Текст книги "Возвращение блудного бумеранга"
![](/books_files/covers/thumbs_240/vozvraschenie-bludnogo-bumeranga-65343.jpg)
Автор книги: Дарья Калинина
Жанр: Иронические детективы, Детективы
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 5 (всего у книги 19 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Глава 5
И как раз в тот момент, когда подруги уже собирались дожать Тамару, в кустах послышался какой-то шорох.
– Ой! – подскочила Тамара. – Кто там?
Никто не отозвался. И она побежала проверить. Проверяла долго. И девушкам даже послышалось, что из кустов до них доносятся сразу два голоса. Но стоило им подняться со своих мест и направиться к кустам, как оттуда вышла улыбающаяся Тамара.
– Никого нет! – объявила она подругам. – А чего вы вскочили? Садитесь, садитесь же! Хотите еще вина?
Нет, вина подруги больше не хотели. Пришла пора поговорить о том, ради чего они сюда и явились.
– Тамара, мы ведь не просто так заговорили с тобой о покойном. Мы знаем, что ты с ним встречалась за несколько минут до его смерти.
Вид у Тамары был такой, словно покойник собственной персоной явился к ней под раскидистый каштан, обвинять ее.
– Не может быть! – прошептала она. – Там никого же не было!
– О чем вы разговаривали с дядей Нико?
– Зачем вам знать?! – вспыхнула Тамара. – И вообще, если вы видели нас, то должны знать, о чем мы говорили!
Говорили! Очень хорошо, по крайней мере, факт беседы с дядей Нико незадолго до его смерти она не отрицает.
Кира покачала головой:
– Нет, мы видели только твои следы.
– Ах вот как! – порозовела Тамара. – Эти следы остались там… Со вчерашнего дня!
– Так не пойдет. В первый день свадьбы на тебе было другое платье.
– Белое! С кружевами и атласом!
– А нитки, которые мы нашли на кусте, они уже от твоего второго платья.
– Откуда вы знаете?! – снова побледнела Тамара.
– Они были синие!
– Ах, синие. Ну, мало ли кто мог быть у меня на свадьбе в синем! Вот хотя бы дядя Каха. Он был в синем костюме, синей рубашке и голубом галстуке!
– Но на его галстуке не было перламутровых ракушек с твоего платья! – разозлилась Кира. – Там в саду с убитым разговаривала ты! И никто другой. Не отпирайся!
Но Тамара уже пришла в себя. Первая растерянность прошла. И теперь она твердила, что в саду была, но раньше. И дядю Нико там в глаза не видала.
– Что же вам обоим понадобилось в этой весьма запущенной части сада?! – сердито спросила у упрямицы Леся. – Там только ежевика и растет!
– Ее и собирала! – не моргнув глазом, заявила Тамара, нагло глядя прямо на подруг. – Маме Васико понадобилось. Для пирога! Можете спросить, я не вру!
Кира не выдержала первой. Она поднялась из-за стола и сказала:
– Пойми, Тамара, твои следы видели не только мы. Следователь и его подчиненные тоже не дураки. И им ты вряд ли сможешь плести ерунду про пирог с ежевикой твоей свекрови.
Леся тоже поднялась. И девушки направились к садовой калитке. Конечно, они надеялись, что Тамара образумится и окликнет их. Но этого не произошло. Та продолжала сидеть и молча провожала взглядом подруг, пока за ними не захлопнулась калитка.
– Все ясно, штурм крепости нам не удался, – признала свое поражение Кира. – Придется провести осаду.
– И как мы это сделаем?
– Для начала нам надо раздобыть побольше сведений об этой Тамаре и о самом убитом. Что их могло связывать?
– Они были соседями.
– А помимо этого?
– Не знаю.
– То-то и оно, – кивнула Кира. – Пошли, переоденемся.
– Зачем? Тебе очень жарко? Но предупреждаю, если ты собираешься оголиться еще больше, тебе это может и не сойти с рук.
На Кире был вышитый яркими красными маками топик на тонких силиконовых бретельках. И в цвет маков короткая юбочка в складку. На ногах красовались белые босоножки на высоченных каблуках, тоже украшенные крохотными красными цветами. Красиво, но слишком уж броско!
