Читать книгу "Его строптивое счастье"

Глава 7

Ярослава

– Ярослава, – на пороге отцовской квартиры встречает его жена Лариса. – Рада, что ты к нам выбралась. Отец вот-вот подъедет, – улыбается, пропуская меня внутрь. – Раздевайся, я на кухню, – и убежала.

Я повесила на вешалку пальто, стянула сапоги и прокралась в ванную помыть руки. Прокралась? Потому что я себя неуютно чувствую здесь. После прошла в кухню, где суетится у плиты Ларочка, как называет её папа. Меня же передёргивает.

– Садись, – тут же защебетала, как меня увидела. – Ещё минут десять – и можно будет накрывать на стол.

Я, как и просили, приземлилась на стул. Разглядываю кухню.

Квартиру папа приобрёл вместе с моей. В один прекрасный момент мы пришли к выводу, что пора жить дальше и для себя, а не воспоминаниями. Поэтому родительская двушка была продана. Хоть и далось это сложно в эмоциональном плане, но мы с ним справились. Купили эту и мою. Я правда ещё жила с отцом здесь, но недолго, да и квартира требовала ремонта, так как была практически пустой. А потом я съехала, когда поняла, что у папы своя жизнь, а ему я мешать не хотела. С Ларой же они живут уже лет шесть, кажется.

Она здесь хозяйка.

– А почему одна? – обернулась, мазнув по мне внимательным взглядом, и снова продолжила что-то делать на кухонном столе.

– Саша не смог, – отвечаю без энтузиазма. Его я ещё хочу спросить, чем же он так сегодня занят.

– Понятно.

До слуха донёсся щелчок замка.

– Я дома, – раздался голос отца.

Как в старые добрые времена. Когда была маленькой, он всегда так заходил домой.

Подскочила на ноги и пошла его встречать.

– Какие люди, – усмехнулся, увидев меня.

Подхожу, обнимаю.

– Я холодный, – бормочет.

Не так часто проявляем нежность. Как-то всё постепенно сошло на нет. Помогаю снять куртку.

– С чего вдруг решила навестить стариков? – спрашивает, надевая домашние тапочки.

Папа и домашние тапочки. Это нонсенс.

– Не смотри на меня так, – ухмыляется. – Сейчас руки помою и ужинать сядем. Ларочка, сейчас иду, – крикнул и направился мыть руки.

Какой же он домашний. Как из детства.

– Ярочка, помоги, пожалуйста, расставить приборы. Они вон в том шкафу, – просит Лариса.

Я как послушная девочка помогаю.

– Девочки, а вот и я, – шумно заходит в кухню отец. – Чем сегодня нас будешь баловать? – подходит к жене и целует её в щёку, а она хихикает.

Мне неудобно. Стараюсь на них не смотреть.

– Сегодня у нас рёбрышки, как ты любишь. Салатик с овощами и пирог с ягодами, – щебечет Ларочка.

– Ого, ты слышала? – обращается ко мне папа.

– Ты живёшь с личным поваром. Завидую, – натягиваю улыбку.

– Так, что тебе мешает обзавестись своим? – подмигивает мне.

Вскоре мы наконец усаживаемся за стол. Надо отдать должное Ларисе: ароматы по кухне витают слюновыделительные.

– Так где твой благоверный Шурик? – между делом интересуется родитель.

Как же я не люблю, когда папа его так называет.

– Да не злись ты, – мягко улыбается.

– Занят он, – отвечаю, ковыряя в тарелке мясо. Вкусное жутко, но что-то мешает мне накинуться на еду и с удовольствием наесться.

– Интересно чем? – качает головой.

– Папа, – прошу я.

– Леша, – вторит мне Лариса.

– Ладно-ладно, – отмахнулся. – Так с чем вдруг решила навестить нас? – повторяет свой вопрос.

– Я пригласила, а то давно не были у нас, – рассказывает Лара.

– Ах, вот оно что, – тянет отец.

– Я хотела тебя спросить, – снова заговариваю я после недолгой паузы.

– Угу, давай, – кивает.

– Почему он? – спрашиваю, а отец перестаёт жевать и поднимает на меня смеющийся взгляд. Кажется, он всё понял.

