Текст книги "Сталинские репрессии. «Черные мифы» и факты"
![](/books_files/covers/thumbs_240/stalinskie-repressii-chernye-mify-ifakty-142096.jpg)
Автор книги: Дмитрий Лысков
Жанр: История, Наука и Образование
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 20 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Советский Союз, столкнувшись с близкой по смыслу проблемой утверждения социалистической собственности «священной и неприкосновенной», также пошел на карательные меры. По сути, мы видим близкий аналог опыту капиталистических реформ, совпадает даже аргументация. Однако репрессивная составляющая в СССР относительно более гуманна.
Глава 7. Закон о прогулах
Если закон «о трех колосках» принято однозначно относить к репрессивным, так называемый закон «о прогулах» упоминается в этой связи реже. Однако относить его к категории репрессивных есть куда большие основания. Указ Президиума Верховного Совета СССР от 26 июня 1940 г. «О переходе на восьмичасовой рабочий день…» запретил увольнения по собственному желанию, самостоятельный, без санкции руководства, переход с одного предприятия на другое, а также ввел судебную ответственность за прогулы.
Оснований для появления столь жесткого закона было несколько. В условиях нарастающей военной угрозы промышленность СССР переходила на мобилизационный режим работы. С 1939-го по июнь 1941 года доля военных расходов в советском бюджете увеличилась с 26 до 43 процентов. Рост выпуска военной продукции втрое опережал общий рост промышленного производства. Тем не менее, по оценке военных, для полного переоснащения армии новыми танками требовалось два года, самолетами – 1,5 года.
Неизбежность войны была очевидна, Советский Союз вел форсированную подготовку, создавались стратегические запасы продовольствия, жизненно необходимого сырья. Г.К. Жуков в «Воспоминаниях и размышлениях»[26]26
Г. Жуков «Воспоминания и размышления» URL: http://www.flibusta.net/b/194546/read (дата обращения 22.05.15)
[Закрыть] отмечает: «С 1940-го по июнь 1941 года общая стоимость государственных материальных резервов увеличилась с 4 миллиардов до 7,6 миллиарда рублей.
Сюда входили резервы производственных мощностей, топлива, сырья, энергетики, черных и цветных металлов, продовольствия. Эти запасы, заложенные накануне войны, хотя и были довольно скромными, помогли народному хозяйству, несмотря на тяжелый 1941 год, быстро взять темп и размах, необходимые для успешного ведения войны».
Практически двукратное увеличение стратегических запасов в течение одного года не могло не сказаться на экономике. В ряде регионов страны с прилавков магазинов исчезло продовольствие, за элементарными товарами выстраивались огромные очереди, пропало мыло, и медицинские службы констатировали начало эпидемий педикулеза.
Столь резкая мобилизация экономики именно в 1940 году с одной стороны объясняется масштабами задач, которые ставились перед страной в первые две пятилетки. И.В. Сталин, подводя итоги первой пятилетки, отмечал[27]27
И.В. Сталин. Сочинения. Т. 13. М., Государственное издательство политической литературы. 1951. С. 182–186.
[Закрыть]:
“Осуществляя пятилетку и организуя победу в области промышленного строительства, партия проводила политику наиболее ускоренных темпов развития промышленности. Партия как бы подхлестывала страну, ускоряя ее бег вперед. <…> Нельзя не подгонять страну, которая отстала на сто лет и которой угрожает из-за ее отсталости смертельная опасность…”
Можно ли сказать, что во второй пятилетке придется проводить такую же точно политику наиболее ускоренных темпов?
Нет, нельзя этого сказать.