Леся была одета чуть скромнее. Сарафанчик из шифона, доходящий до колен, даже прикрывал плечи девушки красивыми рукавами – крыльями. Впрочем, сарафанчик казался вполне приличным только до того момента, когда солнечный луч не падал на ткань под определенным углом. Тогда оказывалось, что ткань почти прозрачная, и каждый может рассмотреть ее нижнее белье!
– Нам надо переодеться не потому, что нам жарко. А потому, что мы с тобой идем в дом к покойнику! Ясно тебе? А в цветных нарядах к покойникам не ходят.
– Ой, я не хочу туда! Не люблю покойников!
– Глупая! Где же еще мы можем узнать все подробности его жизни? Только там, где он жил.
Взяв у ошеломленной Аньки скромные тряпочки черного цвета, девушки принялись экипироваться с максимальным изяществом. Правда, кое-что пришлось подколоть на спине или по подолу булавками, так как Анины вещи были слегка великоваты, даже высокой и худенькой Кире, не говоря уже о миниатюрной Лесе.
Однако человечество недаром придумало булавки. Пара-тройка коробочек, и подруги приобрели вполне приличный вид. Вот только двигаться им пришлось очень осторожно, чтобы не уколоться ни об одну из острых булавочек, торчащих у них из одежды.
В доме дяди Нико было многолюдно. С покойником пришли попрощаться все родственники и соседи. Многие приехали из других селений и городов. Разумеется, подруги спросили про воспитанницу дяди Нико – таинственную Нелли. Нет, ответили им, девушки пока еще нет. Но она уже знала о несчастье, которое случилось с ее опекуном. И должна была прибыть для прощания с покойником с минуты на минуту.
Сам дядя Нико лежал в гробу, усыпанный цветами и торжественно возложив руки на грудь. Он был облачен в черный костюм. И, как объяснили подругам, забальзамирован. В таком состоянии покойник мог пролежать на жаре и день, и два, и даже три без всякого холодильника. И все желающие могли прийти к нему, чтобы попрощаться.
– Жуткий обычай! – передернуло Лесю. – Б-р-р! Покойник в доме! Надеюсь, потом они избавятся от этого стола? Сожгут или просто выкинут?
Кира бросила взгляд на простой обеденный стол, на котором возлежал сейчас дядя Нико и за который в обычное время садилась обедать, завтракать и ужинать вся семья.
– Не уверена, – пробормотала она. – Семьи тут большие. Стариков тоже много. Если они после каждого покойника будут выбрасывать старый стол и покупать новый, то вскоре просто разорятся.
– Я на поминки не приду! – быстро предупредила ее Леся. – И не мечтай!
Кира хотела что-то ответить, но не успела. Потому что как раз в этот момент в дверь вошла потрясающей красоты девушка. Стройная, с гибкой фигурой, длинными ногами и пышной грудью. При этом у нее была неправдоподобно тонкая талия и удивительная прямо-таки эльфова грация. Личико у девушки тоже было очень выразительным. Огромные черные глаза, ровные дуги бровей и безупречная кожа. Широкие скулы, маленький острый подбородочек и кокетливые ямочки на круглых щечках.
Девушка ненадолго замерла на пороге. Ее и без того огромные глаза расширились еще больше, заняв почти половину лица, когда она увидела дядю Нико. Она стояла, глядя своими чудесными глазами на стол с покойником, и ничего не говорила. А потом, словно очнувшись, обвела взглядом всех гостей.
Они девушку тоже заметили. И замерли, словно в ожидании чего-то.
– Нелли! – вдруг взвыв, кинулась к ней жена дяди Нико – тетя Роза. – Девочка наша! Приехала! Нелли! Девочка! Как нам тебя не хватало!
Губы у Нелли задрожали. Похоже, ее растрогала эта встреча. Она едва сдерживала готовые хлынуть из ее глаз слезы.
А тетя Роза все говорила и говорила, обнимая красавицу своими старыми, заскорузлыми от тяжелой работы руками.
Разумеется, говорила тетя Роза по-грузински. Но не надо было быть полиглотом, чтобы понять: она жалуется на злую судьбу, забравшую у нее еще не дряхлого мужа. Нелли отвечала ей и по-грузински, и по-русски, мешая слова из этих языков. Как поняли подруги, она утешала свою мачеху. И уверяла, что та еще встретится со своим мужем в лучшем мире.
