Текст книги "Королева демонов"
![](/books_files/covers/thumbs_240/koroleva-demonov-30163.jpg)
Автор книги: Дэвид Дрейк
Жанр: Зарубежное фэнтези, Зарубежная литература
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 35 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]
9-й день Цапли (позднее)
Над ними бушевал шторм. Гаррик перерезал верхнюю веревку, но шлюпка по-прежнему держалась на месте – видимо, был еще какой-то канат, до которого он не мог добраться.
Ветер налетал с дикой яростью. Он перекинул правую ногу через перила, зная, что корабль скоро расколется пополам. Потом сунул меч в ножны, чтобы обеими руками разобраться со шлюпкой.
Карус, видимо, тоже помогал, пусть и незаметно: меч сам собой легко скользнул в ножны. Гаррику бы нипочем не справиться одной рукой.
Центральная мачта с громким треском переломилась пополам. Посыпались обломки древесины. Гаррик прислонился к борту шлюпки. Буря ревела, сотрясая судно, увлекая его в серую мглу. Гаррик едва мог дышать: ветер бил ему в лицо.
Лиэйн обвязала веревку вокруг пояса Гаррика и связала ее с веревкой, державшей их с Теноктрис. Она завязала узлы на концах и затянула их как можно туже. Теноктрис прижалась к девушке, вцепилась в нее со всей силой, на которую способны были хрупкие старческие руки.
Гаррик выпрямился и напрягся во всю мочь. Глаза едва не вылезли из орбит, жилы на шее вздулись, мышцы рук горели огнем.
Лиэйн и Теноктрис не должны пострадать, они прижались к палубе. Их одежды, более длинные и плотные, чем у мужчин, лучше защитят женщин от порывов ураганного ветра.
Раздался громкий треск. Гаррика швырнуло в море с веслом в руке. Наконец-то веревка поддалась, подумал он с торжеством. «Госпожа Милосердная» прекратила существовать. Гаррик изо всех сил старался удержаться на воде, моля богов, чтобы ему удалось выдержать вес Лиэйн и Теноктрис.
Ветер дул чудовищный, но не его ярость, а вздыбленные волны вернее послужили бы Сестре, забирающей души в Мир Подземный… Гаррик обхватил обеими руками огромное корабельное весло, каждый раз замирая, когда их окатывала тяжелая волна.
Он теперь уже не понимал, когда его лицо уходит под воду, а когда – нет. Дышать было попросту невозможно. Легкие горели, от удара о воду половина лица онемела. Непонятно было, как долго еще непослушные пальцы смогут удерживать спасительное весло.
Гаррик перестал двигаться. Наверное, он уже умер, но его это больше не беспокоило. Вокруг разлилось мягкое зеленоватое сияние, а затем все поглотило черное забвение.
Призрачный двойник Гаррика стоял на мраморном балконе. От непогоды рельеф мрамора стал неровным, внутренние же поверхности отличались удивительной гладкостью.
Он смотрел на себя, лежащего бездыханным в грязи. Поодаль валялось весло, которое очевидно, не выпустил из рук, даже потеряв сознание. Женщины начали шевелиться.
– Я должен спуститься туда! – решительно сказал Гаррик.
– Еще не сейчас, – осадил его король Карус, пожалуй, несколько более горячо, нежели обычно. – Твоему телу нужно время, чтобы прийти в себя. Ты потрудился за двоих.
Небо стало бледно-зеленым. В сотне ярдов от них показались несколько человек, они приближались. Вооружены были дубинками, топорами и копьями. Попробовал бы кто из таких шнырять вокруг деревушки Барка во время Овечьей Ярмарки – его бы сейчас же выгнали как бродягу и отщепенца.
– Им хватит времени, – сообщил Карус. Он схватился за перила жестом, который Гаррик узнал: обычно король таким образом старался не взяться за рукоятку меча. Карус знал, как лучше всего поступить, но внутри оставался столь же нетерпеливым, как и Гаррик.
– Эй, здесь тело! – закричал один из людей. – Ого, живая! Она живая, пускай Сестра заберет меня, если я вру!
Лиэйн забилась, пытаясь распутать узел веревки, связывавшей ее с Гарриком. Мужчины кинулись к ней, она же вынула из-под туники кинжал. Его острие блеснуло на солнце.
