Читать книгу "Телохранитель для дочки генерала"

Глава 8. Маргарита

Захлопываю дверь с таким грохотом, что, кажется, по всему дому пошла трещина. Невероятно! Этот… этот маньяк забрал мои трусики! Это уже не наглость, это какое-то изощренное хамство! Руки трясутся от ярости. Беру телефон, чтобы позвонить отцу и потребовать уволить этого урода сию же секунду.

Но палец замирает над кнопкой вызова. А что я скажу? «Папочка, твой телохранитель стащил мои стринги, когда осматривал в мою комнату»? Звучит как дурацкая шутка или бред сумасшедшей. Он еще подумает, что я сама его спровоцировала или вообще все выдумала.

Со стоном отчаяния швыряю телефон на кровать и начинаю метаться по комнате, костеря этого фетишиста всеми известными мне словами. Подлый, наглый, бесстыжий козел! И это только малая часть того, что приходит в голову.

В дверь неожиданно стучат. Даже не стучат, а почти долбят. Ага! Решил вернуться и продолжить надо мной издеваться? Ну я ему сейчас устрою!

Распахиваю дверь, готовая вылить на Матвея ушат праведного гнева, но на пороге замираю, молчаливо открывая рот, как рыба. Передо мной стоит запыхавшийся Олежик, весь завешанный моими дурацкими пакетами с брендовыми шмотками.

– Маргарита Аркадьевна… ваши покупки… – он тяжело дышит и смотрит на меня так, словно самый преданный на свете пес. Аж тошно!

Шумно выдыхаю, сминая внутри разочарование, что это не тот, на ком можно сорвать злость. Олег-то ни в чем не виноват. Он вообще целый день меня выручает.

– Спасибо, Олег, – бормочу я, почти выхватываю у него из рук пакеты, захлопываю дверь и с силой швыряю их в угол.

Ни одна из этих вещей мне на самом деле не нужна. Я покупала их назло, чтобы измотать Матвея, а в итоге измотала только себя.

Мне нужно смыть с себя этот ужасный день. Захожу в ванную, и тут же сквозь стену доносится низкий голос моего надзирателя. Он явно с кем-то разговаривает по телефону. Да так, что у меня внутри едва все не слипается.

– Да, я скоро заеду, обязательно… Не скучай сильно… – слышу обрывки фраз и закатываю глаза.

Конечно, у такого придурка обязательно есть какая-нибудь девушка. Это же логично. Раздеваюсь, вхожу в душевую кабину и с силой поворачиваю кран, чтобы шум воды заглушил его голос. Но мое воображение разыгрывается не на шутку и рисует живые и красочные картинки.

Вот он, этот детина, с той… другой. Вот он склоняется над ней с той же наглой ухмылкой… Его большие руки… и горячие губы… Мне становится противно и гадко, но эти образы не хотят исчезать, заставляя меня намыливаться еще яростнее.

Кое-как смыв с себя события этого дурацкого дня и навязчивые мысли, я забираюсь в кровать с ноутбуком. Открываю защищенный паролем файл, где хранятся все проекты, над которыми я сейчас работаю. Пробегаюсь глазами по небольшому списку и выбираю самый нуждающийся во внимании.

Открываю и погружаюсь в документы. Участвуя в этом, я становлюсь самой собой, настоящей и искренней. Здесь меня знают и доверяют. И нет никакой капризной мажорки, зато есть человек, который помогает, как может. Ухожу с головой в расчеты, переписку с поставщиками лекарств, отчеты. Это мое тихое сопротивление всему миру, в котором меня считают пустышкой. Ну и пусть, главное у меня есть эта отдушина и лучше хранить все в секрете.

К полуночи глаза начинают слипаться. Я зеваю, закрываю крышку ноутбука и откладываю его на тумбочку. Выключаю свет и проваливаюсь в подушку. Неожиданно для себя засыпаю почти мгновенно, как убитая. События дня вымотали меня окончательно.

Но выспаться мне не удается. Резкий, настойчивый телефонный звонок вырывает меня из сладких сновидений. Так хочется отключить голосящий гаджет и спать дальше, но это может быть важным.

Я с трудом открываю глаза и вижу на экране «Наталья Юрьевна». На часах шесть утра, рановато... Сердце тут же уходит в пятки. Что-то скорее всего произошло из ряда вон…

– Алло? – бормочу я, с трудом выговаривая слова. – Наталья Юрьевна, что случилось?