Специально она это сказала или ляпнула случайно, но, похоже, перспектива встречи с мужем не слишком-то порадовала тетю Розу, потому что она переменилась в лице и вскоре оставила Нелли в покое.
– А эта Нелли та еще штучка! – прошептала Леся.
– Красотка.
– А раз красотка, значит, и стерва.
– Правильно мы с тобой насторожились.
Держалась Нелли прекрасно. В меру сдержанно, в меру трагично, но не теряя своего достоинства. Несколько скорбных слезинок у гроба покойного, несколько теплых слов каждому из родственников и друзей, несколько печальных улыбок. И вот уже взгляд девушки шарит по комнате в поисках кого-то. Кого? Подруги это быстро поняли. Стоило Давиду появиться в комнате, как взгляд Нелли совершенно изменился. Исчезла недавняя отрешенность, исчезли скорбь и печаль.
Теперь лицо Нелли выражало такую сложную гамму эмоций, что подруги прямо встали в тупик. Что же она испытывает к Давиду? Любовь? Ненависть? Отчаяние, что он до сих пор не с ней? Сразу и не скажешь. Одно было ясно: Нелли отнюдь не забыла своего бывшего жениха. И равнодушием с ее стороны тут и не пахло.
– Бедная Анька, – снова прошептала Леся. – Какая сильная соперница. Не позавидуешь ей.
– Все равно, Давид любит свою жену.
– Любит. Но ты только посмотри, какими глазами он смотрит на эту Нелли! Он потрясен!
Давид в самом деле выглядел ошарашенным. Видимо, жизнь за границей здорово пошла Нелли на пользу.
– Нелли сильно изменилась! – услышали подруги женские голоса за спиной. – Стала настоящей красавицей.
– А была гадким утенком. Вспомните ее прыщи!
– И очки!
– А фигурка! Была же словно доска плоская.
– А ведь расцвела!
– Расцвела! Мне бы ее деньги, я бы тоже расцвела!
– Говорят, Нико не был с ней щедр.
– Все равно, она богачка! Раз были деньги, чтобы жить в Америке, значит, и на пластического хирурга средства нашлись.
– Думаешь, врачи постарались?
– Ну, нос у нее точно раза в два меньше.
– И сиськи выросли!
– А глаза какие! У прежней Нелли были самые обычные глазки. Миленькие, но не больше того. А тут прямо плошки!
Подруги переглянулись. Вот оно что! Значит, Нелли изрядно потрудилась над своей внешностью. И судя по реакции односельчан, которые помнили ее невзрачной девчушкой, потрудилась на славу. Сам Давид не мог отвести взгляда от красавицы. А когда она еще и подошла к нему, то мужика вовсе затрясло.
– Нелли, – пробормотал он. – Ты ли это?
– Я, Давид. Ты рад меня видеть?
– Я просто глазам своим не верю!
Давид буквально пожирал Нелли взглядом. Казалось, его восхищало теперь в ее внешности буквально все. И подруги насторожились еще больше.
– Ой, не нравится мне все это! – вздохнула Леся. – Кира, ты побудь тут. А я побегу за Аней!
– Думаешь, стоит? В смысле, звать ее сюда?
– Должны же мы что-то делать. Мы же ее подруги, или нет?
И Леся убежала. Видимо, она действительно бежала всю дорогу, как туда, так и обратно. Потому что Анька появилась в доме дяди Нико уже через десять минут. При виде нее Кира едва не застонала от отчаяния. Ах, лучше бы Анька провела у себя дома у зеркала несколько лишних минут, но хотя бы накрасилась и сняла бы с себя эти отвратительные черные тряпки, которые полнили ее и прибавляли несколько лишних лет.
Вот Нелли, хотя и была приемной дочерью покойного, даже и не думала соблюдать полный траур. Ограничилась траурной повязкой на рукаве и черной лентой в волосах. Вот и весь ее траур. Так какого черта Аньке понадобилось нацеплять на себя эту черную хламиду, которую, судя по ее виду, носила еще бабушка Давида? А то и его прабабушка!