– Он? Ты о чём? – валяет дурака.

– Пап, – откладываю вилку. – Мне вот не смешно.

– А что такое? – влезает его жена.

– Да отец уволил моего водителя и подослал другого! – зло отвечаю. Лариса тут же замолкает и принимается убирать грязную посуду со стола. Я сорвалась. Виновата.

Отец хмурится.

– Что тебя не устраивает?

– Он меня не устраивает, – злюсь.

– Объясни. Он тебя обижает? Что-то не так делает? Опоздал куда-то?

– Нет, – качаю головой. – Меня он не устраивает в це-лом.

– А меня устраивает. Предложил ему работу – он согласился. Всё. И я теперь буду за тебя спокоен.

– Так просто взял и согласился? – не поверила своим ушам. Насколько я помню, он уходил так, что вряд ли планировал вернуться.

– Да, – не задумываясь отвечает. И это сбивает меня с толку.

Зачем мне эта информация? Не хочу ничего про него слышать и знать.

– То есть договориться не получится? – интересуюсь.

– Не-а, – улыбается как мальчишка.

Дальше беседа переходит в другое русло. Мы пьём чай, и я даже смеюсь над отцовскими шутками. Пирог действительно вкусный. После чего с отцом уходим в его кабинет, где я всё же пытаюсь настоять на увольнении Максима.

– Нет, нет и ещё раз нет, – теперь уже более эмоционально отвечает он.

При Ларисе он такого себе не позволяет, и это меня обижает. Поэтому и я начинаю закипать.

– Я сама в состоянии найти себе водителя! – отвечаю, прохожу к окну.

– Скажи мне, дочь, он тебе нравится? Что у вас произошло, что ты так кипишь при его упоминании? М? – вопрос с намёком.

– Нет. Он мне не нравится. Мне совершенно ровно на него, понятно? – вспыхнула моментом. Эти эмоции… как же мне сложно им противостоять.

– Ага, заметно.

– Я люблю Сашу, понятно! И мы в феврале распишемся, – заявляю я.

– Да ты что? – усмехается недобро. – Думаешь, я это так оставлю? Позволю единственной и любимой дочери выйти замуж за этого жулика? Не быть этому, – ударяет кулаком по столу.

– Да ну вас всех, – развернулась и вышла из кабинета, хлопнув дверью от души.

Рванула в прихожую. С остервенением натягиваю сапоги, пальто.

– Яра, куда же ты? Я собрать хотела тебе с собой еды, – выходит Лариса.

– Спасибо, наелась, – огрызнулась и, подхватив свою сумку, вышла из квартиры, закрыв за собой дверь.

***

Выйдя на улицу, вдохнула морозный воздух. Подняла голову вверх. С неба срываются редкие снежинки, и они приятно холодят разгорячённую кожу лица.

Я злюсь. Закипаю. Что мне делать?

Вызываю такси. А пока жду машину, уже давно ехала бы домой. Сама! Отец словно с ума сошёл с этой опекой надо мной. Как курица с яйцом. Но не могу же я по каждому своему «хочу» дёргать водителя? Собственно, меня это изначально напрягало. Поэтому с Сашей было просто. Официально если нужно – он за рулём. Нет – я сама.

А теперь вот жди, морозь свою попу.

Через полчаса такси останавливается у моего дома. Расплачиваюсь и направляюсь домой.

Вхожу в тишину. Бросаю ключи на комод, сумку ставлю рядом.

– Саша? – прохожу внутрь.

Понимаю, что его ещё нет. Поэтому достаю телефон и набираю ему. Но и там меня ждёт тишина.

Упала на рядом стоящий диван. Подперла руками уставшую голову. Кажется, мой мозг закипает. Болит и давит на виски.

Всё нормально. Всё совершенно нормально. Только вот у меня единственный вопрос. Почему, как только мне показалось, что у меня всё хорошо, появился он? Это что такое и как это называть?

Я не знаю, что мне придумать, чтобы Максим захотел уйти. Попросить? Может, действительно просто попросить?