– Посмотрите-ка на эту штучку! – воскликнул один из мужчин. Вся банда остановилась.
– А у другого-то – меч! – заорал человек, вооруженный древком от сломанного копья. – Меч – мне! Госпожой клянусь, я заслужил этот меч! Или Родоард отдаст мне его, или я возьму его сам!
Веревка была из крепкого сизаля и наполовину разбухла от соленой воды. Лиэйн перерезала ее тремя быстрыми движениями. Потом обернулась к бандитам.
– О-еее! – протянул копьеносец. – Забирай меч, Отелм. А я хочу вот это!
– Может быть, когда Родоард позабавится с ней сам, – хмыкнул другой. – Если его сука-колдунья не решит вначале расправиться с соперницей.
– Там еще старуха, – подсказал человек с топориком, ручка которого была сделана бараньей кости. – С ней тоже надо разобраться.
– А теперь, сынок, пора, – тихим голосом, в котором звенела сталь, сообщил Гаррику король.
Зеленое небо оказалось не столь ярким, как вначале показалось Гаррику. Теперь он чувствовал, как невыносимо ломит каждую мышцу, каждое сухожилие после того жуткого напряжения, которое он испытал.
Гаррик поднялся тихо, беззвучно. Сверкнул белый огонь, едва не ослепивший его. Он схватил меч, описал им восьмерку и рявкнул:
– Ну, кто из вас желает умереть первым? А может, проткнуть вас всех одним ударом?!
Это было доброе оружие. Он купил его в Эрдине, и сам король Карус одобрил его выбор. Конечно, шесть человек сразу им не пронзишь. Но одного…
– Да заберет меня Сестра! – в ужасе заорал один из разбойников. Вся банда кинулась врассыпную. – Я-то думал, он мертвый!
Гаррик сжал рукоять меча в левой руке и слегка согнул другой лезвие. Он вовсе не был уверен, что у него достанет силы справиться с мечом одной рукой, а так можно было держать его двумя.
Теноктрис зашептала заклинание. Гаррик почувствовал, как предательское дрожание мускулов отпустило. Старуха помогала ему как только могла.
– Вы отведете нас к Родоарду! – сильным, чистым голосом произнесла Лиэйн. Она убрала кинжал в ножны. – И пойдете впереди нас. Понятно?
Мужчины переглянулись. Никто из них не хотел принимать решение. Спустя минуту копьеносец повернулся и зашагал в направлении, откуда они пришли, не говоря ни слова. Остальные присоединились к нему.
Гаррик и женщины последовали за ними. Гаррик дважды едва не упал, но Лиэйн поддержала его.
Шарина сидела в качающейся шлюпке, держа на коленях голову Кэшела. К нему вернулся нормальный цвет лица, нездоровый румянец ушел.
Девушка была измучена. Она не только подтащила Кэшела к шлюпке, но и сумела перевалить его тело через борт. А это было ох как нелегко: Кэшел весил немало.
Шарина и понятия не имела, каким образом Кэшел сумел их спасти. Но в одном была уверена: если бы не он, их обоих поглотила бы морская пучина вместе с кораблем.
Галера из Пандаха приближалась. Она принадлежала знатному человеку. С каждой стороны сидело на веслах по пятьдесят человек. Мачта и канат с парусом лежали на палубе параллельно бортам корабля. Когда понадобится, их установят заново, но сейчас быстрее двигаться на веслах.
На носу облокотился на поручни молодой человек лет двадцати с небольшим. Его попугайское одеяние выдавало в нем знатную особу. Другой же, чуть постарше, слуга либо помощник, склонился над ним, страхуя своего господина, если тот вдруг упадет за борт.
Рядом с молодым аристократом стоял юноша, почти мальчик, в красном бархатном халате, расшитом серебряными астрологическими символами. Шарина ни за что не выбрала бы для путешествия по морю бархат и перья, но знатным людям и магам это зачастую необходимо.
Огромная обезьяна возилась рядом с людьми, то и дело пытаясь окунуть лапу в волну. Вот она начала говорить с магом, и, к величайшему изумлению Шарины, тот отвечал животному.
– Табань! – закричал офицер в шлеме. Гребцы встали со скамеек, наклонились и начали толкать веслами. Галера остановилась в двадцати футах от шлюпки.
