Текст книги "Последний путь"
![](/books_files/covers/thumbs_240/posledniy-put-212521.jpg)
Автор книги: Андрей Хведчин
Жанр: Киберпанк, Фантастика
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 1 (всего у книги 16 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
Андрей Хведчин
Последний путь
Пролог
Охотясь на чудовищ, опасайся сам стать чудовищем.
И глядя в Бездну помни, что и Бездна смотрит в тебя.
Фридрих Вильгельм Ницше.
«Мы рождаемся, чтобы умереть и каждый из нас несет это тяжкое бремя».
Фраза въелась в мою память, как червь поселившийся в паутине извилин моего мозга.
– До прыжка в черную дыру осталось тридцать минут, – как всегда теплый и нежный голос мамы пропел в моей голове. После небольшой паузы, со свойственной ей интонацией, которую мог помнить только я, она спросила. – Дорогой, ты уверен, что правильно поступаешь? – Звук передавался через головной имплант прямиком в мозг, что хоть как-то приглушало ощущение того, что ее нет сейчас рядом. Каждый раз, когда я слышал этот голос, во рту пересыхало, а кулаки невольно сжимались. Боль была все также близка.
Много ли я повидал за пять веков?
Достаточно, чтобы оказаться здесь.
Когда я успел потерять вкус к жизни?
Многие только мечтают о том, что мне посчастливилось испытать. А мне всегда было мало. С детства я был ненасытным до жизни, что даже рог изобилия исчерпал себя раньше, чем успел удовлетворить меня.
Мои глаза наполнились слезами. Не осталось никого, кому я бы мог задать эти вопросы. Никого, от кого я хотел бы услышать ответы.
– Мам… – мой голос дрогнул – я думаю… что поступаю верно.
Я сошел с ума. Всего четыре месяца одиночества на корабле, а уже к бортовому ИИ обращаюсь: «Мам». Глупая была затея настроить его на голос матушки. Но кто бы мог знать, что испытав за свою жизнь все, что только можно, в последний момент я все-таки начну колебаться. Инстинкт самосохранения? Или как это назвать? Мои чувства давно притупились, и именно поэтому я здесь.
Мы люди – глупые создания. Как когда-то от неуверенности в своих силах мы боролись за запрет ИИ, так и сейчас я просто боюсь… потерять то, чем уже давно не дорожу.
Как странно, но у меня и правда промелькнула мысль, что я поступаю неверно. Такие забытые ощущения страха и неуверенности даже вернули меня в чувство.
Но я ведь знал, что пути назад нет. Я знал это, когда подписывал контракт на «Последний путь». И тогда мне эта идея казалась разумной!
Хотя, скорее всего, эта лирика нечто временное. Но сам факт, что я все еще могу что-то чувствовать, меня поразил.
Девять ребилдов, три экстендера: что вообще осталось от того человека, которым я когда-то был? Пятисотлетний старик в теле тридцатилетнего юнца? Или плохо сохранившаяся копия?
После установки последнего расширителя памяти очередной ребилд мне дался ох как непросто. Не исключаю, что текущие события – ничто иное как обычное безумие. Но все нужные тесты мной были пройдены. А значит, я все еще в своем уме.
– До прыжка в черную дыру осталось двадцать минут, – опять возник голос мамы в голове.
– Знаю старушка, знаю, – Я постарался собраться. Встретить смерть в страхе – это не то последнее приключение, которое я себе представлял.
Хотя почему смерть? Никому в системе неизвестно, что меня ждет. Возможно, это и есть та самая кротовая нора, которую уже столько лет ищут научные эскадры кораблей со свитым в кольцо драконом. А может, это временной карман, о котором так любят рассуждать теоретики. Как вариант, меня разорвет на кварки, время остановится, и я умру в вечной агонии… Забавно будет, если я, подписав контракт, получил билет на поезд в ад. С учетом того, что при подлете к черной дыре корабль еще и сделает свой последний рывок – это, скорее, экспресс!
И ведь что меня не устраивало? Почему люди такие натуры, вечно нам нужно что-то новое! Изведай все и потеряешь смысл жизни. Но у меня ведь были пятьсот лет удивительных приключений.
Подумать только, я побывал почти во всех мирах Круга Дракона, я возглавлял корпорации, руководил экспедициями, вел переговоры, любил, принимал сложные решения… список слишком долгий, чтобы его продолжать.
