Текст книги "Крест Христов"
![](/books_files/covers/thumbs_240/krest-hristov-127308.jpg)
Автор книги: Дмитрий Семеник
Жанр: Религия: прочее, Религия
Возрастные ограничения: +12
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 23 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]
А затем – шествие с крестом и дивное, поистине дивное, событие: одному человеку дано понести вместе с Ним крест; телесно, физически, понести деревянный крест – но чем-то помочь Христу. Крест – это тяжесть, крест – это орудие смерти, которое человек на себе несет. В нашем случае крест складывается из противоречий нашей воли Божией воле; наперекор кладется перекладина нашей воли. И вот случается нам или нет, когда человек раздавлен этим противоречием, подставить свое плечо? Поддержать главную перекладину воли Божией, чтобы человеку легче было волю Божию понести на плечах?
И плачут по дороге женщины иерусалимские; и Христос на Своем пути к смерти останавливается и жалеет их… А дальше – распятие. Воины пригвождают Его ко кресту; им все равно, кто умирает, их дело – пробить руки и ноги преступнику и поставить крест. А дальше – скучное ожидание: неужели так долго умирать Ему?.. Играют, разговаривают… Это очень трагично; но разве не бывает так же, жутко, ужасно, когда в одной комнате, в той же квартире умирает человек, а родные, друзья сидят в кухне или другой комнате, пьют чай, разговаривают, шутят, – нельзя же все время быть такими напряженными. А человек умирает в одиночестве. Или кто-нибудь там сидит, да, – но другие в это время дают себе немножко подышать, дают отдых какой-то: нельзя же с человеком все время умирать! Умирать – его дело, а мы минутами поддержим; а пока – ну, силы собрать; мы же живы!.. Разве это не так?
И вот крест стоит; направо, налево – два разбойника. Один, видя, что и Праведного убивают, отрицает человеческий суд, человеческое право судить даже и разбойника; другой, видя, что и Праведник погибает от человеческой неправды, принимает свою смерть как должное: если Праведник страдает, то, конечно, беззаконник должен пострадать… Один из покоя вырывается даже в последнюю минуту, другой находит путь во внутренний и вечный покой… Как мы относимся сами к этому? Как мы относимся к тому, что с нами бывает порой мучительное, горькое, страшное? Не говорим ли мы Богу, что это несправедливо, что этого не должно бы быть? Понимаем ли мы, что если это с Ним было, то нам нечего говорить о себе?..
В середине этого ужаса – одна точка безмолвия: Христос и два человека – Божия Матерь и Иоанн. Божия Матерь, Которая Его родила, Которая Его принесла в храм в день Сретения в жертву и Которая теперь видит, что Бог эту жертву принял и что Христос умирает в выкуп за Израиль и за Египет, то есть и за все язычество, за праведность и неправедность, за все, за всех. И Иоанн, любовь которого сильнее страха, крепче веры, не нуждается в надежде, который – просто любовь, соединяющая его со Христом неразрывно.
А вокруг пестрая толпа: враги, которые радуются и смеются над Ним, и та толпа, которая там собралась. Одни мечтают о том, чтобы Христос сошел со креста, и тогда они смогут Ему поверить, тогда они будут знать, что Его учение действительно победит, что можно безопасно быть Христовыми. А другие мечтают, чтобы Христос не сошел со креста, потому что если Он не сойдет, то можно успокоиться; встревоженная Его учением, Его словом душа может спокойно вернуться к земле, приземлиться; Его страшное благовестие о любви без границ, о любви, подобной Божией любви, нереально, и земля победила небо; земля крепкая, солидная, а небо хрупкое – сплошная мечта, как облака. И все ждут смерти Христовой.
Где мы стоим в этой толпе? В той толпе, которая встречает Христа при входе Его в Иерусалим, в той толпе, которая за Ним движется в Гефсиманский сад, во двор архиереев, во дворец Ирода, в судилище Пилата и, наконец, на Голгофу, – где мы, кто мы? Вот вопрос, который мы должны себе ставить в течение всего Великого Поста: где я, кто я? Вот передо мной разверзаются величественные, спасительные Божии дела – где же я? Относятся ли они ко мне, или я остаюсь чуждым тому, что происходит?