Во-первых, в результате успешного проведения пятилетки мы уже выполнили в основном ее главную задачу – подведение базы новой современной техники под промышленность, транспорт, сельское хозяйство. Стоит ли после этого подхлестывать и подгонять страну? Ясно, что нет в этом теперь необходимости. <…> В результате успешного выполнения пятилетки нам удалось построить десятки и сотни новых больших заводов и комбинатов, имеющих новую сложную технику. Это значит, что в объеме промышленной продукции во второй пятилетке основную роль будут играть уже не старые заводы, техника которых уже освоена, как это имело место в период первой пятилетки, а новые заводы, техника которых еще не освоена и которую надо освоить. Но освоение новых предприятий и новой техники представляет гораздо больше трудностей, чем использование старых или обновленных заводов и фабрик, техника которых уже освоена. Оно требует больше времени, для того чтобы поднять квалификацию рабочих и инженерно-технического персонала и приобрести новые навыки для полного использования новой техники. Не ясно ли после всего этого, что, если бы даже хотели, мы не могли бы осуществить в период второй пятилетки, особенно в первые два-три года второй пятилетки, политику наиболее ускоренных темпов развития.
Вот почему я думаю, что для второй пятилетки нам придется взять менее ускоренные темпы роста промышленной продукции».
Масштабные проекты форсированного развития первой пятилетки (1929–1933) сменились освоением производств и внедрением технологий второй пятилетки 1933–1937 гг. В целом осуществлялся комплексный план развития промышленности, логичным продолжением которого стал план третьей пятилетки 1938–1942 годов. Военная промышленность, даже будучи приоритетной, просто не могла развиваться без смежных секторов промышленности, начиная от сельскохозяйственной и заканчивая текстильной и химической. До 1940 года никто другие сферы хозяйства в жертву оборонке приносить не собирался. Г.К. Жуков в «Воспоминаниях и размышлениях» отмечает трудности оснащения РККА этого периода, связанные с общими планами развития промышленности[28]28
Г. Жуков «Воспоминания и размышления» URL: http://www.flibusta.net/b/194546/read (дата обращения 22.05.15)
[Закрыть]:
«Например, объективными обстоятельствами лимитировались предложения наркома обороны о расширении массового производства новейших образцов самолетов, танков, артиллерийских тягачей, грузовых автомобилей, средств связи и прочей боевой техники.
Конечно, в промышленной, оборонной сфере было много недостатков, трудностей <…>
Порядок принятия нового образца вооружения в массовое производство был следующий.
Образцы проходили вначале заводские испытания, в которых принимали участие военные представители, затем войсковые, и только после этого Наркомат обороны давал свое заключение. Правительство при участии наркома обороны, наркомов военной промышленности и главных конструкторов рассматривало представленные новые образцы вооружения и военной техники и принимало окончательное решение по их производству.
На все это уходило порядочно времени. Бывало и так: пока шел процесс изготовления и испытания новой техники, у конструкторов был уже готов новый, более совершенный образец, и вполне закономерно, что в этом случае вопрос о принятии на вооружение откладывался до полного испытания новейшего образца.
Военных часто ругали за то, что они слишком настойчиво просили ускорить принятие того или иного образца на вооружение. Им говорили: “Что вы порете горячку? Когда надо будет – мы вас забросаем самолетами, танками, снарядами”».
Для Жукова такой порядок принятия нового образца вооружения в массовое производство выглядит, конечно, как недостаток. Но нужно отдавать себе отчет, что молодая советская промышленность ориентировалась не только на нужды армии и каждый новый серийный образец вооружений требовал перераспределения сил, занимал производственную нишу другого товара, требовал паузы в работе предприятия для внедрения новой технологии. С этой точки зрения осторожное до определенного момента отношение к серийному производству новых образцов вооружений выглядит вполне оправданно. «Конечно, тогда мы, военные руководители, понимали, что в стране много первостепенных задач и все надо решать, исходя из большой политики», – добавляет[29]29
Там же.
[Закрыть] в этой связи Жуков.