Давид появления жены даже не заметил. Он не мог оторвать взгляда от Нелли. Ане пришлось самой подойти к нему и потрясти за локоть. Давид кинул на нее рассеянный взгляд, кивнул и… и снова отвернулся!
– Давид! – дернула его жена посильней. – Ты не хочешь нас познакомить?
– Ах да! Нелли – это… это Аня.
– Твоя жена?
– Моя… м-м-м… Да, жена.
Смущение Давида было очевидно. Кажется, сейчас он сильно жалел, что поспешил в свое время и женился не на ставшей писаной красавицей Нелли, а на растолстевшей Аньке.
Вот они, мужчины! Клянутся, что будут любить вас и в горе, и в радости. А стоит вам набрать пару лишних килограммов, обзавестись несколькими морщинами и пару лет погулять перед любимым в домашнем халате и стоптанных шлепанцах, как вся их Великая Любовь начинает угрожающе трещать по швам.
Что поделать! Великая Любовь не терпит столкновения с буднями. Или реальность должна ей соответствовать, или Великая Любовь постепенно превратится в Привычку, а та, в свою очередь, в скучную семейную докуку. Судя по всему, именно это и случилось в семье Ани и Давида. Еще не полная катастрофа, но близко к ней.
Тем временем Нелли загадочно улыбнулась Давиду, пообещав, что они еще встретятся, и отошла к другим своим знакомым, которым не терпелось с ней пообщаться. Аня же затеяла разборку с мужем. Еще одна ее ошибка! Скандалом в такой ситуации ничего не добьешься, только испортишь все окончательно. Но Аня была в ярости. Она сходила с ума, отчаянно ревновала. И весь ее здравый рассудок улетучился под действием этого разрушительного чувства.
– Что это значит?! – злобно прошипела она, глядя на мужа. – Ты встречаешься с этой девкой? Назначаешь ей свидания? Тайком от меня?
– Аня, успокойся! Мы в доме покойника.
– А мне плевать! Я слышала, как она сказала, что вы еще встретитесь!
– Естественно, она моя родственница. Приехала из далекой Америки. Ясно, что я по ней соскучился.
– Не канифоль мне мозги! Родственница! Я видела, как ты смотришь на эту Нелли!
– Аня, угомонись!
– Родственными отношениями тут и не пахнет!
– Веди себя прилично!
– А ты? Ты вел себя прилично?! Ты, женатый человек, откровенно заигрывал с этой свиристелкой!
Подругам показалось, что Давид сейчас влепит Аньке пощечину. Но он сдержался. Что-то пробормотал и вышел из комнаты. Анька поспешно последовала за ним. Девушки пытались ее удержать, но куда там! Семейный скандал стремительно нарастал. И самое скверное, что все присутствующие с явным интересом следили за его развитием.
Лица одних выражали сочувствие, другие ехидно или ядовито усмехались, мол, и вы тоже не лучше, а третьи так и вовсе откровенно злорадствовали. Девушки посмотрели на Нелли. И поразились тому, каким торжеством горели ее глаза, над которыми так хорошо поработал пластический хирург. Ой, не к добру появление этой девицы возле Давида. Как бы действительно не случилось беды.
– Как думаешь, Давид устоит или падет к ножкам этой Нелли?
Кира хотела уже возмутиться и повторить, что Давид любит только Аню, ее одну и никого, кроме нее. Но тут перед ее глазами невольно предстали потолстевшие и порядком волосатые Анькины ноги с первыми признаками тромбофлебита в виде редких пока еще сосудистых «звездочек» (ничего не поделаешь, две беременности нанесли Анькиным сосудам ощутимый удар), а рядом с ними гладкие ровные ножки Нелли, с золотистой атласной кожей.
И Кира заколебалась.
– Надеюсь, что все обойдется, – пробормотала она.
Увы, ничего не обошлось. Когда подруги вышли из дома, то они обнаружили Аню и Давида, которые стояли друг против друга и горячо обсуждали возникшие у них разногласия. Оба были в ярости. Давид судорожно скрипел зубами, а Анька наскакивала на него, явно стремясь что-то ему доказать. В конце концов Давид сплюнул, повернулся и почти побежал. Анька последовала за ним. Но недолго. Потому что Давид остановился и тихо сказал ей что-то такое, отчего Анька замерла на месте.
