Электронная библиотека » Дмитрий Светлов » » онлайн чтение - страница 8


  • Текст добавлен: 25 апреля 2014, 12:17


Автор книги: Дмитрий Светлов


Жанр: Попаданцы, Фантастика


Возрастные ограничения: +12

сообщить о неприемлемом содержимом

Текущая страница: 8 (всего у книги 22 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

Шрифт:
- 100% +

– Врешь! – резко ответил Норманн. – Без меня они не могли уйти из дома!

– Ты еще не проснулся? – фыркнула хранительница портала. – Повторяю! Мы всю ночь отбивали вторжение! Поутру один из слуг сбегал за вещами, но тебя не добудился.

– Кто на этот раз покусился на русские земли? – потягиваясь, поинтересовался князь. – Трехглавый Змей Горыныч или злобные инопланетяне?

– Вставай, вставай, хватит валяться! Проводишь друзей, заодно поработаешь экспертом, – не отставала Нина Михайловна.

– Вот липучка! – разозлился Норманн.

Итальянцев действительно не оказалось в доме, причем ушли они вместе с багажом. Ну и ладно, ему некуда спешить! Неторопливо завершил утренний моцион, затем демонстративно принялся готовить завтрак. Он мог обойтись бутербродами со вчерашним чаем, но принципиально растопил летнюю печку. Сначала пожарил на сале глазунью, то бишь русский вариант бекона с яйцом, затем вскипятил чайник, после чего приступил к завтраку.

– Ну и вредина же ты! – садясь в машину, прошипела хранительница портала. – Его люди ждут, а он хлебным мякишем со сковороды жир собирает!

– Ты мусульманка? – поинтересовался Норманн.

– Какая на фиг мусульманка! – чуть ли не взвизгнула Нина Михайловна. – Я ясно сказала! Тебя люди ждут.

– Значит, неправильно сказала.

На первый взгляд на поляне безмятежно отдыхали охотники. Увы, лежащие на земле армейские винтовки и направленный на портал грозный пулемет полностью исключали идиллию мирного пикника.

– Эту штуковину вчера сбросили с самолета? – указав на пулемет, спросил Норманн.

– Остряк! Ставь машину рядом с Иосифом, и пошли разбираться, – раздраженно ответила Нина Михайловна.

Только сейчас Норманн заметил посреди поляны две непонятные хреновины, более похожие на детские машинки, и не удержался от вопроса:

– Что это?

– Вот это ты нам и расскажешь, – нервно сказала хранительница портала. – Ночью пытались к нам прорваться!

На первой гусеничной крохотульке ясно виднелась надпись: «МЧС России», что подбросило до небес настроение Норманна, и он радостно воскликнул:

– Это наша!

– Ваша, ваша. Расшифруй аббревиатуру «МЧС», – продолжая нервничать, сказала Нина Михайловна.

– Машина предназначена для обследования труднодоступных и опасных мест, а за пультом мог сидеть кто угодно, от военного разведчика до физика-ядерщика, – ответил Норманн.

– Нам только этого не хватало! – утирая выступивший на лбу пот, зло прокомментировала хранительница портала. – «Schifffahrtspolizei»[21]21
  Водная полиция (нем.).


[Закрыть]
можешь не переводить, только поясни, какая взаимосвязь второго агрегата с германскими реками?

– Почему только с реками? – вспомнив яхт-клуб Гамбурга, удивился Норманн. – У немецкой водной полиции очень широкие полномочия, на службу принимают только людей с высшим инженерным образованием.

Испугалась дамочка, ох как испугалась! Интересно, что же они скрывают и чего боятся? По уму, любой спецотряд запросто разложит здесь по полочкам все и всех, да проку ноль. Из четырнадцатого века информацию в будущее не передать, разве что в виде легенд. Норманн внимательно осмотрел сначала русскую машинку – год выпуска две тысячи двенадцатый, изготовитель ПО «Импульс». На немецкой красовались марка «Henkel» и год выпуска две тысячи восьмой. Имелся-таки шанс вернуться домой!


Прощание с итальянцами получилось долгим и тягостным, каждый понимал, что они расстаются навсегда и будущее у них совершенно неопределенное. Норманн сел на вкопанный столбик с непонятной цифровой маркировкой и угрюмо наблюдал за переходом товарищей. Неуверенно потоптавшись, маленькая группа бесследно растаяла в струящемся мареве. Выждав для очистки совести примерно час, он сел в машину и вернулся в домик попаданцев. Настала пора и самому отправляться в разведку. Собственно, брать с собой было нечего, в качестве оружия прихватил Рунов кол, закинул в карман несколько серебряных монеток – и в путь.

