Читать книгу "О чем молчат легенды. Двуликий. Отступник."

Интеллигент что-то забормотал, его рука поднялась.

– Прыгай! – просвистело в ушах. – Поставит барьер!

Я и сам понял: интеллигент снова хочет создать невидимую клетку. Нет уж, этот приёмчик я знаю, второй раз не попадусь. От резкого торможения из-под лап полетели комья земли. Поворот с тропинки – и я перемахнул через ближайший куст с белыми цветочками. Преграда оказалась примерно в мой рост, если стоять на задних лапах. Куст остался за спиной, а я по колено утонул в густой высокой траве.

Голос не обманул. Враги исчезли, тусклый свет пропал. Меня обступил вчерашний лес. На тёмном небе сияли луна, похожая на неровный блин, и многочисленные бриллиантовые звёзды. Я посмотрел на морщинистый жёлтый диск с отвращением, в голове пронеслось: "Если бы не ты..."

Глава 6. Наставники

В прошлый раз я толком ничего не рассмотрел в загадочно появившемся лесу, наслаждение покоем и безопасностью оказалось для вымотавшегося волколака сильнее любопытства. Теперь я жадно вбирал взглядом все детали в надежде узнать что-нибудь о других оборотнях.

Звёздно-лунного света хватало, чтобы увидеть: лес странный. Такого не может существовать в природе, но он есть, и я в нём нахожусь! Над головой возвышаются деревья не просто старые – многовековые. Толстенные, необхватные стволы уходят высоко в небо. Наверно, звёздный свет не всегда может пробить дорогу в раскидистых кронах. Я приметил дуб, клён, сосну, какую-то незнакомую лиану с широкими листьями и даже пальму! Протоптанных тропинок не видно вообще, зато тут и там земля усеяна звериными следами размером с человеческую ладонь: треугольник и четыре когтистых отпечатка. Беглого взгляда достаточно, чтобы понять: следы оставили волколаки.

Ну, и где же обещанные наставники, которые должны всё мне рассказать? Вокруг никого не видно и не слышно.

Возможно, лес большой, и оборотни ещё не знают, что я здесь. Попробую позвать их по-волчьи. Я поднял голову, взгляд упёрся в ненавистную луну. Горло напряглось, и из пасти вырвался громкий, протяжный вой. Звучал он довольно жутко, в человеческом обличии я бы испугался, услышав такие звуки.

Я осматривался, нюхом выискивал обычные запахи. Травы, деревья, земля, волчий дух... Удивительный лес! Нос подсказывает, что здесь давно не бывало никого, кроме волков. Ни птиц, ни зверей, да и насчёт насекомых сомневаюсь, иначе кто-то нарушал бы тишину жужжанием, писком, трескотнёй, или хоть ночные огоньки-светлячки иногда мелькали бы в темноте.

В этом лесу могут быть только блохи – обычные молчаливые спутники многих животных. Кстати, а у волколаков заводятся блохи? Я с отвращением представил, как в аудитории института почесываюсь, а затем на глазах у Кристины вытаскиваю из волос мелкое гадкое насекомое.

Ответа на вой так и не слышно. На всякий случай я снова затянул волчью песню.

– Прекрати, мы уже рядом! – отчётливо прозвучала в голове мысль извне.

Я огляделся – вокруг никого. С ума схожу, что ли?

– Где? – мысленно спросил я.

Глупее не придумаешь! Совсем один посреди диковинного леса разговариваю сам с собой.

Из-за ближайшего дуба показались два волколака, оба – величиной примерно с лошадь. Так вот как я выгляжу со стороны? Впечатляющее зрелище!

Я заворожённо уставился на оборотней. Они сильно различаются, не перепутаешь. Впереди бесшумно двигается чёрный волколак, длинная косматая шерсть местами свалялась, мощное тело играет мускулами. Другой – посветлее, с рыжинкой, шерсть у него покороче – выглядит так, словно только вышел от бесстрашного звериного парикмахера. Светло-рыжий оборотень чуть ниже и худее чёрного, движения его более легки и грациозны. Он отстаёт от первого на корпус, если уж продолжать сравнивать оборотней с лошадьми.

– Здравствуй. Мы ждали тебя немного севернее, – снова появилась мысль извне.

– Вы меня слышите? – подумал я.