Момент, когда армию нужно было «забросать самолетами, танками, снарядами», возник в 1940 году. Что это был за момент? Кончилась «Странная война», длившаяся с сентября 1939 года, когда Англия и Франция, объявив войну нацистской Германии, в реальности никаких действий не предпринимали и в Европе сохранялся относительный, но баланс. 9 апреля 1940 года Германия начала вторжение в Данию и Норвегию, попытка помочь Норвегии англо-французскими войсками успеха не имела. 10 мая было развернуто немецкое наступление против Бельгии, Голландии, Люксембурга, а также начаты полномасштабные действия против Франции. 10 июня пал Париж. Советский Союз остался на континенте с нацистской Германией один на один.
Но на пути форсированной мобилизации советскую промышленность подстерегала новая беда: дефицит кадров. С.Г. Кара-Мурза в книге «История советского государства и права» отмечает[30]30
С. Кара-Мурза «История советского государства и права», электронная версия – 1 файл fb2
[Закрыть]:
«После ликвидации безработицы (1930 год. – Д.Л.) и в связи с коллективизацией прекратился стихийный приток рабочей силы в город. Предприятия стали испытывать острый недостаток в кадрах. Так, в 1937 г. промышленность, строительство и транспорт недополучили свыше 1,2 млн рабочих, в 1938 г. – 1,3 млн и в 1939 г. – более 1,5 млн рабочих. 2 октября 1940 г. был принят указ “О государственных трудовых резервах” – о плановой подготовке кадров в ремесленных и железнодорожных училищах и школах ФЗО. Государственные трудовые резервы находились в распоряжении правительства СССР и не могли использоваться ведомствами без его разрешения».
Фактический переход промышленности на мобилизационные рельсы в предвоенный период, на который наложился острый кадровый дефицит, явились в конечном счете причиной появления указа Президиума Верховного Совета СССР от 26 июня 1940 г. «О переходе на восьмичасовой рабочий день, на семидневную неделю и о запрещении самовольного ухода рабочих и служащих с предприятий и из учреждений»[31]31
Цит. по URL: http://istmat.info/node/23245 (дата обращения 22.05.15)
[Закрыть]:
«О ПЕРЕХОДЕ НА ВОСЬМИЧАСОВОЙ РАБОЧИЙ ДЕНЬ,
НА СЕМИДНЕВНУЮ РАБОЧУЮ НЕДЕЛЮ И О ЗАПРЕ
ЩЕНИИ САМОВОЛЬНОГО УХОДА РАБОЧИХ И СЛУЖАЩИХ С ПРЕДПРИЯТИЙ И УЧРЕЖДЕНИЙ
Указ Президиума Верховного Совета СССР 26 июня 1940 г.
Согласно представлению Всесоюзного Центрального Совета Профессиональных Союзов Президиум Верховного Совета СССР постановляет:
1. Увеличить продолжительность рабочего дня рабочих и служащих во всех государственных, кооперативных и общественных предприятиях и учреждениях:
с семи до восьми часов – на предприятиях с семичасовым рабочим днем;
с шести до семи часов – на работах с шестичасовым рабочим днем, за исключением профессий с вредными условиями труда по спискам, утверждаемым СНК СССР;
с шести до восьми часов – для служащих учреждений;
с шести до восьми часов – для лиц, достигших 16 лет.
2. Перевести во всех государственных, кооперативных и общественных предприятиях и учреждениях работу с шестидневки на семидневную неделю, считая седьмой день недели – воскресенье – днем отдыха.
3. Запретить самовольный уход рабочих и служащих из государственных, кооперативных и общественных предприятий и учреждений, а также самовольный переход с одного предприятия на другое или из одного учреждения в другое.
Уход с предприятия и учреждения или переход с одного предприятия на другое и из одного учреждения в другое может разрешить только директор предприятия или начальник учреждения.
