Текст книги "Королева демонов"
![](/books_files/covers/thumbs_240/koroleva-demonov-30163.jpg)
Автор книги: Дэвид Дрейк
Жанр: Зарубежное фэнтези, Зарубежная литература
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 7 (всего у книги 35 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]
12-й день месяца Цапли
Десять осликов, груженых корзинами с гвоздикой и прочими пряностями встали прямо перед Кэшелом и Захагом. Чуть поодаль остановился еще один караван. Движение здесь было довольно оживленным, хотя солнце стояло еще невысоко над горизонтом. Местные путники с дружелюбным интересом посматривали в сторону Кэшела и Захага.
Кэшел улыбнулся. Их парочка, без сомнения, напоминала бродячих актеров, из тех, что дают представления на городской площади.
– Силач со своей ученой обезьяной, – пробормотал он, обращаясь к спутнику. – Может, сумеем между делом на хлеб себе заработать…
– Ага, – подтвердил примат. И оскалился в усмешке. – Ты можешь поднять над головой осла, а я объясню окружающим, что ты, на самом деле, двуногий бык, которого я захватил в плен на одном из далеких островов.
Кэшел расхохотался.
– О, прости, моя ученая обезьяна.
Ворота из песчаника достигали двадцати футов высоты. Кажется, на них были некие надписи и изображения, но столь древние, что практически стерлись. Поверх грязного кирпича стены покрывала штукатурка. Кое-где она уже отвалилась.
Поля гвоздики и других пряностей простирались до самых городских стен. Люди собирали урожай; в воздухе стоял густой, тяжелый аромат.
Картина эта показалась Кэшелу совершенно чуждой. Не то чтобы он ощутил себя неуютно, но все же ему хотелось бы…
– Интересно, здесь есть овцы? – спросил он у Захага. – И вообще, были ли овцы на том Пандахе, откуда мы прибыли?
– А на что тебе сдались овцы? – поинтересовался тот. – Знавал я лягушек, у которых в мозгу было побольше извилин, чем у этого тупого мяса.
– Я просто привык к ним, вот и все, – промолвил Кэшел.
Захаг прикусил губу.
– Дай подумать. Да, пожалуй, я не видел ни одной овцы с тех пор, как Халфемос забрал меня из Сандраккана, но не могу сказать, чтобы я сильно жалел об этом.
Сейчас, ранним утром, все двигались к городу: торговцы везли на рынок садовую продукцию, фермеры отправляли грузы специй в доки, чтобы грузить на корабли. Дабы не создавалось сутолоки, в воротах дежурила стража в килтах и кожаных касках.
Дорога поворачивала к берегу. Кэшел вглядывался в бухту, пока они ждали своей очереди на вход. Посреди бухты находился остров, усеянный камнями, На нем возвышалась башня из розового камня без окон больше, похожая огромный кусок розового сахара, чем на здание.
– Какая забавная штука, – заметил Кэшел. – Что это такое?
– О чем ты? – откликнулся примат. Он проследил за взглядом Кэшела и пожал плечами. – Ну и откуда же мне знать? В Пандахе нет ничего подобного. Ни башни такой, ни острова. Но вообще-то для острова довольно странное и глупое место. Посмотри, судам приходится огибать его!
Все снова двинулись вперед. Кэшел продолжал смотреть на остров. Наверное, с другой стороны должен быть вход. Но почему нет окон? И откуда выходит дым?
Наверху на башне показалась фигурка девушки с золотисто-огненными волосами. Она была совсем крошечной – как куколка, и с кукольным же личиком. Шарина стройнее и куда выше, почти с Кэшела ростом…
Последние ослики переступили каменный порог. Кэшел двинулся следом. Он уже видел внутри дома с узкими фасадами, высотой в три-четыре этажа. Стены покрыты пастельного цвета штукатуркой, балкончики деревянные.
Кэшел озадаченно скользил взглядом по домам. Улицы до того узкие, что кажется, будто движешься внутри пещеры. Ему всегда по душе было открытое пространство.
– Вот они! – возбужденно воскликнул один из стражников. Он поднес к губам нечто вроде волынки и три раза прогудел. Горожане начали изумленно оглядываться, а ослики заунывными криками подражали сигналу.
Набежали еще стражники, у некоторых были шлемы и оружие.
