Текст книги "Терминатор и Дюймовочка"
![](/books_files/covers/thumbs_240/terminator-i-dyuymovochka-87191.jpg)
Автор книги: Андрей Бадин
Жанр: Криминальные боевики, Боевики
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 20 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Для того чтобы заправить «Жигули» бензином, Витек продал на барахолке свои китайские кварцевые часы, продал задарма, за ничто, но этих крох хватило, чтобы купить бензин и залить его в прожорливый автомобиль.
– Ну что, поедем на такси? – прищурилась Катя и с ухмылкой посмотрела на террористов. Она видела только их глаза в прорезях черных масок, выпирающие из-под плотной ткани, приплюснутые широкие носы и искаженные гримасой озабоченности рты.
– Мы, наверное, на метро поедем, – ответил Леха и уставился на дорогу.
– А вы и в метро в масках поедете? – не унималась дотошная девочка.
– Маски в метро снимем, – сказал Коновалов, как отрезал. Он посмотрел в зеркало заднего вида на дорогу и, убедившись, что погони нет, сбросил скорость.
Они ехали по Садовому кольцу. До места назначения, где на Сиреневом бульваре располагалась однокомнатная квартира Коновалова, им было полчаса езды, но мотор развалюхи продолжал дымить, начал стучать и готов был вот-вот загнуться. Белый дымовой шлейф, оставляемый за собой машиной, привлек внимание гаишника, и вслед им устремился милицейский «Форд». Служители закона обогнали развалюху и в мегафон приказали ей остановиться.
– Что будем делать? – спросил взволнованный Коновалов.
– Сдаваться. – Витек сник и уже хотел снять черную маску, но друг его остановил:
– Не надо, а то они наши лица увидят.
– Так что же, в масках будем сидеть?
– Да, в масках.
– А если они ваши права будут проверять и документы на машину? – удивилась Катя.
– А у нас нет ни прав, ни документов, – ответил Леха. – Мы эту машину на помойке нашли, немного подреставрировали и всего один раз на ней выехали. Мы ее собирались после захвата бросить в каком-нибудь дворе.
– И пересесть в крутую иномарку, – продолжила мысль девочка.
Парни подавленно посмотрели на нее, и Коновалов ответил:
– Нет у нас никакой иномарки, ни крутой, ни всмятку.
– А автоматы или на крайний случай пистолеты с глушителями у вас есть? Чем вы от ментов отстреливаться будете?
– Нет у нас ни пистолетов, ни автоматов, – понурившись, ответил Демин. – И мы отстреливаться не будем, мы будем сдаваться.
– Жаль, – скривила губки Катя, – я думала, вы настоящие террористы, а вы… – Она посмотрела в окно на подходившего к машине гаишника и заскучала.
– Мы горе-террористы, – добавил Алексей и тяжело вздохнул.
Полный, бочкообразный, с животом, похожим на бурдюк, лейтенант ГАИ приблизился к «Жигулям» и отдал честь:
– Лейтенант Подковыркин. Предъявите ваши док… – как только он увидел за рулем здоровенного мужичину в черной маске, то сразу потерял дар речи.
Алексей сидел не шелохнувшись, держал руки на руле и внимательно следил за каждым движением милиционера.
Первой же мыслью, возникшей в усталом после ночного дежурства мозгу лейтенанта, было: «Негр за рулем». Но, присмотревшись, он понял, что это не черная негритянская кожа, а чулок на голове водителя. Второй мыслью, пронзившей сонный, уставший от выпитого алкоголя мозг, было: «Киллеры! Надо валить отсюда, пока цел».
Оценив обстановку и не заметив агрессии в движениях пассажиров, Подковыркин решил с честью и риском для жизни выполнить свой служебный долг – попросить у водителя права.
– Ваши права, пожалуйста, – выдавил он, будто не замечая, что тот в маске.
– А у меня нет водительских прав, – медленно произнес Коновалов и посмотрел гаишнику прямо в глаза. От этого взгляда у лейтенанта мурашки побежали по спине, но он пересилил страх и повторил:
– Права и документы на машину, пожалуйста.
