Текст книги "Его Искушение"
![](/books_files/covers/thumbs_240/ego-iskushenie-269780.jpg)
Автор книги: Анна Гур
Жанр: Современные любовные романы, Любовные романы
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 1 (всего у книги 24 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]
Его Искушение
Автор: Анна Гур
Глава 1
– Аврора! Спаси меня!
Голос моего агента скатывается в надрывный писк.
– Я не занимаюсь сопровождением, Флауэр!
– Аврора, дорогая, это вопрос жизни и смерти! Моей жизни и смерти! – голос набирает обороты, взлетая на новые децибелы. – Если ты не возьмешь заказ, то придет конец моей репутации!
Рассматриваю свой маникюр. Френч. Ничего лишнего. Только нежно-розовый и белоснежная полоска, привлекающая внимание к ухоженности рук.
Постукиваю ноготками по деревянной ручке кресла, в котором я буквально утопаю.
Голова болит. Усталость накрывает, а этот чертов рабочий день все не желает заканчиваться!
– Надин в больнице с переломом! Умудрилась упасть на показе! Зараза! Лодыжку, видите ли, подвернула. Неумеха, блеющая в оправдание, что не удержалась на пятнадцатисантиметровых шпильках новой модели. Так подвела меня!
– Значит то, что девочка в гипсе – это она специально?!
В очередной раз поражаюсь черствости своего агента.
Ридли хмурится. Лощенный мужчина, ставший моим проводником в мире высокой моды. Имеет несносный характер, но… мы много лет в этом бизнесе и его эмоциональная закостенелость все же сделала его одним из лучших скаутов нашего времени, открывший миру множество топовых моделей, в том числе и меня.
– Ты единственная, кто подходит под запрос! Больше у меня натуральных зеленоглазых блондинок нет!
– Ты преувеличиваешь. Не я одна во всем твоем агентстве подхожу под параметры.
– Акцент у заказчика на слове – натуральная! Ему нужен класс. Естественность. А это уровень топ-модели. Твой уровень, Аврора.
Морщусь, так как эпатажный менеджер слишком перегибает, остается только руки заломить и встать в позу, чувствую себя зрителем спектакля одного актера.
Я немного цинична, да, иначе здесь не выжить.
– Я давно вышла в высшую лигу, а ты просишь меня о сопровождении кого-то!
– Вот именно, Аврора, высшая лига! И вспомни, кому и чем ты обязана! Я вывел тебя на этот уровень, я сделал из тебя супермодель! Был тебе как отец! Вел сквозь все сложности к заветной цели! И сегодня я нуждаюсь в твоей услуге! Всего-то нужно потерпеть пару часов званого вечера в честь открытия нового отеля в сети господина Каца! Это вопрос моей репутации!
– Ты излишне драматизируешь.
Отвечаю спокойно, но коготки сомнения все же проходятся по совести. Ридли действительно многое для меня сделал, и я не могу его бросить в беде.
Выдыхаю устало:
– Покажи мне хоть фотографию “спутника”, буду знать, с кем именно иду…
– Вот, совсем другой разговор, Рора!
Агент сноровисто достает файл и протягивает мне папку с запросом.
– Бизнесмен. Иван Кац.
Как-то очень многозначительно произносит Ридли, но мне это имя ровным счетом ничего не говорит, кроме того, что я с этим человеком в светской тусовке раньше не встречалась.
– Русский?
Интересуюсь, получаю утвердительный кивок.
Стоит только взглянуть на фото, как внутри сердце сжимается. Ощущаю дискомфорт. Тревогу.
Незнакомец, которого впервые вижу, но…
Срабатывает подсознательный предупредительный щелчок взведенного оружия.
– Ищи другую, не пойду.
Отвечаю четко, все еще не отрывая взгляда от фото, на котором изображен мужчина пугающей наружности.
Прикусываю нижнюю губу, окончательно подвиснув.
Не могу понять, это игра освещения, блик, плохое качество фотографии или у незнакомца глаза нереально светлые?!
Приглядываюсь. Прозрачно-голубые, практически бесцветные.
Бррр.
Страшные глаза. Пронизывающие. И взгляд холодный. Цепкий. Презрительный.
– Я не хочу сопровождать этого человека.
Повторяю. Пытаясь прийти в себя. Только от одного взгляда на его фото мне уже не по себе.
