Фэнтези
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 15 страниц) [доступный отрывок для чтения: 4 страниц]
Тут большая редкость, если кого-то и куда-то отпустят под присмотром, а, чтобы одного, да еще на целых две недели, так – это впервые.
Их можно понять – живут за забором, ничего не видят, а тут, новенький появился.
Аттестат досрочно выписали, да и на две недели домой отпустили – почему? Всем было интересно.
Просто отмолчаться, сделав таинственный вид, было бы, с моей стороны – свинством.
Я начал рассказывать Игорьку, с таким расчетом – чтобы слышали все:
– У меня Игорь дом остался пустой, соседи за ним присматривают, нужно было проверить, крышу подлатать, что-то подправить, что-то подремонтировать. Все-таки зима на носу.
А тут медведь огромный появился, да еще и подранок. Он с тигром подрался и тигра убил, а в деревне остались одни деды, да бабушки.
Кстати Игорь, а ты изюбрятину ел хоть раз? – спросил неожиданно я, перепрыгнув с темы про медведя.
– Нет. Нас тут таким не кормят. Да и я тут, почти с пеленок. Так что там про медведя? – спросил он.
История о медведе подранке, ему была интереснее, темы про еду, да и всем, наверное.
– А что, медведь, взял я дедовский карабин, да как дам ему прикладом в лоб, он лапки к верху и умер от смеха. – сказал я.
Игорь вытаращил на меня глаза, а потом понял, что я пошутил, представив, как я бью прикладом карабина медведя, схватился за живот от смеха, вся столовая смеялась, даже повара, которые тоже слушали мой рассказ.
Игорек, отсмеявшись сказал:
– Ну ты загнул, я как эту картину представлю, так смех до слез разбирает. А на самом деле было? – снова спросил Игорь.
– Ну, а на самом деле – все скучно. Я выслеживал его, а он меня и когда кинулся он на меня, я его и застрелил. Мясо раздал соседям, а шкуру снял.
Старожилы, увидев шкуру крестится начали. – сказал правду я.
Когда я показал шкуру – в деревне столетний бывший охотник-промысловик, перекрестился и поклонился мне, потому что приди такой в деревню – и не стало бы деревни.
Игорь не отставал:
– Вань, а почему он перекрестился? Это, что – был оборотень?
– Нет Игорь, не оборотень. Просто он был гигантским, в четыре раза больше среднестатистического бурого медведя. Он мог человека, чуть ли не целиком проглотить. И весил больше тонны, вместо двухсот пятидесяти килограмм. – сказал я серьезно.
Потом допив компот и убрав за собой посуду, сказал:
– Все нормально Игорь медведя нет и опасности тоже, а если такой появится, то получит от меня прикладом. – сказал и улыбнувшись вышел из столовой. Все начали опять хихикать, а то сидели с испуганными лицами.
Встав полпятого я сложил изюбрятину в холодильник и пошел разминаться. Вчера вечером я закончил изучать заклинание «Молнию» и решил, пока все спят, ее попробовать.
Нашел несколько палок, разного диаметра воткнул в землю, потом взял маленький шарик энергии и кинул ее в прутик, от прутика даже пепла не осталось.
Тогда я таким же шариком ударил в палку потолще – тот же эффект. Потом в большую палку толщиной в две руки – только щепки полетели. Вот это сила.
Попади эти умения в плохие руки и будет беда.
После разминки умылся и пошел в столовую, где помог поварам отделить мясо от костей и убрать жилки, пленки, чтобы мясо таяло во рту.
Кости с позвоночником кинули варить на первое, а из филе наделали стейков и запекли с картошечкой и грибами. Наделали с запасом на два дня.
Я ушел из столовой, когда все приготовили.
В обед, Игорь опять начал меня пытать:
– Вань, а это ты изюбря добыл? А он большой был? А почему ты всех решил угостить?
– Игорь ты кушай, а изюбрей вам тайга дала. Изюбрь в среднем, весит от 150 кг и до 250 кг. Эти среднего размера, а почему я Вам их принес, потому что считаю, вас своей новой семьей. Я думаю, будь ты на моем месте, то ты бы, сделал – тоже самое.
