Текст книги "Голому рубаха"
![](/books_files/covers/thumbs_240/golomu-rubaha-6925.jpg)
Автор книги: Андрей Дворник
Жанр: Юмористическая фантастика, Фантастика
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 5 (всего у книги 20 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Глава 9
Малые маневры в мире метеоров
Изрыгающий пламя, их корабль вплотную приблизился к пористой завесе каменного крошева; на экране бело-голубой столб огня погрузился в серое плотное полотнище и сразу расцветился красно-желтыми всполохами; это в факеле маршевого двигателя кипели и испарялись камень, лед и металл, создавая воистину феерическое зрелище.
– Безумству храбрых поем мы песню, – налюбовавшись фейерверком, Порнов наблюдал за вражескими перехватчиками. Большая часть из них разворачивалась кормой вперед; но были и такие, кто продолжал погоню.
– Совсем с ума сошли; прут за нами полным ходом.
– Есть ли на свете мужество, каждый решает сам, – сказала Мич из динамика. – Кто-то из них больше боится наших пушек; кто-то – астероидов; а кто-то – гнева моей сестры.
– Да, с сестрой тебе не повезло, – сказал Порнов. – Очень экспансивная женщина; прямо жуть. Еще когда она на мне сверху прыгала, я понял: мужику с такой – труба.
– Это когда она на тебе прыгала? – крайне удивилась Мич.
– Да в вездеходе; чуть под колеса меня не сбросила; забыла, что ли?
– Тьфу ты; это же фантом был! Ты точнее слова подбирай, герой-любовник!
– Я лучше вообще помолчу; и тебе того же советую. А то еще вляпаемся в неприятность метрового диаметра...
– «Просьба водителя разговорами не отвлекать?»
– Именно так, – поставил точку в разговоре Порнов.
– Тогда давай рули, – последнее слово все равно оказалось за Мич. – Только остановки объявлять не забывай!
Порнов полностью переключил свое внимание на экран заднего обзора; там регулярно выскакивали сообщения о том или ином астероиде; к счастью, в этом Саду Камней крупных булыжников было мизерное количество. Порнов лишь слегка наклонял штурвал, на всякий случай увеличивая и без того безопасное расстояние. Бьющий из кормы смерч исправно выжигал в щебенке туннель; корабль все глубже погружался в каменный пояс; внешне это было заметно по участившимся щелчкам микрометеоритов; в результате расплава и возгонки, рикошетируя, вначале они достигали брони корабля крайне редко; но постепенно отчетливый их стук стал звучать все чаще и чаще.
– Плотность потока растет, – озабоченно заметил Порнов. – Куда же ты лезешь, куда?!
Договорить он не успел; яркий сполох на блистере заставил его отшатнуться; Порнов выругался.
– Что случилось? По нам стреляют? – испуганно спросила Мич.
– Вроде того... Один из ваших взорвался; сейчас волна пойдет, камни с собой потащит...
Аккомпанементом к его словам на экране сверкнула новая вспышка; затем еще одна.
– Люди гибнут, – сдавленно сказал Порнов. – Хоть враги, а все равно жалко.
– Ты лучше нас с тобой пожалей, – сказала Мич. – Нас-то волной не заденет?
– Не знаю, – пробормотал Порнов. – Я не думал, что они в поле сунутся; посчитать надо...
– Так посчитай; разнюнился тут!
Соревнуясь со стрекотом метеоритов по броне, Порнов застучал по клавишам.
– За одним прикинь, что будет, если вся эскадра начнет по нам из фазеров стрелять. И фотонные торпеды посчитай!
– Да брось ты, – не прекращая работы, возразил Порнов. – У них там по курсу дюжина перехватчиков толчется; уйма народу...
– Пфе, – фыркнула Мич. – Даже в голову не бери; смело считай их за булыжники!
– Волна нас догонит через десять минут; это на самом выходе из астероидов, – Порнов закончил расчет и вновь взялся за штурвал. – Там придется развернуться... Короче, не бойся; как-нибудь прорвемся.
– А про эскадру что? – не унималась Мич.
– Про эскадру ничего, – сказал Порнов. – Где она сейчас, я точно не знаю; обзор я убрал, антенны втянул. Да они и без надобности; через кирпичную кладку мы еще глядеть не научились. Надеюсь, и они нас не видят.