Флауэр молчит, но затем огибает стол и садится передо мной на корточки, не боясь помять свой дорогущий пиджак.
В шоке смотрю в серые глаза и читаю во взгляде своего агента отчаяние загнанного в угол человека. Он берет мою ладонь и смотрит исподлобья.
– Рора. Милая. Почему ты мне отказываешь в моей единственной просьбе?! Вспомни, откуда я тебя вытащил и чем ты мне обязана… Все же делал для тебя, берег как свою драгоценность, и сегодня я прошу тебя спасти меня… Как ты можешь отказать мне?!
Отдергиваю руку. Сжимаю указательными пальцами виски, слова Флауэра нестерпимо действуют на нервы.
Я не обманываюсь насчет Ридли. Он умеет делать деньги и относился ко мне с трепетом, потому что я всегда приносила больше всех…
Процент с моего контракта у него львиный.
– У меня целый день были сьемки. С трех утра. Я не спала больше суток и просто выжата. Я боюсь, не потяну еще и вечеринку воротилы.
– Я дал слово Ивану Кацу, Аврора. На кону моя репутация! Если я не дам ему достойное сопровождение на его же торжестве, этот русский сровняет с землей мое имя и все наше модельное агентство! Я строил свой бренд чертовых двадцать лет!
Беру кофе в картонном стаканчике со стола и вливаю в себя седьмую за сегодня, а может, и восьмую порцию лекарства, не дающего уснуть прямо в кабинете моего босса.
– Говорят, все русские – мафиози, а попадаться подобному человеку на глаза даже на пару часов я не стремлюсь…
Ридли вскакивает и проходится передо мной. От лишнего мельтешения в глазах начинает рябить.
Не выдерживаю, надеваю солнцезащитные очки, которые всегда держу в сумке. Вспышки фотокамеры на протяжении нескольких часов и студийное яркое освещение делают свое дело – голова начинает болеть просто адски.
– Хватит верить в байки! Иван Кац крупный бизнесмен. Меценат. Человек, который построил империю с нуля! А ты уже давно не какая-то девочка с улицы! Ты – Аврора Майз, звезда мировых подиумов! Тебе нечего опасаться! И все, что у тебя сегодня есть, дал тебе я!
Ударяет себя указательным пальцем в грудь.
– Но раньше ты никогда не заставлял меня становиться эскортом…
Прикрывает веки, понимаю, что нервы у босса сдают, взгляд независимо от меня опять цепляется за фотографию.
Тянет меня изучить этого необычного мужчину в мельчайших деталях.
Выражение лица у Ивана хищное, губы презрительно сжаты, твёрдая линия челюсти выделяется легкой небритостью, а немного выпяченный тяжелый подбородок выдает природную агрессивность.
Матерый. Взрослый. Аскетичный.
В целом, опытным взглядом модели отмечаю всю импозантную, дикую красоту, присущую варвару. Выбери он профессией моделинг, затмил бы слащавых парней, с которыми я сегодня снималась в рекламе премиального парфюма.
Улыбаюсь этой сумасшедшей мысли.
– Рора, ты еще и смеешься надо мной! – взвывает рядом агент, и я, встрепенувшись, иронично отвечаю:
– Да нет, просто задумалась, что здесь неплохие данные для мужчины-модели, может, уломать его попозировать для рекламы?
– Аврора. Еще раз. Это Иван Кац. И позировать для него я буду в одной конкретной позиции, если ты и дальше будешь динамить меня и не давать своего согласия побыть его спутницей на вечере!
Глава 2
– Так ты все-таки дала свое согласие?!
Киваю.
– Добрая ты душа, если не сказать чего покрепче! Повезло тебе, что я не выражаюсь…
Ворчит друг, ставя передо мной душистый травяной чай. Делаю глоток и оставляю руки погреться.
– Сай, я не смогла ему отказать. Слишком слезно просил и вообще… Я ведь многим обязана Ридли. Агент со связями в наше время – это единственный пропуск в мир большой моды. Он открыл меня.
Сейчас в обществе близкого человека я позволяю себе расслабится, убрать маску, поднимаю ноги и так и сижу, обняв коленки.