Прошел месяц. После обеда у моей группы были уроки труда в столярной мастерской, здесь наш трудовик-учитель труда Николай Иванович, учил нас делать табуретки, работать с рубанком, стамеской и на пилораме.
Я, все это уже умел – дед постарался, а вот ребята, выросшие тут за забором – нет.
Столярка была небольшая и давать всем одинаковые задания, имея один верстак было невозможно. Поэтому у каждого было свое задание, кто-то сверлил бруски, кто-то тер наждачкой, свеже сделанную табуретку.
Игорек с шестнадцатилетним Федей Морозовым, на пилораме, отпиливал доски, по установленному трудовиком, размеру. Я, стамеской вырубал пазы в ножка табуреток.
Тут вдруг, раздался крик, подняв голову я увидел лежащую на столе пилорамы кисть и Федю, который кричал, зажал свою руку без кисти, а из раны хлестала кровь. Все окружили пилораму и стояли с вытаращенными глазами, даже трудовик впал в ступор.
Схватив, лежавшую на столе веревку я подскочил к Федору и перетянул ему покалеченную руку выше раны, туго намотав веревку. Незаметно кинув заклинание «Большое лечение» и бегом потащил его в здание интерната – на второй этаж. Там медпункт с кушеткой. Федя был состоянии шока, лицо белое, как мел, а за нами бежала вся наша мужская часть группы с трудовиком вместе.
Крикнул Игорю, чтобы бежал за директрисой, так как помнил, что ключи от медпункта у нее. Игорь, обогнав нас, убежал к директрисе.
На последних ступеньках, Федя стал терять сознание. Я влил в него немного энергии и дотащил до двери медпункта.
Тут с Игорем прибежала Вера Петровна и открыла нам дверь.
Я втащил Федора, положил его на кушетку и вежливо попросил всех выйти.
Вера Петровна хотела остаться, но я настоял, чтобы она вышла, объяснив, что мне надо сосредоточиться и ни на кого не отвлекаться.
Потом обезболил энергией из ладони покалеченный участок и Федя уснул. Шок и потеря крови истощили его силы.
В дверь постучали, я открыл на пороге стоял Игорь с лицом бело-зеленого цвета, губы его дрожали, а в руках он держал на тряпочке кисть.
Я взял кисть и попросил бинт. Директриса достала его из медицинского шкафа и стараясь не смотреть на кисть и пулей выскочила из кабинета. В углу кабинета стояла медицинская шина, видно для учебных занятий.
Схватив ее, я соединил кисть с предплечьем, затем приказал Игорю приматывать место присоединения к шине.
Игоря трясло, но он, стиснув зубы, выполнил мою просьбу.
Включив «Истинное зрение», я стал совмещать кости, потом совместив, стал их сращивать, вливая потоки энергии.
Немного закрепив кости, я стал сращивать нервы и сухожилия, помогая отращёнными щупальцами манипуляторами, затем уже и мышцы с энергоканалами.
Потом снова перешел на кости. Запустил «Регенерацию» вложив в заклинание больше половины емкости моего источника. Сращивание ускорилось.
Затем снова кинул «Большое лечение».
Когда увидел «Истинным зрением», что кости, почти срослись и кровь нормально циркулирует в кисти, я перевел дух. С момента начала моей операции прошло пять часов.
В медпункте, уже давно горел свет, на стуле спал Игорь.
Я разбудил Игоря и отправил его отдыхать в спальню, но он уперся, так и остался сидеть на стуле.
Выглянув в коридор, я увидел, что все воспитанники, кроме малышей, сидели в коридоре, кто на корточках, а кто дремал на стуле, но никто спать не ушел. Все переживали за Федю. Директор Вера Петровна стояла, облокотившись на стену.
Когда я вышел, и все окружили меня. Молча ждали, что я скажу.
– Все получилось. Еще пару сеансов лечения и рука Феди, будет как новая. – успокоил всех я.
Вера Петровна подошла ко мне, обняла и сказала:
– Спасибо Ваня, мы все тут верили в тебя, а я знала, что у тебя все получится. Ты настоящий целитель.
После этого случая, я нашел заклинание «Сон» и изучил его.
«Сон» можно использовать вместо наркоза и не только.
