Читать книгу "Зловоние добра"

Сцена 7

Влад Цепеш со своей дружиной разбил отряды карателей, во много раз превосходившие его в силах и вернулся в столицу с триумфом. Однако безмерное его ликование омрачили известия о заговоре и попытке переворота среди знати. Все заговорщики были казнены, подозреваемые брошены в темницу.

На Трансильванию теперь надвигалось новое бедствие. Султан собрал на сей раз уже такое войско, которое невозможно было одолеть ни умением, ни хитростью. Надвигалось цунами, которое, казалось, невозможно остановить.

 
Цепеш
Теперь всё кончено.
Голос 2
Твой путь только начался.
Цепеш
Вся преисподняя поднялась, чтоб сокрушить
Мои владения, я в силах только биться
И умереть с достоинством, иного
Не вижу выхода.
Голос 2
Смути всю преисподнюю.
Цепеш
Теперь и ты стал говорить не внятно.
Голос 2
Терпения тебе лишь не хватает.
Теперь же слушай, есть в темницах сброд:
Смутьяны, заговорщики, бандиты,
Балласт, который в трудную минуту
Подобен якорю и тянет лишь на дно.
Сумей от них избавиться и с пользой.
Смятён народ и в трудную минуту
Его удержит страх от безрассудства.
Так устраши!
Цепеш
Довольно было казней, а теперь
Мне каждый заключённый пригодится,
Он сможет кровью искупить в бою
Своё предательство.
Голос 2
Ты снова не усвоил суть,
Но правильно подметил, что они
Грехи искупят кровью, только знай,
Что мёртвые живых воюют лучше.
Но слушай же, есть старый способ казни
Опасных заговорщиков, бандитов,
Когда, чтоб неповадно было впредь
На кол сажают узника и он
Там гибнет в страшных муках.
Цепеш
Ты безумец!
Голос 2
А значит ты.
Цепеш
Я не был живодёром
И им не собираюсь быть, умолкни!
Голос 2
Ты снова забываешь все заветы
Ведущие к победе.
Цепеш
Ни за что!
Голос 2
Ну что ж, тогда как хочешь, только знай,
В руках твоих была возможность
Людей упадших вызволить для рая
Чрез муки очистительные и
Народ свой сохранить и государство.
Иначе всё пропало, ты же знаешь,
Всё то, к чему ты долго так стремился.
Цепеш
О господи, да есть ли ещё выбор?
Соломинка последняя над бездной
И словно по врождённому инстинкту
Хватаюсь за нее.
Голос 1
Опомнись, я прошу тебя, опомнись,
Поверь, ещё не поздно всё исправить,
Иначе будешь ты навеки проклят!
Цепеш
Мы все навеки прокляты
Все люди.
Голос 1
Ты облик человека потеряешь.
Цепеш
И может к лучшему.
Голос 1
Прошу тебя, опомнись!
Цепеш
Скажи же мне, вещающий от бога
Раз он так не приемлет мою волю
С чего не сокрушит её?
Голос 1
Твой выбор.
Цепеш
Но у него нет выбора, ведь он
Твердит всем, делай выбор, делай выбор
Пустое и немыслимое слово,
Несущее несчастия, когда
Он мог бы сокрушить всех неугодных
И в счастии жить с теми, кто пред ним
Покорно преклоняется, так им,
Так будет лучше нам, так справедливо.
Иначе же зачем нужна та власть,
Которая бездействует?
Голос 1
Довольно!
Ты сам себя сокрушишь,
Но и знай: несчастие дано лишь для того,
Чтоб чувствовать полнее только счастье.
Цепеш
Очередной божественный обман,
Ведь если всемогущий всемогущий
То он и счастье может сделать вечным
Без примеси несчастий. Всемогущий
Ведь может всё.
Голос 2
Он развлекается как хочет
Цепеш
Но то, что я сказал, ведь будет ближе
К понятью всеблагой.
Голос 2
Он всеблагой
Лишь с теми, кто без всяческих вопросов
Хотения его все ублажает.
Однако разглагольствовать довольно,
Тебя ждут неотложные дела.
Цепеш
Приятнее мне сон, небытие,
Но долг зовёт очнуться, и я буду
До вздоха до последнего сражаться.
За мой народ готов я выносить
Несчастия любые и проклятья.
 