– Аврора. Ты стала той, кем стала, только благодаря себе! Твои данные уникальны и нам обоим это известно. Пашешь по восемнадцать часов в сутки! У тебя контракт с бешеными процентами Флауэру! Ни с кем не встречаешься! Ведешь себя как монашка! А он тебя посылает в эскорт!
Зло шипит мой друг и по совместительству сожитель.
Ну как бы мы с Саймоном живем вместе и причина не в том, что он мой парень и у нас есть какие-то отношения, хотя многие их нам приписывают.
Просто…
Снимать жилье в самом центре мегаполиса дорого. Когда-то на одном из кастингов мы разговорились, затем сдружились и в какой-то момент Сай предложил мне жить с ним.
Я отказалась, не желая стеснять парня.
На что он рассмеялся и ответил, что всего лишь предложил снимать его квартиру на пару. Денег поднакопить так.
Я согласилась.
Время шло, и помимо серьезного финансового подспорья, в какой-то момент мне стало выгодно жить с мужчиной… Нам обоим.
Ширма отношений, так сказать, на которую можно сослаться в нужный момент.
Ну… как с мужчиной. Сай… в общем, он не по девочкам…
Хотя никогда по нему и не скажешь такого. Высокий, брутальный мужчина – модель нижнего белья, с прилагающимся прессом, бицепсами и трицепсами, тщательно скрывающий свою ориентацию.
Когда он проходит по подиуму в одних боксерах, половина женской аудитории нервно поджимает пальцы на ногах, а может, и не только женской…
Фактурное лицо, немного большеватый нос и светлые глаза. Красавец.
Шутка ли, жить с мужчиной под одной крышей в течение нескольких лет и не иметь с ним никаких отношений?!
Многие приписывают нам роман. Так, слухи. Часто мы снимаемся вместе, и реклама нижнего белья располагает к определенной эротике, которую мы смело демонстрируем.
С Сайманом мы частенько даем пищу, появляясь вместе на разных мероприятиях и тусовках.
Чего стоил наш страстный поцелуй на пляже с напитками в руках.
Мы были на первых полосах всей желтой прессы. Статья под названием “Пойманы на горяченьком!”.
Ага…
Это была реклама того самого напитка.
Но кому это теперь интересно. Вся пресса искрила горячей новостью: парочку удалось застукать на отдыхе!
Тогда я пришла к другу и спросила, не мешает ли подобное его личной жизни, на что схлопотала щелбан в лоб и веселый смех.
– Играя роль твоего мужчины в глазах всей нашей тусовки, я решаю кое-какие свои личные вопросы, так что расслабься, детка. Да и завтра у тебя фотосессия с Максом, так что роль твоего бойфренда в глазах общественности будет играть он. Забей.
Так и живем.
– Ты слишком правильная девочка. Нельзя так. Хоть и научилась за столько лет включать стерву, но все равно ею так и не стала…
Выдыхает тяжко и пятерней поправляет густые пряди.
Быть моделью, кто бы что ни думал, это тоже труд. Такая же работа.
Поначалу мне самой казалось, что это так, легкие деньги. Ну постой себе под прицелом камеры, придай красивую позу телу. Всего-то, да?!
Ну а если постоять на шпильках, не двигаясь, три-четыре часа?
Через двадцать минут мышцы начинает ломить так, словно в них вонзают иглы.
Своеобразная пытка, после которой болит каждое нервное окончание в твоем теле.
Но это еще не все. Закулисная жизнь везде несладкая.
Битое стекло в туфлях?!
Цветочки.
И во всем этом водовороте мне выпал редкий шанс засветиться.
Пара контрактов и неожиданно выстрелившая фотосессия, которую купил лучший модный журнал.
Обложка вывела неопытную девочку Аврору в обойму мирового модельного бизнеса.
Допиваю чай, рассматривая чаинки на дне. Хлопок чашки по столу заставляет вскинуться и словить тяжелый взгляд.
– Не хочу, чтобы ты попала на глаза этому Кацу! Не знаю. Может, мне с тобой пойти?!
Улыбаюсь его порыву.
– Не кипятись. Тебя никто не пропустит. Вечеринка закрытая. Это, во-первых. Во-вторых – ты не забыл, что у тебя самолет?
– Слушай, об этом бизнесмене разное говорят, причем шепотом. Вроде и не придраться. Но русский эмигрант, сколотивший империю с одного доллара. Что-то мы как ни впахиваем, на такой уровень достатка и близко не встаем и это с твоими-то гонорарами, Рора.
