Текст книги "Тайна античных свитков"
![](/books_files/covers/thumbs_240/tayna-antichnyh-svitkov-11918.jpg)
Автор книги: Айрис Джоансен
Жанр: Зарубежные любовные романы, Любовные романы
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 23 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]
– Ты отвлекаешься. – Мэннинг удивленно смотрела на Фокса. – Кого тебе напомнила Джейн Макгуайр?
– Я не отвлекаюсь. Я говорил о реконструкции. Она точная копия того лица, которое воссоздала Ева Дункан. – Он помолчал, припоминая имя. – Цира. Эту актрису звали Цира.
Цира.
Теперь и Мэннинг что-то начал припоминать. Ему вспомнилась газета, где рядом были напечатаны фотографии какой-то статуи и этой реконструкции.
– Ловко. Может, профессионализм этой Дункан – сплошной миф? – Он умолк. Открылась дверь операционной, и оттуда вышли два врача в зеленой униформе. – Ну вот, ничего и выспрашивать не придется. Операция, похоже, закончилась.
При виде входящих в комнату родных девушка поразилась, как плохо выглядит Сандра. Осунулась, бледная и лет на двадцать старше, чем была месяц назад, когда они в последний раз виделись.
– Не понимаю. – Пожилая женщина с укором воззрилась на Джейн. – Что произошло?
– Я тебе уже все рассказала, – проговорила Ева, поглаживая мать по руке. – Джейн знает не больше нашего.
– Она наверняка знает больше. Она там была! – Сандра поджала губы. – А что вы с моим сыном делали в этом переулке рядом с баром, Джейн? Разве ты не знаешь, что в таких местах полно наркоманов и преступников?
– Успокойся, Сандра, – тихонько сказала Ева. – Уверена, у нее есть объяснение. Она не виновата, что…
– Плевать я хотела, кто виноват. Я требую ответа! – По щекам Сандры покатились слезы. – А ведь она обещала…
– Я старалась. – Джейн сжала кулаки. – Я не знала… Я думала, что поступаю правильно.
– Он всего лишь мальчик, – сказала Сандра. – Мой мальчик. Я получила его из рук этой ужасной мамаши, и он стал моим. Это не должно было случиться. Только не с ним! И не с нами.
– Я знаю. – У Джейн дрогнул голос. – Я его тоже люблю. Он для меня всегда был как брат. Я всегда старалась о нем заботиться.
– Ты и заботилась, – сказал Джо. – Сандра расстроена, иначе она бы вспомнила, сколько раз ты выручала его из всяких историй и возвращала на праведный путь.
– Тебя послушать – выходит, он был плохим ребенком, – возмутилась Сандра. – Бывали у него моменты, когда головенка не срабатывала, – а у какого мальчишки их не бывает?
– Он прекрасный мальчик. – Джейн шагнула ближе. Ей хотелось протянуть руку, погладить Сандру, утешить ее, но та напряглась, и Джейн остановилась. – Он умный, ласковый…
В комнату вошел Мэннинг.
– Операция закончена, доктор Бенджамин идет сюда, он сам вам все скажет. Мы с Фоксом потом с вами свяжемся.
Детектив старательно смотрел на Джо, избегая всех других. Джейн все поняла. О боже!
– Майк? – прошептала Сандра. – Майк? – Она так же, как Джейн, обо всем догадалась, и глаза ее округлились от ужаса.
– Вам сейчас все расскажет доктор. – Мэннинг повернулся и поспешно вышел, едва не столкнувшись с хирургом.
Лицо у доктора Бенджамина было печальное.
– Нет, – прошептала Джейн. – Нет. Нет. Нет!
– Мне очень жаль, – сказал врач. – Не могу вам передать…
Сандра вскрикнула.
– Он умер, Тревор, – доложил Бартлет. – Мальчишка умер на операционном столе.
– Черт! – Худшего сценария и представить было нельзя. Ситуация и без того скверная. – Когда?
– Два часа назад. Они только что уехали из больницы. На Джейн лица не было.
Тревор выругался:
– Куинн и Ева с ней?
– Да. Приехали прямо в больницу.
Значит, у Джейн по крайней мере есть, кому ее поддержать.
