Текст книги "Принц меридиана"

Люси Баллантайн

Время остановилось. Свечи погасли, как и огонь в камине. Чёртовы иглы зависли под потолком. Леденящий холод заполнил комнату, расписав оконные стёкла морозными узорами. Джейд присела на корточки рядом с Люси и испуганно посмотрела на Генри.

– Чёрт! Опять! – воскликнул тот и склонился над сестрой. – Скорее! Ей нужно тепло. Давайте положим её на диван у камина.

Он поднял Люси и знаком попросил Джейд ему помочь. Она подбежала к дивану и сместила подушки, сказав:

– Это наверняка из-за силенциума.

Орла тоже подбежала.

– Что это с ней? Ещё не привыкла к остановкам времени?

– Никакая она не наследница! – крикнул Майкл Уиллоуби из толпы любопытствующих.

Джейд сердито поджала губы. Этот парень ещё в прошлом году начал действовать ей на нервы своими постоянными попытками обратить на себя всеобщее внимание.

– Она без конца падает в обморок, – сказал Генри, когда они с Джейд и Орлой перенесли Люси из столовой в гостиную и положили на диван. – А ведь ей два месяца назад исполнилось пятнадцать.

– Как ты думаешь, с чем это связано? – спросила Джейд, глядя на девочку, которая лежала, безжизненно свесив руку.

Её дыхание было частым и неглубоким.

– Доктор Смит говорит, такое иногда бывает, когда ген времени проявляется слабо, – ответил Генри, пожав плечами.

Вдруг кто-то ликующе выкрикнул его имя, и в комнату ворвалось нечто серебристое.

– Леди Сибилла! – воскликнул молодой человек и обрадованно улыбнулся призрачной даме, зависшей в воздухе прямо перед ним. – Вы выглядите отдохнувшей и посвежевшей. Сколько же мы с вами не виделись?

– Долго, Генри, очень долго! – простонала леди Сибилла и кокетливо поправила мелкие локоны (на гальюнной фигуре, из которой она выпорхнула, они были выкрашены ярко-жёлтой краской). Увидев девочку, лежащую на диване, дама-призрак вздрогнула. – А это ещё кто?

– Это Люси, – ответила Джейд. – Они с Генри приехали вместе.

Леди Сибилла подбоченилась и грозно посмотрела на своего любимца.

– Как это так – «приехали вместе»?

Генри улыбнулся, немного смутившись – вероятно, потому что его общение с призрачной дамой мгновенно увеличило число слушателей.

– Очень просто. Не мог же я отправить её одну в дальнюю дорогу, да ещё и в таком состоянии. Она без конца теряет сознание.

– Кому это интересно? – фыркнула леди Сибилла и, подлетев к девочке, подняла и отпустила её руку, которая тут же упала. – Хм… Похоже, не притворяется…

– Это интересно мне, – тихо сказал Генри. – Люси для меня всё.

– Что значит «всё»?

– У вас, наверное, нет сестры, леди Сибилла?

– Сестры? – эхом повторила дама-призрак и забарабанила серебристыми полупрозрачными кулачками по груди Генри. – Почему же ты раньше не сказал?!

– Что за шум? – важно спросил ещё один дух – мужчина в адмиральском кителе, проникший в комнату через потолок. – Ах, это всего лишь обморок при силенциуме. Причин для беспокойства нет, это обусловлено возрастом, – заявил он, оглядев Люси с видом знатока, и подлетел к другим новициям. – Добрый вечер! Тех, кто прибыл к нам впервые, я рад приветствовать в «Чёрном лебеде». Радует, что вы остались в сознании! Позвольте представиться: я маршал Семи Морей. Омыт всеми водами. Возглавляю Союз свободных духов-защитников. – Заметив, что новенькие поглядывают на него с опаской, он ободряюще прибавил: – Не бойтесь нас, мои дорогие. Вы скоро привыкнете к нашему присутствию. – Маршал сделал глубокий вдох, чтобы продолжить свою речь, и вдруг поморщился: – А чем это так неприятно пахнет?

Некоторые новиции засмеялись.

– Спросите Джейд Райдер, – сказал Генри и улыбнулся.

– Письма! – воскликнула Джейд, спохватившись.

Все конверты выпали у неё из рук, когда Люси потеряла сознание, и, наверное, до сих пор валялись на полу в столовой.