Словно в ответ на его слова, в кабине стало белым-бело; светофильтр порновского шлема среагировал мгновенно, затеняя все окружающее.
– Все-таки ... – начал Порнов, наблюдая беспросветную серую мглу.
– Фазер, – закончила Мич. – Судя по силе потока, главный калибр. Радуйся, что не попали; кажется, они и впрямь нас не видят.
– Я радуюсь, радуюсь... – живо отреагировал Порнов. – Вот только рулить как? – поинтересовался он. – Я же не вижу ни фига!
– Интересно, а как вы обычно летаете?
– Обычно мы на исправных катерах летаем; там кабина автоматически затеняется... Долго он еще так сверкать будет?
– Пока батарейки не сядут.
– Попробую включить затемнение вручную. То есть на ощупь. Главное, – не промахнуться...
Мич почувствовала, как ее рвануло вверх; одновременно в динамике раздалась раздраженная ругань Порнова.
– Что случилось? – спросила Мич.
– Колпак открылся... сдуру, – проворчал Порнов. – Ты там хорошо держишься?
– Надо было раньше спрашивать...
Только тут Мич испугалась по-настоящему.
– А если бы я улетела? – воскликнула она. – Что бы я стала делать?
– Нашла бы себе подходящий астероид; стала бы на нем жить– поживать, – сказал Порнов. – Розу бы стала выращивать; в одной нашей сказке принц жил на астероиде и выращивал розу...
– Слушай, хватит на сегодня сказок; а если серьезно?!
– Почем я знаю, если серьезно... Огурцы, наверное, выращивал; или помидоры, – глубокомысленно заметил Порнов. – У меня мать, например, папайю выращивает и эту... как ее... уругулу! Все, не мешай; мне крышу на место вернуть надо; хватит вшей вымораживать.
– Это ты про Вставалкина? Тогда уж блох... Если не мышей.
– Ч-ч-черт! Про штурмана-то я и забыл; вот интересно, его в космос не унесло?
– Вряд ли; ты его основательно... прибил.
Несколько минут Мич слышала лишь частое нервное дыхание Порнова; внезапно он опять возопил и выругался.
– Что-то опять не так? – участливо спросила Мич. – Уж вроде больше «не так» и быть не может?
– Чуть себя не катапультировал, – пожаловался Порнов. – Гонял бы сейчас среди астероидов на кресле-каталке...
– Ты там полегче, – забеспокоилась Мич. – Куда я без тебя? Я этой бандурой управлять не умею!
– Я больно умею, – сказал Порнов. – Электроника хренова; напридумывали тут. Вот раньше пилотам лафа была – рычажки, штурвальчики; всегда Робуру Завоевателю завидовал...
– Что, много завоевал?
– Да нет; завоевал-то совсем немного; так, все воздушное пространство Земли.
– Ого!
– Представляешь? Несешься ты, куда глаза глядят, и ни одна зараза тебя догнать не может...
– Очень актуально! Как я понимаю, и это тоже сказки?!
– Это научная фантастика! – гордо заметил Порнов. – Все, крышку я закрыл; а как затемнение включить – так и не понял; ничего, похоже, у ребят на эскадре как раз весь запал вышел.
В кабине и в самом деле посветлело; вскоре Порнов мог различить не то что индикацию на пульте, но и иней, блестящей коркой покрывший шкуру вервольфа.
– Ни хрена ему не сделалось, – констатировал Порнов. – С такой шерстью он теперь на снегу спать может... А чего это у него морда обледенела? Он что, все-таки дышит?
– Может, и дышит, – ответила Мич. – Я в зомби плохо разбираюсь; я все больше по высшим чувствам специализировалась; помнить – забыть, полюбить – разлюбить...
– ...убить – оживить, – подхватил Порнов. – Я знаю. И про полюбить знаю; в смысле высоких чувств... Анекдот такой есть.
Тут он услышал, как Мич принялась отщелкивать присоски и возопил:
– Молчу уже, молчу! Пристегнись немедленно! Сейчас переворот будем делать!
– Смотри у меня, – запальчиво произнесла Мич. – Так; а сам-то куда потопал?
– Вот хочу штурмана закрепить, – ответил Порнов, направляясь к креслу с оборотнем.
– Боишься ты его, все-таки, – сказала Мич с удовлетворением. – Бои-и-ишься!
