Книга: Волны гасят ветер - Аркадий и Борис Стругацкие

Впечатления остались вот какие.

Как часто это случается с многологиями, каждая следующая хуже предыдущей. "Обитаемый остров" написан в фирменном стиле Братьев. Я бы его оценил положительно, скажем, в 7/10. "Жук в муравейнике" тянет только на нейтральную оценку, т.е. 5 или 6/10. "Волны гасят ветер" представляет собой многозначительный выпендрёжный бред, у меня такое уходит в отрицательную область, пусть будет 4/10.

Отдельно отмечу некоторые детали.

Мне импонирует дух вдохновенного, а главное свободного, научного поиска, который Братья описали, когда их "Понедельник начинался в субботу". Кое-какие последние обломки той романтической эпохи мне повезло застать. В этих трёх произведениях всё не так. Чем дальше, тем всё больше, наука выполняет задачи, поставленные разнообразными начальниками. Часто учёным даже не говорят, в чём они, собственно, участвуют. Управляет всем жутчайшая бюрократия: шагу нельзя ступить просто так, кругом отчёты, распоряжения, разрешения, предписания, допуски [и, видимо, посадки]. Часто говорят о свободе, но, блин, будем честны: какая это на фиг свобода?

Теперь, Земля, по идее, это рассадник народного счастья. Авторы уже не говорят о великом коммунистическом завтра, как они это простодушно делали в ранних рассказах. Однако главные черты того коммунизма сохранились в неприкосновенности. Всем управляют неведомые Комитеты (всегда с Большой Буквы). Ничего не слышно о том, как люди в эти органы попадают. Нигде на Земле не пользуются деньгами. Всем хватает словесного поощрения. Например, начальник, может ласково сказать подчинённому "мой мальчик", а тот его назовёт не иначе как Экселенц... это в переводе на русский язык означает "вашест-ство". При этом считается в порядке вещей:

Организовать скрытое ментоскопическое наблюдение, а если потребуется – провести там поголовное принудительное, самое глубокое ментоскопирование…

(Ментоскопирование -- это не наблюдение ментов, как может показаться, а как раз наоборот, когда заглядывают в ваши мысли.) И вообще абсолютно все находятся под стеклянным колпаком. Все перемещения людей фиксируются. Если кто-то не зарегистировал своё местонахождение, это вполне может вызвать подозрение и тайную слежку. Ну и множество подобных тошнотворных подробностей я вижу в том обществе. Вот к примеру, Лев Абалкин оказался не таким как все. И что же? А ничего.

Не дай бог жить в их идеальном всеобщем счастье.

Своё бесконечно правильное мироустройство земляне успешно экспортируют "недоразвитым народам" на просторы вселенной. Для этого не требуется, чтобы кто-то их (нас) об этом попросил. Просто прилетим и осчастливим всех тайными мероприятиями. Будем справедливы: Братья и сами видят в этом определённые неоднозначности и даже противоречия. Они это за много лет до этого исследовали в истории Отеля "У погибшего альпиниста", а здесь постарались посмотреть на процесс с разных сторон, и это им удалось. Однако слово "Прогрессор" они продолжают писать с большой буквы. Это, очевидно, уважаемая профессия -- нести отсталым народам наше разумное-доброе-вечное. Не хочу развивать тему, но определённые завиральные идеи "прогрессорства" кое-где реализуются прямо сегодня...

Ну и, в довершение всего, стиль авторов со временем эволюционировал от ясности к чистому бреду и квантовой запутанности:

КОМОВ. Хорошо, хорошо. А что же все-таки такое – метагом? Каковы его цели, Даниил Александрович? Стимулы? Интересы? Или это секрет? ЛОГОВЕНКО. Никаких секретов. (На этом фонограмма прерывается. Все дальнейшее – 34 минуты 11 секунд – необратимо стерто.)

Секретов нет. Но от читателя мы утаим. Пусть сам придумает то, что мы не смогли. Ладно, бог с вами, Братья, как скажете...

В целом, в "Обитаемом острове" я получил примерно того, чего и ожидал от Стругацких. "Жук в муравейнике" прошёл нормально. Но от заключительной повести "Волны гасят ветер" просто тошнит. Сомневаюсь, что ещё когда-нибудь примусь за Братьев. Разве что перечитаю что-то проверенное.