Текст книги "Фарс-мажор 2"
![](/books_files/covers/thumbs_240/fars-mazhor-2-453.jpg)
Автор книги: Андрей Колесников
Жанр: Юмористическая проза, Юмор
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 1 (всего у книги 7 страниц) [доступный отрывок для чтения: 2 страниц]
Андрей Колесников
Фарс-мажор-2
От издателя
«Фарс-мажор-2» – новый сборник историй и зарисовок из жизни представителей российской власти. Порой жестких и злых, чаще смешных и очень точных.
Книга эта уникальна.
Во-первых, потому, что истории эти собраны одним из самых известных в стране политических журналистов, много лет проработавшим в президентском пуле. Тот факт, что тираж предыдущего сборника («Фарс-мажор. Актеры и роли большой политики») довольно быстро разошелся, говорит сам за себя. Новый сборник дополнен премьерским периодом Владимира Путина, и мы также постарались его сделать доступным более широкому кругу читателей.
Во-вторых, истории эти написаны с натуры. Это не дешевые анекдоты, неизвестно кем сочиненные и бездумно повторяемые, не подглядывание в замочную скважину, не страшилки, а реальная жизнь, преподносящая сюжеты, которые не выдумать ни одному литератору.
Анекдоты от Колесникова – это анекдоты в старом, исконном смысле этого слова, то есть короткие поучительные истории. Из жизни власти, точнее, людей власти.
Любые истории про власть – это, в общем-то, истории не столько про власть, сколько про отношение власти к нам с вами и наше отношение к власти. То есть, в конечном счете, про отношения людей, ведь власть – это тоже люди, которых мы выбираем (или думаем, что выбираем). И кто-то этих людей любит, ненавидит, назначает, снимает, лебезит перед ними, прославляет и оберегает. А кто-то обманывает. А кто-то сам хочет стать властью.
В книге четырнадцать глав, названия которых говорят сами за себя: «Владимир Путин», «Парламентарии», «Министры», «Чиновники», «Бизнесмены и олигархи», «Люди (Народ)», «Семья», «Девушки», «Война и террор», «Армия и флот», «Международное положение», «Деньги», «Дмитрий Медведев», «Кризис».
В этой книге есть все: от Владимира Путина до Дмитрия Медведева (далее везде), международное положение, красивые женщины, семья и дети, увлечения и игрушки, армия и флот, террористы и предприниматели, силовики и чиновники, война и люди – и еще кризис.
В сущности, таковы стороны нашей жизни, дающей богатую почву для анекдотов.
Владислав Дорофеев
Предисловие
Анекдоты – такая же неотъемлемая часть нашей с вами жизни, как страстность и жертвенность в бою и жизни, гениальность и благодатность, бесшабашность и самоотверженность, потребность в разговорах по душам под рюмку водки с соленым огурцом, жестокость и разобщенность, массовая склонность к сквернословию и похабщине, готовность к молитве и святость, лень и дикая, зашкаливающая работоспособность. Анекдоты не только зачастую скрашивают абсурд жизни, но и объединяют нас в единый народ.
Отношения к людям внутри власти, с властью и по поводу власти – непростой предмет. Писать о них трудно, ведь так легко скатиться в поверхностное критиканство или уйти в высокие абстракции. Поэтому так ценна способность автора не только «проникнуть во власть» и проникнуться духом этой власти (десять лет безупречной службы в кремлевском журналистском пуле что-нибудь да значат), но и увидеть и услышать то, что не видят и не слышат другие журналисты, и передать это на бумаге – так, что читатель, с одной стороны, проникается уверенностью в правдивости каждого слова, а с другой стороны – подпадает под обаяние неповторимой авторской интонации. Ведь Колесников обнажает не только власть и наши отношения с ней и отношение к ней, но и обнажает, открывает читателю свою душу, себя выворачивает наизнанку.
Можете теперь же сами убедиться, даже еще не заглядывая в книгу.
Вот лишь несколько анекдотов от Колесникова.