Можно накладывать на одну цель, а можно активировать по площади. Моей силы хватало – на пятьдесят метров.
Очень нужное заклинание, особенно, когда не надо, никого убивать – просто усыпил и все.
У ребят я стал пользоваться непререкаемым авторитетом.
Слух про чудо-целителя разлетелся по всему Приморскому краю.
Приезжала медкомиссия с Минздрава проверяли Федину руку, делали рентген, но ничего не обнаружили, ни шрама на коже, ни утолщения на месте срастания кости.
Себя исследовать я не дал – имею полное право, да и директриса, как стена, встала на мою защиту, грозя пожаловаться на самый «верх».
И комиссия укатила восвояси.
Я, еще перед этой комиссией, изучил заклинание «Ментальная защита», которая позволяла защищать свой мозг, от проникновения всяких телепатов, экстрасенсов и психиатров-гипнотизеров.
Изучил еще «Ментальное копье», которое могла сделать из слишком обнаглевших мозгоправов, которые упорно пытаются залезть к тебе в мозги – слюнявые овощи. Но пока, пользоваться этим заклинанием, мне не пришлось.
Хотели, тут двое, как бы невзначай, залезть ко мне в голову, другим же со стороны, не видно их попытки, но я откачал у каждого по 50 % энергии и им, что-то поплохело – больше, я их не видел.
Два раза в неделю, у каждой группы был урок физкультуры. Его проводил наш завуч Анатолий Иванович – он же учитель физики. По началу все шло скучно. Анатолий Иванович в нашей старшей группе, уже не учил кувыркам и прыжкам через «козла», а просто давал мячик и группа в небольшом спортзале – внутри здания играла в волейбол или баскетбол. На лыжах – по периметру территории ходили, но только в хорошую погоду, а сегодня, с утра – бушевала метель.
Я мог и не ходить на этот урок, но мне захотелось мышцы размять, и я пошел.
Завуч знал, что все уроки только по моему желанию, поэтому не обращал на меня внимание.
Сам он в прошлом был мастером спорта по фехтованию на саблях. И в углу спортзала вместе с другими спортивными снарядами, стояли выструганные нашим трудовиком деревянные макеты, больше похожие на мечи, так как сабли с тонким клинком сразу же сломались бы.
Я сделал разминочный комплекс упражнений, чем удивил Анатолия Ивановича, когда садился на продольный и поперечный шпагат и особенно, когда стоя на одной ноге сделал вертикальный. Потом опомнился – нельзя мне показывать тут свою подготовку. Вдруг, кто-то попытается связать смерть компании «Слона» со мной.
Я взял пару деревянных мечей и покрутив ими восьмерки, хотел поставить назад, но увидел, что рядом со мной стоит завуч.
– Вань, а ты у кого занимался фехтованием? – спросил он.
– Ни у кого. Этому меня дед научил, только вместо этих заготовок, были толстые палки с примерным балансом и рукояти были обмотаны веревкой. – ответил я.
– А, где дед научился? – не отставал Анатолий Иванович.
– Говорил на войне. – ответил я.
Я не стал, говорить, что мой дед служил в СМЕРШе, иначе потом замучаешься отбиваться от ненужных вопросов. Тем более, что дед меня научил многому. Особенно тому, что связано с холодным оружием и рукопашным боем. С мечами он много не показывал, учил базовым упражнениям одновременно с двумя мечами, базовым защитам и ударам и пару-тройку хитрых финтов по выбиванию оружия у противника.
Сколько я тогда пота пролил, чтобы одновременно сражаться и защищаться двумя мечами. А вот уворачиваться и ходить от атаки мечами, когда у тебя пустые руки я мог на одних инстинктах, отработанных до автоматизма, но завучу знать об этом совершенно не надо.
– Что еще умеешь? Может покажешь? – не отставал от меня Анатолий Иванович.
– Да откуда, я этому почти год учился. Дед больше отжиматься заставлял, приседать и подтягиваться, еще растяжку заставлял делать с пяти лет. – скромно ответил я.
– Жаль, что большего не умеешь, а то бы мы с тобой устроили тренировочный поединок. Молодец – твоя физическая форма – лучшая в интернате. – сказал завуч и пошел забирать мячик, у играющих, так как урок уже закончился.
