Текст книги "Экзамен для мужа"
![](/books_files/covers/thumbs_240/ekzamen-dlya-muzha-30116.jpg)
Автор книги: Бетина Крэн
Жанр: Зарубежные любовные романы, Любовные романы
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 20 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Глава 3
На следующий день Перил метался по своей комнате-тюрьме, не в силах больше терпеть надоевшую «женскую» атмосферу. Чего хочет от него эта проклятая аббатиса? Он бросил суровый взгляд на отца Бассета, который, деля с ним заточение, непрерывно молился, словно желал защитить себя от его переменчивого настроения. Да, кажется, маленький священник все-таки был прав насчет аббатисы – она явно наслаждалась своей властью!
По привычке граф потер рукой подбородок и сморщился: даже сегодня порезы чувствительно отзывались на прикосновение. Неужели, когда он женится, ему придется ежедневно подвергать свое лицо подобным истязаниям? Тихо выругавшись, Перил взял пустые ножны, вышел из комнаты и направился в конюшню. Слава Богу, его лошади не станут молиться или пускать ему кровь.
Однако на полпути он встретил сестру Арчибальд, которая сообщила, что мать-настоятельница ждет его в своей личной приемной. Видимо, аббатиса наконец закончила советоваться с Богом и готова объявить ему их общее решение.
Перил шагал за посланницей главы монастыря, вспоминал девушек, виденных накануне, гадал, позволят ли ему выбирать самому, и, как мужчина, сможет ли определить, которая из них станет хорошей женой. Но еще важнее – как ему узнать, обладает ли она «исключительной добродетелью»? Перил задумчиво нахмурился. Допустим, он может положиться в этом на аббатису, она-то знает наверняка. А вдруг… разве он может быть уверен, что она отдаст ему девушку по-настоящему добродетельную, а не какую-нибудь бездельницу или дурочку?
– Я приняла решение, ваше сиятельство, – вместо приветствия сказала настоятельница, указав на скамейку, где уже сидел отец Бассет. – Совесть не позволяет мне отдать вам нежную молодую девушку после столь краткого знакомства и без иных гарантий, кроме вашего предложения.
– Но… но… – Граф вскочил. – Я пообещал вам…
– И тем не менее, – кротко ответила аббатиса, жестом велев ему сесть, – я думаю, что Господь предопределил для вас путь. Вы должны пройти испытание. «Экзамен для мужа».
– Что? – Он уже опускался на скамью, но тут вскочил как ужаленный. – Испытание?
– Чтобы понять, станете ли вы подходящим мужем и подходят ли условия, в которых окажется ваша невеста, для утонченной, воспитанной девушки, я отправлю вместе с вами наш монастырский совет по оценке мужей. – Она замолчала, дожидаясь, пока граф осмыслит ее слова.
– По оценке мужей? Чтобы оценить меня? – Он ударил себя кулаком в грудь. – Монахини будут проверять и оценивать, стану ли я подходящим мужем?
– И подходит ли ваш дом молодой жене, – холодно закончила аббатиса.
– Но это абсурд… оскорбление! – рявкнул граф, наклоняясь к ней через стол. – Да как вы смеете предполагать…
– Смею, потому что я настоятельница этого монастыря и глава этого Ордена! Ни одну из наших девушек не отдадут замуж без моего разрешения. Особенно когда потенциальные мужья – знатные лица сомнительной репутации и с еще более сомнительными доходами.
– Вы считаете меня нищим и недостойным, поскольку я не сделал богатого пожертвования? А вам не приходило в голову, что я не собираюсь платить с трудом заработанные деньги, не будучи уверен в ценности того, что за них получу?
Скрестив руки на груди, аббатиса смерила его гневным взглядом.
– Даже если мужчина предложит мне сундук, полный золота, я никогда не позволю ему заботиться о любой из моих послушниц, не оценив его характер и положение. А вы, сэр, прибыли к нам только с вооруженным эскортом, без всяких полномочий, без слуг, без цивилизованных удобств. Я имею право сомневаться в вашей пригодности в качестве мужа и кормильца семьи. Если мои требования кажутся вам чрезмерными, дверь вон там. Найдите себе невесту из собственного окружения. – Аббатиса злорадно улыбнулась. – Если сможете.
– Умоляю вас, милорд! – Отец Бассет схватил его за руку. – Ничего ужасного в этом испытании нет. Возможно, это лучший шанс найти то, что удовлетворит ваших людей, вернет мир и процветание вашему дому… а вдобавок порадует ваше прекрасное и благородное сердце. – Он вздрогнул, когда Перил остановил на нем злобный взгляд. – Это всего лишь установленное правило, вы быстро завоюете благосклонность монастырского совета. На этот раз дома, в своем поместье, вы сможете увидеть весенний сев, пока весь Уитмор будет готовиться к счастливому приезду вашей невесты. Это всего лишь двухнедельная отсрочка, не более того.