– Когда похороны, не знаешь?
– Только-только случилось, а ты уже – «похороны». А кроме того, ты велел за ней последить, но не вступать в контакт.
– Узнай.
– Ты пойдешь на похороны?
– Еще не знаю.
– Хочешь, чтобы я вернулся в замок?
– Нет, конечно. Оставайся там и пригляди за ней. Она сейчас особенно беззащитна.
– Думаешь, это был Грозак?
– Вполне вероятно. Им нужна была Джейн, а мальчишка просто попался под руку.
– Печально! – Голос у Бартлета звучал подавленно. – Передать не могу, как мне стыдно, что я ее подвел. Откуда мне было знать? Все произошло мгновенно. Только что она с парнем скрылась в переулке, а в следующий миг уже машина с ревом выскакивает на улицу.
– Ты не виноват. Мы же не знали, что Грозак опять объявился. Ты ведь ничего подозрительного не замечал?
– Ничего. Парня жалко, – повторил Бартлет. – Жизнь так коротка, а он был совсем молодой!
– Джейн – тоже. И нельзя допустить, чтобы Грозак до нее добрался. Не спускай с нее глаз!
– Ясное дело. Но когда пахнет жареным, я не специалист по таким головорезам, как Грозак. Как ты знаешь, моя сильная сторона – мозги, а не рукопашный бой. Тут лучше тебе самому. Или Бреннера призови.
– Бреннер сейчас в Денвере.
– Значит, выбора нет, да? – сказал Бартлет. – Тебе придется обнаружить себя и все ей рассказать.
– И тем самым дать Грозаку понять, что он попал в точку? Ни за что! Он в Гарвард людей наугад послал, интуитивно. И я не хочу, чтобы он смекнул, что Джейн каким-то образом связана с золотом Циры.
– Наугад, говоришь? Не слишком ли он жестко играет? Парня-то убили.
– Для Грозака – совсем не жестко. Я видел, как он перерезал мужику горло только за то, что тот отдавил ему ногу. В жизни не встречал большего мерзавца. Но тут он грубо сыграл. Тот, кто убил парня, похоже, перестарался. Скорее всего, это был Леонард, и я готов биться об заклад, что Грозак убийства не заказывал, тот просто напортачил.
– Тогда, может, он откажется от затеи, тем более раз Джейн начеку и не одна?
– Может быть. – Ему хотелось надеяться, что так и будет, но полагаться на это было нельзя. – А может, и нет. Держись к ней как можно ближе. Стань ее тенью. – Он повесил трубку и откинулся на спинку кресла. Господи, как он надеялся, что мальчишка выживет. И не только потому, что люди не должны погибать безвинно, но и потому, что Джейн и так несчастий хватает. Довольно того, что она выросла в трущобах. Правда, о своем детстве она предпочитает не вспоминать. Да и вообще их знакомство четырехлетней давности не располагало к доверию. Собственно, у них даже нормального человеческого общения не вышло. Правда, в их тогдашних взаимоотношениях вообще не было ничего нормального. В них было много возбуждающего, тревожного и чувственного. Да, очень чувственного. Сейчас, когда эти старательно подавляемые воспоминания начали всплывать, Тревор физически ощущал, как напрягается тело – так, словно Джейн стоит перед ним, а не находится в университетском городке за сотни миль отсюда.
Побыстрее загнать эти воспоминания назад, на задворки памяти. Самое неподходящее время для подобных мыслей. Не подходящее не только для него, но и для самой Джейн Макгуайр.
Если удастся сохранить дистанцию, у нее будет больше шансов остаться в живых.
– Уснула. – Ева вышла из спальни и тихонько затворила дверь. – Врач дал ей такое сильное успокоительное, что слона свалить можно.
– Одна беда: когда проснется, проблема никуда не исчезнет, – заметила Джейн. – Я знала, что ей нелегко придется, но что она так сломается, для меня неожиданность. Мне она всегда казалась такой же сильной, как ты.
– Она и есть сильная. Вылечилась от наркомании, помогла мне пережить утрату Бонни. Она выстроила свою жизнь заново, создала новую семью, перенесла развод с Роном. – Ева потерла висок. – Но утрата ребенка хоть кого может подкосить. Меня она почти сломала.