Преподобный Ефрем Сирин
Слово о страданиях Спасителя
Боюсь говорить и коснуться языком сего страшного сказания о Спасителе, ибо действительно страшно повествовать об этом. Господь наш предан сегодня в руки грешников. Для чего же предается Он, Святой и Безгрешный Владыка? Ибо, ни в чем не согрешив, предан сегодня.
Придите, и узнаем, за что предан Христос Спаситель наш. За нас нечестивых предан Владыка. Кто ж не подивится? Кто не прославит? Рабы согрешили, а Владыка предан, чтобы собственной смертью освободить согрешивших сынов. Сыны погибели и чада тьмы пришли во мраке удержать Солнце, Которое в одно мгновение может попалить всех. Владыка же, видя их дерзость и гневное движение, с кротостью, добровольно предал Себя в руки нечестивых. И беззаконные, связав Пречистого Владыку, надругались над Ним, связавшим крепкого неразрешимыми узами и разрешившим нас от уз греховных. Сплели венец из терний своих, какие принес в плод иудейский виноградник. Ругаясь над Ним, называли царем, плевали беззаконные в лицо Пречистому, от Чьего взора приходят в трепет все небесные силы и чины ангельские. Вот снова сжимают у меня сердце и печаль и слезы, когда представляю себе, что Владыка терпит от рабов такие оскорбления и укоризны, бичевание, оплевание и оплеухи. Придите, и познаете чрезмерность щедрот, терпение и милосердие сладчайшего Владыки. Был у Него благопотребный раб в раю сладости, и он согрешив предан истязателям. Но Благий, видя, что немощен он духом, умилосердился к рабу, сжалился над ним и Себя Самого отдал на бичевание за него. Желал бы я умолкнуть по чрезмерному смущению ума и опять убоялся, чтобы молчанием своим не уничтожить Спасителеву благодать. Впрочем, со страхом говорю вам; ибо трепещут кости мои, когда представляю себе, что общий всех Создатель, Сам Господь наш, предстоит сегодня пред Каиафой, как осужденный, и один из слуг дает ему оплеухи. Трепещет сердце мое, когда помышляю о всем этом. Раб сидит, а Владыка стоит перед ним; исполненный беззаконий произносит суд на Безгрешного. Содрогнулись небеса, в ужас пришли основания мира, в изумлении все ангелы и архангелы, Гавриил и Михаил закрыли лица свои крылами; херувимы скрылись за колесами престола, серафимы ударились крылами друг с другом в этот час, когда слуга дал оплеуху Владыке. И как основания земли выдержали и колебание и трепет в этот час, когда поруган был Владыка? Представляю себе это, и трепещу, и снова прихожу в сокрушение, взирая на долготерпение благого Владыки. Ибо вот содрогаются внутренности мои, когда говорю, что Создатель, по милости сотворивший человека из праха, заушен прахом.
Придем в страх, братья, и не просто будем выслушивать все то, что Спаситель претерпел за нас. Скажи, жалкий слуга, за что заушил ты Владыку? Всякий раб, когда освобождают его от рабства, для приобретения временной свободы принимает заушение; но ты, жалкий, сам неправедно заушил Освободителя всех! Что же ожидал ты получить от Каиафы в награду за сие заушение? Или не слыхал, не узнал ни от кого, что Иисус – Небесный Владыка? Оплеуху дал ты Владыке всех и сделался на веки веков рабом рабов, предметом укоризны и омерзения, навсегда осужден мучиться в огне неугасимом. Великое чудо, братия, видеть кротость Христа Царя! Заушенный рабом мудро отвечал Он с кротостью и всяким благочестием. Раб негодует, Владыка терпит; раб гневается, Владыка исполнен благости. Кто в час гнева сдержит в себе раздражение и смятение? Но Господь наш совершил все это Своею благостью. Кто же в состоянии будет изобразить долготерпение Твое, Владыка!