«Я приехал в Москву со сломанной рукой, – признался министр обороны США Роберт Гейтс, – и поэтому со мной легко вести переговоры. – Этот человек умел играть в поддавки и думал, что в этом деле ему нет равных. Но я бы не удивился, если бы Владимир Путин вошел в зал со сломанной ногой».
«Некоторое время юристы в прениях делились с Владимиром Путиным в Колонном зале своей болью. Он в это время занимался непростым делом. Закрывшись от делегатов листком из блокнота, он бил пальцем по колпачку шариковой ручки, лежащему на столе, и тот взлетал в воздух. Господин Путин ловил колпачок, клал его на стол – и снова бил по нему пальцем. И так он сделал в общей сложности раз 20 подряд. Был он при этом крайне сосредоточен и вокруг ничего не замечал».
«К половине двенадцатого вечера Манеж выгорел практически полностью. „Темпл-бар“ был полон дыма. Но непонятно, от сигарет или от пожара. Играла живая музыка. Бар был почти полон. Люди не могли наговориться друг с другом. Рекой лилось пиво. Нет, этот народ даже каленым железом выжечь нельзя».
«В будний московский день, 23 июля, пляж Академических прудов в Москве был переполнен. Я увидел человека в высоких сапогах, голого по пояс, который выходил, искупавшись, из воды с книжкой в руках. 33 богатыря не годились ему в подметки. Я был, не скрою, потрясен этой картиной. Она по своему эффекту даже превосходила другую, пятилетней давности, когда известный публицист и писатель Дмитрий Быков на моих глазах вынырнул со дна Женевского озера с новеньким спортивным велосипедом в руках».
«Лидеры мировой „двадцатки“ намерены были начать преодоление кризиса с обжаренной на коре фруктовых деревьев рыбы-меч под сложносочиненным французским соусом, с седла барашка в тмине, с баклажанов фондю, с грушевого торта в вишневом соусе и с большого количества неплохого вина: Chardonnay Damaris reserve 2006, Cabernet Hillsive Select 2003.. Лучше, в общем, не продолжать этот список, чтобы мировой кризис не казался таким уж выдуманным от первого до последнего блюда».
«Владимир Путин смотрел на бизнесменов, как добродушный папа на разыгравшихся детей».
И наконец, завершающее книгу наблюдение эпической силы: «Какао, сгущенка… Да, действительно, соль, – говорил Дмитрий Медведев. – Соль есть? Значит, все в порядке в стране, пока. Да? Раз соль и спички есть».
Понравилось?
Читайте дальше.
Глава 1
Владимир Путин
– Такого вообще-то не должно быть, – сказал господин Путин. – Но исключать такого нельзя.
Господин Путин вышел к журналистам с легкой полуулыбочкой, держа левую руку в кармане брюк. Шел он слегка вразвалочку. Так выходит из темного переулка навстречу случайным прохожим хозяин этого двора, заранее празднуя свою победу.
Схождение Владимира Путина в зал вызвало эффект прихода колдуна на деревенскую свадьбу. Зал охнул…
* * *
…и встал.
Владимир Путин тоже встал и даже на мгновение приложил руку к сердцу. Впрочем, жест для него самого был настолько нехарактерный, что он отдернул руку и ею же предложил делегатам сесть, предварительно сделав это сам (он понимал, очевидно, что по своей воле они теперь ни за что не сядут).
* * *
Владимир Путин отошел от микрофона походкой, которая вдруг выдала в нем верховного главнокомандующего довольно большой страны.
* * *
Господин Путин выглядит так, как и должен выглядеть человек, который только что приехал из Сочи. То есть при взгляде на него и самому хочется отдыхать долго и счастливо и умереть с ним в один день.
* * *
Президент Путин задумался, да так глубоко, что, когда ему дали слово, начал речь так:
– Уважаемый президент Российской Федерации!
Потом добавил, пытаясь исправить положение:
– Звучит-то как красиво, а?
* * *
Владимир Путин вспомнил, что стать президентом ему предложил Борис Николаевич Ельцин.