Приняв душ после физкультуры, вся группа пошла на обед.
А вот после столовой, меня перехватила учительница химии, Ирина Васильевна – мой воспитатель.
– Она отвела меня в сторону и сказала:
– Вань, у меня беда дома – помоги пожалуйста!
– Что стряслось, Ирина Васильевна? – спросил я.
– У мамы был инсульт. Увезли в больницу, но там ничего не смогли сделать. Выписали домой, а она парализована, я понимаю, что такую болезнь тяжело вылечить, даже врачи не справились. Но ты, умеешь творить чудеса, поэтому – вся надежда на тебя. Я сразу подумала, если кто и сумеет помочь – то это ты.
Глава 7
Ирина Васильевна, жила недалеко от центра – в двухкомнатной квартире трехэтажного дома. Обстановка в квартире была скромная – диван с телевизором и старой стенкой в зале и кровать с шифоньером в спальне. Были еще по столу в зале, спальне и на кухне.
В спальне, на кровати – лежала мама мужа Ирины Васильевны – Зоя Сергеевна. Муж Ирины Васильевны, при знакомстве со мной, представился – Николаем Федоровичем.
Он работал водителем. И это он, узнав о моем целительском даре, уговорил – привести меня.
Я помыл руки и пошел в спальню. Зоя Сергеевна лежала на спине, ее глаза смотрели в потолок.
Я включил «Истинное зрение». В голове было много поврежденных энергоканалов, нейронных связей, но еще там была не рассосавшаяся гематома, которая передавила, целый участок мозга вместе с сосудами.
Я активировал заклинание «Сна» и глаза Зои Сергеевны закрылись. Теперь мне нужно, как-то убрать гематому.
Я создал энергоканал и соединил им гематому с пищеводом. Затем стал перекачивать гематому в пищевод, по которому кровь стекала в желудок.
Три часа я провозился с гематомой, так как боялся, что могут лопнуть ближайшие сосуды. Потом сделал перерыв, рассказав, что там за проблемы. Потом продолжил дальнейшее лечение.
Я запустил заклинание «Большое лечение» и «Регенерацию», а сам стал сначала наблюдать за действиями заклинаний.
Нейронные связи стали соединяться, устраняя разрывы, а энергоканалы, сами стали восстанавливаться, я срастил лопнувший сосуд, который вызвал инсульт и укрепил все сосуды в голове с помощью моей энергии, потом пока мои заклинания лечили и восстанавливали, я проверил весь организм, поправил ауру.
Когда заклинания закончили свои действия я еще раз проверил все. Затем добавил своей энергии и прогнал эту энергию по всему организму Зои Сергеевны, чтобы устранить последствия паралича и восстановить мышцы.
За окном уже светало, а меня пошатывало от усталости. В зале на диване, сидя привалившись друг к другу спали Ирина Васильевна и Николай Федорович.
Когда я вышел из спальни, они проснулись и вскочив с дивана бросились ко мне с вопросами:
– Ну, как?
– Да все в порядке, сейчас должна проснуться. И тотчас из спальни раздался голос Зои Сергеевны:
– Ирин, Коль, а куда вы дели мою ночнушку и халат? У нас что гости? Вы с кем там разговариваете?
Ирина Васильевна с мужем кинулись в спальню, а я просто заглянул из зала. Зоя Сергеевна стояла возле кровати завернувшись в простыню.
Они стояли, обнявшись в спальни и на глазах у них стояли слезы радости.
Я не стал их беспокоить, а сел в углу дивана и уснул. А проснулся от вкусных запахов. Меня не стали тревожить, боясь разбудить, я так и сидел в углу дивана, а на столе в зале, стоял по-праздничному накрытый стол, который ломился от еды. Мой желудок стал сразу бунтовать, напоминая о себе.
В зал вошла Зоя Сергеевна, в новом цветастом халате, в руках у нее был большой поднос с пирогом, который она сама испекла. Следом вошла Ирина Васильевна с мужем.