Придите, о вожделенные, возлюбленные Христом, приобретшие сокрушение и любовь Спасителеву, придите узнать, что совершилось сегодня в Сионе, граде Давидовом, что сделало сегодня возлюбленное и избранное семя Авраамово – Пречистого Владыку предало оно смерти в день сей. Христос Спаситель наш руками беззаконных неправедно распят на древе крестном. Придем все и с воздыханиями будем обливать тело свое слезами; потому что Господь наш, Царь славы, предан смерти за нас нечестивых. Если кто внезапно слышит о смерти возлюбленного родственника, или также внезапно видит пред очами возлюбленного своего лежащего мертвым, – изменяется в лице и омрачается светлость взора его. Так и ясное солнце, с небесной высоты увидев поругание Владыки на древе крестном, изменилось в лице, удержало лучи своей светлости, не потерпело взирать на поругание Владыки, облеклось печалью и тьмою. Также и Дух Святой, сущий во Отце, узрев Возлюбленного Сына на древе крестном, сверху до низу разодрав завесу – это украшение храма, немедленно удалился в виде голубя. Все твари были в страхе и трепете, когда страдал Спаситель, Небесный Царь. А мы грешные, за которых и предан Единый Бессмертный, все еще остаемся небрежными. Смеемся ежедневно, слыша о страданиях и поругании Спасителя. Роскошествуем каждый день, прилагая все свое попечение об украшении одежд. Солнце на небе, по причине Владычнего поругания, во тьму преложило светлость свою, чтобы и мы, видя это, сделались подражателями. За тебя поруган Владыка на кресте, а ты, жалкий, украшаешь непрестанно наряд одежд своих. И не трепещет сердце твое, не ужасается мысль твоя, слыша это. За тебя нечестивого Единый Безгрешный предан смерти, поруганиям, поношению, а ты рассеянно выслушиваешь все это.
И всему словесному стаду надлежит взирать непрестанно на своего Пастыря и всегда любить и чтить Его; потому что за стадо Свое пострадал Он, Бесстрастный и Пречистый; и не одеждами должно величаться тленными, а также не роскошной жизнью, не мирскими яствами, но подвигами и всякой честностью угождать Творцу. Не будем подражателями иудеев: это народ жестокий и непокорный, всегда отвергавший Божии дары и благодеяния. Всевышний Бог, ради Авраама и Завета Своего с ним, с самого начала терпел злонравие народа сего; дал им в пишу манну с неба, а они недостойные вожделевали зловонных снедей – чесноку. Также дал им воду из камня в пустыне; а они за это, распяв на кресте, дали Ему уксус. Приложим старание, братие, чтобы не оказаться нам сообщниками иудеев, распявших Владыку, Создателя своего; придем в страх, имея всегда пред глазами страдания Спасителевы; будем всегда размышлять о страданиях Его. Ибо за нас пострадал бесстрастный Владыка, за нас распят Единый Безгрешный. Чем воздадим мы за это, братья? Будем же внимательными к себе самим и не станем уничижать страданий Его. Придите все чада Церкви, купленные честной и святой кровью пречистого Владыки. Придите, – будем размышлять о страданиях со слезами и воздыханиями, страхом преисполняясь мысленно, с трепетом приступая к размышлению, говоря самим себе: «За нас нечестивых предан смерти Христос Спаситель наш».