Шарина видела прежде моряков из Сандраккана и Орнифала. Эти гребцы были одеты в такие же набедренные повязки с широкой красной каймой. И по этой одежде можно было догадаться: на судне находится правитель либо его сын.
– Кидай им веревку, Теркис! – скомандовал юноша слуге, который так удивился, словно ему велели лететь.
– Я сделаю это, Ваше Величество, – вмешался маг. Он схватил канат и раскрутил его кольца, кинув прямо в руки Шарине. Она привязала канат к кнехту, позволив магу подтянуть шлюпку ближе.
Кэшел все еще был без сознания.
– Моего друга нужно внести на борт, – предупредила Шарина, когда шлюпка коснулась борта галеры. Ей было неуютно под пристальными взглядами правителя, мага, а также большой бурой обезьяны, висевшей на перилах.
– Капитан Лашин! – окликнул правитель. – Поднимите человека на борт. Мы доставим его во дворец, – он протянул руку Шарине. – И вас тоже, госпожа. Я – Фолкуин, король Пандаха. Вы так прекрасны, должно быть, в ваших жилах течет благородная кровь.
Без дальнейших указаний гребцы подняли на борт шлюпку. Шарина выбралась на платформу, пока гребцы вытаскивали Кэшела, чей вес оказался внушительным даже для них.
– Я не… – начала Шарина.
– Хорошенькая женщина, как считают люди, – скрипучим голосом произнесла обезьяна. – Этот здоровый – ее супруг?
– Захаг! – одернул его маг. Он был высоким и нескладным, выглядел совсем зеленым юнцом. – Нечего беспокоить леди.
Он прокашлялся и продолжил:
– Я – Халфемос, маг короля Фолкуина. Не могли бы вы рассказать нам, каким образом исчез ваш корабль, госпожа?
– Я и сама не знаю, – отвечала Шарина. Галера снова тронулась в путь. – Просто исчез. Это было похоже на шторм – но все-таки не шторм, очень уж все странно.
Она окинула взором возбужденные и обеспокоенные лица чужаков.
– Я – Шарина ос-Рейзе, я просто…
Она не знала, как продолжить. Она ведь не принцесса, но ведь и не обычная дочь владельца гостиницы, так? И вообще – не дочь Рейзе, если эмиссары короля не солгали.
– Я… – повторила она. И затем, с чувством облегчения, выпалила то, что, в сущности, и было правдой:
– Я очень рада, что вы пришли на помощь мне и моему другу Кэшелу!
Гаррик постепенно приходил в себя; теперь он и две женщины пробирались сквозь заросли вслед за бандой. Он знал, что спустя день-другой ощутит жуткое напряжение в мышцах как результат борьбы с веслом, но сейчас легкая разминка в виде ходьбы шла на пользу.
Он сунул меч в ножны с легким бряцаньем металла о металл. Отелм взглянул на него через плечо. Гаррик негромко проворчал нечто нелицеприятное. Тот отвернулся.
Небо оставалось необычного зеленоватого оттенка. Солнца было не видно за облаками. Растительность достигала шестидесяти футов в высоту, по виду больше напоминая жимолость, чем деревья.
Гаррик кинул взгляд на Теноктрис. Она в ответ тоже изумленно покачала головой. Повинуясь некоему инстинкту, все трое продолжали хранить молчание, пока не разузнают, куда их ведут.
Гаррик быстро оглядывался всякий раз, когда слышал подозрительные звуки из чащи. Травы или кустов почти не было. Из животных шныряли одни крысы. И те, наверняка, спаслись с тонущих кораблей, как и люди.
Гаррик слабо улыбнулся. То же самое, наверное, касалось тараканов и мух, жужжавших в воздухе. Он был рад, что они с друзьями выжили, но не особенно радовался компании, в которую угодили.
Тропа расширилась. Стоявший на ней наблюдатель выглядел не лучше их спутников. Он бил в барабан, выдолбленный из цельного ствола дерева нескольких футов в диаметре.
Спутники Гаррика вздрогнули при этом звуке. Гаррик распрямил спину.
Множество мужчин – и несколько женщин – вышли из леса и теперь разглядывали чужаков. Большинство были в нарядах из коры и травы, но на нескольких оказалась явно добытая во внешнем мире одежда.
– Почему у него меч? – с вызовом спросил Отелма один из мужчин.
– Потому что я убил бы всякого, кто попытался бы отнять его у меня! – заявил Гаррик. – Может, вы тоже хотите попытаться?
