Читать книгу "После ссоры"

Глава 73

Тесса

На следующий день погода уже лучше: снег прекратился, и на дороге почти нет слякоти. Приезжаю на работу и встречаю Кимберли. Она сидит за своим столом, а я, как обычно, наливаю себе кофе и беру пончик.

– Я даже не слышала, как ты вчера приходила. Я уснула, – говорю я.

– Знаю, Смит тоже уже спал. Еще раз спасибо, – благодарит она и отвлекается на телефонный звонок.

После вчерашнего дня в кампусе в офисе я чувствую себя странно. Иногда кажется, будто у меня две жизни: в одной я студентка университета, а в другой – взрослая работающая девушка. Я живу в квартире со своим парнем и получаю плату за стажировку, так что это практически обычная работа. Мне нравятся обе жизни, но если бы мне пришлось выбирать, я выбрала бы взрослую жизнь – конечно, вместе с Хардином.

Окунаюсь в работу – и уже скоро настает время обеденного перерыва. После нескольких не особенно впечатляющих рукописей мне попадается настолько захватывающее произведение, что я стараюсь побыстрее доесть и продолжить чтение. Надеюсь, что главного героя сумеют вылечить, – если он умрет, я буду ужасно расстроена. Я полностью погружаюсь в рукопись, забывая о внешнем мире, и рабочий день проходит быстро. Правда, заканчивается произведение очень грустно.

Не сдерживая слез, я завершаю все дела и отправляюсь домой. Когда я ушла утром, Хардин еще спал, что-то сердито бормоча во сне, и весь день мне не звонил. Все время думаю о том, что он сказал вчера вечером. Мне нужно отвлечься от этих бесконечных размышлений. Иногда хочется просто отключить мозг – у некоторых это получается. Видимо, я придаю всему слишком большое значение, но по-другому я не могу. В этом вся я, и сейчас я могу думать лишь о том, что у нас с Хардином нет будущего. И все же мне нужно как-то выкинуть все это из головы. Он не желает когда-либо жениться или заводить детей, и его не изменишь.

Может, позвонить Стеф после того, как я схожу в «Корнерс» за продуктами и займусь стиркой, раз Хардин и Лэндон сегодня идут на хоккей… Боже, надеюсь, у них все пройдет хорошо.

Когда я прихожу домой, Хардин сидит в спальне и читает.

– Привет, красотка. Как прошел день? – спрашивает он.

– Вроде неплохо.

– В чем дело? – Хардин поднимает на меня взгляд.

– Я сегодня читала такую грустную рукопись – невероятно интересную, но грустную, – отвечаю я, стараясь снова не заплакать.

– Должно быть, она и правда хорошая, раз так подействовала на тебя. – Он улыбается. – Не хотел бы я быть рядом, когда ты первый раз читала «Прощай, оружие!».

Я сажусь рядом с ним на кровать.

– Это было хуже, намного хуже.

Он тянет меня к себе за рубашку, и я кладу голову ему на плечо.

– Моя девочка такая впечатлительная.

Он проводит рукой по моей спине, и я трепещу. Когда он называет меня «своей девочкой», я сразу чувствую себя намного счастливее.

– Ты сегодня вообще ходил на занятия? – спрашиваю я.

– Не-а. Совсем не осталось сил после вчерашнего вечера, когда я присматривал за мини-человечком.

– В смысле, смотрел с ним телевизор?

– Какая разница? Я провел с ним больше времени, чем ты.

– Значит, он тебе понравился? – Даже не знаю, зачем я спрашиваю.

– Нет… ну, учитывая, какими противными бывают дети, он не так уж плох, но вряд ли в ближайшее время я захочу пригласить его поиграть. – Он улыбается.

Я закатываю глаза в ответ, но больше ничего не говорю про Смита.

– Готов идти на матч?

– Нет, я сказал ему, что не пойду.

– Хардин! Ты должен пойти! – кричу я.

– Шучу… он скоро придет. Ты у меня в долгу за эту хрень, Тесс, – ворчит он.

– Тебе же нравится хоккей, и Лэндон составит отличную компанию.

– Не такую отличную, как ты, – говорит он, целуя меня в щеку.

– У тебя удивительно хорошее настроение для человека, который считает, что его ведут на казнь.

– Если все пройдет ужасно, то казнить будут кого-то другого.