– Риточка, простите, что разбудила, но ситуация критическая, – ее голос дрожит. – Час назад мне позвонили родители Степы Ермолова… У него отказали почки, нужен срочный, дорогущий антибиотик, которого нет ни в одной аптеке города. Без него… Без него мальчик не протянет даже до вечера. Никто не берется помочь, все разводят руками!

Ледяная волна мурашек прокатывает по моей спине. Весь сон как рукой снимает.

– Скоро буду у вас в центре, – говорю я уже совершенно другим, собранным и твердым голосом.

Сбрасываю звонок и пару мгновений не шевелюсь, продумывая план. Где можно взять лекарство, чтобы наверняка. В обычные аптеки ехать не имеет смысла, родители мальчика, скорее всего, уже все объехали или обзвонили…

Еще раз смотрю на часы. Время почти не изменилось. Рано беспокоить людей, но вопрос жизни и смерти. Это же веская причина?

Решаюсь и лезу в телефон. Нахожу номер Эммы Эдуардовны и пишу сообщение с просьбой, кратко изложив ситуацию. В их клинике должно быть все. Она не читает. Придется немного подождать.

Вскакиваю с кровати и начинаю лихорадочно одеваться: джинсы, свитер, кроссовки. Только сейчас до меня доходит, что я не могу вот так просто сорваться и уехать. Я же теперь под охраной. Мелькает дикая, соблазнительная мысль бежать тихонько, пока этот тип спит. Но я тут же ее отгоняю. Потом будут вопросы, скандал, отец… Нервировать его сейчас нельзя.

Мысленно матерясь, я решительно выхожу в коридор и подхожу к соседней двери. Мой идеальный план прост – разбудить этого наглеца, получив хоть каплю сатисфакции за все свои унижения.

Я с силой толкаю дверь, даже не думая стучать. Она с грохотом распахивается.

– Вставай, мы… – замираю на пороге, и слова застревают у меня в горле.

Матвей не спит. Он стоит в стойке посередине комнаты в одних спортивных штанах и… отжимается. Спина, плечи, бицепсы обнажены, все его тело представляет собой рельефный рисунок из напряженных мышц, покрытых золотистой кожей с капельками пота. Я никогда в жизни не видела ничего подобного в реальности, а не на глянцевых фотографиях. Это гипнотизирует и выбивает из колеи.

– Оценила, Принцесса? – раздается насмешливый голос. Он не встает, а лишь поворачивает голову ко мне, и я вижу его ухмылку. – Не думал, что ты так быстро окажешься в моей кро… комнате.

– Что? – только сейчас до меня доходит, что я как идиотка стою и пялюсь на него, разинув рот. Щеки мгновенно вспыхивают огнем. – Собирайся, через пять минут выезжаем.

Глава 9. Матвей

Стою в стойке посередине комнаты и с огромным удовольствием наблюдаю за Маргаритой. Она застыла в дверях, глаза большие, а щеки пылают таким ярким румянцем, что, кажется, сейчас задымятся. В ее взгляде целая гамма различных эмоций, шок, негодование, и… да нет, показалось, конечно, но черт возьми, это все равно смешно.

Дразняще поднимаю бровь, пробегаясь по ее фигуре оценивающим взглядом с ног до головы.

– Оценила, Принцесса? Не думал, что ты так быстро окажешься в моей кро… комнате.

Она моргает, словно выныривая из ступора, и по ее лицу прокатывается волна чистого, ничем не разбавленного гнева.

– Собирайся, через пять минут выезжаем! – выпаливает Маргарита и, развернувшись на каблуках, пулей вылетает из моей комнаты.

Я не могу сдержать смех. Ну и характер!

Поднимаюсь на ноги и ухожу в душ, споласкиваюсь, смывая с себя остатки сна, чищу зубы и выхожу из ванной. Натягиваю джинсы и черную футболку, беру с собой ветровку и выхожу в коридор.

Марго уже ждет у лестницы, переминаясь с ноги на ногу. От нетерпения аж подпрыгивает.

– Ну ты и копуша, – закатывает глаза с таким драматизмом, будто я провалялся в ванной час.

– К чему такая спешка, Принцесса? Пожар? – спрашиваю я, спускаясь по ступенькам.