– Боюсь, – согласился Порнов. – Боюсь, что он при перевороте со своей жердочки свалится; хорошо, если хладным трупом; а если оживет? Устал я уже вас разнимать и по разным углам растаскивать...
И Порнов накрепко приторочил человековолка ремнями к креслу.
– Точно; раньше бы я тебя за такие слова убила, – задумчиво произнесла Мич. – А теперь вот лежу – и ничего!..
– К хорошему быстро привыкаешь, – сказал Порнов. – Сейчас станет еще веселее; полминуты полного кайфа; выключаю маршевый!
Сразу стало легко и приятно; незаметная и изматывающая, как хроническая болезнь, перегрузка растворилась, исчезла.
– Здорово! – восхитилась Мич. – Дальше так и полетим?
– Увы, – вздохнул Порнов. – Я и рад бы тебя побаловать; но каждая секунда на счету.
Работая маневровыми двигателями, катер совершил разворот.
– Теперь, как порядочные люди, поедем, – сказал Порнов, – лицом вперед. Держись, включаю двигатель.
Тело опять налилось вместо крови ртутью; Мич заныла от разочарования.
– Слушай, я женщина хрупкая, кость у меня тонкая; долго мне тут еще расплющенной камбалой лежать?
Она не удержалась и добавила:
– Сам там в кресле отдыхает!
– Махнем, не глядя, – с готовностью предложил Порнов. На экранах перед ним небо очистилось от камней; катер выходил из метеоритов.
– Отцепляйся от пола и попробуй встать, – обернулся он к Мич. – Хотя бы на четвереньки.
– Ни за что, – запротестовала Мич. – Ни на четвереньки, никак. Я девушка не только хрупкая, но и гордая. Ты потом где-нибудь напьешься и будешь всем хвастаться: «Вот, была у меня одна знакомая принцесса. Поставил я ее...»
– Гм! – прервал тираду Порнов. – Чего только человек не наговорит, лишь бы пальцем лишний раз не шевельнуть...
– А что я такого сказала? – спросила Мич с подозрением.
– Раз такая гордая, вставай на ноги и иди пешком, – не стал вдаваться в подробности Порнов. – В полный рост.
– Не пойду я никуда, – запротестовала Мич. – Я передумала; мне и здесь неплохо.
Она подумала и добавила:
– Большое спасибо за заботу.
– Большое пожалуйста, – сказал Порнов. – Только к пульту тебе все равно идти придется; кто-то же мне должен показать, куда лететь.
– А я-то думаю, чего это ты вдруг таким галантным стал, – уныло объявила Мич. – Ну-ка, помоги мне.
Поддерживаемая Порновым, с превеликим трудом она села.
– И теперь еще идти куда-то? – осведомилась Мич, тяжело дыша. – Да я и на четвереньках шагу не сделаю; умру тут же... К черту гордость; давай, тащи меня, как мешок; разрешаю!
– Она разрешает, – изумился Порнов. – Я что – двужильный? Мне же тоже нелегко!
– Ты пока подумай, а я лягу, – с готовностью предложила Мич, приноравливаясь откинуться на спину.
– Сидеть, – строго сказал Порнов. Собрался с силами, ухватил Мич под микитки и поволок к пульту. Принцесса айкала и ойкала; но в итоге была благополучно водружена на трон; Порнов примостился у ее ног и долго хрипел и булькал, приходя в себя.
– Вот сюда полетим, – Мич бодро ткнула пальчиком в экран; в противоперегрузочном кресле она чувствовала себя намного лучше. – Вот здесь, на экваторе, они нас долго не найдут; масса заповедников, чертова уйма островов, гористый ландшафт... Сюда полетим.
Скрипя суставами, Порнов вскарабкался повыше, на подлокотник, и принялся разглядывать точку будущей посадки. Чужая планета сияла с телевизионного экрана до боли знакомым голубым светом.
– На Землю похожа, – Порнов позволил себе немножко ностальгии. – Интересно, как там?
– Так себе; плюс семьдесят, и влажность – сто, – не поняла его грусти Мич.
– Кто в лес, кто по дрова, – вздохнул Порнов и потянулся к штурвалу. – Подберите ножки, ваше высочество; я хоть на краешек присяду.