Прикусываю щеку. Отгоняю сомнения.
– Два часа. Саймон. Прикрою зад Ридли и буду свободна. Там все со строгим регламентом. Как ты и сказал. Я – Аврора Майз. Публичная личность. Лицо мировых брендов! Шаг влево, шаг вправо, и я засужу этого русского на миллионы!
Друг откидывается на стуле, а я скольжу привычным взглядом по сухому прокачанному торсу парня. Давно привыкла к его привычке щеголять дома практически голышом. Ни о каком возбуждении речи не идет.
– Пресса любит жареное, но все же хочется надеяться, что до этого не дойдет…
Не припирается, значит, в чем-то со мной согласен, потерев заросший подбородок с трехдневной сексуальной щетиной, все же бросает задумчиво:
– Говорят… Его прозвали Кровавым… Может, за жестокость в бизнесе… не знаю… Аврора, будь осторожна. Такие прозвища с небес не берутся. Слухов много об этом мужике ходит…
Смеюсь, развеивая тревоги друга.
– А может, просто любит говядину с кровью?! Ты же знаешь, люди иногда болтают, чтобы просто болтать…
– Аврора. И все же будь осторожна. Иван Кац – темная лошадка.
– Он может засудить нашего агента на огромную неустойку, что бросит тень на нашу с тобой карьеру.
У меня нет выхода, и я уже дала свое согласие…
Глава 3
– Аврора, дорогая, ты готова?
Голос в телефонной трубке сочится патокой и медом. Так всегда бывает, когда мой агент доволен. А довольным этот жук бывает исключительно в том случае, когда нам светит большой заказ и соответствующая оплата.
– Собираюсь. Я правильно понимаю, что от меня требуется платье в пол и броский макияж?
– Да. Это предзаказ клиента. Я скинул тебе письмо с требованиями на электронку, только не говори, что ты не видела!
– Да все я прочла, просто условия странные.
– Стандартные. Ты просто не занималась сопровождением.
– И слава богу! Это единственный раз, когда я иду на поводу и то только ради нашего многолетнего сотрудничества.
– Золото мое! Моя радость! Кац – это особенный клиент.
Щурюсь и играю ноготками по трубке.
– Ты мне обещал охрану. Я без секьюрити никуда не пойду.
– Конечно, милая. Водитель заедет за тобой через полчаса. Бравый малый. Армейское прошлое. Гора мышц. И единственный приказ – защищать мою девочку, как цепной пес.
– Код предупреждения?
– Если ты звонишь и говоришь – нет проблем. Значит, проблем действительно нет, но, если то же самое ты скажешь на испанском – No problema, мы примем все необходимые меры.
Делает паузу, многозначительно добавляя:
– Я серьезный человек с именем, Рора, и ты меня оскорбляешь своим недоверием.
– Прости, Ридли, я просто не знаю, как себя вести с незнакомым человеком, который купил себе куклу и собирается поиграть с ней на людях в отношения. У меня есть опасения, которые я не могу не озвучить.
Крякающий смех Ридли почему-то действует на нервы.
– Я понимаю, Аврора. У тебя хватка бизнес-леди, этим ты и ценна. Благодаря этому и взошла на свою высоту.
– А я думала, я ценна тем, что ты на мне делаешь состояние.
– И это тоже. Ты моя золотая жила. Два часа. Ты получишь свой обычный процент со сделки. Это один из самых выгодных контрактов. После водитель везет тебя домой, а я даю тебе пару выходных. С тебя улыбки на камеру и запомни – никаких разговоров с Кацем!
– Вот этот пункт меня и напряг в твоем списке. Я не должна вообще с ним говорить?!
– Судя по всему, бизнесмен не любит, когда ему ездят по ушам, а так как это мероприятие носит для него формат бизнес-встречи, то молчаливая спутница, не привлекающая глупыми репликами внимание к себе – это оптимальное решение.
– Понятно. Молчать и улыбаться с пристукнутым видом тупой куклы.
– Нет, Аврора. Нужна твоя профессиональная отработанная улыбка. Ты должна располагать к себе собеседников Ивана, а делами займутся мужчины.
– Я могу засудить тебя за сексизм. Сейчас с этим худо.
Судорожный вдох на другом конце трубки.