Первый шаг ох какой тяжелый! Преодолевая страх, он зажмурил глаза и внутренне напрягся, сравнивая себя с безумцем, решившим прыгнуть с крутого обрыва в неведомый омут. Шаг, еще шаг – он ощутил неприятное прикосновение, словно некое безмозглое существо начало суетливо его ощупывать. Последний шаг привел в ночную темноту – сыро, холодно и непонятно, благоразумие потребовало, чтобы он вернулся обратно. Вторая попытка привела в лес, который в равной степени мог оказаться как европейским, так и американским. Норманн немного побродил по округе, стараясь не выпускать портал из вида, и вернулся. Последующие переходы совершал все увереннее и увереннее, но места выхода его совершенно не устраивали. Один раз чуть не угодил в болото, причем на него прыгнула невесть откуда взявшаяся змея. Спасибо посоху, серебряный клинышек точно угодил в открытую пасть. Отбросив извивающуюся гадину, Норманн решил завершить первый день поисков и отправился обратно.

Последующие три дня ничего нового не дали, если не считать того, что пришлось отказаться от посоха. Дело в том, что Рунов кол значительно утяжелился, но главную неприятность принесло насыщение его статическим электричеством. Причиной, вероятнее всего, стали внутренние серебряные стержни. Хрустальное навершие окуталось сиреневым ореолом, а рубиновые глаза медведя засверкали злобными искорками. Во-первых, человек с подобной хреновиной в руках запомнится каждому встречному-поперечному. Во-вторых, жутковатого незнакомца может с испуга прибить местный охотник. Норманн уже подумывал о прекращении утомительных и безрезультатных поисков, когда неожиданно нарвался на приключение.

Очередной проход через портал вывел на самое обычное кукурузное поле. Сердце дрогнуло от предчувствия встречи с нормальным миром, где в поле работают тракторы, а по вечерам люди смотрят телевизор. Направление к месту, где обитают крестьяне, подсказал звонкий петушиный голос, однако встреча вышла совсем не дружелюбной. На выходе с поля поджидал злобный мужчина с короткоствольной винтовкой, на первый взгляд чуть поменьше казачьего карабина. Норманн не стал решать дилемму – кто кого уравнял в правах, Кольт Винчестера или наоборот, и на требовательный окрик послушно поднял руки. При желании он мог с легкостью убежать, пугалка под слабенький патрон может нанести вред разве что артистам во время киносъемок. Выслушав гневную тираду хозяина кукурузного поля, Норманн сначала похлопал по себе, показывая отсутствие кукурузных початков, затем на латыни попросил продать мешок кукурузы. Мимо, его не поняли, вторая попытка объясниться на греческом языке привела к неожиданному успеху.

– Чем заплатишь? – повесив на плечо игрушечную винтовку, спросил крестьянин.

Услышав вполне понятную речь, Норманн в первый момент растерялся. Откуда ему было знать, что за многие века своего бытия греки никогда не модернизировали ни грамматику, ни орфографию.

– Вот. – Он протянул руку, на ладони красовалось несколько золотых и серебряных монет.

– Не пойдет! – решительно отказался крестьянин. – Обменяй в банке на нормальные деньги и приходи обратно.

– Только драхмы берешь? Ну да ладно, поменяю, – не стал настаивать Норманн.

– Какие драхмы! Чудик! За мешок семенной кукурузы на пять тысяч фунтов («Примерно сто пятьдесят килограммов», – привычно подумал Норманн.) заплатишь десять центов, – хохотнул крестьянин.

Дотащить до портала такой вес он сможет, а в город идти совсем не с руки. Надо было как-то сговориться на имеющиеся монетки, поэтому он попытался ненавязчиво уболтать крестьянина и склонить к взаимовыгодному товарообмену:

– С твоим банком до вечера обернусь? Мне до темноты надо обратно вернуться. Мы еще не обжились, боюсь заплутать, – оглянувшись на еле заметное марево портала, сказал Норманн.

– Не бойся, парень! До города не более десяти миль[22]22
  Пятнадцать километров.


[Закрыть]
, – крестьянин махнул рукой куда-то влево, – попутка туда да обратно, через пару часов вернешься.

– Ну вот, еще за машину платить, проще тебе добавить. – Норманн еще раз попытался сторговать свое серебро.

