Текст книги "Проза. Повесть и рассказы"
![](/books_files/covers/thumbs_240/proza-povest-irasskazy-135910.jpg)
Автор книги: Денис Дойчев
Жанр: Современная русская литература, Современная проза
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 1 (всего у книги 1 страниц)
Проза
Повесть и рассказы
Денис Владимирович Дойчев
© Денис Владимирович Дойчев, 2017
ISBN 978-5-4485-0174-6
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Прощения
Посвящается М. Г.
«я связь миров повсюду сущих»
Г. Р. Державин «Бог»
Пролог
Ночь поглотила солнце. Мерцают в ней окна квартир высоких домов. Словно солнечное сияние – это представление света играет наравне с прекрасными звёздами, столбовыми фонарями…
И только глядя в светлые окна, чувствуешь тоску и бесконечное одиночество. Из тьмы выходит довольно молодой необычный человек в чёрном фраке.
«Я желаю вам эмоций во время представления, – говорит фрачный человек – оно во многом построено на звуках и игре света».
И чёрный человек уходит в ночь.
Глава I
Я – поэт
Как удивителен мир, но как чудовищны и непонятны законы в нём.
Перед гранью стремишься постичь её, преодолевая страх, преодолевая рамки разумного, поверив в Высшие силы мирозданья! И толпы и мира нет вокруг, только ты один.
За гранью вспоминаешь о счастье, которое упустил из рук. Понимаешь, что был не прав и, что нигде ты не успел: не узнал души любимой актрисы, да и надо ли было? Не успел поговорить с ней, признаться в любви…
Как тяжело осознание. Азарт – большой порок!
И вот берега Причерноморья заливает заря. Свежий утренний воздух рождает свет, на берегу снова и снова вырастает из этого морозного воздуха больной душою, потерявший всё, что любил и ненавидел, сосланный за стихи, скорбящий и немощный старец. Он молит о прощении, молит императора о пощаде, и знает одно:
«Уж я не услышу
Твой голос, гори – не гори,
Лишь облаком дышит
Свежий воздух зари».
Боль охватывает душу его. «Я – поэт вне времени и места. Я – Овидий! Услышь меня, моя Италия – кричит он, зная о том, что никто ему не ответит. И на закате солнца он умирает.
Так встречает рассветы и провожает закаты Великий классик древнеримской литературы Публий Овидий Назон.
Глава II
Вне времени и места
Да… Если бы Овидий жил теперь, со своим Чувством, Гением и Любовью, он обязательно бы попал в сумасшедший дом, не потому что он опасен для общества, а потому что его никто не понял бы.
Например, начнёт он читать свои элегии в одном из литобъединений, его сразу станут перебивать своими поправками…
«Я – поэт вне времени и места, – вопил бы он – вдалеке от имперских врат…».
И в итоге он окажется прямо в сумасшедшем доме.
Но Публий Овидий Назон никогда не появится в поликлинике для душевно больных XXI века, если хотя бы учесть то, что жил он с 43 года до Рождества Христова, по 18 год от Рождества Христова.
Хотя от соседства с Великим классиком древнеримской литературы я бы не отказался, так как я, потерявший всё, что любил и ненавидел, сосланный за любовь, закрыт, изолирован в сумасшедшем доме.
Обход уже давно окончен. Вечер тихо опустился на землю, больница погрузилась в тяжёлый, тревожный сон. Вот уже, самым последним по цепочке, догорает свет в 6 палате. Медсестра Марта Ивановна заснула в вестибюле за чтением книги.
За окном сырость, мрак и мокрый снег. Вальсируют – танцуют на ветру, словно чёрные фраки, летучие мыши. Я стараюсь закрывать на ночь окно, ведь я боюсь этих тварей.
Я пишу на подоконнике при свете свечи историю моей любви. Я назову её нежным именем – Коринна.
Глава III
4 заметки
Я перечитываю каждую ночь старые газеты, которые я украл неделю назад у Марты Ивановны, когда она зашла в 6 палату,
В ней погас свет – умер человек.
Я перечитываю четыре заметки, которые ранее писал в газету,
О моей любви.
Невозможно поместить в одно произведение все свои чувства: любовь и страсть, короткие встречи после спектаклей, общение…
Она актриса театра, студентка актёрского факультета и просто красивая девушка, с нею мне приятно было общаться, смотреть на неё.
Но, только, простоты я не видел, больно встречать Коринну в лицах других людей. Для меня она всегда будет неразгаданной тайной, идеалом, императрицей. Императрицей, из-за любви к которой приговорён я на страшную муку между светом и тьмой – жизнью и смертью.
Глава IV
Коринна
О, моя Каринна! В моей душе ты! И только ты! В Возвышенном своём образе нежно ласкаешь ты огрубевшие мои струны. И луна не сравнится с тобой, хоть есть в ней особая поэзия: музыка тишины и дикий рёв ветра…
Мне снится днём и ночью твой образ. Предо мной появляется театр, и ты на сцене играешь главную роль. Как я люблю твой нежный взгляд – твою душу!
Глава V
История о настоящей Любви
Это было давно. В памяти прекрасный спектакль, в котором играет она. Я многого не помню, и может быть, моё описание получится неясным. Но, а если это мой сон?…
А! Тогда я – творец своей истории. Но, постойте, моя любимая реальна! Мой идеал – моя императрица не выдумана!
А иначе – это повесть о любви, которой никогда не было. Может, она ещё только произойдёт.
Поэт! Донеси, сквозь бесконечность, на которую ты обречён, о сладком, нежащем слух чувстве – прихода золотой осени, золотистого солнца, тихого шелеста багряной листвы – чувстве настоящей любви, повстречаться с которой удаётся не каждому.
И в этот час, когда утро приходит на смену тёмной ночи, она льётся вместе с зарёй куда-то вдаль, на встречу новым, незнающим страдания от нежных чувств сердцам.
«Amores! Amores! – завопил я – Овидий, ты свободен от бесконечного изгнания! Кто сказал тебе, что нет на земле прощения? Она ждёт тебя – кричу я.
Тут ворвались два медбрата, чтобы связать меня. У одного из них (похожего на фрачного человека) в руке был шприц с ядом, он сделал мне укол в шею, и я уже не чувствую боли.
Мне стало легко. Передо мной стоит Коринна с протянутой рукой. Её тёмные короткие волосы сияют в медовом свете, её глаза устремлены на меня.
«Я люблю тебя – говорит она мне.
«Я люблю тебя – говорю я ей.
Она нежно берёт меня за руку и ведёт к белым облакам.
Я не должен жить, испытывая все муки взаперти. Я живу в любви.
Эпилог
Ночь опять опускается на землю. Мерцают в ночи окна квартир, кроме одного. Появляется чёрный фрачный человек и вместе с ним повествователь и Коринна, Овидий и императрица.
«Любит тот, кто умеет ждать – говорит чёрный человек, и все исчезают в рассвете.
Сентябрь – 6 октября 2014
Денис Дойчев
Четырнадцатый год
I
Старый город у Днестра покрыл серый день. Сначала, часы на доме советов, чуть слышно, пробили 2 раза «бом» «бом», и начался аншлаг в городе. Подул свежий ветер. На набережной все ветра стали скапливаться в огромных размеров человека, аккуратно ступающего по твёрдому холодному асфальту, усеянному красной замёрзшей листвой.
Могло показаться, что это интеллигент, потому как шаг его аккуратен и тих, и, казалось, где надо, он попросит прощения за то, что побеспокоил. Казалось, он
...
конец ознакомительного фрагмента
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?