Текст книги "Мой путь"

Первые шаги по пути сострадания

Начинать следует с избавления от самых серьезных помех состраданию: гнева и ненависти. Как нам всем известно, это чрезвычайно сильные эмоции, которые могут полностью овладевать всем нашим сознанием. Тем не менее их можно контролировать. Если все-таки эти негативные эмоции останутся бесконтрольными, то они заразят нас собой и затруднят наши поиски счастья, наполненного любовью разума.

Для начала стоит исследовать, приносит ли гнев какую-либо пользу. Подчас, когда мы приходим в уныние в какой-либо затруднительной ситуации, создается впечатление, что гнев полезен, он придает больше энергии, уверенности и решительности. При этом, однако, мы должны тщательно рассмотреть свое ментальное состояние. Хотя верно, что гнев дает дополнительную энергию, если мы исследуем природу этой энергии, то обнаружим, что она слепа; мы не можем быть уверены, положительными или отрицательными будут ее результаты. Причина заключается в том, что гневом затмевается лучшая часть нашего ума – здравый рассудок. Поэтому энергия гнева почти всегда ненадежна. Она может проявиться в разрушительном, достойном сожаления поведении. Более того, человек, находящийся в крайней степени гнева, уподобляется сумасшедшему, поведение которого причиняет вред и ему самому, и окружающим.

Однако для преодоления трудных ситуаций можно развить столь же мощную, но гораздо более управляемую энергию. Источником этой контролируемой энергии является не только сострадательное отношение, но также разум и терпение. Они являются самыми сильными противоядиями от гнева. К сожалению, многие люди ошибочно считают эти качества признаками слабости. Я уверен, что все как раз наоборот: они являются верными признаками внутренней силы. Сострадание по своему характеру нежное, мирное и кроткое, но в нем заключена мощная сила.

Не защищены и неустойчивы именно те, кто легко выходит из себя. Так что я воспринимаю гневливость как очевидный признак слабости.

Поэтому при возникновении проблемы старайтесь сохранять смирение, душевное отношение и заботьтесь о благополучном разрешении проблемы. Конечно, другие могут попытаться злоупотребить вашим отношением, и, если ваша бесстрастность только подстегивает несправедливую агрессию, займите твердую позицию. Только это следует делать с состраданием, а если вам необходимо высказать свои взгляды и принять жесткие меры противодействия, делайте это без гнева или злонамеренности.

Вам следует осознать, что даже если создается впечатление, что ваши противники причиняют вам вред, их разрушительная деятельность в итоге навредит лишь им самим. Для того чтобы пресечь свой эгоистичный порыв ответить ударом на удар, вам следует вспомнить о своей готовности практиковать сострадание и помочь предотвратить страдания другого человека от последствий его поступков. Таким образом, поскольку принимаемые вами меры были избраны по здравом размышлении, они будут более эффективными, точными и действенными. С другой стороны, ответный удар, основанный на слепой энергии гнева, редко достигает желаемой цели.

Друзья и враги

Я должен снова подчеркнуть, что недостаточно просто размышлять о благе сострадания, разума и терпения, чтобы развить их. Мы должны практиковать эти достоинства всякий раз при возникновении трудностей. А кто создает нам такие возможности? Конечно, не наши друзья, а наши враги. Именно они доставляют нам большинство неприятностей. Поэтому если мы искренне хотим учиться, нам следует считать врагов нашими лучшими учителями! Для человека, который взращивает в себе сострадание и любовь, практика терпимости имеет существенно важное значение, а для этого необходимы враги. Так что мы должны быть благодарны нашим врагам, поскольку именно они лучше всего могут помочь нам достичь умиротворенности ума! К тому же как в частной, так и в общественной жизни, при изменении обстоятельств враги часто становятся друзьями.

Таким образом, гнев и ненависть всегда вредоносны, и, если мы не будем тренировать свой ум и работать на ослабление их негативной энергии, они будут продолжать мешать нам и срывать все наши попытки развить спокойный ум. Наши настоящие враги – это гнев и ненависть. Именно этим силам нам необходимо противостоять и наносить поражение, а не «временным» врагам, которые периодически появляются в течение всей нашей жизни.