– Не возьму! – решительно отверг крестьянин. – Меняй свои деньги, а я добавлю тебе картошки или семечек. После дойки смогу подбросить на своем грузовике, прям к порогу довезу.

Возможность разжиться картофелем влет сшибла все сомнения. Если кукуруза заметно ускорит развитие Поволжья, то поля подсолнечника озолотят поселенцев. Про картофель и говорить нечего, высокоурожайный продукт раз и навсегда снимет в Карелии продовольственный вопрос. Костас, так звали крестьянина, повел показывать свое хозяйство. В амбар зашли после осмотра скотины, увидев фасоль, семечки тыквы и подсолнечника, Норманн словно сорвался с цепи. Надо брать! Обязательно брать! По максимуму!

Бегущая от фермы проселочная дорога вскоре вывела к неширокой бетонке. И ждать не пришлось, Норманна подобрал первый же потешный грузовичок с коровами в полуприцепе. И разговор быстро склеился, после нескольких лингвистических попыток объясниться шофер откликнулся на немецкую речь. Разговор пошел через пень-колоду, Норманн с трудом вникал в малопонятные слова, а эмигрант из Германии по несколько раз переспрашивал своего пассажира. Но поговорили душевно: жить становилось все тяжелее, цены росли, а зарплата оставалась прежней, приходилось работать от рассвета до заката. Поддакивая, Норманн рассматривал придорожные рекламные щиты, на которых аляповатые красотки с неестественно оттопыренными попами призывно протягивали выпивку или сигареты.

Банк находился прямо на проходящей через город автомагистрали. По правде сказать, несколько десятков сбитых из досок двухэтажных строений трудно было назвать городом. Но название, красующееся прямо на въезде, гласило: «Sunflowercity»[23]23
  Столица солнечных цветов (англ.).


[Закрыть]
, что на английском языке попахивало запредельными амбициями, а в русском переводе выглядело не более гротескно, чем «Луч Ильича». Слева и справа от банка пристроились магазины, а вывеска «Pharmacy» с крестом и обнимающим бокал змеем подкинула идею обменять весь запас монет и отовариться на всю катушку. Банк разместился в небольшом и каком-то унылом помещении, где за стойкой сидело двое клерков. Один о чем-то спорил с разгоряченной посетительницей-старушкой, второй с интересом вникал в тему, но помалкивал.

– Change. Change[24]24
  Обмен (англ.).


[Закрыть]
, – похвастался Норманн своим запасом английских слов и добавил: – Доллары, доллары.

Вся троица с интересом на него посмотрела, а парень в армейских ботинках и мятой английской форме неожиданно выложил на прилавок горсть золотых и серебряных монет. Клерки дружно вставили в правый глаз ювелирную лупу, пошептались, один шмыгнул во внутренние помещения, а другой слащаво сказал:

– Sir, wait abit please[25]25
  Сэр, пожалуйста, немного подождите (англ.).


[Закрыть]
. – И принялся раскладывать монетки по номиналу.

Ждать действительно долго не пришлось, через пару минут вошел полицейский, щелкнули наручники, и Норманна отвели в участок, который находился сразу за банком. В первую минуту он не мог осознать самого факта ареста, не говоря уже о его беспричинности. В Америке никогда не было паспортной системы, а требование предъявить документы приравнивалось к попранию гражданских прав. А тут бац – и наручники! За что? Пока местный шериф допытывался, каковы его имя и место проживания, в голове кое-что прояснилось. Во-первых, монет перед местным блюстителем порядка оказалось вдвое меньше, чем было отдано банковским клеркам. Во-вторых, гроза местных бандитов практически сразу начал орать и, брызгая слюной, недвусмысленно пугать виселицей. Хреново. Они с неделю промурыжат бродягу в каталажке, а затем выкинут на сто первом километре. Иди к президенту, качай Билль о правах.

Устав от собственного ора, шериф провел пленника в боковой коридор с четырьмя камерами-решетками. Звякнул навесной замок, под скрежет открываемой двери шериф схлопотал несильный удар под затылок и безвольно повис на руках Норманна. Самому открыть наручники оказалось не так уж и просто, но, повозившись, он все же сумел это сделать. Далее пошел счет на секунды – в участке находились еще двое полицейских и раскрашенная дама за пишущей машинкой. Первым делом забрал здоровенный револьвер, который с трудом уместился в брючном кармане, затем с дебильным выражением лица выбежал из коридора и, размахивая руками, закричал:

– Help! Help![26]26
  Помогите (англ.).


[Закрыть]
Ему плохо! Help!