Я встал, поздоровался со всеми. Зоя Сергеевна поставила пирог и подойдя ко мне обняла, потом сказала:
– Спасибо тебе Ваня, что спас меня старую от мучительной смерти и моих детей от участи возится с парализованной. Дай бог тебе здоровья!
Затем, уступила место своему сыну.
Николай Федорович, тоже обняв меня вместе с женой – мои воспитателем сказал:
– Вань, я честно, до последнего не верил, что у нас в мире есть волшебники, но вот обнимаю тебя и понимаю, что ошибался. Тяжело тебе пришлось. Ты, так крепко спал, что хоть из пушки пали. Спасибо тебе от всех нас. И вот возьми от нас за спасение моей мамы. – сказал и протянул мне пачки разглаженных купюр разного достоинства.
Видно собрали откуда только можно, а может еще где дозаняли.
Я, решительно отстранив его руку, сказал:
– Вы обижаете меня. Получается я пришел деньги заработать, а не спасти Вашу маму, да и вообще я не лечу за деньги. Единственная просьба не кому не говорить, про меня, а то опять приедет какая-то комиссия и попытается сделать из меня подопытную крысу.
Врачам и всем скажете, что однажды утром мама встала и пошла печь пирог. Доказать обратное никто не сможет.
Все поклялись хранить тайну. А потом, сели за стол, и я не стесняясь стал уплетать всю вкуснятину – за обе щеки.
Организм молодой ему после таких нагрузок, силы нужно восстановить.
В интернат нас с Ириной Васильевной, отвез ее муж, не переставая благодарить.
Потом, я еще помогал лечить, родственников учителей интерната, ну там были не сильно серьезные болезни.
В начале декабря, после завтрака, меня встретила на выходе из столовой – директор Вера Петровна. И сказала тихо, склонившись над моим ухом:
– У меня в кабинете, по твою душу сидит главный военком края – Петр Никитич Сизов. Кто ему про тебя рассказал – не знаю.
Сказала, а у самой, глазки забегали. Ходили слухи, что ее сыну принесли повестку в военкомат. Собираются забрать в армию. На днях, она на четыре дня ездила в Хабаровск, чтобы попытаться – отмазать сына.
В кабинете директора, по-хозяйски рассевшись на стуле, сидел здоровый – ростом, около двух метров – полковник.
Увидев нас входящих в кабинет, он вскочил и ткнув в меня пальцем спросил:
– Это он?
Директриса испуганно кивнула.
– Так, малец собирайся – поедешь со мной. Я недоуменно посмотрел на директора, которая стояла, опустив глаза, и молчала.
– С какой стати? Я присягу не давал и мне всего пятнадцать лет. Поэтому Вы, для меня – никто. Солдатами командуйте и своими подчиненными. Да и попутно научитесь себя вести, а не позорить офицерскую честь. – сказал я и повернулся на выход, собираясь уйти.
– А ну стоять! – заорал полковник и схватил меня за шею.
– Что Вы делаете – это же ребенок! – закричала на полковника директриса
Этого я уже стерпеть не мог. Стоя спиной к полковнику я кинул на него «Вампиризм» 90 %. Всей своей тушей полковник грохнулся на пол.
Я, повернувшись к Вере Петровне сказал:
– Извините Вера Петровна, но таких наглецов, надо учить, и извините, что не смогу помочь Вашему сыну.
Выйдя из кабинета, я немного успокоился, потом одел полушубок. Хотел взять снегоступы у деда и напрямую через тайгу уйти домой. А там на зимовку и до совершеннолетия не возвращаться.
Но немного постояв – передумал. Уйти, всегда смогу, а сейчас я сделаю неприятность Вере Петровне и остальным. Так все было хорошо. Так нет – принесло этого дуболома.
Зайдя обратно в здание, столкнулся с Игорем.
– Ты куда делся? Там Вера Петровна, какая-то перепуганная – тебя ищет. – сказал он.
Я, сняв верхнюю одежду, пошел к директрисе.
Постучав, попросил разрешения войти. В кабинете сидела Вера Петровна и бледный полковник, который с трудом произносил слова, заплетающимся языком, а Вера Петровна, стыдила его, как мог, он – офицер, поднять руку на ребенка.