– Это было неожиданно. Я отказался в первом разговоре. Сказал, что это очень тяжелая судьба. Но потом согласился и увлекся, вошел, так сказать, во вкус…
Так Владимир Путин обозначил причину, по которой он снова стал кандидатом в президенты. Просто вошел во вкус.
* * *
По словам очевидцев, спал в ночь накануне инаугурации Владимир Путин, как обычно, хорошо.
* * *
Возможно, стоит добавить, что ни до, ни после церемонии инаугурации Путин не выглядел особенно веселым или хотя бы радостным. Кажется, он начал понимать, что произошло.
* * *
Церемония второй инаугурации Владимира Путина была короткой. Президент даже не стал надевать тяжелую цепь, символ власти. И правильно: без скипетра она вообще не смотрится.
* * *
Одна журналистка попросила прокомментировать идею движения «Наши», что современная политическая элита – это поколение пораженцев.
– Кого так называют? – недоуменно переспросил президент.
Кажется, он и правда сначала не понял, что так называют его. Ведь именно он является современной политической элитой.
* * *
Владимир Путин смотрел на бизнесменов, как добродушный папа на разыгравшихся детей.
* * *
Так, как разговаривал Владимир Путин с российским омбудсменом, доктор разговаривает с больным на приеме.
* * *
Приезд Владимира Путина на ВВЦ был приурочен к 12 часам дня. Около 14 часов один немец, ждавший премьера возле трактора с могучим названием «Buhler Versatile 4 WD», сказал другому немцу, видимо, в полной уверенности, что никто тут больше немецкого понять не в состоянии:
– Да, но он опаздывает на два часа!
– Ничего подобного, – ответил ему коллега. – Он приедет ровно в 12. Только по немецкому времени.
Так и вышло, и я наконец-то понял: Владимир Путин не только никуда не опаздывает, но даже и приезжает иногда раньше времени, потому что время это – немецкое, на два часа позже нашего.
И даже понятно, когда это с ним отучилось: за время работы в Германии, конечно. И вот он до сих пор и живет по берлинскому времени. И всем пора бы уже переходить на него тоже – так гораздо проще будет.
* * *
С полной уверенностью можно было сказать, что прихожане ждут явления Владимира Путина с гораздо большим нетерпением, чем явления Христа, которое представлялось им делом все-таки более или менее неизбежным. А вот приезд Владимира Путина в Великий Устюг, например, в прошлом году сорвался.
* * *
Владимир Путин все-таки приехал.
Он подошел к микрофону, оглядел сидящих и стоящих перед ним людей и тихо спросил тех, кто стоял рядом с ним: – Кто здесь?..
* * *
Президент России Владимир Путин встречал Рождество в городе Суздале. Он посетил музей истории русских монастырей.
За целый час господин Путин проявил очевидный интерес к музейному экспонату лишь однажды, возле небольшого колокола. Этот колокол был закреплен на деревянной балке, которая приводилась в движение с помощью веревки.
– Интересная особенность в том, – рассказала директор комплекса Владимиро-Суздальского кремля Алиса Аксенова, – что дергать надо не за язык, а за эту веревку.
– И че будет? – быстро спросил президент.
– Как че будет? – удивилась она. – Звонить будет.
Президент резко дернул за веревку. Колокол не зазвонил. Тогда Владимир Путин еще раз дернул, на этот раз гораздо сильнее. Тишина.
– Ну? – с недоумением спросил он у Алисы Аксеновой.
– Ой, вы его завалите! – испуганно ответила она.
Президент заглянул под колокол. Он никак не мог примириться с тем, что колокол не звонит. Но даже после того как президент заглянул под колокол, тот не зазвонил. Чтобы убедиться в этом, ему пришлось еще раз дернуть за веревку. И видно было, что он бы дернул за веревку еще пару раз. Насилу его увели от этого колокола.
* * *
Хранитель музея Сергея Есенина Лидия Архипова показала президенту Путину коклюшечное вязание.
Господин Путин, как обычно, обнаружил удивительное знание предмета. Коклюшечное вязание много лет назад уже произвело на него большое впечатление.