Это естественно и правильно, что все мы хотим иметь друзей. Я часто шучу, что тому, кто хочет быть эгоистом, следует стать альтруистом! Вам следует заботиться о других, проявлять участие к их благополучию, помогать им, служить им, окружая себя все большим числом друзей, все большим числом улыбок. Каков же будет результат? Когда и вам самим потребуется помощь, вы найдете множество помощников! Если же, напротив, вы не заботитесь о счастье других, то в конце концов вы окажетесь в положении неудачника. А разве можно построить дружбу ссорами и гневом, завистью и соперничеством? Я так не думаю. Только любовь дает нам по-настоящему близких друзей.

В нашем материалистическом обществе людям кажется, что если у них есть деньги и власть, значит, у них много друзей. Но такие друзья являются друзьями не человека, а его денег и власти. Когда человек теряет свое богатство и влияние, то таких друзей сразу как ветром сдувает.

Проблема заключается в том, что, когда дела идут у нас хорошо, в нас рождается уверенность, что мы со всем можем справиться сами и не нуждаемся в друзьях, но, когда наше положение и здоровье ухудшаются, мы быстро осознаем, насколько сильно заблуждались. Именно в этот момент мы узнаем, кто действительно готов прийти нам на помощь, а кто совершенно бесполезен. Поэтому, чтобы быть готовым к такому моменту, чтобы приобрести настоящих друзей, которые помогут нам при возникновении трудностей, мы должны воспитывать в себе альтруизм!

Хотя иногда некоторые люди смеются, когда я это говорю, но я сам всегда хочу иметь больше друзей! Я люблю улыбки. Именно поэтому я хочу знать, как приобрести больше друзей и получить больше улыбок, особенно искренних улыбок, поскольку улыбки бывают разными – например, саркастическими, искусственными или дипломатическими. Многие улыбки не приносят чувства радости, а подчас даже могут вызвать подозрение или страх, не так ли? И только искренняя улыбка несет в себе чистоту и является, по моему убеждению, уникальным свойством, присущим только человеку. Если нам нужны именно искренние улыбки, то мы сами должны создавать условия для их появления.

Сострадание и мир

В заключение мне бы хотелось сделать более широкое обобщение: индивидуальное счастье может внести важный и действенный вклад в усовершенствование всего человеческого общества в целом.

Поскольку мы все испытываем одинаковую потребность в любви, то любого человека, которого мы встречаем в каких бы то ни было обстоятельствах, можно воспринимать как своего брата или сестру. Не важно, насколько непривычны для нас черты лица другого человека, его одежда и поведение, – между нами нет никакой значимой разницы. Глупо ориентироваться на внешние различия, поскольку у нас единая изначальная природа.

В конечном счете это человечество единственное и эта маленькая планета – наш единственный дом. Если мы хотим защитить этот дом, каждому из нас необходимо испытывать искреннее чувство общечеловеческого альтруизма. Только это чувство в состоянии перебороть эгоцентрические мотивы, под влиянием которых люди обманывают и дурно обращаются друг с другом. Если у вас искреннее и открытое сердце, вам свойственно естественное ощущение самоуважения и уверенности и вам не нужно бояться других.

Я уверен, что на каждом уровне социума – семейном, племенном, национальном и международном – рост сострадания является ключом к более счастливому и более успешному миру. От нас не требуется религиозности или преданности какой-либо идеологии. Все, что требуется, – это чтобы каждый из нас работал над развитием своих лучших человеческих качеств.

Я стараюсь относиться к каждому, кого бы мне ни довелось встретить, как к старому другу. Это дает мне неподдельное ощущение счастья. Это и есть реализация практики сострадания.

Глава 2. Что такое буддизм

Практиковать буддизм – значит участвовать в борьбе между темными и светлыми силами нашего сознания. Занимаясь медитацией, человек стремится ослабить свои отрицательные качества и развить и усилить положительные.