– Аврора. Я слишком стар для подобных шуточек. Эндокринная система страдает сильно. Стрессы. Вечная беготня и продвижение неблагодарных топ-моделей. Все сказывается на здоровье, знаешь ли…
– Ты живее всех живых, Флауэр, а про выходные – я запомнила.
Пока Сай чмокает меня в щеку, отбывая на свою выездную фотосессию на райских островах, я собираюсь.
Стоит только двери закрыться за другом, несусь в ванную, врубаю воду и вскоре уже нежусь в джакузи, расслабляющая мелодия струится из колонок, а я занимаюсь тем, что подготавливаю тело к вечеру.
Модель – это профессия, которая завязана именно на внешнем виде.
Заказчик просит сопровождение на мероприятие, значит, нужно подготовиться.
Перед каждой важной сьемкой приходится посещать салон красоты и приводить тело в подобающий вид, шлифовать то, что и так практически доведено до совершенства.
У топ-модели кожа должна быть идеальной. У меня она светлая от природы. Малейшая погрешность видна.
Я делаю поддерживающие процедуры, но, в целом, ухаживать за собой стало делом привычки.
Если испорчу внешность – потеряю все. А у меня есть мечта, на реализацию которой я работаю уже столько лет, и верю, что однажды…
Однажды у меня все получится.
Сдуваю душистую пену с ладони, выбираюсь из воды, обматываюсь полотенцем и наношу крем.
Зеленые глаза, золотые волосы и белизна кожи – визитная карточка Авроры…
Модели. Образа.
Только это всего лишь обертка. Глянцевая. Красивая. Ненастоящая.
В отличие от общепринятого мнения, нутро у этой куклы есть, просто до него я не допускаю практически никого…
Стоя перед огромным шкафом с зеркальным покрытием, пробегаюсь по вешалкам и выбираю длинное малахитовое платье в пол.
Шелк. Струящийся. С длинным разрезом до бедра. Это платье служит главной цели женщины – искушать.
Действую согласно запросу Каца. Ему явно нужна притягательная спутница, роковая, сексуальная, раскрепощенная.
Такая, чтобы притягивала взгляды мужчин и повышала статусность владельца.
Мужчины в принципе взрослые дети. Часы, автомобили, женщины – работает принцип у кого в песочнице игрушка больше да лучше.
Вот и этот Иван Кровавый заказал себе люксовый эскорт.
Замечаю, что даже в мыслях, называя мужчину по имени, мне становится не по себе.
Отбрыкиваюсь от мыслей. Выбираю белье. Вообще “Линжери” – моя слабость.
Я не могу без красивых трусиков. Сексуальное бюстье, хоть и скрытое от посторонних глаз и никому не демонстрируемое – все равно придает женщине уверенность в собственной неотразимости.
Надеваю высоченные шпильки, ходить на которых, демонстрируя легкость походки – моя профессиональная обязанность.
Немного подкрашиваю ресницы и провожу кисточкой по щекам, придавая им блеск с помощью хайлайтера.
Не собираюсь делать кричащий макияж, хоть это и было упомянуто. Оставляю длинные волосы цвета спелой пшеницы распущенными, не хочется терять время на укладку.
Я предпочитаю естественность и Ивану Кацу придется потерпеть пару часиков мою вольность.
Не думаю, что бизнесмен настолько с бзиками, что отправит меня доделывать макияж.
Контрольный взгляд в зеркало и широкая профессиональная улыбка.
Вот я и готова сопровождать воротилу на открытии его отеля.
Пока еду в салоне автомобиля с росчерком трезубца на бампере, наблюдаю за вечерним городом, который разрастается шумом тысяч автомобилей.
Благодаря свету фар скоростная трасса напоминает бурный поток железной реки, наполненной бликами. Живая река, что шумит звуками тормозов и скрежетом шин…
Улыбаюсь грустно.
Вожу пальцем по теплому стеклу и вздыхаю.
Я полюбила эти стальные джунгли. Более того, я выжила в них…
Сегодня я модель, достигшая значительных успехов.
А еще вчера…
Вчера я была совсем девчонкой, выброшенной в эти самые джунгли без подушки безопасности, без денег и, наверное, все же без будущего…
Как же я была шокирована, когда первые оказалась в центре. Помню себя стоящей наперевес с маленьким рюкзаком за спиной и старым чемоданом с покореженным колесом, который катился по дороге с неприятным скрежетом.