– Слышим только те мысли, с которыми ты к нам обращаешься. Кстати, можешь даже показать или увидеть картину из прошлого, если посмотришь кому-то из нас в глаза. Ты быстро привыкнешь к такому общению. Это гораздо удобнее, чем оглашать окрестности воем. Давненько лес Грарга не слыхивал подобных концертов!

Оба расхохотались в голос.

Скажи мне кто всего два дня назад, что оборотни существуют, могут по-человечески говорить и смеяться, да ещё и владеют телепатией – точно принял бы за психа!

Ну почему, почему это произошло именно со мной? Вот бы моего полоумного соседа в волчью шкуру да в эту дубраву. Сколько материала для его исследований пропадает!

– Давно обратился?

Новая мысль – по-другому окрашенная, более деловитая, – прозвучала грубее и ниже. Видимо, заговорил другой волколак.

– Вчера, – ответил я.

– В последнее время новые волки появляются очень редко, ты первый за десятилетие, – сказал голос помягче.

Такая исключительность не радовала. Лучше бы я ничем не отличался от миллионов обычных людей.

– Рассказывай, – приказал второй.

Я прокрутил в мыслях прошлую ночь, а потом – сегодняшний вечер.

– Могло быть хуже. Легко отделался, – прокомментировал неприветливый голос. – Я Борис.

К моему удивлению, изящный светло-рыжеватый волколак кивнул мне. А я-то был уверен, что грубый бас принадлежит чёрному оборотню.

– Максим, – ответил я.

– Тимур, – мягким тенором представился чёрный.

– И его команда, – невольно подумалось мне (*Максим вспоминает детскую повесть А. Гайдара).

– В каком-то смысле, команда. Только не моя.

Чёрный оборотень кивнул. Когда волколаки склоняли головы, это выглядело странно и забавно, как в цирке, вот только смеяться мне совсем не хотелось.

– Этикет соблюдён, теперь слушай, – начал Борис.

Как странно называть оборотней человеческими именами!

– Ты – волколак, и останешься им, – учительским тоном мысленно выговаривал рыжеватый волк. – Наши превращения не зависят от полнолуний, мы можем обернуться любой ночью и даже днём, достаточно лишь перенервничать, услышать собачий вой, как в твоём случае, или разозлиться...

Да уж, не знаю, где и на кого учился Денис, но он добросовестно грыз гранит своей странной науки. Аспирант блестяще знает древние легенды. Пока всё, что парень рассказывал о волколаках, подтверждается.

Воображение рисовало яркие картины: я становлюсь волком в институте, прямо посреди коридора, или ещё хуже – в аудитории. Крики, визг, обмороки...

Я сморгнул, к оборотням полетел мысленный вопрос:

– Это можно контролировать?

– Не торопи, постепенно всё расскажем. Начнём с самого важного. Ты видел наших главных врагов. Они гораздо сильнее, у волколака-одиночки почти нет шансов уйти живым от таких, как альбинос. Но нам помогает большая сила... – торжественно сообщил Борис.

– Грарг? – перебил я.

– Да, великий Грарг, – даже в мысленном голосе четвероногого наставника звучало почтение. – Он – покровитель тех, кого отвергают люди: оборотней, вампиров, колдунов и ведьм. Особенно Грарг благоволит рыцарям – своим слугам среди людей. Они очень сильны, гораздо сильнее нас. Иногда Грарг присылает рыцарей к нам на помощь. Только они могут противостоять чашепоклонникам...

– Кому?

Того, что рассказывал Борис, как-то многовато, я и к волколакам-то ещё не привык. В принципе, всё логично. Если существуют оборотни, то почему бы не быть вампирам и колдунам? Надо спросить Дениса, встречал ли он в мифах и сказках что-нибудь о Грарге, его слугах и этих – как их? – чашепоклонниках.

– Легенды о Граале и его рыцарях слышал? Может, в фильмах что-то встречалось? – спросил Тимур.

Слово "Грааль" показалось знакомым, я попытался вспомнить, откуда его знаю. Ах да, мать несколько дней назад смотрела передачу про средневековых рыцарей, и там Грааль упоминался достаточно часто. Кажется, это какой-то сказочный священный сосуд.

– Слышал. Рыцарей вроде приговорили к казни, – припомнил я. – Забрали их сокровища, но этот сосуд так и не нашли.