Задвинутая вглубь кресла, Мич некоторое время безучастно наблюдала перед собой широкую белую спину Порнова; вскоре, впрочем, безделье ей надоело.
– Ты хоть говори, что делаешь, – попросила она. – Совсем не видно ничего.
– Я же учил тебя обращаться со скафандром; выведи себе на стекло шлема индикацию с пульта.
– Ну да, учил, – недовольно сказала Мич. – Один раз показал – и все!
– Ох уж мне эта память девичья... У тебя там компьютер встроенный; поговори с ним, он тебя всему научит. Только мне не мешай... пожалуйста.
– Ве-е-ежливый, – протянула Мич. – Вот как дам сейчас кулаком по загривку!
Но не дала, нет; напротив, еще больше подобрала ноги под себя, освобождая Порнову лишний кусочек сидения. Завозилась, приноравливаясь к новой позе; кресло раскачивалось. Порнов гневно задвигал ушами, но сдержался и вслух ничего не сказал. Рядом с планетой катер слушался руля все хуже и хуже; как они будут садиться, Порнов представлял себе крайне смутно.
Глава 10
Империя атакует сзади
Мич тем временем успокоилась и принялась болтать с компьютером, пытаясь вычислить уровень его интеллекта. Тип процессора и количество памяти тот ей сообщил сразу; а вот загадку «два конца, два кольца – посередине гвоздик» отгадывать отказался напрочь.
– Из семнадцати определений слова «конец» одно является идиомой бранного характера; употребление этого слова в литературном и деловом языке недопустимо!
Порнов захихикал: «Ай да кибер, ай да молодец; подловил-таки нашу скромницу»; Мич возмутилась, что подобного она даже себе и помыслить не могла; а если кому-то везде непристойности мерещатся, то это их проблемы.
– Это ты про кого, – уточнил Порнов, – про кибера или про меня?
– Про вас про всех, – обобщила Мич. – Что экипаж, что роботы – все куда-то не туда повернутые.
– Полетаешь тут год-другой с суровым мужским коллективом, еще не так повернешься, – заметил Порнов. – Что же до кибера – ты бы его еще о смысле жизни спросила.
– А что, сгорел бы?!
– Сгореть бы не сгорел, а успокоительного в воздушную смесь точно добавил бы; это же тебе не «медбрат», кибер первого класса; так, третий сорт. Команды понимает; юмор – нет.
Мич для пробы приказала вывести ей на забрало изображение с порновского терминала; робот безропотно подчинился.
– То-то же, – заметила она удовлетворенно. – Давай другой экран; еще; еще.
– Ух ты, – воскликнула она неожиданно. – Что это у нас с астероидным облаком такое?
– А что с ним? – поинтересовался Порнов.
– Белое пятнышко какое-то; словно фонариком через простыню светят.
– Знаю я этот фонарик, – проворчал Порнов. – До сих пор из-за него зайчики в глазах бегают... Это эскадра идет через астероиды.
– Ты как будто только этого и ждал, – сказала Мич. – Уж больно спокойный.
– А что я должен был ждать? Что они вдруг плюнут на нас с тобой и по своим делам разбегутся?
– Они могли бы не лезть в астероиды, – неуверенно предположила Мич, – а, например, облететь их...
– И потерять полсуток? Ты же знаешь свою сестрицу; идти напролом, по головам и трупам – не ее ли любимое хобби? Да какое хобби – смысл жизни!
– Ладно, ладно, уболтал; и что дальше?
– Дальше вот что: я думаю, через полчаса всей толпой они вывалятся по эту сторону астероидного поля. Мы как раз достигнем атмосферы. Не станут же они гвоздить из фазера по родной планете?!
– Из фазера – не станут; но вот запеленговать нас и вести до точки посадки – это запросто. Мы приземлимся, они выйдут на орбиту и ка-а-ак...
– Это – вряд ли! – хитро прищурившись, заметил Порнов с великим сомнением.
Дальше все произошло так, как он предсказал. Из серого холодного облака, плюясь гейзерами сияющей плазмы, расшвыривая далеко в космос горящие ошметки расплавленной породы, одна за другой вынырнули ощетинившиеся тысячей лазерных лучей черные махины крейсеров; Порнов удовлетворенно отметил, что ни одного перехватчика рядом не было.
– Может быть, части из них удалось вернуться и сесть на базовые корабли, – предположил Порнов. – Но скорее всего, она их просто бросила.