Сработало! Полицейские ломанулись на крик, без церемоний получили по корпусу и уже обезоруженными влетели в камеру. А вот дамочка оказалась истинной дочкой прерий: не успел Норманн появиться на выходе из коридора, как она принялась палить из револьвера. Промазала, конечно, но лезть под пули и проверять на себе ее боевые способности не хотелось, как и открывать ответную стрельбу. Чем отличается решетка от обычной двери? Правильно, простотой конструкции. Сдернув тюремный атрибут с кронштейнов, Норманн сильным броском отправил его в полет. По уму, дамочке следовало бы стрелять в появившегося в коридоре пришлого бандита, вместо этого она выдала гневную тираду и шустренько спряталась за стол. Решетка не задела ковбойшу, а вот сбитая пишущая машинка свалилась прямо ей на темечко.


Распределив местную полицию по камерам, Норманн первым делом забрал несправедливо конфискованные монеты. Затем любопытства ради пошарил по столам и шкафчикам, подивился солидному арсеналу, в который кроме всевозможных ружей и револьверов входил ящик красненьких цилиндриков с надписью: «Dynamite». Самоубийцы, да и только! Эту взрывчатку запретили во всех европейских странах по причине высокой чувствительности к детонации, а тут у себя под боком хранили и динамит, и детонаторы, и бикфордов шнур. Урони в ящик что-нибудь тяжелое – и вмиг разлетишься на молекулы.

Итак, надо было поменять монетки на доллары. Вариант очистить портмоне посаженных за решетку полицейских Норманн не рассматривал, по жизни никогда не запускал руку в чужой карман. Сработал стереотип американских фильмов, в которых обвешанные оружием супермены небрежно бросали на стойку бара мешочки золотого песка. Опоясавшись трофейным ремнем, распихал по кобурам револьверы и направился к домику с надписью «Saloon». Встреча с туземцами превзошла киношные фантазии: едва Норманн открыл дверь, прозвучал первый выстрел. Не раздумывая о причинах нападения, рухнул на порог и на четвереньках шустро рванул прочь. Не успел завернуть за угол, как вслед раздались хлопки новых выстрелов. Ну, дела! Это город не подсолнухов, а маньяков!

Ситуация складывалась более чем хреновая, не убежать, это точно. Облава из сотни горожан запросто загонит в овраг или болото, а затем поупражняется в стрельбе по безобидной мишени. Безобидной? В погоне и трус чувствует себя героем, надо дать отпор, причем так, чтобы его запомнили на многие годы! Вывалившись в падении из-за угла, он разрядил в толпу у входа оба револьвера. Куда попали пули, Норманн не смог бы ответить, но брошенное вслед за последними выстрелами оружие точно попало в цель. Перебравшись под боковое окно, достал громадный револьвер шерифа и начал палить в зал. Жуть! Из древнего самопала стрелять оказалось намного легче! Стрелок нажимал на спуск, а механизм сначала проворачивал барабан, затем взводил боек. В результате в момент выстрела оружие уходило в сторону, а пуля летела куда угодно, только не в цель.

Тридцать метров от кабака до полицейского участка Норманн промчался быстро – на зависть олимпийским чемпионам. Из разложенного на стеллаже оружия выбрал самое большое охотничье ружье двенадцатого калибра. Пятизарядный «слонобой» потребовал пары минут на знакомство, затем он перебросил патронташ через плечо, остальные патроны опустил в сумочку сидящей за решеткой дамочки. Соблюдая осторожность, распихал по карманам динамит, бикфордов шнур требовал огня. Ага, вот и четыре бензиновые зажигалки, до борьбы с курением ждать почти сотню лет.

– Давайте знакомиться, господа ковбои! – выходя из участка, весело крикнул Норманн и метнул под стену кабака динамит.

Жахнуло впечатляюще, треть стены смело в щепки и мелкую труху, домик ощутимо вздрогнул и, подавшись назад, нерешительно застыл. Сделав пару выстрелов для острастки врага и знакомства с оружием, Норманн совсем развеселился. Отличный бой, хорошая кучность, а звонкий удар картечи о стену создавал дополнительный психологический эффект. Теперь преимущество было на его стороне, «слонобой» уверенно лупил на семьдесят метров, аборигенам с револьверами его было не достать. Еще два выстрела – и ковбои шайкой перепуганных хулиганов слиняли на противоположную сторону улицы. Пропустив проезжающий по магистрали грузовик, Норманн пальнул еще разок и следом бросил динамитную шашку. Рвануло под дальним углом магазинчика мужской одежды. Лишившись опорной балки, домик кривобоко осел, а внутри послышалась перестрелка.