Вникни, брат, что значит слышимое тобою. Безгрешный Бог, Сын Всевышнего, предан за тебя. Отверзи сердце свое, изучи в точности Его страдания и скажи в себе: «Безгрешный Бог сегодня предан, сегодня осмеян; сегодня поруган; сегодня заушен; сегодня терпел бичевание; сегодня носил терновый венец; сегодня распят Небесный Агнец». Да содрогнется сердце твое, да ужаснется душа твоя. Каждый день проливай слезы при таком размышлении о Владычних страданиях. Услаждаются слезы эти, просвещается душа, непрестанно размышляющая о страданиях Христовых. Так всегда размышляя, плачь ежедневно и благодари Господа за страдания, которые претерпел за тебя, чтобы в день пришествия Его слезы твои обратились тебе в похвалу и прославление пред судилищем. Злопостражди и ты, размышляя о страданиях благого Владыки. Претерпи искушения от души. Блажен человек, который пред очами имеет Небесного Владыку и Его страдания, который распял себя самого для всех страстей и для всего земного и стал подражателем собственного своего Владыки. Вот благоразумие, вот расположение боголюбивых рабов, если всегда бывают они подражателями Владыке в добрых делах. Видишь, человек, Пречистого Владыку, висящего на кресте, и осмеливаешься, бесстыдный, в наслаждении и смехе проводить все время, какое живешь ты на земле! Или не знаешь, жалкий, что распятый Господь потребует ответа за все сии небрежения твои, о которых ты, слыша, нерадишь, и роскошествуя, смеешься, и проводишь время в различных забавах? Придет страшный тот день, когда не перестанешь плакать и взывать в огне от претерпеваемых мучений, и никто не даст тебе ответа, никто не сжалится над твоей душой.
Покланяюсь Тебе, Владыка, благословляю Тебя, Благий, умоляю Тебя, Святый, припадаю к Тебе, Человеколюбец, и прославляю Тебя, Христе; потому что Ты, Единородный, Владыка всяческих, Единый Безгрешный, за меня недостойного грешника, предан смерти и смерти крестной, чтобы освободить душу грешника от греховных уз. И чем воздам Тебе за это, Владыка? Слава Тебе, Человеколюбец! Слава Тебе, милосердый! Слава Тебе, долготерпеливый! Слава Тебе, прощающий все грехопадения! Слава Тебе, снисшедший спасти души наши! Слава Тебе, воплотившийся во чреве Девы! Слава Тебе, понесший узы! Слава Тебе, приявший бичевания! Слава Тебе, преданный посмеянию! Слава Тебе, распятый! Слава Тебе, погребенный! Слава Тебе, воскресший! Слава Тебе, проповеданный! Слава Тебе, в Которого мы уверовали! Слава Тебе, вознесшийся на небо! Слава Тебе, восседший с великою славою одесную Отца, и паки грядущий со славою Отца и со святыми ангелами судить всякую душу, уничижавшую святые страдания Твои! В тот трепетный и страшный час, когда подвигнутся небесные Силы, когда пред славою Твоей со страхом и трепетом придут вместе ангелы, архангелы, херувимы и серафимы, когда еще потрясутся основания земли, и ужаснется всякое дыхание от несравнимо великой славы Твоей, – в тот час да покроет меня рука Твоя под крылами Своими, и да избавится душа моя от страшного огня и скрежета зубов, и тьмы кромешной, и вечного плача, чтобы и я, благословляя, мог сказать: Слава Восхотевшему спасти грешника по великим щедротам Своего благоутробия!
Святой праведный Алексий Мечев
Слово в великую пятницу
Какое печальное зрелище пред очами нашими! Спаситель наш во гробе. Во гробе Радость наша, Сокровище нашего сердца. Но как Ты, наша Утеха, мог заключиться в малом этом гробе? Здесь ли место Тебе? Ты, живя на земле, жизнь всем отдавал, а Сам теперь лежишь безжизнен. Ты всем слезы осушал, а теперь Сам Своих возлюбленных повергаешь в слезы о Себе. Тебе ли место здесь? Здесь место нам, смертным, а не Тебе Бессмертному, нам с тленными и греховными телами, нам грешникам, достойно осужденным на смерть, а не Тебе, Святейшему и Безгрешному.
Братие! Восплачем и возрыдаем: это мы своими грехами заключили Безгрешного во узы смерти, это мы, осужденные на смерть, заставили Его снизойти до врат смертных, для нас, которых готов поглотить ад, Он сошел душою во ад, телом предлежа пред нами.