В итоге я здесь.
Я подошел к синтезатору и быстро прошелся по клавишам… минорный мотив. Настроения играть не было.
Весь корабль был сконструирован под меня, чтобы последние четыре месяца земного времени я пробыл наедине с собой и получил от этого удовольствие. Тут было все, что я любил… Но прошедшее время в данном предложении и являлось ключом ко всем проблемам.
Гигантский книжный стеллаж, который всю мою жизнь переезжал со мной, уже давно не вызывал того восторга, что раньше.
Роскошный аквариум, установленный прямо посередине капитанского мостика, очень долго был моим увлечением. Тысячи диковинных созданий с разных планет обитали в нем. Я всегда любил жизнь в любом ее проявлении…
Сложив руки в замок за спиной, я медленно подошел к своему мини-заповеднику. Прямо передо мной за стеклом вилась пара мелких цветных драконов. Один зеленый и один красный. На меня сразу нахлынули воспоминания. Экстендеры в такие моменты трудились на славу, подгружая в мозг все нужные данные. Я вспомнил, как привез их контрабандой с Дракона. Какой же глупый поступок. Все виды этих удивительных существ обитали исключительно на данной планете, и, конечно же, вывозить их оттуда было нельзя. Но мне, повидавшему все, это было сродни вызову, который я, не раздумывая принял. Меня всегда тянуло на авантюры.
Будто услышав мои мысли, два мелких змеевидных дракона свились в спираль и подплыли ко мне. Они, как всегда, были в паре. Не то что я.
Черные бусинки глаз смотрели на меня сквозь толщу стекла.
О чем они думали?
«Зачем ты лишил нас свободы?» Или: «Зачем ты забрал нас с собой, разве мы хотели смерти так, как хочешь ее ты?»
И вновь слово – смерть. Как давно я забыл его смысл…
И правда, зачем я все это тащу с собой. Почему нельзя было отдать все кому-то или пожертвовать в музей. Я же не фараон, чтобы забирать скарб с собой в гробницу.
Но переигрывать что-то уже поздно. Да и все это часть меня, в той или иной степени.
– До прыжка в черную дыру осталось десять минут.
Десять минут? Боже, как это мало. На этот раз мне было уже нечего ответить бортовому ИИ.
Чувство полного смятения опять накрыло меня волной.
Правильным ли был выбор?
Имеет ли смысл жить так долго, идя против воли создателя?
Ведь не будь экстендеров, я бы не прожил и ста пятидесяти лет. Мозг просто бы отказался функционировать, не имея возможности хранить такое количество информации. А не будь технологий, позволяющих создать новое тело, речь шла бы уже о ста годах.
Но, черт побери, кто сказал, что хитрости, продлевающие жизнь, – это плохо? Где это сказано? Я всегда не любил правила, но и правил-то таких не было.
Так почему я решился на эту авантюру, если еще так много вопросов, на которые я не нашел ответы? Как иронично, но вопрос сущности черной дыры был одним из тех, что мучил меня всю жизнь. Но даст ли мне этот прыжок в никуда ответ?
Я не знал. Но мне не хотелось думать, что я просто сдался. Все же это был осознанный выбор.
Подойдя к своей корабельной оранжерее, в которой были растения из многих миров, я подумал, что даже они стремятся жить. Я потрогал мягкие бирюзовые листья, и они свернулись в трубочки, давая понять, что им не очень приятны мои мысли. Легкая усмешка появилась на моем лице.
Только на Драконе могли придумать такое странное развлечение с названием «Последний путь». Они содрали с меня целое состояние за этот корабль и билет в один конец.
«Увидишь первым черную дыру своими глазами, – передразнил я голос своего последнего друга, – Будет что-то новенькое, даже для тебя».
Тоже мне друг – не мог посоветовать что-то получше?
Меряя шагами капитанский мостик, я подошел к главной консоли. Последние слова Иурдлена имели смысл…
– Мам, мы достаточно близко к аномалии, чтобы я смог разглядеть ее через оптику корабля?
– Да, сынок. Вывести изображение на имплант? – голос матушки был грустным, будто она и правда понимала, что скоро потеряет сына. ИИ корабля, разработанный на Драконе, был совершенен и безопасен.