– Нет ни прав, ни документов, – спокойно ответил Леха и продолжал сидеть как мумия – без движений.
– Выйдите из машины, – вежливо попросил инспектор.
– Не выйду, – ответил Леха.
Подковыркин начал медленно отходить от «Жигулей». При этом его рука потянулась к висевшему на плече автомату. Второй служитель закона в звании капитана, заметив подготовительные действия партнера, недолго думая, вскинул «калашников» и кинулся к развалюхе.
– Выйти из машины, руки на капот, – истерично завизжал он. От нервного возбуждения его руки тряслись так, будто он сжимал отбойный молоток.
Осмелевший лейтенант направил ствол в окно и рявкнул:
– Всем выйти!
– Что будем делать? – дрожащим голосом спросил Витя.
– Выходим, – пробубнил Коновалов, – больше ничего не остается.
Медленно, чтобы не спровоцировать гаишников к стрельбе, он открыл дверцу, поднял руки вверх и начал боком, так как иначе в дверь не проходил, вылезать из кабины.
Демин же дверь открыл резко, быстро выскочил и также быстро положил руки на крышу автомобиля. Катенька спокойно вылезла из салона, захлопнула дверь и оперлась о нее спиной.
– Документы, – завизжал Подковыркин.
– Нету документов, – спокойно ответил Коновалов.
– Паспорт?
– Нету паспорта.
– Почему в масках?
– Замерзли, – ухмыльнулся Леха.
– Снять маски, – приказал лейтенант, на что услышал категоричный отказ.
– Почему не снимете? – В глазах у него встал немой вопрос.
– Простудимся, – брякнул Демин.
– А почему девочка не в маске? – задал второй дурацкий вопрос Подковыркин.
– Она закаленная, – парировал Леха и взглянул на Катю.
Та стояла, опершись спиной о дверь, и спокойно рассматривала гаишников и наведенные ей в лицо автоматы. Она не проявляла ни малейших признаков беспокойства и, как показалось Алексею, не собиралась воспользоваться предоставленной ей возможностью и бежать. Происходящие с нею события были для нее забавной игрой.
– Ты кто такая, девочка? – спросил ее лейтенант.
– Я – закаленная, – ответила Катя и надменно посмотрела на Подковыркина.
– Так, – промямлил тот, – сейчас я вызову наряд муниципальной милиции, и вас отвезут в участок для выяснения личностей.
Он поднес рацию к губам, но воспользоваться ею не успел, так как потерял сознание. Металлический прут опустился ему на голову. От этого удара его фуражка согнулась пополам и отлетела на пять метров. Лейтенант обмяк и плюхнулся на дорогу. Второй гаишник успел обернуться, но получил сначала палкой по коленям, отчего согнулся в три погибели, а потом прутом по затылку. Он выронил автомат и повалился на дорогу как мешок. Лейтенант и капитан лежали бок о бок, как дрова в вязанке, а возле них ехидно скалились дружки Дуболомова.
Увидев их, Катя вскрикнула, зажала ладонью рот и взглянула на Коновалова. А тот спокойно сжал кулаки и приготовился к бою.
Глава 2
Дуб сидел возле столба пять минут, сидел не двигаясь, пока его не оторвали подъехавшие братки.
– Ты чего к нему прилип? – съязвил Фома. – Подумал, что это твоя баба?
– Меня машина террористов сшибла, – начал оправдываться тот, – я пролетел по воздуху двадцать метров и ударился об этот столб. Вот и шишка на лбу имеется. – Он показал синяк величиной с комариный укус и потер его широкой мозолистой ладонью: – Как жив остался, не знаю.
– Столб мягкий попался, – усмехнулся приехавший с Фомой братан по кличке Газила.