Сцена 8

 
Султан
Послушай друг, тебе есть предложение
Занять трон Трансильвании, когда
Твой брат, продавший мир будет низвергнут.
Однако есть условие одно.
Ты должен подписать тот договор
Из-за которого твой братец взбунтовался.
Брат Цепеша
Ему ещё жизнь можно сохранить?
Султан
Сейчас подумай лучше о своей.
Брат Цепеша
Я выполню условия все ваши,
А брата своего я заключу
В темницу, он угрозы не представит.
Султан
Свою решил он участь, ну а ты
Коль с этим не согласен, то решаешь
Свою, ещё преемников довольно.
Брат Цепеша
Но я один наследник лишь законный
И с вами соглашаюсь я, скажите
Где нужно подписать.
 

Сцена 9

 
Цепеш
О боже, что со мною происходит?
Мне нравится смотреть на эти муки,
Как будто уподобился тебе я
Весь мир с высокой башни созерцая,
Стенающий на кольях преступлений.
Нет, нет, я не могу смотреть на это!
 

Сцена 10

 
Б1
Друзья, сегодня я собрал всех вас,
Чтоб, наконец, сказать и откровенно
Наш князь сошёл с ума.
Не знаем мы, кто следующий разделит
Несчастных участь тех, что возле стен
Так долго умирают в адских муках.
Не стало больше правил, только прихоть
И подозрительность, однако, вместе мы
Способны прекратить это безумство.
Б2
И как же, кто осмелится на это?
Б1
Всё сделаю я сам, однако должен
Уверен быть я в том, что уж никто
Ни стражники, ни вы не помешают.
Б3
Но ты ему служил вернее многих
Откуда знать теперь нам, что не он
Устроил это всё, чтобы проверить
На верность своих подданных?
Б1
Решайтесь!
Гарантий вам никто не предоставит,
Одна лишь только собственная совесть.
Итак, мы ждали слишком, слишком долго,
Мгновение и будет уже поздно.
Взгляните только вы на тех несчастных
Их сотни, скоро город будет красным
От крови, чтобы тут же серым стать
От алчности.
Б4
Я стражу на себя беру, никто
Из них не помешает вам.
Б1
Отлично
Тогда судьба его должна свершится
Уже сегодня.
 

Сцена 11

 
Цепеш
Со стен снимите пушки, они нам
Теперь не пригодятся, их продайте,
А деньги все раздайте тем крестьянам,
Что за войну хозяйств своих лишились.
На средства из казны воздвигнем храм,
Но нужен он не мне, а для народа
Да и для вас.
Цепеш
(Б1 медленно подходит сзади с кинжалом в руке)
Ну что же это вы
Сегодня молчаливы так, на вас
На прежних это вовсе не походит.
Эффект такой всегда внушает страх,
Но страха я не вижу в этих лицах.
И чувствую, крадётся кто-то сзади.
(оборачивается)
Б1
Прощайте, князь, иль что-то напоследок
Прикажете ещё.
Цепеш
(заливается смехом)
Б2
Чего ты медлишь?
Действуй.
Б3
Бей!
Б4
Кончай его скорее!
(Б1 замахивается, Цепеш вскакивает и перехватывает у него нож.)
Цепеш
Глупцы!
Держите то, что так хотели,
Извольте не мараться!
(вонзает нож себе в шею)
Гонец 1
Турецкие войска на горизонте
И будут через час здесь или меньше.
Б2
О, господи!
Б3
Мы можем улизнуть.
Б1
Молчите!
Цепеш
(смеётся, истекая кровью)
Б1
Я к туркам отправляюсь и приму
Условия их, вы пока готовьтесь
Им выдать тело князя, его нет
Теперь, как и причины для осады.
Б2
Но кто теперь возглавит нас?
Б1
Придётся
Отныне согласовывать с султаном.
Б3
Но в войске, что сюда идёт
Султана нет, они тебя убьют,
А город весь разграбят, неужели
Ты думаешь, они тебе поверят?
Б2
Приказ был отдан – город захватить,
Слова тут не помогут.
Б1
Ну а вы,
Что вы то предлагаете?
Б3
Бежать.
Бежать, пока ещё не поздно!
Б1
А люди как?
Б2
Их участь не завидна.
Б1
Трус!
Беги, бегите все, а я поеду
И попытаюсь снять осаду словом.
Коня быстрее мне, ещё не поздно
Исправить всё, коня же мне скорее!
Гонец 2
Господа!
Турецкие войска остановились,
Завидев зрелище у стен, чтобы покинуть
Сегодня трансильванские пределы.
 