– Очень сомневаюсь, – заметила Мич. – Я думаю, большую часть спалила фазером; а оставшихся послала вперед брандерами – выжигать собой туннель для главных кораблей.
– Что за женщина, – покачал головой Порнов, наблюдая, как эскадра гасит лучи противометеоритных пушек и разжигает ходовые реакторы.
– Когда мы родились, нас с сестрами друг от друга отличить нельзя было, – сказала Мич. – И что с нею стало...
– Вот-вот, – сказал Порнов, в поте лица орудуя штурвалом; голубая планета перед ним заняла весь экран; сквозь пелену белых облаков можно уже было разглядеть бирюзовую равнину океана. – Я так себе и представляю, как она смотрит на свой экран, печально разглядывает наш кораблик и думает: – Боже мой! Моя родная сестра связалась с какими-то уродами; что с ней стало...
Договорить Порнову не удалось; грохот взрыва рванулся из наушников; корабль ощутимо вздрогнул и нырнул вбок. Порнов чуть не выпал из кресла; но Мич, опоясав его руками, удержала за штурвалом.
– Хреновый из меня телепат, – пожаловался Порнов. – Что-то она совсем другое себе думает!
– И если смотрит на нас, – сказала Мич, – то через сетку прицела... Опять!
Снова взрыв, лязг удара по броне; снова нырок вбок. Взвыли сирены; на экран дисплея снизу вверх вылетели желтые строки рапорта о повреждениях.
– Бадам-бадам! – воскликнул Порнов. – Как метко садят; даже сам завидую!
– Канониры у нее всегда были хоть куда, – сказала Мич.
– Хорошо еще, лазером лупят, – порадовался Порнов, – подкалиберным. Похоже, все еще убивать не желают, в плен взять хотят.
– Скорее, просто пристреливаются, – разочаровала его Мич.
– Третьего звонка ждать не будем? – спросил Порнов и не слушая ответа, отжал штурвал; катер клюнул носом и пошел вниз, в атмосферу.
– Что это вон там такое? – цепь зеленых островов на экваторе была подернута серой дымкой.
– Вулканы, – ответила Мич, – действующие. Сейсмически опасный район; у нас его еще мертвой зоной зовут.
– Здравствуй, моя Сара, Сара дорогая; здравствуй, моя Сара – и прощай, – замурлыкал свой любимый мотивчик Порнов, все более отжимая штурвал и все круче сваливая катер. – Ты зашухерила Барона с Соломоном, и теперь маслину получай...
– Ты, барон Соломон, – окликнула его Мич, намертво вцепившись в болтающееся перед ней туловище, – обязательно из всех возможных мест на карте надо выбрать самое опасное?
– Легко спрятаться – легко найти, – сказал Порнов. – А тут такая крыша из дыма и пепла; грех пропустить.
Вскоре бьющийся и прыгающий катер и впрямь окружила непрозрачная каша из мельчайших частиц пепла.
– Ну, видишь что-нибудь?! – ликовал Порнов, как ребенок. – Я думаю, они нас потеряли... Смотри – мимо!
Неподалеку от левого крыла серый кисель расколола белая молния электрического разряда.
– Это не Лео, это всамделишная молния, – сказала Мич. – Мы вдобавок еще и в грозу въехали. Новый вулкан, видать, нарождается; вот погода и лютует...
– Нам же лучше, – гнул свое Порнов. – Какой дурак сунется в эту...
Куда должен сунуться дурак, Мич не расслышала. Ужасающий хруст раздался наверху; корабль дернуло назад так, будто он воткнулся в гору; кабина встала вертикально.
Порнова, как морковку из грядки, выдернуло из объятий Мич и швырнуло на штурвал; на груди скафандра коротко протрещало, строки на стекле шлема перекосило; Порнов выругался.
– Падаем! – выкрикнула Мич, наблюдая суматошное мелькание цифр на табло альтиметра. – Порнов, штурвал...
– Держи меня, – воскликнул Порнов, засовывая руки под себя и нашаривая штурвал. В отвесно пикирующем корабле на миг воцарилась невесомость и Порнов тщетно пытался найти хоть какую-то точку опоры.
– Да перестань ты так выть! Всю душу вынимаешь... – простонала Мич, пытаясь одновременно удержаться в кресле и подцепить за что-нибудь Порнова.
