![](/books_files/covers/thumbs_240/volchi-logova-adolf-gitler-na-voyne-v-politike-v-bytu-8693.jpg)
Автор книги: Аркадий Яровой
Жанр: Биографии и Мемуары, Публицистика
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 16 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
Они выполняли всю черновую работу – подготавливали материал, подносили, копали землю, убирали лес от строительного мусора опять же под присмотром охраны или старших рабочих из немцев и поляков.
Работали местные с семи-восьми утра до восемнадцати-двадцати вечера. Отлучаться с работы не разрешалось. После работы – в комендатуру, где отбирали номера-пропуска. За утерю – расстрел.
Местным жителям платили восемьдесят копеек советских денег за десятичасовой рабочий день, двести граммов хлеба и пол-литра баланды.
Гестапо с первого дня пребывания в Виннице ввело перепись и строжайший учёт местного населения. Каждая живая душа, будь то взрослый или ребёнок, считалась источником возможной утечки информации о строительстве «Вервольфа». На каждого жителя была заведена спецанкета с подробными биографическими данными. Каждый житель в возрасте с четырнадцати лет постоянно имел при себе пропуск на немецком языке. Без него нельзя было выходить из хаты даже во двор. При задержании без пропуска полагалось 25 ударов резиновой палкой и двое-трое суток ареста. За повторную провинность – месяц тюрьмы. За утерю или передачу пропуска другому лицу – расстрел.
Все дома в населённых пунктах, находящихся в районе строительства ставки Гитлера, были пронумерованы. Над входом – список жильцов. Под угрозой смерти категорически запрещалось принимать на ночлег даже близких родственников из этой же деревни. Летом разрешалось находиться на улице с шести утра до девяти вечера, зимой – с семи утра до семи вечера. Свет зажигали лишь при хорошей маскировке окон. Без света окна на ночь не должны быть зашторены.
Для работы в поле – спецпропуска. В другие населённые пункты ходить запрещалось. На отлучку надо было заполучить справку-разрешение гестапо. Практиковались частые повальные обыски.
…В апреле 1942 года работы в основном были закончены. К этому времени на строительстве «Вервольфа» работало 4086 строителей, в том числе 991 гражданин Германии, 1425 иностранцев, приблизительно 500 немецких солдат и 1100 военнопленных.
После установки зенитных батарей провели их пристрелку. Два раза обстреливали конус, который тащил за собой на тросе немецкий самолёт.
С наступлением весны, когда растаял снег, ускоренными темпами была проведена очистка и уборка леса, для чего привлекались местные жители. Но им запрещалось даже смотреть в сторону центральной зоны. Запрещалось сеять злаковые вокруг зоны. В порядке исключения разрешалось сажать картошку.
Приводились в порядок аллеи, дорожки. Маскировались зенитные установки, полевые орудия и пулемёты. С внешней стороны орудие имело вид стоящей лошади с возом или сельскохозяйственной машины. Маскировались здания…
ГЛАВА 7
А тем временем, не ожидая открытия своего нового «логова», фюрер прибыл в Винницу. Ставка Гитлера была временно размещена в… психбольнице!
Более полутора тысяч больных были умерщвлены.
И этот шаг Гитлера был в порядке вещей. Ещё 1 сентября 1937 года он подписал указ об ускорении эвтаназии, то есть о насильственной смерти, душевнобольных. Впрочем, и сам Гитлер зачастую мало чем отличался от душевнобольных, припадочно нервный истерик, часто впадал в депрессивное состояние…
Вместе с Гитлером на территории психбольницы с этого дня стали проживать Гиммлер, Риббентроп, Розенберг и другие. Здесь же разместился и штаб верховного командования германских сухопутных войск во главе с Кейтелем.
В отличие от других, Геринг разместился по соседству – в Черепашинецком лесу.
По сравнению с замкнутостью Гитлера пребывание Геринга в Виннице, наоборот, было вызывающе показным. Он ездил по улицам в открытом автомобиле и даже посетил местный театр, посмотрев одно действие спектакля. Более того, как истинный театрал и поклонник искусства, Геринг пришёл за кулисы и побеседовал с актёрами. Обещал позаботиться о выдаче им необходимых материалов на туалеты и продуктового пайка.