Лжедмитрий

 
Лжедмитрий
Они везде, они уже повсюду, но почему?
Стражник
Терпение иссякло
Лжедмитрий
Дремучая страна! О, если б они знали, что теряют!
Стражник
Всего лишь самозванца.
Лжедмитрий
Самозванца? Дремучие. Я выбрал себе имя,
Показывая вам пример свободы,
Я сделал себя сам и потому
Имею больше прав на этот трон.
Стражник
Беги, быть может, ты ещё успеешь.
Лжедмитрий
Царю не подобает убегать. Я царь,
А значит, я – это Россия.
Россия примет гибель, но не бегство.
 

Художник

Желания. Я всегда хотел разобраться, что лежит в их основе. Почему они могут быть настолько мелочны, что в этом даже стыдно признаться? Что мною движет? Что заставляет поступать, так или иначе? Можно ли полностью довериться себе, или стоит себя постоянно сдерживать: в мыслях, в чувствах, в фантазиях, в действии? Раньше этот вопрос вызвал бы в нём отвращение, теперь же он чувствовал ответственность и тяготился ею. Гордый его взгляд впервые был поникшим, все валиться из рук, такого опустошения он давно не испытывал. Волнистые волосы спутались, лицо осунулось, и только губы не были тронуты безобразием, окутавшим его. Он не доверял себе, а такого давно не было. Что же надо сесть и выплеснуть все на бумагу, это раньше всегда помогало, но не теперь. Но почему, в чем же причина? Неудовлетворённость испытывают все и все пытаются от нее избавиться, все хотят что-нибудь сделать, но почему один при этом начнет все выплёскивать на бумагу, а другой займется изучением научной теории? – Да какое тебе нахрен дело? – Кто-то с насмешкой говорил внутри него. Однако любопытство брало верх, и ни один разумный ответ не был удовлетворителен. Характер, круг общения, внешние условия? Нет, если подумать ничто из этого не является определяющим. Почему, почему я всегда мог только писать и творить различные глупости? А все остальное только мираж вокруг меня. Неужели я больше ни на что не способен? Ах, черт возьми, голова кишит какой-то заразой, откровенность, это ещё не искусство. Он скомкал уже четвёртый лист и выбросил во мрак комнаты.

Сон

Странно. Когда я проснулся, в комнате царил приятный полумрак, было раннее утро, все ещё спали. Я ничем не хотел нарушать царившей гармонии и почти не двигался. Поэтому я стал разбирать свой сон, который только что увидел. Сон состоял из нескольких снов. Два сюжета я помню отчётливо, остальное обрывками. Я оказался в жёлтой пустыне и увидел львёнка, львёнок этот рычал. Через несколько мгновений вместо львёнка передо мной стояла машина, задняя часть которой продолжала рычать, имея пасть и всё ещё чем-то, походя на львёнка. Затем из здания, которое вдруг, оказалось, рядом вышла девушка, почти ещё девочка и села за руль я зачем-то сел рядом. Машина походила на те, что выпускали в Америке в 70-е, блестящий двухместный Mustang или что-то в этом роде. Мы поехали по засохшей глинистой дороге, вокруг цвели деревья. Девушка захотела дать газу, но машина сама установила маленькую скорость. Тогда девушка спросила у машины:

– Зачем ты это делаешь? – машина ответила:

– Ты забыла о львёнке, который у нас в багажнике? – на что девушка сказала, что мне показалось чрезвычайно остроумным. – Лучше бы ты подумала, что мы угоняем из банка. – Мне было приятно ехать в этой машине, солнце ласково светило и вообще я испытывал то томление спокойствия, которое можно ощутить только во сне. Мне хотелось так ехать вечно, к тому же девушка, которая вела машину, оказалась невероятно прекрасной. Я спросил у нее, откуда она, и она назвала мне какой-то город и штат. Я спросил:

– США? – она ответила:

– Да.

