Текст книги "Лучший друг отца. Мой грязный секрет"
![](/books_files/covers/thumbs_240/luchshiy-drug-otca-moy-gryaznyy-sekret-292684.jpg)
Автор книги: Даша Литовская
Жанр: Короткие любовные романы, Любовные романы
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 4 страниц)
~Глава 4~
Софи.
– Софи… – прочистив горло покашливанием, Данис наконец отмирает. Не делает ни шаг вперед, ни назад.
– Я-я, – зачем-то начинаю озираться по сторонам. Нахожу в зеркале свое отражение, цепляясь за него, как за спасительную соломинку. – Я зашла поправить прическу.
– Да. – Отзывается через паузу. – Прости, тут было не заперто. Я подумал…
Что успело попасть в фокус внимания Дана до того, как я распахнула глаза?
Он видел, как мои руки скользили по напряженной груди? Слышал мой стон? Правда появился случайно?
Поправляю съехавшую лямочку платья, укрывая голое плечо от его глаз.
– Наверное, я просто забыла ее запереть, – встречаюсь с ним взглядом через отражение зеркала.
– Еще раз прости, – говорит без особой вины в своем голосе. Так, будто ничего не случилось. Действительно ничего не заметил? Или предпочел сделать вид, чтобы не ставить меня в неловкое положение?
Чувствую, как мысли трясутся. Мечутся от одной догадки к другой.
Но он не уходит. Почему он не уходит?
– Дан? – Пробую взять себя в руки. Этот вопрос получается задать совершенно обыденным тоном.
– Да, – отзывается моментально, сморгнув, – извини. Я просто… задумался. Ты действительно стала взрослой, крошка Софи. – Его губы тронула легкая полуулыбка, а внутри меня что-то трепетно защемило.
Но уже через миг его слова обретают другое значение в моей голове.
Он все таки догадался чем я тут занималась?! Господи, ужас какой! Теперь я мечтаю провалиться сквозь землю!
Дан ничего больше не говорит. Уходит, прикрыв дверь за собой.
Еще полчаса я прячусь в своей старой комнате на втором этаже. А потом коротаю пару минут на кухне с поварами, занятыми работой. Нагло ворую у них из-под носа несколько канапешек с икрой, и запиваю вкус гастрономического изыска минералкой без газа.
Нет. Все. Это не выносимо. В зале я все равно больше не смогу появиться. Перспектива еще раз посмотреть Дану в глаза кажется невыносимой. Особенно, имея хоть один шанс, что он не окажется непроходимым глупцом, и поймет, что я явно не носик припудривала, постанывая от удовольствия.
Вымученно стону (теперь уже мысленно), намереваясь покинуть родительский дом через выход из кухни. За миг до того, как перед глазами возникает отец:
– Милая, ты тут прячешься от кого? – Строго прищуривается, но я знаю, что барин сегодня изволит шутить таким образом.
– Нет, папа, – тяжко вздыхаю, обмахиваясь рукой. На кухне жара. – Я просто устала. Ты не обидишься, если я уеду домой?
Отец хмурится, но соглашается.
– Я водителя уже отпустил. Думал, ты сегодня тут переночуешь.
– Неизвестно, когда гости решат разойтись. Мне нужно выспаться. Неделя экзаменов выжала силы.
Папа кивает.
– Я вызову такси, все в порядке. – Тянусь, чтобы поцеловать его на прощание в щеку, но отец меня останавливает.
– Идем, – берет за руку, – я не хочу беспокоиться как ты доехала, – бурчит, но вовсе не злобно.
Понуро плетусь за ним в зал, по дороге кидая маме пару слов на прощание. Мы выходим через центральный.
Возле каменной дорожки в саду припарковано много машин. И я ищу глазами ту, в которую отец вознамерился меня усадить. Наверняка кто-то из гостей тоже засобирался домой, и папа прикажет ему подбросить меня.
– Дан! – Отчетливо произносит отец, вглядываясь в темноту сада.
А мои внутренности в этот момент леденеют.
Нет. Нет. Нет.
Нет.
Ну пожалуйста!