В нем уместилось все мое богатство. Несколько сменных вещей, памятных безделушек и плитка шоколада.
Провинциальная простушка надеялась на лучшее. Учеба в городе могла помочь устроиться в жизни.
Родители верили, что, пожив у тетки и получив образование, я смогу жить лучше, чем они. Нищие крестьяне, фермеры, по которым слишком сильно ударил всеобщий кризис, прошедший по стране и передавивший весь малый и средний бизнес.
Помню, как спускаюсь с поезда и замираю с открытом ртом, буквально потерявшись в водовороте человеческого потока, и расплачиваюсь за свою невнимательность.
Тетки на перроне нет.
– Эй, деревенщина! Посторонись!
Тычок в бок и я лечу носом на бетон, стесав ладони, не успеваю подняться, как кто-то срывает мой рюкзак и бежит сквозь толпу.
– Стой! Стой!
Кричу, размазывая горькие слезы напополам с кровью и грязью по щекам, но толпе до меня нет дела.
Поток течет, я получаю удары со всех сторон.
Впервые оказавшись в столь людном месте, отданная на съедение толпе, я испытываю настоящий шок, боюсь, что меня просто растопчут люди, спешащие и не умеющие остановиться…
Опять улыбаюсь, в воспоминаниях воскресив себя прежнюю, с взъерошенными волосами, с ободранными коленками и огромными глазами, наполненными священным ужасом перед неизвестным.
Сказать по правде, тогда пара человек все же обернулись, но пошли дальше.
Первый урок черствости большого города пройден.
Я потеряла кошелек, старый телефон и все сбережения, зашитые мамой в подкладку рюкзака.
Я сижу на скамье и тихо плачу, кутаюсь в свою курточку и держусь со всей силы за ручку чемодана.
Девчонка. Одна. Тетка так и не приезжает за мной.
Урок номер два дан в тот же день. Не надейся на помощь. Никто не протянет руки, никто не поможет подняться.
– Красавица, помочь?
Выплакав глаза, поднимаю взгляд, заметив слишком уж заинтересованные лица странных людей, ошивающихся без дела на вокзале и изучающих меня.
Главный из них улыбается желтозубым ртом и чешет заросшую бороду.
Меня передергивает.
Все же нахожу в себе силы и встаю:
– Все хорошо. С парнем поссорилась.
Тащу за собой жутко скрипящий чемодан и стараюсь не выбиваться из толпы.
На перроне мне делать нечего.
Адрес тетки также в кошельке, бережно выведенный мамой на куске бумаги.
Я могла бы остаться ночевать на улице, если бы не запомнила его.
Нам было обещано по телефону, что я поселюсь в отдельной комнате с вполне приемлемыми условиями, чисто и убрано, светло, а большего мне и не нужно.
По факту оказалось, что меня поселили в коморку под самой крышей.
Родители договорились посылать добродушной Жанне ежемесячно определенную сумму на мое содержание.
И я была уверена по веселому тону сводной сестры матери, что мне будут рады…
Ошибалась.
Как же я ошибалась…
Воспоминания прерывает звонок, и я роюсь в сумке, отвечаю надоедливому Флауэру:
– Что еще, Ридли?!
– Послушай, Аврора, Иван Кац клиент экстра-класса. Крайне могущественный. Его слово – руководство к действию. Не перечь ему…
Звоночки начинают напрягать сознание, уже готовлюсь, чтобы задать пару вопросов, как агент обрубает:
– У меня вторая линия. Просто будь умницей, Рора. Помни, что на кону все!
Хмурюсь, рассматривая мобильник. В голосе Ридли я уловила нотки паники напополам со страхом…
Кто же такой этот Иван Кац, что даже его имя произносят с неким трепетом, пропитанным паникой?
Мне все больше не нравится ситуация, в которую меня впутали. Бросаю взгляд на молчаливого водителя.
Так и хочется сказать, чтобы разворачивал машину и ехал обратно к моему дому.
– Мы скоро будем на месте.
Словно в ответ на свои мысли слышу грубый голос водителя.
Ты слишком громко думаешь, Аврора. Мысленно пинаю себя.
– Два часа вытерпеть, только два часа, – убеждаю себя, а сама кручу слова Ридли как на повторе:
Помни, что на кону все!