Граф повернулся к аббатисе.
– Допустим, после нелепого «экзамена для мужа» выяснится, что я подходящий плуг для вашей драгоценной борозды… Что тогда?
– Тогда я отправлю вашу невесту к вам.
– А откуда мне знать, что вы пришлете именно такую, какая мне требуется? Откуда мне знать, что она и вправду окажется усердной, благоразумной и прежде всего добродетельной?
– Тут, сэр, вы должны полностью верить Господу и мне. Я тщательно изучу письменный доклад нашего совета по оценке мужа. Невеста будет соответствовать и вашему характеру, и вашим требованиям. А посему я предлагаю вам очень внимательно прислушиваться к ее словам и оказывать ей всяческую поддержку.
– Я никогда не покупаю лошадь в попоне, – заявил граф. – Я должен быть уверен, что девушка мне подойдет.
Аббатиса после некоторого колебания уступила:
– Хорошо, обещаю прислать вам кого-нибудь из девушек, которых вы уже видели… Например, ту, что сегодня помогала вас брить.
Граф попытался вспомнить, как они выглядели, как себя вели, и чуть успокоился: каждая из них была очаровательной и, возможно, обладала требуемой «добродетелью». Хоть одна-то подойдет для его целей! Он взглянул на Бассета, который нетерпеливо кивнул ему.
– Ладно. Я возьму с собой эту вашу «Знатока мужчин». Но вы должны прислать мне невесту, как только получите ее доклад!
Лицо аббатисы смягчилось.
– Непременно, – заверила она.
– Я не совсем поняла, что мне нужно делать, – растерянно сказала Элоиза.
Получив вызов аббатисы, она бегом кинулась в ее личную гостиную. В комнате находились сама аббатиса и сестра Арчибальд; на столе перед ними лежала тонкая пачка документов…
– В обязанности совета по оценке мужа входит…
– Но я никогда не слышала о таком совете. Я даже не знала, что у нас есть «оценка мужа».
– Совет действует не постоянно, – пояснила аббатиса, угрожающе взглянув на сестру Арчибальд, похоже, собравшуюся возразить. Та скрестила руки на груди и прикусила язык. – Только в случае необходимости. Сейчас такая необходимость возникла. Графу Уитмору требуется невеста, однако я не могу послать с ним кого-то из наших девушек, пока не узнаю, что его дом и он сам нам подходят. Ты должна оценить, годятся ли для супружества граф и его дом. Это и будет твоей задачей.
– Но я абсолютно в этом не разбираюсь! Я ничего не знаю о мужьях – ни о плохих, ни о хороших.
– Ты должна научиться в этом разбираться, если когда-нибудь станешь… – Аббатиса умолкла, видимо, расстроенная тем, что едва не сказала лишнего. Сердце у Элоизы подскочило, когда она заметила ее промах. – Недостаток опыта значения не имеет. – Настоятельница погладила кожаный футляр с документами. – У нас разработаны определенные стандарты для мужей. Тебе остается лишь оценить каждое из его качеств и условия жизни в поместье, отметить их в этих документах и отослать мне. Когда я прочту твой доклад о личных качествах графа и положении дел, я смогу выбрать для него подходящую невесту.
Элоиза сразу поняла, насколько сложно и ответственно данное ей поручение. К тому же оно требовало длительного путешествия в обществе раздражительного, вспыльчивого графа…
– Простите, преподобная мать, но я думаю, что для такого предприятия больше подойдет кто-нибудь другой, – промямлила она, глядя на документы.
– Элоиза Арджент, – резко проговорила аббатиса, – теперь не время проявлять скромность. Я выбрала тебя потому… – Она замолчала, чтобы не дать воли гневу. – Потому, что ты прилежно училась, вмешиваясь фактически во все работы нашего монастыря. Кто лучше тебя, самой любознательной и неутомимой ученицы, в совершенстве освоившей искусство ведения дел и сельское хозяйство, способен оценить, насколько умело и добросовестно люди графа управляют поместьем? Более того, твои сила воли и упорство не имеют себе равных в нашем Ордене. Я уверена, ты докопаешься до истины, даже если она скрыта в королевской сокровищнице.
Какая похвала! Элоиза ощутила легкое головокружение от столь внезапной перемены ее судьбы.
– Но я всего лишь послушница.
– Разумеется.