Он рассказал, что коклюшечное вязание чрезвычайно развивает пальцы и им, спортсменам-дзюдоистам, тренеры в свое время особенно рекомендовали занятия коклюшечным вязанием.
* * *
Президента России спросили, почему не работают законы, и господин Путин очень оживился:
– Тех, кто пишет законы, тысячи, а тех, кто думает, как их обойти, – миллионы.
Интересно, он сам в большинстве или в меньшинстве?
* * *
– Нужно помочь развивающимся странам в их развитии, – заявил Владимир Путин. – Развитые страны должны пойти навстречу развитию развивающихся стран.
* * *
– Было бы крайне контрпродуктивно прятать голову в песок, так как другое место все равно будет торчать, – заметил Владимир Путин.
* * *
Владимир Путин сам задавал себе вопросы, которых ему недоставало для ответов, и в какой-то момент стало понятно, что журналисты с их вопросами ему вообще-то и не нужны.
* * *
Владимир Путин с таким энтузиазмом поблагодарил господина Пауэлла за проделанную работу, словно это он и отправил госсекретаря США в отставку.
* * *
Госсовет закончился так же внезапно, как и начался. Господин Путин стал было говорить о необходимости рутинной работы по обеспечению общественной безопасности, как вдруг резко перебил сам себя:
– Так, внимание! Я зачем сюда приехал-то?!
* * *
– Такого вообще-то не должно быть, – сказал господин Путин. – Но исключать такого нельзя.
* * *
– Мы исходим из того, что ничего не исключаем, – произнес президент России.
Чему только ни научила Владимира Путина жизнь.
* * *
Владимир Путин рассказывал, пожимая плечами, что профессиональной политикой до того, как стал президентом, не занимался. И честно добавил: «И не занимаюсь».
* * *
На вопрос, следит ли он за ситуацией на телевидении, господин Путин туманно ответил, что десять лет назад закончил с этой работой – следить.
* * *
Академик Михаил Кузьмин, получивший орден «За заслуги перед Отечеством» четвертой степени, так волновался, что перепутал микрофоны и уверенно встал за стойку президентского. Быстрее всех, просто молниеносно, на это среагировал Владимир Путин: он тут же перевернул листочки, лежавшие на пюпитре, рубашкой вверх.
* * *
Начиная встречу, Владимир Путин поблагодарил коммунистов за поддержку:
– По наиболее важным вопросам мы всегда помогаем друг другу, – сказал он.
Я не знаю точно, как называется в дзюдо этот прием, когда, чтобы обезоружить противника, используется его вес, но это был именно тот случай.
* * *
Господин Путин поднял один из золотых слитков и восхищенно посмотрел на него.
– Ну надо же! – сказал он и осторожно положил слиток на стол. – Ой! Палец прямо придавило!
Не услышав реакции от окружающих, он обернулся и, увидев журналистов, с вызовом повторил:
– Мне палец придавило!
* * *
Коммунисты его, конечно, ранили. Рана была поверхностной, но вид собственной крови изумил Владимира Путина. В конце концов он первый раз за много лет слушал, как против него публично выступают в его же присутствии.
* * *
Некоторое время юристы в прениях делились с Владимиром Путиным в Колонном зале своей болью. Он в это время занимался непростым делом. Закрывшись от делегатов листком из блокнота, он бил пальцем по колпачку шариковой ручки, лежащему на столе, и тот взлетал в воздух. Господин Путин ловил колпачок, клал его на стол – и снова бил по нему пальцем. И так он сделал в общей сложности раз 20 подряд. Был он при этом крайне сосредоточен и вокруг ничего не замечал.
* * *
Владимир Путин достал из кармана текст своей речи – и, отложив его в сторону, заговорил с коллегами словами собственного производства. Это не значило, что господин Путин скажет что-то новое или хотя бы то, чего нет в тексте.