Своё обещание Геринг сдержал…
Следом за штабом верховного командования германских сухопутных войск в бывшую областную больницу передислоцировались и отдел «Иностранные армии „Востока“, и разведуправление генштаба во главе с Геленом, и другие. В Виннице и прилегающих районах разместились разведывательные и контрразведывательные службы Германии – „штаб Валли-1“, „Зондерштаб Россия“.
Ещё в конце 1941 – начале 1942 года для обеспечения безопасности ставки в Винницу из Берлина прибыла большая оперативная группа во главе с Раттенхубером, начальником охраны, подчиняющимся только фюреру.
Что касается прибывшей берлинской группы СД, то она выполняла особую роль по розыску, арестам и физическому уничтожению советских патриотов. Одну из групп, охранявших территорию, непосредственно прилегающую к ставке, возглавлял криминал-оберсекретарь Даннер.
…Строительство «Вервольфа» шло ускоренными темпами. Назначение объекта скрывалось. Распускались слухи, что строятся санатории и дома отдыха для воюющих на Восточном фронте немецких солдат и офицеров. Даже вывеску в лесу повесили – «Санаторий». Некоторые железобетонные убежища назывались «холодильниками».
В центральной зоне, где располагалась штаб-квартира Гитлера, строили только немцы. Местному населению запрещалось говорить о строительстве даже между собой, а тем более разговаривать с солдатами. С мая по сентябрь 1942 года местные жители вообще не мобилизовывались ни на какие работы.
На постройки набрасывались металлические сетки с зеленой маскировочной отделкой.
У зданий, а также на плоских крышах убежищ насыпалась земля, высаживались деревья, кусты…
В конце апреля 1942 года первая очередь «Вервольфа» была закончена.
Итак, в двадцати километрах севернее города Винницы, в сосновом лесу протяжённостью два с половиной километра, близ Коло-Михайливки, в трехстах метрах справа от шоссе Винница – Житомир, выросла новая ставка Гитлера.
Лес был разбит параллельными просеками на тринадцать, примерно одинаковых, полос.
От железной дороги Винница-Житомир, в четырехстах метрах южнее Коло-Михайливки, немцы проложили асфальтированную дорогу. В начале этой дороги установили контрольную будку с часовыми, возле неё – здание комендатуры.
На северной опушке выросла электростанция. В первой полосе леса, у шоссе, находились кухня и столовая для солдат.
Во второй полосе – баня и душ. Здесь же – четыре жилых дома, несколько продовольственных складов.
В третьей – шесть жилых домов и несколько складов.
В четвёртой – две столовые, штаб коменданта ставки, канцелярия, бомбоубежище, баня и девять жилых домов.
В пятой – пять жилых домов, канцелярия, бюро пропусков и главный вход в центральную зону.
В шестой, вне центральной зоны, рядом с просекой находилась церковь.
Центральная зона захватывала шестую, а также седьмую и восьмую полосы леса и была огорожена проволочной сеткой высотой в два с половиной метра, а выше этой сетки – два ряда колючей проволоки.
В ограде центральной зоны, в местах подхода асфальтированной дороги, были поставлены закрывающиеся ворота, с усиленным нарядом. Кругом посты, наблюдательные точки, укрытия.
На территории центральной зоны размещались гестапо, телефонная станция, спортзал с душем, столовая для офицеров и, отдельно, столовая для генералов, бассейн для купания с раздевалкой, двенадцать жилых домов для генералов и других высших офицеров ставки и два бомбоубежища.
Немецкий писатель Петер Хоффман в своей книге «Безопасность диктатора» приводит план-схему центральной зоны «Вервольф» под Винницей, где под соответствующими номерами размещались следующие сооружения:
1. Плавательный бассейн
2. Недооборудованный кинотеатр
3. Помещение Мартина Бормана
4. Помещение стенографисток
5. Помещение Гитлера с бомбоубежищем
6. Казино
7. Чайная
8. Помещение персональных адъютантов
9. Помещение генералов
10. Старый отель, секретариат
11. Слуги, ординарцы
12. Помещение прессы
13. Помещение нового отеля
14. Узел связи
15. Сауна, парикмахерская
16. Головной бункер
17. Адъютанты
18. Верховное командование вооружённых сил Германии (вермахт)
19. Командующий сухопутными войсками
20. Служба безопасности
Часть поля, прилегавшего к центральной зоне с южной стороны леса, была огорожена рвом с пятью рядами спирали из колючей проволоки и противопехотным проволочным забором.