– Будь с Лэндоном повежливее, – предупреждаю я.

Он поднимает руки, словно невинно осужденный, но я-то знаю, о чем говорю. Раздается стук в дверь, но Хардин не двигается с места.

– Он твой друг, вот ты и открывай.

На Лэндоне хоккейный свитер, джинсы и кеды.

– Привет, Тесса! – с непременной дружелюбной улыбкой говорит он и обнимает меня.

– Можно побыстрее? – перебивает Хардин, и я даже не успеваю поздороваться.

– Ну, я уже вижу, что будет весело, – смеется Лэндон и проводит рукой по своим коротким волосам.

– Это будет лучший вечер за всю твою жизнь, – дразнит его Хардин.

– Удачи, – говорю я Лэндону, а он усмехается в ответ.

– Ой, Тесс, он просто притворяется, я же знаю, как он рад провести со мной время.

Лэндон улыбается, и теперь уже Хардин закатывает глаза.

– Ну, мне уже нет места среди вашего выплеска тестостерона, так что пойду переоденусь и займусь кое-какими делами. Развлекайтесь, – говорю я, оставляя парней наедине с их шутливой перепалкой.

Глава 74

Хардин

Мы с Лэндоном проталкиваемся сквозь толпу, и я ворчу:

– Какого черта здесь уже так много народу?

Он бросает на меня несколько недовольный взгляд.

– Потому что из-за тебя мы опоздали.

– До матча еще пятнадцать минут.

– Я обычно приезжаю за час, – поясняет он.

– Я не сомневался. Даже когда я не с Тессой, я как будто с Тессой, – жалуюсь я.

Тесса и Лэндон – практически один человек, если дело касается дурацкой необходимости всегда быть первым и лучшим во всем.

– Ты должен радоваться, что у тебя есть Тесса, – говорит он.

– Перестань вести себя как придурок, и тогда мы, может, сумеем насладиться матчем, – решительно говорю я, но не могу не улыбнуться, заметив его раздражение. – Извини, Лэндон. Я действительно рад, что она у меня есть. Все, успокоился? – смеюсь я.

– Конечно-конечно. Пойдем сядем наконец, – спокойно говорит он, направляясь к нашему ряду.

– Какого черта! Ты это видел? Какого хрена это засчитали? – кричит Лэндон.

Таким эмоциональным я его еще не видел. Хотя даже в приступе гнева он ведет себя как баба.

– Ну давай! – снова выкрикивает он, и я едва сдерживаю смех.

Наверное, Тесса была права: в его компании не так уж плохо. Не самый лучший вариант, но все же неплохо.

– Я слышал, что чем больше ты кричишь и вопишь, тем больше у них шансов на победу.

Он не обращает на меня внимания и продолжает то вопить, то недовольно освистывать игроков, в зависимости от ситуации на льду. Я одним глазом слежу за игрой и успеваю отправлять Тессе непристойные эсэмэски. Команда, за которую болеет Лэндон, выигрывает на последних секундах, и он вскакивает с радостными криками.

Толпа направляется к выходу, и я тоже проталкиваюсь вперед.

– Осторожней! – раздается голос позади меня.

– Извини, – отвечает Лэндон.

– Так я и думал.

Оборачиваюсь и вижу, что к Лэндону подходит какой-то придурок – на нем свитер команды противника. Лэндон нервно сглатывает, но ничего не отвечает, а парень вместе со своей компанией продолжает над ним издеваться.

– Смотрите, как он испугался, – заявляет кто-то еще, видимо, дружок этого засранца.

– Я… я… – запинается Лэндон.

Что за фигня?

– Отвалите, на хрен, оба, – сердито заявляю я, и они оба поворачиваются в мою сторону.

– Или что? – Чувствую, как от высокого несет пивом.

– Иначе я заткну твой гребаный рот на виду у всех, и это будет так унизительно, что в статьях о матче не преминут об этом написать. Вот что, – предупреждаю я его, готовый ответить за все свои слова.

– Ладно, Деннис, идем отсюда, – говорит низкий, видимо, единственный, у кого есть хоть немного мозгов.

Он оттаскивает друга за свитер, и они растворяются в толпе. Я хватаю Лэндона и тащу его за собой к выходу. Если ему тут достанется, Тесса меня просто убьет.

– Спасибо, ты не обязан был вмешиваться, – говорит Лэндон, когда мы подходим к его машине.