В следующую секунду смех новициев резко стих: огромная драконья голова высунулась из камина и изрыгнула пламя, едва не коснувшееся Люси. Кто-то даже вскрикнул от испуга.

– Без паники! – умиротворяюще произнесла Орла и подбежала к столу для новициев. – Это наш каминный дракон. Во время силенциумов он продувает своим огнём дымоходы, чтобы теневые псы не могли проникнуть к нам по трубам. Это пламя тут же гаснет, видите?

– Ну так вот, Генри, – сказала леди Сибилла своему любимцу и провела рукой по его подбородку. – Моё предложение остаётся в силе. Одно слово – и я заберу тебя отсюда в царство духов.

– Хорошо, – усмехнулся Генри. – Я дам вам знать, когда буду готов.

В следующую секунду все призраки исчезли. Время пошло дальше. Огонь в камине и свечах в канделябрах снова затрепетал, в настольных часах посыпался песок, в помещении сразу стало теплее. Джейд посмотрела на Люси и испуганно вздрогнула: девочка дрожала всем телом, и губы у неё были совсем синие.

– Что с ней? – спросила Джейд, склонившись над диваном.

– Чёрт возьми! – воскликнул Генри и, взяв Люси на руки, поднёс её к огню. – Ну давай же! Согревайся!

Джейд встревоженно переглянулась с Орлой. Тоже подойдя к камину, та принялась шарить по карманам брюк.

– Где-то тут у меня был… Ага, вот он. Это должно помочь.

Она достала чёрный шарик размером с горошину, разломила его пополам и растёрла пальцами содержимое скорлупки. Получился тёмный порошок, который Орла, опустившись на колени рядом с Генри, всыпала в рот его сестре. Люси вдруг закашляла.

– Что ты наделала? – испугался молодой человек.

– Да ты смотри, – сказала Орла.

Лицо девочки постепенно приобрело нормальный цвет, губы порозовели и перестали дрожать. С трудом веря собственным глазам, Джейд тоже опустилась на колени и внимательно посмотрела на Люси, всё ещё лежавшую на руках брата.

– С ума сойти! Орла, как тебе это удалось?

– Опять? – прошептала девочка, проснувшись.

Генри кивнул. Их взгляды пересеклись, и Джейд подумала, что Генри впервые открылся перед ней полностью. Сейчас он был таким встревоженным, таким уязвимым…

– Что за чудодейственное средство ты применила? – спросил Генри, переведя благодарный взгляд на Орлу.

– Окуренные дымом плоды мышиного горошка, – ответила та, вставая. – Такие шарики продаются в «Ведьмином зелье». Ей желательно всегда иметь парочку при себе.

Одетта появилась в дверях столовой и стала подбирать с пола конверты.

– Это что – письма для новициев?

– Да! Они выпали у меня из рук, когда Люси потеряла сознание, – крикнула Джейд, обернувшись.

Одетта посмотрела на девочку, которая сидела у камина, прислонившись к Генри, и грела руки у огня.

– Что с ней? – спросила она.

– Люси упала в обморок, как только начался силенциум. А потом вдруг вся задрожала, – ответила Джейд. – Но Орла знает средство от этого.

– Правда? – произнесла Одетта встревоженно и в то же время с любопытством. – Тебе уже лучше, Люси? – Девочка кивнула. – Так что же ты ей дала, Орла?

– Измельчённые плоды мышиного горошка. Они хорошо удерживают тепло – миз Мэллоуз всегда так говорит.

– Ах да, мне они тоже чудесно помогали. Только я почему-то не запомнила, что у них такой неприятный запах.

Ребята с улыбкой переглянулись, и Джейд кивнула на конверты, которые тётя держала в руках.

– Сегодня в полдень жаба мистера Страута предсказала остановку времени, сидя на этих письмах.

Одетта недоверчиво понюхала их и наморщила нос.

– Фу! Да так у меня все новиции в обморок попадают! – Тем не менее она подошла к ученическому столу и объявила: – Письма доставлены! Теперь каждый из вас может узнать, есть ли у него ген времени, и если да, то какие магические способности он даёт.

Столовая наполнилась гулом взволнованных голосов.