Далее шла седьмая полоса леса, не входившая в центральную зону. Там находились ещё одна столовая, жилой дом и склад.
В восьмой полосе – канцелярия и два жилых дома.
В девятой – ещё четыре жилых дома.
В десятой и одиннадцатой – по три жилых дома.
В двенадцатой – пять жилых домов и склад.
В тринадцатой – два жилых дома.
Электростанция главной квартиры, мощностью 40 киловатт, расположена на северной опушке леса у границы центральной зоны. От Винницкой электростанции главные квартиры Гитлера и Геринга потребляли электроэнергию мощностью до 60 киловатт при высоком напряжении в 6300 вольт и токе 6 ампер.
Электростанция ставки давала энергии не меньше, чем Винницкая. Предусматривалось, что, в случае выхода из строя городской электростанции, автономная электростанция могла обеспечить питанием все службы главных квартир Гитлера и Геринга.
Электропроводка к зданиям была воздушная, плетёным кабелем с сечением пять и семь квадратных сантиметров. К помещениям проводилась уже бронированным медным подземным кабелем.
В бомбоубежище Гитлера электропитание подводилось четырехпроводным многожильным бронированным медным подземным кабелем сечением десять (!) квадратных сантиметров. В других бомбоубежищах кабели были заложены в трубы, в железобетон – трехпроводные, одножильные, алюминиевые, бронированные с сечением вполовину меньшим.
Все детали телефонной связи и электрооборудование, моторы, дизели – только с маркой «АФГ». ставка Гитлера имела телефонную связь с Берлином, Винницей, ставкой Геринга, аэродромом в Калиновке.
ГЛАВА 8
Наступил день, когда последовала команда фюрера: покинуть Растенбург, перебазироваться в Винницу. Это было 1 мая 1942 года…
Первым по тревоге, как и положено, снялся 1-й взвод 1-й роты. Командир взвода лейтенант Тормейер отдал команду: взять каждому своё вооружение, снаряжение и двинуться в путь немедленно…
16 мая выехала 1-я рота. Охрана ставки в Растенбурге была передана с немецкой пунктуальностью согласно приказу – ровно в двенадцать ноль-ноль 15 мая 2-й роте. Ни офицерам, ни тем более солдатам, куда они едут, сказано не было. «В Россию» – и все. Может быть, даже и на фронт. Гитлер любил неожиданно бросать своих любимцев в самое пекло. Проветриться. Чтобы не засиделись.
Из Растенбурга двинулись своим ходом. На автомобилях.
Для обслуживания ставки существовала так называемая «серая колонна», состоявшая из разных машин. В том числе и 25 восьмиместных авто фирмы «Мерседес». Все машины были серого цвета – отсюда и название колонны. Номеров практически не было видно. Они были закрыты. Виден был лишь тактический знак – «Голова пасхального зайчика» (так в документах).
Адольф любил почему-то эмблему зайчика, как и форму СС, в которую были одеты шофёры машин с «зайчиками». Отличительный знак – на правом рукаве чёрная повязка с серебряными буквами «Адольф Гитлер».
…Итак, «серая колонна», покинув Растенбург, двинулась по маршруту Алленштейн-Варшава-Львов-Тернополь… Путь продолжался пять суток. По дороге ночевали трижды – в Варшаве, Львове и Тернополе.
«Серая колонна» на этом марше состояла из 63 машин в сопровождении обоза из 12 грузовых автомобилей. Машины шли, строго соблюдая дистанцию в тридцать пять – пятьдесят метров…
1-я рота разместилась поначалу в двенадцати километрах от города в бараках. Всего в Винницу выехало пять рот. После 1-й прибыла 3-я, затем – 4-я, за ней – Гитлер со штабом, потом – 2-я рота. 5-я рота прибыла поездом…
Помимо «серой колонны», было ещё много различных подразделений обслуживания ставки.