Давид ушел. А подруги подошли к Аньке, которая так и стояла на том самом месте, к которому пригвоздили ее слова Давида.
– Ань! Эй, ты чего?
– А! Ой, девчонки! Вы чего тут?
– За тобой наблюдаем.
– Да. И чего увидели? Сильно заметно, что мы с Давидом поссорились?
– К вечеру весь поселок будет в курсе ваших семейных баталий.
– Вот сплетники! – окончательно расстроилась Анька. – Но посудите сами, что мне было делать? Давид буквально прилип к этой девице! На меня ноль внимания, а на нее так гляделки и вытаращил! Кстати, вы сами ее видели?
– Да. Конечно.
– Красавица, верно?
– Ничего себе. Средней паршивости.
– Искусственная вся насквозь.
Но Аня не дала ввести себя в заблуждение.
– Она красавица, – грустно произнесла она. – Самая настоящая красавица. Странно, а мне говорили, что Нелли совсем невзрачная.
– Так и было!
– Ее пластические хирурги красавицей сделали!
Но даже эта информация Аньку не утешила.
– Хирурги там постарались или сама природа, мы никогда не узнаем. Но результат такой, что Нелли теперь красавица! А я…
И критически оглядев себя, Анька горько произнесла:
– А я – нет!
– Ты просто очаровашка!
– Красотуля!
– Высший класс!
Аня отмахнулась.
– Нет. Я потолстела, перестала за собой следить. Красиво одеваюсь только в тех случаях, когда мы идем в гости. А ходим мы туда редко. Очень редко.
И она подавленно замолчала. Подруги переглянулись. Бедная Анька. Мало ей обвинения в убийстве дяди Нико, которое хотят повесить на нее, так еще и муж от нее отворачивается. Да уж, как говорится, пришла беда, отворяй ворота. Калитки ей точно мало.
– Мы могли бы тебе помочь, – нерешительно произнесла Леся.
– Да? – усмехнулась Аня. – И как же? Вернете мне мужа? Физически устраните соперницу?
– Нет, Нелли мы устранить не можем. Но мы можем сделать так, что она станет тебе не опасна.
– Это как же вы такое сделаете?
– Ты сама это сделаешь!
– Я?!
– Да, да.
– Я не смогу. Куда мне до этой Нелли.
– Ты все сможешь! Ты просто должна вспомнить, какой ты была, когда вы только познакомились с Давидом. И стать для него прежней Аней – притягательной и желанной. А не теперешней клушей, домашней женой.
– Думаете, он со мной заскучал?
На этот вопрос подруги предпочли не отвечать. Зачем еще больше расстраивать Аню? И Кира просто сказала:
– Немножко разнообразия в жизни точно никому не помешает.
– Давид должен вспомнить, каким сокровищем обладает.
Аня задумалась. А потом бодро кивнула:
– Я согласна! С чего начнем?
Молодец Анька! Она всегда была оптимисткой. И не унывала даже в самых трудных ситуациях.
– Начнем с того, что ты вернешься домой, накрасишься, причешешься, красиво оденешься, а потом мы вернемся в дом дяди Нико и познакомимся с этой Нелли поближе.
Если первая часть плана не вызвала у Ани никакого сопротивления, то последняя фраза заставила ее активно воспротивиться:
– Не хочу я с ней знакомиться! Я и так вижу, что она стерва! И гадина! Зарится на моего мужа!
Но тут уж подруги встали единым фронтом.
– Чтобы победить противника, нужно его изучить.
– Узнать как сильные, так и слабые стороны.
– Может статься, что эта Нелли – колосс на глиняных ногах.
– Толкнешь его, он и развалится.
Вдвоем им удалось без труда убедить Аню в своей правоте. Отвести домой. Причесать. Умыть. Переодеть. И даже выщипать брови и волосы на верхней губе, которые появились. Пребывание в солнечной Грузии оказало на Аньку странное действие. У нее, коренной русачки и блондинки, вдруг полезли усики. Хорошенькие и пушистенькие, они все равно были безжалостно удалены с корнем. Нельзя, чтобы у Нелли был в этом вопросе хотя бы один лишний балл.
– Остальные улучшения оставим на вечер, – решила Леся, осмотрев проделанную работу.
– В принципе, получилось неплохо.