– Да… пожалуйста, – вовремя добавил я, зная ее характер.
Передо мной возникло изображение…
Я смотрел в бездну… Чернильная тьма космоса и выеденная темная плешь той самой дыры, к которой я отправился в столь долгий полет.
Что за хрень? Ради этого я сюда летел четыре месяца? Нет, Иурдлен, все-таки ты паршивый друг. Это явно не самая лучшая дыра в моей жизни. Но в одном ты прав. Не надо бояться. Я слишком долго был рабом страха, чтобы им и умереть. Давно пора сбросить кандалы нерешимости и сделать это.
Все сомнения сняло как рукой. Я почувствовал в себе тот кремень, который был во мне, когда я являлся главой корпорации. И если я решил завершить свой путь, то я буду придерживаться этого. Все должно рано или поздно закончиться.
Стиснув зубы, я сказал твёрдым голосом:
– Корабль, готовься к досрочному прыжку. Хватит рассусоливать.
– Так точно, капитан! – быстро адаптировался под смену моего настроения продвинутый ИИ корабля.
И мы отправились в наш последний путь.
Глава 1
В момент прыжка я должен был находиться в анабиозе – такие были правила. Но какой в этом смысл, если он последний?
Когда корабль перешел на максимальную тягу, у меня потемнело в глазах и перехватило дыхание. Если бы не инерционные компенсаторы, меня бы просто размазало о приборную панель.
Но я видел, как звезды растягиваются в нити, а без того огромное и ненасытное пятно тьмы по центру растекается с огромной скоростью, пожирая все на своем пути. Как гигантский зияющий рот, довольный, что добыча сама летит к нему, черная дыра принимала меня в свои объятия.
Доли секунды, но мне показалось, что я успел увидеть, как разрывает нос корабля.
До того, как и я разлетелся на мельчайшие частицы, перед глазами пронеслась вся моя жизнь. Будто на обратной перемотке, я видел, как утекают мои годы, прожитые в этом мире. Они улетали и таяли, словно их никогда и не было. Стиралось не только то, что было сейчас, но и что случилось уже давно.
Так все заканчивается, да?
Но вместо ответа пришла лишь тьма.
* * *
Как же я устал.
Хуже всего, когда ночью путника настигает гроза.
Размокшая от дождя дорога превращается в однородное месиво. Полные воды сапоги застревают при каждом шаге в грязи, отнимая последние силы. Вымокший дорожный плащ становится таким тяжелым, что куда проще его скинуть, чем тащить на себе. «У меня нет больше сил», – будто в бреду роптал я себе под нос, но продолжал плестись дальше. Ледяные руки уже было бесполезно растирать под плащом, кончик носа и пальцы на ногах окоченели.
В очередной раз обувь так крепко увязла в почве, что мне пришлось остановиться, чтобы перевести дух и найти силы на нужный рывок.
Вокруг дороги было одно сплошное поле. Ветер трепал колосья, их шелест навевал зевоту.
На горизонте все также бушевала стихия. Красные всполохи молний озаряли поле каждую секунду, медленно растягиваясь как паутина по небосклону. Каждый новый разряд бил в одну и ту же точку на горизонте. И так каждую секунду.
Я потянул застрявшую ногу, что было сил, но сапог не дался, так и оставшись в плену. Зато нога выскользнула.
Потеряв равновесие, я попытался найти опору, но ступня лишь предательски заскользила по размокшей глине. Не в силах сопротивляться неминуемому, мое тело словно мешок рухнуло вперед.
Я растянулся на дороге, ударившись носом о землю. Лицо заболело, я почувствовал, как по нему растекается теплая кровь. Холодная земля была не лучшим лежбищем, но мне полегчало. Не хотелось уже никуда идти, просто не было сил. Убаюкивающий шелест колосьев и тихий шепот капель будто пели мне: «Спи-и-и…». И я блаженно закрыл глаза не в состоянии больше сопротивляться этому опьяняющему зову.
Спустя мгновение я почувствовал, как меня переворачивают на спину, берут за ноги и начинают тащить по тракту.
Было интересно кто это, но веки потяжелели, и я не смог их более поднять. Сон навалился на меня неминуемо, забрав с собой боль и усталость.
Я проснулся от удара о землю. Кто-то швырнул меня что было сил, видимо от злости, что пришлось так долго тащить.