– К сожалению, перебили их тогда далеко не всех. Рыцари древней Чаши существуют до сих пор, – продолжил Тимур. – Их жизнь посвящена уничтожению всех, кого чашепоклонники считают опасными для обычных людей. Вампиров можно пересчитать по пальцам, на них ведут особенно серьёзную охоту, но и нас враги не забывают. К счастью, чашепоклонники не знают, кто мы, где живем и как выглядим в человеческой жизни.

– А много таких, как мы? – заинтересовался я.

– На всю Россию, может, десятка три наберётся. А по миру – не считал. Мы почти не общаемся с остальными, языковой барьер, знаешь ли... Для рыцарей Грарга его не существует, – с лёгкой завистью сказал Тимур. – А вот нам чужие языки при желании нужно было бы учить так же, как и обычным людям. Но мы уходим от главной темы, – он сделал небольшую паузу и наставительным тоном продолжил: – Оборотню нужен покровитель. Иначе пропадёшь: или враги убьют, или люди устроят охоту.

Я вспомнил шипящие подсказки Грарга и кивнул.

– Обычные люди для нас неопасны: один наш вид заставит почти любого человека оцепенеть от ужаса, – вступил Борис. – В жизни волколака три главных проблемы – враги, неожиданные превращения и подчинение инстинктам. Оборотень не сможет вести нормальную человеческую жизнь, пока не попросит Грарга о покровительстве. Если поклонишься ему – получишь помощь и надёжную защиту. После этого ты сможешь контролировать превращения в волка. Разум получит власть над звериными инстинктами, ты начнёшь трезво оценивать ситуацию и свои поступки...

– А если вообще не захочу превращаться? Если не выберу для этого время?

Вспышка отчаянной надежды тут же угасла. Я встретил два взгляда: понимающе-насмешливый – у рыжеватого волколака, сочувствующий – у тёмного.

– Увы, не получится, – ответил Тимур. – Иначе оборотней было бы значительно меньше, а может, и перевелись бы совсем. Ты должен становиться зверем хотя бы раз в месяц. Прошлой ночью ты узнал, каково одинокому волколаку носиться по городу в поисках добычи. Сегодня повелитель сохранил тебе разум, хотя запах человечины, конечно, всё равно смущал тебя. От этого никуда не деться, инстинкты зверя будут звать на охоту. Зато появится выбор – подчиниться им или нет.

– Тимур забыл ещё одно благо, – добавил Борис. – Многие из людей всё отдали бы, чтобы долго жить и не стареть. Грарг дарит это своим слугам. Оборотни живут намного дольше людей. Мне двести лет, Тимуру – двести четыре. Ты сможешь выбирать – стариться по своему возрасту, медленнее положенного или не стареть вовсе. Но было бы глупо рассчитывать, что получишь всё даром, верно?

– Что нужно сделать? – спросил я после долгой паузы.

Обещания наставников звучали заманчиво, смущало одно: при всех перечисленных благах волколаки не выглядели счастливыми. В глубине их глаз скрывалась скованная льдом обречённая покорность.

– То, что делает любой волколак, – ответил Борис. – Станешь иногда нападать на людей, только их будет указывать наш покровитель. Великий Грарг сообщает о заданиях обычно за день-два перед охотой. Если она происходит не в твоём городе, а обычно так и бывает, – обращаешься в волка и прыгаешь сюда. Из этого леса с помощью Грарга можно выскочить куда угодно. Кстати, не пытайся перевоплотиться тут в человека – сразу окажешься в обычном мире. Да, и самое главное: если не признаешь великого Грарга повелителем – больше не сможешь сюда попасть: убежище создано только для его слуг.

Теперь Борис говорил быстро, без пауз. Грубый голос заполнил голову, словно пытаясь вытеснить все мысли. Я чувствовал себя так, будто попал в середину дурацкой сказки с неизвестными началом и концом.

Весёленький же мне предлагают выбор – охота с отключёнными мозгами на первых встречных или сознательная травля того, кто не угодил Граргу. Хотя убивать так и так придётся. Если откровенно, то лучше уж при этом иметь разум, защиту и убежище. Я больше не хочу, как оголтелый, носиться по городу за прохожими, обезумев от человеческих запахов и жажды крови. Вряд ли Грарг станет часто меня звать.

Пока я вижу лишь один сомнительный момент, который надо прояснить сразу.

– Я смогу отказаться нападать на знакомого человека?

– Разумеется, – ответил Борис. – Если речь зайдёт о близких людях – сможешь даже взять их под защиту.