Я что? Где-то так провинилась?
Черная Ауди со сверкающими глянцевыми боками выныривает из стройного ряда машин. Тормозит возле входа, мягко шурша по гравию шинами.
– Подвезешь Софью до ее квартиры? Она живет в центре, вам по пути, – спрашивает отец, подойдя ближе к машине. Я стою сзади, как веревкой привязанная, и с увлечением изучаю мелкие камушки под подошвой моих босоножек.
– Конечно, – слышу глубокий голос Асадова.
– Спасибо, дружище. Мне будет спокойнее, если она поедет с тобой, – выказывает отец высшую степень доверия Дану. Папа называет ему точный адрес, жмет на прощание руку, после чего стекло водительского сидения медленно ползет вверх.
Папа обнимает и целует меня напоследок, просит написать ему смс, когда доберусь, и усаживает в машину.
~Глава 5~
Софи.
Пристегиваю ремень, копошась с ним непозволительно долго. Кошусь на профиль Асадова.
Он будто высечен из твердого камня. Прямой нос, высокие четкие скулы, волевой подбородок. Каждая деталь его внешности кажется мне идеалом.
Недостижимым чертовым идеалом.
Злясь то ли на себя, то ли на него, отворачиваюсь к окну.
– Разве ты не выпил виски на вечеринке? – Удивляюсь, что впервые за долгие годы мои эмоции мне неподвластны. Голос сочится неприкрытой язвительностью. Обычно я крайне сдержана и воспитана.
– Держал его в руках. Только для видимости. Не беспокойся, – усмехается Данис, пока перед моими глазами расстилается панорама ночного города, подсвеченная теплыми огоньками.
Особняк родителей находится в элитном спальном районе, недалеко от береговой линии моря. Но год назад я начала жить отдельно. На прошлый день рождения отец подарил мне квартиру. Бешеный ритм учебы все равно было практически невозможно совмещать с жизнью загородом.
Машина плавно входит в повороты шоссе, вклиниваясь в городскую черту. Я ловлю себя на мысли, что чувствую себя совершенно комфортно в его автомобиле. Может быть потому, что Дан аккуратно ведет, не превышая разрешенную скорость, но и не тащится раздражающе медленно. Или от того, что за рулем он выглядит еще увереннее, хотя казалось – куда уж?
Мой дом уже через пару кварталов, а я до сих пор не могу разобраться с бурлящим сгустком эмоций, кипящих внутри.
Какая-то адская смесь из волнения, развратных мыслей и злости. Не думала, что все это можно чувствовать одномоментно. Наверное, я просто психую, что все прошло далеко не так, как я себе представляла?
А как я представляла?
Представляла, что Данис окажет мне хоть один знак внимания. Ни как дочери его лучшего друга.
Как девушке.
Посмотрит своими пронзительными глазами. Или скажет что-то такое… Чтобы я поняла непременно, что свободна очаровать даже такого мужчину.
Да. Я привыкла получать то, что хочется. В этой семье сложно было вырасти скромницей без запросов. У меня всегда было все самое лучше, самое эксклюзивное, самое дорогое.
А Дан… Дан просто лучший. Лучший мужчина из всех, что я знаю. Поэтому я его так сильно хочу.
Поджимаю губы, слушая как он прибавляет громкость на магнитоле. Ловит подходящую радиоволну. Останавливается на чем-то попсовом, но мягком и мелодичном.
Салон авто наполняется нотами музыки.
Она спокойная, и совсем не под стать моему мечущему настрою.
Мне до покалывания в руках хочется к Данису прикоснуться…
Вот же он. Рядом.
Пиджак лежит на заднем сидении, а сам Данис в белоснежной рубашке, рукава которой закатны до локтя. Его ладонь лежит на рычаге передач, и мне требуется преодолеть лишь несколько сантиметров, чтобы накрыть его пальцы своими. Уверена, что под кожу тут же проберутся миллионы иголок, если я это сделаю.
Трясу головой, прогоняя пьяные мысли.
Естественно, я так не сделаю.
