Читать книгу "Краткое содержание «Утопия для реалистов. Как построить идеальный мир»"

Обзор по книге «Утопия для реалистов. Как построить идеальный мир», Рутгер Брегман
Автор обзора: Дарья Варламова

Utopia for Realists: How We Can Build the Ideal World

Утопия с точки зрения современного человека: важные идеи по оптимизации мирового порядка

За последние 200 лет люди стали жить намного лучше, чем на протяжении почти всей мировой истории. Еще в 1820 году 84% мирового населения были обречены на нищету, а сегодня очень бедны не более 10%. С точки зрения современников Томаса Мора, мы уже практически живем в утопии. Образование и здравоохранение теперь более доступны, в мире стало меньше насилия и люди чувствуют себя гораздо более защищенными как в своих домах, так и на улицах.

Но мы все еще не очень счастливы (депрессия входит в топ-лист самых разрушительных для экономики современных заболеваний, по статистике Всемирной организации здравоохранения), поэтому у нас есть мотивация задуматься о том, как могла бы выглядеть утопия с точки зрения современного человека.

Голландский историк и журналист Рутгер Брегман собрал в своей книге несколько возможных направлений для оптимизации миропорядка. Он не дает готовых решений, но ставит интересные вопросы и приводит неожиданные и часто противоречащие нашим интуитивным ощущениям данные по спорным вопросам – например, визовому режиму между странами, безусловному базовому доходу и значимости ВВП. Эта книга задает свежее направление мысли для тех, кто хотел бы сделать мир лучше, но не знает, с чего начать.

Об авторе: Рутгер Брегман – историк по образованию, выпустил четыре книги по истории, философии и экономике, писал статьи в The Correspondent. «Утопия для реалистов» стала национальным бестселлером в Голландии и была переведена на 20 языков. Выступление Брегмана на конференции TED о психологии бедности вошло в топ-10 лучших выступлений 2017 года, а британская газета The Guardian назвала его «голландским вундеркиндом, несущим новые идеи».

Безусловный базовый доход

Просто раздавать деньги нуждающимся людям кажется нам очень недальновидным решением – ведь очевидно же, что они их потратят неэффективно, на какие-нибудь сиюминутные удовольствия. Издавна принято считать, что бедность тесно связана с личными качествами человека: ленью, иррациональностью, импульсивностью, неумением планировать и распоряжаться финансами.

Сейчас мир выглядит достаточно свободным и открытым, у нас перед глазами есть примеры выходцев из низов, успешно воспользовавшихся социальными лифтами – поэтому складывается очень реалистичное впечатление, что бедные просто недостаточно способны или недостаточно стараются. Наше интуитивное представление о том, что бедные демонстрируют нерациональное поведение, подкрепляется статистикой. Бедные действительно реже откладывают деньги, больше берут в долг, чаще страдают от вредных привычек, и даже к собеседованиям они обычно готовятся хуже.

Но исследования психологов показали, что в этой ситуации причинно-следственная связь на самом деле обратная. Нам кажется, что бедные бедны, потому что они ведут себя неразумно, а на самом деле, они ведут себя неразумно, потому что бедны.

Необходимость постоянно беспокоиться из-за завтрашнего дня очень сильно влияет на способность принимать решения (особенно в том, что касается долгосрочных стратегий). Этот ресурс (его еще называют ментальной пропускной способностью) ограничен: так же, как компьютер может подвисать, если выполняет несколько трудоемких задач одновременно, так и мозг бедняка всегда частично поглощен борьбой за выживание и тревогой. Поэтому на принятие разумных решений остается не так уж много внимания и энергии.

Исследования принстонского психолога Эльдара Шафира показали, что из-за бедности люди теряют по 13–14 пунктов IQ – как после бессонной ночи или при алкоголизме (!). Разницу в эффективности мышления особенно четко показал эксперимент, который ученый провел в индийских сельских районах Виллупурам и Тируваннамалай. Здесь фермеры выращивают сахарный тростник и 60% своего годового дохода получают сразу после урожая, а потом постепенно проедают эти деньги и до следующего урожая стеснены в средствах. Исследования Шафира показали, что в «бедный» период их результаты в когнитивных испытаниях были существенно хуже, хотя в эксперименте участвовали одни и те же люди.

И, тем не менее, почти все благотворительные программы по поддержке бедняков направлены на то, чтобы стимулировать их больше учиться и работать. Что любопытно, разработать и внедрить такие программы намного дороже и сложнее, чем просто дать нуждающимся людям денег, но зато кажется, что таким образом деньги не будут потрачены зря и не будут стимулировать разгильдяйство. Поэтому, когда заходит речь о безусловном базовом доходе для жителей какой-нибудь страны (недавно эту идею обсуждали в Швейцарии), люди часто начинают рисовать себе мрачные картины: множество бездельников лежат на диване с пивом, в то время как сознательное и амбициозное меньшинство трудится в поте лица.

Брегман приводит интересные данные, показывающие, что в реальности все совершенно не так, и, как ни парадоксально, самый простой, дешевый и эффективный способ бороться с бедностью – это просто дать беднякам денег.