О, Божественная неисчерпаемая и несказанная Любовь! Сладчайший наш Иисусе! До чего Ты возлюбил человека – это ничтожнейшее и неблагодарное создание. Ты за него сделался Сам человеком, чтобы ввести его в общение с Богом, Сам страдал, чтобы избавить его от вечных страданий; Сам умер, чтобы он жил вечно; Сам сошел во ад, чтобы он никогда не был во аде. Всего человек лишился через грех, – и Ты ему все возвращаешь – и как возвращаешь?
Человек лишился блаженства через гордость, непослушание, через желание быть равным Богу, а Ты возвращаешь (его) через послушание Отцу Небесному, через глубочайшее самоуничижение и смирение, через самую поносную и тяжкую смерть, наконец, через нисшествие до бездн адовых. Ты возвратил человеку потерянное, – и вот он теперь стал воистину счастлив и блажен, теперь он опять с Богом, для Бога живет, к Богу стремится, в Боге ищет утешение, с Богом надеется жить и радоваться нескончаемые веки. Кто может описать, оценить всю бездну, все море милостей Божиих, которые излил на нас от Отца Своего наш Бесценный, Дражайший Спаситель, ныне безмолвно лежащий во гробе?
Братие! Восчувствуем все эти милости нашего Спасителя и в благодарности сердца повергнемся телом и душею пред гробом сим, облобызаем язвы Его, за нас претерпенные, руки и ноги Его, за нас пронзенные, облобызаем не устами только, но особенно горячим и любящим сердцем, и будем всю жизнь помнить милости Его и до конца дней возносить благодарение и славословие Ему. О, когда бы и вся жизнь наша была не иным чем, как благовонным кадилом перед Ним. Будем молиться об этом пред Лежащим во гробе сем, и слезную молитву грешника услышит Умерший за грешников. Аминь.
Святитель Лука (Войно-Ясенецкий)
Слово на пассии. Десятое (1951)
Господа нашего Иисуса Христа и Спасителя мира начали бить еще в Гефсиманском саду. Его тогда били по ланитам, Его толкали, Его с побоями влекли в Иерусалим.
Так было положено начало избиению Того, Кто спасал мир.
А продолжение было у первосвященника Каиафы, там, в собрании злейших врагов Христовых, издевались над Ним, били Его, накрыв лицо Его и дерзко спрашивая: «Прореки нам, кто ударил Тебя», и плевали на Него.
Издевательства продолжались всю ночь, били Господа всю ночь, а рано утром повели в преторию к Пилату на суд.
О суде этом неправедном слышали вы в Евангельском чтении, слышали, что Пилат, хотя был убежден в невинности Господа, даже более того, считал Его праведником, тем не менее, устрашенный криками разъяренной толпы, требовавшей Его распятия, предал Его на бичевание.
И началось нечто ужасающее, ибо надо вам знать, надо представить себе, что такое это страшное римское бичевание. Бич, которым били несчастных, имел короткую рукоятку и целый пучок ремней, туго сплетенных и переплетенных медной проволокой, и в эти бичи по местам были ввязаны куски кости.
Вот этим страшным бичом с размаху, сплеча били Господа Иисуса.
Бичевание было так страшно, что нередко бичуемые умирали от него. При бичевании кровь несчастных лилась ручьем, куски кожи и мышц отрывались.
И это претерпел наш Искупитель от власти диавола, и это претерпел Он за всех нас, окаянных и грешных.
Кончилось страшное бичевание, сняли с Него багряницу, но, вероятно, оставили терновый венец, по которому били палкой, чтобы колючки венца вонзались в святую главу Господа, и крупные капли крови стекали по лицу Его.
Повели, повели его на казнь, повели узкой улицей, ибо все улицы восточных городов узки. Эта улица и доселе носит название, данное ей римскими католиками: Via Dolorosa – скорбный путь.