– Можно и так сказать, – уклончиво отвечает она, утыкаясь в экран телефона.

Меня это настораживает и решительно не нравится. Что задумала эта зазноба? На последней ступеньке ловлю ее за локоть и мягко, но настойчиво разворачиваю к себе.

– Нет, Принцесса, так не пойдет. Я должен понимать, куда мы едем и зачем. Чтобы обеспечить твою безопасность.

Она смотрит на меня с вызовом, губы поджаты. Делиться информацией явно не собирается и это порядком раздражает.

– Сначала вот сюда, – сжаливается ее величество и разворачивает телефон. Я быстро запоминаю адрес какого-то фонда близко к центру. – Ты за рулем.

Марго забирает телефон, обходит меня и демонстративно идет к выходу, высоко задрав подбородок.

– Как скажешь, – ухмыляюсь ей в спину. Погонять на ее «Мерсе» мечта идиота, и она сбылась.

Усаживаясь за руль, я замечаю, как Марго нервно постукивает ногтем по крышке телефона, листая контакты. Едва выезжаем на трассу, я притормаживаю на ближайшей круглосуточной заправке.

– Я не просила останавливаться, – тут же возмущается она.

– А я просил. Мне нужен кофеин. Тебе взять? – выключаю зажигание.

– Обойдусь, – фыркает Марго и вновь утыкается в экран.

Закатываю глаза и иду в здание. Покупаю два капучино и круассаны с малиной, хотя сладкое не ем в принципе. Возвращаюсь в машину, моя подопечная говорит по телефону, голос сдавленный, почти отчаянный: «…нет, нигде нет, я уже все обзвонила…». Увидев меня, резко обрывает разговор.

– Я же сказала, что не буду, – хмурится, глядя на бумажный стакан в моей руке.

– Сам выпью, – расплываюсь в довольной ухмылке и смачно отпиваю из своего. – Многое потеряешь. Здесь, между прочим, восхитительный кофе и круассаны.

– Откуда ты знаешь? – скептически щурится она.

– Продавщица рассказала. Очень душевная девушка, – вру я без зазрения совести.

Марго смотрит на стакан, потом на мое довольное лицо, и в ее глазах читается внутренняя борьба. Наконец, она сдается.

– Ладно, давай сюда.

– А «пожалуйста»? – убираю стакан в сторону.

– Больше тебе ничего не надо? – ее глаза сужаются до щелочек, а губы вытягиваются в линию.

– Ой, у меня целый список хотелок… – начинаю я с притворной мечтательностью. – Огласить?

– Пожалуйста, дай мне кофе! – выдыхает она, но в голосе слышится раздражение. Музыка для моих ушей.

– С радостью, Принцесса, – великодушно вручаю ей стакан и бумажный пакет. – А это бонус за сговорчивость.

Марго никак это не комментирует, но через пару минут уже молча доедает второй круассан, смотря в окно. Пока мы едем, она не прекращает звонки. Слышу обрывки: «…антибиотик… последняя партия… нет, даже под заказ…». Голос все более напряженный.

– Может, объяснишь? – не выдерживаю я.

– Что конкретно? – поворачивает голову, но взгляд пустой, скользящий мимо меня.

– Что за препарат ты ищешь и зачем? Может, я могу помочь? У меня свои каналы.

Генеральская дочка уже открывает рот, чтобы, скорее всего, послать меня куда подальше, но в этот момент звонит ее телефон. Сдвигает зеленую трубку на экране и резко подносит его к уху.

– Да, Эмма Эдуардовна, здравствуйте. Да, срочно. Могу прямо сейчас. Хорошо, пусть подготовят. Спасибо огромное, еду.

Сбрасывает звонок, сжимает телефон в руке так, что костяшки белеют, и на ее лице расцветает первая за сегодня улыбка, робкая, но искренняя, от которой что-то странно сжимается у меня внутри.

– И? – напоминаю я о своем присутствии.

– Разворачивайся, – командует она, снова становясь собранной и резкой. – Мы едем по другому адресу. Вот.

– По какому? И зачем? – пытаюсь я понять логику.

– Слишком много вопросов! – огрызается она. – Ты охранник, а не нянька. Вот новый адрес, и побыстрее!

Показывает мне экран телефона, на котором написан новый адрес.