– При чем здесь я? – удивился Порнов, хватаясь наконец за рога штурвала. Тут наши друзья разом смолкли; наступившее молчание прервал низкий неистовый вой.
– Штурман! – вскричали они хором.
Это и в самом деле был штурман. Разряд молнии, попавшей в кабину, вновь гальванизировал вервольфа. Острыми, как бритва, когтями он разрезал кожаные ремни, стянувшие узкую грудь, и повис в воздухе, цепляясь за подлокотники своего кресла. Он вовсю греб лапами, стараясь подплыть к Мич поближе, и угрожающе скалил свою клыкастую морду.
– Скажи: Изю-ю-юмь! – Порнов припомнил оборотню его шутку и изо всех сил поволок штурвал на себя. Он вознамерился убить двух зайцев сразу: вытащить корабль из смертельного пике и расплющить вервольфа о заднюю стенку кабины.
Штурвал послушно вытянулся вперед, однако невесомость не исчезла; катер продолжал стремительно падать. Порнов нервно оглядел экраны; строчки рапорта неисправностей сменили цвет с предупреждающего желтого на угрожающий бордовый. «Отказ ускорителей, отказ главной тяги, – читал Порнов, – отказ шасси... Вот – отказ электропривода».
– Все, каюк; электроника накрылась, – выкрикнул Порнов, одним толчком загоняя штурвал обратно в пульт. – Прыгать надо!
– Куда, в океан?!
Порнов глянул на дисплей; до ближайшего берега было не меньше десяти морских миль.
– Попробую переключиться на резервный контур, – сказал он, щелкая тумблерами. – Катер русский; кроме электроники, тут еще и гидравлика должна быть.
– Ну-ка, – он вновь взялся за штурвал; на сей раз тот почти не стронулся с места. – Есть! Мич, брось меня теребить; ручку хватай!
Мич соскользнула вниз и почти легла в кресле; уперлась согнутыми в коленях ногами в край пульта; в руках у нее оказалась левая рукоять штурвала; в правую вцепился Порнов.
– И – раз!
Мич, коротко простонав, выпрямила ноги; ось штурвала вытянулась из пульта на пару сантиметров; штурман провалился вниз; окровавленный прут метнулся ему навстречу, но оборотень извернулся и чудом миновал его; оторвался от кресла и, перебирая лапами, уплыл из поля зрения.
– Нох айн маль, – крикнул Порнов, и Мич послушно съехала обратно к пульту.
– И – раз!
Штурман полетел на пол позади кресел; вонзил когти в пластик, сгруппировался и приготовился прыгнуть Порнову на спину.
– И – два!
Очередной рывок утащил зверя вглубь кабины; когти вспороли покрытие, отбрасывая вбок желтые спирали пластмассовой стружки.
– И – три!
Живой мертвец кувыркнулся через голову и впечатался в стену; шея его с отчетливым хрустом переломилась. Голова вывалила длинный, с желобком по середине, розовый язык и отвисла вбок на резиновом шланге шеи; алая заря в зрачках зомби слегка притухла, и он успокоился на коврике у дверей.
Нелегко приходилось, впрочем, не только вервольфу; с каждым рывком штурвал выходил из пульта все меньше и меньше; Мич теряла силы с удивившей ее саму быстротой.
– Все, больше не могу; без ауры – как без рук, ослабла совсем, – оправдывалась она, – ноги не сгибаются...
– Твоим... ногам... надо... – Порнов тянул штурвал в одиночку, отвоевывая миллиметр за миллиметром, – ...памятник поставить!
Катер выравнивался; на альтиметре бежали теперь только три крайние правые цифры – сотни, десятки, метры; и их смена все более замедлялась.
– Девятьсот метров, восемьсот, семьсот, – шептала Мич в ухо Порнову. – Порнов, миленький, еще немножко... шестьсот метров до моря осталось!
Порнов пыхтел и тянул штурвал, изредка мотая головой, чтобы стряхнуть каплю пота с носа; руки и плечи от непомерной тяжести стали чужими, непослушными.
– Это же не «этажерка», – скаламбурил он и сам не заметил игры слов, – не «фарман» или «ньюпор» какой-нибудь... Сто тонн металла, поди подними. Все; считайте, что я утонул!