– Но тут еще работы непочатый край. Уединимся вечерком в ванной комнате и хорошенько поработаем над твоей внешностью. Косметолога, я так понимаю, в вашем поселке все равно нет!
– Только парикмахерская. Но я бы туда не сунулась. Там стрижет дядя Гоги. А у него только один фасон стрижки для мужчин. И один для женщин. Ну, наверное, вы видели его художества на головах у некоторых наших соседок.
Подруги содрогнулись. Представление у дяди Гоги о женской стрижке было довольно своеобразным. И клиентки выходили из-под его рук близнецами с уродливо короткими стрижками, едва прикрывающими уши и с диким количеством пуделиных локонов, торчащих во все стороны. И подруги никак не могли взять в толк причину появления такого количества кудрявых грузинок в одном поселке. Оказалось, вот оно что – виноват здешний цирюльник.
– А мне такая прическа точно не пойдет, – говорила Аня. – Я когда еще только приехала, по совету соседок, пробовала.
– Ты?!
– Ага. Потом едва распрямила кудри. Уж не знаю, чем он их смазывает, состав зелья он изобрел сам и держит его в строгом секрете, но волосы у меня кудрились еще целых две недели. И никакими головомойками не распрямишь.
Представив себе кудрявую располневшую Аньку, подруги даже застонали.
– К дяде Гоги ни ногой!
– Сама обхожу его заведение за три километра.
– Вот и правильно. Не ходи к этому дяде Гоги. Своими силами обойдемся.
Преображенная Анька произвела на собравшихся в доме дяди Нико гостей сильное впечатление. Все снова начали перешептываться, отмечая, как всего за час супруга Давида заметно похорошела. Нелли тоже заметила существенно преобразившуюся соперницу. И гладкий лоб девушки прорезала озабоченная морщинка.
Нелли явно смекнула, что обойти Аньку будет не так-то легко, как ей показалось вначале. Да, первый раунд остался за ней. Но исключительно потому, что соперница не ожидала столь дерзкой атаки и не была к ней готова. А теперь все могло измениться. Битва за Давида между двумя женщинами предстояла долгая и трудная. Но, кажется, у Нелли не было сомнений, достоин ли финальный приз того, чтобы за него сражаться.
И она сделала именно то, что и ожидали от нее подруги. Она пошла на сближение с соперницей. Умная девочка. Очень умная и красивая девочка. Опасное сочетание двух редких качеств.
– Привет! – произнесла она, улыбаясь всеми своими тридцатью двумя фарфоровыми зубами. – Как я рада наконец-то познакомиться с женой нашего дорогого Давида.
– Да?
В голосе Ани слышался неприкрытый скептицизм по поводу искренности Нелли. Но та ничуть не смутилась. И продолжала:
– Дядя Нико мне много рассказывал про вас.
– Да?
– Может быть, вы и не знали, но он был о вас очень высокого мнения.
– Вот как!
От удивления Анька даже забыла, с кем разговаривает. Покойник лестно отзывался о ней в разговорах с Нелли? Вот уж диво, так диво.
– Вы меня ни с кем не путаете? – осторожно спросила Аня.
– Как можно! – рассмеялась Нелли. – У нашего Давида только одна жена. Вы!
– И покойный хвалил меня?
– В каждом нашем с ним разговоре он только и делал, что рассказывал, какая вы чудесная и замечательная.
А зачем же тогда дядя Нико прилюдно унижал и обливал грязью Аньку перед всей родней, если, по словам Нелли, в душе глубоко уважал и ценил жену своего племянника?
– Вы надо мной издеваетесь! – осенило наконец Аню, а Нелли обиделась.
– Что вы! Говорю чистую правду! А в чем дело? Вы не верите мне? Я действительно не лгу!
Девушка выглядела такой растерянной, что Аня поверила ей. И объяснила, почему не поверила Нелли вначале. И та продолжила:
– Да что вы говорите! Дядя Нико всегда критиковал вас перед родней? Это просто удивительно! Но… Но у меня есть также письма моего дяди. И в них он отзывается о вас весьма лестно. Уж письмам-то вы поверите?
– Письмам… Письмам – да. Поверю.
– Тогда я их вам покажу. Пойдемте.