– Хватит, это все и так уже неловко, – ухмыляюсь я, а он качает головой, но все равно тихо смеется в ответ.

– Тебя подбросить? – спрашивает он, когда после нескольких молчаливых минут мы наконец выезжаем с переполненной парковки.

– Да, конечно. – Я снова смотрю на телефон, чтобы проверить сообщения, но Тесса так и не ответила. – Ты переезжаешь? – спрашиваю я у Лэндона.

– Пока не знаю. Хотя я хочу быть рядом с Дакотой, – говорит он.

– Тогда почему она сюда не переедет?

– Потому что она сможет добиться успехов в балете только в Нью-Йорке. – Лэндон пропускает еще одну машину, хотя мы и так еле двигаемся.

– И ты просто так бросишь здесь все и переедешь ради нее? – усмехаюсь я.

– Да, лучше уж так, чем быть вдалеке от нее. И вообще, я не против переехать. В Нью-Йорке наверняка очень здорово. В отношениях надо учитывать мнение обоих, понимаешь? – говорит он, взглянув на меня. Козел.

– Это ты на меня намекал?

– Не совсем, но если тебе так показалось, то, может, и намекал.

Перед машиной спотыкаются какие-то пьяные идиоты, но Лэндону, похоже, никак не мешает, что они перегораживают нам дорогу.

– Заткнись уже, а? – Сейчас он ведет себя просто как кретин.

– То есть ты не переехал бы в Нью-Йорк ради Тессы?

– Именно про это я тебе и говорю. Я не хочу жить в Нью-Йорке, а значит, я не буду там жить.

– Ты же знаешь, что я имею в виду не Нью-Йорк, а Сиэтл. Она хочет жить в Сиэтле.

– Она поедет со мной в Англию, – заявляю ему я и делаю радио в машине погромче, чтобы закончить наконец этот разговор.

– Вдруг она не захочет? Ты же знаешь, что ей хочется другого, так зачем ее принуждать?

– Я ни к чему ее не принуждаю, Лэндон. Она поедет со мной, потому что мы должны быть вместе, и она не захочет оставаться здесь одна. Все очень просто.

Снова смотрю на телефон, чтобы отвлечься от раздражительной беседы со сводным братом.

– Ты просто засранец.

Я пожимаю плечами.

– Я и не утверждал обратного.

Я звоню Тессе и жду, когда она ответит. Но она не отвечает. Охренеть, просто отлично. Надеюсь, она хотя бы еще будет дома, когда я вернусь. Если бы Лэндон не ехал так чертовски медленно, мы бы уже были на месте. Я молчу, ковыряя кожу вокруг ногтей. Наконец Лэндон останавливается у моего дома – кажется, мы ехали сюда три долбаных часа.

– Все прошло неплохо, правда? – спрашивает он, когда я выхожу из машины, и я усмехаюсь в ответ.

– Да, неплохо, – признаюсь я. А затем поддразниваю: – Если ты кому-нибудь об этом скажешь, я тебя убью.

Лэндон со смехом выезжает с парковки. Я облегченно выдыхаю – слава богу, те парни не надрали ему задницу.

Захожу в квартиру и вижу, что Тесса лежит на диване и крепко спит. Я не бужу ее, а просто сижу рядом и смотрю на нее.

Глава 75

Хардин

Некоторое время я наблюдаю за спящей Тессой, а затем поднимаю ее на руки и несу в спальню. Не просыпаясь, она обнимает меня и прижимается к моей груди. Я осторожно кладу ее на постель и накрываю одеялом по пояс. Я нежно целую ее в лоб и уже собираюсь отойти и тоже переодеться ко сну, когда она вдруг что-то произносит.

– Зед, – бормочет она.

Она только что?.. Я не отрываю от нее взгляда, снова проигрывая в голове последние три секунды. Она же не сказала, что…

– Зед. – Она улыбается и переворачивается на живот.

Какого хрена?

Мне хочется ее разбудить и потребовать объяснить, почему она произнесла его имя – дважды – во сне. С другой стороны, с моей ненормальной и идиотской стороны, я знаю, что она скажет. Тесса скажет, что мне не о чем волноваться, что они просто друзья, что она любит только меня. Может, это и правда, но она только что произнесла его имя.