Полковник пыхтел и извинялся. Увидев меня Вера Петровна показала мне рукой на кресло и сказала:
– Вань, товарищ полковник сожалеет о случившимся недоразумении, ведь так Петр Никитич, – и полковник закивал с трудом шевеля головой, а Вера Петровна продолжила, – я Вас сейчас одних оставлю, мне надо малышей проверить. А вы тут, поговорите с глазу на глаз.
После чего встала и вышла из кабинета.
Полковник повернулся ко мне лицом и это далось ему с трудом, но я не торопился возвращать ему энергию.
– Послушай Вань, прости меня дурня старого, привык командовать с подчиненными, я там не больно тебе шею сжал? По-свински с моей стороны получилось. Сам приехал просить о помощи, почти двое суток не спал, горе, переживания, вот и съехала «крыша». – сказал он и весь сжался, ожидая ответа.
– Все, забыли! – сказал я и вернул ему забранную энергию. Видя, как ошалело он смотрит на меня, догадавшись кто причина его самочувствия. И продолжил, – что у Вас случилось и чем я могу помочь?
– У моей жены не операбельный рак мозга. Где я только не был. В Москву ездил, в Германию снимки отсылал. Везде говорят, что ей жить осталось меньше двух месяцев. А без нее, мне белый свет немил. Мы почти сорок лет – душа в душу живем. Она меня после Афгана выходила, считай жизнь спасла. А я получается не могу. – сказал полковник и в глазах появились слезы.
– Успокойтесь, Петр Никитич, рак я еще не пробовал лечить, но думаю, что за несколько сеансов смогу вылечить, хотя обещать – плохая примета. Только вот моя просьба, когда вылечу – никому про это не рассказывать, а то меня порвут на бесконечное множество целителей. И давайте со мной на «ТЫ» – сказал я.
– Ты говоришь, почти уверенно о положительном исходе лечения. Чем же ты лечишь? Слухов про тебя, полно, при чем самых невероятных, но верить в такие чудеса, хоть и хочется, но не очень получается.
Мне Вера Петровна такие чудеса рассказывала, но, как им можно верить. – сказал полковник.
– Вот поэтому, я и прошу – держать все в секрете. Иначе для меня – все кончиться плачевно. Где Ваша жена? Не будем тянуть время. Надо предупредить Веру Петровну и мне одеться. – сказал я.
Полковник хотел выскочить, чтобы найти директрису, но она сама вошла в свой кабинет, видно за дверью подслушивала.
– Вера Петровна, Ваня согласился попытаться спасти мою Светочку, я тогда забираю его с Вашего позволения? – спросил он.
Вера Петровна заулыбалась, сказав обращаясь ко мне:
– Вань, спасибо, что согласился, покажи Петру Никитичу, что чудеса существуют, причем рядом с нами.
– Покажу, приложу все усилия. – ответил я и пошел в гардероб за своим полушубком.
На улице нас ждала «Вольво», которую я опознал по кольцам на решетке.
Ехать нам предстояло около трех часов. Конечная точка пути – Хабаровск.
Доехали за четыре часа, как назло погода начала портиться и скорость водитель снизил.
У военкома был двухэтажный коттедж в живописном хвойном бору. В доме согласно статуса не последнего человека в городе, присутствовала роскошь, но не сильно бросаясь в глаза.
Мы с полковником поднялись в спальню, на второй этаж. Там, укрытая одеялом, лежала жена полковника Светлана Викторовна.
Было видно, что до болезни она была красавицей, но сейчас, от нее осталась – лишь бледная тень. Запавшие глаза с чернотой вокруг, бело-серый цвет лица, почти белые обескровленные губы. Она лежала и жалобно смотрела, то на меня, то на своего мужа.
Я включил свое «Истинное зрение». Внутри, в самой глубине головного мозга, находился черный шар, из которого, похожие на ветви молнии в разные стороны расходились метастазы.
Конечно, скальпелем такой не прооперируешь, потому что придется весь мозг исполосовать, чтобы добраться до него, а еще метастазы.
Рассказав и описав положение дел, до крайности удивив полковника, который по снимкам и объяснениям врачей, сам знал, что там и как.
Попросил меня не отвлекать. Кинув «Сон» на больную, стал лечить.