По этому скорбному пути гнали Господа Иисуса, возложив на Него тяжелый крест, ибо осужденный на распятие сам должен был нести до места казни свой страшный крест.
Господь Иисус Христос недолго понес его и упал под тяжестью креста… Его с побоями подняли, опять заставили нести крест, а Он все падал и падал.
Тогда, видя, что Он не может нести крест, остановили некоего Симона Киринеянина, возвращавшегося с поля своего, и ему приказали нести крест Христов.
О, блаженный Симон, знал ли ты, какой крест ты несешь? Конечно, не знал. А теперь знает, ибо за несение креста Христова он, я не сомневаюсь, удостоен Царствия Божия.
Господа Иисуса Христа сопровождала огромная толпа людей, ибо были дни Пасхи, а в эти дни в Иерусалиме скоплялось огромное множество народа, пришедшего на праздник. Собиралось около ста тысяч людей.
Огромная толпа шла вслед за Господом Иисусом. Там были мужчины, там были и женщины. И те, и другие по-разному относились к тому, что видели, к тому, как терзали и мучили Господа Иисуса. Женщины плакали, плакали горькими слезами, они рыдали. рыдали, ибо сердца их были мягки и чувствительны. Не могли они видеть таких страданий, такого поругания Безгрешного. А Господь, увидев их и услышав их плач, отверз уста Свои, долго молчавшие, и сказал им:
Дщери Иерусалимские! Не плачьте обо Мне, но плачьте о себе и о детях ваших. Ибо приходят дни, в которые скажут: блаженны неплодные и утробы неродившие, и сосцы непитавшие. Тогда начнут говорить горам: падите на нас, и холмам: покройте нас. Ибо если с зеленеющим деревом это делают; то с сухим что будет? (Лк. 23, 28–31).
С зеленеющим деревом, полным жизни, с Носителем жизни, с Подателем ее так поступили, что же будет с сухим деревом народа еврейского, отвергшего Мессию, предавшего Его такой ужасной, такой невообразимо мучительной казни, что будет с ним?
Мы знаем, что было с ним, мы знаем, как сбылись эти пророческие страшные слова Христовы над Иерусалимом. Мы знаем, как пришли римские полководцы Веспасиан, а потом Тит и разрушили до основания весь Иерусалим и храм Иерусалимский.
Читаем у современного Христу иудейского историка Иосифа Флавия, какие неописуемые ужасы тогда происходили, как страшно было наказание народа, распявшего своего Мессию.
Это сбылось, как должно сбыться каждое слово Божие.
Оставим женщин, пусть плачут чистыми слезами. Посмотрим на мужчин, на эту огромную толпу, сопровождающую Иисуса, на тех, которые окружили Его вплотную, когда кончилась узкая улица Via Dolorosa, и вышли на холм Голгофа.
Что это за люди? Что творилось в их душах? Как же, как могли они радоваться тому, что видели? Как могли те самые люди, которые тому назад всего шесть дней встречали с великой радостью и славой Господа Иисуса при Его входе в Иерусалим криками: «Осанна в вышних!», постилали одежды свои под ноги осла, на котором Он сидел, – как могли они, эти самые люди дико вопить у Пилата: «Распни, распни его!»?
Что это? Как понять странное превращение сердец их, недавно славивших, а теперь с озверением дико требующих распятия?
Попытаюсь своим слабым умом объяснить это.
Всем тем, кто внимательно читает Евангелие, а особенно четвертое Евангелие от Иоанна, должно быть известно, что Господь Своими неслыханными ранее миром словами изумлял и смущал людей. Им должно быть известно, что называл Он Себя хлебом жизни, сшедшим с небес, говорил, что необходимо для спасения, чтобы люди ели Плоть Его и пили Кровь Его.
Эти слова глубоко смущали народ, приводили его в недоумение и во многих вызывали ярость. Когда слышали, что Он называл Себя Сшедшим с небес, хватали камни, чтобы побить Его, считая богохульником.