– Идём, – сказал Генри и подал руку сестре, которая всё ещё сидела на полу у камина. – Не бойся: следующая остановка времени наверняка будет нескоро. Я успею забежать в «Ведьмино зелье» за мышиным горошком, и ты больше не замёрзнешь.

– Хорошо бы, – произнесла Люси так тихо, что Джейд едва расслышала её слова в гуле голосов.

Впрочем, для того чтобы выразить свой страх, ей не было нужды говорить. Взгляд, который Люси бросила на брата, был красноречив.

Все вчетвером они подошли к столу, где Одетта уже начала раздавать письма.

– Волнуешься, наверное? – спросила Орла и, сев между Джейд и Люси, положила на тарелку кусок тыквенного пирога.

Джейд подалась вперёд и повернула голову, чтобы увидеть лицо девочки. Та нахмурила брови.

– Томми! – сказала Одетта и передала письмо мальчику, который взял его и скривился:

– Фу, как воняет!

– Мила Браун!

– Джейкоб Трембли!

– Я принцесса! – воскликнула светловолосая девочка, прочтя своё письмо, и её щёки зарумянились.

– А я принц, наследник минуты. Значит, у меня задатки мага, – заявил какой-то долговязый парнишка.

– Люси Баллантайн, – сказала Одетта, с улыбкой протянув письмо сестре Генри.

Та схватила конверт и тут же спрятала в карман.

– Эй! Тебе разве не интересно, к какой группе ты принадлежишь, если у тебя вообще есть ген времени? – удивилась Орла.

Но Люси, не ответив, продолжала упрямо смотреть в пустую тарелку.

– Ну как знаешь, – проговорила Одетта и удивлённо переглянулась с племянницей.

В тот вечер новиции ещё долго сидели в столовой, обсуждая полученные результаты. Чарли Андерсон, талантливый молодой маг, демонстрировал новичкам метание огня, а Генри, поддавшись на уговоры Орлы, сделал так, что пальцы его левой руки стали прозрачными и серебристыми, как у призрака. Все с волнением ждали завтрашнего школьного собрания: ребятам не терпелось узнать, кого каждый из новичков получит в наставники. Только Люси весь вечер просидела молча, не вставая со своего места.

Потом, поднявшись в свою тайную комнатку, Джейд и Орла угостились шоколадным пудингом, который утащили со стола. Из башни им было видно, как Генри пересёк Рынок часовщиков и постучал в дверь «Ведьминого зелья».

– Пришёл за мышиным горошком для Люси, – сказала Орла. – Эти шарики лежат на полке слева, рядом с другими средствами против неприятных последствий силенциума. Шипучий напиток из горошка мохнатого согревает ещё лучше, но после него страшно икают.

В «Ведьмином зелье» загорелся свет, и Генри вошёл внутрь.

– Похоже, теперь у него не будет ни минутки свободного времени, – заметила Орла.

Джейд кивнула.

– Эта Люси, мягко говоря, странная. Ты когда-нибудь слышала, чтобы наследник, которому два месяца назад исполнилось пятнадцать, продолжал падать в обморок при каждой остановке времени?

– И письмо она не захотела прочесть, – шёпотом прибавила Орла.

– Может, Майкл прав и она действительно не наследница? – предположила Джейд, и сама удивилась тому, какой приятной показалась эта мысль.

Дверь «Ведьминого зелья» снова открылась. Генри вышел, сделал несколько шагов по площади и, остановившись, поднял голову. Джейд вздрогнула.

– Спокойно! Он нас не видит, – прошептала Орла.

– Не уверена, – ответила Джейд. – Смотрит-то как…

– Даже если он нас заметил, ничего страшного. Кстати, что у тебя с ним?

– В каком смысле? – Джейд смотрела на Генри до тех пор, пока он не исчез из виду, а потом перевела взгляд на подругу. – Окей, окей. Мы один раз поцеловались, но он сразу же извинился. Это был поцелуй по ошибке, не более того.

– Ах, какая прелесть! – воскликнула леди Поммери. Влетев в башенную комнатку, она села на подоконник рядом с Орлой и с интересом воззрилась на Джейд большими призрачными глазами. – Ошибочные поцелуи! – Она запрокинула голову и громко рассмеялась. Девочки даже испугались, как бы её хохот не перебудил весь пансион. – Скажешь тоже! В твоей жизни, вероятно, никогда не будет поцелуя более честного и более страстного, чем тот, который ты назвала ошибочным. Поверь, уж я-то в этом разбираюсь. Вспоминается мне один случай… – Призрачное лицо просияло, глаза блаженно заблестели. – Я вам когда-нибудь рассказывала про Дика Смайта?