Нет никаких физических индикаторов, которые могли бы стать мерилом успеха в борьбе между положительными и отрицательными силами нашего сознания. Изменения начинаются, когда вы в первый раз распознаете и осознаете свои омрачения, такие как гнев и зависть. Еще человеку необходимо знать, что является противоядием от омрачений, а это знание заключено в учениях. Не существует простого пути избавления от омрачений. Их невозможно удалить хирургическим путем. Их необходимо осознать, и затем, в процессе осуществления этих учений на практике, омрачения будут постепенно ослабевать и в конечном счете полностью исчезнут.

Эти учения предлагают человеку средства освобождения от омрачений – путь, ведущий к свободе от всех страданий в блаженство просветления.

Чем ближе человек подходит к пониманию учения о Дхарме или буддизма, тем слабее становятся тиски гордыни, ненависти, алчности и прочих темных эмоций, которые вызывают столь много страданий. Применение этого понимания в повседневной жизни в течение месяцев и лет будет постепенно преобразовывать разум, потому что, несмотря на распространенное представление об обратном, разум поддается изменению. Если вы сравните ваше состояние ума сейчас с тем, которое будет после прочтения этой книги, вы, возможно, заметите некоторое улучшение. Если это так, значит, изложенные здесь мысли достигли своей цели.

Слово «дхарма» на санскрите значит «то, что содержит». Все сущее – это дхармы, явления в том смысле, что они содержат или несут свою собственную сущность, или характер. Религия также является Дхармой в том смысле, что она является опорой, сдерживающей или защищающей людей от несчастий. Здесь термин «дхарма» используется в последнем значении. Очень упрощенно, любое возвышение тела, речи или разума через деяние рассматривается в качестве Дхармы, поскольку через такое деяние человек защищается или удерживается от всевозможных бед. Практика таких деяний – это практика Дхармы.

Будда

Будда Шакьямуни родился более 2500 лет назад в Индии. Он был рожден принцем. В детском возрасте он уже обладал зрелостью знаний и сострадания. Он видел, что в силу своей природы все мы желаем счастья и не хотим страданий. Страдание не всегда приходит извне. Оно вызывается не только такими невзгодами, как голод или засуха. Если бы это было так, то, чтобы защитить себя от страданий, нам было бы достаточно сделать, к примеру, запасы продовольствия. Но страдания, такие как болезнь, старение и смерть, связаны с самой сутью нашего существования, и мы не можем победить их путем изменения внешних условий. Более того, в нас самих существует неукрощенный разум, восприимчивый к различным напастям. На него обрушиваются негативные мысли, вызываемые сомнением и гневом. До тех пор пока наш разум осажден этими рассадниками негативных мыслей, даже наличие приносящей удовольствие удобной одежды и изысканной пищи не решит наших проблем.

Движимый состраданием ко всем живым существам, Будда Шакьямуни наблюдал все эти несчастья и размышлял о природе своего собственного существования. Он пришел к выводу о том, что все человеческие существа испытывают страдания, и эти несчастья происходят из-за того, что наше мышление не дисциплинировано. Будда видел, что наш разум настолько необуздан, что часто даже не дает нам заснуть ночью. Столкнувшись с этими дилеммами, мудрость Будды задалась вопросом о существовании метода преодоления этих проблем.

Будда решил, что страдания не искоренишь, ведя жизнь принца во дворце. Скорее такая жизнь представляла собой препятствие на этом пути. Поэтому он отказался от всех благ жизни во дворце, оставил свою жену и сына и отправился в скитания. В своих исканиях он обращался ко многим учителям и выслушивал их наставления. Он обнаружил, что их учения были полезны в некоторой степени, но не предоставляли окончательного решения вопроса о том, как уничтожить страдания. Шесть лет он провел в жесткой аскезе. Отказавшись от всего, чем он наслаждался, будучи принцем, практикуя жесткий аскетизм, Будда смог укрепить свое медитативное познание. Сидя под деревом Бодхи (священный фикус), он одолел препятствующие ему силы и достиг просветления. После этого Будда начал проповедовать, чтобы совершить поворот колеса Учения, на основе своего собственного опыта и реализации.