* * *
Предпоследним докладчиком на Госсовете был президент Башкирии Муртаза Рахимов. Он говорил так быстро и так неразборчиво, что мне казалось временами Муртаза Рахимов переходит на башкирский. Может быть, это и в самом деле было так.
Я мог расслышать только отдельные слова: «проедают»… «не делается для блага»… «федеральные чиновники»… «спасибо за внимание»…
– Я с вами полностью согласен, – неожиданно заявил господин Путин.
* * *
На бетонном парапете стояла девочка лет двенадцати. Она забралась туда, чтобы ей было лучше видно президента страны. Владимир Путин снял ее с парапета.
– Тебе не холодно, девочка? – спросил он ее.
– Нет! – произнесла она непослушными губами.
– Ну и хорошо, – удовлетворенно сказал господин Путин, поставил девочку на место и пошел дальше.
* * *
Президент Путин побывал в якутском художественном музее. Там было много картин. Директор музея рассказывал о многих из этих картин.
– А вот наши культурные деятели, – говорил он, показывая на картину, где были изображены три якута в позах, подозрительно напоминающих позы русских охотников на известной картине художника Перова «Охотники на привале». – И коневоды наши, и старейшие литераторы, заложившие профессиональную якутскую литературу. Жалко, не дожили до этого дня. А вот ловцы рыбы. Наловили и делят честно.
– Честно? – подозрительно спросил господин Путин.
Директор музея внимательно посмотрел на картину – кажется, другими глазами.
* * *
– Все эти восемь лет я пахал, как раб на галерах, с утра до ночи и делал это с полной отдачей сил, – заявил господин Путин так, словно на галерах можно было халтурить.
В общем, мы видели перед собой человека, который знал, как помочь людям, но на галерах был рабом обстоятельств.
* * *
Премьерский кортеж был настроен миролюбиво: за пять минут до его проезда можно было безболезненно проехать по Рублево-Успенскому шоссе. То есть можно было по сути возглавить этот кортеж и въехать в пансионат на волне авторитета лидера партии.
* * *
Господин Путин уехал так же, как и приехал: за рулем, на служебном «Мерседесе», с Виктором Зубковым, на переднем сиденье справа.
Если так пойдет и дальше, скоро уже никого не будет удивлять, что у нас президент возит премьер-министра.
* * *
Несколько минут Владимир Путин отвечал на вопрос, как он оценивает первые месяцы на посту премьера. Он признал эту работу очень полезной для себя.
– Приходится вникать в детали, – пояснил он, – до них раньше не доходили руки. Видишь сразу много развилок – и надо принимать правильное решение, которое будет работать десятки лет…
– То есть это хороший опыт на будущее? – спросил я.
– Вы о своем будущем подумайте, – ответил Владимир Путин после пары секунд молчания.
– Это зависит, – сказал я.
– Все друг от друга зависим, – закончил этот разговор Владимир Путин.
* * *
– Да, пускай губернатор выбирает мэра!.. – сказал кто-то из рабочих.
– То, что касается прямого назначения, – произнес господин Путин, – связано с нашими международными обязательствами…
– Демократия… – медленно и с отвращением уточнил кто-то из рабочих.
– Да… – вздохнул премьер.
* * *
Господин Путин исчерпывающе высказался о плюсах и минусах проводимой правительством политики в области демографии, образования, здравоохранения.
– Многие решения из тех, которые мы приняли, сработали. Я сейчас не буду говорить о плюсах, они очевидны, из скромности о них умолчу. О минусах тоже умолчу (из ложной, надо полагать, скромности. – А.К.).
* * *
Писателю Морису Дрюону в ответ на его нелегкое признание, что он любит Владимира Путина, российский премьер счел своим долгом сообщить:
– А меня все любят.
* * *
Владимир Путин быстро покинул зал. Он шел так быстро, словно боялся не успеть выполнить к 2020 году поставленные задачи.
* * *
Владимир Путин вышел к залу со сцены, чтобы прочитать Послание Федеральному собранию. Его встретили как самого дорогого артиста: публика, все верные поклонники его таланта, встала, зааплодировала и отказывалась садиться, даже когда он делал ей знаки.