Заглянув в шкаф, беру вещи, по пути до ванной захожу в кухню. Всё же без таблетки не обойтись. Запиваю прохладной водой. И наконец в ванную, под душ. Хочется смыть с себя этот дурацкий день.

Проснулась от хлопка входной двери. Прислушиваюсь. Брякают ключи. Шаги. Поглядываю на часы. Три ночи.

Это что-то новенькое. Но вставать не тороплюсь. Жду, когда он зайдёт в спальню. И не проходит и пары минут – в комнату открывается дверь. Падает тусклый свет.

– Яр, – садится у постели на пол.

– М?

– Будешь ругать? – устало звучит его голос.

– Есть за что?

– Я тебе кое-что не рассказывал, – виновато звучит его голос.

– Ты меня пугаешь, – стараюсь сделать вид, что это совсем не так.

– У меня есть фирма, – говорит он, облокотившись о руку подбородком, положив её на кровать. – Я и ещё пару друзей с института открыли её курсе на третьем.

– И?

– Интернет-магазин. Ничего особенного. Покупаем-перепродаём. Всё. Это не требует почти никаких затрат.

Я слушаю его. Саша никогда не рассказывал, чем конкретно занимается. Бизнес. Друзья. Есть где взять деньги. И всё, что мне нужно знать. Знаю, отец капал на него и ничего не нашёл.

– А сегодня была выгодная продажа, и мы прилично заработали.

– Поздравляю. А что продали? – интересуюсь.

– А, – машет рукой, – не важно. Так, деталь для ретроавтомобиля, – усмехается. – В общем, ты говорила, что хочешь меня ввести в бизнес, чтобы я помогал тебе, – говорит он. – А мне ребята предложили продать им мою долю. И в общем я продал, – смотрит на меня, заглядывает в глаза. – Малыш, я хочу быть рядом с тобой.

– И я хочу, – в груди растекается тепло.

– Я тут пока добирался до дома, кое-что придумал. В общем вот, – он достаёт свой телефон и, что-то там потыкав, показывает мне экран. Мобильный банк. И эти цифры – его счёт?

– Что это? – не понимаю я.

– Наши деньги, – улыбается. Глаза блестят.

– Это большие деньги.

– Ага. Поехали на острова, а? Новый год встретим на пляже? Как тебе идея? Да и тебе нужно отдохнуть. А потом по приезду я весь твой. Готов окунуться в работу. С тобой.

– Супер, – улыбаюсь. – Я согласна.

– А ещё, раз мы расписаться решили. Может, это… ребёночка мне родишь? – забирается на постель, стягивая с себя рубашку.

Будильник. Я вскакиваю резко с постели. Саша, подобрав под себя одеяло, отворачивается, что-то пробубнив невнятное. А я собираю его вещи и складываю на стул. Сама же выхожу из спальни. В душ и чашку кофе.

Настроение приподнятое. Сегодня же надо посмотреть путёвки. Хочу отдохнуть. С предстоящими контрактами ещё предстоит определиться. И всё, скорее всего, перенести на после нового года. А там вдвоём будет уже веселее. А то этими набегами Сашу никто не воспринимает в фирме. Теперь я понимаю, где он пропадал. Только нужно было сразу мне всё сказать.

Выйдя на улицу, вижу машину. Ждёт. Спокойно, Ярослава. Тебе всё равно на него, ведь так? Ведь всё складывается как нельзя лучше. Потому что Саша будет рядом после отпуска, а значит, отпадает надобность в водителе. И это круто.

– Доброе утро, – сажусь в машину и ловлю удивлённый взгляд Максима в зеркале.

– Доброе, Ярослава Алексеевна, – отвечает он, рассматривая меня без стеснения. Но вскоре переключается на дорогу.

По приезду к офису отпускаю его. Мне он сегодня не понадобится больше.

– Разрешите спросить, почему? – спрашивает, как только выхожу из машины.

– Потому. Никуда не поеду. А вечером за мной приедет жених, – отвечаю и вижу недовольство на его лице. Эта реакция меня удивляет. Но он никак не комментирует это. Хотя мне показалось, что он вот-вот что-то да скажет.