Кэшел остановился. Ах, как жаль, что нет с ним посоха! Вот если бы держать его сейчас наперевес – разве эти люди посмели бы сунуться?
Захаг обнажил клыки, зарычал и попытался повернуть назад. Но поздно: их окружили стражники. Теперь единственное, что оставалось Кэшелу – это схватить одного из наиболее щуплых стражей и отбиваться им, словно дубиной…
Офицер, на чьем кожаном шлеме было медное изображение какой-то рыбы, вышел из столовой, держа в руке чашу с вином.
– Господин! – вскричал он при виде Кэшела. Потом заметил у себя в руке чашу и бросил ее на мостовую. – Господин! Наконец-то госпожа Богиня ответила на наши мольбы!
Кэшел глянул через плечо: может, этот чудак обращается еще к кому-нибудь. Стражи перегородили дорогу, и торговцы с осликами оказались отрезанными от группы. Один из стражей перехватил взгляд Кэшела и склонился в глубоком поклоне.
– Да в чем вообще дело? – спросил Кэшел. Захаг притих, он сел на землю и начал искать блох у себя в шерсти. Кэшел тоскливо подумал, что лучше бы уж на них и впрямь напали. По крайней мере, в битве он знал как себя вести.
Офицер, плотный низкорослый человечек, отдавал указания подчиненным. Теперь один из них бежал вдоль дороги и кричал, чтобы все расступились. Офицер повернулся, встал на колени и коснулся головой стоп Кэшела.
– Господин, – произнес он, – наш придворный предсказатель Тайята предрекла, что великий маг в сопровождении обезьяны появится и спасет принцессу Арию.
– Но я не… – начал было Кэшел.
– От обезьяны слышу! – заорал Захаг, бросаясь на офицера.
Кэшел ловко удержал приятеля за загривок и отдернул его назад.
– Веди себя как следует! – приказал он. – Нечего меня позорить!
Захаг послушно обмяк. Кэшел отпустил его и заговорил:
– Мне очень жаль, вы видите, какой c него спрос.
– Конечно, вижу, – подтвердил тот. Он поднялся с колен и продолжил:
– Сегодня последний день, а завтра появится Илмед, дабы объявить Арию своей невестой. Пожалуйста, пойдемте с нами во дворец. Времени остается так мало.
– Я… – снова начал Кэшел. Он не понял ни слова из того, что говорит этот человек. Разумеется, не могли они ждать именно его, да и Захага, ведь…
Да ладно, потом разберемся. Этот офицер утверждает, что девушка в беде, а времени остается мало.
– Пойдемте, – решительно бросил он.
Тот повернулся, подавая сигнал подчиненным. Когда стражи впереди и позади двинулись с места, Кэшел подхватил Захага, неудобно было передвигаться бегом – и затрусил с ним по узкой улочке. Жители города толпились у домов, глядя на них с надеждой. Одна девчушка даже бросила им букет хризантем.
Здания были довольно новыми на вид. Попадались и старые – каменные храмы, один даже круглый и с колоннами, довольно высокий. Сам же город, казалось, был выстроен на обломках прежней цивилизации.
Захаг ехал на спине Кэшела, обхватив его спину ногами, мерно покачиваясь.
– Ничего похожего на наш город, – твердил он, впрочем, не тревожно, а с интересом. – Люди, как будто, такие же на вид, но дома совсем не те.
Кэшел слышал звуки волынок и труб впереди процессии. Улица свернула направо – она была не шире овечьей тропки – и открылась площадь. По обе стороны стояли дома, соединенные колоннадой. Вдаль виднелась еще одна колоннада, ведущая к гавани.
От зданий отделились стражники и придворные в ярких шелках. Они радостно зашумели при виде Кэшела.
Статная женщина вышла из здания по правую руку от площади, прическа ее напоминала причудливо переливающуюся радугу – под цвет одеяния. Ее сопровождали две спутницы, одетые так же красочно, но их платья выглядели не столь дорогими. Чуть позади за ними следовала еще одна дама, в строгой черной шерстяной накидке.
Офицер, встречавший их у ворот, обратился к женщине с радостным криком:
– Леди Сосия! Ваша дочь в безопасности!
Девушки издали вопль восторга, довольно театральный. Дама с прической – Сосия – обернулась и порывисто обняла свою спутницу в черном.