Это прозвище ему дали неспроста – из-за его хамской привычки постоянно попукивать. Он это делал везде и без зазрения совести. Он мог за столом, во время званого обеда пустить шептуна в присутствии дам и друзей. Но самое неприятное было ехать с ним в машине. Он мог сильно пукнуть и от этого долго веселиться. Каково же было друзьям вынюхивать его зловонные вулканические выбросы! Главарь банды Гера хотел его за эти выходки сослать в Германию, мол, там ему и место, но потом передумал – еще здесь пригодится. А так Газила был верным другом и проверенным в делах бойцом.
Он был высокого роста и очень тренированный в плане восточных единоборств. Он садился на шпагат и мог кулаком расколоть три белых кирпича, положенных один на другой. Даже Дуб колол только два.
У Газилы от постоянных тренировок пальцы и кисти рук были сильно деформированы, не разгибались и находились в скрюченном состоянии. Несведущие люди думали, что в детстве он перенес полиомиелит, и сильно ему соболезновали, но на самом деле он колол пальцами доски, кулаками кирпичи и черепицу, а локтями бревна и бордюрные камни. «Крутой цигун» звали его друзья. Даже лицо у него было набито деревянными палками. Босс собственноручно раскалывал о его голову бутылки, доски, а порой и кирпичи. Но Газила выдерживал все.
– Садись в машину, поедем искать твоих террористов, – ухмыльнулся Фома, и все залезли в новенький, только с конвейера джип «Линкольн Навигатор». Фома надавил на газ, и внедорожник полетел по трассе.
– От тебя воняет хуже, чем от Газилы, – заметил бригадир, – не продохнуть. Наш пердун приятнее пахнет.
– На меня вывалили помойный контейнер с мусором. Террористы за ним спрятались, когда я в них стрелял. Когда патроны кончились, я стал обойму перезаряжать, и один из них поднял контейнер и в меня метнул. Я увернулся, но мусор вывалился и запачкал костюм.
– Это каким же надо быть сильным, чтобы мусорный ящик в тебя кинуть? – скептически произнес бригадир. Он не очень-то доверял россказням частенько привирающего Дуба.
По правде говоря, Фома думал, что дочка Репутатского сбежала от Грини и опять поехала к матери в психиатрическую больницу. Такие выходки у нее уже были, но, слава богу, ее ловили на полпути.
Фома поглядывал на грязный, вонючий костюм товарища и брезгливо морщился.
– Ты что, в помойке ковырялся? – спросил он. – Обед себе искал?
Братки разразились веселым смехом, а Гриня съежился и только с досадой покачал головой.
«Вам бы так поковыряться», – подумал он, а вслух сказал:
– Их было двое, и оба в черных масках. Один настолько здоровенный, я таких в жизни не видел, – продолжил он свой «правдивый» рассказ. – Он мне как даст в челюсть, я аж пошатнулся, но на ногах устоял. Я тогда как саданул ему ногой в грудь, а он даже не согнулся. Тогда я ему кулаком в нос, а он увернулся и мне как дал локтем в лоб – я и упал.
– Прямо на столб, – засмеялся Газила и громко пукнул. Зловонное облако поползло по салону, а братки зажали носы пальцами и начали спешно опускать стекла – хотели вдохнуть свежего воздуха. Несмотря на то что в иномарке работал кондиционер, в ней стало душно – хоть топор вешай.
– Опять ты, пердун! – возмутился Фома.
– Бздун! – поддержал бригадира Гриня.
– Ха, ха, ха, – громыхал развеселившийся возмутитель спокойствия. Самого Газилу его вонь почему-то не брала.
«Навигатор» маневрировал среди многочисленных машин и несся по Садовому кольцу.
– Вон они! – гаркнул Гриня, и все увидели желтые «Жигули» рядом с «Фордом» гаишников. – Дюжий террорист возле водительской двери. – Дуб указал направление грязным пальцем.
– Ни фига себе бульдозер, – вырвалось у Газилы, – его кувалдой не возьмешь.
– И девчонка с ними, – добавил Дуб.
