Текст книги "Московский проспект. Очерки истории"
![](/books_files/covers/thumbs_240/moskovskiy-prospekt-ocherki-istorii-81732.jpg)
Автор книги: Аркадий Векслер
Жанр: Архитектура, Искусство
Возрастные ограничения: +12
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 57 страниц) [доступный отрывок для чтения: 16 страниц]
В. Ф. Бычков (1897–1943) – красноармеец, стрелок 1095-го стрелкового полка 324-й стрелковой дивизии. Убит в бою 22 февраля 1943 г. под д. Высокой. Похоронен в братской могиле в с. Хотисино Смоленской обл.[37]37
ЦАМО. Ф. 58. Оп. 18001. Д. 587. 1943.
[Закрыть].
С. А. Горячев (1924–1945) по окончании пехотного училища с сентября 1943 г. воевал в составе Первого Украинского, с февраля 1944 г. – в составе Второго Украинского фронта. 3 апреля 1944 г. командир 2-го огневого взвода батареи 627-го артиллерийского полка 180-й стрелковой Киевской Краснознаменой дивизии 7-й Гвардейской армии лейтенант С. А. Горячев приказом командира дивизии № 022/н награжден орденом Красной Звезды[38]38
База данных Министерства обороны РФ «Подвиг народа». Номер записи в базе данных: 30718705.
[Закрыть]. В апреле 1945 г. в боях на подступах к г. Вене, будучи командиром взвода управления 5-й батареи, принял на себя командование батареей после ранения ее командира. Батарея, выведенная на прямую наводку, в упор уничтожала живую силу противника. 1 мая 1945 г. противник оказывал сильное сопротивление. Находясь в передовых порядках пехоты, лейтенант С. А. Горячев вновь выкатил пушки на прямую наводку и беглым огнем уничтожил четыре станковых пулемета и до 25 немцев. В этом бою он был убит осколком снаряда. Похоронен 1 мая 1945 г. у с. Жрженовице (Чехословакия)[39]39
ЦАМО. Ф. 33. Оп. 11458. Д. 830. 1945.
[Закрыть]. Приказом командующего 24-го Гвардейского стрелкового Братиславского корпуса от 29 мая 1945 г. № 042/н лейтенант С. А. Горячев посмертно награжден орденом Отечественной войны I степени[40]40
База данных Министерства обороны РФ «Подвиг народа». Номер записи в базе данных: 41853238.
[Закрыть].
Н. П. Лященко (1905 – после 1941) – участник обороны Ленинграда, красноармеец, пропал без вести 31 августа 1941 г.
В. М. Саликов (1917–1944) – красноармеец, стрелок 52-й Гвардейской стрелковой дивизии. Убит в бою 25 июля 1944 г. Похоронен северо-западнее д. Туицы 7-го района Латвийской ССР.
П. Д. Стабизацкий (1905–1942) – участник обороны Ленинграда, красноармеец 1-го рабочего батальона. Умер от болезни 7 февраля 1942 г. Похоронен на Пискаревском кладбище[41]41
ЦАМО. Ф. 58. Оп. 818883. Д. 945. 1942.
[Закрыть].
Н. А. Цветков (1908 – после 1941) – участник обороны Ленинграда, красноармеец, слесарь 21-й танковой дивизии. Пропал без вести 18 августа 1941 г., находясь в обороне д. Кшерицы Новгородской обл.[42]42
ЦАМО. Ф. 58. Оп. 818883. Д. 820. 1941.
[Закрыть]
Здание включено в Единый государственный реестр объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации в качестве объекта культурного наследия регионального значения.
Дом № 9Главный (Первый) корпус Санкт-Петербургского государственного университета путей сообщения (СПбГУПС), бывшего Института Корпуса инженеров путей сообщения. Участки домов № 11–15/111, завершающих нечетную сторону проспекта до набережной реки Фонтанки и составляющих комплекс университета, имеют свою историю, начатую до времени, когда они оказались занятыми институтскими постройками.
Первое из зданий, специально построенных для Института Корпуса инженеров путей сообщения, возведено на Обуховском проспекте в 1823 г. архитектором А. Д. Готманом.
![](i_007.jpg)
Московский проспект, 9. Фото 2013 г.
В 1876 г. гражданский инженер Д. Д. Соколов перестроил здание химической лаборатории, числящееся по этому адресу.
