Текст книги "Искушение Евы"
![](/books_files/covers/thumbs_240/iskushenie-evy-97228.jpg)
Автор книги: Айрис Джоансен
Жанр: Современные детективы, Детективы
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 1 (всего у книги 18 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
Айрис Джоансен
Искушение Евы
Iris Johansen
EVE
Copyright © 2010 by Iris Johansen
© Самуйлов С., перевод на русский язык, 2015
© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2015
* * *
Глава 1
Малуа. Самоа
Наши дни
Две минуты.
Взрывчатка заложена под задней верандой дома. Заряд установлен.
Агент Арт Бенкман скользнул за зеленую изгородь, окружавшую дом и бассейн. Оставалось только немного подождать.
На этот раз никакой ошибки. Еще одной оплошности начальство не потерпит. Оно ясно дало понять: Блэк должен быть уничтожен. Слишком уж многое известно этому монстру.
Час назад Пол Блэк вошел в дом. Арт Бенкман видел это собственными глазами. Время выбрано отлично. Кроме этой твари в доме находится только одна женщина, прислуга, занимающая заднюю спальню бунгало. Свет в ее окне погас два часа назад. Сейчас она наверняка уже спит.
Что ж, спокойной ночи.
И прощай!
После такого взрыва живых не останется. Об этом он позаботился.
Одна минута.
Пламя от взрыва наверняка взметнется до верхушек качающихся над крышей пальм.
– Я таки достал тебя, Блэк, – прошептал агент Бенкман. – Гори в…
Боль.
Он повернулся и увидел того, кто вонзил ему в спину острый как бритва узкий кинжал.
Блэк? Пол Блэк? Но как? Откуда? Он должен быть в доме.
Но нет, он здесь. Бенкман видел перед собой знакомое смуглое лицо. Лицо дьявола…
– Кто тебя послал? – спросил Блэк. – Кто сказал тебе, что я здесь?
Он уже обшарил карманы Бенкмана и вытащил бумажник и письмо, полученное два дня назад по электронной почте. Пробежав сообщение глазами, Блэк усмехнулся.
– Коротко и ясно. И ты, как и положено хорошему агенту, слепо выполняешь приказ, да? Нет, нет, можешь не отвечать. Ты мне теперь не нужен.
– Я должен убить… – прохрипел Бенкман, – должен…
– Умереть, – закончил Блэк и без видимых усилий, словно ребенка, поднял агента на руки и понес к дому. – Это все, что ты должен. Как насчет кремации, не возражаешь?
– Нет! – Бенкман забился в панике, превозмогая боль. – Не оставляй меня здесь. Сейчас все…
– Взорвется? – Блэк бросил его на пол в большой комнате. – Примерно через сорок секунд. – Он посмотрел на Бенкмана сверху. – Почему бы тебе не попытаться выбраться из дому через стеклянную дверь, а? На террасу. Успеешь – может быть, выживешь. – Блэк повернулся и вышел из дома.
Мерзавец.
Бенкман перевернулся и на четвереньках пополз к стеклянной двери.
Как же больно!
Кровь толчками выливалась из раны.
Силы уходили.
Он слабел… умирал…
Нет, не все еще кончено. Он успеет. Доползет до двери… выберется из этого треклятого дома…
Медленно… слишком медленно…
Вот и стеклянная дверь. Теперь надо выбраться на веранду. Он уже почти перевалился через порожек…
И увидел Блэка. Тот стоял у садовой ограды и наблюдал за ним. С улыбкой.
Потом поднял руку и постучал по часам.
Слишком поздно, понял Бенкман. Не успеть. Время вышло.
– Не оставляй меня здесь! – выкрикнул он из последних сил. – Вытащи…
Дом взлетел на воздух, и Бенкмана поглотил ад.
– Вот отчет, сэр. Позвонить в Атланту и передать ей?
Винейбл хмуро взглянул на отчет, который положил перед ним агент Дэвид Харли. Похоже, с этим расследованием еще придется помучиться. И зачем только он во все это ввязался?
Ответ Винейбл знал сам. Они оба – Джо Квинн и Ева Дункан – ему нравились и к тому же не раз помогали ЦРУ в трудных ситуациях. Когда Кэтрин Линг попросила его, пользуясь служебным положением, подергать за кой-какие ниточки и получить отчет по делу о смерти Бонни, дочери Евы, он подумал, что сможет вернуть должок.