– Да, – простонала Орла, – и не однажды.

Леди Поммери отмахнулась.

– Ничего страшного. Такую историю не вредно послушать лишний раз. – Она прижала руку к груди и начала: – Была ночь – такая холодная, что всё покрылось блестящей коркой льда. При луне нас, духов, нетрудно принять за людей, особенно если идёт густой снег. Корабль наш стоял в Лите, в Шотландии. Вся команда отправилась в ближайший паб, а я крепко спала в своей гальюнной фигуре. Вдруг меня разбудили чьи-то шаги. По судну шатался чужой человек – несомненно, вор. Я вылетела и стала искать злоумышленника, прихватив с собой якорную цепь, чтобы ударить его. Поднимаюсь я на палубу и вижу: он действительно стоит там – мужчина. Я замахиваюсь, подхожу ближе, и тут со мной что-то происходит. Я бросаю цепь и целую его. Ха!

Леди Поммери мечтательно подпёрла щёки руками и устремила влюблённый взгляд в никуда.

– Вы, духи, тоже можете целоваться? – удивилась Джейд.

– Ты, я вижу, не романтик, – с улыбкой заметила Орла.

– Ещё как можем, – ответила леди Поммери с придыханием и широко раскрыла глаза. – Для поцелуя, дитя моё, нужна прежде всего душа. А у Дика Смайта она была.

– Что же произошло потом? – заинтересованно спросила Джейд.

Орла завершила рассказ:

– Леди Поммери выронила цепь, Дик испугался и слинял.

Джейд была разочарована.

– И всё?

– Нет, не всё! – воскликнула дама-призрак. – Это только начало. Потом Дик Смайт каждый день приходил в порт и спрашивал моряков, не видел ли кто-нибудь женщину, немного похожую на гальюнную фигуру такого-то корабля. Бедняга влюбился в меня без памяти: посвящал мне стихи и песни, часами глазел на мою деревянную оболочку. Но что я могла сделать?

– Больше вы его не целовали? – спросила Джейд.

Леди Поммери засмеялась:

– Разумеется, нет! Я никогда не целую одного и того же мужчину дважды. Второй поцелуй разрушает чары, убивает страсть. – Поднявшись с подоконника, призрачная дама пролетела сквозь стену, но через секунду вернулась: – Думаешь, Дик Смайт сочинил бы все эти песни обо мне, если бы мы без конца целовались? Доброй ночи, мои юные сердечки.

– Вот ведь как! – захихикала Орла. – Если хочешь, чтобы Генри тебя боготворил, то больше никаких поцелуев!

– Да ну тебя! – улыбнулась Джейд.

Она прислонилась лбом к прохладному стеклу и с глубоким волнением посмотрела на площадь. Генри всё-таки вернулся.

* * *

Утро первого сентября выдалось ясным. На Рынке часовщиков было ещё тихо, а в «Чёрном лебеде» уже вовсю кипела жизнь. Из столовой доносились возбуждённые голоса. Почти все новиции надели джинсы и рубашки поло с эмблемой своей наследственной группы. Учеников академии не заставляли носить форму. Они сами одевались единообразно, потому что никому не хотелось выделяться. Почти все наследники часа носили рубашки и пуловеры бордового цвета, наследники минуты – тёмно-зелёного, наследники секунды – чёрного.

К этому учебному году Джейд купила себе всё чёрное: поло, джемпер, куртку с капюшоном. Располагать таким количеством денег было непривычно. Хватило не только на одежду, но и на рюкзак, тетради, карандаши и чехол с пряжкой для рукоятки противодемонического меча. С тех пор как она поселилась в Гринвиче, мастер Гридлок стал перечислять для неё на счёт Одетты арендную плату, которую брал с леди Грэм за пребывание в поместье. Теперь Джейд зажила совсем новой жизнью. Орла тоже не чувствовала себя стеснённой в средствах, потому что на каникулах хорошо подзаработала в «Ведьмином зелье».