В 1885 г. гражданский инженер А. А. Докушевский построил на третьем этаже домовую церковь Святого благоверного великого князя Александра Невского. Сейчас в помещении церкви находится читальный зал библиотеки «Колонный зал», который фактически является переходом из корпуса в корпус.
В 1914–1915 гг. здание надстроил гражданский инженер А. П. Максимов.
Отдельно стоящую часовню во дворе университета построили в начале XXI в. по проекту Ю. А. Никитина.
Далее мы остановимся на истории участков № 11–15/111, отведя собственной истории уникального учебного заведения отдельный очерк.
Дом № 11В 1840–1870-х гг. один из многочисленных участков табачного фабриканта коммерции советника Василия Григорьевича Жукова (1800–1892). Уроженец г. Порхова, Василий Жуков служил рассыльным в местном магистрате и исполнял всякую черную работу по дому у городничего Дирина. В 1818 г. тот послал смышленого парня в столицу обучаться столярному делу. Не получая плату за обучение, мастер вскоре прогнал ученика, который в поисках заработка недолго был маляром и дворником. И только в Каменном театре ему удалось проработать три года плотником и рабочим сцены. Знаменитый артист и драматург П. А. Каратыгин, игравший в Александринке, удивлялся: «Какой прозорливый мудрец мог бы тогда предвидеть, глядя на Васюху Жукова в грязном зипуне, что он сделает такую блестящую фортуну, будет ходить в мундире, вышитом золотом, и с регалиями на шее. Такие превращения почище театральных». Помог, конечно, «его величество случай»! Земляк Жукова, занимавшийся резкой табака, взял Василия в помощники. Однажды хозяин пригласил его на смотрины своей невесты, правда, уже беременной. А она заявила, что если и выйдет замуж, то только за Василия. В приданое ему дали 300 руб. (вместо обещанных хозяином 1400 руб.). На эти деньги в 1822 г. Жуков завел собственную торговлю, а в следующем году открыл свою табачную фабрику на углу Лештукова переулка и набережной Фонтанки. В петербургские купцы 3-й гильдии Жуков записался в 1825 г. (тогда такая гильдия еще существовала), свидетельство купца 2-й гильдии выбрал в 1829 г., а 1-й гильдии – в 1830-м. К тому времени его столичная табачная фабрика резко увеличила свои обороты и получила всероссийскую известность. Об этом свидетельствуют не только «Записки» Каратыгина, относящиеся к 1829–1830 гг., но и набросанное в 1833 г. стихотворение Пушкина «Французских рифмачей суровый судия». В нем высмеивались споры между поэтами Франции, нуждавшимися в деньгах, и давался совет «Заняться службою гражданской иль военной, / С хваленым Жуковым табачный торг завесть / И снискивать в труде себе барыш и честь…». Кроме пока ничем не примечательного дома на Обуховском пр., в 1854 г. Жуков, ставший в 1839 г. потомственным почетным гражданином, а в следующем – коммерции советником и кавалером, да еще и прославившийся как меценат, владел и домом, в котором когда-то начинал свое табачное дело, и жил в нем с супругой Марией Александровной[43]43
Путеводитель 60 000 адресов из Санкт-Петербурга, Царского Села, Петергофа, Гатчины и прочие. 1854. СПб., 1853.
[Закрыть], родившей ему в 1820 г. сына-первенца Матвея. В 1839, 1842 и 1846 гг. он избирался городским головой. Кроме табачной, Жуков владел бумагопрядильной и писчебумажной фабриками в Стрельне, банями в собственных домах в Спасской и Коломенской частях, дачами в Екатерингофе и Волынкиной деревне[44]44
Справочная книга о лицах, получивших на 1868 г. купеческие свидетельства по 1 и 2 гильдиям. СПб., 1868. С. 16.
[Закрыть].
![](i_008.jpg)
Московский проспект, 11. Фото 2013 г.
«Табачная» история бывшего участка Жукова на Обуховском, теперь уже Забалканском, проспекте связана с именем другого табачного фабриканта.