Теперь от прежней уверенности почти ничего не осталось. Все касавшееся смерти дочери Ева воспринимала с особой чувствительностью.
– Что-то не так? – озабоченно спросил агент Харли. – Я работал с тремя источниками. Все проверено. Да и Кэтрин Линг обычно очень аккуратна.
«Харли, конечно, и сам подошел к делу с полной ответственностью, – подумал Винейбл. – Новичок, но работает с желанием, добросовестно».
– Нет, уверен, вы все проверили и перепроверили. – Он пожал плечами. Харли встречался с Кэтрин Линг только раз, но она буквально сразила его. Впрочем, не его одного. Большинство мужчин реагировали на Кэтрин подобным же образом. Она была не только одним из лучших агентов ЦРУ, но еще и потрясающей красавицей, наполовину европейкой и наполовину азиаткой, одной из самых роскошных и экзотичных женщин, которых только видел Винейбл. – Кэтрин, конечно, точна и аккуратна, но это не значит, что она не может, сама того не сознавая, спровоцировать взрыв. В поисках информации она идет напролом и останавливаться не намерена.
– Ева Дункан… – осторожно произнес Харли и взглянул на отчет. – Я о ней слышал. И фотографии видел. Черепа, кости и все такое. Что-то вроде судебного антрополога, да?
– Я бы посоветовал вам относиться к ней с бо́льшим уважением. Не что-то вроде. Ева Дункан – судебный антрополог в полном смысле этого понятия. На мой взгляд, лучший в мире судебный антрополог. Все полицейские управления страны мечтают привлечь ее к работе по тем делам, в которых фигурировали скелетные останки. Человек, полностью преданный профессии.
– Ну, не совсем полностью, – улыбнулся Харли. – Я прочитал отчет. Она уже несколько лет живет с любовником, полицейским детективом Джо Квинном. Так что в личной жизни мисс Дункан определенно предпочитает живое теплое тело этим самым скелетным останкам.
– Квинн – хороший парень, – сказал Винейбл. – Надежный. Чертовски крут. Бывший «морской котик». Так что относитесь к ним с уважением, чтобы жалеть потом не пришлось. Вместе они с тех самых пор, как дочь Евы похитил серийный убийца. Девочке было семь лет, и Еву это несчастье совершенно подкосило.
– Понимаю. Такое может сломать кого угодно. Девочку убили?
– Почти наверняка да. Хотя тело так и не нашли, а убийцу не арестовали. Собственно, поэтому Ева и решила выучиться на судебного антрополога. Чтобы возвращать домой других пропавших детей. Но за убийцей Бонни она продолжает охотиться все эти годы.
– У меня жена беременная, должна вот-вот родить сына. Даже не представляю, что бы я делал, случись такое с ним.
– Вы бы его искали. Как Ева Дункан. Как Джо Квинн.
– А вы-то сами, агент Винейбл? У вас есть дети?
Винейбл покачал головой.
– Я разведен. Детей нет. У меня работа, и семья бы только мешала. – Он постучал пальцем по отчету. – И пример Евы Дункан лишний раз убеждает меня в том, что так и должно быть. Поиски убийцы дочери стали для нее навязчивой идеей, которой подчинено все остальное. Вот и я тоже… – Винейбл негромко выругался. – Кэтрин Линг следовало бы держаться от этого подальше, но она ведь думает, что может исправить все беды мира, если только как следует постарается.
– Может, она и права, – заметил Харли. – Кэтрин Линг – женщина очень умная.
– Здесь все? Или будет еще какая-то информация?
Харли покачал головой.
– Вы просили меня проверить только эти источники.
Вообще-то проверить источники просила Кэтрин Линг, а она точно знала, чего хочет. Он предложил ей подождать результатов, прежде чем отправляться к Еве Дункан, но вовсе не был уверен, что Кэтрин приняла совет. Она всегда поступала по-своему, как говорится, маршировала под свой барабан, и в данном случае горела желанием поскорее перейти от слов к делу. Такой уж у нее стиль – смело вперед, и будь что будет.
Такого же метода решения проблемы придерживалась и Ева Дункан. Пожалуй, именно поэтому эти две женщины и сдружились так крепко.
– Если хотите, я позвоню агенту Линг и передам информацию по отчету, – с готовностью предложил Харли. – Буду только рад.
– Нисколько не сомневаюсь, – проворчал Винейбл. – Но я, пожалуй, справлюсь и сам. В этом деле прямого ответа от Кэтрин ждать не стоит.