– И два мента, – Фома притормозил и перестроился в крайний правый ряд. – Действуем быстро, – приказным тоном начал он, а братки подбоченились. Шутки шутками, а дисциплина в «Крутых кулаках» была железная. – Газила, убираешь ментов, потом битюга, а мы с Дубом хватаем девчонку. Если эти черномасочники дернутся – перестреляем их, как уток на охоте.
Парни вытащили пистолеты и передернули затворы, а Газила достал из-под сиденья металлический прут. Джип подъехал и остановился возле гаишников, бойцы молниеносно выскочили из кабины, приблизились к ним и с двух ударов вырубили их. Те распластались на асфальте, а братки ринулись на Коновалова.
Алексей сжал кулаки и приготовился к отражению атаки. Газила размахнулся толстым, метровой длины прутом. Леха присел, и металл просвистел у него над головой. Газилу по инерции закрутило, и он повернулся к Лехе спиной. Леха обхватил его за талию, приподнял и произвел мощный бросок через бедро. Он так рассчитал движение, чтобы бандит упал на Фому.
Бригадир видел, что напарник промахнулся, решил ему помочь и кинулся в атаку. В этот момент Коновалов и бросил на него Газилу.
Фома саданул кулаком в ребра кувыркающемуся в воздухе парню и отскочил от него на метр. Газила вскрикнул и обрушился на голову Фоме. Сшиб его, и они оба плюхнулись на лежащего на асфальте Подковыркина.
Фома решил приподняться, но белая кроссовка Лехи врубилась в его тяжелый подбородок и сместила на десять сантиметров. Бандит дернулся и опрокинулся на спину. Газилу Алексей добивать не стал, так как его уже изувечил его же товарищ. Ушибленные ребра сильно болели, Газила ревел, как стая бабуинов, и катался по асфальту. При этом не забывал подпустить зловонного пару.
Гриня выхватил пистолет и направил его на широченного террориста в черной маске.
Алексей вовремя заметил, как бандит вынимает оружие, и решил, что надо атаковать. Сделал шаг к лежащему на дороге гаишнику, стремительно нагнулся, схватил «калашников» за ствол и с размаху метнул в братана. Не успел Дуб прицелиться, как брошенный автомат ударил его сначала по руке с пистолетом, а потом в грудь. Выбил оружие и очень больно заехал рукояткой в солнечное сплетение. Гриня охнул, согнулся пополам и опустился на корточки. В глазах у него поплыло, а внутри затошнило. Но амбал сознания не потерял и не отключился.
В этот момент с асфальта встал Фома и двинулся на Коновалова. Алексей отскочил, и удар, направленный в челюсть, просверлил воздух возле его носа. В ответ Леха сильно долбанул Фому правым боковым, его голова откинулась назад, он потерял равновесие, завалился на спину и сильно ударился затылком об асфальт. Последнее, что он запомнил, были яркие искры и белые облака, плывущие по голубому российскому небу.
Дуб вскочил, кинулся к Кате, схватил ее за руку и поволок к машине. Девочка не сопротивлялась, но шла с неохотой. Возвращаться к казарменному, полутюремному образу жизни, организованному ее отцом, ей не очень-то хотелось. С двумя, по ее мнению, неопасными, «добрыми» террористами ей было и веселей, и спокойней. К тому же по необъяснимой причине ее тянуло к широкоплечему захватчику. Она чувствовала, что от него веет теплом, добротой и силой. Таких чувств она не испытывала ни к одному человеку в мире. С каждой минутой общения Леха ей нравился все больше и больше.
Витек обежал развалюху и встал на пути уводящего заложницу Дуболомова.
– Стой, ты куда? – рявкнул он и замер на безопасном расстоянии от него.
– Пошел вон, ЧМО (человек, мешающий обществу), – отмахнулся тот и продолжал тащить Катю к «Навигатору».
– Стой, кому говорят! – не унимался Витя.
Демин не был бойцом, как Коновалов, и поэтому на рожон не лез, но всегда находился за спиной сильного и закаленного в боях друга.
– Пошел к черту, – смерив его взглядом, усмехнулся Гриня.