2 января 1873 г. купцами Адольфом Михайловичем Шопфером и Александром Николаевичем Шапошниковым была основана табачная фабрика «А. Н. Шапошников и К°». Поначалу она разместилась в Чернышевом переулке, в доме Ларионова. До этого дом занимала сигарная фабрика Шопфера. Шапошников заключил с Шопфером договор на три года, согласно которому 12 рабочих на двух ручных станках будут крошить табак и изготавливать папиросы. С этого времени началась история табачной фабрики и компании «А. Н. Шапошников».
Первые три года фабрика выпускала курительный табак и папиросы под маркой «Шопфер и Шапошников», но в 1876 г. Шапошников перевел фабрику на Забалканский проспект, в дом Жукова. Здесь фабрика начала работу 9 сентября 1876 г., и с этого времени все ее изделия выпускались под маркой «А. Н. Шапошников».
Начиная дело, купец 2-й гильдии А. Н. Шапошников (род. 1832, в купечестве состоял с 1869 г.) располагал лишь доходами от табачной лавки на Караванной ул., больших денежных средств у него не было. Первоначальным капиталом Александра Николаевича стали его личные качества: неиссякаемая энергия и настойчивость, способность доводить начатое дело до конца, знание всех тонкостей табачного промысла и предприимчивость. Нельзя было забывать и о конкурентах, ведь когда Шапошников основал свое производство, в Петербурге уже насчитывалось 24 фабрики.
Шапошников начинал дело с дюжиной работников и двумя ручными станками для крошки табака. Однако уже в первый год работы фабрики ее годовой оборот составил 52 980 руб. К 1877 г. на ней было занято уже около 200 человек.
Основным принципом деятельности своей компании Шапошников считал обязанность «всегда выходить навстречу вкусу потребителя, насколько он ни был бы разнообразен», чтобы «угодить покупателю и качеством, и дешевизною изделий, а главное… дать потребителю хорошие папиросы по недорогой цене». Помимо этого, Шапошников поставил перед собой задачу познакомить российского потребителя, привыкшего курить папиросы ручной набивки, с настоящими фабричными папиросами.
В первые несколько лет после начала производства папиросы и табак Шапошникова продавались только в Петербурге. Однако со временем ему удалось завести обширный круг связей в купеческой среде Петербурга и Москвы. В этот круг в начале 1870-х гг. в Петербурге входили пользовавшиеся широкой известностью табачные компании С. И. Андреева и Г. С. Семенова, в Москве братьев Шемшуриных, В. Белоусова, А. Викторсона, С. Калинина.
В 1874 г. фабрика стала сбывать свои изделия в города Прибалтики, а в 1875 г. начали развиваться торговые отношения с Варшавой и другими городами Царства Польского и Западного края, а также с Германией.
Немалое значение фабрикант придавал и попечению о нуждах рабочих, и заботам об улучшении их быта. Требуя от рабочих исполнительности, Шапошников снисходительно относился к их промахам и ошибкам, но не к нерадению. Будучи натурой широкой, Александр Николаевич стремился щедро вознаградить каждого труженика за работу. Установленная им заработная плата была выше, чем на других петербургских табачных фабриках. Шапошников устроил на территории фабрики кухню и столовую. Рабочие относились к своему хозяину с уважением, и многие, особенно те, кто начинал работу у него со времени основания фабрики, навсегда связали свою судьбу с ее деятельностью.
Неизменное доверие покупателей и торговцев придавало Шапошникову новые силы в деле упрочения и расширения производства. Растущий спрос на табак и папиросы фабричного производства требовал увеличения масштабов деятельности, фабрике стало недоставать места в занимаемых ею помещениях.
В 1880 г. на предприятии Шапошникова перерабатывалось уже 4800 пудов листового табака и выпускалось около 75 млн штук папирос. В том же году Шапошников решил приобрести земельный участок и здание под фабрику на Клинском пр., 25, для организации производства и занятости 800–900 рабочих. Однако купленный им дом изначально не был приспособлен для размещения фабрики и требовал значительных переделок. К тому же пришлось дополнительно построить несколько производственных помещений. Не прерывая управления производством на фабрике, Шапошников руководил новым строительством, оставаясь на стройке по нескольку часов в любую погоду, не щадя здоровья, не ведая усталости.
Строительные работы закончили в начале 1881 г., и к 10 апреля машины, станки и все имущество фабрики перевезли в новое здание. Все было готово для открытия работ, но сделать это основателю фабрики и «первому ее труженику» было не суждено. Простудившись, Шапошников получил осложнение в виде брюшного тифа и скончался 18 апреля 1881 г., на 50-м году жизни.