– По-моему, тут все ясно.
– Вот как? – Хорошо бы, конечно, разрешить Харли связаться с Кэтрин – пусть бы поспрашивала его сама. Если парень думает, что она тут же станет его новым лучшим другом, то ему грозит большое разочарование. Кэтрин потребует абсолютной точности, проверит каждую мелочь и засыплет беднягу градом вопросов. Она редко сходилась с кем-то так близко, как с Евой, и ради подруги не даст спуску никому. – Нет, я поговорю с ней сам.
Харли немного расстроился, но ничего не сказал и вышел из кабинета.
Ну что ж, Кэтрин. Винейбл снял трубку. Вот тебе бомба. Намерения у тебя, может быть, и самые лучшие, но чем все обернется, никто предугадать не в силах. Остается только надеяться, что вас с Евой взрывная волна не накроет.
С Евой что-то не так.
Стоя у барбекю, на берегу озера, Джо Квинн как бы невзначай бросил взгляд в сторону веранды. Ева, еще минуту назад сидевшая на качелях, теперь стояла перед Кэтрин Линг, и поза ее выдавала явное напряжение.
Какого черта?
А может, он ошибается. Солнце клонилось к горизонту, и уже изрядно стемнело. Может, ему просто мерещится. Кэтрин Линг давняя и надежная подруга Евы и расстраивать ее умышленно не стала бы.
Но нет же, он не ошибся.
Джо прожил с Евой немало лет и научился различать все нюансы ее настроения, замечать малейшие перемены в интонации, в позах и жестах. Что бы ни говорила Кэтрин, Еву это определенно обеспокоило. Пожалуй, стоит подойти и…
Зазвонил сотовый. Джо взглянул на дисплей.
Винейбл. ЦРУ.
Перебросить на голосовую почту и перезвонить попозже? Но ведь и Кэтрин Линг тоже из ЦРУ. Пожалуй, лучше ответить, а не бросаться сломя голову защищать Еву.
Он нажал кнопку приема:
– Что вы хотите, Винейбл?
– Кэтрин Линг у вас? Звоню – не отвечает.
– Здесь. С полудня. Может, она не хочет с вами разговаривать. Вы же не всегда посылаете ее с приятными поручениями. Может, ей просто захотелось немного отдохнуть.
– Отдохнуть? Кому? Кэтрин? – язвительно спросил Винейбл. – Я предложил ей взять отпуск после командировки в Россию, но нет, она сразу же ушла с головой в это расследование, да еще и меня за собой потащила.
– Какое расследование?
– Ну, это даже и не расследование. Так, прояснение некоторых обстоятельств. Передайте Кэтрин, чтобы обязательно позвонила мне. Скажите, что отчет у меня.
– Так в чем все-таки дело?
– Спросите у Кэтрин. Мне предложено не распространяться. Можно подумать, это она мною командует. – Винейбл повесил трубку.
Джо снова посмотрел на веранду. Солнце скрылось, стемнело, а свет никто не включил. Он лишь различил силуэты двух стоящих у перил женщин. Но то, чего Джо не видел, он вполне ясно ощущал. Тонкая эмоциональная настройка позволяла ему чувствовать окружающее Еву неспокойное, тревожное поле.
«Спросите у Кэтрин».
Он, конечно, спросит. Хотя бы потому, что происходящее на веранде сильно ему не нравится. Джо чувствовал себя так, словно его умышленно и бесцеремонно исключили из разговора.
Он шагнул было к крыльцу и тут же остановился.
А может ли он сейчас что-то предпринять? Да, инстинкт защитника толкает туда, но Еве такое вмешательство вряд ли понравится. Человек она независимый. Да и Кэтрин никакой угрозы не представляет. Они ведь подруги.
С другой стороны, порой обстоятельства складываются так, что беду может нести и друг.
Нет, только не Кэтрин. Ей он доверяет.
Джо медленно повернулся и направился к барбекю.
Успокойся. Не теряй головы. Рано или поздно Ева сама скажет, что происходит.
Держи себя в руках. Пока можешь.
– Но ты ведь можешь уехать и завтра утром? – спросила Ева.
– Не хочу причинять вам лишнее беспокойство. Ты и без того много для меня сделала. – Кэтрин посмотрела на стоящего у берега Джо Квинна. – Мы только тем и занимались, что обсуждали мои проблемы. Давай поговорим о вас с Джо. Между вами все в порядке?