– Леха, он не хочет нашу заложницу возвращать, – завопил Демин, пытаясь привлечь внимание занятого разборками друга.
Закончив добивать последнего из братков, Леха обернулся на зов и рявкнул:
– Вернет, куда он денется.
Услышав голос у себя за спиной, Дуб вздрогнул. Он не следил за разворотом поединка и в душе надеялся, что супермастер Газила сможет одолеть террориста. Но он ошибся. «Крутой кулак» отдыхал на асфальте в недвусмысленной позе.
Дуб вжал голову в плечи и обернулся. Драться с Коноваловым ему больше не хотелось, вернее, получать по морде больше не хотелось. Он добровольно, без боя выпустил руку Кати, отошел от нее и сказал:
– Ладно, берите, но мои люди будут вас искать и найдут. Вот тогда и поговорим.
– Уже поговорили, – усмехнулся Леха и обнял девочку. Он посмотрел на довольную Катю, и вдруг на душе у него стало хорошо, тепло и спокойно, будто соловьи завели свои прелестные трели.
– Уходим, Леха, – крикнул Демин и кинулся к бандитскому джипу. Открыл водительскую дверцу, сел за руль и повернул ключ зажигания.
Алексей помог Кате сесть на заднее сиденье, а сам втиснулся на переднее. Демин нажал на газ, мотор взревел, но джип с места не тронулся.
Дело в том, что Витек не умел водить машину. Он мечтал научиться, но времени и денег не было, да и машины не было, и он все откладывал и откладывал. Теперь ему предоставилась прекрасная возможность начать свое отложенное обучение. Он с радостью нажал на газ, но джип стоял на месте как вкопанный и ревел, как Ниагарский водопад.
– Леха, он не едет! – взмолился Витя.
– Ты забыл перевести рукоятку скоростей в режим езды.
– Где эта рукоятка?
– Вот она, – Катя ткнула пальцем в ручку, – даже я знаю.
– Как ее включать? – затрепетал Демин.
– На одно деление на себя, – спокойно ответил Леха и уже положил ладонь на рукоятку, как Витя закричал:
– Нет, я сам! – Он перевел как надо и снова нажал на педаль. Широкие шины джипа засвистели на сухом, пыльном асфальте, покрышки задымились, и тяжелый задок пошел юзом. Через мгновение произошло сцепление, и внедорожник, набирая скорость, с места взял полный газ.
– А! – закричал от радости Демин и подскочил в водительском кресле. Его ликованию не было предела. Он первый раз сам вел машину, да еще какую.
«Навигатор» увеличил скорость и чуть не врезался в ехавший впереди «Москвич». Леха успел схватить руль и крутануть влево. Джип объехал легковуху и беспрепятственно умчался с места бойни. Коновалов страховал Демина и следил, чтобы тот не побил окружающие их машины.
Как только внедорожник исчез из вида, Гриня смачно сплюнул на гаишников и начал думать, как выпутаться из наихреновейшего положения, в которое он попал по своей трусости.
Несмотря на свой грозный вид, Гриша был парнем добродушным и, можно сказать, робким. Он никогда не принимал участия в избиениях не плативших дань коммерсантов. На разборках в людей не стрелял, а если и стрелял, то старался промахиваться, целясь выше голов. Единственный раз он в азарте погони открыл огонь из пистолета по «Жигулям» террористов, не сообразив, что может кого-то ранить или убить. Он ведь стрелял по машине.
Когда Фома его спрашивал, почему он не ударит пару раз директора магазина, задолжавшего бандитам деньги, то Дуб отвечал:
– Я его ударю, а вдруг убью или искалечу, кто тогда дань будет платить?
Братки знали про его природную силу и верили словам, хотя на самом деле он бы мухи не обидел. Грине только и надо было, чтобы от него отстали.
Да, Гриша Дуб был обыкновенным «быком», каких много. Получал тысячу долларов в месяц, делал то, что приказывали, и не больше. Сам на рожон не лез и в авторитеты не метил. Он занимал в группировке свое законное положение не выше и не ниже.