Несмотря на то, что Данис физически рядом, он далеко. Нас разделяют двадцать лет и его дружба с отцом, не говоря уже о весомом жизненном опыте, которого у меня не найдется. Он никогда не взглянет на меня, как на девушку. Для него я так и останусь крошкой Софи.
Я вздыхаю, и это не остается для него незамеченным.
Паркуя авто возле красивого пятиэтажного дома, в котором прячется моя квартира, Дан поворачивается.
– Разве можно грустить в свой день рождение? – Спрашивает серьезно, но я принимаю это за шутку.
Пожимаю плечами.
– В детстве в этот день каждый раз ждешь какого-то чуда… Веришь, что он станет особенным. Так уж случается, что люди вырастают, а привычка ждать чуда остается.
Я смотрю в его внимательные глаза. Данис смеется.
– Тебе ли жаловаться на жизнь? – Поддевает меня.
– Тем не менее, этот день ничем меня не порадовал, кроме усталости, – искренне отзываюсь, чувствуя разочарование от того, что вскоре придется уйти.
– Кстати, с меня подарок. Я так и не смог определиться. Понятия не имею, что можно подарить девушке, у которой есть все. Было как-то полегче, когда ты была младше.
Закусываю губу.
– Да, тогда меня легко можно было подкупить заморской игрушкой.
Но девочка выросла, и игрушки тоже перешли в категорию «взрослых».
Вслух я этого, конечно, не говорю.
Продолжаю смотреть.
Пройдет секунда, вторая, и я покину авто. А когда в следующий раз увижу его – неизвестно. Может быть он уедет из страны уже завтра, и мне придется ждать еще несколько лет до следующей встречи.
Все эти невеселые мысли нахлынули на меня слишком сильно и неожиданно. Внутренняя беспомощность разлилась досадой в сознании.
Я сжала в кулаки руки, глядя Дану в глаза. Он, вероятно, ждет, пока я покину авто. Но с каждой секундой я все меньше уверена, что смогу это сделать.
– Ты, все же, можешь мне кое-что подарить, – говорю это, а у самой голос трещит хрипотцой от волнения.
Темно-зеленые глаза загораются интересом.
– Этот день должен стать особенным, Дан… – выдыхаю, будто заранее оправдывая себя.
За миг до того, как потянуться к нему и приникнуть к чужим, но таким желанным губам.
~Глава 6~
Дан.
Мой телефон на приборной панели вспыхивает за миг до того, как губы крошки Софи замирают.
От моих в миллиметре.
Но модный рингтон, перебивающий звуки музыки из магнитолы, не останавливает ее.
Уже через секунду она плотно прижимается пухлыми холодными губами к моим.
Чувствую, как тонкие пальчики обвивают мою шею, и даже забираются под ворот рубашки.
Не вежливо отталкивать даму, когда она так решительно настроена на поцелуй.
Но еще более не вежливо целовать любимую умницу – дочку своего старинного друга.
Поэтому не делаю ни того, ни другого. Не отталкиваю ее, но и не стремлюсь ответить на близость.
В ноздри проникает нежный соблазнительный аромат. Что-то утонченное, напоминающее нотки сирени и дорогого шампуня.
Рот сам собой наполняется слюной. Считываю странную реакцию тела. Заталкиваю ее в глубину подсознания. Потом я ее обязательно проанализирую.
Софи замирает. Она чувствует, ощущает, что я не отвечаю на поцелуй.
Поразила ли меня такая провокация с ее стороны? Нет. Ни капли.
Я хорошо знаю женщин. Любых возрастов. Крошка Софи была влюблена в меня в детстве, и сегодня я тоже заметил с каким волнением она общалась со мной. А значит отголоски глупой детской влюбленности в ней до сих пор не утихли.
По телу прошел странный озноб, когда Софи вонзила мне в шею острые ноготки.
– Софи, – прохрипел ей прямо в губы. Пора это остановить.
Отстранилась в момент, и спрятала взгляд. В салоне авто повисла неловкая пауза. Даже магнитола вдруг замолчала, хотя раньше в ее работе не было замечено перебоев.
Чтоб дать себе время правильно подобрать слова, потянулся к прибору, заглушив двигатель.