– А где Джо?
– Занимается организацией похорон. Сандра хочет забрать Майка домой в Атланту. Завтра после обеда мы вылетаем.
– Я с вами. Ты сегодня с ней на ночь останешься? Ева кивнула.
– Хочу быть рядом, когда она проснется. Вдруг будет спать хуже, чем мы рассчитываем?
– Или кошмар приснится, – устало добавила Джейн. – Не знаешь, что и лучше – бодрствовать или спать и видеть кошмарный сон. Не могу поверить, что Майк… – Голос у нее дрогнул, но она быстро взяла себя в руки. – Иногда в жизни происходят бессмысленные вещи. Он должен был жить, у него все для этого было. – Девушка умолкла. – Черт, я ведь его подвела! Он был в панике, а я сказала, чтобы положился на меня. Что я о нем позабочусь. И он мне поверил.
– Ты его утешила. Ты же не знала, что так все кончится. Ты тоже надеялась на лучшее. – Ева откинулась назад. – Я рада, что ты его поддерживала. Сандра тоже будет тебе благодарна, когда боль поутихнет. Она знает, как он тебя любил и как ты его всегда опекала.
– Мне иногда кажется, что это его раздражало. Вчера, когда я за ним пришла, он сказал что-то… Майк никогда не мог похвастать уверенностью в себе, а я с ним порой была крута.
– В девяноста процентах случаев ты с ним была добра. Так что перестань себя изводить этими предположениями. Нельзя вечно выходить из игры победителем. Лучше думай о чем-нибудь хорошем.
– В данный момент ничего хорошего в голову не приходит. Никак не могу забыть этого подонка, что стрелял в Майка. Наверное, это я виновата. Когда на нас напали, я действовала инстинктивно. Если бы не стала сопротивляться, он бы нас обчистил – и все. Майк меня потом спросил, почему я сразу не отдала деньги. Но он и не требовал денег! Правда, я ему и рта раскрыть не дала.
– Ты говорила, что второй крикнул что-то вроде «она нужна нам живой». Значит, это не было ограблением.
– Да, точно. Ты права. Я что-то плохо соображаю. – Джейн отодвинула стул и встала. – Может, Мэннинг прав – это была попытка изнасилования или похищения. – Она направилась к двери. – Поеду в общежитие собираться. Увидимся утром. Позвони, если буду нужна.
– Сейчас мне от тебя нужно одно – чтобы ты вспоминала только то хорошее, что у вас было с Майком.
– Постараюсь. – Джейн задержалась в дверях. – Знаешь, что я чаще всего вспоминаю? Как в детстве Майк убежал из дома и прятался в каком-то переулке в нескольких кварталах. Мать у него была проституткой, а как ему доставалось от отца, когда тот бывал дома, рассказывать не надо. Я тогда носила ему еду и ночевала на улице, чтобы составить ему компанию. Ему было всего шесть лет, он боялся быть ночью один. Он вообще был из пугливых. Но со мной ему было легче, я ему сказки рассказывала… – У Джейн опять ком встал в горле. – И он засыпал. – Она распахнула дверь. – И вот теперь уже никогда не проснется.
– Тревор, ты не можешь ехать! – категорически объявил Венабл. – Ты даже не знаешь, был ли это Грозак.
– Это был Грозак.
– Ты не можешь знать наверняка.
– Я твоего разрешения не спрашиваю, Венабл. Я только сказал, что тебе надо делать, и сообщил, что появилась проблема. Если я сочту нужным, то я поеду.
– Куда важнее то, что ты делаешь здесь. Зачем срываться наудачу? Мне иногда кажется, что Сэбот прав и Грозаку все равно ничего не удастся. Он мерзавец, но мелкая сошка.
– Я тебе уже говорил, что, по моему убеждению, здесь замешан Томас Рейли. А это в корне меняет дело.
– Ты опираешься на одну дедукцию. Это бездоказательно. А девушка сейчас на втором плане. Ты не можешь ставить под угрозу…
– Занимайся своим делом! Я сам решу, кто на каком плане. – Тревор положил трубку.