Кто-то даже прокричал: «Браво!». Конечно, «Бис!» кричать было еще рано.
Глава 2
Парламентарии
– Чем больше партий будет считать президента своим моральным лидером, – обрадованно сказал Вячеслав Володин, – тем меньше различий будет между партиями! Очевидно, он считает, что в том и состоит высший смысл партийной деятельности.
– Так случилось, – сказал председатель Госдумы по делам ветеранов Николай Ковалев, – что совпадают два больших праздника: Рождество Христово и столетие Государственной думы. Это, конечно, не случайно.
* * *
При входе в Госдуму слева перед мраморной лестницей я увидел стеллаж с книгами, с которыми, как очевидно, рекомендуется ознакомиться каждому уважающему себя депутату. Бросалась в глаза аналитическая брошюра «Не нам сидеть?!», а также заботливо выставленная «Хронология объявления амнистии в России». Мне тоже показалось, что вряд ли что-то еще может так заинтересовать депутатов Госдумы, как эти прикладные инструменты их рутинной ежедневной работы, о которых не стоит забывать ни на секунду.
* * *
Руководители Совета Федерации – люди прямого действия. Если они видят фотокорреспондента, то уверены, что он должен их сфотографировать. Если он их не фотографирует, они понимают: значит, пока не может. Другого разумного объяснения тому, что объектив фотокамеры не направлен на них, они найти не могут – и готовы подождать. Но до бесконечности они ждать не готовы. Если они видят, что фотокорреспондент и не собирается их фотографировать, они сами скажут, что ему нужно делать.
– Фотографируй нас! – сказали фотографу «Российской газеты» два члена Совета Федерации.
И они развернулись к нему вместе со стульями, на которых сидели.
Космическая деликатность фотографа господина Завражина состояла в том, что он несколько раз передернул затвор фотоаппарата и поблагодарил сенаторов за любезность (которую он им оказал).
– Не «спасибо», – практически хором ответили они ему, – а ты у нас в Совете Федерации бываешь?
– Бываю, – вздрогнул фотограф.
– Ну вот, туда фотокарточки и принесешь.
* * *
Владимир Путин говорил 47 минут, время от времени отрывая глаза от текста. В рядах членов Федерального собрания РФ царили разные настроения. Большинство внимательно слушали. Некоторые пытались записывать, и соседи их отговаривали, шепча, что им на выходе дадут готовый текст, но те все равно записывали, шепча в ответ, что от президента страны в любую минуту можно ждать важного экспромта. Без риска ошибиться можно было предположить, что эти люди представляют фракцию «Единая Россия». Несколько человек криво улыбались чуть не на каждое слово президента (фракция КПРФ). Один, конечно, спал (независимый депутат).
* * *
Многие депутаты в зале Рады уже не могли сидеть от охватившего их возбуждения. Оранжевые торжественно поигрывали в руках апельсинами. Это была недвусмысленная демонстрация силы.
* * *
Больницы – любимое место отдыха от повседневной суеты практически всех участников политического процесса на Украине в случае резкого обострения обстановки: членов конституционного суда, Центризбиркома, депутатов Верховной рады…
* * *
Я пришел в 14-й корпус Кремля пораньше, чтобы не пропустить появление депутатов-коммунистов, которые накануне в Государственной думе отказались встать, чтобы почтить память первого президента России. Я не то что хотел посмотреть им в глаза. Смотреть им в глаза бессмысленно: все равно ничего там нет, кроме внушающей адский трепет пустоты.
* * *
Геннадий Зюганов говорил долго и скучно. Так ведь и должен говорить лидер политической партии, уверенный в себе.
* * *
Выступивший после группы «Високосный год» Григорий Явлинский отметил, что собравшиеся на площади давно должны были на ней собраться. Его выступление было настолько отшлифованным по форме и по сути, что поневоле закрадывалось сомнение, будто господин Явлинский также выступает «под фанеру».