Что ж, звучит неплохо. Пока что соглашусь, а там, глядишь, полоумный аспирант выкопает что-нибудь в древних легендах, и я лишусь волчьей сути. Должно же быть лекарство от двуликости, помимо серебряных кинжалов и пуль!

– Что нужно, чтобы получить покровительство Грарга? – спросил я.

– Поклониться ему, – ответил Тимур.

– А кто он всё-таки такой? Где его найти?

– Великий Грарг – это дух, очень сильный и могущественный дух, – с придыханием объяснил Борис. – Никто никогда его не видел: люди этого недостойны.

– Наркоман в парке упоминал его имя, – вспомнил я. – Откуда обычный человек мог узнать о Грарге?

Несколько секунд волки переглядывались, словно общались уже без меня.

– О великом Грарге сказал не сам наркоман, – наконец объяснил Тимур. – Рыцари Грарга могут воздействовать на мысли и поступки обычного человека, а иногда и говорят его устами. Ты помешал кому-то из рыцарей в служении, вот он и заговорил с тобой в полной уверенности, что вы поклоняетесь одному господину. Ведь оборотней-одиночек почти нет на земле. Запомни на будущее: в таких случаях нельзя вмешиваться, ваш спор мог закончиться для тебя очень плохо. Рыцари великого Грарга гораздо сильнее оборотней и вампиров.

Я насторожился. Что-то не вязалось в объяснениях наставников.

– Я знаю девушку. Вы же сказали, что можно защищать знакомых.

– Но не всех! – бросил Борис. – В таких случаях обращаются к великому Граргу. Он сам остановит слуг, если сочтёт просьбу обоснованной, а человека – достаточно тебе близким. Вернёмся к главному. Чтобы получить помощь нашего повелителя, достаточно поклониться и сказать: "Прошу твоего покровительства, великий Грарг. Обещаю служить тебе послушно и верно". Если хочешь этого – действуй, пока не перевоплотился в человека.

Спешка настораживала. К чему эта срочность? Моя голова не успела переварить и половины всего, что рассказали наставники.

– Но я перевоплощусь только утром.

– С чего ты взял? У волколаков-одиночек обращения непредсказуемы. Не успеешь поклониться великому Граргу сейчас – больше такой возможности может и не представиться. Если повелитель откажется в следующий раз тратить на тебя время – навсегда останешься без поддержки. Готов ли ты к полной опасностей жизни оборотня-одиночки?

В словах Бориса был смысл. Я ещё успею разобраться в тонкостях жизни волколаков, если, конечно, Денис в ближайшее время не найдёт рецепт чудо-средства. Было бы глупо прозевать такой шанс и отказаться от сильного покровителя.

Я склонил голову, чуть не уткнувшись носом в землю.

– Преклони колени! – подсказал Борис.

Волки не выступают в цирке, но в тот миг я чувствовал себя дрессированным зверем.

– Прошу твоего покровительства, великий Грарг, – мысленно повторил я за Тимуром. – Обещаю служить тебе послушно и верно.

В глаза ударил неприятный свет – слишком резкий, неестественный, будто в воздухе застыли несколько молний. Я оказался в центре светящегося круга. Наставники большими тенями замерли на зыбкой границе света и тьмы. Глазам стало больно, будто я смотрел на электросварку. Веки сомкнулись, закружилась голова, ноги подкосились. Мелькнула мысль, что я не успел получить покровительство Грарга и теперь обращаюсь в человека. Сейчас лес сменится кустами, сквером, или пустырём недалеко от дома Люсьены.

Не угадал, вместо этого перед закрытыми глазами как в ускоренной перемотке видеокадров понеслись самые яркие сцены двух последних дней. Отъезжающий серый поезд и встреча с дурочкой Тасей. Глупая слежка за Кристиной и Полозовым. Обращение в волка и безумные гонки по городу в поисках добычи. Бегство от альбиноса и Тамары. Любвеобильная Люсьена пытается назначить свидание. Злющий бритоголовый Валера показывает старухам помятую дверь внедорожника. Захламлённая комнатка, свеча на столе и полоумный Денис в расшитом загадочными узорами народном костюме. Разговор с Люсьеной, вой собаки, новая "волчья" ночь...

Мельтешение прекратилось, и я понял, что лежу на боку. Глаза открылись, взгляд бездумно уткнулся в небо. Оно стало тёмным: луна спряталась за облаками. Лишь несколько упрямых звёздочек пытались донести свет удивительному лесу, но деревья выставили против них надёжную защиту.