Когда мы говорим о Будде, мы не говорим о человеке, который изначально был Буддой. В начале своей жизни он был таким же, как мы. Он был обыкновенным человеческим существом, которое столкнулось с теми же страданиями, с которыми сталкиваемся мы: рождение, старость, болезнь и смерть. У него были разные мысли и чувства, он так же, как и мы, испытывал чувство счастья и чувство боли. Но, продвигаясь по ступеням мощной и комплексной духовной практики, он смог достичь высшего уровня духовного пути – просветления.

Подчас, когда я обращаюсь к жизни Будды Шакьямуни, меня охватывает смущение. Хотя учение Будды Шакьямуни может быть истолковано на различных уровнях, исторические факты свидетельствуют о том, что шесть лет своей жизни он серьезно занимался практикой. Это означает, что преобразование ума недостижимо в условиях, когда человек только спит, отдыхает и наслаждается всеми благами жизни. Это означает, что мы получим возможность достичь просветления, только упорно работая и перенося лишения и трудности в течение длительного периода времени. Было бы нелегко пройти все духовные уровни и реализации за короткое время, не прилагая усилий. Даже Будде, основоположнику Учения, которому мы следуем, пришлось претерпеть большие тяготы. Как же тогда можем мы ожидать достижения духовных высот и просветления, только выполняя определенные так называемые практики и посвящая остальное время отдыху? Читая повествования о великих духовных учителях прошлого, мы узнаем, что они достигли духовной реализации посредством длительной медитации, уединения и практики. Они не срезали пути.

Основой страданий является невежество, под которым здесь понимается превратное представление о самости. Все несметное множество страданий, с которыми мы сталкиваемся, возникает из-за этого заблуждения, этого ошибочного понимания. Таким образом, когда говорится, что Будда очистил сострадание от всех омрачений, это означает, что его сострадание было направлено на благо всех живых существ. Для того чтобы помочь всем разумным существам, он дал учения различных уровней, которые свободны от заблуждений и отрицательных мыслей. Поэтому последователи этих учений смогут за счет верного понимания и претворения его на практике устранить страдания. Мы почитаем Будду Шакьямуни за то, что он дал нам это Великое Учение.

Главным мотивом, которым был движим Будда при достижении всех его великих качеств тела, речи и ума, являлось сострадание. Сутью нашей практики тоже должно быть желание помочь другим. Такое альтруистическое желание естественным образом существует в нас при признании того, что другие точно такие же, как мы, в своем желании быть счастливыми и избежать страданий. Это альтруистическое желание можно сравнить с ростком, который мы можем защитить и росту которого мы можем помочь благодаря практике. Все учения Будды, по сути, направлены на развитие такого доброго сердца и альтруистического ума. Путь Будды основан на сострадании, на желании освободить других от страданий. Это приводит нас к пониманию того, что благополучие других в конечном счете более важно, чем наше собственное, поскольку без других у нас не было бы никакой духовной практики, никакой возможности просветления. Я не заявляю, что обладаю большими знаниями или высокой реализацией, но, сохраняя в душе доброту моих учителей, которые дали мне эти наставления, и заботясь о благополучии всех сущих, я предлагаю вам эти учения.

Дхарма в Тибете

Эта драгоценная человеческая жизнь в качестве свободного и счастливого человеческого существа может сложиться только единожды. Даже хотя мы прожили в прошлом несчетное количество жизней, мы еще ни разу не были в состоянии надлежащим образом воспользоваться такой замечательной человеческой жизнью. Сейчас нам повезло и мы получили жизнь, в которой наши ментальные и физические способности являются цельными, и у нас есть интерес практиковать Учение о Дхарме. Такая жизнь уникальна. Также и Учение о Дхарме, к которому мы получаем доступ, является уникальным. Учение о Дхарме пришло от Будды из Индии и распространялось великими индийскими мастерами. Постепенно оно обрело широкое распространение в Тибете, где до сих пор традиция практики буддизма очень сильна. В Тибете, Стране Снегов, мы сохранили практику учений Будды в ее полном и чистом виде. Поэтому в настоящее время нам чрезвычайно важно предпринять согласованные усилия, чтобы использовать его для осуществления лучших целей, как наших собственных, так и всех других живых существ.