Да. Я все помню.
И опять лечу на скоростном поезде в свои воспоминания.
К тому, как я достигала этого “всего”…
– Ай! – взвываю и отпрыгиваю, поджав ногу, поднимаю пробитую подошву и вижу ржавый гвоздь, торчащий из резины.
Выковыриваю железяку и плачу, смотря на дыру.
Моя единственная обувь…
Сжимаю несчастную ручку чемодана, сцепляю зубы и упрямо продолжаю идти.
Дойдя до нужного здания в сгущающихся сумерках, голодная, уставшая, напуганная, озирающаяся по сторонам на каждый звук, стучусь в обшарпанную дверь с цифрой тридцать семь.
Я запомню эту цифру на всю жизнь, обзаведясь пунктиком.
Меня будут считать сумасбродной моделью, которая, исколесив весь мир, никогда не останавливается в номере отеля под цифрой тридцать семь.
Продрогшая, дрожащая, я стучу в дверь, пальцы уже болят, наконец, мне открывает тучная женщина со злым темным взглядом.
– Явилась-таки?! Где шлялась-то столько?! – с порога.
– Я упала и у меня украли рюкзак с кошельком, я пешком дошла…
Отвечаю в нерешительности, но на одутловатом лице не проскальзывает ни доли сочувствия или хоть капельки жалости.
– Бестолочь.
В сердцах бросает родственница и махает небрежно рукой, приглашая войти.
Жилище темное и отталкивающее. Это не та уютная скромность, к которой я привыкла в родном доме, а что-то рваное, темное, угнетающее, наполненное аурой беспросветности.
– Значит так, бестолочь! – послышался в спину скрипучий голос. – Приютила я тебя только по просьбе сестры, но хлеб ты здесь даром есть не будешь!
– Мама сказала, что будет переводить вам ежемесячно сумму на мое содержание.
– Этих копеек ни на что не хватит! Работать пойдешь, если жрать захочешь. Или вали обратно в свой клоповник.
Постановила толстуха, которую я в сердцах в дальнейшем прозвала не Жанной, а Жабой.
В доме было много народу. Жаба делала деньги на всем. Даже на усыновлении.
– По доброте душевной воспитываю вас, сердце у меня большое…
Поговаривала она, смотря на тех, кто жил в ее доме. Беспризорников. Детдомовцев, которых она брала на воспитание.
Только они знали, что единственная причина, по которой Жанна брала на воспитание – это льготы, которые они с мужем получали от государства…
И единственное, что в Жабе было большим, это вовсе не сердце – а жажда наживы и умение урвать все для себя.
Именно в ее доме я поняла, что за фасадом благополучия и добропорядочности может скрываться одна сплошная гниль.
Денег у меня не было. Еды на всех не хватало.
Тогда я была несуразной.
Меня прозвали кузнечиком из-за непомерной длины ног и худобы.
Чтобы выжить, я продавала яблоки на рынке.
Мерзла и часто смотрела на красный фрукт, желая украсть то, что давала на продажу Жаба.
Но у этой мерзкой женщины не украдешь. Она умела управлять и вести подсчет всему.
Маме я так и не смогла признаться в той ситуации, в которую попала. Отец слег. Близким и так приходилось тяжко.
Родители хотели как лучше, а вышло то, что вышло.
Я ставила себе цель учиться. Всего-то перетерпеть года три и свалить из колледжа.
Пришлось работать. К труду я была приучена. Единственное, к чему не была привычна – это к человеческой подлости…
И, как говорится, все, что ни случается, к лучшему.
Так же и со мной произошло.
Если бы я не стояла на рынке и не продавала яблоки…
Не случилось бы то, что перевернуло вверх дном всю мою жизнь.
Я стою за прилавком. Как всегда. Такой же день, как вчера, как позавчера. Рутина. Одно и тоже изо дня в день.
Распределяю товар, поправляю ценник, занимаю ледяные руки.
Неожиданно подпрыгиваю, когда слышу звонкое:
– Феноменально!
– Простите?!
Смотрю в упор на странного мужчину в ярком бирюзовом пальто с меховой окантовкой. От него веет достатком и уверенностью, а маленькие, немного узкие глаза смотрят прямо на меня с неким азартом.