Балансируя тарелками, нагруженными поджаренным хлебом, маслом и джемом, подруги направились к ученическому столу, за которым почти не осталось свободных мест. Все оживлённо разговаривали, особенно первокурсники, обсуждавшие своих будущих учителей. Только Люси, сидевшая рядом с братом, молчала и даже не поднимала глаз.

– Я волнуюсь, как новенькая, – сказала Орла, плюхнувшись на стул по другую сторону от Генри.

– Сегодня мы сами можем стать чьими-то наставниками, – заметила Джейд.

– Вряд ли. Вы ведь ещё только на втором курсе, – сказал Генри, покачав головой. – Менторство Лавены Паркер над Мэтом в прошлом году было устроено в порядке исключения. Обычно назначают только третьекурсников. – Он достал из кармана рубашки какой-то маленький листочек. – Часто назначают даже тех, кто уже выпустился. Меня вот тоже вызвали на сегодняшнее школьное собрание, поэтому мне пришлось в первый же день отпроситься из мастерской.

– Ах да, – сказала Джейд и раздражённо взглянула на Люси, которая уныло ковыряла овсянку, затем с улыбкой повернула лицо к Генри и продолжила: – Ты ведь теперь учишься у мистера Линнакера. Это здо́рово, тебе повезло. Он очень привередлив в выборе учеников. Говорит, ты первый, кого он взял за последние семь лет. Мне кажется, самое сложное – это изготавливать магические песочные часы.

Генри радостно ответил на улыбку Джейд.

– И не говори! Во время практики я видел, как мистер Линнакер их делает. Высший пилотаж!

– Я тебе по-хорошему завидую, – призналась Джейд, восхищённо глядя на Генри. – Буду часто заходить, чтобы посмотреть на тебя за работой.

Люси воткнула ложку в кашу и бросила на собеседницу брата нервозный взгляд.

– Похоже, Генри, у тебя совсем не останется времени для менторства, – сказала Орла, встав, и придвинула свой стул к столу. – А я так даже и не хочу быть ничьей наставницей. Хватит с меня подработки в «Ведьмином зелье» и болтовни леди Поммери. – Она наклонилась, чтобы допить чай. – Больше никакой лишней нагрузки! Свобода! Кстати, поздравьте меня: сегодня моё первое утро без Питера Полькинса. Думаю, вы меня понимаете.

Джейд улыбнулась Генри, но он не изменился в лице.

– Ты идёшь? – спросила Орла, обратившись к подруге, и поставила чашку на стол.

Встретив мрачный взгляд Люси, Джейд с ободряющей улыбкой сказала:

– Я в первый день тоже нервничала. Но ты не волнуйся. Всё наладится.

Люси опять не ответила, и тогда Джейд вспылила:

– Послушай! Ты все три года собираешься молчать или как?

– Идём уже, – поторопила Орла подругу и, криво улыбнувшись, сказала Люси: – Или ты начнёшь с нами разговаривать, или мы притащим в твою комнату леди Поммери. Уж она-то развяжет тебе язык.

Они с Джейд весело засмеялись и вышли из столовой, а Генри и его сестра озадаченно переглянулись.

– Если серьёзно, – тихо сказала Орла, – девчонка ведёт себя так, будто мы ей враги. Но это только до тех пор, пока она не увидела Зельду Брайс.

– Кстати, о Зельде Брайс, – вздохнула Джейд. – В этом учебном году мне придётся терпеть её каждый день.

– Тогда пойдём скорее и разберёмся с ней! Теперь, когда я отделалась от Питера Полькинса, мне всё нипочём, – заявила Орла, сияя.

Школьное собрание

Распахнув двери «Чёрного лебедя», Орла широко раскинула руки.

– Какое утро! Солнце светит! Питер Полькинс глаза не мозолит!

Подруги спустились с крыльца. Из всех домов, обступивших Рынок часовщиков, и из ближайших переулков на площадь стекались новиции. Собираясь маленькими группками, они направлялись к наружной лестнице, которая брала начало от здания пансиона и вела вниз – в подземный переход, соединяющий этот жилой квартал с Тайм-Хаусом.

Влившись вместе с Орлой в общий поток, Джейд невольно вспомнила Мэта. Прошлой осенью он каждый день ждал её у этих ступеней, прислонившись к перилам, а теперь его здесь не было.