– Молись! – произнесла та. Кэшел понял, что она старше Сосии лет на десять, и обе они уже немолоды. – Возблагодарим же Богиню за то, что она послала нам добрый знак и защитника!
Они обе упали на колени. Девушки также распростерлись на каменных плитах. Кэшел почувствовал себя весьма неуютно.
– Пойдемте же! – дрожа от нетерпения, бросил офицер. – Пожалуйста, господин! Злодей Илмед может явиться за принцессой в любой момент!
Кэшел спустил на землю примата и строго велел ему:
– Веди себя примерно!
Ему придется отвечать за мохнатого приятеля, раз уж они вместе. Овцы глупы, верно, но за них, по крайней мере, не приходится краснеть…
– Господин, могу я узнать ваше имя? – в волнении обратился к нему офицер. – Тогда я мог бы представить вас Сосии, наследнице и правопреемнице Той, кому Богиня доверила Пандах, когда вернулась на Небеса.
– Оставим формальности, Гасон, – вмешалась Сосия. Женщины уже поднялись с колен, но продолжали кланяться Кэшелу. – Я сейчас просто встревоженная мать, а не правительница.
Она взяла Кэшела за руку и продолжала:
– Не войдете ли во дворец, господин? Там мы дадим вам все, что необходимо.
Они вошли в то самое здание, откуда женщины и появились. Захаг трусил сзади. Кэшел полагал, что разумнее держать мохнатого спутника подле себя: так хотя бы проще присмотреть за ним. Конечно, никакой гарантии, что животное не начнет карабкаться по драпировкам, но все же…
Двойные двери были изготовлены из небольших досок соединенных вместе – каждая толщиной в руку Кэшела. Наверное, на Пандахе просто не растут толстые деревья, а может, просто мода на мебель такая… Поверх деревянной поверхности шла бронзовая отделка, причем, везде повторялся один и тот же узор. Будь здесь Шарина, наверняка, смогла бы разгадать, орнамент это или какая-то надпись.
При мысли о Шарине сердце Кэшела забилось сильнее. Он найдет ее, чего бы это ни стоило!
Должно быть, при известии о прибытии долгожданного спасителя все слуги разом покинули дворец, так что во дворце их оставалось всего двое. Остальные дружной толпой вбежали следом за гостями, едва не сшибая мебель.
Главную часть здания занимало одно-единственное помещение, стены и потолок которого покрывал геометрический узор в красно-синих тонах поверх светлого камня. Ни гобеленов, ни других украшений. Пожалуй, Илне пришелся бы по душе этот рисунок на стенах.
Сосия села в резное деревянное кресло с высокой спинкой. Тайята встала у нее за спиной, нашептывая что-то на ухо. Кэшел смущенно уставился на принесенное слугой кресло – почти такое же, как у правительницы, только без позолоты и резьба попроще.
Захага явно не учили политесу. Он разразился оглушительным хохотом, указывая на хрупкое сиденье:
– Вы, люди, видно совсем сдурели! Или у вас дров на растопку не хватает, решили за мебель взяться? Да мой господин одним махом раздавит эту фитюльку, если сядет на нее!
– Я лучше постою, – смущенно выдавил Кэшел. – Я… э… Послушайте, а чего вы от меня хотите? Если расскажете и если я смогу быть вам полезен, то помогу и пойду искать свою… Своих друзей.
Сосия и Тайята переглянулись.
– Моя дочь Ария родилась восемнадцать лет назад, – сейчас же заговорила Сосия. – В такой же вечер, ровно восемнадцать лет назад. Три дня спустя некий человек по имени Илмед появился в моей спальне. Именно появился, я не шучу и готова поклясться: порога он не переступал!
– Меня в то время не было в Пандахе, – добавил Тайята. Она успокаивающим жестом погладила Сосию по голове. – С бедняжкой Сосией не было никого, сколько-нибудь сведущего в магии, чтобы помочь ей.
Кэшел засопел. Не нравился ему тон Тайяты. А еще – он не решался спросить, кто же отец Арии и где он был в тот час, когда колдуны разгуливали по дворцу.
– Так, значит, вы волшебница? – прямо спросил он Тайяту с каменным выражением лица.
Губы старухи сжались. Она уперла кулаки в бока.