– Я охранник, а не таксист, – бормочу себе под нос, но уже просчитываю новый маршрут на карте. Совсем другая часть города, больница какая-то... Благо, утро раннее и пробок еще нет.

Делать нечего. Резко разворачиваюсь на ближайшей эстакаде и вдавливаю педаль газа в пол. «Мерс» рычит и устремляется вперед. Интересно, куда нас тащит эта бестия?

Глава 10. Маргарита

Машина останавливается у серого, непримечательного здания городской больницы. Я распахиваю дверь, даже не дожидаясь, пока Матвей заглушит двигатель.

– Жди в машине, – бросаю через плечо, выскальзывая наружу.

– Еще чего, – слышу его голос прямо за спиной. Через секунду он оказывается рядом, его тень накрывает меня. – Или мы идем вместе, или ты никуда не идешь вообще. Выбирай.

– И как, интересно, ты мне запретишь? – с вызовом смотрю на него.

– Ты правда сейчас хочешь узнать?

Я вижу его упрямое лицо и понимаю, что спорить бесполезно. Время слишком дорого.

– Ладно! – фыркаю я, разворачиваюсь и почти бегу к входу. – Только не мешай!

Матвей не мешает. Просто следует за мной в двух шагах, как мрачная, но очень бдительная тень. В холле нас уже ждет Эмма Эдуардовна, ее строгое лицо озаряется улыбкой при виде меня.

– Эммочка Эдуардовна, вы моя спасительница! – я бросаюсь к ней и крепко обнимаю.

– Прекрати вгонять меня в краску, – она мягко обнимает меня в ответ. – Пойдем ко мне в кабинет. Ты рецепт привезла?

Мое лицо вытягивается, я даже не подумала об этом.

– Ой, нет… Я так торопилась, что, сразу к вам помчалась.

– Плохо, – вздыхает она. – Ладно, придумаем что-нибудь. Идем.

Мы направляемся к кабинету, и я чувствую, как за нами неотступно следует Матвей. Эмма Эдуардовна оборачивается.

– Вам что-то нужно, молодой человек? – спрашивает она, глядя на него настороженно.

– Угу, – кивает он в мою сторону. – Она.

– Это мой телохранитель, – закатываю я глаза, невольно краснея. – Отец с ума сходит, везде видит угрозы.

– Как все серьезно, – заключает Эмма Эдуардовна, и в ее взгляде мелькает сарказм и понимание.

Заходим в кабинет. Я пытаюсь оставить Матвея в коридоре.

– Подожди здесь, хорошо?

– Еще чего, – фыркает он и уверенно проходит за нами. Осматривает кабинет и встает у двери, скрестив руки на груди. Вид у него такой, будто он здесь самый главный.

– Как же ты достал, – шиплю я в его сторону.

– Работа такая, – отвечает с наглой ухмылкой, и мне хочется швырнуть в него чем-то тяжелым.

Эмма Эдуардовна, игнорируя наше выяснение отношений, достает из сейфа небольшую коробку.

– Смотри. Вот препарат. Здесь на два дня. Должно хватить, если четко соблюдать дозировку, потом уже должен появиться в аптеках.

Я почти плачу от облегчения, бережно принимая коробку, будто это не лекарство, а хрустальная сфера жизни. Хотя возможно так и есть для одного конкретного малыша.

– Спасибо огромное, я вам так обязана.

– Подожди, это не все, – ее лицо становится серьезным. – Пару дней я прикроюсь, но мне нужен рецепт. Попроси родителей завезти. Это, сама понимаешь, подсудное дело.

– Я поняла, обязательно передам или сама привезу, – киваю я. Подставлять ее совсем не хочется.

– Хорошо. Не подводи меня.

Мы с Матвеем выходим из кабинета, и едва дверь закрывается, как он наклоняется ко мне.

– Так… Еще и наркотой приторговываешь? – в его голосе слышится язвительная усмешка. – Все новые и новые грани открываются.

– Что ты несешь? – огрызаюсь я, глядя на него с возмущением.

– А для кого, интересно, эти лекарства? Да еще и такие секретные.

– Для больного ребенка, – отрезаю я, глядя ему прямо в глаза. – У которого отказывают почки. И это его единственный шанс.

Усмешка мгновенно слетает с лица надзирателя, и он затыкается. Просто замирает, и в его глазах читается что-то сложное: удивление, неловкость, может, даже стыд. Матвей молча следует за мной к машине.