– А почему ты спрашиваешь?
– Просто показалось, что он сегодня немного не в себе. – Она не сводила глаз с Джо. – Тебе крупно повезло. Такой парень…
– Да, Джо необыкновенный. Знаю, ты считаешь его особенным. Сама говорила.
– Говорила. Я всегда была откровенна с тобой. – Кэтрин повернулась лицом к подруге: – И всегда буду. Но меня опасаться не нужно. Я тебе не враг.
– Могла бы им стать, если бы захотела. Ты на редкость привлекательная женщина, Кэтрин. И мужчин притягиваешь, как магнит. – Ева посмотрела гостье в глаза. – Но в конечном итоге, как ни крути, угроза может исходить только от Джо. Только он способен сделать мне больно.
– Я никогда не сделаю тебе больно! – со страстью заговорила Кэтрин. – И такой подруги, как ты, у меня никогда не было. Поначалу меня заботило только то, что ты можешь сделать для меня, но потом многое изменилось. Я… я сблизилась с тобой.
– А я с тобой, – улыбнулась Ева. – Так что не кори себя.
– Я не хочу делать тебе больно.
Улыбка померкла.
– Мы говорим о Джо?
– Нет. Да. В некотором смысле…
– Говори. Ходить вокруг да около – не твой стиль.
Кэтрин снова посмотрела на Джо.
– Ты закончила реконструкцию по Синди?
Реконструкцией Синди Ева занялась несколько недель назад, перед тем как по просьбе Кэтрин отправилась в Россию. Поездка выдалась нелегкая, и Кэтрин немало ей помогла.
– Конечно. Примерно через неделю после возвращения из России. Это было совсем нетрудно. – Она улыбнулась. – Тем более что друзья провели всю подготовительную работу.
– Милая была девчушка?
– Да.
– Как твоя Бонни?
По лицу Евы скользнула легкая тень. У Синди не было ничего общего с Бонни.
– Почему ты вспомнила Бонни?
– Потому что ты одержима ею, а Джо ревнует. Дело не в самой Бонни, а в твоих чувствах к ней. Ты как будто отодвигаешь его в тень, а он ведь не святой, и это задевает. Разве не так?
Ева ответила не сразу.
– Так, но я не хочу обсуждать это даже с тобой.
– А вот мне приходится обсуждать это с тобой. Думаешь, я хочу? Я даже собиралась отказаться, отойти в сторону и забыть. Но не смогла.
Ева нахмурилась:
– О чем ты говоришь?
– Вы с Джо – большая проблема, и у меня нет желания усложнять ее еще больше.
– А ты можешь?
– Легко. – Кэтрин криво усмехнулась. – У меня это хорошо получается. Я, можно сказать, эксперт по этой части. Если постараюсь, могу даже небо обрушить на землю.
Ева медленно поднялась с качелей и подошла к подруге.
– Рассказывай.
Кэтрин отвела глаза.
– Помнишь, я упомянула как-то, что верну должок? Я была так благодарна и хотела дать тебе то, чего ты желала больше всего на свете.
Ева раздраженно взглянула на нее. Как она ни старалась, ей так и не удалось убедить Кэтрин в том, что между подругами не может быть счетов. Кэтрин обратилась к ней с просьбой сделать возрастную прогрессию ее сына, Люка, похищенного девять лет назад в возрасте двух лет. В результате Ева оказалась втянутой в поиски Люка, кульминацией которых стала погоня за похитителем в России и спасение мальчика.
– А я велела тебе забыть и не думать об этом.
– Это не в моем стиле. – Кэтрин помолчала. – Твое самое большое желание – вернуть домой Бонни. Для этого тебе нужно найти ее убийцу. По возвращении из Гонконга у меня появилось свободное время, чтобы сосредоточиться на проблеме. Я попыталась взглянуть на это преступление с объективной точки зрения. А потом начала копать. Задействовала все возможные контакты, привлекла к делу свою информационную команду, обратилась за помощью к Винейблу. Мы даже подключили АНБ[1]1
Агентство национальной безопасности – разведывательная организация Соединенных Штатов Америки. (Здесь и далее примеч. перев.)
[Закрыть].
У Евы сдавило грудь. «Только не позволяй себе надеяться». Поиски Бонни продолжались слишком долго, чтобы Кэтрин, едва подключившись к ним, совершила чудо.
– Когда Бонни похитили, Джо работал в ФБР. Мы привлекали не только местные силы.