Местный междусобойчик – самое то, пока они выяснят отношения, он отведает главное блюдо в сегодняшнем меню под называнием «банк». Там уже подготовились, закрыв окна и двери железными ставнями. Ну-ну, ребятки, против динамита никакой домик не устоит, тем более щитовой. К тому же на втором этаже вряд ли живут мигранты из Латинской Америки. Двойной заряд вынес в зал железную дверь вместе с рамой. В ближайших домах со звоном посыпались стекла. Второй цилиндрик со злобно шипящим огоньком разбил окно второго этажа, домочадцы с визгом выскочили через заднюю дверь прямо в объятия Норманна.

– Ключ прихватил? – Ласковый тон и ствол в живот послужили самым хорошим русско-английским словарем.

Показав висящую на поясе гирлянду ключей, мужик отчаянно затряс головой, указывая на свое жилище и многократно повторяя: «Бум! Динамит! Бум!» Норманн посмеялся и взял управляющего под руку. Последнюю шашку он обмотал куском бикфордова шнура без взрывателя. Затарившись наличностью и добавив к своим монетам серебряные центы и доллары, Норманн на прощанье обнял трясущегося от страха мужика:

– Не зарься на чужое добро, тогда и твое не тронут.

Пора было сматываться, война войной, а телефон с телеграфом работали исправно. Выходящие на улицу двери магазинов не просто заперли, но и закрыли железными ставнями. Пора в аптеку, аспирин с пирамидоном совсем не помешают в четырнадцатом веке. Рядом с уютным задним двориком местного аптекаря стоял грузовичок с забавным бульдожкой на радиаторе. Норманн вежливо постучал в дверь, а испуганному до икоты хозяину указал на машину, сказал: «Др-р-р-р-р-р!» – и покрутил воображаемым рулем. Хозяин понял и поплелся было назад, но пришлый бандит неожиданно всучил перевязанную шпагатом пачку долларов тысяч эдак на пять. Слова «пирамидон, аспирин и тащи все» были восприняты с благодарным поклоном. К будущей выплате по страховке за ограбление прибавлялся более чем солидный куш, который мог помочь перебраться из этой дыры в приличный город.


Ключ всего лишь открывал дверь машины, а дальше его некуда было засунуть. Елозя на сиденье, Норманн судорожно пытался понять принцип запуска ретроавтомобиля. Педаль стартера стояла рядом с педалью газа, но сначала требовалось включить электропитание. Неожиданно помог аптекарь, который был заинтересован в бегстве разбойника, в противном случае пришлось бы расстаться с шальными денежками. Выключатель электросети оказался под левой рукой на самом краю сиденья, затем угонщик потянул рычажок справа от руля, и двигатель затарахтел. Рядом с педалью газа находился выключатель фар. Со скрежетом переключилась передача, затем грузовичок по-козлиному скаканул, и Норманн порулил восвояси.

Заметив на выезде из городка забегаловку для транзитных водителей, он не удержался и взял три огромных пакета жареной картошки с сардельками. Затем уже от жадности или обилия ненужных денег добавил четыре огромные головки сыра, несколько колец колбасы, хлеб, батоны и ящик бобов в томате. В завершение забрал все имеющиеся в магазинчике карамельные конфеты, чем окончательно привел продавца в состояние ступора. Костас нисколько не удивился автомобилю, как и появлению солидной пачки денег. Грузовичок подогнали к амбару и втроем (на помощь мужчинам пришла жена хозяина) достаточно быстро загрузили картофель, кукурузу, фасоль и семечки. После расчета хозяйка вынесла настоянную на изюме с анисом самогонку, дружно тяпнули по стаканчику, закусили помидорами, и Норманн под матюги Костаса погнал по кукурузному полю.

– Быстро отгоняй машину за деревья и возвращайся с винтовкой! – Рассерженная Нина Михайловна чуть ли не бросилась под колеса.

– Ты че? Что случилось? – озадаченно спросил Норманн.

– Он еще спрашивает! – подбоченилась женщина. – Машину-то спер! Или полиция не бросится в погоню?

– Не, – с дурацкой улыбкой ответил Норманн, – я банк ограбил, а машину честно купил.

– Вот дурень свалился на нашу голову! – Нина Михайловна многозначительно постучала кулаком по лбу. – Быстро готовься к вторжению полицейских.

– Так они еще не скоро приедут, – попытался возразить «ходок в будущее».

