Книга: Огонь. Ясность - Анри Барбюс

Используется кинематографический приём: в главе "Видение" действие происходит в туберкулёзном санатории (символ гибели старого мира, несмотря на прекрасные условия); мы видим солдат с вершины горы. А затем происходит будто бы приближение. Глава "В земле" рисует общую массу, впоследствии выделяются отдельные истории.

В романе каждая стихия раскрывает свой смысл, при этом он является двойственным. Так, земля   одновременно отражает и жизнь (сцена на кладбище), и смерть (погребение). Вода - очищение и потоп, смывающий всё. Воздух - также жизнь, однако опасность в виде газовых атак и бомбардировок.

Огонь - основная стихия. Пройдя через огонь, солдаты начинают видеть, что с ними происходит. Заря - финальное очищение.

Северные Американские Штаты преисполнены заботы о Мексике. Они по-отечески опекают ее, и это вполне понятно: Мексика - чудесная страна, там нефть так и бьет из-под земли, да и прочих естественных богатств не перечесть. А богатства эти, как известно, предназначаются для янки, потому что у янки на Уолл-стрите есть такой сундук-небоскреб, самый большой сундук в мире, который наполняется сам собой. По этой-то причине американцы из Северных Штатов изо всех сил стараются изгнать с прекрасной мексиканской земли дух своеволия, а главное - революционный дух, который еще вреднее, ибо он подводит под понятие свободы разумную основу.

Вот такой привет нам от Анри Барбюса. Хотела написать, что повести эти, конечно, еще и антиклерикальные, атеистические. Но вот, что интересно. Разоблачая церковь и священников, как инструменты угнетения простого человека, писатель неожиданно обращается в одном из очерков к фигуре самого Иисуса Христа. И, размышляя, безусловно с научно-материалистических позиций, над личностью Спасителя, Барбюс приходит к выводу, что, собственно, именно Христос и был первым на земле коммунистом.

О чем же он говорил им? Он говорил: вся сила в вас самих, небо - бессильно. Нет земных порядков, предписанных небесами. Превыше всего разум человека, только разум повелевает действительностью. Он вселял каждому веру в самого себя. Он даже исцелял больных, внушая им уверенность в выздоровлении. Это было чудом человеческим.

Он сокрушал идолов. Он разрушил абстрактных идолов, вскормленных человеческим воображением и непререкаемыми догматами. Он ниспроверг даже бога - того самого идола, который, несмотря на свое всеобъемлющее величие, был и остался только идолом.

Попутно он разбивал укоренившиеся повсюду расовые и национальные фетиши. Думая о всех людях на земле, он говорил им: ваше спасение зависит только от вас самих. И в этом он был совершенно прав, ибо, когда сплотится и восстанет весь мир голодных и рабов, державная власть будет исходить из недр единого и сильного народа.

Так что материализм и научный атеизм, они конечно же существуют, но иногда очень полезно ищучать Священное писание. Там много полезного. Думаю со временем, я прочту и остальные части этой антивоенной трилогии Анри Барбюса. Просто обрушить на себя этот холодный душ сразу, да еще и в наши-то тяжкие времена, это несколько напряжно. Что до совета читать или нет, то пускай каждый решит для себя сам. Хотя я бы все же порекомендовала.

Пролетарии всех стран, соединяйтесь!

По компоновке «Огонь» не похож «Хождение по мукам» или «Добердо» - главный герой не офицер, он растворен в солдатской массе. В этом плане романы Ремарка ближе к тому, что вышло у Барбюса, но Ремарк линеен, его романы подчинены заранее известной логике, а Барбюс складывает мозаику без заданного образца, поэтому его проза страшнее – умереть может каждый, разве что автор останется в живых. Больше всего интонация книги напомнила мне «Конармию», хотя, казалось бы, речь идет у Бабеля о другом конфликте. Но и жизнь «пуалю», и будни красных кавалеристов показаны нам глазами попавшего в их ряды интеллигента, который силится слиться с ними, стать одним целым с этой пугающей массой.

Несмотря на то, что мы видим фронтовую жизнь вспышками, Барбюс с помощью такой прерывистости хотел объять необъятное – показать жизнь всего фронта. Тут и передовая, и отпуска, и постой в деревнях, и перевязочный пункт, и рытье окопов. Люди живут и умирают, а война идет. Может показаться, что книга очень французская, много интересных национальных мелочей (вплоть до того, что южане пьют белое, а северяне этому удивляются), но видно, что опыт у «потерянного поколения» был удивительно единым, на всех сторонах фронта. Барбюс мечтал (очень аккуратно мечтал, в книге лишь пара намеков на его политическое кредо), что эта война станет последней, но мы-то знаем, что все вышло совсем иначе. Да и сам он, называя людей машинами забвения, не очень верил, что люди перестанут организованно убивать друг друга.

Немец Эрих Мария Ремарк написал «На западном фронте без перемен» , англичанин Ричард Олдингтон написал «Смерть героя» , а француз Анри Барбюс - "Огонь". Из этих трёх романов "Огонь" - самый натуралистично-беспощадный. Смерть здесь повсюду: дышит в затылок, бросается в глаза, душит зловонием. Нельзя подготовиться к такому честному стремлению показать смерть. Теряешь веру в человечество, когда остаёшься один на один с этой воющей болью, с бесконечным страхом и бредом войны.

Барбюс собрал голоса своих боевых товарищей, и во многом его роман — это хор диалогов о самых разных вещах, это задокументированная правда из окопов. Роман не обладает целостностью, он как будто склеен из фрагментов разной степени удачности, но честность этой книги подкупает.

Текст жив и наполнен простой речью, а слог Барбюса не поэтичен и не замысловат: автор крепкий реалист, который обязан донести правду о войне, голую и страшную. Вся безнадёжность ситуаций: мерзкий, противоестественный быт, постоянное гнетущее ожидание боя, невероятная усталость — постоянные спутники солдат. Грязь и голод, холода и внутреннее опустошение, вызванное слишком близким соприкосновением со смертью.

Апокалиптические картины боёв выматывают, тот самый огонь выжигает если не тело, то душу солдата, чтобы он никогда не смог быть прежним. Картины мирного дома становятся причудливыми миражами, за которые цепляются израненные, умирающие, хрипящие в грязи люди. Одновременно с этим мы читаем и про людей, которые, изящно подмазав где надо, оказываются на тёплых и сытых позициях в тылу, и даже про тех, кто наживается на убое других. Сравните десятки ненужных канцелярских должностей где-то далеко-далеко от линии фронта с бесправием солдата, которого в любой момент могут бросить в бой, как дрова в печку.

Неудивительно, что социализм казался Барбюсу столь привлекательным. Он ведёт свою книгу к выводам вполне понятным: война — это кошмар, капитализм зарабатывает на войнах, будет простой человек управлять сам своей жизнью — будет всем благо. Увы, эта система, как мы знаем, не работает, но как мог Барбюс предвидеть это в 1916 году...

Для меня самым большим недоразумением остаётся тот факт, что всё забывается. Даже такой невообразимо кошмарный опыт, как война. Барбюс сомневается в связи героизма и войны, и это, как я думаю, очень важный момент, особенно когда каждый год в мае от некоторых людей слышишь это отвратительное "можем повторить"... Не надо подменять понятия. Война — это кровь, оторванные части тел, невероятные страдания и ужас, ужас. Не надо повторять это дерьмо, и стремиться к нему с фанфарами и развевающимися знамёнами тоже не надо.

Неужели надо обожествлять пожар, потому что красиво спасать погибающих?