– Но в то время доступна была не вся информация.
– Знаю. Мой друг, Монтальво, недавно передал список из трех новых подозреваемых. Двоих пришлось вычеркнуть, но по одному проверка еще не закончилась. Пол Блэк. Тебе это имя не встречалось?
– Встречалось.
Ева впилась в подругу глазами.
– Но?..
– Но меня больше заинтересовал кое-кто еще.
– Кто?
– У него была возможность. Не исключено, был и мотив. – Кэтрин заговорила быстро, короткими, рублеными фразами. – В преступлениях такого рода прослеживаются определенные факторы.
– Черт! Почему ты всегда такая уклончивая?
– Джо. Ты очень осторожна во всем, что его касается. Его задевает твоя одержимость Бонни. Он жутко тебя ревнует. – Кэтрин сжала перекладину перил. – Это единственное, что может отдалить его от тебя. Да что там, развести вас.
– Кэтрин…
– Ладно. – Она вздохнула. – С того самого момента, как вы встретились, Джо считает, что ты принадлежишь исключительно ему. Вас спасло только то, что ему как-то удалось смириться с твоей одержимостью Бонни. Утратить ощущение безопасности было бы катастрофой.
– Он и не утратит.
– Нет? Ты рассудительная и сдержанная. Ты очень хорошо себя контролируешь, но ведь так было не всегда. Однажды ты уже теряла голову из-за мужчины. И тогда совсем себя не контролировала.
Только теперь Ева поняла, куда клонит подруга. Но это невозможно. Этого просто не могло быть.
– Кэтрин, кто убил мою Бонни? – охрипшим вдруг голосом спросила она.
– Я не сказала, что уверена в этом…
Еву уже трясло.
– Скажи. Назови имя.
– Тебе нужно имя? – Кэтрин перевела дыхание. – Имя, которое ты не сочла нужным внести в свидетельство о рождении. Это отец Бонни. Джон Галло.
Хотя Ева и ждала этого, имя все равно прозвучало громом среди ясного неба. У нее перехватило дыхание. Пересохло во рту.
– Нет… – с трудом выдавила она. – Не может быть. Ты не понимаешь… Это неправда.
Но если Кэтрин пришла к такому выводу, то, может быть…
И все же нет. Невозможно.
– Послушай, я бы не стала просто так вбрасывать это имя…
– Нет! – Мысли разбегались. Нужно уйти. Побыть одной. Ева повернулась, наткнулась на сетчатую дверь. – Ты ошибаешься. Сильно ошибаешься. Это не… – Она захлопнула дверь и прислонилась к ней, устремив в темноту невидящий взгляд.
Кэтрин назвала ее рассудительной и сдержанной. И куда теперь подевались рассудительность и сдержанность? Она снова ощущала себя такой же растерянной и беззащитной, как и тогда, шестнадцатилетней девчонкой, только-только родившей Бонни. Злой на весь свет, дерзкой, вспыльчивой.
Джон Галло.
Слова Кэтрин как будто отбросили ее в далекое прошлое.
К Джону Галло.
Глава 2
Жилой квартал Пибоди
Атланта, Джорджия
– Мне надо немного денег. – В голосе Сандры Дункан прозвучали мягкие, просительные нотки. – У тебя ведь была вчера получка, да? Десять баксов, не больше. – Она взъерошила свои коротко подстриженные рыжие волосы. – Не искать же работу с некрашеными волосами. Я должна выглядеть на все сто.
Мать опять под кайфом, с отчаянием поняла Ева. Взгляд плывет, движения замедленные и нескоординированные. Деньги, которые она клянчит, пойдут, скорее всего, на крэк или марихуану. Но ей-то что делать? Сандра не работала уже четыре месяца, а деньги были нужны позарез. Они уже просрочили с оплатой за квартиру, а того, что Ева получала в забегаловке Мака, где подрабатывала вечерами, едва хватало на самое необходимое.
– Мама, я могу дать только пять. И почему бы тебе не сходить в «Школу красоты» в Колледж-парке? Там все делают дешевле.
– Сколько раз повторять одно и то же: называй меня Сандрой, – перебила ее мать. – Все вокруг говорят, что я слишком молода, чтобы иметь шестнадцатилетнюю дочь. Мне самой едва за тридцать. – Она наклонилась и потрепала Еву по щеке. – Я родила тебя в пятнадцать. Могла бы и аборт сделать, но решила сохранить ребеночка. Тебя. А ведь было нелегко. Так что, дорогуша, за тобой должок. Десятку?