Вот что рассказывал военнопленный Генер Вернер из Бремена, бывший унтер-офицер 11-й роты фузелерного полка дивизии «Великая Германия», награждённый «крестом за военные заслуги» второго класса и значком «за ранение», служивший писарем в штате коменданта ставки и в личной охране Гитлера с января по сентябрь 1942 года:
«Я приехал в ставку „Вольфшанце“ близ Растенбурга (Восточная Пруссия) в январе 1942 года, а в июне того же года ставка целиком переехала в район недалеко от Винницы. Перебазировались батальон сопровождения фюрера, его личная охрана из тридцати эсэсовцев, два личных самолёта Гитлера – четырехмоторные „Кондоры“ и эскадрилья связи фюрера…»
В числе тех, кто прибыл 16 мая с Гитлером в новое «Вольфшанце» и поселился в первой зоне, были (звания как написаны в документах): фельдмаршал Кейтель, генерал Шмунд,
Геринг, группенфюрер Борман, обер-группенфюрер Шауб, гауптштурмфюрер Шульце, профессор, доктор Морелль, профессор, доктор Бранд (оба личные врачи Гитлера), начальник отдела печати доктор Дитрих, секретари Гитлера – Вольф, Герман, Юнге, начальник имперской партийной канцелярии рейха рейхсляйтер Борман, начальник связи капитан Вольф, подполковник Гасель Борн, гауптман Путткамер, подполковник Билов, подполковник Энгель, адмирал Дениц, генерал-майор Галланд, штурмбанфюрер Юнге (муж секретаря Гитлера фрау Юнге), фотограф Гофман с сыном, тайный советник Гегель (служба безопасности), обер-ефрейтор Ратенгубер (служба безопасности), командир батальона капитан фон Вернер, адъютант гауптмана Вернера лейтенант Янзен, комендант ставки подполковник Штреве, обер-лейтенант Зельте, гауптштурмфюрер Фатер, повар Крюмель, повар Ферстер, ротенфюрер Шмидт (столовая), зав. столовой № 2 фельдфебель Шнейдер, начальник ординарцев столовой № 2, унтер-офицер Уферман, обер-ефрейторы Шмидт Гюнтер,
Шмидт,
Вали Вальтер, ефрейтор Костоц Ганс, унтер-офицер Заламан (повар), ординарец из отдела печати старший ефрейтор Борман, ординарец бани Шульц Горст, ординарец бункера № 8 Шульц Гельмут, ординарец бани Мюддер и другие.
При фюрере был и его адъютант генерал-майор Шмунд, который одновременно являлся шефом трех адъютантов различных родов войск – майора Энгля (сухопутные войска), капитана фон Путткамера (военно-морской флот) и подполковника фон Билова (военно-воздушные силы).
Как тень следовал за Гитлером его врач – профессор доктор Теодор Морелль, в прошлом отличный специалист по венерическим заболеваниям.
Досье
Морелль Теодор (1890-1948) – личный врач Гитлера. Получил медицинское образование, работал корабельным врачом; перебравшись в Берлин, практиковался по кожным и венерическим заболеваниям. Считал себя учеником лауреата Нобелевской премии биолога И. Мечникова, утверждая, что последний якобы передал ему секреты борьбы с инфекционными заболеваниями.
В 1935 году Морелль был представлен Гитлеру придворным нацистским фотографом Гофманом, которого он вылечил от тяжёлого заболевания. Морелль обследовал Гитлера и поставил тому точный диагноз: истощение кишечно-желудочного тракта, вызванное переутомлением нервной системы. И вылечил Гитлера. Этого не смог сделать никто.
Став личным врачом Гитлера, Морелль не раз излечивал его и от других болезней, что послужило основанием для их большой дружбы в течение 9 лет. Болезни Гитлера прогрессировали – Морелль увеличивал дозы уколов с биологическими компонентами. И увеличивал своё баснословное состояние, выстроив фабрики по производству лекарств.
Но и количество врагов Морелля тоже увеличивалось: всесильный преемник фюрера Геринг, любовница фюрера Ева Браун и многие другие высокопоставленные лица. В окружении Гитлера считали, что Морелль медленно травит фюрера инъекциями опасных лекарств.
После того как у фюрера появились симптомы, сходные с болезнью Паркинсона и в июле 1944 года на Гитлера было совершено очередное покушение, последний отстранил Морелля и стал лечиться у Брандта и Людвига Штумпфеггера.
В мае 1948 года Морелль умер в Тенгезее.
Все время в ставке работал генерал-фельдмаршал Кейтель, ближайший помощник Гитлера по координации руководства всеми военными операциями.