Услышать, как с ее губ срывается имя этого засранца, после разговора с чертовым Лэндоном, так уверенным в будущем, – это уже слишком. Я ни в чем не уверен, не уверен так, как он, а Тесса, по-видимому, не уверена во мне. Иначе бы ей не снился Зед.

Беру ручку и бумагу, оставляю Тессе записку на комоде, а затем ухожу.

Я поворачиваю к бару под названием «Таверна на Канал-стрит». Я не хочу идти туда – вдруг наткнусь на Нэта и его компанию, – но рядом есть еще одно местечко, куда я часто заходил выпить. Обожаю штат Вашингтон и недоумков, которые никогда не просят показать удостоверение личности.

В моей голове все еще звучит голос Тессы, предупреждающий, что после того раза мне больше не стоит пить, но мне уже похрен. Мне надо выпить. Затем я слышу голоса Зеда и Лэндона. Почему все думают, что меня волнует их мнение?

Я не собираюсь переезжать в Сиэтл – Лэндон может идти со своим дерьмовыми советами на хрен. Если он хочет бежать за своей девушкой куда угодно, это не значит, что того же хочу я. Я прекрасно представляю эту картину: я собираю свои манатки и еду с ней в Сиэтл, а пару месяцев спустя она понимает, что с нее хватит, и бросает меня. Сиэтл станет ее миром, а не моим, и она сможет с легкостью вытеснить меня оттуда.

Подъезжаю к бару: внутри не очень много народу, тихо играет музыка. За барной стойкой стоит знакомая блондинка и смотрит на меня с изумлением и интересом.

– Давно не виделись, Хардин. Скучал по мне?

Она ухмыляется и облизывает свои полные губы – судя по всему, вспоминая ночи, проведенные вместе.

– Ага, а теперь налей мне что-нибудь выпить, – отвечаю я.

Глава 76

Тесса

Когда я просыпаюсь, Хардина нет рядом. Наверное, пьет кофе или принимает душ, так что я смотрю на часы в телефоне и заставляю себя встать с кровати. Хотя вчера я никуда не ходила, я чувствую себя жутко уставшей и даже особо не стараюсь привести себя в порядок – просто натягиваю джинсы и майку с логотипом универа. Я подумываю надеть бриджи для йоги, чтобы опять подразнить Хардина, но нигде не могу их найти. Зная его, я могу предположить, что он их куда-нибудь спрятал, чтобы никто другой меня в них не увидел.

Я снова заглядываю в верхний ящик, а затем закрываю его, и с комода падает листок бумаги.

«Пошел позавтракать с папой», – написано рукой Хардина. Я одновременно и сбита с толку, и рада. Я правда надеюсь, что Кен и Хардин будут стараться наладить отношения.

Я думаю, что они уже должны бы освободиться, и пытаюсь дозвониться Хардину, но он не берет трубку. Отправляю ему сообщение и еду в университет, чтобы встретиться с Лэндоном в кофейне.

Я добираюсь туда и захожу внутрь – Лэндон сидит за столом и показывает на два стаканчика.

– Я уже взял тебе кофе, – с улыбкой говорит он и двигает стаканчик ко мне.

– Как мило, спасибо.

Сладкий, но с горчинкой кофе помогает мне наконец проснуться, но я тут же начинаю переживать из-за того, что Хардин мне не отвечает.

– Смотри-ка, мы с тобой как все обычные студенты, – шутит Лэндон, показывая сначала на мою футболку, а потом на свою – точно такую же. Я смеюсь и делаю еще один глоток прекрасного кофе.

– Кстати, а где Хардин? – ухмыляется Лэндон. – Сегодня он тебя почему-то не провожает.

Я пожимаю плечами.

– Не знаю. Он оставил мне записку – сказал, что ушел рано на завтрак с отцом.

Лэндон замирает со стаканчиком в руке и изумленно на меня смотрит.

– Правда? – Через мгновение он кивает и добавляет: – Ну, и не такое случается.

Из-за его слов я начинаю еще больше волноваться. Но ведь Хардин ушел позавтракать с отцом. Правда?

Мы с Лэндоном идем на пару, и боль в моей груди становится все сильнее – Хардин до сих пор не ответил на мои сообщения.

Когда мы садимся на свои места, Лэндон смотрит на меня и спрашивает:

– Все хорошо?

Но я не успеваю ничего ответить, потому что вижу, что профессор Сото уже пришел.