Сандра всегда, когда чего-то хотела, напоминала дочери о том, сколь многим та обязана ей. Еву это раздражало. Раньше обижало и задевало, но потом она поняла, что мать прибегает к этому аргументу только для того, чтобы выпросить что-то, а ее якобы большая жертва объясняется лишь тем, что про аборт она вспомнила тогда, когда предпринимать что-то было уже поздно. Ева достала кошелек и вытащила купюру.
– Ладно, вот десятка. Но завтра я хочу увидеть тебя красивой и с новой прической.
– Думаешь, я красивая? – Сандра взглянула на себя в зеркало. – Раньше ты никогда этого не говорила. – Она пригладила растрепанные кудряшки. – Ты хоть и некрасивая, но волосы у тебя мои. Все говорят, что они у меня особенные. Поэтому их и нужно держать в порядке. – Сандра прихватила сумочку и направилась к двери. – Знаешь, я думаю, что менеджер в кафешке Мака дал бы тебе работу и на полный день, если б ты только попросила получше.
С таким предложением Сандра выступала не впервые, легко забывая то, чего не хотела помнить.
– Я не стану ни о чем его просить. Мне еще нужно закончить школу. И мистер Кимбл уже пообещал оставить меня на работе, когда я поступлю в колледж.
– В колледж? – искренне удивилась Сандра. – Дорогуша, такие, как мы, в колледж не поступают. И тебе будет гораздо легче жить, если ты выбросишь из головы эту дурацкую мысль.
– Легче? Вот как? – Ева попыталась потушить вспыхнувшую злость, но та уже вырвалась на волю. – Ты порхаешь с работы на работу, и тебе при этом легко живется? Ты счастлива тем, что нюхаешь кокс, и думаешь, что именно так все и должно быть, да? – Ева оглядела тесную, запущенную квартирку. Она старалась поддерживать здесь чистоту и порядок, но все вокруг было такое старое, обветшалое, унылое. – Тебе нравится здесь жить? Да? А вот мне не нравится. Я хочу выбраться отсюда и постоянно об этом думаю.
Сандра с недоумением посмотрела на дочь.
– Ох, да не будь ты такой противной! Ну, покурил человек «травку», понюхал кокса – что в этом плохого? Я же только изредка, не как те наркоманы, что шатаются по Пичтри-стрит.
– Изредка? И когда же в последний раз? Вчера?
– С какой это стати? – Сандра открыла дверь. – Ты слишком серьезно ко всему относишься. Злишься попусту. Каждый раз, как меня видишь, будто с цепи срываешься. Только читаешь да работаешь. У тебя даже дружка нет. Знаешь, иногда я тебя не понимаю. – Она вышла и хлопнула дверью.
Если бы иногда, подумала Ева. Мать никогда ее не понимала и даже раньше, когда она была еще ребенком, смотрела на дочь, как на диковинку, существо с другой планеты.
Впрочем, сколько помнила Ева, Сандра и впрямь жила в ином мире, где правили марихуана, крэк, кокс и ЛСД.
«Не думай об этом, – сказала она себе. – Что бы ты ни говорила, слушать Сандра не станет. А у тебя и своих проблем хватает. Матери ты уже не поможешь, так что подумай о себе». Ева выросла на улице и житейскую мудрость приобретала там, а потому и секретов в борьбе за выживание для нее не было.
Она взглянула на часы – почти шесть. Пора собираться на работу, а то ведь и опоздать недолго. Рассчитывала сделать геометрию, но из-за Сандры так и не успела. Мать постоянно отвлекала. Ева закрыла учебник и сунула в полотняную сумку. Может, удастся выкроить минутку во время перерыва.
Она заперла дверь и сбежала по бетонным ступенькам, что вели к центральному входу. В нос ударил неприятный запах гнили. На третьей лестничной площадке кто-то оставил пакет с отбросами, не удосужившись спуститься еще на два пролета и выйти к мусорным бакам. Неужели это так трудно?
«Не смотри, – приказала себе Ева. – Ни на мусор, ни на ободранные металлические перила, ни на обезображенные уродливыми рисунками серые стены». Если у себя в квартире она еще старалась поддерживать чистоту и порядок, то здесь, в подъезде, сделать ничего не могла, а потому старалась просто не обращать внимания на грязь и вонь.