После смерти А. Н. Шапошникова осталось немало имущества – собственный дом на Клинском проспекте, где он жил, склады в Мытном дворе и на Боровичской улице (ныне не существует) в Петербурге, а также склады в Крыму, в Ялте. Все это перешло во владение его жены, 32-летней Екатерины Николаевны (в девичестве Богданова). Она родилась в 1849 г., в купечестве состояла «при муже» с 1869 г., самостоятельно с 1882 г. – по 2-й гильдии, с 1899 г. – по 1-й гильдии. Войдя в дело мужа, она унаследовала и его неутомимую жажду деятельности, предприимчивость и неиссякаемый интерес ко всему тому, что относится к делу (с табачным производством она начала знакомиться еще при жизни мужа, будучи ему верной помощницей). К этому добавились и ее личные качества: дальновидность, цепкость, восприимчивость к новшествам, что дало ей возможность не только приумножить богатства фабрики, но и сделать ее одной из крупнейших в России. Ближайшими сотрудниками Шапошниковой стали брат Константин Николаевич Богданов и Богдан Петрович Муркен, служивший на фабрике при покойном муже (оставил фабрику в 1895 г.).
Поведя дело самостоятельно, при поддержке близких людей, Шапошникова быстро сделалась профессионалом и заслужила прозвание «табачной королевы». Она интересовалась решительно всем, что происходило на фабрике: сортировкой и резкой табака, качеством мешков, дегустировала производимую продукцию, пробуя на вкус табак и папиросы. Не оставляя без внимания ни одной мелочи, она считала своей обязанностью осмотр каждой партии поступавшего на фабрику табака. Вдова-наследница сама вела торговые переговоры с поставщиками листового табака, не тяготилась продолжительными и частыми путешествиями на юг России для закупки сырья. Неоднократно бывала в Москве, Варшаве, других городах, знакомясь с положением дел в табачной торговле, и брала на себя переговоры с представителями торговых компаний. Со стороны партнеров к преемнице Шапошникова утвердилось такое же доверие, какое они питали к основателю производства.
Выпускавшиеся на фабрике табачные изделия были в основном средних и низших сортов, что делало их дешевле и определяло спрос большинства покупателей. Ставка на массовое потребление вполне сочеталась с бытовавшей тогда в России (и, увы, канувшей в Лету) присказкой: «Третий сорт не хуже первого».
Екатерина Николаевна тщательно следила за качеством выпускаемых изделий, направляя деятельность компании на дальнейшее развитие и совершенствование производства. На фабрике широко использовались самые передовые по тем временам усовершенствования в области технологии табачного производства, позволявшие экономить труд и оберегать здоровье рабочих. На смену ручным станкам, требовавшим тяжелого труда при крошке табака, в 1880-е гг. пришли специальные механические станки с двигательной силой от газового мотора, ручная раструска крошеного табака для устранения едкой табачной пыли стала производиться машиной в закрытых барабанах. Ручная клейка гильз для папирос постепенно заменялась машинным способом приготовления гильз без клея. Первые гильзовые машины на табачных фабриках Петербурга были поставлены на фабрике «А. Н. Шапошников» в 1888 г. – значительно раньше, чем на других подобных предприятиях.
В 1893–1895 гг. академик архитектуры И. С. Китнер, назначенный в 1892 г. председателем Комитета по перестройке и ремонту зданий Института инженеров путей сообщения, построил на участке Жукова здание Николаевского студенческого общежития.
Проект общежития утвержден 8 ноября 1893 г., высочайшее одобрение последовало 25 февраля 1894 г. Здание заложено 26 мая 1894 г. и возводилось на средства, пожертвованные управлениями почти всех железных дорог. Работами руководил гражданский инженер С. П. Кондратьев. Предполагалось открыть общежитие осенью 1895 г.
Устройство железных арочных ферм для крыши и парадной лестницы взял на себя Металлический завод. Он же произвел обшивку деревянных ворот гофрированным и гладким листовым железом по рисункам Китнера. Лепные работы из алебастра по фасаду выполнены мастерской А. Лапина.