Мы едем в центр, к Наталье Юрьевне. И вот там, в небольшом кабинете, я вижу отца мальчика. Он сидит, сгорбившись, с огромными синяками под глазами. Я быстро объясняю ему все, передаю драгоценную коробку и листок с адресом больницы Эммы Эдуардовны. Мужчина хватает меня за руки, дрожащими губами бормочет слова благодарности, потом кивает Наталье Юрьевне и, зацепившись взглядом за Матвея, неожиданно кивает и ему: «И вас благодарю». Матвей стоит как вкопанный, явно растерянный.

Мы с Натальей Юрьевной обсуждаем ближайшие мероприятия, на которых мое присутствие критически важно. Матвей молча слушает, не произнося ни слова. У него звонит телефон. Мое сердце начинает стучать быстрее.

– Да, товарищ генерал, – бодро отвечает Матвей. – Конечно, со мной.

Отец! Я вся превращаюсь в слух, оборачиваюсь и начинаю лихорадочно жестикулировать, складывая руки в мольбе и показывая на него и на себя, пытаясь объяснить, чтобы он ни в коем случае не говорил, где мы были и сейчас находимся. Если отец узнает о том, что я не бросила свое «хобби» скандала не избежать.

Матвей смотрит на мой танец с бубном с невозмутимым видом, затем убирает трубку от уха.

– Ты вообще в своем уме? – тихо шипит он.

– Пожалуйста… – шепчу я, глядя на него умоляюще и складывая ладони лодочкой.

Он закатывает глаза с таким видом, будто несет на себе все грехи мира, и снова подносит телефон к уху.

– Да, в салоне красоты, в центре. Все нормально… В следующий раз сообщу. Хорошо.

Сбрасывает звонок и, нахмурившись, смотрит на меня, явно ожидая объяснений. А я лишь облегченно выдыхаю.

– И что это было? – спрашивает Матвей, его голос сухой и ровный.

Я на него и неожиданно для самой себя хитро усмехаюсь.

– Теперь ты мой сообщник, – говорю я приторно сладким голоском. – И, если решишь разболтать про нашу сегодняшнюю вылазку, знай: отец тебя не просто уволит. Он сделает из тебя котлету и размажет по ближайшей стене. Понял, подельник?

Глава 11. Матвей

Подельник? Серьезно?

Не могу сдержаться и смеюсь искренне и громко. Давно меня никто так не веселил. Эта девчонка, с ее напускной важностью и угрозами про «размазать по стенке», – это просто нечто.

– Что тут смешного? – Маргарита хмурится, смотря на меня, будто я только что объявил о полете на Марс.

– Ни-че-го, – растягиваю, подыгрывая. Делаю серьезное лицо. – Я все понял, молчу. Я же теперь сообщник.

Она довольно фыркает, как котенок, которому удалось стащить сметану, и возвращается к своей собеседнице. Я провожаю ее взглядом и присаживаюсь на небольшой диванчик, откуда Принцесса видна как на ладони.

Наблюдаю за ней и невольно осознаю, что я ошибался в ней, с самого первого взгляда. Я видел мажорку, стерву, избалованную куклу, а она оказывается способна на благие поступки. Кто бы мог подумать, что дочка генерала тайком возит запрещенные лекарства для умирающих детей. А как ловко меня провела, заставив покрывать ее перед генералом. Внутри, помимо злости на собственную глупость, копошится странное, непонятное уважение. Нужно иметь стальные яйца, чтобы так рисковать, но она же девушка… хрупкая и нежная.

Телефон тихо вибрирует в кармане. Достаю и смотрю на экран. Сообщение от Самарина.

«Все, что смог быстро накопать по твоей девчонке на почте. Будешь должен».

Усмехаюсь и открываю файл, увлеченно начинаю читать и волосы на загривке шевелятся. Организация благотворительных вечеров, общение с меценатами, бесконечная череда каких-то проектов. И это все она? Совсем не сходится с картинкой, которую я себе нарисовал. Хмурюсь и поднимаю глаза, рассматривая Маргариту Калюжную уже под совершенно другим углом. Она не просто «помогает», а этим живет и тщательно скрывает ото всех свое увлечение.

– На мне что, мультики показывают? – доносится ее раздраженный голос. Слегка облажался и не заметил, как она поймала мой пристальный взгляд.