Затем я понял, что мы не сможем так ехать вечно и осознал, что когда наша поездка кончится, я буду невероятно несчастен, потому что никогда больше не увижу эту девушку и никогда больше не смогу оказаться с ней в такой томящей блаженством обстановке. И мне в голову пришла пугающая мысль, что если я почувствую изъяны в этой обстановке, если я увижу уродство в этой девушке, то мне уже не будет так сложно расстаться с ней. Я оглянулся на нее, она была прекрасна, тогда я зачем-то начал приближаться к её лицу. И вдруг, когда я уже слишком приблизился, лицо её начало искажаться и становиться уродливым, она стала похожа на ведьму, и вся обстановка потеряла свои краски. Я захотел поскорее оказаться где-нибудь, только не здесь. И через несколько секунд этот эпизод кончился, и я оказался уже где-то в другой реальности.

Она

Она только что приняла ванну и теперь, закутавшись в полотенце, смотрела телевизор. Чудесное бледное лицо выражало лёгкую усталость и томление. Она была похожа на свою мать: та же грациозность, то же игривое изящество, нежные алые губы, глубокие зелёные глаза и длинные русые волосы. Она всё больше обретала женственные черты, а теперь в полумраке казалась особенно прекрасной. Когда она устроилась поудобнее, оперевшись на руку, полотенце чуть спало, обнажив всю свежесть её еще детского тела, ножки она положила так, словно позировала для лучшего фотографа. Вся эта картина пробуждала в нём давно забытое, высшее влечение к любимой девушке. Вдруг она вскочила, закуталась в полотенце, легко подбежала к отцу и поцеловала его в щёку, пробуждая от смутных видений, затем лукаво посмотрела ему в глаза и прильнула к его губам. Она целовалась так же как …., хотя ей было всего 9 лет. Он был опьянен и почти страстно вкушал запретный плод поцелуя, наконец, опомнившись, он отстранился.

– Зачем ты так целуешься? Это совсем не по-детски.

– А я вижу, тебе понравилось, это прямо, как в том фильме, тем более, что я уже совсем не ребёнок.

– Ну что же, любовь моя, раз так, то я должен открыть тебе одну тайну, – говорил он, ласково проводя рукой по её волосам и задумчиво вглядываясь в её прелесть. Её глаза загорелись и вся она обратилась во внимание, словно маленький хищный зверёк, впервые выслеживающий добычу. – Очень скоро тебе придётся выбирать между красотой и счастьем.

Поток сознания

Казалось бы, занимайся любимым делом, ведь впервые в истории стало ясно, что путь эволюции – единственно верный. Да, сейчас смутные времена, но разве не ясно видна перспектива развития? Разве не за наукой будущее, которая постепенно приближает нас к абсолютной истине и все больше расширяет возможности человека, стремящегося стать полубогом? И все же можно ли говорить, что мы ближе к истине, чем Сократ? Хотя это разговор слишком туманный, чтобы что-то прояснить и быть завершенным. Тем не менее, не сейчас ли мир более всего приблизился к тому, что описано в «Великом инквизиторе» Достоевского, когда люди обменяли свою свободу на сытость и благополучие? Да, наука приносит нам радость познания и открывает новые структуры, новые знания, словно пазлы, из которых мы можем строить свое будущее, но откроет ли она возможность человеку самому творить такие структуры? Вряд ли, ведь тогда человек бы стал богом.

Очень интересны людские пороки. Не они ли дают нам бесценный опыт, а с тем и перспективу развития? Не из одного ли тщеславия мы готовы от него отказаться в какой-нибудь из моментов своей жизни? И не наша ли порочность спасет нас от потери свободы? Вряд ли благоразумие. Разве не оно так сладко нам шепчет на ухо о том, чтобы раствориться в погоне за комфортом?