С этим Венаблом каши не сваришь. Лучше было вообще не говорить ему о Джейн. Но нельзя. В такой деликатной операции оставлять любого из участников в неведении опасно, если не сказать – смертельно. Даже если бы он не решил бросить все и ехать, Венабл все равно должен был бы его прикрывать.
Он встал и направился по коридору к Марио. Тот уже лег спать, Тревор пересек комнату и остановился перед изображением Циры. В окно лился лунный свет и падал на бюст. Он мог смотреть на нее без конца. Высокие скулы, брови вразлет – есть что-то общее с Одри Хепберн, – изящный изгиб чувственного рта. Красивая женщина, и очарование ее – не столько в правильности черт, сколько в силе личности.
Джейн.
При мысли о том, как ее взбесило сравнение с Цирой, Тревор улыбнулся. Она так долго этому сопротивлялась. Да и сравнение, в общем-то, не вполне точно. Сходство, безусловно, есть, и после знакомства с Джейн он стала представлять ее себе всякий раз, как видит это изваяние. Живую, полную энергии, умную и прямолинейную.
Улыбка его угасла. Сейчас эта прямолинейность – ее злейший враг. Для Джейн существует только один путь: вперед, невзирая на преграды. Она не станет сидеть и дожидаться, когда полиция найдет убийцу Фицджеральда.
Тревор провел по щеке скульптуры – она была гладкая и холодная. В данный момент лучше было бы воспринимать ее как Циру. Далекую и холодную. Безжизненную…
Зазвонил его телефон. Опять Венабл?
– Тревор, это Томас Рейли. Тревор напрягся.
– Мы незнакомы, но вы обо мне наверняка слышали. У нас с вами есть общие интересы. И за то время, что мы с вами преследовали этот общий интерес в Геркулануме, наши пути несколько раз почти пересеклись.
– Что вам нужно, Рейли?
– То же, что и вам. Но я первым буду у цели, потому что хочу этого больше, чем вы и чем кто-либо иной. Я изучал ваш послужной список. В вас есть некая мягкотелость, идеализм, которого я в вас никак не предполагал. Не удивлюсь, если вы сами захотите вручить мне золото.
– Размечтался!
– Конечно, я охотно выплачу вам долю.
– Какая щедрость! А как быть с Грозаком?
– К несчастью, мой друг Грозак – мямля, и мне нужно подстраховаться.
– То есть вы его решили кинуть?
– Это вам решать. Я буду иметь дело с тем, кто даст мне желаемое. Пожалуй, я даже расскажу Грозаку, что связывался с вами, – в таких делах конкуренция только на пользу.
– Вам нужно золото. – Да.
– Его у меня пока нет. А если бы и было, я бы вам не отдал.
– Как я понял, у вас хорошие шансы до него добраться. Но мне нужно не только золото.
– Статуя Циры. Ее вам не видать.
– Еще как видать! Она моя. Вы увели ее у меня из-под носа, пока я торговался с продавцом. Это все будет мое.
– Все?
– Мне нужно еще кое-что. Я вам сделаю предложение…
– Это Куинн звонил, он в аэропорту, – сказал Мэннинг, закончив разговор. – Просит обеспечить Джейн Макгуайр охрану, когда она вернется после похорон.
– Будешь заявку подавать? – спросил Фокс, развалясь в кресле.
– Конечно, буду. – Мэннинг покрутил головой. – Но с учетом нашего урезанного бюджета капитан потребует представить весомые основания. Может, нам присовокупить к этому делу то, что ты там в Интернете нарыл?
– Может быть. Давай поглядим… – Фокс потянулся к клавиатуре и набрал код доступа. – Я нашел эту старую статейку, когда мы вернулись из больницы. Любопытная история, но вряд ли здесь есть связь с кем-либо из нашей картотеки. Если только речь не о привидениях. – Он нажал кнопку, открыл нужный файл и развернул компьютер так, чтобы Мэннинг мог прочесть. – Судя по всему, отец этого серийного убийцы, Альдо Манца, был помешан на актрисе, жившей две с половиной тысячи лет назад, как раз в то время, когда извержением Везувия были разрушены Помпеи и Геркуланум. Старик был археологом и приторговывал предметами старины. Он и нашел статую этой актрисы, Циры, в развалинах Геркуланума. – И?