Часто бывали в ставке Геринг и Гиммлер, для которых имелись специальные блиндажи. Был также выстроен отдельный блиндаж для руководящих партийных работников – краевых и областных, которые приезжали в ставку на совещания.
В «круге заграждения» находился также штаб по изданию различных уставов, наставлений и приказов по армии, которым руководил полковник фон Баяне, и штаб коменданта личной охраны Гитлера подполковника Штреве и его заместителя капитана Баума.
…А в ставку в Виннице все прибывали из Растенбурга остававшиеся там временно: штабс-врач Вяльпер, штабс-врач доктор Хаге, старший врач Приске, врач-ассистент Штютулер, зубной врач доктор Вагнер, обер-фельдфебель из санвзвода Гюнтер, унтер-офицер из колонны по снабжению Фридерик, обер-ефрейтор Вагнер Вилли, военный инспектор Боде, инспектор по вооружению Баттерман, инспектор по вооружению Майнерт.
Жизнь в новом «Вольфшанце» – «Вервольф» входила в привычный ритм, как это было в Растенбурге. Немецкая педантичность была видна во всем. Даже номера бараков в Виннице соответствовали номерам бараков в ставке в Растенбурге.
Ежедневно по маршруту Винница – Берлин и обратно стал курсировать поезд Гитлера. А также ежедневно прибывал курьерский поезд, доставлявший в ставку посетителей, почту.
Итак, впервые фюрер прибыл в «Вервольф» 16 мая 1942 года, чтобы быть ближе к своим войскам. Чуть больше месяца спустя, а точнее, 28 июня немецкие войска начали большое летнее наступление на Сталинград и Кавказ. (Эта операция в планах немецкого командования сначала получила название «Блау», затем её стали называть «Брауншвейг».)
Здесь, в ставке под Винницей, Гитлер подписал важную директиву о дальнейшем наступлении на Восточном фронте. Директива № 44 от 21 июля 1942 года ориентировала войска, которые воевали на Крайнем Севере, на мурманском направлении в районе Кандалакши. Этим ударом немцы хотели перерезать поставки советским войскам, которые приходили от союзников через Баренцево море.
23 июля Гитлер подписал ещё одну важную директиву, № 45 – об овладении Черноморским побережьем Кавказа, Сталинградом и о дальнейшем наступлении на Баку. Правда, это решение вызвало резкую критику больших генералов. В день подписания директивы генерал-полковник Франц Гальдер, начальник генерального штаба сухопутных войск, записал в своём дневнике:
«Всегда наблюдавшаяся недооценка возможностей противника принимает постепенно гротескные формы и становится опасной. Все это выше человеческих сил. О серьёзной работе теперь не может быть и речи. Болезненная реакция на различные случайные впечатления и нежелание правильно оценить работу руководящего аппарата – вот что характерно для теперешнего так называемого руководства».
И хотя в тех боях вермахту удалось выйти к горам Кавказа и к Волге, все-таки у немцев не нашлось сил для развития наступления. Поэтому 9 сентября фюрер сместил с поста командующего группой армий «А» генерал-фельдмаршала Вильгельма Листа и тут же взял командование этой группой в свои руки (до этого он был главнокомандующим всеми вооружёнными силами и командующим сухопутными войсками Германии). Решение командовать армиями перед большим наступлением ещё больше усложнило положение на фронте. Уже к средине октября стратегическое наступление немцев на южном крыле советско-немецкого фронта провалилось.
Красной армии эта «победа» стоила тоже величайших жертв. На огромном пространстве от Воронежа до Чёрного моря было потеряно 1,6 млн человек, в том числе около 900 тыс. убитыми, умершими от ран, пленными и пропавшими без вести.
Не меньшие потери были и у немецкой стороны.
14 октября Гитлер подписал оперативный приказ № 1, который предусматривал переход на Восточном фронте к стратегической обороне, а 31 октября вернулся в «Вольфшанце».
Второй раз фюрер прибыл в «Вервольф» 19 февраля и оставался в ставке до 13 марта 1943 года. Перед этим, 17-18 февраля, он провёл большой смотр войск, которые к этому времени прорвались уже до Днепропетровска, а также смогли отбить Харьков у Красной армии.