В течение рабочего дня раздаю задания. А сама разглядываю фотографии на сайтах турфирм. И нахожу парочку очень заманчивых предложений. Скидываю их Саше. На что тот одобрительно принимает всё, что я планирую. И уже через пару часов я бронирую тур.

На душе эйфория.

Даже Алиса обращает на меня внимание, забежав в обеденный перерыв.

– Что-то я не пойму, дорогая. Что с тобой не так? – усмехается.

– Всё так, – улыбаюсь. Я правда давно не чувствовала себя так легко.

– Нет-нет, не обманешь, – сомневается подруга.

– Ну и какие у тебя подозрения? – прищуриваюсь.

– Ты выглядишь так, словно на улице не мороз в минус двадцать, а Тихий океан, – заявляет она.

– Почти так и есть, – разворачиваю монитор к ней с галереей фоток.

– Ого, да ладно? Ты и отдыхать? – сомнение звучит в её голосе.

– Угу.

– Неужели отец сжалился над тобой? – предполагает.

– Нет. Алекс, – ловлю её удивлённый взгляд.

– Да нет, – качает головой. – Не может быть. Откуда у него деньги? – кривит губы.

– Ну ты совесть имей, – усмехаюсь. – С чего моё окружение взяло, что он не в состоянии организовать мне безбедную жизнь?

– Я не знаю. Просто… – пожимает плечами. – Но я за тебя рада.

– Надеюсь, это правда.

– Да конечно, какие сомнения? Яр, главное, что ты сама чувствуешь, слышишь?

– Да. Поэтому мы всё ещё вместе. И на февраль у нас запланирована свадьба, – разоткровенничалась я.

– Это уже серьёзно. Но до февраля ещё дожить надо. Так что…

– Не волнуйся за меня, – выдыхаю, а на душе штиль. – Я счастлива.

– Это главное, – поддерживает Алиска.

Глава 8

Максим

Окончательно поняв, что сегодня мой день свободен, набираю Кирилла.

– Здарова, домохозяин, – задорно прозвучал голос товарища.

– Был бы рядом, врезал бы по твоей самодовольной роже, – усмехаюсь.

На Кира злиться невозможно.

– Откуда знаешь, что моя рожа самодовольная?

– По голосу слышу. Ты радуешься своим шуткам как ребенок, – смеюсь в ответ.

– Да ладно, чё ты. По какому вопросу набрал меня, любимый? – продолжает издеваться.

– По вопросу Ефимова, дуралей, – напоминаю.

– Ефимов-Ефимов... а, Ефимов.

– Угу, он самый.

– Так, слушай, – задумался Кир. По звукам слышно, как он ходит. Что-то шелестит. – Сегодня должны мне занести бумаги. Давай я вечерком заскочу, – предлагает.

Если Кир решил заехать, значит, не хочет говорить по телефону. Интересно.

– Заинтриговал, – отвечаю задумчиво.

– Пока еще не придумывай там, знаю я твою бурную фантазию, – усмехается. – Всё, до вечера, – и сбрасывает звонок.

Ну и что мне делать?

Отзваниваюсь Алле Васильевне. Отпускаю её. За детьми заеду сам. Хорошо, у них сегодня нет тренировок.

На вечер нужно будет что-то готовить, значит, надо заехать в магазин. Что собственно и делаю. Заезжаю на парковку какого-то маркета.

Овощи, фрукты детворе. Заедет Кир – значит, нужно будет и его покормить. Засранец явно будет рассчитывать на ужин. Поэтому в телегу кидаю упаковку мяса. Да и так по мелочи, что обычно едят дети.

Пока тащу два пакета на перевес к машине, в кармане начинает трезвонить мобильник. Ну и что прикажете делать? Бросать пакеты?

Всё же дохожу до машины под мелодию мобильного и убираю в багажник пакеты, которые размещаю между детскими креслами. Да, если не везу детей, то кресла убираю в багажник. Не нужно Ярославе видеть, что машину её я ещё и использую по нерабочему назначению.

Достаю телефон. Незнакомый номер в пропущенных. Набираю и почти сразу в ответ слышу женский голос.

– Максим Сергеевич, слава богу, вы ответили, – прозвенело мне в уши. – Это Оксана. Воспитательница.