– Нет. Не волшебница. Я изучала искусство магии, но могу лишь предсказывать будущее. Например, ваш визит я предсказала, мастер Кэшел, но сама я не могу помочь Правительнице.
Кэшел нахмурился.
– Послушайте, я просто Кэшел. Пастух.
В комнату вошли двое слуг с подносами, полными фруктов и напитков. Захаг в два прыжка настиг их, протянул ручищи и начал набивать рот всем подряд с обоих подносов.
Слуги остолбенели. :
– А ну брысь отсюда! – закричала одна из служанок и бросилась к обезьяне.
– Все в порядке, Ирвис! – повелительно произнесла Сосия. – Если понадобится твоя помощь, тебя позовут.
Девушка выглядела потрясенной. Она выбежала из комнаты, закрыв лицо руками.
Кэшел резко выпрямился. Ему было не по душе, когда других унижают в его присутствии. С ним-то никто не решается так поступать!
– Илмед заявил: моя дочь должна стать его невестой, – продолжала Сосия. – Мол, она будет его нареченной, а свадьба состоится, когда ей исполнится восемнадцать. Он могущественный волшебник, так что мы должны почитать за честь…
Она холодно улыбнулась, вспомнив об этом. – Я плохо себя чувствовала после родов, так что настроение у меня было не из лучших. Я велела слугам схватить Илмеда, избить до полусмерти и вышвырнуть вон. А он… исчез. Растворился в воздухе.
Захаг вклинился между Кэшелом и женщинами с бокалом в руках. Белая жидкость в нем напоминала молоко, но была гуще. Наверное, сок какого-то плода, решил Кэшел.
– В ту ночь было полнолуние, – говорила женщина. – Илмед вернулся. Я наблюдала за ним, но не могла двинуться с места. Никто не мог. С ним были еще монстры.
– Чешуйчатые люди, – пояснила Тайята. – Они размером с обычного человека, но…
– Я знаю Чешуйчатых людей, – вмешался Кэшел. – Значит, они и забрали ребенка?
Предсказательница помолчала. На лице ее отразилось удивление и даже уважение.
– Да, – ответила Сосия. – Они забрали Арию. Когда мы все снова смогли двигаться, в центре гавани возник остров, а на нем – башня. Пламя, окружающее башню, поднимается прямо из воды и сжигает все, к чему прикасается, – дерево, металл, даже камень. И, конечно, плоть. Мы пробовали все за эти годы, но не сумели пробиться через огонь и спасти Арию.
– Девочка росла, и мы порой видели ее наверху, на башне, – добавила Тайята. – Вначале с Чешуйчатыми, потом – одну.
– Сейчас она появляется очень редко, – сказала Сосия. – Я сегодня видела ее, но лишь на минуту. Боюсь, завтра мне уже не увидеть свою дочь.
Ее голос дрогнул, но она не позволила эмоциям взять верх. Илна бы поняла эту женщину…
И Кэшелу стало легче говорить с женщиной.
– Я бы помог вам, если бы сумел. Но, госпожа, я не знаю, как это сделать. Я бы… -
Он протянул к ней руки. – Госпожа, если бы нужно было сразиться с демоном, я бы с радостью. Но сражаться с огнем…
– Вы умеете вертеть магический жезл, – вмешалась Тайята, сфокусировавшись на воспоминании. – Я видела это в воде, в своей чаше. И ваш жезл проделал брешь в стене огня. Потом он сомкнулся у вас за спиной, и больше я не видела ничего.
– Жезл? – удивился Кэшел. – Вы имеете в виду посох? Но его со мной нет. Он остался у Шарины.
Он нахмурился. Наверное, посох пропал вместе с кораблем…
Надо же, он больше печется о деревяшке, чем о Шарине и остальных друзьях. Но ведь с ними все должно быть в порядке… С другой стороны, этот посох он вырезал сам, еще мальчишкой. Посох, крепкий, как и парень по имени Кэшел ор-Кенсет.
Захаг скривился в усмешке.
– Ты думаешь, на Пандахе не растет настоящих деревьев, чтобы ты мог вырезать новый? Так используй мачту корабля! Как раз тебе по размеру, а?
Женщины переглянулись. Покидавшая комнату девушка вернулась, слезы ее высохли, но глаза подозрительно покраснели.