– У Альдо тоже развилась мания. Он не мог примириться с существованием женщин, внешне похожих на эту Циру. Он стал на них охотиться и убивал нещадно, а сначала лишал их лица. Будто топором срубал.
– Кровожадный какой! И ты говоришь, Джейн Макгуайр похожа на эту Циру?
Фокс кивнул:
– Одно лицо. Поэтому она и стала мишенью.
– Он ее выследил?
– Да. Но Еве Дункан и Джо Куинну удалось спутать ему карты. Они поставили ему ловушку в катакомбах под Геркуланумом. Дункан реконструировала лицо по одному из черепов, обнаруженных учеными в море близ Геркуланума, и они разрекламировали его как изображение Циры. Это, конечно, была фальшивка. Дункан изготовила ее специально. Но этот череп в сочетании с близостью Джейн Макгуайр сработали как приманка и заставили Альдо подойти так близко, что им удалось его нейтрализовать.
– Он мертв?
– Мертвее некуда. Как и его отец.
– А родственники не могут жаждать мести?
– Почему они тогда раньше этого не сделали? Четыре года прошло.
Мэннинг нахмурился:
– Может быть, может быть… – Он углубился в статью. Все было так, как рассказал Фокс, но одна фраза его озадачила. – Тут среди действующих лиц называют Дункан, Куинна, девушку и некоего Марка Тревора. Кто такой этот Марк Тревор?
Фокс покачал головой:
– Я откопал еще несколько материалов, в некоторых он тоже упоминается. Но никто из других участников тех событий ничего о нем не рассказывает. Он определенно там был, но исчез до того, как в катакомбы прибыла полиция и пресса. В одной статейке делается намек на его криминальное прошлое.
– Что не мешает Куинну его выгораживать.
– Я так не сказал. Он просто о нем не говорит.
– Но если этот Тревор причастен к убийству Майка Фицджеральда, почему Куинн скрыл от нас этот факт? Девчонку он опекает изо всех сил. Этот Тревор привлекался?
– Возможно.
– Что ты хочешь сказать? Или привлекался – или нет.
– Никак не могу в нужную базу данных залезть. Машина не пускает.
– Что за бред? Пробуй еще!
Фокс кивнул и развернул ноутбук к себе.
– Ты же сам сказал: не стал бы Куинн его покрывать, если бы подозревал. Зачем зря время терять?
– Затем, что Куинн может захотеть первым до него добраться, чтобы собственноручно перерезать ему глотку.
– Он же полицейский! Какая глотка? Он на это не пойдет.
– Не пойдет? А что бы ты, Фокс, чувствовал, если бы речь шла о твоем ребенке?
2
Лейк-коттедж. Атланта, Джорджия
– Что ты тут делаешь на крыльце? – Ева поднялась по ступеням. – Ночь-полночь…
– Не спится что-то. – Джейн подвинула своего пса Тоби, давая Еве место на верхней ступеньке. – Я думала, ты останешься с Сандрой.
– Хотела, но неожиданно объявился Рон, и я почувствовала себя лишней. Хоть они и в разводе, но Майка оба любили. Хорошо, что он приехал ее поддержать.
Джейн кивнула:
– Помню, как Рон нас с ним на рыбалку возил. Майк еще тогда маленький был. А на похороны он завтра придет?
– Сегодня, – поправила Ева. – Скорее всего. А Джо лег?
– Да. Он тоже тебя не ждал. Тебе надо поспать. День будет тяжелый. – Джейн повернулась к озеру. – Кошмарный день!
– И для тебя в том числе. Твой кошмар начался в тот момент, как ты разыскала Майка в этом баре. – Ева помолчала. – Цира больше не снится?
Джейн вздрогнула и взглянула на Еву:
– А? Что это ты вдруг? Ева пожала плечами:
– Заговорили о кошмарах – вот и вспомнилось.
– Сейчас? Ты четыре года о них не говорила.
– Это не значит, что я о них не помню. Просто решила: лучше предать забвению ту историю и все, что с ней связано.
– Легко сказать, а сделать…
– Да уж, – сухо согласилась Ева. – С тех пор как ты в Гарварде, ты уже трижды выезжала на раскопки в Геркуланум.