– Что с детьми? – волна паники тут же накрыла.

– Что? А, нет, с детьми всё хорошо, – смеётся, а мне ни черта не смешно. Зачем так пугать? – Я по поводу утренника. У нас будет неделя на подготовку. Ну, вас она почти не коснётся. Там немного реплик у Деда Мороза. Так что вас не будем часто дёргать на репетиции. Лишь слова нужно будет выучить, – тараторит женщина.

– От меня что требуется сейчас? – сажусь в машину и завожу двигатель.

– Сегодня выдам вам костюм. Вы за детьми приедете или через няню передать?

– Сам.

– И текст. А через пару дней была бы рада видеть вас на репетиции, – приторно-сладким голосом говорит эта Оксана.

– Хорошо, – соглашаюсь. Сдавать назад уже поздно. Да и моя шпана не оценит.

– Спасибо, – благодарит, и я сбрасываю звонок.

Вляпался, Туманов. Кто бы из бывшего начальства увидел – смехом бы продлил себе жизнь, думаю, не на один год.

Ну что ж, теперь можно смело домой. И даже немного вздремнуть останется времени. А потом детей забрать и приниматься за готовку ужина.

Забрать детей удалось быстро. Оксана вручила мне пакет с костюмом. Мне повезло, что её отвлёк кто-то из родителей и нам с детьми удалось быстро покинуть сад.

В машине мои снова что-то бурно обсуждали. Я стараюсь в их разборки не лезть. Только в том случае, если назревает драка. Бывает редко и такое. Но, как по мне, им нужно учиться договариваться. Пусть эмоционально и с криками, но не доходя до кулаков. Один раз мне правда прилетело, когда полез разнимать. Тогда Лука мне как взрослый заявил:

– Я что, дурак, чтобы её бить? Всё равно бы сдался и уступил. Но поступил бы по-своему. Потому что ей бесполезно объяснять. Она же не слушает, – пожал тогда плечами.

Ох, мужик, с таким подходом я бы меньше наделал ошибок. Одна из которых до сих пор воротит носом от одного моего присутствия.

Надеюсь, недолго осталось мне светить своим фэйсом. Сам не в восторге от происходящего.

Дома расходимся каждый по своим комнатам-делам. Дети – в свою. Слышу, что мультики включили. Но, как обычно, поспорив, что именно будут смотреть.

Я – в кухню. Стоит приняться за готовку, как начинает трезвонить звонок.

– Па! Кто-то пришёл, – кричит Лука.

– Слышу, – отзываюсь. А у самого только пакет с мясом вскрыт. Быстро сую руки под струю воды и, вытирая на ходу, иду в прихожую.

– Привет, – заходит Кир.

– Проходи, я в кухне, – возвращаюсь.

– А где дети? – доносится из коридора.

– У себя.

– Кир! Кир приехал! – завизжала от радости Лика.

Потом слышится возня и болтовня. А когда дети отстали от парня, он проходит в кухню и с шумом приземляется на табуретку.

– А у тебя вкусно пахнет, – смеётся. – Сразу видно, готовился к моему приходу.

– Так, – ставлю сковороду на огонь. – Что там по Ефимову? – приземляюсь рядом.

– Используешь меня в личных целях? Нехорошо, – качает головой и дует губы.

Засранец.

– Кир, честно, не до шуток. Раз ты захотел обговорить это дело тет-а-тет, значит, там не всё просто, – предполагаю.

– Ну ты прав, как всегда. Проницательный мой, – усмехается.

– Не тяни кота за...

– Я понял, – кивает. – Прошерстил твоего Ефимова Александра, – начинает рассказывать Кирилл. – Ты там не спали ужин, – лыбится дуралей, а я возвращаюсь к плите. – Так вот. Не будь я ментов, на первый взгляд кажется чистым.

– Кажется, – усмехаюсь.

– Именно. Но ты мент. Бывших, как мы знаем, не бывает. И ты прав, что тебе он не понравился. Мне вот тоже. Чистота бывает обманчивой.

– Меньше прелюдий, Кирюха, – моё терпение на грани, и он это прекрасно знает, чем и пользуется.

