Книга: Двойная фамилия - Дина Рубина

Другое дело - повести. Особенно те, в которых Рубина в предисловии говорит о том, что история в общем-то реальная и сюжет подкинут жизнью. Та самая ситуация, когда чувствуешь эту боль, понимая головой, что виноваты все и не виноват никто, что все страдают, и просто так вышло. И то, как обрывается сюжет на краю пропасти. И все мы догадываемся, что там будет дальше. И больно от этого до горячего комка в груди.

Ведь никто не виноват, и все виноваты. А больнее всех будет как раз тому самому, безвинному, горячо любимому и глубоко обманутому.

Это факт, который невозможно отрицать и, возможно, у меня такая полоса, что мне постоянно попадаются книги в которых рождение детей, воспитание детей преподносится как страдание, как мучение, как лишение себя жизни. На это можно посмотреть и так, на этом можно посмотреть и по-другому, я прекрасно понимаю силу риторики и что одну и ту же проблематику можно возвести совершенно с разных углов. Есть огромное количество литературы, где дети это спасение. К примеру, недавно мною прочитанные Авонлейские хроники , там было много историй когда дети спасали жизни, спасали души, давали второе дыхание.

В этой истории, в этом рассказе получается что люди не способны разговаривать друг с другом, и это действительно проблема современности, даже несмотря на то что в рассказе описывается приличное прошлое. Люди не хотят говорить друг другу то, о чём они думают; чего нам хочется - мы не делаем; того что мы делать не хотим - мы постоянно заставляем себя делать; когда мы пытаемся высказаться про себя, мы зачем-то говорим как поступает наш партнер (хотя мы понятия не имеем, что на самом деле в голове партнера и лишь озвучиваем свои гипотезы, вместо того чтобы говорить о своих реальных чувствах). И вот это вот постоянное непонимание друг друга выливается в действие, пару не сказанных фраз, которые могут перечеркнуть 20-30 лет жизни. Это возмущает меня. Я всегда стараюсь (хотя надо говорить не стараюсь, а делаю) донести до других людей что я думаю, что я чувствую, как бы больно это не было. Никакая боль сказанного слова не может быть сильнее потраченных десятилетий.

А в рассказе мне не хватило какого-то личного высказывания. Акцент расставлен на внутренних переживаниях персонажей, хотя они и так понятны если, в принципе, знать синопсис. Это слишком верхний слой ситуации. Куда интереснее было бы прочувствовать авторскую рефлексию, чтобы войти с ней в конфронтацию или согласие. А так получается: "Померла, так померла".

Возвращайся немедленно папа умер

- жестоко. Вообще сама постановка рассказа в виде невнятных диалогов длинной в главы угнетала и книгу прочитала еле еле, странное повествование без объяснения причин - дочитала просто, по тому, что хотелось понять чем так все впечатлены и чем дело кончится. Жизненно безусловно, трагично и больно - но заканчивается еще большей трагедией. Хочется радоваться и думать после книг, а не отпиваться ромашковым чаем от горечи.

Нет, ты не подумай, сказал я ему, мать я вообще‑то жалею, но больше всех ее жалеет она сама.

Дина Рубина оказалась редким мастером, способным выбить из читателя дух одним лишь удачным взмахом пера. Повторюсь еще раз, я была совершенно не готова к такому обезоруживающе искреннему и горькому произведению. Не помню, когда в последний раз короткая история производила на меня такое сильное впечатление. Она "житейская" и от того еще более страшная, чем любой хитроумный ужастик. Человеческие судьбы переплелись в ней до того туго, что в финале могло произойти лишь одно - громкий и страшный разрыв. Под конец атмосфера так накалилась, что я просто слушала и ждала что же будет, не пытаясь предугадать финал. И он наступил, сильный, по своему красивый и очень несчастный.

Я зло рассмеялся, потому что залюбовался этим чисто женским завитком: убивая человека, она боялась его ранить.

Глупость и беспечность одного человека может ранить сразу нескольких, десятки и сотни, но в этот раз она задела тех, кого обладательница слабости любила возможно даже больше, чем себя саму... Это произведение действительно сильное и я очень рада знакомству с новым автором. Обязательно продолжу чтение ее произведений.