Человек, с которым он разговаривал, напоминал кряжистого тролля с повязкой на глазу и кольцом в ноздре. Он сплюнул, но попятился, когда Гаррик подошел к нему поближе.
Они очутились на широком грязном пляже вокруг лагун. Гаррик не знал, докуда тянется вода. Вдали виднелись тростниковые плоты и фигурки людей на них.
Открытые дворики крошечного размера лежали вдоль линий леса, но крыш над ними, похоже, не было. Ни солнца, ни дождя не было тоже, так что постройки, скорее, служили для защиты от соседей, чем от непогоды.
Лиэйн положила руку на плечо Гаррику и дотянулась до его уха.
– Люди там, на плотах, – вовсе не люди, – шепнула она. – Погляди-ка, у них шерсть на лице!
Судя по множеству жилищ, здесь проживало не менее тысячи человек. И встретить беглецов вышло порядка сотни. И еще не меньшее количество поджидало чуть поодаль, в зарослях колючей растительности, перед большим помещением с висящим на столбе бронзовым гонгом.
– Мы вернулись с неплохой добычей, Родоард! – крикнул Отелм. – Весло из крепкого дуба, да и железа среди обломков немало!
Посреди открытого помещения на троне восседал огромный детина. Рядом с ним – женщина, изящная, как статуэтка, лет, должно быть, сорока. Она была все еще красива, но глаза смотрели жестко, недобро, и Гаррик весь напрягся.
– Значит, нашим искателям сокровищ должно повезти, – отвечал Родоард. – Подойди-ка поближе, парень.
Гаррик шагнул вперед.
– Держитесь подле меня, – шепнул он друзьям.
На Родоарде было одеяние из многих слоев шелка и бархата. Ткань изрядно пострадала от морской воды и грязи, смешение красок было просто чудовищным. Настоящая одежда в этих местах символизирует процветание, догадался Гаррик.
Как, впрочем, и металл. Родоард был обладателем весьма удобного короткого меча, а рядом с ним на троне находился кинжал с одним заостренным краем. С другой стороны оружия был загнутый крюк.
– Фальшивый полунож, – прошептал чуть слышно Гаррик. Неудобное оружие, которым воспользуется бою только молокосос.
Гаррик остановился футах в десяти от трона.
– Я – Гаррик ор-Рейзе, – громко произнес он. – А это мои друзья: Теноктрис и Лиэйн ос-Бенло. Мы потерпели кораблекрушение.
Женщина встала с трона и подошла к Гаррику. С растущим ужасом он осознал, что ее длинное платье сделано из человеческих пальцев, вернее, из костей, связанных тонкими нитями. При каждом ее движении кости тихо постукивали. Она лениво улыбнулась ему. – Оставь его в покое, Лунифра, – с ноткой раздражения в голосе произнес Родоард. – Разве что позже. Если будет вести себя хорошо.
Шеренга здоровяков-охранников стояла возле тронов. В руках у них были мечи и копья, на некоторых – доспехи. Но даже вооруженные охранники поглядывали на женщину с тревогой.
Лунифра издала горловой смешок. Она уперла кулаки в бока и повела бедрами. Выглядело это как непристойность: она словно плюнула в лицо Гаррику. Эта женщина буквально пахла смертью.
– Ты на вид крепкий орешек, Гаррик, – шутливо произнес Родоард, правда, голос его не сулил ничего хорошего. – Мы сумеем найти тебе применение, когда пойдем в поход на Эрзу за всяким добром. А сейчас ты должен сдать свой меч и своих женщин. Я решу, кому достанется награда.
– Я из Хафта, – заявил Гаррик спокойно, не повышая тона. – У нас там нет рабов.
– Забудь про Хафт! – заявил Родоард, склоняясь вперед и стискивая рукоятку кинжала. Ему было около тридцати: почти такой же крупный, как Кэшел, хотя и более жирный, без сомнения, сильный мужчина. – Забудь обо всем, что ты знал прежде, ибо тебе не вернуться назад. Ты теперь в Заливе, а слово короля Родоарда – единственный здесь закон.
– Что касается моего меча, – заговорил Гаррик, – пожалуйста, попробуйте забрать его. Кто будет пробовать, ты, Родоард?