Он бессильно провалился вниз, в паз между пультом и креслом, и уже там уставился на застывшее прямо перед носом число. Первые четыре знака – километры до планеты – твердо стояли в нулях; три последних – показывали «300»; постояли и нехотя перещелкнулись на «301».
– До моря рукой подать, – сказала Мич тревожно. – Мне кажется, я слышу плеск волн.
– Не. Волнуйся. Это. Я. Воду. Пью, – обнадежил ее Порнов.
– Я тоже хочу! Я тоже!
– Блин. Скажи: «Воды». Слева. Появится. Трубка.
– Вот оно – счастье, – заметила Мич между глотками. – Теперь бы еще сесть удачно.
– Разве что на воду, – деловито сказал Порнов, напившись. – Говорю же – каюк машине; ни сманеврировать, ни шасси выпустить.
– Что же, мы так и будем лететь? – недоуменно спросила Мич.
– Ну-у-у... до ближайшей высокой горы, – чересчур уж спокойно ответил Порнов, продолжая сидеть внизу в какой-то выжидающей позе. – Как снаряд летим; ни нырнуть, ни повернуть...
– Кстати, до берега рукой подать, – Мич начала тревожиться из-за бездействия Порнова.
– Знаю, – процедил Порнов. – Сиди спокойно, не крутись... На тебе!
Мич и сообразить ничего не успела; Порнов стремительно согнулся, ухватился руками за подлокотник и рывком взлетел на воздух, выбросив обе ноги рядом с креслом.
Сбоку и снизу от Мич мерзко мяргнуло; пронесся стукоток откатившегося крупного тела.
– Называется, подкрался; рысь чокнутая, – осклабился Порнов и обратился к Мич. – Пусти меня; быстрей!
Мич безропотно повиновалась; отодвигаясь вбок, она невольно обернулась. Ее испуганный возглас утонул в пронзительном волчьем вое; оборотень возился у дверей в кабину, поднимаясь на четвереньки; волчья морда гуляла независимо от тела вправо – влево, шаря диким взором по сторонам. Внезапно красные глаза остановились на Мич; зверь ургнул и по-собачьи, быстро-быстро щелкая когтями, ринулся к девушке.
Буммм! Удар последовал совсем с другой стороны; Порнова буквально вбило в кресло поверх охнувшей Мич; зомби же на полпути снесло с ног и вновь покатило к дверям.
– Держись за поручни; я колпак открыл, – запоздало крикнул Порнов; он дергал и дергал привязной ремень, безуспешно пытаясь пристегнуть и себя и девушку; длины ремня явно не хватало. – Будем катапультироваться; дай только пристегнусь!
– Ой, ползет, ползет, ползет!!! – завизжала Мич.
Как альпинист по вертикали, резко и крепко вбивая когти-крючья, человек-волк упорно полз к своей вершине; врывающийся в кабину шквальный ветер разглаживал бурые волосы на острой морде; волк морщил нос и скалил пасть, обнажая розовые десны; взъерошенная шерсть на туловище пластами переваливалась из стороны в сторону, показывая седой подшерсток.
– Он уже близко; Порнов, стартуй!
– Ремень! – отчаянно выкрикнул Порнов, но сделать ничего не сумел. Повинуясь воле до смерти перепуганной Мич, рука его откинула щиток на подлокотнике и утопила кнопку аварийной катапульты.
Грохнул взрыв; перегруженное сиденье взмыло вверх; разбалансированное, оно закувыркалось и по пологой дуге ушло вбок от корабля.
Почти сразу из него выпала одна фигурка; вторая немедленно последовала за ней.
Кресло, сбросив седоков, выровнялось и выбросило вверх парашют; порыв ветра подхватил его и, перекинув через черту прибоя, унес вглубь окутанной дымом неизвестной земли.
...Сидящий на пальме краб, оставив в покое недопиленную плодоножку крупного фиолетового фрукта, проследил своими глазками-стебельками за всей этой воздушной чехардой; особое внимание его привлек прыгающий на волнах блестящий шар шлема, который океанский прибой неумолимо нес к берегу. Краб отметил на берегу точку, куда должно было выбросить шар, и вновь принялся отсекать от ножки крупную голову плода, методично орудуя твердыми, как сталь, и острыми, как скальпель, костяными ножницами своих клешней.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?