– Всем доброе утро! Простите за опоздание, я вчера очень поздно лег. – Он улыбается и снимает кожаную куртку, а затем перекидывает ее через спинку своего стула. – Надеюсь, все успели купить или украсть себе дневник?

Мы с Лэндоном переглядываемся и достаем свои дневники. Оглядываясь вокруг, я замечаю, что только двое студентов, кроме нас, сделали то же самое, и снова поражаюсь, почему остальные всегда не готовы.

Но профессор Сото, машинально поправляя галстук, продолжает как ни в чем не бывало:

– Если не успели, то просто достаньте листок бумаги, потому что половина занятия у нас уйдет на первое письменное задание по дневнику. Я еще не решил, сколько всего их будет, но, как я и говорил, именно от дневника будет в основном зависеть ваша оценка. Так что вам придется приложить хоть немного усилий. – Он усмехается и садится, задрав ноги на стол. – Я хочу узнать ваше мнение о вере. Что она для вас значит? На этот вопрос не существует неверного ответа, независимо от вашей религии. Можно рассмотреть эту проблему с разных сторон. Например, верите ли вы в существование высших сил? Считаете ли вы, что вера приносит людям счастье? Об этом можно размышлять и по-другому: поможет ли вера в кого-то или что-то изменить ситуацию? Есть ли смысл верить, что изменивший вам любимый человек перестанет таким быть? Делает ли вера в Бога… или нескольких богов вас лучше по сравнению с неверующим? Вот вам тема, делайте с ней, что хотите… просто сделайте что-нибудь, – говорит он.

Мой мозг уже полон идей. В детстве я ходила в церковь, но надо признать, что моя связь с Богом не всегда была прочной. Пишу в дневнике и постоянно думаю о Хардине. Почему он не позвонил? Он всегда мне звонит. Он оставил записку, так что с ним все в порядке, – но где он сейчас? Долго ли он еще будет где-то пропадать?

С каждым сообщением, оставшимся без ответа, паника все возрастает. Но он так изменился, стал вести себя лучше.

Вера. Может, моя вера в Хардина была очень сильной? Если я продолжу верить в него, он изменится?

Не замечая, как летит время, я исписываю три страницы. Большая часть оказавшихся на бумаге слов шла откуда-то изнутри, минуя разум и сердце. Я написала о вере в Хардина и чувствую, что мне стало легче. Профессор Сото завершает занятие, и Лэндон рассказывает, о чем написал он. Он решил порассуждать о вере в себя и свое будущее. Я, не задумываясь, написала о Хардине. Даже не знаю, как к этому относиться.

Остаток дня тянется жутко медленно, ведь Хардин до сих пор не объявился. К часу дня я успела позвонить ему еще три раза и отправить восемь сообщений, но не получила ответа. Из-за этого я чувствую себя ужасно – особенно учитывая, что я только что написала о вере в него и своих переживаниях, – но прежде всего я надеюсь, что он не наделал каких-нибудь глупостей, которые могут помешать нашим отношениям.

А затем думаю про Молли. Забавно, я всегда о ней вспоминаю, когда у меня случается что-то плохое. Ну, может, это не так уж забавно, но происходит постоянно. Будто видение, она не выходит у меня из головы, хотя я уверена, что Хардин не станет мне изменять.

Глава 77

Хардин

– Хочешь еще кофе? – спрашивает она. – Поможет справиться с похмельем.

– Нет, я и сам знаю, как с ним бороться. Уже не впервой, – ворчу я.

Карли закатывает глаза.

– Не будь таким уродом! Я просто спросила.

– Хватить разговаривать. – Я потираю виски. Ее голос жутко раздражает.

– Вижу, ты все так же мил. – Она смеется и выходит из своей маленькой кухни, оставляя меня одного.

Я настоящий придурок, раз здесь оказался, но у меня не было выбора. Ладно, был, просто я не хочу признавать вину за то, что так бурно отреагировал. Я был суров с Тессой и ночью наговорил всем в баре кучу всего, а теперь оказался дома у Карли с кружкой гребаного кофе, когда время уже перевалило за обед.

– Тебя подвезти до твоей машины? – кричит она из другой комнаты.

– А ты как думаешь? – отвечаю я, и она заходит на кухню в одном лифчике.

– Тебе повезло, что я притащила сюда твою пьяную задницу. Скоро вернется мой парень, так что нам стоит поспешить. – Она надевает рубашку через голову.