Заранее кинув «Большое исцеление» и «Регенерацию».
Сам же, стал помогать своим, уже начавшим работать заклинаниям.
Протиснув энергоканал к черной опухоли, стал высасывать ее в энергоканал, где уничтожал ее, своей белой энергией.
«Большое лечение» направил на метастазы. Это заклинание просто уничтожало их, не повреждая клетки головного мозга,
А «Регенерация» восстанавливала энергоканалы и нейроны поправляя ауру. Еще она восстанавливала погибшие клетки самого мозга.
Причем заклинания стали работать быстрее и эффективнее, по сравнению с прошлым разом, когда я лечил инсульт.
Когда почувствовал себя истощенным и уставшим, то накинул на себя «Большое лечение» и сразу почувствовал прилив бодрости.
Вот, от опухоли не осталось и следа, я обновил заклинания и стал укреплять клетки мозга своей энергией.
Наконец все было готово, но не мешало бы – пару дней понаблюдать за бывшей больной.
Заклинания закончились, но я на всякий случай кинул их еще раз, а сам огляделся вокруг. Полковник спал в кресле, на улице было уже утро. Посмотрев на настенные часы, я посчитал время операции. Получалось – двенадцать часов.
Я сел в стоящее рядом кресло и уснул. Проспал сутки, до следующего утра. Очнулся на диване, но одетый, видно меня туда перенесли.
Желудок завывал диким зверем.
Глава 8
Встав, я пошел искать удобства и умывальник и чуть не заблудился. Хорошо наткнулся на полковника, который проводил меня до туалета с ванной.
А когда я вышел, спросил:
– Получилось?
У меня все похолодело внутри, и я рванул в спальню с больной. Все думая, как же так, ведь я все вылечил. Больная должна прыгать по дому вместе с полковником, а ее не видно, и полковник о результате спрашивает.
Влетев в спальню, я увидел жену полковника, которая сидела на кровати и грызла яблоко. На щеках здоровый румянец, глаза сверкают лицо вполне здорового человека.
Увидев меня, она юркнула под одеяло, а я, осмотрев ее своим «Истинным зрением», облегченно вздохнул.
Вошел полковник, у которого я спросил:
– Петр Никитич, вы меня напугали, я все сделал, думал вы вместе с женой отмечаете день рождения, а вы у меня про самочувствие спрашиваете. Как и обещал Ваша жена здорова, но для своего успокоения, советую сегодня пройти МРТ головы. Хотя, взгляните на жену, результат лечения виден на ее лице.
Пока выговаривал полковнику и давал советы, Светлана Викторовна встала у меня за спиной и одела халат, а потом сказала мне:
– Спасибо тебе Ваня за подаренную жизнь!
Потом подошла и поцеловала меня в щеку, а Полковник обнял меня и прослезился.
Я напомнил ему про секретность и попросил помочь Вере Петровне.
– Конечно Вань, ее вопрос я уже решил, а вот тебя, как мне отблагодарить? Могу деньгами – сколько скажешь, могу – от армии отмазать или пристроить при себе, скажи, что мне сделать для тебя.
– Когда придет время идти служить, хочу попасть в такие войска, как мой дед, хотя понимаю, что сейчас таких нет. – сказал я, чем огорошил полковника.
Он наверно думал, что попрошу отмазать от армии – видно для него привычно, такие просьбы выслушивать, а я хочу идти в армию, да еще непонятно куда.
И полковник задал мне вопрос:
– А где у тебя Вань дед служил?
– В СМЕРШе и многому меня научил, а учить начал с пяти лет. – сказал я.
Полковник аж присвистнул и плюхнулся в кресло и сказал:
– Ну ты, Вань – просто кладезь сюрпризов. Обещать ничего не буду, но постараюсь. Можно в спецназ ФСБ, или спецназ ГРУ – это, как раз ближе к тому легендарному СМЕРШу. Можно, конечно в школу ФСБ, но думаю, что в кабалу на всю жизнь, да еще с таким, как у тебя умением – ты не захочешь. Вот тебе моя визитка. Тебе полных сколько лет? – спросил полковник.
– В Новый год – шестнадцать исполнится. – взяв визитку ответил я.