Подвалы здания перекрыты крестовыми сводами. Потолки между этажами устроили на металлических балках. Лицевой фасад имеет двенадцать осей, крайние выделены креповками. Фасад кирпичный, с использованием тесаного камня, оформлен в стиле неоренессанс, декорирован штукатурными тягами, сандриками, замковыми камнями.
Комнаты студентов помещались в корпусах вдоль проспекта и дворовых. На втором этаже дворового корпуса помещалась столовая. С помещениями кухни и посудомойки, находящимися ниже, ее соединял лифт, изготовленный на заводе «К. Зигель». Здание освещалось электричеством и имело теплый переход в институт. «В подвале находилась система парового отопления и водоснабжения, жилища для служащих. В первом этаже располагались вестибюль, общая столовая, комната для гостей. Во втором – квартиры начальства, в третьем – 47 комнат, на 1 человека каждая. Площадь комнаты достигала 3,5 кв. сажени (примерно 16 кв. м). Меблировку составляли письменный стол, кровать, три стула, шкаф, умывальник, вешалка»[45]45
Измозик В. С., Лебина Н. Б. Петербург советский. СПб., 2010. С. 143.
[Закрыть]. (В 1996–1998 гг. один из авторов этой книги работал в редакции институтской газеты «Наш путь» и журнала «Инженер путей сообщения», занимавшей две смежные комнаты в бывшем студенческом общежитии.)
В 1895–1907 гг. здесь жили: жена коллежского асессора Ольга Михайловна Андреева, статский советник Валериан Иванович Курдюмов, граф Александр Николаевич Орурк (в 1917 г. – инженер путей сообщения, служащий Управления сети Общества Московско-Виндаво-Рыбинской ж. д.), заведующий Николаевским общежитием института председатель секции новых языков Всероссийского общества народных университетов статский советник профессор Александр Дементьевич Романов, его жена, врач Покровской женской гимназии Мария Васильевна (урожд. Шатова) и сын Борис, студент Петербургского университета, служащий совета по казенной продаже питий, член комитета Петербургского городского попечительства о народной трезвости надворный советник Николай Николаевич Шелькинг (в 1904 г. – статский советник, чиновник особых поручений Министерства финансов, в 1907–1917 гг. – управляющий канцелярией Главного управления неокладных сборов и казенной продажи питей, член совета Сибирского торгового банка, в 1912–1917 гг. – камергер, действительный статский советник), Юлиан Юлианович Янковский.
В. И. Курдюмов (1853–1904) родился в Царском Селе, в семье чиновника Департамента Государственного казначейства, получил прекрасное домашнее начальное образование, в совершенстве овладел немецким и французским языками. Учился Валериан хорошо, особенно преуспевал в математике и литературе, писал пьесы, с успехом шедшие на гимназической сцене. Получив аттестат, В. И. Курдюмов в 1873 г. успешно выдержал вступительные экзамены сразу в два петербургских института – Технологический и Инженеров путей сообщения. Предпочтение было отдано путейскому – старейшему в стране техническому институту, который он окончил в 1878 г. со званием гражданского инженера и был направлен на службу в Департамент внутренних водяных сообщений и шоссейных дорог, которую с первых дней совмещал с преподавательской деятельностью, являясь репетитором по начертательной геометрии «без содержания». В 1881 г. под руководством Курдюмова построены железнодорожная ветка Поти – Кутаиси и мост через р. Куру на Батумской ж. д. В 1884 г. Курдюмов возвращается в Петербург и полностью посвящает себя преподавательской и научной работе в области начертательной геометрии, увлекается вновь введенным курсом технической фотографии. Им изобретена лампа для получения непрерывных вспышек магния. В 1891 г. им основана и оборудована при институте первая в России учебная фотографическая лаборатория, где занятиями со студентами руководил сам Курдюмов. Он вошел в историю науки как ученый с европейским именем в области начертательной геометрии, «этой грамматики мирового языка техники», теории оснований сооружений и фундаментов и строительных материалов, основоположник применения фотографии в научно-технических исследованиях, блестящий педагог. На классических курсах А. В. Курдюмова, выдержавших множество переизданий, воспиталось не одно поколение русских техников. Его ученики, многие из которых стали выдающимися инженерами и учеными – С. П. Тимошенко, Н. А. Рынин, Е. О. Патон, Г. П. Передерий, В. Н. Образцов, М. Н. Герсеванов, Г. О. Графтио, были особенно благодарны ему прежде всего за «развитие воображения и фантазии»[46]46
См.: Тарасов Б. Ф. Кафедра «Начертательная геометрия и графика» // Инженер путей сообщения: спец. вып. к юбилею Строительного факультета. СПб., 1996.