– У тебя есть парень? Как мило. – Куда уж лучше.

Она закатывает глаза.

– Да, есть. Тебя это, наверное, удивит, но не все предпочитают бесконечно менять партнеров.

Я едва не упоминаю Тессу, но решаю промолчать, потому что это не ее дело.

– Сначала мне надо отлить, – говорю я и иду к туалету.

В голове стучит, и я злюсь на самого себя за то, что оказался здесь. Я должен быть дома… ну, то есть на занятиях. Слышу, как на столике вибрирует мой телефон, и резко оборачиваюсь.

– Даже не смей отвечать! – рявкаю я на Карли, и она отходит назад.

– И не думала! Боже, вчера вечером ты же вел себя как форменный баран, – замечает она, но я не обращаю внимания.

Иду за Карли к ее машине, и каждый шаг отдает пульсацией в голове. Не надо было столько пить. Вообще не надо было пить. Я смотрю на Карли – она опускает окно и закуривает сигарету.

Неужели она правда когда-то была в моем вкусе? Она не пристегивается за рулем. Красит губы, стоя на светофоре. Тесса совсем не такая, Тесса не похожа ни на одну другую девушку.

Пока мы едем назад к бару, где я вчера так надрался, я перечитываю сообщения от Тессы, снова и снова. Это ужасно – она, наверное, сильно волнуется. В голове сплошной туман, и, не придумав лучшего оправдания, я пишу ей: «Слишком много вчера выпили с Лэндоном, уснул в машине. Скоро буду дома».

Тут что-то не так, и на мгновение я замираю. Но мозги у меня сейчас не работают, и я все же нажимаю «отправить», и, не отрывая взгляд от телефона, жду, когда она ответит. Тишина.

Я точно не могу ей об этом рассказать – о том, что остался на ночь у Карли. Она ни за что меня не простит, она даже не станет слушать. Уверен, что не станет. Мне и так ясно, что ей надоело все это дерьмо. Это заметно.

Я вообще не представляю, как мне все исправить.

Резко затормозив и выругавшись, Карли прерывает мои размышления.

– А-а, черт! Придется разворачиваться, там впереди авария, – говорит она, показывая на машины, которые перекрывают всю дорогу.

Я поднимаю взгляд и вижу мужчину средних лет, он стоит, держа руки в карманах, и разговаривает с полицейским. Он кивает головой в сторону белого автомобиля, похожего… очень похожего на…

Меня накрывает паника.

– Останови машину, – требую я.

– Что? Господи, Хардин…

– Я сказал, останови эту чертову машину!

Не раздумывая, я тут же открываю дверь и выскакиваю, как только она тормозит, а затем бегу к помятым автомобилям.

– Где другой водитель? – сердито спрашиваю я полицейского и оглядываюсь вокруг.

Капот белой машины серьезно поврежден. С зеркала заднего вида свисает пропуск на парковку нашего универа. Черт! Рядом с полицейской машиной стоит «Скорая». Вот дьявол!

– Где та девушка? Кто-нибудь скажет мне или нет?! – кричу я.

Полицейский бросает на меня раздраженный взгляд, но другой водитель замечает мое беспокойство и тихо отвечает:

– Там.

Он показывает на машину «Скорой».

Мое сердце замирает.

Словно оглушенный, я медленно подхожу и замечаю, что двери «Скорой» открыты… а Тесса, опершись о ее задний бампер, прижимает к щеке пакет со льдом.

Слава богу! Слава богу, у нее всего лишь ушиб!

Я подбегаю к ней и дрожащим голосом спрашиваю:

– Что случилось? Как ты?

Увидев меня, она явно успокаивается.

– Попала в аварию. – Над глазом у нее наклеен пластырь, а рассеченная сбоку губа опухла.

– Ты можешь идти? – резко говорю я. – Она может идти? – спрашиваю я у молодой девушки из «Скорой».

Она кивает и быстро отходит в сторону. Я приподнимаю пакет со льдом от лица Тессы и вижу шишку размером с мячик для гольфа. Ее щеки мокры от слез, а глаза покраснели и припухли. На нежной коже под глазом намечается синяк.

– Черт, ты в порядке? Это он виноват? – Я отворачиваюсь, пытаясь разглядеть этого засранца.