Тот огляделся, словно желая убедиться, что все его телохранители на месте. Гаррик положил правую руку на рукоять меча. В его сознании ожили воспоминания из жизни другого человека, чей меч без устали разил козлоногих тварей с бронзовым оружием. Отлетали конечности, рогатые головы раскалывались надвое, хлестала кровь, слишком красная, чтобы быть человеческой.
Глядя на Гаррика, Родоард вскочил с места, схватил свой кинжал и с удивлением стал рассматривать его, словно видел впервые.
Гаррик чувствовал, что в горле пересохло, руки дрожат.
– Оставьте нас здесь, и мы будем служить вам! – произнесла Лиэйн. – Но будем служить вам, как свободные люди с Островов. Вы это понимаете?
Лунифра что-то зашептала. Правой рукой она подхватила палочку с земли и начала сгребать землю, придавая ей форму человеческой фигурки, которая запрыгала, словно медведь на цепи.
Лунифра посмотрела на Гаррика и снова улыбнулась, но на лбу колдуньи от усилий выступил пот.
Теноктрис зашептала:
– Ореобузагра рексистхон хиппочтхон…
Фигурка из грязи развалилась надвое, на четыре части, на восемь – каждый кусочек заплясал отдельно. За минуту крупный ком земли распался на множество крохотных кусочков.
Лунифра в ярости затрясла головой. Она скрестила руки перед собой, дабы предотвратить нападение. Ее волшебная палочка представляла собой кость крупного зверя – медведя или гигантского кота.
– Сядь же, Лунифра, – велел Родоард. Он поднял руку. – Я уже сказал: оставь их в покое!
Король без всякого выражения посмотрел на Гаррика.
– Ну ладно, парень, – заметил он. – Можешь идти. Джосфред, выдай им провизию и укажи место, где спать.
Голос Родоарда звучал безразлично – и, возможно, это было опаснее, чем если бы король разъярился. Была же причина, по которой именно он начал верховодить этой помойкой!
Человечек, настолько низкорослый и худосочный, что Гаррик едва не принял его за ребенка, подошел ближе. Он и другие, немногим выше, стояли поодаль.
– И еще, Джосфред, – добавил король. – Проследи, чтобы Гаррик навестил Эрза. Я хочу, чтобы он понял, какое применение мы найдем его мечу в ближайшее время.
10-й день месяца Цапли
Кэшел решил, что проснулся. Он лежит в тесном гамаке. Причудливая решетка покрывает окна комнаты, снаружи решетку увивает лоза, отчего комната залита зеленоватым светом.
Он сел. Над его головой висело огромное опахало из перьев попугая. На самом деле, оно не висело: слуга держал его в руках, овевая спящего.
– Где я? – спросил Кэшел.
В одну из дверей вошла Шарина, улыбаясь, словно ясное солнышко.
– Не напрягайся, – сказала она. – Вот, держись за меня.
– Со мной все в порядке, – заявил Кэшел. Он робко улыбнулся; обычно всегда такое говоришь. – Я хотел сказать, на самом деле все в порядке.
Кэшел подал Шарине руку, стараясь на опираться на девушку, и встал. Вначале голова закружилась, но лишь на мгновение. Он чувствовал себя отдохнувшим. В голове проплыло смутное и неприятное воспоминание.
Он улыбнулся, глядя на руку Шарины в своей руке. Высокая она девушка и не такая уж худенькая, но все равно в его лапище ее ручка выглядит игрушечной. Шарине, должно быть, пришла в голову та же мысль, потому что они переглянулись и, не сговариваясь, расхохотались.
На Шарине была кремовая льняная туника с синим геометрическим узором по краям. В Барка Хамлет люди всегда одевались предельно просто, но Кэшел научился разбираться в тканях и узорах, благодаря Илне, своей сестре. Пожалуй, и во всем, что касается овец, Илна знала толк, подумал он.
Кэшел оглядел себя. На нем была туника с таким же рисунком, как у Шарины, но, похоже, ее наспех сшили из двух. Он улыбнулся: по-видимому, люди его роста и сложения здесь нечасто встречаются.
Да, кстати, где они?
– Мы в Пандахе? – задал он вопрос.
В комнату вошла обезьяна на четырех лапах. Она выпрямилась и обратилась к Шарине утробным голосом:
– Пойдем. Сейчас твой ход.
– Обезьяна-то разговаривает! – поразился Кэшел.