4. Установить, что директор предприятия и начальник учреждения имеет право и обязан дать разрешение на уход рабочего и служащего с предприятия или из учреждения в следующих случаях:
а) когда рабочий, работница или служащий, согласно заключению врачебно-трудовой экспертной комиссии, не может выполнять прежнюю работу вследствие болезни или инвалидности, а администрация не может предоставить ему другую подходящую работу в том же предприятии или учреждении, или когда пенсионер, которому назначена пенсия по старости, желает оставить работу;
б) когда рабочий, работница или служащий должен прекратить работу в связи с зачислением его в высшее или среднее специальное учебное заведение.
Отпуска работницам и женщинам-служащим по беременности и родам сохраняются в соответствии с действующим законодательством.
5. Установить что рабочие и служащие, самовольно ушедшие из государственных, кооперативных и общественных предприятий или учреждений, предаются суду и по приговору народного суда подвергаются тюремному заключению сроком от 2 месяцев до 4 месяцев.
Установить, что за прогул без уважительной причины рабочие и служащие государственных, кооперативных и общественных предприятий и учреждений предаются суду и по приговору народного суда караются исправительно-трудовыми работами по месту работы на срок до 6 месяцев с удержанием из заработной платы до 25%.
В связи с этим отменить обязательное увольнение за прогул без уважительных причин.
Предложить народным судам все дела, указанные в настоящей статье, рассматривать не более чем в 5-дневный срок и приговоры по этим делам приводить в исполнение немедленно.
6. Установить, что директора предприятий и начальники учреждений за уклонение от предания суду лиц, виновных в самовольном уходе с предприятия и из учреждения, и лиц, виновных в прогулах без уважительных причин, привлекаются к судебной ответственности.
Установить также, что директора предприятий и начальники учреждений, принявшие на работу укрывающихся от закона лиц, самовольно ушедших с предприятий и из учреждений, подвергаются судебной ответственности.
7. Настоящий Указ входит в силу с 27 июня 1940 года».
Полное цитирование указов необходимо, так как спустя много лет, пользуясь массовым незнанием их фактического содержания, антисоветские идеологи «дополнили» их жуткими подробностями, превратив в емкие элементы мифа о сталинских репрессиях. Кто сегодня не знает, что за опоздание на работу при Сталине сажали в ГУЛАГ?
Центр имени Сахарова в статье-описании экспозиции, посвященной сталинскому террору, сообщает[32]32
«Путь через ГУЛАГ». Центр А. Сахарова URL: http://www.sakharov-center.ru/museum/expositions/way-gulag.html (дата обращения 22.05.15)
[Закрыть]:
«Арест выхватывал человека из привычной жизни неожиданно, иногда оставляя родным на память о нем всего несколько вещиц, символов былого благополучия: столовую посуду, настенный коврик, спичечницу, охотничью мерку для пороха… И ощущение растерянности, непонимания – за что?
Поводом для ареста могло стать что угодно: непролетарское происхождение, собранная на колхозном поле горсть колосков, родственные или дружеские отношения с уже арестованным, “нарушение паспортного режима”, даже опоздание на работу».
Разведчик-перебежчик Виктор Суворов (Резун) пишет[33]33
В. Суворов «День М» URL: http://www.flibusta.net/b/290344/read (дата обращения 22.05.15)
[Закрыть]: «26 июня 1940 года прогремел над страной указ “О переходе на восьмичасовой рабочий день, на семидневную рабочую неделю и о запрещении самовольного ухода рабочих и служащих с предприятий и из учреждений”… По указу от 26 июня за прогул сажали, а прогулом считалось опоздание на работу свыше 20 минут. Сломался трамвай, опоздание на работу, опоздавших – в лагеря: там опаздывать не дадут».
Автору приходилось слышать личные свидетельства, в которых «вспоминали», как в Сибирь в 40-х годах шли и шли эшелоны с людьми, которые просто опоздали на работу.
В тексте указа, однако, четко прописаны применяемые к нарушителям закона меры:
1. За попытку «увольнения», то есть систематического невыхода на работу длительное время («самовольный уход с предприятия») – тюремное заключение сроком от 2 месяцев до 4 месяцев.