Еще затуманенное сознание мгновенно прояснилось, когда за спиной прозвучал душераздирающий смех. Он сотрясал воздух подобно грому приближающейся грозы.
Сон сняло как рукой. Я быстро сел на землю, чтобы найти причину истерики моего спасителя. Но увидел впереди лишь высокую кованую ограду. Огромные врата передо мной были приветственно раскрыты. Множество черных воронов восседало на них.
Сияние двух полных лун освещало щербатые надгробья старого погоста, который я только сейчас смог рассмотреть за оградой.
По телу прошел леденящий холод – страх сковал меня. Очередной приступ истошного гогота заставил меня резко обернуться. Птицы, доселе спокойно сидевшие на вратах, полетели вперед и закрыли мне обзор. Лишь спустя мгновение я увидел темный силуэт, который не прекращал нарушать тишину этого спокойного места.
Крик вырвался из моей груди, словно вода, прорвавшая плотину.
* * *
– Проснись!
Пахло древесиной и немного сыростью. Меня слегка покачивало, словно я лежал в колыбели.
– Проснись же! Я уже слышу шаги на верхней палубе.
Оцепенение от кошмара еще не прошло. Чувство страха было так близко, но просыпаться было тяжело. Сознание, отправившееся в далекое плавание, не желало вернуться.
Звук бьющихся о борт волн и скрипы судна убаюкивали.
– Да очнись же ты наконец, – меня хорошенько тряхнули за грудки, и я лениво открыл почти склеившиеся от сна глаза, – Зачем же так орать во сне!
На меня испуганно смотрел темнокожий парень. Через все его лицо по диагонали тянулся безобразный шрам. Одет он был просто: серые холщовые штаны и бежевая рубаха. Он был босой и на его руках и ногах были оковы.
Я зевнул и сел на холодный деревянный пол. Осознание того, что произошло со мной никак не могло прийти. В голове все смешалось будто после урагана, который расшвырял в беспорядке все мои мысли.
Кладбище, дождь, дорога. Нет – это всего лишь сон. А что было до этого? Корабль?
Я осмотрелся. Похоже на трюм какого-то судна. Сверху слышались тяжелые шаги, которые постепенно приближались к нам.
Нет, то был космический корабль. И это было путешествие. Но куда? Еще был голос мамы… Воспоминания будто были вырваны из моей памяти. Я помнил, что они были, но к ним был закрыт доступ.
Мне хотелось умереть. Да, точно – это был мой последний путь.
В голове постепенно что-то начало проясняться. Мне надоело жить, потому что я все повидал. Но что повидал? Никак не могу вспомнить. Возможно, причина крылась именно в этом.
Я посмотрел на свои ноги – на них были кандалы. Одежда на мне была, судя по всему, такая же, как и на моем соседе.
– Где мы? – поинтересовался я.
Мужчина озадаченно смотрел на меня, будто вопрос был не к месту. Только сейчас я заметил, что уши у него странной формы. Будто заостренные.
В голове возникло слово «Эльф».
– Ты эльф что ли? – спросил я. Звучало грубовато, но голова раскалывалась и на другую интонацию я сейчас был не способен.
– Кто-кто? – он уставился на меня, не понимая, что это могло значить. Увидев мой пристальный взгляд на своих ушах, он продолжил, – Ты про уши что ли? Нет, родился уродцем.
– Так, где мы?
Засуетившись, он быстро встал. На лестнице уже появились тяжелые сапоги охранника, который неспешным шагом шел к нам.
– Тебя видать здорово по голове огрели, раз память отшибло. Где-где – на тюремном судне. Если ничего не отчебучишь, то сегодня нас освободят. В прошлый раз я из-за такого неадеквата как ты, вернулся обратно еще на год.
Я заключенный? Но что я мог натворить?
В памяти начали проматываться события моей жизни, они неохотно всплывали в голове. Детство, школа, университет, бессонные ночи, первая любовь. Я ведь жил совсем в другом мире и в другое время. Да, были события после, но они были пока недоступны мне, будто их кто-то на скорую руку затер грубым ластиком.