ГЛАВА 9
…День был жаркий. Да и все лето 42-го выдалось жарким. Гитлер очень страдал от жары. Обычно он вставал в девять-девять тридцать утра, завтракал в своём бункере в присутствии двух лакеев.
В бункере он работал, отдыхал, спал. Лишь иногда посещал картографический отдел или помещение для гостей.
Завтрак длился не более десяти минут, после чего начиналась прогулка. Утренняя прогулка была каждый день, в любую погоду. После неё фюрер приступал к работе. Работал до двенадцати-двенадцати тридцати.
С двенадцати до часу дня снова совершал прогулку около своего бункера в сопровождении офицера СС и двух собак.
Во время его прогулки охрана должна была повернуться спиной к фюреру и не смотреть на него. Таким образом, создавалась видимость, что Гитлер гуляет и ему никто не мешает думать. Не имеет права мешать. Лишь офицер СС идёт кошачьим лёгким шагом, почти на цыпочках, за ним да вымуштрованные овчарки…
После прогулки, в час дня – обед. Обедал Гитлер всегда в казино с пятью офицерами своей личной охраны из батальона сопровождения или зенитного дивизиона, которые ежедневно менялись (так в документах).
Обед длился сорок пять минут. После обеда в жаркую погоду Гитлер отдыхал в своей комнате. Большей же частью и после обеда он предпочитал прогуливаться в сопровождении двух своих любимых собак.
Во время послеобеденной прогулки его охраняли три эсэсовца, которые следовали за ним на расстоянии десяти-пятнадцати шагов. Один сзади и двое по сторонам. Если к этому времени приезжал Геринг или кто-то из министров – прогуливался с ними.
Гитлер был бледен. Сказывалось длительное пребывание в помещениях. Ходил сгорбившись. Прогуливался заложив руки за спину и глядя под ноги. Почти постоянно был одет в чёрные брюки и серый пиджак полувоенного покроя с золочёными пуговицами, железным крестом и двумя значками – за ранение и золотым партийным.
После прогулки снова работал до семи часов вечера. Затем ужинал, обычно с теми же пятью офицерами, с которыми и обедал.
Ужин длился час, до восьми часов вечера.
Ел Гитлер в основном овощные, молочные и рыбные блюда. Пил минеральную воду «Фахино». Последнее время принимал пищу, приготовленную только его сестрой, которая сопровождала его всюду, даже на фронт. В районе ставки немецкая садоводческая фирма «Зайденшпинер» и организация «Тодт» создали большое огородное хозяйство, поскольку Гитлер был вегетарианцем и овощи составляли основу его рациона. Начальник кухни гауптшурмфюрер Фатер сам ездил в хозяйство и брал там необходимые овощи.
Ежегодно в Мюнхене, в пивной, где была образована национал-социалистическая партия, происходили встречи старых её членов. По традиции пили пиво. Гитлер тоже приезжал сюда, поднимал бокал, но не пил.
Национал-социалистическая рабочая партия Германии (НСДАП) создана Гитлером в 1920 году и правила в Германии вплоть до разгрома в 1945 году Третьего рейха.
В 1918 году обществом Туле был организован политический рабочий кружок для оказания влияния на рабочих и восстановления Немецкой рабочей партии (ДАП). 12 сентября 1919 года в качестве осведомителя на собрание рабочих был направлен Адольф Гитлер. Ему понравились лозунги партии. С отчётом Гитлера об этом собрании ознакомился капитан Эрнст Рем, политический советник, который и поручил будущему фюреру вступить в ДАП и взять на себя руководство ею.
Свой первый доклад перед 111 слушателями Гитлер сделал 16 октября 1919 года, где изложил своё видение «Великой Германии», объявив марксистов и евреев её «врагами», повинными в нищете немцев. В последующих выступлениях Гитлер требовал вернуть утраченные Германией земли и присоединить новые.
20 февраля 1920 года Немецкая рабочая партия была переименована в Национал-социалистическую рабочую партию Германии. Первое её собрание состоялось 24 февраля в мюнхенском пивном зале, где Гитлер представил партийную программу, состоящую из 25 пунктов.