– Уф! – выдохнула она. – Мне лучше совсем не думать о Зельде Брайс, а то меня сразу начинает тошнить. Если бы Мэта не отправили домой, я бы училась в её классе вместе с ним. Было бы всё-таки легче.

– Да, понимаю тебя, – ответила Орла и нажала на ручку металлической двери, ведущей в туннель. Не успела девочка потянуть её на себя, как дверь толкнули с другой стороны.

– Поаккуратнее! – крикнул из подземного коридора кто-то, неразличимый в темноте. – Интересно, почему бы новым ученикам перед поступлением в академию не почитать хоть каких-нибудь книг по истории нашего сообщества? Знание правил существенно облегчило бы ситуацию для всех. В туннеле мы не бегаем. И в первый день новиции спускаются сюда только в сопровождении одного из членов Суда времени…

– Питер Полькинс! – удивленно вскричала Орла и вдруг покраснела.

– Орла Дорчестер! – воскликнул молодой человек с той же интонацией и, выйдя на свет, оглядел свою бывшую подопечную с ног до головы. – Ты не ушиблась? – спросил он неожиданно мягко.

Джейд усмехнулась. Между её подругой и Питером искрило. Это заметила бы даже слепая гальюнная фигура.

– Всё окей, – улыбнулась Орла.

Молодой человек снова состроил строгое лицо.

– И зачем же ты тут бегаешь?

– Бегаю? – удивилась Орла. – Я? Как будто мой ментор на первом курсе не капал мне каждый день на мозги, долдоня правила!

– Ну то-то же. – Питер перевёл взгляд на Джейд и кивнул: – Привет. Вчера на суде ты выступила безукоризненно.

Она пожала плечами.

– Спасибо, но мне не пришлось ничего делать. Я просто говорила правду.

– К сожалению, не все в это верят, – пробормотал Питер и, ещё раз кивнув, поднялся по ступеням на площадь.

– Надо же было напороться именно на него! – прошептала Орла.

– Кстати, – крикнул Питер Полькинс сверху, перегнувшись через перила. – Я иду за новыми учениками, чтобы привести их в Тайм-Хаус. Ещё увидимся!

Орла закатила глаза. Джейд взяла её за руку и потащила в туннель. Со стен подземного перехода выступали гальюнные фигуры, редко расположенные факелы отбрасывали слабый свет. В конце коридора новеньких, как и в прошлом году, поджидала Арана Мур.

– Пожалуйста, приготовьте письма, которые вы получили, и берите один факел на несколько человек. А то мистер Страут замучается относить их обратно, – выкрикивала распорядительница, указывая прибывающим, куда идти.

Джейд с Орлой, взяв со стены горящий светильник, поднялись в Тайм-Хаус, по пути несколько раз перешагнув через нулевой меридиан. Когда они приблизились к распахнутым дверям зала суда, сердце Джейд забилось, как год назад. Войдя, она с волнением огляделась. С потолка свисали три знамени с эмблемами наследственных групп. Кое-кто из второкурсников и третьекурсников уже сидел на скамье под своим флагом. Орла повернулась к подруге и спросила:

– Ты непременно должна именно сегодня перейти к наследникам минуты?

Джейд кивнула.

– Да, мастер Гридлок так решил.

– Тогда встретимся позже, – сказала Орла и села под знамя с латинской надписью «Secunda».

Джейд заняла место справа, под флагом «Minuta». В зале пока было мало народу, но Лавена Паркер уже пришла и уселась позади Орлы. Они принадлежали к одной наследственной группе.

Слева стояли почти пустые скамьи для наследников часа. На знамени над ними было написано: «Hora».

Джейд оглядела зал суда. Ровно год назад, первого сентября, на таком же школьном собрании она узнала, что унаследовала все три разновидности гена времени. По словам мастера Гридлока, до сих пор в истории их сообщества такого не бывало. На первом курсе Джейд изучала оборотничество вместе с наследниками часа. Однажды, благодаря своему дару превращения, она подслушала разговор Зельды Брайс и Лавены Паркер ушами белочки, сидевшей на ветке в Гринвичском парке. Занятия по перевоплощению вёл сам мастер Гридлок, и Джейд уже скучала по ним. Теперь ей, как и другим наследникам минуты, предстояло учиться магии у ненавистной миз Брайс.