Буддизм проник в Тибет не ранее VIII века, а в IX веке Учение подверглось преследованию со стороны царя Лангдармы. Он закрывал монастыри, которые были средоточием практики Учения, как это делают сейчас и китайские власти. Лангдарма обрушил массированный удар по буддизму, но все равно оставались отдаленные места, где практиковалось Учение, и традиция сохранилась. В XI веке возникла неразбериха между двумя подходами к практике Учения. Существовало понятие «сутра», или путь изучения и практики, который проходится за много жизненных циклов и приводит к просветлению, и существовало понятие «тантра» – тайные практики, благодаря которым просветления можно достичь в течение всего лишь одного жизненного цикла. В XI веке индийский монах Атиша прославился своим умением разъяснять буддийские учения, а также защищать их в полемике с небуддийскими философами. Он смог свести воедино все различные философские направления буддизма, которые возникли за прошедшие столетия, а также мирскую и монастырскую системы практики. Он был признан беспристрастным и авторитетным мастером всеми философскими школами.

В буддизме Тибета существует четыре школы: Ньингма, Сакья, Гелук и Кагью. Большой ошибкой было бы заявлять, что какая-либо из этих школ стоит выше других. Все эти школы следуют Учению одного мастера – Будды Шакьямуни; все они соединяют в себе системы сутры и тантры. Я стараюсь поощрять лояльность и уважение ко всем четырем школам. Я делаю это не в качестве дипломатического жеста, но следуя своему твердому убеждению. Также мне, в качестве Далай-ламы, полезно иметь достаточные знания об учениях всех четырех школ, чтобы иметь возможность дать совет тем, кто обращается ко мне. В противном случае я уподоблюсь лишенной рук матери, наблюдающей, как тонет ее ребенок. Как-то раз ко мне обратился последователь школы Ньингма с вопросом о практике, в которой я не очень хорошо разбирался. Я направил его к большому мастеру, который смог ответить на его вопрос, но при этом я чувствовал себя подавленным, поскольку этот человек искренне обратился ко мне, ища наставления, а я не смог удовлетворить его желания. Другое дело, если желание человека превосходит ваши возможности удовлетворить его, но, если это в ваших силах, важно откликаться на духовные потребности как можно большего числа живых существ. Мы должны изучать все аспекты учений и вырабатывать уважение к ним.

Нам также не следует ставить тибетский буддизм выше других направлений буддизма. В Таиланде, Бирме и Шри-Ланке монахи истинно преданы практике монашества и, в отличие от тибетских монахов, до сих пор сохраняют традицию питаться пищей, собранной в качестве подаяния, которая практиковалась 2500 лет назад Буддой и его учениками. В Таиланде я участвовал в шествии группы монахов, просящих подаяния. Это было весенним жарким днем, а поскольку традиция предписывает отсутствие обув и, ступни моих ног были реально обожжены. Меня вдохновила практика тайских монахов.

В наши дни многие люди замечают только негативные моменты в практике духовной традиции или религии. Они обращают внимание только на то, как религиозные институты эксплуатируют массы и отбирают у них имущество. Однако изъяны, которые они наблюдают, являются не изъянами религиозных традиций как таковых, а виной людей, которые объявляют себя последователями таких традиций, как, например, члены монастыря или церкви, но используют духовность в качестве оправдания получения ими собственных выгод за счет других единоверцев. Если духовные наставники проявляют недобросовестность, это отражается на каждом, кто вовлечен в практику учения. Попытки исправить институциональные огрехи зачастую ошибочно воспринимаются как нападки на традицию в целом. Многие люди решают для себя, что религия вредна и не может им помочь. Они отрицают любую форму веры. Другие же полностью индифферентны к духовной практике и удовлетворены своим приземленным образом жизни. Они обладают физическими и материальными благами и не являются ни сторонниками, ни противниками религии. И все же меж ними нет различия в инстинктивном желании быть счастливыми и избежать страданий.