– Нет, это я в него въехала, – говорит она и, вздрагивая, снова прижимает лед к щеке. Выражение ее лица снова становится обеспокоенным, и она спрашивает: – Где ты был весь день?

– Что? – Из-за жуткого похмелья и этой аварии ее вопрос действительно сбивает меня с толку.

Ее взгляд становится холодным, и она повторяет:

– Хардин, я спросила, где ты был весь день.

И я вдруг возвращаюсь к реальности. Вот дерьмо!

Как раз когда я пытаюсь придумать оправдание, Карли подходит к нам и шлепает меня по заднице.

– Ну, Мистер Плохое Настроение, мне тебя не ждать? Дойдешь отсюда до своей машины? Мне правда пора домой.

Тесса удивленно смотрит на нее.

– Кто ты такая?

Черт! Черт! Черт! Только не это. Только не сейчас.

Карли улыбается и кивает Тессе.

– Я Карли, знакомая Хардина. Сочувствую, что ты попала в аварию. – Она переводит взгляд на меня. – Ну, я могу идти?

– Пока, Карли, – отрезаю я.

– Подожди, – говорит Тесса. – Он сегодня ночевал у тебя?

Пытаюсь поймать ее взгляд, но она продолжает пристально смотреть на Карли, и та отвечает:

– Ага, я везла его назад, к его машине.

– Его машине? И где она? – дрожащим голосом спрашивает Тесса.

– Пока, Карли, – с сердитым взглядом повторяю я.

Тесса встает, хотя ее коленки слегка трясутся.

– Нет, скажи мне, где его машина.

Я пытаюсь поддержать ее за локоть, но она отталкивает меня и издает стон, потому что двигаться ей больно.

– Не трогай меня, – сквозь зубы говорит она.

– Карли. Где его машина? – повторяет Тесса.

Карли невинно поднимает руки и смотрит то на Тессу, то на меня.

– У бара, где я работаю. Ладно, я пошла, – говорит она и уходит.

– Тесс… – умоляющим голосом начинаю я. Господи, ну почему я такой идиот?

– Не подходи ко мне, – отвечает она.

Я вижу, что она прикусывает щеку, стараясь сдержать слезы. Теперь, когда она стоит здесь и смотрит в сторону, приняв равнодушный вид, я даже скучаю по тем временам, когда она все время плакала.

– Тесса, нам надо… – пытаюсь сказать я, но мой голос дрожит.

Сегодня из нас двоих я полон эмоций, но на этот раз меня это не беспокоит. Паника, которую я почувствовал, увидев ее разбитую машину, все еще не исчезла, и сейчас я не хочу ничего другого, кроме как прижать ее к себе.

Она не смотрит на меня.

– Уходи. Сейчас же. Или я позову полицейского, и он уведет тебя.

– Мне насрать на этого…

Она обжигает меня яростным взглядом.

– Нет, мне уже надоело тебя слушать! Я не знаю, что именно случилось прошлой ночью, но сегодня я почувствовала – каким-то образом почувствовала, – что ты был с кем-то. Я просто не позволяла себе в это поверить.

– Мы во всем разберемся, – умоляющим тоном говорю я. – У нас всегда получается.

– Хардин! Ты разве не видишь, что я только что попала в аварию? – кричит она и снова начинает плакать, и к ней сразу подбегает врач. – Хотя тебе сейчас трудно понять, что происходит и в каком варианте реальной жизни ты находишься. Ты оставил мне записку, что пойдешь на завтрак с отцом, а потом прислал сообщение, объясняя все тем, что ты напился с Лэндоном и уснул в машине. С Лэндоном! Думаешь, я такая дура, чтобы могу поверить во все – и даже в противоречащие друг другу оправдания? – Она бросает на меня сердитый взгляд. – Конечно, ты и сам одно сплошное противоречие, так что неудивительно, что мир кажется тебе таким же.

Я наконец полностью осознаю, какую глупость совершил, и на мгновение теряю дар речи. Я просто идиот, настоящий идиот. И не только потому, что мои лживые оправдания не сходятся.

Пользуясь моментом, врач кладет руку на плечо Тессе и спрашивает:

– У вас все в порядке? Вас надо отвезти в больницу – проверить, нет ли чего серьезного.

Вытирая слезы, Тесса смотрит на меня убийственным взглядом и отвечает врачу:

– Да. Я готова. Готова ехать в больницу.