– О, об этом-то я и не подумал, – обрадовался Кэшел. – Пожалуй, флагшток подойдет. Точно.
Он сцепил пальцы и размял мышцы спины. – Ну что же, госпожа. Тогда попробую.
Интересно, есть ли в башне этот Илмед или же там одна принцесса? С парнем, который ворует детей, у него будет особый разговор.
Захаг в ужасе попятился, увидев выражение лица Кэшела.
Страж отворил для Шарины дверь, и два пленника заморгали от яркого света закатного солнца. Мутные оконца камеры выходили на восток.
– Вон он, госпожа, – заявил страж. – Другой – старый Демито. Вы уж осторожнее: он вчера перебрал, как бы его не стошнило. Скверное местечко.
Да уж, это правда. Конечно, Шарина и похуже видала. Девушка, выросшая в Барка Хамлет, не привыкла воротить нос при виде грязи.
Тюрьма представляла собой здание, вырубленное прямо в скале. Каменная скамья стояла напротив двери. На полу – железные кандалы, а в стене – наручники.
– В основном, мы здесь держим моряков с иностранных судов, – извиняющимся тоном заговорил тюремщик. – Местные расплачиваются за преступление, работая на свою жертву. А за убийство у нас четвертуют. Или если они не могут отплатить.
Узники – пьяница на одном конце скамьи и Халфемос на другом – молча смотрели на вошедших. Их левые руки были прикованы к стене, а лодыжки – к полу. Есть они могли, но двигаться – почти нет.
– Мастер Халфемос, ваш друг Церикс прислал вам свиток гимнов, восхваляющих Госпожу, – ледяным тоном заговорила Шарина. – Полагаю, вы можете почитать их, пока мы со стражником выпьем вина. Он любезно разрешил вам заняться спасением вашей души.
Халфемос буквально онемел. Население Барка Хамлет в основной своей массе было крайне религиозно. Они оставляли жертвенное пиво и сыр в качестве платы за помощь в делах, а еще – не забывали платить дань Великим Богам, когда за ней являлись жрецы из Каркозы.
Но что же касается Церикса, то он-то не верил в богов! Так что вряд ли он мог настолько рехнуться, чтобы послать ученику свиток с гимнами!
Стражник держался достаточно дружелюбно – ведь Шарина протянула ему мех с вином, – но пристально проследил, чтобы девушка не передала Халфемосу ничего, кроме свитка. Свиток он развернул для порядка, хотя и не читал.
Коротко кивнув тюремщику, Шарина сделала три шага наверх по ступеням. Стражник захлопнул дверь и вставил в задвижку тяжелый штырь.
– Вы уже разлили вино? – спросила девушка.
– Еще нет, госпожа, – ответил он. – Давайте сядем и устроимся поудобнее в моей каморке.
У стража не было ключей от кандалов узников. На всякий случай. Если здесь будут содержаться моряки, их друзья могут отбить заключенных.
Церикс стер текст с внутренней стороны свитка, переписав современными буквами нужные заклинания из Старой Вязи. Старый калека-колдун отлично помнил, что Халфемос так и не выучился читать Старую Вязь.
Почерк у Церикса был отменный – четкий и ясный. Может, раньше он служил переписчиком текстов?
В каморке стража стояли стол, табуретка и небольшая жаровня – подогревать пищу или вино. Кровати не было, слишком мало места. Шарина полагала, что по ночам его сменяет другой страж, но проверять не собиралась.
Страж усадил гостью и открыл мех. Напиток крепкий, с Шенги, мех запечатан сургучом. Шарин всыпала туда зелье Церикса.
– Вначале вы, – сказала она.
Страж сделал долгий глоток, потом опустил мех.
– Эх! – крякнул он, протягивая вино Шарине. – Вот только… кружек-то у меня и нет, госпожа. Может…
Он с сомнением выглянул на улицу. Тюрьма находилась среди складов в гавани, к югу от официальной части города. Даже в столь поздний час среди складов сновало множество людей с осликами, груженными товаром. Но Шарина не видела ни таверны, ни лавки, пока шла сюда.
– Да ладно, и так хорошо, – остановила она стража, и, поднося к губам мех, сделала вид, что пьет.
– Что у вас за забота об этом парне? – спросил ее тюремщик. – Я слышал, он осужден за то, что пытался убить короля с помощью магии!