Животное недовольно заурчало. Оно было ростом со среднего человека, просто на коротких ногах. Мощные грудная клетка и плечи заставляли признать в нем серьезного противника.
– Неужели все люди настолько тупы, чтобы не отличать просто обезьяну от примата? – воскликнула зверюга. – Ты бы сказала, Шарина, Халфемосу, пусть даст ему немного ума. Хотя, пожалуй, легче обучить собаку. Или нет, быка.
Кэшел разразился смехом.
– Ну, не чудеса ли? Точно разговаривает… да еще и думает!
– Идиот! Идиот! Идиот! – заорала обезьяна, то есть примат, подскочив к окну и в ярости выскакивая наружу. Шарина тоже смеялась.
– Это Захаг, – объяснила она. – Король Пандаха Фолкуин любезно приютил нас после…
По лицу ее пробежала едва заметная тень, когда она продолжила:
– После того, как шторм уничтожил наш корабль. Придворный маг, мастер Халфемос, дал Захагу человеческий разум. Мы играем в шахматы.
Захаг снова запрыгнул в окно.
– Пойдем! – приказал он, схватив Шарину за руку. Пальцы у него были ужасно длинные и покрытые рыжеватой шерстью. – Твой ход!
Похоже, гнев его успел остыть. На крепкой оконной раме остались следы клыков.
Искусство мага, вероятно, сумело наградить примата человеческим разумом, но характер-то у него по-прежнему оставался обезьяний! Однажды один торговец шерстью из Сандраккана прибыл в Барку с ручной обезьянкой, правда, маленькой не крупнее кошки. Домашнее животное величиной с Захага, конечно, было неплохой идеей, но вот умное и сильное животное, при этом легко впадающее в ярость – наверное, слегка перебор.
– Минуточку, Захаг, – проговорила Шарина, отнимая руку. – Кэшел, ты готов быть представленным королю Фолкуину? Если нет, можно не спешить.
Слуга – или раб? – наблюдал за ними, продолжая свое дело. Он казался совершенно безликим, словно сам был частью опахала.
– Ну же! – вскричал Захаг. Он сделал вид, будто собирается броситься на Шарину.
Кэшел, как всегда, наготове, спрятал Шарину за спиной. Он стоял лицом к лицу с приматом, и на лице его была написана решимость.
Захаг издал вопль ужаса. Он прыгнул к слуге, отшвырнул беднягу в сторону и налетел на опахало, отчего перья рассыпались, облетая, словно лепестки огромного цветка.
Кэшел попятился, стоя между Шариной и приматом. Сегодня у нее не было с собой ножа, как заметил Кэшел. Видно, хранится где-то во дворце.
Захаг опустился на пол и стал почесываться, всем своим видом изображая безразличие. Он забормотал:
– Ну что ж, ладно, игра может и подождать…
Кэшел прочистил горло.
– Конечно, я буду рад поблагодарить короля, – сообщил он.
Они с Шариной вышли из комнаты; обезьяна плелась на почтительном расстоянии от них.
– Как вы здесь определяете время? – спросила Лиэйн, пока Джосфред вел их в поселение.
Гаррик полагал, что проспал полных двенадцать часов, ибо мышцы его совершенно расслабились и отдохнули после шторма. Ничто не мешало его сну в плетеной хижине, куда их привел помощник короля.
Джосфред пожал плечами.
– Вы, чужаки, всегда задаете такие вопросы. Время здесь, в Заливе, не значит ничего. Мы не можем вас понять – те из нас, кто родился здесь.
Прежде тропа, по которой они шли, была, видимо, широкой дорогой, но теперь сорная растительность вроде лебеды начала густо покрывать ее. Гаррик не знал, насколько быстро разрастается здесь трава.
– Сюда! – сообщил Джосфред. – Здесь находится сад с урожаем слив Эрзы. Не думаю, что нам стоит приближаться, но, если что, у вас же острый меч, мастер Гаррик!
В голосе их гида прозвучала горечь. Гаррик вовсе не был уверен, чему больше завидует маленький человек: обладанию мечом или девушкой. Непохоже было, что Джосфред вообще считал женщин за людей. Гаррик даже не знал, только его проводнику присуща такая точка зрения, либо же здесь, в заливе, все так думают.
Правда… Лунифра не является ничьей собственностью, даже Родоарда.