В зале становилось всё более и более шумно, ряды быстро заполнялись. Питер Полькинс привёл первокурсников и принялся рассаживать их.

– Если в вашем письме сказано, что у вас выявлен ген секунды, то вам сюда… Привет, Орла! В середине садятся наследники минуты, а там, слева, – наследники часа.

Пока Арана Мур раздавала листки с текстом школьного гимна, Джейд изучала бледные, взволнованные лица новичков, ища взглядом Люси. Та сидела среди наследников секунды, в последнем ряду, возле брата, который нежно гладил её руку. Джейд сглотнула. Почему ей именно сейчас захотелось оказаться на месте этой девочки?

Питер Полькинс сел слева от Джейд и устремил взволнованный взгляд на маленькую дверцу возле огромных часов.

– Приём новых учеников – это такой торжественный момент…

– Скажи, Питер, а какие предметы ты будешь преподавать? Ты ведь теперь работаешь в академии, – спросила Джейд, но в этот момент в зал вошли мастер Гридлок, Зельда Брайс и Ивлин Григгс.

– Ш-ш-ш… – сказал Питер.

Несколько духов-защитников выпорхнули из гальюнных фигур и выстроились перед судейским столом. Под управлением своего дирижёра, мистера Фарага Табу Табу, они исполнили школьный гимн:

 
Если ты наследник времени,
То приди и клятву дай!
В нашей славной академии
Ты постигнешь много тайн!
 
 
Час – наш мастер превращений,
А минута – ловкий маг,
А секунда – привиденье.
Время здесь тебе не враг!
 

Затем мистер Фараг Табу Табу развернулся и, поправив съехавший набок тюрбан, настойчиво обратился к залу: «А теперь все вместе! Не стесняемся!» – после чего гимн был исполнен повторно.

Питер Полькинс горланил так старательно, будто его самого только что приняли в академию. Джейд наблюдала за ним с улыбкой, а когда он ещё и прижал руку к сердцу, с трудом удержалась, чтобы не рассмеяться.

– Ну вот, – удовлетворённо кивнул мистер Фараг Табу Табу.

Когда духи-защитники вернулись в свои гальюнные фигуры, мастер Гридлок приветливо оглядел зал.

– Поздравляю вас всех с началом учёбы! В этом году, как и в прошлом, все дети членов нашего сообщества, которым исполнилось пятнадцать лет и которых мы пригласили для сдачи анализа крови, успешно прошли тестирование на наличие гена времени и зачислены в академию. Это, конечно же, прекрасная новость.

Питер Полькинс громко зааплодировал, остальные последовали его примеру.

– Прежде чем мы приступим к назначению менторов, – начал магистр и помолчал, чтобы зал затих, – я хочу сделать объявление. С радостью сообщаю вам о том, что в Академии часовщиков появился новый младший преподаватель – Питер Полькинс. Он будет помогать нам вести занятия по истории наследников времени и оборотничеству. Уже в прошлом году он продемонстрировал блестящее владение этими предметами.

В зале опять стало шумно. Джейд удивлённо посмотрела на соседа.

– Ты будешь преподавать оборотничество? Но ты ведь маг, разве нет?

Видимо, этим же вопросом задались и другие новиции. Многие зашушукались, кто-то даже свистнул. Питер Полькинс густо покраснел, но всё равно гордо улыбнулся мастеру Гридлоку, а потом шёпотом ответил Джейд:

– Конечно, я маг. Но и в других предметах тоже неплохо разбираюсь. При должном старании можно научиться почти всему.

Озадаченная таким ответом, Джейд подалась вперёд, чтобы переглянуться с Орлой, но та никого вокруг не видела, кроме своего бывшего ментора.

– Мы желаем нашему молодому коллеге всяческих успехов в педагогической деятельности! – громко произнёс мастер Гридлок, заставив расшумевшихся новициев притихнуть.

– Говорите за себя, – вмешалась Зельда Брайс. – Я, кажется, не уполномочивала вас высказываться от моего имени. И не голосовала за назначение мистера Полькинса.