Но мне надоело жить. Это чувство осталось со мной. И горечь того, что даже уйти достойно я не смог, отчетливо возникла у меня в душе. Эти мысли вызывали скорее какой-то диссонанс, ведь я чувствовал себя молодым. Еще вчера я не отлипал от компьютера всю ночь напролет, играя с другом в доту, вместо подготовки к экзамену. Но после этого ведь прошла целая вечность. Вспомнить бы…
От размышлений меня отвлек охранник, который уже подошел к нам.
– Встать! – рявкнул он, брызжа слюной, и я последовал его приказу, – За мной, – сказал он и показал только на меня. Мужик со шрамом удивленно вылупился на него, на лице проступили страх и досада, – Ты сойдешь не в этом порту, – бросил ему страж и повел меня за собой.
Оковы тянули, ноги налились свинцом и я еле волочил их. Провожатый, будто намеренно не замечал этого и на зло ускорял шаг.
Проходя, я внимательно осматривал внутренности корабля. Я ни разу не бывал на таких, но по книгам и играм кое-что помнил. Хорошо, что хоть эти примитивные знания остались со мной. Трюмы были небольшие, а места, где могли бы быть орудия – пустовали. Видимо для перевозки заключенных использовали обычное судно, а не военный корабль. Также здесь стояли бочки и лежали небрежно сложенные мешки. Думаю, для оптимизации расходов такие судна развозили по портам еще какие-то товары. Заключенных больше не было, значит это была одна из последних остановок.
Наконец мы поднялись на верхнюю палубу, яркий свет ослепил меня после корабельного полумрака. Свежий теплый ветер ударил в лицо. Мы пришвартовались в небольшом порту, поодаль виднелись несколько приземистых зданий. Охранник остановился у схода с корабля и указал, что мне нужно идти дальше, но уже без его участия.
Я осторожно зашел на покачивающийся трап. Едва не потеряв равновесие, вцепился в веревки перил. Ступать босиком по холодным доскам было зябко и неприятно. Вокруг был скалистый берег, волны тихо бились о серые камни. Небольшое поселение спряталось в низине, окруженной со всех сторон дивным по красоте лесом. Таких деревьев я до сего момента не видел или не помнил. На кряжистых стволах расположились небольшие кроны, с которых гирляндами спадали тонкие зеленые ветви и лианы. Из густых дебрей доносились отдаленные крики животных. Маленькие скромные домишки стояли бок о бок и были увенчаны островерхими черепичными кровлями.
– Имя? – обратился ко мне новый персонаж.
Я зажмурился, его зычный бас вызвал очередной приступ головной боли. Но к моему удивлению, имя само возникло в моей голове.
– Эфириус.
Стражник внимательно осмотрел список после чего его брови нахмурились. Меня посетило загадочное чувство дежавю.
– Странно, видимо информация потерялась. Хм, тут еще один лист, возможно в нем… – его взгляд начал пробегать строки невидимого мне списка и вскоре за что-то зацепился, на лице появилось удивление, – Хм, Эфириус говоришь. Но по документам тебя должны были освободить еще шестнадцать лет назад. Возможно, ошибка, сейчас сверим номер, – он потянул за цепь от оков на моих руках, желая рассмотреть железный браслет на запястье. Видимо на нем он и хотел считать тот самый номер.
– Все верно, пломбе больше двадцати лет, – заключил он, – Ну что ж, – он освободил сначала руки, а потом и мои ноги, – Некогда разбираться. Видимо опять что-то напутали канцелярские крысы, – он вздохнул так, будто ему это все уже порядком надоело. Ведь обычно беседа ограничивалась одним вопросом и галочкой в списке, – Тебе прямо по тропинке. Получи свои документы с пожитками, и ты свободен.
Без оков ступать было куда легче, и я уверенным шагом направился по узкой дорожке в горку. Острые камни впивались в мои ступни, мне пришлось сбавить темп и идти аккуратнее. Скоро я вышел на задний двор небольшого здания. С пригорка открывался живописный вид на небольшую гавань, поодаль от тропинки расположилась ухоженная цветущая роща. Очередной порыв ветра донес до меня чарующий запах цветов и мелодичное щебетание птиц. У входа в здание стояла небольшая рассохшаяся бочка, в которую мне почему-то жутко захотелось заглянуть. Вдруг там окажется что-то полезное? Но я с трудом переборол этот порыв. Еще не хватало загреметь обратно за воровство. Не за него ли меня упекли в прошлый раз?