Эти слова Иисуса так не вмещались в сознание людей, были так несносны и непонятны для них, что даже многие из последователей Его, из учеников Его, всегда ходивших за Ним, отошли от Него, перестали ходить за Ним.
И Господь обратился к ближайшим двенадцати апостолам Своим с вопросом: Не хотите ли и вы отойти?
За всех ответил блаженный Петр: Господи! К кому нам идти? Ты имеешь глаголы вечной жизни (Ин. 6, 67–68).
Итак, во все время жизни Господа Иисуса Христа на земле умы евреев терзались противоречивыми мыслями: с одной стороны видели они, что это величайший чудотворец, а потом, когда слышали не вмещающиеся в их сознание слова о Божественности Его, хватались за камни, чтобы побить Его, считая эти слова богохульством.
Итак, смятение умов было великое и глубокое.
А народом руководили тогда его религиозные вожди – первосвященники, книжники и фарисеи, которые считались носителями непререкаемой истины, за которыми народ привык идти и без размышления принимал на веру все, что слышал от них.
Умы и сердца евреев терзались, двоились, не зная, чему верить. С одной стороны, видели величайшего чудотворца, Который повелевает морскими волнами, воскрешает мертвых, насытил пять тысяч человек пятью хлебами, Который исцеляет больных.
С другой стороны, слышали злобные, полные ненависти обвинения первосвященниками Господа Иисуса в том, что Он богохульствует и нарушает закон Моисеев.
И вот, пока Господь Иисус Христос был в силе и славе, народ в большинстве своем шел за ним, но когда Он был арестован, избит, осужден на смерть, когда увидели Его потерявшим всю Свою силу, тогда в их сердцах вспыхнуло стадное чувство, подобное тому, которое руководит животными, набрасывающимися на слабое и побежденное и терзающими его всей стаей до смерти. Так и у людей сразу теряется уважение и любовь даже к самому достойному и почтенному человеку, если он подвергается осмеянию и унижению.
Вот что было в сердцах людей, шедших на Голгофу за Иисусом – они поддались дикому стадному чувству: а, Ты побит, Ты побежден! Тебя бьют, так и мы будем гнать Тебя, будем проклинать, и мы будем с первосвященниками и книжниками кричать Тебе: Спаси Себя Самого; если Ты Сын Божий… (Мф. 27, 40).
Вот что произошло, вот какую великую власть имели вожди народа израильского над этим народом, всецело поддавшимся тому, чего хотели и требовали эти вожди, поддавшимся даже до требования казни, даже до страшного крика: «Кровь Его на нас и на детях наших».
Вот объяснение, которое только и могу я представить вам.
Итак, совершился неописуемый ужас: Господа пригвоздили ко кресту, Господь терпел самую лютую, самую страшную из всех казней, какие только могла изобрести злоба человеческая.
Господь терпел эти страшные муки в течение шести часов. Через шесть часов Он испустил Свой дух с возгласом, который не должен никогда забывать мир: Совершилось!
Почему так скоро умер Христос?
Мы знаем, что распятые нередко мучились по трое, даже до шести суток, прежде чем умирали.
Почему? Потому что был Он болен. Не только потому, что был Он истерзан бичеванием, не мог Он нести креста Своего.
Он в холодную ночь в Гефсиманском саду, а позже у первосвященников и во дворе претории был простужен и болен.
Нам даже известно, чем Он был болен, но не стану об этом говорить. Поверьте тому, что Он был болен.
Конечно, настал девятый час, и тьма наступила по всей земле. Солнце померкло и скрыло лучи свои. Завеса в храме разорвалась надвое, сверху донизу.
Народ, недавно требовавший Его казни, расходился с Голгофы, низко понуря головы и бия себя в грудь.
Пойдем и мы, опустив низко свои головы, будем и мы помнить, что и за наши грехи, как за грехи всего человечества, претерпел Спаситель эти страшные муки и страдания. Пойдем, понурив головы свои и бия себя в грудь!
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?