Это слово почему-то успокоило ее. Но сомнения все еще оставались.
– Наверняка одна из старших сестер…
– У всех старших сестер есть свои обязанности. Я могу тебя заверить, что после выполнения этой задачи ты уже не будешь послушницей. – Аббатиса поднялась, вышла из-за стола и, понизив голос, веско произнесла: – Нам с тобой выпало много испытаний, пока мы искали тебе здесь подобающее место. Я полагаю, мы наконец узнали, чего наш Господь все время хотел для тебя.
Глаза Элоизы наполнились слезами, а сердце – надеждой.
– Я верю, что вы проявили мудрость, преподобная мать, возложив на меня эту великую миссию, ибо только я одна способна ее выполнить. Теперь я поняла, насколько вы доверяете мне. – Элоиза встала перед аббатисой на колени и потянулась к ее руке. – Спасибо, я не обману ваших ожиданий.
– Я знаю, девочка. – Настоятельница благословляюще хлопнула ее по склоненной голове и тут же отступила. – Я уверена, что ты будешь справедлива и точна в своих оценках. Прежде всего тебе нужно время. Помни, нельзя судить поспешно о человеке или состоянии дел. Лежащее на поверхности часто бывает обманчивым. Ты должна копнуть поглубже, чтобы понять, что является истинным и постоянным. Это задание потребует месяца работы… возможно, двух… или даже трех. – Аббатиса замолчала и сунула руки в рукава. – Теперь о другом. Ты будешь носить полное облачение нашего Ордена.
– Я? Полное облачение? – Элоиза чуть не задохнулась от счастья.
– Хотя такое случается редко, но мы с сестрой Арчибальд, посовещавшись, решили, что это послужит тебе надежной защитой во внешнем мире. Ты возьмешь с собой другую сестру, постарше и поразумнее, для поддержки и общения. Можешь идти, найди сестру Монгриф, пусть даст тебе новую одежду. – Аббатиса протянула ей бумаги. – Граф жаждет поскорее отправиться в путь.
Прижимая к груди кожаный футляр, Элоиза со слезами на глазах обняла свободной рукой сестру Арчибальд, ибо старая монахиня содействовала перемене в ее судьбе, и выбежала из гостиной.
Аббатиса, насмешливо улыбаясь, посмотрела на сестру Арчибальд и обнаружила, что та хмурится.
– Ни слова, Арчи. – Она погрозила ей пальцем.
– Ты не сказала ей о проклятии.
– Мы сами точно не знаем, есть ли оно там.
– А священник, похоже, уверен в этом, – заявила старая монахиня.
– Он безвольный, ограниченный и невежественный человек. Ты сама знаешь, что такие в любом событии видят происки сатаны, – фыркнула аббатиса.
Сестра Арчибальд ответила ей укоризненным взглядом, но даже неодобрение лучшей подруги не испортило настоятельнице удовольствия.
– Я сделала то, что должна была сделать. – Она села в кресло у окна и откинулась на спинку, не вынимая рук из широких рукавов. – Монастырь тесен для нас двоих. Или она, или я.
Окрыленная неожиданной похвалой аббатисы, Элоиза влетела в ткацкую, где Мэри-Клематис обучала младших девушек прясть, и, обняв подругу за талию, закружила по комнате.
– Постой… ну постой же, Элли! Что это на тебя нашло?
– Мы едем в Англию! Мне поручено оценить, годится ли граф в мужья, а ты, Клемми, будешь мне помогать!
Поздно вечером, когда сборы были закончены, Элоиза просмотрела бумаги, доверенные ей аббатисой, и поняла, что ее миссия, несмотря на великую честь, совсем не легка. Настоятельница составила длиннющий список качеств, требующих ее оценки, и чем дальше она листала страницы, тем неувереннее себя чувствовала.
Кто она такая, чтобы судить знатного человека и решать, достоин ли он невесты? Элоизу охватила досада. В кои-то веки аббатиса дала ей поручение, где она может применить полученные знания и личные способности, а она вдруг струсила.
«Держи себя в руках, девочка», – вспомнила она упреки сестры Арчибальд, и это укрепило ее решимость. Ей выпал шанс доказать аббатисе, что и она может быть полезной. И когда она вернется, успешно выполнив свою миссию, преподобной матери не останется ничего иного, кроме как позволить ей постричься в монахини. А став монахиней и полноправным членом Ордена, она еще сумеет доказать аббатисе, что сможет стать ее достойной преемницей.