Ева толкнула обшарпанную дубовую дверь и, увидев двух идущих к подъезду старушек, придержала ее для них. Потом выскочила и перевела дыхание.
Свежий воздух. Солнце. И гнилостный запах ощущался здесь не так сильно.
– Привет! Торопишься? – окликнула ее Роза Деспрандо, сидевшая на зеленой скамеечке со своим годовалым малышом. На улице она проводила едва ли не все время – ребенок часто плакал, и отец Розы гнал ее из дому.
– Немного. – Им обеим было по шестнадцать, и они учились в одном классе, пока Роза не забеременела и не бросила школу. Еве она всегда нравилась – немного медлительная, но зато добрая, отзывчивая, улыбчивая. В окружавшем Еву мире такие люди встречались нечасто. Наверно, именно добродушие и отзывчивость и подвели Розу. В школе она была легкой добычей для парней и постоянно из-за этого страдала. Закончилось тем, что бедняжка забеременела и теперь нянчилась со своим ненаглядным Мануэлем, которого любила больше всего на свете.
Ева остановилась около скамейки, наклонилась, погладила малыша по темным курчавым волосикам.
– Ну что, красавчик? – шепнула она. – Как дела?
Мануэль пролепетал что-то, хлопая длинными ресничками. Ева как-то сказала Розе, что такие ресницы прекрасно подошли бы для рекламы туши. Пухленький, розовощекий малыш. Просто чудо.
– Похоже, у него все в порядке, – усмехнулась Ева. – Спать, наверно, не дает, да? У него ведь зубки режутся?
– Да, но это не важно. – Роза поправила на сыне маечку с эмблемой бейсбольной команды «Брейвз». – Он того стоит. Посмотри, правда здорово выглядит в твоей маечке? Скажи спасибо, Мануэль.
– Пустяки. Она и обошлась мне всего-то в пятьдесят центов.
– Главное, что ему идет. Настоящий бейсболист. Я стараюсь научить его говорить «спасибо». Вчера получилось.
Мануэль заулыбался Еве:
– Мама…
– Он всех так называет, – объяснила Роза. – Даже папу.
– Ничего, скоро разберется. – Ева чмокнула малыша в лобик и открыла калитку. – Пока.
Роза кивнула.
– А я твою маму видела. Так хорошо выглядела.
– Сандра всегда хорошо выглядит. – Она шагнула на тротуар – до автобусной остановки было четыре квартала.
– Ева!
– Что? – Она оглянулась через плечо.
– Ты там поосторожней. – Роза указала взглядом в конец улицы. – Я видела сегодня Рика Лазаро и Фрэнка Мартинелли. Рик… он был такой буйный. Думаю, подсел на что-то крепко.
– Не беспокойся. Ты сама держись от них подальше.
– Мне они ничего не сделают, разве что обзываться будут. – Роза прижала к груди сына. – Я-то стерплю, но мне не нравится, что они про Мануэля гадости говорят. А ведь он ничего плохого не сделал. Это я во всем виновата.
– Ни в чем ты не виновата, – сказала Ева, хотя и понимала, что Роза, конечно, виновата. Виновата тем, что доверчива, что родилась в мире, где первыми жертвами становятся простодушные и слабые. – Просто так случилось. И все еще наладится. Ты заботишься о Мануэле, ты занимаешься. Вот сдашь тест по программе средней школы, получишь диплом, найдешь хорошую работу…
Роза покачала головой:
– Я не такая умная, как ты.
– Особо умным быть и необязательно. Главное – желание. Послушай, Роза, мы не должны быть такими же, как наши родители, жить только сегодняшним днем, совершать те же ошибки, что и они. Мы должны выбраться из этой дыры. – Ева никак не могла понять, почему другие этого не хотят. У нее желание вырваться в другой мир давно превратилось в страсть. Впрочем, спорить с Розой сейчас, доказывать что-то было некогда. – Не забывай заглядывать в ту книжку, что я тебе дала. Поговорим потом, ладно? Пока.
Прибавив шагу, она с опаской заглянула в темный проулок, откуда частенько совершали вылазки местные подонки.
На этот раз ей повезло.
Похоже, Рик Лазаро и его дружки ушли искать удачи в другое место, и ей…
Крик.
Роза.
Ева обернулась.
Господи!
Рик Лазаро, Фрэнк Мартинелли и еще двое парней уже стояли перед домом.