– Софи, это… неправильно, – не глядя на девушку, произнес. Телефон вновь подал сигнал. Мазнул взглядом по экрану, успел прочесть имя Ланы, и отрубил входящий звонок.
Софи тоже заметила имя звонившей. Но, кажется, посмотрела неосознанно даже.
– Твой отец – мой хороший друг, – я старался говорить это с теплотой в голосе, которая мне совершенно не свойственна. – Я не могу с ним так поступить.
Софи резко поворачивает голову в мою сторону, от чего ее белокурые волосы на миг поднимаются в воздух. Стреляет пронзительным взглядом.
– Я тебе нравлюсь? Хоть чуточку? – прищуривается и бьет вопросами в лоб. Вот так, без прелюдий и на сухую.
Мысленно усмехаюсь.
– Софи, – корректность тоже не мой верный товарищ. Я больше привык так, как она. В лоб и наотмашь. Но тут другой случай. – Ты очень привлекательная девушка, – взгляд тянется к ее губам, которые только секунду назад были прижаты к моим. Я здравомыслящий, но все же мужчина. Когда на тебя вешается молодое симпатичное тело, сложно унять инстинкты в момент. – Очень, – зачем-то подтверждаю свои же слова, когда случайный взгляд падает на ее ноги. Короткое платье задралось, оголяя бедро. И я искренне завидую сиденью своей тачки, потому что кожа у Софи бархатная и нежная. Любой мужик был бы счастлив заполучить такую крошку в постель. Ерзаю на сиденье, понимая, что член в штанах, вопреки здравому смыслу, тоже не дремлет. – Но,
– А если бы я не была его дочерью? – Перебивает меня, сверкая голубыми глазищами, даже на мгновение не думая прекращать пытку взгляда.
– Но ты его дочь. Мы в этой реальности. Другой, кажется, не дано. – Раздражаюсь в момент.
Сегодняшним вечером я точно не был намерен ставить на место мозги инфантильным малолеткам.
То, что Софи принадлежит именно к такой категории – сомнений не вызывает. Видя, как Глеб холит и лелеет единственно дочурку, я уже тогда, в ее детстве, мог сказать, что из этого выйдет.
Девочка родилась с золотой ложкой во рту, Центурион в ее карман положили еще раньше, чем паспорт. Очевидно, что любая ее прихоть выполнялась мгновенно и безоговорочно. Не удивлюсь, если парни возле этой принцессы штабелями укладываются. А значит и ко мне она питает неугасающий интерес лишь потому, что прекрасно осведомлена о запрете на подобные чувства.
– Софи, – я устало вздыхаю и растираю руками лицо. – Тебе пора, ладно?
Стараюсь придать голосу хоть грамм дружелюбия, но все равно выходит достаточно грубо. Достаточно для того, чтобы дочка моего лучшего друга, сверкнув обиженным взглядом, резко открыла дверцу машины и от души ею хлопнула.
– Да блядь… – Устало цежу, ударяя ладонями по рулю, и отправляюсь следом за ней. Софи не просто девочка с улицы. Она дочь Глеба Павлова. И даже я обязан войти в положение, когда эта девочка натягивает рамки приличия на раздутое чувство вседозволенности. – Софи, подожди!
~Глава 7~
Дан.
Мне приходится окликнуть ее еще раз, прежде, чем Софи останавливается у входа в парадную.
Обхватывает дрожащие плечи руками. Строго смотрю.
– Есть что сказать? – Потупив глаза, спрашивает. Тон не особо довольный, но я бы искренне удивился услышав сейчас что-то другое.
– Нового? Ничего, – вторю ей в такт, киваю на дверь. – Я провожу тебя до квартиры.
Она меня удивляет, когда безоговорочно соглашается.
– Третий этаж. Я всегда поднимаюсь по лестнице, – тонкий голос очень старается держаться достойно. Минуя лифт иду за ней по пятам.