* * *
Господин Зюганов рассказывал, что «мы будем предлагать отставку тех (министров. – А.К.), кто не справился», и подтвердил, что господин Кудрин, разумеется, входит в число этих людей как первый среди равных.
– А премьер справляется? – спросили его журналисты.
Лидер коммунистов задумался. Ответ был гораздо сложнее вопроса.
– Он пока мало работает, – сказал наконец господин Зюганов.
Ответ засчитывался. Причем засчитать его мог и премьер, и товарищи господина Зюганова по партии.
* * *
– А почему не видно Геннадия Зюганова? – спросил кто-то из журналистов.
– А вместо него Валентин Купцов, – откликнулся Борис Немцов.
Господин Купцов, сидящий к нам спиной, как-то резко дернулся, словно подтверждая, что так оно и есть. Ну и что, мол, дальше?
– Вот он, главный коммунист, – продолжил Борис Немцов. – А не тот, кого вам по телевизору показывают.
Господин Купцов, не оборачиваясь, опять мучительно дернулся всей спиной, словно говоря, что, мол, и не надо нас показывать, не очень-то и хотелось.
– Так где же Зюганов? – спросил я эту так много говорящую спину.
Спина на этот раз даже не дернулась.
– Да в отпуске он! – с готовностью продолжал отвечать на все поступающие вопросы Борис Немцов.
– А куда поехал, не знаете?
– Как куда? В Северную Корею! – резвился лидер СПС.
Валентин Купцов неожиданно повернулся лицом к Борису Немцову и вполоборота ко мне. Он должен был, конечно, что-то ответить. И что-то очень веское. Что-нибудь про то, где сейчас отдыхает Ирина Хакамада.
Но, увы, полемистом господин Купцов оказался никаким. Он долго и страшно, с какой-то невыразимой в словах болью, смотрел на господина Немцова, а потом отвернулся от него – да и все. В этот момент в зал вошел главный рефери, и бой был прекращен за явным преимуществом одного из противников.
* * *
– А я буду продолжать отстаивать свою позицию, – заявил один из лидеров «Единой России» Андрей Исаев. – В рамках социально-консервативной политики могут быть зафиксированы оба подхода – и левый, и правый… И вообще, мы же не страна индивидуалистов! Левое крыло, правое… Я и так уже себя чувствую как в союзе орнитологов!
– Нам, медведям, крылья не нужны! – резюмировал Борис Грызлов. – У нас есть четкая программа. Мы, члены партии «Единая Россия», возьмем контроль над строительством дорог!
Вот с этим решением стоило безоговорочно согласиться. Сразу две главные российские проблемы решаются.
* * *
– Я не хочу сказать ничего антисемитского, – сказал Иван Стариков, председатель комитета Совета Федерации по аграрно-продовольственной политике, – но ведь на минеральной воде, произведенной евреями, стоит пометка: кошерный продукт, одобрено раввинатом! Я в этом смысле подумал бы о возвращении нашей православной церкви 40 млн сельскохозяйственных угодий, которые были у нее когда-то во владении. Это, если хотите, проблема реституции… Только еще раз хочу сказать: ради бога, не подумайте, что я антисемит!
* * *
– Много полезного в президентском послании Федеральному собранию, много нужного, нового, – произнес депутат Госдумы Владимир Рыжков. – Но давайте проанализируем предыдущие послания. По этому поводу можно было бы произнести такую шутку: очень многое не сделано. И теперь, после этого послания, будет не сделано еще больше.
* * *
– Скажите, – спрашивали Дмитрия Рогозина, – вот вы говорили, что ваше движение «Родина» – это такой коллективный Путин…
– Я? – удивлялся Дмитрий Рогозин. – Такое говорил?
– Ну да.
– Да нет, я говорил, что мы – спецназ Путина.
– Да нет, – перебивали его журналисты, – говорили, что и коллективный Путин тоже!
– Прямо так и сказал?
– Прямо так.
– Господи, чего только я ни говорил!