– Думаю, это просто был несчастный случай, – спокойно отвечала Шарина. Было еще достаточно светло, и Халфемос мог различить буквы на свитке. – Кстати, при этом исчез мой товарищ. Я уверена, с ним все в порядке. Просто зашвырнули куда-то далеко отсюда.
Она подарила стражу фальшивую улыбку, а в это время в голове ее билось: «О, Госпожа, Владычица Небесная, пребудь с Кэшелом. О, Пастырь, Защитник Всего Живого, защити Кэшела, как он защищал своих овец».
Мех булькнул, словно голодное брюхо – это стражник снова сделал большой глоток. И удовлетворенно рыгнул.
В наступившей тишине Шарина слышала: «эсмигддон маарчма коре…»
Стены темницы отличались толщиной, но Халфемос почти кричал, чтобы слова преодолели инерцию космоса.
– У вас такая интересная работа! – деланно бодрым голоском воскликнула Шарина. Она надеялась, что не переусердствовала, очень важно было помочь юному магу довести начатое до конца. – Скажите, у вас здесь часто сидят изменники?
– Изменники? – изумился страж. – А, вы имеете в виду этого, что хотел убить короля. Нет, нечасто – не очень часто. Но опасных типов хватает.
Сквозь кирпичи темницы стало просачиваться розовое свечение. Слышался звон кандалов.
– Вы очень храбрый, – заявила Шарин. Она попыталась пропустить свою очередь. – Я…
Гвоздь в щеколде зазвенел. Пьяница, сидевший рядом с Халфемосом, в ужасе заорал. Страж вскочил на ноги, вторя узнику. Он схватил оружие – остроконечную дубинку.
Задвижка отлетела в сторону и упала на пол. Ее никто не касался, лишь нарастало розовое свечение.
Дверь начала открываться. Стражник поднял дубинку, глядя на дверь, лицо его исказилось от страха. Шарина схватила табуретку за ножку и приготовилась обрушить ее на голову своего собеседника, дабы уберечь Халфемоса.
Из камеры показалась фигура из красного света, очертаниями напоминавшая обезьяну, но размером – скорее, быка. Шарина видела также и Халфемоса. Волшебник речитативом произносил слова заклинания, используя вместо палочки свернутый свиток.
Страж заорал от ужаса. Он попытался бежать, но ноги его запутались, и бедняга рухнул наземь, выронив дубинку.
Фигура из света разворачивалась кольцами. Девушка постояла минуту, наблюдая. Потом фигура исчезла.
Халфемос взобрался по ступеням. Пошатываясь, он пытался засунуть свиток за пазуху, но едва не выронил его. Шарина подхватила и свиток и юношу.
– Быстрее! – скомандовала она, подталкивая измученного мага в направлении доков. Церикс купил пропуск на корабль, отплывавший в Эрдин. Пункт назначения казался им неважным, главное – поскорее отплыть, желательно, с вечерним приливом.
Шарина оглянулась. Страж все еще лежал на земле, глядя в небо невидящими глазами.
Туман над лагуной напомнил Гаррику о тех туманах, которые он частенько встречал на склонах холмов в своей деревне. Сквозь дымку пробивались лучи солнца.
Вдоль лагуны на плотах замерли неподвижные фигуры, напоминавшие призраки. Даже зоркому взгляду Гаррика было сложно разглядеть, люди это или Эрза.
– Может, это место – здесь, – тихо произнесла Лиэйн. – От этого зеленого света меня холод пробирает до костей. Когда мы доставим людей в реальный мир, то сами будем…
Гаррик смотрел на нее. Интересно, какое слово она имела в виду: счастливы? Веселы? Спокойны?
Но девушка лишь печально улыбнулась.
– Что ж, будем на это надеяться.
– Залив создавался для Эрза одним из них или им подобных, – вмешалась в разговор Теноктрис. Она посмотрела на убогие хижины здешних людей с тем же безразличием, с каким глядела в сторону леса. – Им здесь, должно быть, лучше, чем людям, но все же вряд ли и для Эзра тут рай. Чем старше я становлюсь – а мне уже больше тысячи лет…
Она запнулась, и Лиэйн обняла ее.
– Так вот, чем старше я становлюсь, тем больше убеждаюсь: не родился еще волшебник, способный достичь хоть чего-то при помощи своей магии. Так и получилось с Эрза, создавшими это место.