Рик отобрал ребенка у матери и держал его высоко над головой, а Роза отчаянно прыгала вокруг, пытаясь дотянуться до сына. Фрэнк Мартинелли смеялся.
– Брось его, Рик. Он же считает себя бейсболистом, пусть поиграет.
– Нет! – вскрикнула Роза, но было уже поздно – малыш взлетел в воздух.
Ева в ужасе замерла.
Время как будто замедлило ход: Мануэль кувыркался в воздухе, сучил пухленькими ножками… Роза обернулась и вытянула руки… Дружки Рика тупо ухмылялись.
– Не бойся, я его поймаю. – Фрэнк шагнул вперед, поднял руки, но в последний момент отступил, и малыш упал на землю.
Чтоб им!..
Ева бросилась к дому.
Роза, заливаясь слезами, рвалась к ребенку, но Рик держал ее за руки.
Мануэль лежал на земле молча и неподвижно.
– Отпусти ее! – Ева толкнула Рика Лазаро и тут же врезала ему кулаком в пах.
Подонок взвыл от боли, отшатнулся и упал.
– Унеси Мануэля в дом! – крикнула Ева Розе и прыгнула на Рика, понимая, что долго его не удержит. Рик был большой и сильный, и глаза у него, как и говорила Роза, были бешеные. С грязными, спутанными волосами цвета соломы, в которых мелькали розовые пряди, он напоминал чудаковатого персонажа из какого-то мультфильма. Вот только смеяться, глядя на него, совсем не хотелось. Удивительно, что в таком состоянии, наглотавшись какой-то дряни, он еще чувствовал боль.
Роза уже схватила малыша и взбежала по ступенькам.
Хорошо.
А теперь пора и самой уносить ноги.
Поздно.
Фрэнк Мартинелли схватил Еву сзади за волосы и рванул к себе.
Рик ударил ее в живот и швырнул на землю.
– Дрянь! Ты куда суешься? – Он наклонился и ткнул Еву кулаком в скулу. – Сюда, парни! Повеселимся.
Боль.
Тьма.
Не поддаваться.
Только не дать этим ублюдкам изнасиловать себя.
Ева тряхнула головой и, изловчившись, укусила Фрэнка за руку. Он взвизгнул и разжал пальцы. Она изо всей силы боднула Лазаро в грудь, перекатилась на бок, подтянула сумку, вскочила и метнулась к дому.
Дорогу преградили двое дружков Рика, с ухмылками наблюдавших за происходящим.
– Держите ее! – крикнул Лазаро. – Не пускайте в дом. Фрэнк, последи за улицей. Сейчас она у меня повизжит! Я ее… – Он не договорил, захрипел. – Что за…
Ева оглянулась. Какой-то незнакомец, высокий брюнет, возникнув за спиной у Рика, нейтрализовал негодника захватом, а потом и отправил в нокаут коротким рубленым ударом ребром ладони по шее.
Лазаро сполз на землю, а незнакомец повернулся к Фрэнку Мартинелли.
– Ну же, смелей, – негромко сказал он. – Я еще не размялся.
Замешкавшись на секунду, Фрэнк выхватил складной нож и сделал выпад, но в следующее мгновение незнакомец одним движением развернул его и заломил руку за спину.
Крик боли.
Ева услышала, как что-то хрустнуло.
Стоявшие перед ней парни расступились, словно Красное море перед Моисеем, и поспешно ретировались, оставив приятелей корчиться на земле.
Мартинелли, жалобно постанывая, попытался отползти в сторону улицы, а вот Лазаро лежал мешком и не издавал ни звука.
– Ты убил его? – прошептала Ева. – Если да, то уходи. Быстрее. Люди здесь такие, что помочь не выйдут, но в полицию позвонят обязательно. Копы разбираться не станут, заберут всех.
– Знаю. Но он живой. У меня нет желания ломать свою жизнь из-за такого подонка. – Незнакомец, только что сваливший Лазаро и Мартинелли, шагнул к ней. – Ты в порядке?
Голова кружилась. Ева еще не пришла в себя.
– Да.
Он был моложе, чем показалось на первый взгляд. Не больше двадцати. Высокий, крепкого сложения. Пожалуй, лет восемнадцати-девятнадцати. Кожа смуглая, волосы темные, глаза тоже. Губы полные, на подбородке ямочка. Лицо довольно экзотичное. Голубой с белым пиджак, джинсы, черная футболка.
– Ты кто? Раньше я тебя здесь не видела.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?