[Закрыть]. Кроме путейского, он преподавал в Горном институте, состоял членом Императорского Русского технического общества, где выступал с публичными лекциями, и, отдавая дань юношескому увлечению литературой, членом Общества русских драматических писателей.
![](i_009.jpg)
В. И. Курдюмов
Б. А. Романов (1889–1957) в 1912 г. окончил историко-филологический факультет Петербургского университета (специализировался по изучению истории Древней Руси). Оставлен при университете для подготовки к профессорскому званию, одновременно преподавал в средних учебных заведениях, занимался написанием статей для словаря Ф. А. Брокгауза и И. А. Ефрона и «Русской энциклопедии». В 1918–1929 гг. – сотрудник Центрархива: старший архивист, заведующий экономической секцией. Под его началом были собраны фонды министерств финансов, торговли и промышленности, банков и акционерных обществ. Это определило его интерес к истории экономической политики России на Дальнем Востоке, что привело к написанию ряда статей, а затем изданию капитального труда «Россия в Маньчжурии». На основе ряда умозаключений Романов пришел к выводу, что движущей силой российской экспансии на Дальнем Востоке было Министерство финансов во главе с С. Ю. Витте. Однако его научные методы встретили непонимание со стороны как «официозной» школы Покровского, так и традиционных представителей «петербургской школы» (последние считали, что историк не должен заниматься актуальными для того времени темами). В 1919–1927 гг. Б. А. Романов преподавал в Петроградском (Ленинградском) университете. 13 января 1930 г. его арестовли по «Академическому делу» и приговорили к пяти годам лишения свободы. При аресте у него изъяли все собранные за годы работы научные материалы, которые потом не возвратили. Более года ученый провел в предварительном заключении, затем отбывал срок на строительстве Беломоро-Балтийского канала (1931–1933 гг.). По «зачету рабочих дней» срок сократили на полтора года. После освобождения из лагеря он сотрудничал с академическими научными учреждениями по временным договорам, занимался технической работой: составлял библиографические указатели, писал карточки для древнерусского словаря. В 1941 г. Б. А. Романов защитил диссертацию на ученую степень доктора исторических наук на тему «Очерки дипломатической истории Русско-японской войны» и в 1941–1944 гг. работал в Институте истории материальной культуры АН СССР. В 1944–1950 гг. Б. А. Романов – профессор Ленинградского государственного университета, с 1944 г. – научный сотрудник Ленинградского отделения Института истории АН СССР. Во время Великой Отечественной войны ученый находился в эвакуации в Ташкенте. После войны выпустил три крупные работы – две капитальные монографии («Люди и нравы древней Руси» и «Очерки дипломатической истории Русско-японской войны»), а также комментарии к «Русской Правде». В 1949 г. первая из названных монографий была подвергнута резкой критике за «мизантропический», мрачный характер, чрезмерное внимание к сексуальным, интимным моментам. Автор был обвинен в том, что «объективно оказался на ложных позициях», стоящих «в прямом противоречии» с задачей воспитывать «чувство национальной гордости нашей великой Родиной, чувство советского патриотизма». В результате была отменена рекомендация экспертной комиссии о присуждении Сталинской премии его книге «Очерки дипломатической истории Русско-японской войны» (и в этом труде обнаружили «объективистские ошибки»). Романова уволили из Ленинградского университета, отказались допускать к материалам Архива внешней политики России. В настоящее время книга «Люди и нравы древней Руси» считается классической.
В 1915–1917 гг. в доме жили: председатель бюро кружка для изучения воздухоплавания при Институте инженеров путей сообщения Александр Самсонович Атабекян, преподаватель Института инженеров путей сообщения, Горного и Электротехнического институтов заведующий Николаевским общежитием института инженер путей сообщения коллежский советник Евгений Юльевич фон Пистолькорс, в 1922 г. – доктор инженерных наук[47]47
Наука в России. Научные работники Петрограда. Вып. 3. М.; Пг., 1923.
[Закрыть] Михаил Григорьевич Ходоровский.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?