● В 2009 году в Лондоне провели эксперимент – дали 13 бездомным по £3000 и разрешили тратить их как хочется. Всего на эксперимент ушло 39000 фунтов. Во-первых, участники не кинулись сразу транжирить деньги – за год они в среднем потратили всего по £800. Во-вторых, спустя полтора года семеро сумели обеспечить себе крышу над головой, а еще двое обзавелись своим собственным жильем. Все участники проявили активную жизненную позицию – они начали проходить реабилитацию от зависимостей, учиться, искать работу и возобновили общение со своими семьями. В общем, эксперимент оказался удачным. А теперь сравните: расходы на помощь социальных служб, зарплаты полицейским и судебные издержки составляли в £400 000 ежегодно, пока эти бездомные оставались бездомными. Получается, что меры, которые кажутся нам эффективными, на самом деле лишь поддерживают существующий неприятный порядок вещей и при этом зря расходуют бюджет.

● Некоммерческая благотворительная организация GiveDirectly в Восточной Африке занимается тем, что напрямую перечисляет деньги самым бедным семьям региона (но, естественно, после проверки того, что претендующие на помощь действительно в ней нуждаются). Размер субсидии – $1000 (в Восточной Африке этого хватает, чтобы кормить семью целый год). Исследование Массачусетского технологического института показало, что переводы GiveDirectly приводят к длительному росту доходов (до 38% по сравнению с доходами до получения субсидий) и помогают людям приобрести недвижимость и домашний скот.

● В Намибии прямая выдача денег бедным заметно уменьшила недоедание (на 32%) и уровень преступности среди населения (на 42%). В Малави девочки стали посещать школы на 40% чаще (хотя это не входило в обязательные условия выдачи субсидий).

● Интересно, что на самом деле бедные не тратят свалившиеся на них благотворительные деньги на удовлетворение вредных привычек. Всемирный банк провел на эту тему исследование в Африке, Латинской Америке и Азии, и оказалось, что потребление алкоголя и табака, наоборот, снижалось – в 82% случаев.

За последние 50 лет помощь Запада развивающимся странам составила почти $5 трлн, но все еще не очень понятно, насколько это помогло людям в действительности. Сотрудники Лаборатории помощи бедным МТИ провели более 500 исследований в 56 странах.

Чтобы получить максимально объективные данные, ученые используют такой метод, как рандомизированное контролируемое исследование. Мы знаем этот термин по доказательной медицине – смысл в том, что для того, чтобы понять работает ли какое-то лечение (или другая мера, в том числе благотворительность), нужно разбить участников эксперимента на две группы: одна будет его получать, другая нет. При этом разбивка должна проходить случайным образом, чтобы непроизвольная субъективность ученых не влияла на статистику. Конечно, не всегда результаты можно обобщить: в разных культурах люди могут по-разному реагировать на гуманитарную помощь, а еще не всегда этично собирать контрольную группу, которая вообще не получает помощи (например, в случае стихийного бедствия). Но, тем не менее, продуманные эксперименты с точки зрения общего блага более оправданы, чем благотворительность «вслепую».

Первое такое исследование иностранной помощи развитию провел в 1998 году американский профессор Майкл Кремер – он решил изучить, как раздача бесплатных школьных учебников в Кении влияет на успеваемость. Кремер отобрал 50 школ, и половина из них получили бесплатные учебники. Оказалось, что это ничего не изменило.

Еще двое ученых, на этот раз из Кембриджа, провели исследование использования в Кении противомоскитных сеток. Одна группа людей получала сетки бесплатно, а другая со скидкой (за три доллара). Предполагалось, что те, кто получит сетки бесплатно, привыкнут к дармовщине и потом не согласятся приобретать их за деньги. Через год всем участникам эксперимента предложили купить новую сетку за два доллара, и, как ни странно, получившие сетку бесплатно, в два раза чаще пользовались этим предложением.

Валовой внутренний продукт (ВВП)

Мы привыкли измерять процветание страны с помощью макроэкономического показателя ВВП – он отражает рыночную стоимость всех товаров и услуг, произведенных за год на территории государства. Если у страны большой ВВП, это означает, что у нее развитая экономика и считается, что ее жители чувствуют себя более благополучно, чем население страны с низким ВВП.

Но оказывается, ВВП говорит о социальном благополучии только до определенного предела (примерно до $5000 в год на душу населения). Более высокий ВВП не предсказывает уменьшение числа общественных проблем. Например, индекс социальных проблем (он учитывает среднюю продолжительность жизни, детскую смертность, смертность в результате убийств, численность заключенных в тюрьмах, грамотность, распространенность депрессий, подростковую беременность, общественное доверие, злоупотребление веществами, ожирение и социальную мобильность) у США и Португалии примерно одинаков, притом, что ВВП Португалии примерно в два раза меньше.

Брегман считает, что корень проблемы – в неравенстве. Из-за радикальных различий в социальном статусе люди становятся более склонными к агрессии, даже если никто среди населения не голодает. Естественно, некоторое неравенство по

...

конец ознакомительного фрагмента