В ушах отдают ее шпильки, с остервенением врезающиеся в каменные ступени. И сколько бы я не старался, взгляд сам собой липнет к упругим бедрам, обтянутым тряпкой тонкого платья. Зрелище мелькает перед глазами, становясь внешним раздражителем, помимо которого ни на чем больше невозможно сосредоточиться.
Чувствую себя как бык во время корриды.
Я не могу игнорировать факт, что Софи действительно повзрослела. Она расцвела в соблазнительную красотку, и отрицать это глупо. Нужно лишь притвориться, что у меня к ней полный иммунитет, чтобы не давать бессмысленную надежду – такие мысли занимают голову, когда преодолеваем первый пролет.
На втором здравый рассудок сменяется ноющей тяжестью в брюках. Я смотрю на хрупкую спину, узкую талию, виляющие из стороны в сторону бедра. Вижу бесконечные стройные ноги, и щиколотки, заключенные в черный ремешок ее босоножек.
Сжимаю челюсть.
Мне даже нравится слегка себя будоражить, зная, что эта девочка под запретом. Хочется малодушно обвинить во всем ее и те порывы в машине. Но я прекрасно помню, как чуть минералкой не поперхнулся, впервые сегодня увидев ее в особняке. Пожалуй, я не ожидал, что крошка Софи с возрастом превратится в кого-то настолько соблазнительного и привлекательного.
Пытаюсь затолкать в голову старые воспоминания, те самые, где она была слега угловатым неуклюжим подростком. Но это не помогает.
На третьем пролете я готов задрать ее платье, до колена спустить кружевное белье, края которого так вызывающе проступают сквозь тонкую ткань, и без промедления войти в крошку Софи болезненно напрягшимся членом.
– Здесь, – не особо радостно сообщает она, останавливаясь возле двери. – Внутрь не приглашаю, все равно не зайдешь.
Сухо киваю.
Не приглашай. Потому что я не железный и могу согласиться. Как мы потом все это расхлебывать будем, ты, конечно же, не подумала.
– София…
Вскидывает испуганный взгляд.
– Не надо… – почти шепчет. – Мне нравилось, как ты меня называешь. Просто Софи.
Что ж, очень трогательно.
– Не стоит думать обо мне плохо, – ловлю ее взгляд, удерживаю его. – То, что я сказал по поводу твоей привлекательности, абсолютная правда. Но мы не в том положении, чтобы иметь связь без последствий.
– Ты прав, – наконец соглашается. – Давай просто сделаем вид, что этого не было? Я сегодня перебрала, и в общем-то… – неловко поправляет прядку волос, заправляя за ушко.
– Я по-прежнему очень хорошо к тебе отношусь, – улыбаюсь ей искренне.
Софи с большой натяжкой изображает улыбку в ответ, и бросив грустный прощальный взгляд напоследок, скрывается за дверью квартиры.
Спускаюсь к машине, подкуривая. Крепко затягиваюсь, выпуская в воздух облако сизого дыма.
Дурная привычка. Давно хотел бросить. Уже пару дней не притрагивался, но сегодня без этого не обойтись.
~Глава 8~
Софи.
Я бессмысленно пялюсь в зазор между шторами. Сквозь него пробиваются утренние лучи. Будто в насмешку над пасмурным настроением, новый день встречает отличной погодой.
Чувствую на языке привкус крови. За полчаса, что я валяюсь в кровати – искусала все губы.
Все, хватит. Это тупо. Бессмысленно. Ну к чему сейчас этот поток необузданных мыслей? Но внутри все зудит и зудит.
Не знаю, можно ли назвать это полноценным чувством вины. Конечно, мне стыдно. Это первое, что я ощутила, открыв сегодня глаза.
А потом задалась очевидным вопросом – было бы мне так же стыдно, если бы Данис меня не отверг? А если отмотать время назад, я бы решилась второй раз провернуть то же самое? Думаю, да. Я бы решилась. Снова. Снова. И снова…
Но мне вчера ясно дали понять – Прости, крошка Софи, ты очень привлекательная, но Ромео и Джульетта из нас с тобой не тянут даже на троечку.
Уверена, что Дан не боится отца. Но он его уважает. И совершенно точно ни за что не предаст. На что я надеялась?