Дюжина гуманоидов, покрытых негустым мехом, срывали темно-синие плоды с раскидистых кустов, растущих ровными рядами. Те, которые Гаррик и его спутники пробовали прежде, были размером с кулак и вряд ли напоминали настоящие сливы, даже цвет их был бледнее.
Эрза перестали работать и поставили на землю корзины, в которые собирали плоды. Они двигались кучками, не сводя глаз с людей. Их мужчины выхватили дубинки и копья с наконечниками из морских раковин.
Самый крупный из них – ростом с Гаррика, но значительно легче него, – держал в руке копье с острейшим наконечником. Он обратился к Гаррику:
– Убирайтесь, люди, – его акцент звучал понятнее, нежели речь Джосфреда.
– Нам лучше уйти, – нервно произнес маленький человечек.
– Я хочу поговорить с ними, – сказала Теноктрис. Она вошла на поле, осторожно ступая между кустами.
Гаррик собрался было протестовать, но, поразмыслив, молча двинулся за волшебницей. Лиэйн поймала его за руку.
– Убери меч, – шепнула она.
– Я бы и сам должен был догадаться, – пробормотал Гаррик. Сделай он еще шаг с оружием, были бы неприятности.
Он отстегнул пояс с мечом. Это оказалось непросто. Ножны надежно пристегивались хитроумными крючками. Именно так носил меч король Карус…
– Что ты делаешь? – в голосе Джосфреда прозвучала тревога.
Гаррик не обращал на него внимание. Передал меч в руки Лиэйн и присоединился к Теноктрис.
– Здесь наше поле, – заявил вожак Эрз. – Если попытаетесь забрать нашу еду, мы будем драться с вами.
Издалека черты лица Эрза напоминали кошачьи. Поблизости же – ничего подобного: люди и люди, только покрытые мехом. Мех был темно-коричневым, лица – круглыми. Глаза остро поблескивали из глубоких впадин на черепе.
– Мы – не враги вам, – сказал Гаррик. – И не хотим причинять вам вреда.
– Мы попали сюда случайно, – продолжила Теноктрис. – Наш корабль потерпел крушение в результате нападения неведомой нам силы. Может, ваши предки тоже попали сюда таким образом?
Глаза Эрза находились по бокам головы, как у овец, и смотреть они могли точно так же, как овцы. Уши шевелились в такт речи людей.
– Наши отцы выбрали это место, чтобы убежать от врагов, – наконец, изрек вожак. – Мы жили здесь одни очень-очень долго. Когда появились первые люди, мы позволили им остаться. И много поколений жили дружно. Теперь же появились новые люди, с новыми правителями и с оружием.
Он потряс копьем перед носом у Гаррика. На каждой руке у него было по четыре пальца, друг против друга, а также один большой в центре ладони.
– Ступайте прочь или мы убьем вас! – заворчал он.
В группе началось движение. Король Карус присутствовал в сознании Гаррика, анализируя ситуацию. Один человек легко справится с одним Эрзой. Но противостоять группе Эрза…
– Спасибо, что поговорили с нами, – сказала Теноктрис. Она низко поклонилась. – Мы еще придем и будем говорить с вами снова.
Гаррик тоже поклонился. Осторожно обходя кусты, он следом за волшебницей пошел к выходу.
– Этот Залив, должно быть, создал колдун из числа Эрза, – тихо сообщила ему Теноктрис. – В ученых трудах нет никаких упоминаний об Эрза, даже в самых крупных, например, у Кадилорна и Мансела из Эйра, Узунку Череп – тоже ничего про них не пишет. Если, конечно, Узунка и вправду существовала, а не легенда, вроде Желтого Короля, которому она служила.
Она улыбнулась Гаррику:
– Обладай я силой, ты бы тоже присоединился к этой славной компании. Но у меня нет такой силы. Но, раз я с тобой, Гаррик, я учусь таким вещам, которых не знала даже Узунку.
Теноктрис рассмеялась чистым молодым смехом, и день словно засиял новыми красками.
– Пожалуй, правы те люди, которые считают: лучше быть удачливым, чем мудрым.
– Не думаю, что нам выпала большая удача попасть сюда, – возразил Гаррик. – Особенно если учесть, что отсюда еще никто не выбирался.