После заутрени Элоиза прокралась в часовню, освещенную только свечами, горевшими возле алтаря. В этой мирной полутьме со знакомым устоявшимся запахом ладана она встала перед алтарем на колени. Так много страхов, так много надежд, так много счастья… Ее ум и сердце были настолько переполнены, что она не могла решить, какими словами выразить свою радость. Впервые за все эти годы у нее появилось дело и свое место в Ордене. Аббатиса наконец отметила ее старания, поручив ей работу, от которой зависела судьба юной девушки и важного английского графа.
– Благодарю тебя, Господи, за то, что Ты привел его сиятельство в наш монастырь, и за то, что дал мне возможность проявить себя, – наконец заговорила Элоиза, стоя на коленях перед иконой. – Помоги мне справедливо и благожелательно оценить его сиятельство, исполнив Твою святую волю… – Она содрогнулась и добавила: – И если это возможно, Господи, пусть он живет в таком месте, где мне не придется влезать на лошадь.
Камни монастырского двора стали темно-серыми после лившего всю ночь дождя. Густой туман приглушал все звуки: скрип кожаной сбруи, голоса вооруженных всадников, нервное фырканье и перестук лошадиных копыт. В центре готового к походу отряда стояла деревянная повозка, где находилась корзина с провизией и два небольших дорожных сундука. Конюх Бендик уже в десятый раз проверял, упряжь, шепча какие-то ласковые слова упитанному пятнистому ослу, который должен был тянуть повозку.
Граф что-то тихо ворчал себе под нос, отвернулся и поймал взгляд Майкла Даннолта, закатившего в ответ глаза. Колокольный звон стих несколько минут назад, однако монахини все так же стояли на коленях, перебирая четки и бормоча молитвы. Этак минует полдень, прежде чем они выедут наконец за ворота, а пока доберутся до берега, уже может начаться отлив. Если они не сумеют найти какое-нибудь пристанище, им придется устроить ночлег прямо в чистом поле. Тогда «Знаток мужчин» наверняка найдет, к чему придраться, и он уже в начале своего «экзамена» получит весьма нелестные отзывы.
– Весна, – пробормотал он, с возмущением глядя на низкие, бегущие по небу облака. Ничего, кроме дождя, топкой грязи и рыбы, рыбы, рыбы на ужин! Он никогда не понимал, что заставляет людей…
Услышав женские голоса, Перил выпрямился и посмотрел на дверь, откуда появилась вереница монахинь в серых одеждах. Их внимание было приковано к двум фигурам, одетым в черное, которых вела за собой аббатиса. Она со своими подопечными остановилась рядом с графом.
– Ваше сиятельство, я хочу представить вам сестру Элоизу. Она будет вести «экзамен для мужа», даст свою оценку и уведомит меня о результатах.
Перил удивленно прищурился. Монахиня оказалась намного моложе, чем он ожидал, но, по правде говоря, его не очень-то это волновало. Девушка почтительно склонила голову, и у него возникло ощущение, что он уже когда-то видел ее. Граф кивнул, стараясь прочесть по лицу сестры, насколько суровыми могут быть ее оценки. Но та смиренно смотрела на свои четки, и он перевел взгляд на другую монахиню.
– А это сестра Мэри-Клематис, ее помощница и компаньонка. В ближайшее время они будут вашими гостями, поэтому обещайте мне относиться к ним с такой же заботой и уважением, с какими вы относитесь к любимым родственникам. Они, сэр, являются ключом к вашему будущему супружеству.
То есть аббатиса требует с него клятвы, что ее монахиням не причинят зла? Она, кажется, считает его ничтожным варваром? В последний момент ему все-таки удалось обуздать свой гнев и даже продемонстрировать им некоторое подобие учтивости.
– Я буду им защитой, и, клянусь, ни один волос не упадет с их головы, – процедил граф сквозь зубы, но во взгляде его сверкало негодование. И ярость все-таки нашла выход: – Как я понимаю, эта телега предназначена для них? Она им совершенно без надобности, у меня хватит лошадей и для ваших сестер.
– Это наше обычное средство передвижения, – заявила монахиня, имя которой граф забыл.
– Они не ездят верхом? – спросил он аббатису.
Но прежде чем та успела открыть рот, ему ответила «Знаток мужчин»:
– Мы – сестры монашеского Ордена, и у нас нет причин ездить верхом.
Задетый ее высокомерным тоном, Перил подозвал одного из своих людей, приказал ему спешиться и помочь сестрам.
– В этом нет необходимости. – «Знаток» влезла в повозку и устроилась на дорожном сундуке. – Я умею обращаться с вожжами и могу сама управлять ослом.