– Начал изучать его окружение. Почти всё гладко. Да, не смотри на меня так, почти. Заинтересовали пара лиц. По данным, что удалось нарыть, у Ефимова есть два друга, они учились вместе в одном институте. Один из этих друзей проходил по сто пятьдесят девятой.

– Мошенничество.

– Угу. Но как свидетель. Это дело заказал из архива. Хочу посмотреть детали, что там и как было. Ты знаешь, что мне не понравилось? Увидев дружбана этого в свидетелях, решил заказать выписку по банковским картам и счетам у твоего Ефимова.

– И? – обернулся.

– Есть у меня вопросы, – многозначительно выдаёт друг.

– Ты вообще можешь по делу или нет? Мне нужна конкретика, – не выдержал.

– Ну что я тебе сейчас скажу? Свои доводы? Мне нужны основания, ты прекрасно знаешь. Мы его сейчас даже задержать не сможем, – разводит руками. – Кажется мне, эта троица нечиста на руку. И если я буду уверен, то мне нужно будет заявление для дела. Сам понимаешь. Я по твоей наводке работаю.

– Я понял. Копай, Кирыч, копай. Мне нужно этого хрена моржового вывести на чистую воду. А заявление будет, как только понадобится, – уверяю друга.

Кто-кто, а Зарецкий лично накатает на этого гада заяву.

Выпроводив друга, помогаю детям помыться и укладываю их спать.

– Пап, – собираюсь выйти из комнаты, как подаёт голос Лика. – Ты костюм смотрел? Там слова твои, почитай, – даёт наказ моя командирша.

– Будет сделано, – отвечаю и, послав воздушный поцелуй, закрываю дверь.

Сам же нахожу в прихожей объёмный пакет и несу его в спальню. Достаю костюм. Красного цвета шуба. Борода, шапка. Валенок не хватает только. Из пакета к ногам падают листы бумаги. Положив шмотки на кровать, опускаюсь на пол. Собрав листы, сажусь, опираясь спиной о кровать. Читаю.

Всё стандартно. Мне кажется, одни и те же слова из года в год. В принципе ничего сложного. Даже не стихами – и на том спасибо.

Утро началось неожиданно. Просто началось. Телефон орёт под... где телефон?

Чёрт.

– Да, – отвечаю, не посмотрев на имя звонящего.

– Макс? – голос Зарецкого действует бодряще.

– Алексей Петрович? Сколько времени? – смотрю на экран телефона.

Семь утра.

– Макс, мне поступила информация, что Яра улетает с этим прохиндеем, – взволнованно говорит мужчина.

– Первый раз слышу, – не сразу понимаю, о чём он.

– Значит, узнай у неё.

– Вы отец, не ошибаюсь? – такой поворот событий меня не радует.

– Мы поругались.

– Чудесно.

Повисает тишина.

– На сколько они улетают? – интересуюсь, прикидывая, сколько времени я не буду привязан к заднице её величества.

– С этих выходных до десятого января, – тяжело вздыхает Зарецкий.

Я присвистнул. Вот это отпуск.

– Но вы же понимаете, что я не нянька и не надзиратель какой-нибудь. Я не могу запретить ей. Так же как и вы. Девочка она не маленькая. Сама решает, что ей делать. А у них, я так понимаю, любовь.

– Это у неё что-то, что ты назвал любовью, а у него явно корыстные цели. Интуиция мне подсказывает, что ты его проверял. Связи же остались у тебя.

– Алексей Петрович, я вам обязательно доложу, как что-то стоящее появится. Сейчас не вижу смысла мутить воду. Пока, – отмахиваюсь. Не собираюсь я обсуждать каждый свой шаг, не маленький уже.

– Я понял тебя.

– А если не хотите, чтобы она улетала, то поговорите с ней.

– Да не будет она меня слушать. Хорошо мы поругались, – вздохнул на том конце провода мужчина. – Всё, я тебя услышал. Всего доброго.

– Всего...

Детей рассаживаю по креслам в машине.

– Пап, а Новый год мы где будем встречать? – спрашивает Лика.

– А какие предложения? – чувствую, моя мама уже с детьми поработала.