– Сам пока не пойму, – ухмылка расползается по моему лицу сама собой. Гораздо шире, чем обычно.

– Поехали, – говорит Марго и идет мимо меня. – Надо заскочить в одно место и домой.

– В какое? – спрашиваю я, уже предчувствуя подвох.

– По дороге расскажу.

Закрываю файл и поднимаюсь. Идем к ее машине молча, я снова за рулем. Включаю зажигание и поворачиваюсь к ней.

– Так, куда едем, подельник? – в голосе слышится легкая издевка.

– У меня обед с одним очень важным человеком… – Марго делает небольшую паузу. – Ресторан «Бригантина».

– Понял, – киваю я. Фешенебельное место для сливок общества. – Что-то не слышу энтузиазма в твоем голосе.

– Он мерзкий, – брезгливо морщит нос Рита.

Вот это уже интересно.

– Зачем тогда едешь? – подозрительно прищуриваюсь.

Что-то тут явно не так. Может это какая-то зацепка для Марьянина?

– Слишком много вопросов, – прерывает она ход моих мыслей. – Поехали уже.

Мысленно прикидываю маршрут. Самый гребаный центр и точно такие же гребаные пробки. Жаль нет мигалок, может стоит и генерала попросить?

Трогаюсь с места и вливаюсь в автомобильный поток, точнее втискиваюсь. Веду машину плавно, автоматически сканируя окружение. Звонит телефон, мой друг Кирилл Метелин. Включаю громкую связь.

– Соскучился? – спрашиваю вместо приветствия.

– Еще как, – хмыкает Кир. – Скучаю особенно сильно, когда твою работу за тебя делать приходится.

– Ну извините, – хмыкаю я. – Не мы такие, жизнь такая.

– Как там на новой работе, набираешься опыта няньки? Змеюка еще не покусала?

Я смеюсь, глядя на Риту. Она демонстративно закатывает глаза.

– Почти приручил, Кир. Скоро команды выполнять начнет.

В этот момент я замечаю в зеркале заднего вида темный внедорожник. Он едет за нами уже несколько поворотов. Слишком настойчиво.

– Слушай, дружище, я тебе перезвоню чуть позже, ладно? Дела.

Сбрасываю вызов и прибавляю скорость, руки сильнее сжимают руль.

– Что-то случилось? – мгновенно улавливает мое напряжение Марго.

– Машина сзади. Следит за нами от самого центра, – коротко бросаю я, незапланированно сворачивая на перекрестке.

Генеральская дочка смотрит в зеркало и… смеется. Легко и даже как-то весело.

– Что смешного? – почти рычу я, лавируя между машинами.

– Это охрана Петра Голубева, – объясняет она, вздыхая. – Того самого мерзкого типа. Он всегда высылает эскорт, чтобы «сопроводить» меня на обед. Показушник.

– Ты серьезно? – смотрю на нее с недоумением.

– Вполне.

Воодушевления это мне не прибавляет. Даже как-то наоборот.

– Ничего, – говорю я, резко сворачивая на набережную и газуя так, что ее прижимает к креслу. – Придется поучить их манерам. Настоящую слежку они в жизни не видели.

Петляю еще минут пятнадцать, пока темный внедорожник не исчезает из вида, окончательно запутавшись в лабиринте улочек.

– То-то же, – довольно фыркаю я.

Краем глаза замечаю, что Рита усиленно сдерживает улыбку, прикусив губу, но уголки ее губ все равно предательски ползут вверх. Оценила, по любому!

Паркуюсь около помпезного входа в «Бригантину». Глушу двигатель и поворачиваюсь к ней.

– Сиди в машине.

Выхожу первым, быстрым взглядом оцениваю подъезд, швейцаров, припаркованные рядом автомобили. Только потом открываю для нее дверь и подаю руку, чтобы помочь выйти. Срабатывает рефлекс – обеспечить безопасный выход из транспортного средства.

Марго смотрит на меня с преувеличенным удивлением.

– Надо же, ты умеешь быть галантным, – дразнит чертовка.

– Не привыкай, – хмыкаю, захлопывая дверь. – Это разовая акция.

Она лишь снисходительно закатывает глаза и поднимается по лестнице вперед меня, а я невольно пялюсь на ее упругие ягодицы.