По квартире брожу словно призрак. Сейчас у меня выходные, а потом пора приступать к летней практике. Это будет непросто, но я готова пройти через трудности. Мне только на пользу. Поможет отвлечься от мыслей.
Пропускаю овсяные зерна в блендере, заливаю их йогуртом и клубничными дольками. Получилось неплохо, но ложкой я вожу без особого энтузиазма.
Дан. Дан. Дан.
Данис Асадов.
Зачем ты приехал вообще? Жила же я как-то до этой встречи. И мысли о тебе в голове сквозняком не гуляли.
Я привыкла к тем чувствам, что таились внутри. Привыкла иметь маленький грязный секрет идеальной отличницы – дочки.
Зачем мне понадобилось распалять эти искры?
В конце концов у меня есть Андрей. По меньшей мере, меня должно преследовать чувство стыда перед ним. Но его нет почему-то.
Может потому, что Дан жил в моей голове задолго до появления Андрея, и будет жить там и после?
После Андрея.
Усмехаюсь. Я уже вдруг стала уверенной, что мы с ним расстанемся? Зря. Папа мне голову с плеч снимает за это. С отцом Андрея он в деловых отношениях, и перед этими отношениями просил меня хорошенько прикинуть все «за» и «против».
Телефон в спальне звонит, но мне совершенно не хочется ни с кем говорить. Хочется продолжить копаться в себе, и в сотый раз прокрутить в голове те минуты, что мы были с Данисом наедине. Разобрать каждую эмоцию по запчастям, положив на соответствующие полки в сознании.
Мобильник замолкает, и тут же трещит с новой силой.
– Соня, ну ты и соня! – Голосит в трубку брат, когда я ее поднимаю. – Давай, собирайся! У тебя две минуты!
Хмуро смотрю на часы. Полдень отбили.
– Куда собираться?
За приоткрытым окном раздается громкий автосигнал.
Выглядываю.
И не могу не улыбнуться.
Пашка, с надувным кругом на шее и без футболки, танцует и машет руками внутри беленького Хаммера без верха. За рулем Андрей. Тоже машет рукой. А Марта, сидящая сзади, что-то выкрикивает.
– Иду! – Хихикаю я, отбрасывая мобильник.
Мы уже сто лет вот так вместе не собирались, хотя раньше проводили у моря каждые летние выходные. Сюрприз удался – я действительно думала, что мое день рождение ограничится скучным приемом родителей. Но друзья думали совершенно иначе.
~Глава 9~
Софи.
Наспех споласкиваю лицо холодной водой, чищу зубы и леплю под глаза пару патчей, производитель которых клятвенно обещает избавить от припухлости менее, чем за час. Что ж, поглядим как он справится со следами хмельного веселья.
Сборы действительно занимают не больше пары минут. Может быть, я так вдохновилась мыслью смыться из дома и занять свою голову чем-то помимо размышлений о Данисе? Выходные с друзьями кажутся хорошей альтернативой.
Я сую в шоппер крем от загара, парео и кепку. А сама примеряю новый купальник, купленный на прошлой неделе.
На юге страны сезон открывается рано. Сейчас лишь конец мая, а туристы уже давно атакуют местные пляжи.
Черное простое бикини сидит идеально. Натягиваю сверху короткие шорты и майку – алкоголичку.
– Систер, – щелкает по козырьку моей кепки неугомонный братец, – выглядишь просто ужасно. – Что за жесть приклеена у тебя под глазами?
Я фыркаю, ставлю ногу на колесо и легко забираюсь на заднее сиденье авто.
Стянув рей бены с Пашкиной головы и прикрываю заспанные глаза, не забыв показать брату неприличный жест средним пальцем.
– Ты великолепна, малыш, – льстит мне Андрей и касается руки в знак приветствия.
Мы мчим по улицам города под скабрезные, слишком громкие треки из магнитолы. Прохожие не обращают внимания, здесь привыкли к вечно веселящейся молодежи.
Через сорок минут навигатор оповещает о том, что мы достигли места своего назначения. Я радостно жмурюсь. Последний раз была тут в прошлом году, и безумно скучала.