– Выбраться отсюда возможно, – уверенно заявила женщина. – Не знаю, удастся ли мне с этим справиться, но уж могущественному-то волшебнику это должно быть легко.
Они вернулись. Лиэйн стиснула руку Гаррика и вернула ему меч.
Джосфред переступил с ноги на ногу.
– Напрасно вы в это ввязались! – буркнул он. – Они могли бы убить вас, что бы тогда сказал Родоард?
– Вряд ли его обеспокоило бы то, что случилось с Гарриком, – проговорила Лиэйн довольно сухо. – Да и что толку говорить о вещах, которые не случились?
Гаррик глянул через плечо. Эрза спокойно продолжали собирать урожай. Эти странные существа определенно были связаны друг с другом сильнее, чем люди. Очевидно, все Эрза могли ощущать угрожающую кому-нибудь их собратьев опасность, например, исходящую от Родоарда и Лунифры. Но, несмотря на сердитые выпады вожака в адрес Гаррика, Эрза, похоже, довольно благосклонно приняли их с Теноктрис и не таили против них зла.
– Джосфред, ты сказал, что родился в Заливе, – обратилась к нему Теноктрис. – Сколько же прожили здесь твои предки?
Маленький человечек отчаянно замахал руками.
– Я же говорил вам, этот вопрос не имеет никакого смысла! Мы всегда жили здесь!
Он сделал паузу, потом догадался, что может хоть как-то обозначить временные рамки.
– Только мы были рабами Эрза, пока на внешнем побережье не высадились люди, похожие на вас, и у них было оружие. Тогда на том берегу было одно болото.
– Могу предположить, это случилось не тысячелетие назад, – удовлетворенно заявила Теноктрис. – Не до того, как предыдущие силы времени достигли своего пика. Залив – закрытый мир. Я не уверена, является ли он вообще частью космоса. Ведь Эрза существуют только в Заливе.
– Космос – везде, он всегда был и будет, – вмешалась Лиэйн. – Разве не так? Разве может быть что-либо, кроме него?
– С нашей, человеческой точки зрения, так оно и есть, – рассудительно произнесла Теноктрис, улыбаясь девушке.
Лиэйн запнулась на полуслове и обняла старую леди.
– Простите меня… Я не должна была… Я просто боюсь. Привычный мне мир так быстро меняется…
– Родоард сделал нас сильными, – сообщил Джосфред. – Мы теперь больше не рабы Эрза!
Гаррик и без подсказки короля Каруса понимал, что Родоард – неважный вождь, если позволяет такому врагу, как Эрза, держать себя под контролем. Но даже явная жестокость Родоарда – ничто по сравнению с утонченным садизмом, которого можно ожидать от Лунифры.
– Родоард и еще шестеро прибыли вместе, – продолжал Джосфред с довольным видом, пока они возвращались в поселение. – Они украли оружие. Один из этих людей считал, будто может приказывать Родоарду, но уж Родоард-то ему все объяснил!
Джосфред захихикал булькающим смешком.
– Родоард вспорол ему брюхо на месте. Тот вопил и вопил – пока не подох!
– Может быть, Родоард был телохранителем этого человека во внешнем мире? – спросила Лиэйн. Гаррик посмотрел на нее, удивленный как вопросом, так и спокойной реакцией девушки.
Джосфред восхищенно охнул.
– Ты что же, колдунья, вроде Лунифры, женщина? – с благоговейным ужасом спросил он. – Откуда тебе это известно?
– У Родоарда – татуировки воинов Блэйза, – отвечала Лиэйн все так же спокойно. – Их часто нанимают охранять купцов. Мой отец часто поступал так.
И ничего не выражающим тоном добавила:
– И я совсем не похожа на Лунифру. Ничуть.
– Лунифра – умелая колдунья, – сказала Теноктрис. – Умелая, но не особенно могущественная, хотя ее здесь и почитают.
Она рассмеялась.
– Правда, более могущественная, чем я.
– Ты что же, хочешь, чтобы Лунифра узнала о тебе? – тихо спросил Гаррик. Теноктрис обычно держала свои магические способности в секрете, поэтому он был немало удивлен, когда женщина в открытую заявила о них.
– Она и так знает, – промолвила Теноктрис. – Я поняла по ее улыбке, когда она смотрела на меня. Она может видеть , а не только заставлять вещи повиноваться ее воле. И еще она достаточно умна.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?