И Нелли поманила Аню за собой. Разумеется, подруги тоже пошли следом. Письма были у Нелли в дорожной сумке. Этакая элегантная помесь коврика, крокодила и тумбочки на колесиках. Стоила она, наверное, целое состояние. Это подруги поняли по многим признакам. Как хороший конник может с одного взгляда отличить скаковую кобылу от никчемной батрачки, так и подруги могли с одного, ну, максимум с двух взглядов отличить действительно дорогую вещь от дешевки.
Нелли откинула крышку своей чудо-сумки и извлекла письма. Они были на грузинском. Но Аня уже достаточно поднаторела в изучении языка своего мужа, так что не без труда, но все же разобрала те строчки, которые касались непосредственно ее персоны.
– Действительно, все правда!
– Видите, я вас не обманывала!
– Это просто удивительно! – пробормотала Аня. – Он называет меня отличной хозяйкой, восхищается моим веселым нравом и крепким здоровьем. А уж про мою внешность пишет… Почитать, так я просто писаная красавица.
Это было полной противоположностью тому, что говорил дядя Нико про Аньку в поселке. Когда же и кому он лгал? Своей племяннице? Или своим односельчанам? Или он вообще нейтрально относился к Аньке, а все разыгрываемое им было просто показным шоу? Но зачем ему понадобился этот цирк? В поселке изображать ненависть к Аньке, а перед приемной дочерью лить сладкую патоку?
– Этого я не знаю, – вздохнула Нелли. – Но одно могу сказать точно, дядя Нико никогда и ничего не делал просто так. Такой уж у него был характер. Расчетливый.
С этим Аня целиком и полностью согласилась. Внезапно она перестала злиться на Нелли. И сама того не замечая, перешла с соперницей на короткую ногу.
– Ты давно прилетела?
– Нет. Самолет приземлился сегодня около полудня. В аэропорту я поймала такси и сразу же примчалась сюда.
Потрясающе! Значит, когда подруги увидели Нелли впервые, она только что сошла с самолета, на котором пролетела полмира. Тяжелое путешествие. А выглядела девушка так, словно только что сошла с обложки глянцевого журнальчика. И вещи. Где были ее вещи? Нелли прибыла без всякого багажа. Возникла на пороге словно фея из волшебной сказки.
– Вещи подвезли потом, – небрежно отмахнулась от вопросов Нелли. – Я уехала из аэропорта, поручив встречающим меня братьям забрать вещи и доставить их домой. Сама я не могла ждать. Хотела поскорей увидеть бедного дядю Нико. Как вы думаете, кто мог совершить такую дикость?
Подругам это тоже было крайне интересно. И еще у них имелись кое-какие подозрения насчет самой Нелли. Но ведь не скажешь малознакомому человеку, что в организации убийства вы подозреваете именно его. Поэтому девушки зашли издалека и принялись расспрашивать Нелли о том, какого рода отношения были у нее с отчимом.
Нелли изобразила дядю Нико если не святым, то во всяком случае очень близким к святости человеком. Не без своих странностей, разумеется. А кто из нас без странностей? Но все равно, по ее словам, дядя Нико был очень хорошим, добрым человеком. Со скверным характером, брюзгой и занудой, но зато имеющим золотое сердце.
– Он взял меня к себе, когда от меня отвернулись мои близкие родственники. И он не жалел ни времени, ни сил, чтобы воспитывать меня. А когда я захотела, он нашел средства и отправил меня учиться в США. Много ли людей сделает такое для своих детей? А он сделал это для меня, фактически чужой ему девчонки.
– Но ведь он являлся вашим опекуном.
– Да, и что с того?
– И мог распоряжаться вашими финансами.
– Только до моего совершеннолетия. А восемнадцать мне исполнилось уже давно. Полностью же распоряжаться средствами своего отца я смогла с двадцати одного года. А двадцать один мне исполнилось еще год назад.
– Значит, с прошлого года ты обрела полную финансовую независимость?
– Совершенно верно.
Итак, мотив, побуждающий Нелли избавиться от своего опекуна, отпадал. Он больше ведь не был ее опекуном. Вот если бы дядю Нико убили года два назад, тогда другое дело. А так ей просто не было смысла устранять дядю.
– Пошли отсюда! – с убитым видом произнесла Кира.