Руки в кожаных перчатках хватают мое лицо за подбородок без спроса, а я настолько поражена поведением мужчины, что не предпринимаю попыток вырваться.
Он вертит мое лицо то в одну сторону, то в другую. Присматривается и проводит пальцем в перчатке по коже. Это касание не имеет никакого подтекста, кроме как изучающего. Так вещи рассматривают.
Напомаженные волосы и немного приземистая фигура портят впечатление, но, в целом, сумасшедший не пугает, и чтобы он от меня поскорее отстал, я замираю, не двигаюсь.
Скоро этого кретина отпустит, и он уйдет.
Между прочим, мужик сейчас мне товар загораживает и сильно действует на нервы своей странностью…
– Почему вы так на меня пялитесь?!
Нет, ну а что?!
Имею право поинтересоваться.
Любопытство присуще всем, а у меня нос вечно огребает за то, что сую его куда не надо.
Когда мужчина приближается, вступив за прилавок с моей стороны, я резко вскидываю подбородок.
– Вам нельзя заходить ко мне за линию. Я вызову охрану и полицию!
– Конечно-конечно…
Поддакивает, бормочет чего-то себе под нос и не слышит мою речь.
– Одну минуточку. Дай мне еще немного времени.
Проговаривает скороговоркой и резко обходит меня по кругу.
– Я не верю в то, что вижу… Рост идеален. Ноги. Так… Боже, что за тряпки на тебе надеты?!
Когда начинает вертеть меня, поворачивая из стороны в сторону, я рявкаю зло:
– Я сейчас закричу!
– Да. Хорошо… Пропорции поразительные!
– Что?!
Отпускает меня, делает шаг в сторону, тянется к внутреннему карману кашемирового пальто, вытаскивает визитницу и, покопавшись, протягивает мне свою карточку.
– Сегодня твой день. Хочешь стать моделью?
Многозначительно так произносит, словно услышав эту фразу, я должна упасть в священном ужасе.
– Так вам яблок взвесить?!
– Откуда ты? Не местная? Явно из деревни! Есть еще красота в глубинке. Я агент Ридли Флауэр. Скаут в мире высокой моды. Моя профессия – поиск новых людей для модельной индустрии. Открывать самородки – мое призвание. И сегодня я открыл тебя!
– Ясно.
Хмурюсь. Мужику нужно к психологу, если не к психиатру. Тут на рынке всякое видишь, с разными людьми общаешься и многому учишься.
– У тебя параметры идеальные.
Приглядывается ко мне, прищуривается.
– Красивые глаза. Насыщенные. Зеленые. Знаешь, что в моей работе главное?!
– Нет.
– Найти лицо. То, которое отличается. За которое любой взгляд зацепится. Потому что это лицо продает. Внешность должна быть гармоничной, цеплять взгляд и запоминаться. Тебя выделяет взгляд. Смотришь с вызовом, страстно, яростно.
– Если на этом лекция окончена, купите яблоки, мистер Флауэр. Не тратьте мое время понапрасну. Вам развлечение, а с меня спрос к концу дня.
Недовольно поправляет свои кожаные перчатки, словно собирается уйти, и бросает на меня тяжелый взгляд, потеряв всю свою доброжелательность.
– Скажи мне, ты хочешь всю жизнь продавать яблоки на вшивом рынке и зябнуть на холоде?
Неожиданно незнакомец становится очень жестким и по-деловому цепким.
– Нет.
– Я могу сделать тебя моделью. Будешь зарабатывать деньги и не стоять на холоде в старой куртке, отмораживая кожу рук, делая их непригодными для рекламы драгоценных колец.
Молчу, прикусив потрескавшиеся на холоде губы.
– Я умею продавать. И за твою внешность люди будут платить. Много платить, девочка. Ответ “да” или “нет”. У тебя пять секунд и я иду дальше.
Не слишком понимаю, но внутренне проскальзывают картинки, что видела в журналах.
Все мальчишки в детстве мечтают стать супергероями, девчонки – принцессами, а в реальности это проецируется на желание стать моделью.
Так что я примерно уже рисую в своей голове кадры замечательного будущего, где могу помочь родителям и поднять наше опустевшее, бедствующее ранчо.
– Как тебя зовут?
– Аврора.
– Тебе бы подошло Барбара.
– Почему?
– На куклу похожа.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?