В ней, в частности и прежде всего, говорилось об объединении всех немцев в границах Великой Германии, а также об отказе от Версальского договора, о требовании дополнительных территорий для расселения немцев, предоставлении гражданства по расовому признаку (евреи не могут быть гражданами Германии), первейшей обязанности государства – обеспечении условий существования немцев, об обязательном труде каждого, о конфискации незаконных прибылей и участии в их распределении рабочих и служащих, национализации крупных предприятий и поддержке мелких производителей, об обеспечении пенсий по старости, о реформе землевладения, введении смертной казни за спекуляцию, реорганизации образования, поддержке материнства и поощрении молодёжи, введении всеобщей воинской повинности, запрещении работы в средствах массовой информации не немцев, свободе вероисповедания (кроме «еврейского материализма»), сильной центральной власти, способной осуществлять законодательство.
В 1921 году НСДАП насчитывала около 3 тыс. членов, а через два года её численность увеличилась в 10 раз. Гитлер потребовал для себя пост председателя партии и получил его с записью в уставе.
После ужина в помещении для совещаний Гитлер вместе с Кейтелем, Йодлем, другими генералами и офицерами из верховного командования обсуждал положение на фронтах.
Совещание длилось два – два с половиной часа, после чего Гитлер снова работал до двенадцати – часу ночи, как правило; иногда – до двух-трех ночи. Если на фронте положение было тяжёлым – работал всю ночь.
Во время неудач на фронте бывали моменты депрессии, и тогда около него постоянно дежурил врач. Были предположения, что Гитлер болен раком желудка.
Работал он очень много и главным образом ночью. Часто ложился пораньше с вечера, затем вставал в двенадцать и работал всю ночь напролёт. Любил тишину. Гробовую: ни шороха, ни шелеста. Комнаты были построены так, чтобы туда не долетало ни единого звука. Обслуживающий персонал надевал специальные туфли и двигался бесшумно. Нервный и раздражительный, Гитлер не выносил шума.
Два-три раза в месяц он обязательно выезжал из ставки. Поездки были непродолжительные, двое-трое суток. Посещал Берлин, некоторые участки фронта, бывал у себя на даче в Оберзальцберге, где проживала и вела хозяйство его сестра.
Оберзальцберг – высокогорный район неподалёку от городка Берхтесгаден в юго-восточной части Баварии, где находилось поместье и шале Гитлера Бергхоф – тщательно продуманное убежище фюрера. Ранее на этом месте был дом Вахенфельда, который Гитлер приобрёл на средства, вырученные от продажи «Майн кампф».
Местоположение и архитектура Бергхофа отражали пристрастие фюрера к огромным помещениям, толстым коврам и горным пейзажам за окном. Дом, который он проектировал лично, строили военнопленные. Центральное шале, окружённое казармами на 2 тыс. солдат охраны, было защищено пятью кольцами фортификационных сооружений. Бергхоф, похожий на гриб, располагался на вершине горы. В доме было 13 этажей, но лишь верхний этаж находился над землёй. В нем громадная приёмная с панорамным окном во всю стену. Рядом банкетный зал. В подземных этажах располагались караульные помещения, спальни, кухни, продуктовые и винные погреба.
Над домом возвышалась башенка – «Орлиное гнездо» с потайным лифтом наверх, где уединялся фюрер.
Неподалёку находились дома Геринга, Геббельса и Бормана.
Среди многочисленных гостей, посетивших Бергхоф, был и Чемберлен, государственный деятель Великобритании, премьер-министр, прилетевший из Англии в Мюнхен, а затем на автомобиле 15 сентября 1938 года приехавший прямо к подножию лестницы, ведущей в Бергхоф, где его и встретил Гитлер. Здесь они обсудили критическую ситуацию вокруг Чехословакии и проект Мюнхенского соглашения 1938 года, ставшего прологом Второй мировой войны…
Во время войны Бергхоф многократно подвергался налётам авиации союзников и частично был разрушен.
Гитлер был скромен в одежде и пище, не ел мяса, не пил и не курил, неприхотлив в быту, но очень любил цветы в своей комнате, сливочные пирожные, конфеты, собак и умных женщин, любил кино и часто развлекал друзей последними фильмами.
Деловая активность Гитлера пробуждалась поздним вечером, он отправлялся спать через силу, поскольку с трудом засыпал. После обеда он собирал близких ему людей и гостей на ночные посиделки возле камина, во время которых беседовал на различные темы. При этом он жевал мятные лепёшки, пил травяные настои и подолгу говорил о собственной философии жизни, вспоминал годы борьбы и её ветеранов.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?