В практике буддизма мы, вместо того чтобы уклоняться от страданий, сознательно визуализируем их – страдания при рождении, страдания, сопровождающие старение, страдания, которые вызываются изменениями социального и финансового положения, страдания, связанные с неизвестностью и неопределенностью, которые мы испытываем в течение нашей жизни, и страдания, которые приносит смерть. Практикующие буддизм намеренно стараются размышлять о них с тем, чтобы быть готовыми встретиться с ними лицом к лицу, когда придет время. Когда приблизится смерть, мы поймем, что час пробил. Это не значит, что мы не будем делать ничего, чтобы сохранить свое тело. Если мы болеем, то принимаем лекарства и стараемся отодвинуть смерть. Но если смерти нельзя избежать, то буддист будет готов к ней. Оставим на время вопрос о жизни после смерти, об Освобождении или о состоянии всеведения. Даже в рамках текущей жизни размышления о Дхарме и вера в Дхарму приносят практическую пользу. Несмотря на систематическое уничтожение и мучения, которыми тибетцы подвергаются со стороны Китая, они все же не потеряли надежды и решимости. Это, я уверен, благодаря традиции буддизма.

Хотя разрушение буддийской традиции при китайском правлении продолжается в течение более короткого срока, чем в IX веке при правлении Лангдарма, степень разрушения намного серьезней. После того как Лангдарма разрушил Дхарму, в Тибете появился Атиша, который восстановил практику буддизма в полном объеме. Сейчас же, вне зависимости от того, обладаем мы необходимыми способностями или нет, мы все несем ответственность за восстановление того, что так систематически разрушается китайским режимом. Буддизм – это сокровище, предназначенное всему миру. Проповедовать буддизм и следовать ему – значит вносить вклад в богатство человечества. Возможно, что многие постулаты Учения вы не в состоянии начать практиковать прямо сейчас, но сохраняйте их в своем сердце до тех пор, когда сможете это сделать, будь то в следующем году, или через пять лет, или через десять.

Хотя мы, беженцы из Тибета, переживаем трагедию потери своей страны, в целом ничто не препятствует нам практиковать Дхарму. В какой бы стране мы ни жили, у нас есть доступ к буддийским учениям через живущих в изгнании учителей, и мы знаем, как создать благоприятные для медитации условия. Тибетцы имеют такой опыт по меньшей мере с VIII века. Тем же, кто остался в Тибете после китайского вторжения в 1959 г., пришлось претерпеть большие духовные и физические страдания. Монастыри были опустошены, великие учителя заключены в тюрьмы, а практика буддизма каралась тюремным заключением или даже смертью.

Мы должны использовать все возможности, чтобы практиковать истину, совершенствовать себя, а не ждать удобного момента, когда, как мы полагаем, у нас будет меньше забот. Заботы в этой жизни можно сравнить с рябью на поверхности воды: стоит только одной волне исчезнуть, как возникает другая – и нет им конца. Мирские заботы не прекращаются до момента смерти; нам следует стараться изыскать время в нашей повседневной жизни для практики Дхармы. Если сейчас, при таком стечении обстоятельств, когда мы обладаем драгоценной человеческой формой, узнали о понятии Дхармы и обрели некоторую веру в нее, мы не сможем претворить в жизнь практику Дхармы, то нам еще сложнее будет осуществлять эту практику в будущих жизнях, когда у нас не будет таких благоприятных условий. Теперь, когда нам выпало познакомиться с такой основополагающей системой, которая предлагает совершенный метод достижения просветления, было бы крайне обидно, если бы мы не постарались извлечь благо из воздействия Дхармы на нашу жизнь.