– У нас не синхронизировано время!!! – проорала женщина. – Здесь тебя не было всего чуть-чуть!!!

Только сейчас Норманн вспомнил о своих первых минутах в этом мире. Два с половиной года назад Нина Михайловна на его глазах вошла в портал и почти сразу вышла, хотя провела в «потустороннем мире» почти три несинхронизированных дня. Сунув рассерженной даме два пакета с картофелем и сардельками, Норманн рванул к лесу. Не мудрствуя лукаво, остановился у потухшего костра, где совсем недавно сидел рядом с Антонио, Савиолло и Рокко. Судя по прошедшему времени, итальянцы уже никогда не вернутся. А вот и ненужный привет – из портала выскочил набитый полицейскими черный автобус. В качестве устрашающей рекламы на весь борт красовалась надпись «Police». Хреново, замучаешься по лесу бегать, пока всех перебьешь.

Бравые ребята, увешанные дробовиками, винчестерами и револьверами, шустро высыпали из автобуса. Половина выстроилась напротив Норманна, впрочем, без попытки приблизиться, остальные с интересом поглядывали на мирно жующую женщину. Немного потоптавшись, главный полицейский решительно направился к Нине Михайловне. Поговорить? Женщина взяла мегафон, и над поляной разнесся грозный приказ, для наглядности подтвержденный короткой пулеметной очередью. Норманн демонстративно передернул затвор винтовки, хотя в этот момент его больше всего интересовало место, в котором затаился Иосиф. После непродолжительных и безуспешных попыток договориться свора полицейских побросала оружие и с интервалом в четыре шага ушла в портал.

– Ты зачем их отпустила? – чуть ли не с кулаками набросился на женщину Норманн. – Они обязательно вернутся, и не одни, броневик с собой прикатят!

– С той стороны портал стабилизируется только при выходе отсюда. Любой несанкционированный вход приводит к сворачиванию перехода.

– Им уже не вернуться домой? – кивнув в сторону пустого автобуса, спросил Норманн.

– Как и тебе, – безразлично ответила Нина Михайловна.

– Ты специально отправила их с интервалом?

– Разумеется, выйдут в разных местах и в разное время. Сам должен понимать, большая группа людей с одной и той же историей неизбежно вызовет переполох.

– Ну да, – усмехнулся князь, – два десятка полицейских в Намибии дохристианских времен.

– Ты мне зубы не заговаривай, «Великий князь», – строго заговорила женщина, – зачем разнес полицейский участок?

– Да не трогал я никого! – искренне удивился Норманн. – Они пытались посадить меня за решетку!

– Бродяга с полным карманом золота! – ехидно сказала женщина. – Эх ты, думать надо. В нашем варианте безбоязненно можно идти только к помойке.

– Слушай, я нашел в полицейском участке ящик динамита с взрывателями. Городок в степи, поблизости ни шахт, ни карьеров.

– Судя по трофеям, – женщина глянула на грузовик, – ты попал в двадцатые или тридцатые годы. Это самый пик бандитского беспредела, когда бродячие шайки достигали численности в тысячу человек.

– В таком случае запас гранат был бы намного логичнее, – возразил Норманн.

– Прав Максим, – вздохнула Нина Михайловна, – ты ничего не знаешь. Массовое производство и применение гранат началось во время битвы за Сталинград.

Женщина оказалась права, гренадеры Петра сначала делали из своих ружей залп, затем бросали под ноги шведов двухкилограммовые гранаты и завершали атаку стремительным штыковым ударом. Ставшая классикой, эта тактика столетия существовала без изменений. Во время Первой мировой войны каждому полку русской армии придавался батальон гранатометчиков, а затем добавили вооруженный автоматами Федорова штурмовой батальон. В те времена боевые действия состояли из последовательных атак на бетонные форты, новые подразделения показали очень высокую эффективность. Кстати, для автомата Федорова разработали полупатрон. Анализ скоротечных схваток в бункерах и казематах послужил поводом для ослабления излишне мощного выстрела. Перед революцией опытная лаборатория оружейного завода в Сестрорецке предложила новый вариант патрона, под который в дальнейшем создали пистолет «ТТ» и автомат «ППШ».

Внимание! Это не конец книги.

Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!

Страницы книги >> Предыдущая | 1 2 3 4 5 6 7 8

Правообладателям!

Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.

Читателям!

Оплатили, но не знаете что делать дальше?


  • 2.2 Оценок: 6
Популярные книги за неделю


Рекомендации