Аня не возражала. Она уже успела остыть. И теперь мечтала только о том, как бы подлизаться к своему сердитому Давиду и выпросить у него прощение. Время было уже позднее. На улице стемнело. Аня спешила. Но проходя мимо дома Васико и Тамары, внезапно остановилась.
– Кто это воет? – произнесла она.
– Какая-то собака. Пошли скорей.
– Нет, это не просто собака. Это собака Тамариной тетки.
Подруги тоже вспомнили саму тетку и ее отвратительного вида псину. Длинная, сухопарая, с огромным горбатым носом старуха и жирная, с короткими лапами и приплюснутой мордой с вечно слезящимися глазами собака, кажется, французский бульдог, были неуловимо похожи.
Зачем жившая на скромную пенсию тетка содержала это прожорливое чудовище, никто из родни понять не мог. Но она обожала свою собаку. И пес, кажется, платил ей взаимностью. Она называла его Швило – сынок. И совершенно непостижимым образом эта жирная псина была похожа на свою тощую хозяйку. Вроде бы ничего общего у них и не было. Но стоило взглянуть на них разок, как сразу же становилось ясно: они прожили вместе, под одной крышей долгие годы, и успели так основательно пропитаться друг другом, что стали похожи.
И вот теперь эта псина сидела в саду и выводила душераздирающие рулады, подняв морду к звездному небу.
– Как там тебя! Швило! Замолчи немедленно!
В ответ пес завыл с еще большим усердием. У трех подруг даже мороз побежал по коже от его воя.
– Чего он надрывается?
– Ну чего, чего… В доме же было совершено убийство. А собаки всегда воют по покойнику.
– Вчера пес не выл, – заметила Леся. – Да и покойника давно унесли.
– И дома у дяди Нико ни один пес не воет.
– Нет, тут что-то другое.
Словно в подтверждение ее слов пес завыл еще громче. Теперь в его голосе явственно слышалось отчаяние и настоящая скорбь.
– Надо посмотреть, – встревожилась Кира.
– Да ты что? Лезть в чужой дом?
– А что тут такого? Пес воет так, что всем соседям должно быть тошно.
Пес вывел особенно жалостливую ноту, и из соседнего дома послышалось проклятие. Псу желали остаться без шкуры и голым спуститься в ад, где его должны были много раз противоестественным способом поиметь как все черти подряд, так и сам глава ада. Пес завыл еще громче.
– Вы как хотите, а я посмотрю, что он так надрывается, – сказала Кира.
– Пусть хозяйка со своим псом сама разбирается.
– Так никого же нету! В доме темно. Пес один надрывается. Нас не поймут…
Не известно, чем бы закончились препирательства подруг, но как раз в этот момент мимо них проходило несколько мужчин, которые также услышали собачий вой.
– Вот надрывается! – притормозил один из них. – Что такое с собакой?
Это был Робин. Кира узнала его еще издалека. И была уверена, что он также ее узнал. И еще она была уверена, что он остановился специально. В руках у мужчин были удочки и прочие рыболовные снасти. Они пояснили, что идут на рыбалку. Будут всю ночь сидеть на берегу реки, жечь костер, любоваться природой, а ранним утром примутся за дело.
Одним словом, мужчины собирались приятно провести эту ночь. И дико воющий пес портил им настроение. Как и соседям, которых окончательно вывел из себя собачий вой.
– Безобразие!
– Пес воет уже почти целый час.
– У меня жена от его воя слегла с давлением!
Общее мнение было таково: противную псину надо как-то угомонить. Однако на уговоры собравшейся толпы пес не реагировал. Подозвать его к ограде и потихоньку пристукнуть не получилось. Хитрый пес не выходил из сада. Несколько брошенных в его сторону камней и палок тоже никакого действия не возымели.
Наконец Робин первым перепрыгнул через низенькую ограду. Пес замолчал. И настороженно наблюдал за приближающимся к нему мужчиной. Когда тот подошел достаточно близко, пес зарычал. Но почти сразу же рычание сменилось жалобным повизгиванием.
– Роби! Что там? – не выдержали подруги.
Некоторое время Робин молчал. А затем он неожиданно появился из темноты.
– Надо бы вызвать врачей, – произнес Робин, и голос его дрогнул.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?