2. За прогул – исправительно-трудовые работы по месту работы на срок до 6 месяцев с удержанием из заработной платы до 25%.
Опоздания, отлучки, попытки отпроситься и т. д., чем пестрит современная литература, вообще не имеют к этому указу никакого отношения и никак им не регламентируются. Путаница возникает из-за неверного прочтения третьего пункта – «Запретить самовольный уход рабочих и служащих из государственных, кооперативных и общественных предприятий и учреждений» – и нежелания вникать в суть документа.
Ниже, в четвертом пункте, сказано, что директор предприятия обязан разрешить «уход рабочего и служащего с предприятия» в следующих случаях: по инвалидности, по старости, по поступлению в вуз и по беременности. Не опоздать же он разрешает и уж наверняка не на день отпускает работника по беременности или старости. Он дает разрешение на увольнение или отпуск (в случае беременности).
Но воз и ныне там, общество «Мемориал» во вводной статье к разделу своего сайта «Жертвы политического террора в СССР» сообщает[34]34
Информация актуальна на 2008 год.
[Закрыть]:
«…Были еще миллионы людей, осужденных за разные незначительные “уголовные” преступления и дисциплинарные проступки. Их традиционно не считают жертвами политических репрессий, хотя многие репрессивные кампании, которые проводились силами милиции, имели явно политическую подоплеку. Судили… за опоздание, прогул или самовольную отлучку с работы; за нарушение дисциплины и самовольный уход учащихся из фабричных и железнодорожных училищ; за “дезертирство” с военных предприятий… Только с 1941 по 1956 г. осуждено не менее 36,2 миллиона человек, из них 11 миллионов – за “прогулы”!»
Здесь, кроме прочего, неизвестно, откуда возникает число 11 миллионов осужденных за прогулы (и опоздания с отлучками). Число осужденных в соответствии с этим указом и без того достаточно велико, не понятно, для чего и сегодня продолжается это бессмысленное закошмаривание читателей.
В. Земсков в статье «ГУЛАГ (историко-социологический аспект)» пишет: «…Пересыльные тюрьмы в это время (1940–1941 г. – Д.Л.) были переполнены осужденными по Указам от 26 июня (“о прогулах”. – Авт.) и 10 августа 1940 г. (“об ответственности за выпуск недоброкачественной и некомплектной продукции”. – Д.Л.). По Указу от 26 июня 1940 г. к лишению свободы сроком от двух до четырех месяцев приговаривалась меньшая часть нарушителей, но все равно таковых было сотни тысяч».
С началом Великой Отечественной войны Президиумом Верховного Совета СССР был издан указ о досрочном освобождении некоторых категорий заключенных, не совершивших тяжких преступлений, с передачей в РККА лиц призывного возраста. В их число попали и осужденные по статье «о прогулах». Всего было освобождено 420 000 человек.
Глава 8. Чем интересен «закон о прогулах», или Сравнение с западным опытом
Закон «о прогулах» интересен тем, что люди, вошедшие в сознательный возраст после 1991 года, вряд ли поймут его первую часть – увеличение рабочего дня до 8 часов с 6–7 часового рабочего дня для разных предприятий и контор, а также переход на рабочую неделю с одним выходным днем. Сегодня ненормированный рабочий день вообще без выходных является общим местом – на усмотрение руководства коммерческой организации, более того, предпринимались попытки такую практику узаконить, мол, люди имеют право не только желать, но и иметь возможность заработать. Трудовое законодательство, конечно, существует где-то рядом, но по факту отношения в этой сфере регламентирует постольку-поскольку, воля босса и опасность потерять работу все равно всегда оказывается выше. И в целом такая ситуация не воспринимается как что-то выходящее из ряда вон.
И поколению 90-х уже просто трудно себе представить, что 100 лет назад люди реально, с оружием в руках, а часто и безоружные идя в демонстрациях на штыки солдат и шашки казаков, боролись за введение нормированного рабочего дня и гарантированных выходных. Просто потому, что работали они по 14–15 часов, выходные дни у них были только в главные православные праздники и зависели они только от воли работодателя.