Город полнится пляжами, но это место особенное. У папы здесь отель, которому принадлежит пара километров белоснежного песчаного берега. Чуть поодаль спрятан от глаз отдыхающих небольшой пляжный дом.
Это наша частная собственность. Мы проводили здесь каждые выходные семьей, когда с Пашкой были поменьше.
Круто, что ни отдыхающие отеля, ни простые туристы сюда попросту не смогут дойти, так что этот райский участок земли будто отрезан от внешнего мира.
– Кайф, – щурится Марта, оглядывая окрестности. И я с ней совершенно согласна. Кожу ласкает теплый морской ветерок, солнце уже высоко и совсем скоро запечет в полную силу.
Мы помогаем ребятам разгрузить багажник машины. Наводим в доме уют, смахивая пыль и раскладывая по тарелкам закуски. Накрываем стол на просторной веранде, предварительно растянув длинный тент.
– Не передумала насчет практики? – Спрашивает Андрей, доставая из холодильника пару бутылок запотевшего пива.
Отрицательно верчу головой. Я серьезно настроена.
Пашка закатывает глаза, наблюдая за нами.
– Ты когда-нибудь прекратишь быть такой правильной?
Я поджимаю губы, хотя уже привыкла к его вечным подколкам.
– Если честно, я тоже не понимаю зачем тебе это, – неожиданно поддерживает брата Андрей.
С удивлением на него озираюсь. Андрей и Пашка лучшие друзья еще со школьных времен. Но, с тех пор, как мы начали встречаться, многое изменилось.
Например, у брата появилось гораздо больше поводов поддеть друга, а заодно и меня. Но Андрей считает своей обязанностью вставать на мою сторону в любых спорах. Может это и хорошо, но сейчас его выпад ощущается чем-то вроде предательства и неприятно царапает.
– Да ясно зачем, – фыркает Пашка, – опять рисуется перед родителями. Примерная дочка и все такое.
– Родители тут ни при чем, – отзываюсь спокойно. – Просто мне, в отличие от тебя, не хочется всю жизнь сидеть у папы на шее.
– Ой, боже, – брат цокает языком, – можно подумать папина шея сломается, его денег еще нашим правнукам хватит, не то что. Пользовалась бы привилегиями и жила бы в свое удовольствие.
– Мы могли бы больше времени проводить вместе, но с этой твоей практикой… – задумчиво вторит брату Андрей.
Внутри закипает. Не понимаю почему я обязана втолковывать им свою точку зрения? Я ведь не абы куда работать иду, а в один из самых дорогих отелей страны. И должность там хорошая будет. Понятное дело, что дочка владельца отеля не станет трудиться среди простых горничных. Почему я не могу распоряжаться своим личным временем так, как мне хочется?
Я приобрету настоящий жизненный опыт и вырвусь наконец из тепличных условий. Но сейчас возникает ощущение, что потребность в самореализации за этим столом не атрофировалась лишь у меня.
– Марта тоже работает, но ей почему-то вы не пытаетесь навязать свое мнение, – сама не замечаю, как начинаю грубить. Кошусь на подругу, ища там поддержки.
Но поддерживать сегодня меня никто не настроен.
– Я бы подумала, стоит ли тратить время на работу, имея такие возможности, как у тебя, – вспыхивает взгляд Марты и я понимаю, что сморозила глупость.
Марта, она… не из наших кругов.
Ее матери год назад предложили должность преподавателя в частном лицее, плюсом шло проживание в хорошем районе (недалеко от особняка наших родителей) и льготы для детей в бизнес-институте, где я сейчас являюсь студенткой. Кончено ее мать приняла предложение.
Мы с Мартой попали на один поток в институте, но особенно не общались. Первым с ней познакомился Пашка, и как-то незаметно для всех Марта стала постоянным членом нашей компании. Я стараюсь не заострять внимание на разнице наших с ней положений, боясь показаться бестактной и грубой. Но сейчас сплоховала.
– Извини, – скольжу по девушке взглядом. Она небрежно пожимает плечами, желая поскорее съехать с неприятного разговора.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?