Она подняла глаза и увидела, что граф идет к ней. И вдруг во внутреннем дворике наступила абсолютная тишина. Он стоял рядом с повозкой, изучая ее лицо, прямую осанку, и наконец вспомнил. Это она, та, что любит командовать! Та девица, что весьма бесцеремонно обращалась с ним и быстро закончила работу над его многострадальным лицом. Она явно умеет обращаться с мужчинами и, судя по твердому взгляду голубых глаз, уже поняла, что имеет над ними власть. Граф повернулся к молодому солдату, который, постояв около них, опять сел в седло.
– В чем дело? Я приказал тебе спешиться и взять вожжи! – рявкнул он.
Он вскочил на своего жеребца, кивнул упорно молчавшей аббатисе и с поднятой рукой, будто вел своих людей в бой, выехал за монастырские ворота. Его капитан подал команду воинам, и те резвым галопом поскакали за ним.
Перед Элоизой остался только молодой долговязый солдат со смущенным выражением на лице и протянутой рукой. Она неохотно позволила ему сесть рядом и забрать у нее вожжи. В следующий момент повозку окружили сестры, которые обнимали ее и Мэри-Клематис и желали им счастливого пути. От такого излияния чувств, выражавших искреннюю привязанность, у Элоизы дрогнуло сердце, а у Мэри-Клематис на глаза навернулись слезы.
Несмотря на толкотню, Бендику удалось повернуть осла к воротам, после чего он махнул солдату, тот тронул вожжи, осел напрягся, и деревянные колеса со скрипом пришли в движение.
Но через три шага животное остановилось.
– Ну давай же, упрямая скотина! – Бендик с силой тянул осла за недоуздок, а солдат сердито хлестал его вожжами и изрыгал угрозы в адрес будущих ослиных потомков.
Животное тронулось с места, повозка опять прокатилась три шага и снова остановилась. Теперь причина стала ясна: бедный осел не виноват, просто груз оказался для него слишком тяжелым, когда в повозку сел человек графа.
Скрестив руки, Элоиза с раздражением смотрела в открытые ворота. Равнодушные всадники уже исчезли за первым холмом. Вот и верь после этого в его будущее супружеское внимание или уважение!
– Я действительно умею править, – сказала она, тронув солдата за рукав. – Это уменьшит нагрузку, а вы сядете на свою лошадь.
Парень выглядел так, будто ее слова ужаснули его.
– У меня приказ, сестра.
– Что вы там стоите без дела? – раздался озабоченный голос настоятельницы. – Подтолкните ее!
Монахини и послушницы с возбужденным гомоном подбежали к задку повозки и начали ее толкать. Через минуту она благополучно выкатилась за монастырские ворота и загромыхала по изрезанной колеями дороге, ведущей к берегу моря. Элоиза и Мэри-Клематис, держась одной рукой за борт, другой махали сестрам до тех пор, пока не стихли вдали их прощальные крики.
Но когда они достигли склона первого холма, повозка начала замедлять ход, а потом опять остановилась. Солдат хлопал вожжами, кричал на осла, угрожал, однако тот прекрасно знал, какой груз он может тащить, и потому наотрез отказался от дальнейших попыток.
Аббатиса, стоявшая у ворот монастыря, с тревогой наблюдала за ними,
– Они никогда не поднимутся на холм, если им не помочь, – громко сообщила она.
Полдюжины монахинь без промедления кинулись к застрявшей повозке и, подоткнув юбки, уперлись в нее плечами…
Эту картину и увидел граф, прискакавший к ним, чтобы выяснить, что их задержало. Его человек, одеревеневший от унижения, сидел в повозке, которую толкала на холм горстка монахинь с голыми ногами и потными, покрасневшими от напряжения лицами. У графа засосало под ложечкой, когда он, стиснув зубы, наблюдал, как они выбиваются из сил.
Спускаясь с холма, он заставил своего коня идти рядом с повозкой. С другой стороны шел его солдат, держа в руках вожжи, а на холме стояли голоногие монахини, громко молясь о ниспослании Господом попечения «Знатоку мужчин» и ее помощнице. Сестра Элоиза. Вот как ее зовут.
Когда прощальные крики сестер наконец окончательно стихли, граф, оглянувшись через плечо, обнаружил, что Элоиза сидит очень прямо, руки сложены на коленях, на лице суровое неодобрение. По ее напряженной позе и прищуренным глазам он догадался, что ничего, кроме неприятностей, его впереди не ждет. Даже отвернувшись, граф чувствовал, как ее взгляд прожигает дыру в его бронированной спине.
Через секунду упала первая капля дождя. А еще через две небеса разверзлись, и последнюю частицу его молчаливого согласия на это путешествие унесло начавшимся ливнем.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?