Джейн ласково потрепала Тоби по голове.
– Ты вроде ничего не имела против.
– Это чтобы не акцентировать внимания на том, что я хотела бы стереть из твоей памяти. Но от этого та давняя история не стала мне милее. Не хочется, чтобы ты тратила молодые годы на навязчивую идею.
– Это не… Ну хорошо, хорошо, ты права. Я только знаю одно: я должна выяснить кое-что про Циру. Мне надо знать, осталась она жива во время извержения или погибла.
– Зачем? Это же было две тысячи лет назад!
– Ты сама знаешь зачем. У нее было мое лицо. Или наоборот. Неважно.
– Она начала тебе сниться задолго до того, как ты узнала о ее существовании.
– Может быть, я где-то о ней читала.
– Но никаких подтверждений тому не нашла.
– Это не значит, что этого не было. – Джейн покачала головой. – Мне такое объяснение больше по душе, чем какая-то паранормальная чушь.
– Ты мне не ответила. Она тебе снится?
– Нет. Удовлетворена?
– Отчасти. – Ева помолчала. – Ты не общалась с Марком Тревором?
– Да что такое? Играем в двадцать вопросов?
– Да нет. Просто я тебя люблю и хочу убедиться, что у тебя все в порядке.
– У меня все в порядке. А с Тревором я не говорила с того момента, как он тогда уехал из Неаполя. То есть – четыре года.
– Я подумала, вдруг ты с ним пересекалась на этих раскопках.
– Ага! Станет он сидеть на коленках и рыться в пыли, как мальчик-студент. Он точно знает, где эти свитки зарыты, чтоб ему пусто было! – Когда на Тревора вышел нечистый на руку профессор-археолог и его сынок Альдо, он промышлял контрабандой предметов древнеримского искусства. Этот археолог обнаружил подземный ход, шедший от виллы одного из знатных горожан древнего Геркуланума, Юлия Пресебия, а в нем – библиотеку. В ней оказалось несколько бронзовых футляров-тубусов с бесценными свитками, уцелевшими под потоками лавы, когда она накрыла виллу. Многие из этих свитков были посвящены наложнице Юлия – Цире, знаменитой актрисе городского театра. Чтобы замести следы, Альдо с отцом взорвали подземный ход вместе со всеми, кто там находился, включая Тревора. Но ему удалось спастись. – Это же он замаскировал место раскопок, после того как тоннель обрушился. Он не допустит, чтобы кто-нибудь обнаружил этот подземный ход раньше, чем он сумеет туда вернуться и забрать сундук с золотом, о котором упоминается в свитках Юлия.
– А вдруг он его уже добыл?
– Может быть. – Эта мысль часто посещала и Джейн, но она продолжала поиски. – Но у меня такое чувство… Не знаю. Мне надо искать дальше. Понимаешь, эти свитки должна найти я! Я это заслужила. Это ведь за мной охотился тот псих, жаждавший срезать с меня лицо, как шелуху, потому что я похожа на Циру.
– Тогда почему ты не насела на Тревора и не выудила из него, где они находятся?
– Тревора словами не проймешь. Он жаждет заполучить это золото и убежден, что по праву, поскольку потерял в этих катакомбах друга, Пьетро. А, кроме того – как я его найду, если даже Интерпол не знает, где он?
– Я просто подумала, он мог с тобой связаться, когда ты ездила в экспедицию.
– Нет. – Во время первой экспедиции Джейн только и делала, что отгоняла эту нелепую мысль. Даже поймала себя на том, что без конца озирается, вспоминает звук его голоса, убеждает себя, что его тут нет – ни за углом, ни в соседней комнате, нигде поблизости. – Вряд ли он станет искать встречи. Мне тогда было всего семнадцать, для него я наверняка не представляла интереса.
– Внешне семнадцать, а в душе – все тридцать, – заметила Ева. – Тревор не такой дурак.
– Ты удивишься, когда я тебе кое-что расскажу.
– Ни один поступок Тревора не может меня удивить. Он тот еще фрукт.
Джейн изумилась, услышав в голосе Евы теплоту.
– Он был тебе симпатичен.