Отворив тяжелую дубовую дверь с красивой кованной ручкой, я зашел внутрь. За массивным столом сидел почти лысый старик с редкой белой бородой. На сухих, но красивых длинных пальцах красовались увесистые перстни с крупными камнями. Мантия была в пол, из недешевой атласной ткани. Фисташковый был под цвет глаз этого старца. Я грустно взглянул на свои лохмотья и подумал, что неплохо бы, если в моих вещах оказалась нормальная одежда. Ну или хотя бы обувь.
– Имя? – опять тот же вопрос. Видимо здороваться здесь не жаловали, хотя выглядел он доброжелательнее своих предшественников. Похоже это был секретарь.
– Эфириус, – устало вздохнул я. Не удивлюсь, если в списке меня опять не найдут. Это сулило мне остаться в неизвестном месте с отшибленной памятью и голой задницей впридачу.
Старик взглянул в журнал, который лежал открытым на его столе. Тонкий указательный палец с острым ногтем мерно двигался сверху вниз по списку. Затем он перевернул страницу, но опять не нашел, что искал.
– Наверное в архиве, – буркнул он себе под нос и пошел к высокому стеллажу у стены. Проверив несколько журналов, секретарь так ничего и не нашел. Но уже из следующего выпал небольшой желтый лист. Это озадачило старика, но он поднял записку и видимо увидел в ней мое имя. Затем хмыкнул и, не став задавать лишних вопросов, отправился в подсобку. Спустя пару минут он вернулся с небольшим пыльным коробом и поставил его передо мной на стол.
– С освобождением! – без особых эмоций сказал он и уткнулся в лежащий перед ним журнал.
Я заглянул в ящик с надеждой, что там будет хоть какой-то намек на то, как я здесь оказался. Ну или хотя бы что-то полезное, что позволит мне освоиться в этом месте, пока ко мне не вернется память.
Внутри одиноко лежал объемный мешок. Я жадно взял его, надеясь, что под ним окажется что-то полезное, но увидел лишь потрепанные документы и связку непонятных ключей. Никакой одежды не было. Вот ведь дерьмо!
На всякий случай я все же решил поинтересоваться у старика.
– А одежды никакой не было?
Тот лишь уныло покачал головой.
– Нет, но твои вещи лежали у нас больше двадцати лет. По правилам ты можешь взять в следующем помещении все что захочешь. Думаю, этого хватит, чтобы свести концы с концами в первое время.
– Угу… – ответил я и, не попрощавшись, побрел дальше. Факт, что я по-прежнему был без сапог меня страшно злил.
Из гардероба здесь вновь ничего не оказалось. Но наедине с собой я чувствовал себя свободнее и спокойно осмотрелся. На множестве полок стояла самая разная посуда: кувшины, тарелки, миски, приборы, чашки. На столе лежала записка и воткнутый в нее кинжал. Я склонился над столом и прочитал:
Дорогой Дамир!
Этот клинок я дарю тебе в память о нашей долгой дружбе. Завтра вечером буду ждать тебя в «Лютой крысе».
Твой друг Аурис.
Клинок и послание были адресованы не мне, а стоявший в этой комнате хлам едва ли мог пригодиться. Я решил заглянуть в мешок, вдруг там все же есть что-то ценное, хотя по весу казалось, что он вообще пуст. На дне нашлись две монеты и непонятный кристалл – не густо…
Через минуту я вышел из здания с битком набитым посудой мешком и кинжалом за поясом. А записку я просто смял и кинул в кусты.
Куда идти было непонятно, а мне не пришло в голову задать этот вопрос секретарю. Я держал в руке свои документы, на большом пальце свисала связка ржавых ключей. На обветшалой бумаге с трудом читалось мое имя: Эфириус. Также был какой-то неразборчивый штамп и слово Ланмар.
Это слово могло помочь мне разобраться что делать дальше.
Портовый город был совсем крохотный: всего три здания и в тех для меня нет никакой пользы. Единственная дорога уходила направо. Хоть здесь повезло – не надо думать куда идти. Но компас и карта явно бы не помешали.
Я направился на выход из поселения. Не встретив ни души, уже через сто метров я дошел до развилки. Указатель гласил: налево Ланмар, направо Гаудир.
Ну что ж, с освобождением Эфириус. Следующая остановка – Ланмар.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?