Проигнорировав этот выпад, магистр продолжил:

– Как вам наверняка уже известно, вместе с одной из трёх разновидностей гена времени вы наследуете определённые задатки. Наследники часа в большей или меньшей степени наделены даром оборотничества, наследники минуты преуспевают в магии, а наследники секунды вхожи в мир духов. – Магистр достал и развернул какой-то документ. – К какой группе принадлежит каждый из вас, сообщалось в письмах, которые вы вчера получили. Кстати, мне стало известно, что они оказались с сюрпризом.

Ребята опять зашумели. Джейд уловила обрывки фраз вроде «ароматическая бомба» или «чуть глаза не повыело».

– Продолжим! – сказал мастер Гридлок, усмехнувшись. – Помимо специальных предметов в нашей академии преподаются и общие. Их вы будете изучать без разделения на наследственные группы. Через несколько минут, перед началом уроков, вам раздадут учебные планы. А прямо сейчас вы, дорогие первокурсники, узнаете, кто станет вашими менторами и будет помогать вам на тренировках по борьбе с демонами. После этого мы приступим к занятиям.

В зале воцарилась тишина. Джейд с любопытством огляделась, Орла беспокойно заёрзала, Генри что-то прошептал на ухо Люси, а Питер Полькинс по-прежнему смотрел на мастера Гридлока и улыбался. Тот начал зачитывать список:

– Томми Дейвис получает в наставницы Эмбер Мортон. Мегги Мартин – ментор Теи Робертс, Ива Джонс – Майкла Смита, Лавена Паркер – Люси Баллантайн.

Обернувшись, Джейд увидела, что Генри смотрит на магистра широко раскрытыми глазами.

– Но мастер Гридлок! – воскликнул он, вскочив. – Здесь, наверное, какая-то ошибка! Вы же собирались назначить меня…

– Генри, – мягко сказала Ивлин Григгс. – Мы вчера подумали ещё раз и пришли к выводу, что Люси больше подойдёт наставница, которая сама продолжает учиться в академии.

– С каких это пор новиции, вернее, бывшие новиции вмешиваются в решение подобных вопросов? – язвительно проговорила Зельда Брайс.

Магистр поднял руки, как бы защищаясь.

– Генри, – сказал он, – пожалуйста, зайди ко мне в кабинет вместе с сестрой и Лавеной. Там мы…

Раздался звук глухого удара. Люси Баллантайн без сознания лежала в проходе. Через секунду все свечи в люстре и все плошки погасли. Духи-защитники вылетели из ярко раскрашенных деревянных фигур и, источая серебристый свет, повисли над золотой линией, которая, расступившись, превратилась в скалистое ущелье. В мёртвой тишине раздался голос мастера Гридлока:

– Генри, скорее!

Он указал на Люси, и Джейд вскочила, сразу поняв, что магистр имеет в виду: девочка лежала прямо на расходящемся меридиане!

Кто-то из новициев испуганно вскрикнул, почувствовав холод, который ворвался в зал из теневой расселины и с которым ничто не могло сравниться – даже зимняя стужа. Казалось, будто этот мороз сковывает человека, мгновенно проникая в его сердце.

– Сохраняйте спокойствие! – призвал новициев Питер Полькинс, доставая противодемонический меч. – Здесь вы в безопасности! Посмотрите на всех этих духов-защитников: они стерегут нулевой меридиан и следят за тем, чтобы ни один теневой пёс или другой демон не проник сюда из преисподней.

Генри легко, как пёрышко, поднял Люси и быстро направился к выходу. Джейд хотела последовать за ними, но не успела: расселина широко раскрылась, разделив зал на две половины. Из ущелья веяло леденящим холодом и смрадом. Орла, оставшаяся на другой стороне, подняла меч, точно так же, как её бывший ментор.

– Что не так с сестрой Генри? Кто-нибудь знает? – тихо спросил Питер у Джейд.

Та удивлённо обернулась:

– Я думала, ты знаешь. Миз Григгс ведь сказала, что вы вчера совещались насчёт Люси.

– Да в том-то и дело, – ответил Питер, обводя зал бдительным взглядом. – Официального заседания Суда времени не было.

– То есть как?

Джейд удивлённо подняла брови и, стараясь согреться, потёрла ладонями плечи.

– Наверное, они всё решили втроём. – Питер кивком указал на мастера Гридлока, Зельду Брайс и Ивлин Григгс, которые наперебой призывали новициев к спокойствию. – Всё бы ничего, да только… – Полькинс осёкся.