– Значит через два года в весенний призыв. Хорошо буду ждать от тебя звонка. А сейчас прошу к столу, а то ты целые сутки не ел. Пойдем любимая покормим волшебника.
Стол в гостиной был уже накрыт, икра красная и черная стояли в больших розетках, омары, крабы и прочие деликатесы, так и просились в рот, но как есть некоторые блюда, я не знал, поэтому ел, только знакомые блюда, такие как котлеты равиоли, жаренный гусь.
Когда только успели все приготовить или эти блюда из ресторана. Наевшись до отвала, полковник организовал мне экскурсию по городу.
Хотел подарить мне смартфон и ноутбук, но я отказался, объяснив почему. Смартфон – мне звонить сейчас некому, а ноутбук ребята будут завидовать, для всех покупать – дорого.
Потом Петр Никитич отвез меня в интернат, где передал с рук на руки Вере Петровне, заодно сообщив ей о решении ее вопроса.
– Спасибо еще раз тебе Вань, я навеки твой должник, стукнет восемнадцать позвони, я постараюсь решить твой вопрос.
Ну все, бывай, поеду к своей ненаглядной. До встречи. – сказал он и укатил домой.
И вот Новый год и мне – шестнадцать. Подарков я не ждал, да и где их могли взять воспитанники. Но зато девчонки с моей группы, перецеловали меня все по очереди. А я сиял, как медный самовар, потому что было очень приятно.
Теперь не скажешь, что я не целованный парень, хоть и целовали меня по-детски – целомудренно.
Девушки моей группы пытались завести со мной отношения, которые больше, чем дружба, но я относился к ним, как к сестрам и не давал повода на близость, да и рановато было об этом думать.
Шли дни, проходили недели.
В дневнике Елея, я прочитал, что любой заговор, проклятье и заклинание, надо приводить в виде формулы-рисунка, состоящего из различных элементов.
Даже мой «Вампиризм», был похож на китайский иероглиф, состоящий из различных элементов.
Там были линии или значки, которые отвечали за мысле-команду высасывания энергии, другие за мысле-команды активации, третьи за мысле-команду регулировки процентов выкачиваемой энергии и за мысле-команду возврата энергии.
Меняя и добавляя определенные значки и линии, можно было самому менять заклинание или создавать новое. Это было похоже на детский конструктор.
Целый вечер и часть ночи потратил на то, чтобы соединить стихийные «Щиты» в один общий, который был по мощности, как все вместе взятые и защищал от всех видов атакующих стихий. И у меня получился, этакий «Универсальный щит».
Еще прочитал про стихийные хранилища, без развития которых, сложные заклинания определенной стихии – не смогут активироваться. «Щиты» и слабые начальные заклинания могут работать и при слабых стихийных хранилищах, а вот более серьезные – только на прокаченных.
Оглядев свой «Магический источник энергии», я заметил тонюсенькие нити разных цветов, где белая нить была стихией света, черная – тьмы, самая развитая толстая нить жизнь – зеленого цвета, еще она отвечала за стихию природы, синяя нить – стихия воды, коричневая – земли, голубая – воздуха, красная – огня и последняя, серая – за стихию хаоса.
Это были стихийные хранилища.
Помимо них, существовали, еще отдельные виды энергий – ментальная, пространства, времени, бытовые и другие, которые зависели от величины источника магической энергии.
Также, в дневнике было написано, как прокачать – эти стихийные хранилища. А прокачивались они – энергией из источника.
Стихийное хранилище жизни, было самым прокачанным и имело толщину в 3 миллиметра, а остальные хранилища были по 1 миллиметру. Все энергоканалы подходящие к ним от источника энергии – по 0,5 миллиметра.
Я расширил энергоканал хранилища магии света – на 0,2 миллиметра. Поступивший в хранилище, увеличенный поток энергии, расширил и увеличил хранилище. Расширил, еще на 0,2 миллиметра. Хранилище, тоже расширилось.
Так, я добился увеличения толщины хранилища магии света – до 5 миллиметров, а толщину энергоканала – до 3 миллиметров.
Этим же способом, добился увеличения – до таких же размеров всех каналов. Затем рост замедлился, и я, уже устал.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?