– Он спас мне жизнь. И вам с Джо. Трудно испытывать неприязнь к человеку, которому ты стольким обязан. Это не значит, что я его одобряю. Он, конечно, редкого ума человек и личность незаурядная, однако же не забывай, что он контрабандист и с законом не в ладу. Бог знает что еще за ним числится, – добавила Ева.
– Вот именно – «бог знает». За четыре года он мог в такие истории вляпаться…
– Ну, слава богу, ты хоть его не выгораживаешь.
– Ни в коей мере. Он самая яркая личность из всех, кого я встречала, к тому же обладает редким даром убеждения, а в остальном он для меня загадка. Не гнушается применять силу в любом виде и имеет опасную тягу к рискованным операциям. Ни одно из этих качеств не привлекает такую разумную женщину, как я.
– «Женщину»… – Ева грустно покачала головой. – Для меня ты по-прежнему девочка.
– Значит, такой и останусь. – Джейн положила голову Еве на плечо. – Кем скажешь, тем и буду. Выбирай.
– Я только хочу, чтобы ты была счастлива. – Ева поцеловала ее в лоб. – И не тратила жизнь на поиски женщины, умершей две тысячи лет назад.
– Это не называется «тратить жизнь». Я просто хочу найти ответы на вопросы, которые не дают мне покоя. И все.
Ева помолчала.
– Наверное, ты права. А я ошибалась, когда хотела предать прошлое забвению. Пожалуй, было бы разумнее отпустить тебя.
– Перестань себя корить. Когда я ездила в Геркуланум, ты же мне и слова не сказала.
Ева смотрела на озеро.
– Да, я ничего не говорила.
– И потом, я же не все время на Циру трачу. Я уже победила в нескольких конкурсах по живописи, ездила с Сарой в спасательные экспедиции, к тому же еще и училась. – Она улыбнулась. – И вовсе не забавлялась с сомнительными молодцами типа Марка Тревора. Я просто золото, согласна?
– Да, это правда. – Ева выпрямила спину и встала. – И хорошо бы, чтобы такой и оставалась. После похорон еще поговорим. – Она направилась в дом. – Нам обеим надо поспать. Я обещала Сандре приехать в одиннадцать.
– Я скоро приду. Хочу еще немножко посидеть здесь с Тоби. – Джейн обняла пса. – Как же я по нему скучаю! – Она сделала паузу. – Как думаешь, Ева, почему это все на нас свалилось именно сейчас?
– Не знаю. – Она открыла дверь. – Майк… Это страшное убийство… Страшное и бессмысленное. Меня это все навело на мысли об Альдо, я вспомнила, как он гонялся за Цирой. Все эти убийства… Как он тебя выслеживал… Ведь смерть Майка тоже каким-то образом с тобой связана.
– Может, и не связана. Пока ничего не ясно.
– Это правда. – Дверь за Евой закрылась.
Странно, что Ева связала убийство Майка с той кошмарной историей в Геркулануме. А может, и не странно. Тогда они с Евой, Джо и Тревором объединились в стремлении остановить маньяка, но теперь эта общая цель и их единство остались в прошлом. Но разве может человек разом стереть из памяти такую жуткую историю? С Тревором они теперь связаны так крепко, что Джейн казалось, она всю жизнь его знает. И неважно, что у него темное прошлое и кровожадные наклонности. Ею двигал инстинкт самосохранения. Им – жажда наживы и месть. Но это не помешало им объединить усилия и добиться цели.
«Перестань о нем думать!» Разговор с Евой всколыхнул в ней воспоминания о Треворе. Она давно задвинула его глубоко в подсознание и выуживала лишь тогда, когда было нужно. Это позволяло ей держать ситуацию под контролем – чего ей никогда не удавалось, когда он был рядом.
Ведь ей было всего семнадцать, ему – почти тридцать, и опыта – на несколько жизней. Учитывая, в какую круговерть эмоций она тогда оказалась ввергнутой, Джейн еще превосходно справилась с ситуацией.
Она поднялась и шагнула к двери. Забудь о Треворе и о Цире! Сейчас им в ее жизни не место. Надо сосредоточиться на родных. А сегодняшний день и вовсе потребует недюжинных усилий.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?