– А как же ты? – спросил Гаррик. – Ты же всегда достигаешь, чего хочешь, и жаловаться потом не приходится. По крайней мере, я этого не замечал.
Теноктрис рассмеялась.
– Моя магическая сила не идет ни в какое сравнение с другими волшебниками. Так что я – особый случай.
Они приближались к жилищу Родоарда. Ворот заперты, но с приближением Гаррика и его спутников вперед выбежал гонец.
Жилища рядом с Родоардовым занимали его приспешники: они прибыли сравнительно недавно, но уже получили все привилегии. Они уже стояли наготове у ворот с оружием в руках. Встретились взглядом с Гарриком, и лица их словно окаменели.
Детишки, игравшие на улице, бросились домой. Их матери тоже настороженно следили за подходившими путниками.
Когда рука Гаррика легла на рукоять меча, он почувствовал, как оживился внутри его сознания король Карус. Оба они ощутили знакомое напряжение. Отелм, бывший моряк, так желавший заполучить меч Гаррика, поднял дубинку, но отпрянул назад.
Гаррик ударил в гонг рукоятью меча. Бронза загудела глубоким басом, меч вторил звонким дискантом.
– У меня хорошие новости, Родоард! – позвал Гаррик у закрытых ворот. – Мы все можем уйти отсюда!
Он повернулся к остальной общине. Сигнал вызвал всех из убежищ и из ближайшего леса. Рожденные в Заливе не осмеливались прямо смотреть на троих новичков; они лишь робко теснились вокруг.
Гаррик во второй раз ударил в гонг. – Выходи! – крикнул он.
Одна створка ворот раскрылась. Родоард стоял в проеме, в шлеме, нагрудной пластине, с мечом в руке. В руке он держал свой кинжал и короткое копье.
Лицо его побледнело от ярости.
Гаррик отступил назад. Родоард взмахнул мечом. Тяжелый клинок ударил по державшим гонг цепям и перерубил их. Диск покатился по земле. Полетели брызги грязи.
– Я оставил тебе жизнь, парень, – бесстрастным голосом проговорил он. – Я думал, от тебя будет польза. Может, я ошибался, а?
Над площадкой поднимался цветной дым. Лунифра не появлялась, но Гаррик слышал ее голос, выпевавший странные ритмы. С каждым новым слогом в небо вылетал дым.
– У нас хорошие новости, Ваше Величество, – произнес Гаррик. – Мой друг Теноктрис обнаружила ключ, открывающий двери Залива. Эрза позволят нам воспользоваться им и вернуться в мир реальности. Всем нам!
Гаррик знал: разговаривать с Родоардом так смело – большой риск, но, когда правитель в таком гневе, от него можно ожидать всего. Если бы он лебезил, как остальные, тот запросто мог бы смять его в лепешку и не стал бы слушать никаких предложений. Прибыв же к нему с мечом наголо, Гаррик заставил Родоарда обращаться с ним как с равным.
– Итак, – произнес Родоард, подходя совсем близко. – Ты якшался с Эрза, верно? И что ты предложил этим тварям, Гаррик ор-Рейзе?
Люди вокруг напирали. Рожденные в заливе готовились, в случае опасности, улизнуть. Какая-то часть сознания Гаррика помнила, как в подобных ситуациях король Карус мечом прорубал себе дорогу к выходу. С другой стороны, Королю Островов не доводилось при этом охранять старую леди и девушку.
Гаррик откинул голову назад и расхохотался. От подобной толпы ему Теноктрис и Лиэйн не спасти. Значит, нечего и пытаться: ну, отрубит он голову Родоарду, а как потом будет биться с его приспешниками? Они же уничтожат его и его друзей.
Ты сделал все, что мог – вот что скажут о нем потомки.
Гаррик перевернул меч вниз рукоятью и взял его за клинок – так он выглядел менее угрожающе. Его смех удивил Родоарда.
– Все, что я предложил Эрза, так это дать нам убраться отсюда, – крикнул юноша, стараясь, чтобы его было слышно в нарастающем шуме. – А тебе я предложу…
Он обвел глазами собравшихся.
– Всем вам! Всем вам! Если есть шанс снова увидеть солнце, ощутить ветерок, шанс стать свободными! Так, как никому в этом зеленом мире еще не снилось!