* * *
Как только господин Шандыбин спустился с лестницы, устланной красной ковровой дорожкой, я спросил его, что же он такого сказал президенту. Оказывается, Василий Иванович крикнул ему, что в следующей Госдуме будет большинство воров, бандитов и взяточников. Неужели он и в самом деле рассчитывает, что у КПРФ и в новом составе Думы будет мощная фракция?
* * *
– Как вставать-то будем: по росту или по старшинству? – озабоченно интересовался у коллег Владимир Жириновский, когда они начали выстраиваться в Представительском кабинете Кремля для встречи с президентом России, который вот-вот должен был показаться из-за дверей.
* * *
Президент России похвалил Федеральное собрание за его стиль.
– Сегодня стиль Федерального собрания, – сказал господин Путин, – заключается не в единомыслии (как могло бы показаться на первый взгляд. – А.К.) и не связан… как бы кого не обидеть… (господину Путину удалось избежать мимолетного взгляда на господина Жириновского. – А.К.) с театрализацией государственной деятельности.
Он еще некоторое время рассуждал о том, что депутатов должно объединять чувство ответственности перед страной и избирателями, но так и не сказал, в чем же заключается стиль сегодняшнего Федерального собрания.
И не надо. Зачем расстраивать людей в праздник?
* * *
Лидер КПРФ Геннадий Зюганов стоял в узком проходе, отделяющем российских бизнесменов и политиков от китайских. Причем он стоял так, что совершенно невозможно было понять, к кому из них лицом стоит он сам. В этой детали исчерпывающе проявлялась социал-демократическая тактика российских коммунистов в последние годы их революционной борьбы с режимом, закончившейся триумфальным слиянием с ним.
* * *
В Кремле президент России Владимир Путин вновь награждал заслуженных людей страны своим вниманием и госнаградами.
Комментируя свое награждение, Евгений Герасимов подчеркнул, что получил орден «За заслуги перед Отечеством» не как артист, а как депутат Московской городской думы. Мне-то казалось, что это примерно одно и то же.
* * *
Господин Рогозин предложил делегатам Всероссийского конгресса в защиту прав нации и гражданина расшифровать аббревиатуру ВВП. Они не смогли. Он удовлетворенно кивнул. Мне казалось, что люди в зале в состоянии расшифровать только аббревиатуру КПСС.
* * *
– Чем больше партий будет считать президента своим моральным лидером, – обрадованно сказал Вячеслав Володин, – тем меньше различий будет между партиями!
Очевидно, он считает, что в этом и состоит высший смысл партийной деятельности.
* * *
Андрей Исаев, упомянув о том, что «некоторые законы и в самом деле были приняты практически единогласно», вспомнил, что особенно важен один из них, – «это ваша инициатива, которая была нами оформлена, – о создании дополнительных пенсионных накоплений граждан».
– Могу сказать, что проголосовали за этот закон практически все фракции. Блок «Справедливая Россия»… – помялся, не удержавшись, Андрей Исаев, – …их не оказалось на месте, поэтому они не проголосовали… Но в душе они тоже, видимо, были «за».
* * *
Последним из гостей на праздник, посвященный открытию восстановленного здания Манежа, пришел вице-спикер Госдумы Владимир Жириновский. Его явно покоробило, что фото– и телекамеры окружили в этот исторический (для Манежа) момент не его, а мэра Москвы, осматривавшего фотовыставку под условным названием «Манеж: до и после». Большим преувеличением было бы сказать, что господин Жириновский не подал вида, что его перестали замечать. Он в ответ тоже демонстративно всех перестал замечать и долго не хотел садиться в предназначенное ему кресло – именно потому, что не замечал организаторов, робко предлагавших ему сделать это. Конечно, он ничего не замечал в надежде только на то, что его кто-нибудь наконец заметит. Но вчера был не его день.
* * *
Авигдор Либерман – лидер депутатской фракции израильского кнессета. Его фракция называется «Наш дом – Израиль». Недавно она объединилась с фракцией «Национальное единство». Теперь это крепко сбитый блок из семи человек.
* * *
Вопрос, где Геннадий Зюганов, больше всего обрадовал Владимира Жириновского.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?