Советская власть исправила эту несправедливость, законодательно введя вначале повсеместный 8-часовой рабочий день, а затем кавалерийским наскоком сократив его где до 7, а где и до 6 часов. И эти шаги, часто совершенно популистские в условиях развала экономики после Гражданской войны, воспринимались не просто совершенно нормально, а в качестве естественной (революционной) закономерности – «иначе за что сражались»?
Поэтому людей, выросших и воспитанных в парадигме параноидального соблюдения законов о труде, вышедших из требований Революции (вплоть до того, что трудинспектор входил в 18:00 в рабочие помещения, проверяя, не остался ли кто на работе в незаконное время), кроме репрессивных мер за прогулы и за оставление рабочего места шокировал отход Сталина от завоеваний Революции, от сокращенного рабочего дня, от гарантированных выходных. Все-таки это были те социальные обязательства государства, которыми по праву могла гордиться в то время Страна Советов.
В этой связи издание «Коммунист» в 1940 году[35]35
Г. Константиновский «Рабочий день в капиталистических странах» // «Коммунист» 20.07.1940 цитата по скану страниц URL: http://ihistorian.livejournal.com/274385.html (дата обращений 25.05.15)
[Закрыть] давало такие разъяснения, которые сегодня интересны еще и тем, что помогают поместить рассматриваемые события в контекст эпохи:
«Во Франции уже в июне 1938 г., больше, чем за год до начала войны, был принят закон об “организации нации во время войны”, на основе которого в дальнейшем принимался целый ряд чрезвычайных декретов. Так, 10 марта 1939 года министерство труда аннулировало коллективные договоры, заключенные рабочими авиационной промышленности с предпринимателями.
20 марта 1939 г. издается чрезвычайный закон, по которому, несмотря на наличие во Франции к этому времени около 350 тысяч официально зарегистрированных безработных, рабочее время на государственных и частных предприятиях, работающих “на нужды национальной обороны”, увеличилось до 60 часов в неделю. Этот закон распространялся на все металлургические предприятия, электростанции, строительство дорог, мостов и т. д. На предприятиях, не работающих непосредственно на нужды национальной обороны… уже летом 1939 года до начала войны против Германии более одной трети французского рабочего класса работало свыше 50 часов в неделю, а значительное число – 60 и более часов в неделю.
<…> 3 сентября 1939 г. одновременно с объявлением войны Германии был отменен воскресный отдых на предприятиях военной промышленности. 7 сентября принимается закон, устанавливающий 11-часовой рабочий день и дающий возможность довести рабочую неделю до 74 часов… В особенно тяжелые условия были поставлены во Франции рабочие, которые подлежали мобилизации, но были оставлены на военных заводах. Помимо того, что им приходилось работать по 11–12 часов в день, их зарплата была низведена до размера солдатского жалования.
<…> В Англии… продолжительность рабочей недели была доведена до 70 часов (11 с половиной часов в день). Отменены все воскресные и праздничные дни отдыха. <…> В Германии 1 января 1939 г. вступил в силу закон, согласно которому рабочий день продлен до 10 часов как для мужчин, так и для женщин… “При непрерывных работах, – говорится в (параграфе) 6 этого закона, – которые требуют регулярных смен, разрешается в течением трех недель привлекать рабочих к работе по 16 часов в сутки”.
<…> В Японии 14–16-часовой рабочий день – обычное явление. Помимо того, рабочих здесь часто заставляют работать сверхурочно… В Турции 20 марта 1940 г. был принят закон, увеличивающий продолжительность рабочего дня на всех предприятиях с 9 часов до 12 часов и устанавливающий детский труд в ночных сменах. 21 мая турецкие газеты опубликовали правительственное постановление об отмене выходных дней».
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?