– Ну, – тянет заноза, – у бабушки на даче. Мы же каждый год у неё, ты забыл? У тебя смены, а мы у неё, – пожимает плечами.

– А сами-то чего хотите? – смотрю на детей.

– Мы хотим с тобой. Но бабуля обидится, если мы к ней не приедем, – вставляет Лука.

– Тоже верно, – малышня, а как правильно говорят. – Значит, поедем к бабушке, – делаю вывод.

– Только... – снова интригует Лика. Вижу по глазам, что-то хочет сказать, а не решается.

– Что? – смотрю на свою красавицу.

– Кажется, бабушка задалась целью тебя женить, – пожимает плечами и опускает глаза в пол.

Смотрю на сына, но тот так же прячет глаза.

– Это я знаю, – удивляю их. Две пары глаз тут же устремляются на меня. – Но мы не из робкого десятка, выстоим, правда? – детвора заулыбалась. – Ну вот, нос выше, детвора. Мы справимся.

Доставляю детей в сад. Встречает нас сама Оксана. Напоминает, что завтра или послезавтра будет первая репетиция. До Нового года осталось всего ничего. Обещаю, что я на связи. Текст изучил, готов радовать детей. И быстро сваливаю. Не забыв убрать кресла в багажник, еду к Зарецкой.

Девушка выходит довольно быстро и даже улыбается.

– Хорошее настроение? – начинаю я, управляя авто, поглядываю в зеркало заднего вида.

Она ведь ни разу не села рядом. Только на заднем. Слежу за ней, пока не ловлю её взгляд.

– Да, – снова улыбка, которая обезоруживает. Воздух застревает в лёгких. – У вас, Максим, непредвиденный отпуск.

– Я только заступил, – настроение тут же портится. Мне так же, как и Зарецкому, не нравится её поездка.

– Мы с Алексом улетаем завтра утром. Поэтому, – задумывается, – машину можешь поставить в гараж. И не волнуйся, оплата будет как за рабочие дни, – уточняет девушка.

– Это очень важно, да? – усмехаюсь я.

Деньги. Эта девчонка всё привыкла мерить деньгами. Выросла с золотой ложкой в заднице, всё ей доступно. Это один из пунктов нашего недружеского расставания в прошлом.

И чему удивляюсь? Это же Зарецкая, Туманов. Что могло в ней измениться?

Только один плюс: зарплату платит мне не она, а её отец. Это разные вещи. И как только я выведу на чистую воду её Алекса, мы разойдёмся. Обещаю себе в очередной раз.

Паркую машину у крыльца бизнес-центра.

– Я здесь на пару часов, подожди, – говорит, выйдя из машины. – Потом меня домой. Нужно собирать чемодан.

– Как скажете, – намеренно перехожу на «вы».

На что девушка лишь усмехается и, закрыв дверь, торопится внутрь здания.

Жди, Туманов, жди. Как собака на поводке. Бесит, но сам виноват. Дал слабину и согласился. Но как можно было отказать Алексею Петровичу? Он с моим дядькой лучшие друзья. Был момент в моей жизни, когда я влип по дурости своей ещё в армии. Ну как по дурости? Я всё ещё считаю, что правильно поступил. Если был выбор, я поступил бы так же. Вот Зарецкий своими связями и помог, позволив служить дальше. А то вылетел бы как...

Поэтому я обязан помочь. Да и Кир явно заинтересовался нашим экземпляром. А чуйка у нас работает что надо. Поэтому дело доведу до конца, однозначно. Да и девушка у меня перед глазами.

Всё ещё обдумывая, я понимаю, что ищу для себя оправдания, почему я здесь. Пока они меня устраивают. Это же не старые чувства, ведь понравилась она мне тогда.

Всё нормально, Макс, живём дальше.

А дальше всё как по расписанию. Зарецкую домой. Утром просит меня свезти их в аэропорт. Всю дорогу до которого я приглядываюсь к её недоженишку. Ну не нравится он мне, даже если бы всё у него там было хорошо. Не нравится.

Высадив парочку, я окунаюсь в домашние заботы. На носу Новый год, на днях утренник. Так что скучать не придётся.