Теноктрис преклонила колени и начала чертить на земле указательным пальцем. В другой руке она зажала толстую ветку, чтобы использовать в качестве магического жезла.
Лиэйн стояла между Теноктрис и толпой, скрестив руки на груди. Трое из людей Родоарда едва не касались ее, так близко они были.
– Итак, – голос Родоарда казался на удивление высоким и визгливым для такого здоровяка. – Отелм, ты как, спешишь вернуться в Эрдин? А ты, Бассис? Как думаешь, о твоих делишках уже забыли в Вэллисе?
Рыбаки из лагуны тоже собрались на звук гонга, их плоты стояли на болотистом берегу. В сетях билась свежепойманная рыба с шипами на голове. Рыбаки использовали деревянные гарпуны с костяными наконечниками. Здесь, где не хватало железа и камня, такое орудие было в самый раз.
Теноктрис начала что-то шептать, обходя начерченный ею круг силы, ее волшебная палочка вспыхнула. Для всех остальных, включая Гаррика и Лиэйн, не знакомых со Старой Вязью, эти символы значили не больше, чем ходы дождевого червя в земле.
– Я сделал вас королями над Эрза, поработившими вас! – заявил Родоард. – И вы сумели поставить ногу на грудь этих тварей! Так хотите ли вы…
Внутри поселения закричал ребенок, и крик его, словно ножом, прорезал тишину. Родоард не обернулся, но лицо его исказила гримаса гнева.
– Ты хочешь… – повторил он.
Ворота за его спиной все еще были открыты. Ребенок лет трех-четырех выбежал наружу; на шее и на животе у него зияли кровоточащие раны. Он обхватил руками ноги Родоарда и замер на земле – просто истек кровью. Лунифра стояла в дверях, вся перемазанная детской кровью.
Колдунья была обнажена. Держала в руке обсидиановый нож, она улыбалась – зловеще, как боги Подземного мира. По виду замученного ребенка нельзя было судить, какого он пола.
Гаррик ударил Родоарда по ногам. Король попытался выхватить кинжал, но запнулся за труп ребенка и мешком свалился на землю. Он буквально разинул рот от удивления, наблюдая, как взлетает меч Гаррика: так искусный повар готовит бифштексы на королевской кухне.
Ярость, овладевшая Гарриком, направила его клинок так, что он пронзил бедренную кость Родоарда и рассек сухожилия на лодыжках. Уж теперь-то эти двое не будут убивать невинных детей, не станут использовать их для своей черной магии.
Заорал Отелм, зажимая обеими руками рану на боку. Лиэйн ткнула окровавленный кинжал в лицо нападавшему на нее громиле, но промахнулась. Тогда клинок Гаррика довершил дело: рассек череп мерзавца и обнажил его мозг.
И вдруг все пространство заполнили извивающиеся твари. Дерево превратилось в змею толщиной в три фута и немыслимой длины. Лунифра истерически хохотала. Хвост деревянной змеи хлестнул рядом с Гарриком. Голова гадины приподнялась с земли; из пасти торчал устрашающего вида язык.
Толпа, люди Родоарда и рожденные в Заливе, в ужасе попятились. Гаррик поднял меч, хотя и знал, что оружие не поможет.
И тут громадные челюсти захватили Лунифру. Колдунья в ужасе завопила.
Теноктрис едва не погибала от напряжения, пытаясь читать заклинания. Гаррик подскочил к ней и сгреб в охапку, словно груду тряпья, а не дорогого друга. Все кто мог спасались бегством. Порождение черной магии ползло следом за ними.
– Вот сюда! – крикнула Лиэйн, указывая в направлении лагуны. Деревянная змея двигалась вперед, свиваясь кольцами.
Гаррик мчался за Лиэйн, высоко держа меч над головой. Он вспомнил, как однажды отец накричал на него, когда увидел, что Гаррик бежит с серпом в руке. Бегать с обнаженным мечом куда опаснее, но времени рассуждать попросту не было.
Змея из ожившей древесины, меж тем, захватила собственный хвост и стала… пожирать самое себя. Кольца начали неистово вращаться, сокращаясь.
Лиэйн забралась на борт самой большой из рыбацких лодок, подняла шест и попыталась толкать лодку вперед.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?