Теперь, после победы широкоплечего террориста, авторитет Дуба, как сильного и непобедимого «крутого кулака», оказался под угрозой. Гриня понимал, что когда Фома и Газила придут в себя, то обязательно спросят, почему он, Дуб, жив, здоров, целехонек и даже без синяков? Наврать про его победу над террористом он не сможет – не поверят, так как они на своей шкуре ощутили его мастерство. Значит, его авторитету конец, а за трусость его могут избить и выгнать из банды. А на крайняк даже убить.
Гриня постоял с минуту, почесал затылок, думая, что предпринять, а потом заметил, как Фома начал мотать головой и мычать как годовалый бычок. Следом за ним начал очухиваться и Газила. Тогда Гриня повернулся лицом к проржавевшим «Жигулям», перекрестился, разбежался и со всего маху врубился головой в боковое стекло. Он знал, что оно не каленое и поэтому легко разобьется под натиском его чугунного лба.
Стекло мигом разлетелось на осколки, голова Грини влетела внутрь, а массивное тело осталось снаружи. Стекла немного рассекли кожу на затылке, и струйки крови потекли по шее и мясистым щекам. Гриня мог сразу вынуть голову из дверцы, но решил повременить, подождать, пока друзья его отсюда извлекут. Он согнул ноги, присел, притворясь нокаутированным, и стал ждать, пока Фома очнется. Ждал недолго – меньше минуты.
Братаны пришли в себя, с трудом поднялись с асфальта и нашли Дуба в плачевном состоянии. Он висел в дверце легковухи и не подавал признаков жизни. Когда Фома подошел ближе и увидел струи крови, стекающие на дверцу, то подумал, что Дубу разбитым стеклом перерезало горло.
– Братан, – сдавленно прохрипел он, – Дуб, похоже, дал дуба.
– Что, загасили? – спросил Газила и при этом от волнения громко пукнул. Его выходки бригадир не заметил, так как сильно переживал за Гриню. Парни осторожно вытащили Григория из дверцы и усадили на асфальт.
– Вроде сопит, – прислушался бригадир.
– Значит, жив, – подтвердил Газила.
Неожиданно Григорий открыл глаза, сжал кулаки, размахнулся и врезал Газиле в челюсть. Тот еле-еле увернулся от массивной дуболомовской «пивной кружки»:
– Ты чего, не домахался? – Парни схватили Гришу и попытались успокоить. Но не тут-то было. Дуб встал, несмотря на то что на его руках повисли двое здоровых мужчин, и, пошатываясь, двинулся по дороге.
– Бей, гад, – зарычал он, – бей, падла!
– Дуб, ты чего, это же мы, – запричитал Газила.
– У него от удара крыша поехала, – догадался Фома. – Держи его крепче, а то кого-нибудь замочит.
Братки навалились на сильного, как горилла, братана и попытались остановить. Гриня встал как вкопанный, но все равно хрипел и рычал, пытаясь что-то произнести. Наконец, мотнув головой, пришел в себя и на удивление быстро повеселел.
– А, это вы? – выпалил он.
– Мы уж думали тебя загасили, а потом решили, что ты сбрендил. А ты жив и здоров. – Фома отпустил его руку.
– А кто меня загасит? – начал косить под дурака Гриня.
– Как кто, амбал в маске, – напомнил Газила.
– Какой амбал? – переспросил Дуб.
– Катю захватили террористы и… – начал Газила, но бригадир его остановил.
– Потом расскажешь или сам вспомнит. Надо отсюда сваливать, а то уже слышен вой ментовской сирены.
– Так террористы наш джип сперли, – с досадой вымолвил Газила.
– Поедем на мусорской, а «Навигатор» потом найдем, по вмонтированному в него пеленгу.
Фома отдал приказ, и все бросились к милицейскому «Форду». Бригадир включил сирену, мигалки, нажал на газ, и веселые братки с воем умчались с места преступления.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?